Текст книги "Любовница. По осколкам чувств (СИ)"
Автор книги: Даша Коэн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 37 страниц)
– Вот и второе лживое утверждение полетело в топку, Лера, – исковерканным хрипотцой голосом выдал Шахов, но я решила разбить в пух и прах его неуместные и бесстыжие речи, каким-то уничижительным замечанием, вот только не успела.
В беседку вошёл, предварительно постучав, официант и принял заказ от моего мучителя – салат с камчатским крабом, две порции стейка, тарелочку с лесными ягодами (и это в апреле!) и ещё бутылку домашнего грушевого сидра.
– У меня тут своя винокурня, Лера, очень хочу, чтобы ты её оценила, – пояснил он зачем-то, когда мы снова остались одни, очевидно, принимая меня за клиническую идиотку. Только такая рискнёт здоровьем, честью и достоинством употреблять алкоголь в обществе этого прижжённого циника и отпетого бабника.
Ну а так? Всё понятно! Своя винокурня. Значит, это чудесный экопарк тоже принадлежит ему одному. Хозяин жизни, заводов и пароходов. Всё по щелчку получает на блюдечке с золотой каёмочкой, а вот Лера Райская решила ерепениться и не к месту выгибаться. Вот же тухлая редиска!
Ну ничего, всё бывает в первый раз. Придётся и к моей строптивости привыкнуть, потому что шиш тебе, а не Лера. Не на помойке я себя нашла. Вот так вот!
– Итак, Данил, у меня для тебя готова визуализация кухни, гостиной и хозяйской спальни, – не задумываясь, меняю я направление разговора.
– Нашей спальни, – неожиданно поправил меня мужчина и я опять ушла в режим ожидания, сама не пойми чего. Баг. Глюк. Перезагрузка системы.
Зависла…
– Что? – сипло вытолкнула я из себя.
– Нашей спальни, Лера. Или тебе нужно больше конкретики? Без проблем, я могу рассказать в красках и мельчайших подробностях, что именно я буду с тобой делать в той комнате.
– Я не стану твоей любовницей! И мне очень жаль, что ты настолько туп, что не в силах постичь эту прописную истину.
– А кем станешь, м-м? Или в твоём идеальном мире люди после недели знакомства сразу же в ЗАГС бегут? – саркастически хмыкнул и вопросительно приподнял одну бровь Шахов.
– Может и бегут, Данил, если прежде они уже не связали себя узами брака с другим человеком, – парировала я, не моргнув и глазом.
– Я почти развязан. И, если честно, устал тебе об этом твердить.
– А я устала от тебя, вот только выбора у меня нет. Не так ли? Придётся потерпеть, как бы оскорбительно для меня ни было твоё искромётное общество.
– Это чем же я тебя оскорбил, интересно? Тем, что предложил стать моей женщиной?
– Своими подачками! – молниеносно достала из портфеля его подарок и швырнула ему в лицо. – Можешь засунуть себе их в зад, Данил.
– Подачками? – как-то даже растерялся Шахов и покрутил в руках карточку с безлимитом на счету.
– Именно!
– Это подарок на день рождения, Лера. Посмотри, в чём ты ходишь. Ты могла бы…
– Не могла бы!
– Да, почему, блядь? – на полном серьёзе недоумевал он.
– Потому что я не продаю своё тело, уважаемый Даниил Александрович! – буквально выплюнула я, заливая его ядом с ног до головы.
Молчание воцарилось между нами и начало буквально душить нас своими склизкими щупальцами. Он выжигает дыру во мне, я же пытаюсь не спасовать и не опустить глаз. Я с выбранного пути не сверну. Точка!
– Ладно, опустим пока эти спорные вопросы и действительно перейдём к делу. Показывай, что там у тебя, – поднял правую руку вверх и чуть передёрнул пальцами в повелительном жесте.
Спорные вопросы…
Ишь, большой начальник. И замашки барские. И выводы кощунственные. У-у, бесит!
Лера
Развернула в сторону мужчины ноутбук и достала заготовленные ещё со вчера цветные распечатки. Всё сунула под нос Султану Шаховичу и набрала в лёгкие побольше воздуха, чтобы начать вещать, но меня быстро остановили очередным повелительным жестом. Мол, закрой варежку, и без твоей трескотни всё понятно.
Подчинилась. Нахмурилась. Затаила дыхание.
Так и прошло минут пятнадцать, если не больше, пока Данил крутил в своих руках эскизы и сосредоточенно что-то высматривал в моём ноутбуке, по-хозяйски орудуя длинными, музыкальными пальцами на тачпаде.
Остановился только тогда, когда наше уединение снова прервал официант, расставляя на столе приготовленные блюда и пузатую бутыль сидра, на которой красовалась этикетка с надписью, как нельзя характеризовавшая всю суть ситуации, что творилась сейчас в моей жизни – «Дичь».
– Не то слово, – тяжко вздохнула я.
– Что? – поднял на меня чёрные глаза Данил, но я только отрицательно покачала головой, давая понять, что не намерена делиться с ним своими горестями и печалями. Смысл?
Шахов пожал плечами и молча отложил в сторону распечатки. А затем приглашающе кивнул на еду, и я решила в этот раз не нарываться на провокации. Без лишних слов взяла в руки приборы и принялась набивать желудок салатом и сочным мясом, силясь не закатывать глаза и не умкать от удовольствия.
Вкусно. Очень. Я такой изысканной кухни не пробовала никогда.
Конечно, во время трапезы, Данил несколько раз пытался завести со мной разговор, но я стойко бойкотировала его потуги. Только смотрела на него, усердно отыгрывая усталый и незаинтересованный взгляд, а сама украдкой любовалась идеальными, немного грубоватыми чертами его лица. Длинными и пушистыми, словно у куклы, ресницами. Изогнутыми дугами смоляных бровей. Волевым квадратным подбородком, заросшим недельной щетиной. Безупречно вылепленными губами, чуть пухлыми, дерзкими…и такими желанными…вкуса, которых я так и не познала.
Стушевалась от своих преступных желаний. И тут же захотелось как следует врезать себе по лицу, чтобы протрезветь от его ядовитого очарования и излечиться от термоядерной энергетики. Знаю, без шансов, но я буду пытаться до тех пор, пока у меня не выйдет. Я смогу. Я так решила.
– Может уже поговорим о делах? – отложила я приборы в сторону, закончив со своей едой, и прервала Шахова на полуслове, когда он зондировал мою внутреннюю защиту, кидая в меня пачками двусмысленных вопросов.
– Ладно, – улыбнулся он натянуто, – давай. Мне всё нравится. Хотя нет, не так. Я в восторге.
Фыркнула, а он тут же отмахнулся.
– Реально. Я никогда не льщу и не подхалимничаю, мне это без надобности. А умаслить твоё эго, если оно, конечно, есть, я и без того в состоянии. Так что, да – ты действительно очень талантлива, Лера. Не хочу ничего менять в твоих эскизах. Просто не вижу в этом смысла. У тебя исключительное чувство вкуса. Давай я уже всё тебе согласую и начнём работу на объекте.
– Отлично, но! Прежде мне необходимо будет подготовить все чертежи для ремонтно-строительных работ, Данил. Расположение электропроводки, коммуникаций, развёртки, спецификации, планы отделки пола, потолка, раскладка плитки, керамогранита и натурального камня, и, конечно же, нужно подбить итоговую смету.
– Сколько?
– Э-м…ну, недели три на всё про всё, – рискнула прикинуть я, а потом осторожно добавила, – или чуть больше.
– Хорошо, но сроки сдачи мы тогда подвинем. Скажем ещё месяцев на шесть, – залупил мне в лоб, тут же подбираясь и приготавливаясь к битве с моими возражениями, но я сразу согласно кивнула, прекрасно понимая, что такой объект никак не сдать за полгода. И чем я думала раньше, балда махровая?
Эх…
– Ну вот и прекрасно. Тогда работай спокойно, никуда не торопись. Как всё будет готово, так просто предупреди Степана, он откроет бюджет на закупки и познакомит тебя с прорабом строительной бригады.
– Поняла. На этом всё? – внутренне приготовилась я к самой страшной части нашей встречи и с ног до головы покрылась предательскими мурашками, когда поняла, что Данил Шахов в одно мгновение переключился в режим «соблазнение».
– Нет, Лера. На этом не всё.
– Не надо, – умоляюще вскинула на него глаза и протестующе покачала головой.
– А то что?
– Я буду кричать, – сглотнула вязкую слюну
– Да, будешь, Лера, – медленно облизнулся Шахов, а я внутренне завибрировала, словно трансформаторная будка.
– Насиловать решил? – почти охрипла я от страха и какого-то иррационального предвкушения.
Нет, не от возможной близости между нами, а оттого, что наконец-то смогу разодрать его холеное, самоуверенное лицо до мяса, а потом может быть даже и глаза его бесстыжие выцарапать. Да!
Кончики пальцев закололо, ладони зачесались. Вся я натянулась, как стрела, наполняясь внутренним электричеством.
Не трожь меня, Данил! Убьёт!
– Насиловать? – хмыкнул Шахов, а потом и вовсе весело рассмеялся, поднимая и закидывая за голову руки, неприкрыто демонстрируя свою широкую грудь и литые, рельефные мускулы. Футболка от этого резкого движения чуть задралась на его животе и через прозрачную столешницу я увидела тонкую полоску волос, скрывающуюся за ширинкой его чёрных джинсов.
– Да, Данил, насиловать, ибо добровольно я тебе не сдамся, – упрямо припечатала ему, смотря в непроглядную ночь его глаз.
– Сдашься, Лера. А потом будешь добровольно орать подо мной от кайфа, как уже делала это и не раз. Добровольно стонать, закатывая глаза. Добровольно просить меня трахнуть тебя жёстче и глубже.
– Замолчи!
– Добровольно умолять меня позволить тебе кончить, – выдавал он всё это бесстыдство таким будничным тоном, будто овец на лугу подсчитывал.
– Ты ужасный человек! – вскочила я на ноги и ломанулась на выход, гонимая паникой и теми реакциями, что вызывали его непристойные слова. Меня почти подорвали. Я уже дымилась, и первые языки пламени вылизывали меня между ног, побуждая сдаться его воле.
Отдаться. Всего раз. Малюсенький разочек…
– Да брось. Я охуенный, – рассмеялся он и тут же кинулся за мной, яростно стискивая в своих руках, разворачивая лицом к себе и нажимая на какую-то кнопку, которая резко опустила льняные шторы со всех сторон беседки, отрезая нас от реальности и любопытных глаз.
Всего доля секунды и моя коса накручена на его кулак. А потом как на американских горках и прямиком в ад. Его губы на моей шее – рычит и ставит засос, чуть прикусывая нежную кожу.
– Моя!
Вторая рука рвёт вверх подол платья, прихватывая до сладкой боли ягодицы, а затем укладывается мне прямо между ног и с силой надавливает, высекая из моих глаз столп ярких искр. Взвиваюсь, привставая на носочки, а потом яростно начинаю колотить мужчину по груди, игнорируя тот двенадцати балльный шторм по шкале Бофорта, что сносил внутри меня все мои защитные бастионы.
Меня трясло. От ужаса, что тело так быстро меня предало. От страха, что я не смогу от него отбиться. От паники, что я могу потерять контроль надо собой и позабыть о принципах.
Нет! Никогда!
– Отпусти! – разъярённой кошкой начала отбиваться я и почти расплакалась, когда стон, полный неприкрытого наслаждения против моей воли всё-таки сорвался с губ.
Это Данил через ткань платья прикусил мой напряжённый сосок и потянул на себя.
– Нет! – задохнулась я. Почти начала его умолять. Почти возненавидела.
А потом пространство беседки разорвал звук входящего звонка.
– К чёрту! – ругнулся Шахов, не обращая внимания на телефон, что голосил на столе, позади нас.
– Пусти! Нет!
– Да, Лера. Да, пока мы оба не сдохнем!
А гаджет всё звонил и звонил, пока я всё-таки не изловчилась и со всей дури не ударила его коленом, целясь прямо в пах. Тот самый пах, коим он бесконечно потирался о меня и прижимался, демонстрируя свой железобетонный стояк.
Демон похоти!
– Твою мать! – увернулся, смягчая мою атаку, и зло уставился на меня, пока я, шлёпнувшись на кушетку, оголтело одёргивала на себе платье.
Бежать было некуда. Дверь из этой преисподней была намертво заперта.
Наградив меня ещё одним испепеляющим взглядом, Шахов всё-таки обратил внимание на несмолкающий гаджет. А потом снова смачно выругался, принимая звонок.
– Да, Рома? – рычит зверем, – Что? ...Когда, блядь? ...Кто? ...Пидорас! Убью на хуй! ...Пострадавшие есть? ...Тварь гнойная!
А я, пока он эпически ругается, только смотрю на него во все глаза и понимаю, что уже этого самого неизвестного мне Рому люблю всем сердцем, потому что именно он спас меня от озабоченного моей персоной маньяка.
– Ясно… Да понял я… Да, вылетаю ближайшим рейсом. Собирайте фокус-группу, готовьте для прессы сказку про белого бычка…ай, да ты и так всё знаешь. Всё, давай, – и отключился, слепо смотря в никуда.
Минута звенящей тишины. Трещины по небосклону моего сознания, когда он устало упирается руками в столешницу и глубоко дышит, очевидно, стараясь привести себя в чувства и адекватное состояние. А потом поднимает на меня глаза и выстреливает в лоб словами, против которых устоять почти невозможно.
– Лера, ты мне очень нужна сейчас, – отрицательно трясу головой, в одном шаге от эмоциональной ямы и тихой истерики.
– Нет, – безапелляционно бью словом.
– Лети со мной. Пожалуйста.
– Жена пусть летит, – выдавливаю я и прикрываю глаза, готовясь уже ко всему на свете.
Чертыханье. Шаги в мою сторону. Какой-то противный писк и меня неожиданно овевает волной свежего весеннего воздуха. Открываю глаза и оглядываюсь.
Одна…
Глава 36 – Не по плану
Данил
Признаться честно, мысли о Лере вылетели из моей головы, как только я покинул беседку, оставляя девушку и дальше сидеть с видом оскорблённой невинности на кушетке, прикрыв глаза. Только уже у самого выезда с базы встретил Лёню и коротко приказал беречь Райскую и глаз с неё не спускать. А ещё обратно в город не везти – пусть отдохнёт все выходные в моём личном домике. Один хрен всю территорию экопарка закрыл в надежде с ней зажигать до понедельника. Ну вот пусть теперь сама справляется.
Вернусь и тогда доведём дело до конца. Потому что да, мне набил оскомину весь этот цирк шапито.
Не хочу. Не буду…
Бабы! Как у них всё сложно-то, а. Как они со своими долбанутыми принципами выжили-то в этом мире вообще? Мистика…
Но с меня хватит. Я и так в своей жизни ни одной девушке столько скидок не делал и так не выёживался перед ней. А с Лерой – да и, что греха таить, я откровенно задолбался.
По пути в аэропорт игнорировал все звонки, коих на мой телефон сыпалась целая тьма. Просто гнал вперёд, стараясь обуздать негатив, деструктивные эмоции и начать уже думать трезвой головой. Хреновая задача, я вам скажу, когда тело всё ещё гудит от соприкосновения со своим персональным триггером.
Лера…ах, чтоб её!
На моё счастье, ближайший рейс в Новый Уренгой был из Внуково. Билет мне уже взял Степан, почти истерично уведомляя, что офис атаковали журналисты и он не знает, что делать.
– Всех шли на хуй, пока стратегию поведения не выработают наши коммуникации, там Ветров уже отмашку дал, – коротко чеканю я и прибавляю газу, – юристов дёргай и адвокатов, Стёпа. Пусть тоже срочно все летят за мной. Отца моего в офис не пускать! Службе безопасности дай добро на его временную изоляцию. Мне сейчас истерики вот вообще не нужны.
– Но…
– Что? – рявкнул я.
– Он час назад вылетел в Сургут, там пересадка и…
– Блядь!
– Мы пытались до вас дозвониться, но вы отключили телефон, и я…, – постарался оправдаться мой помощник, но я тут же отмахнулся.
– Ладно. Я решу с ним, отбой. Работай.
– Понял, Данила Александрович. Работаю, – и я отключился.
На регистрацию едва не опоздал, но всё же успел запрыгнуть на борт самолёта и немного выдохнуть, в ожидании того злостного и эпического пиздеца, что уже со всей дури закручивал меня в свою адовую воронку.
Перед взлётом позволил себе написать Лёне, чтобы немного перезагрузить мозги:
Я: «Как она?»
Лёня: «Прокляла вас за самоуправство. И меня до кучи тоже. Я боюсь. А вы?».
Улыбнулся и потёр грудную клетку, где неожиданно сильно потянуло за рёбрами. Зашипел.
Я: «Фотку скинь».
И тут же получил изображение Леры, сидящей на пирсе и кутающейся в клетчатый плед. Ноги прижаты к коленям, голова лежит на них. Что та Алёнушка с картины Васнецова. Такая грустная и такая красивая…
Просто пиздец! Так бы сидел и смотрел на неё вечно, пока глаза от умиления не вытекли бы. М-м-м…
Но о прелестях любовницы пришлось забыть сразу по прилёту в Новый Уренгой, где меня уже встречал Следственный комитет. Вежливо пригласили следовать за ними. Вежливо предъявили обвинения в небезопасном производстве работ и преступной халатности, повлекшей за собой смерть по неосторожности. Вежливо выписали подписку о невыезде.
На бумаге всё выглядело страшно – из-за меня погибло девять человек, ещё двое в критическом состоянии доставлены в Склиф.
Принял всё с честью, а затем задал вопрос в лоб:
– Сотрудничать будете или валить?
– А что у вас уже есть какие-то соображения на этот счёт, Даниил Александрович?
– Есть, – уверенно выдал я, – и даже конкретное имя заказчика имеется.
Я в нём был так же уверен, как и в том, что земля вращается вокруг солнца.
Но разводить дальнейшую демагогию нам не дали. Прибыли мои адвокаты, юристы и охрана, а также вертолёт, который должен был всех нас доставить в кратчайшие сроки на место трагедии. За полчаса в небе я успел ознакомиться с первыми деталями по происшедшему, а прибыв на место, и, осмотрев пепелище на белом поле с высоты птичьего полёта, ужаснулся.
– Итак, Даниил Александрович, – начал мне нарезать вопросы один из следователей, когда мы вновь вернулись в Новый Уренгой, – давайте окончательно проясним несколько деталей.
– Давайте, – кивнул я и перевёл взгляд на Рому Ветрова, который присутствовал с нами же по моей инициативе. Тот коротко кивнул и шепнул на ухо моему отцу, чтобы не смел открывать рот и встревать в разговор.
– Согласно документам, вы по госзаказу должны были выполнить поставку турбин для газотурбинной электростанции на одно из месторождений в районе реки Пур. Всё верно?
– Да, – ответил я и откинулся на спинку кресла.
– К чему была такая спешка? Почему вы не дождались летней навигации?
– Потому что изготовитель турбин критически затянул их производство, тогда как мы должны были поставить этот заказ на объект еще в прошлом году. Сроки горели, потому было решено ускориться, несмотря на все сложности.
– Расскажите, пожалуйста, подробнее о маршруте движения.
Но ответить я не успел. В комнату вошёл один из наших ребят и протянул мне папку, внутри которой я обнаружил распечатки с последними новостями с первых полос крупнейших интернет-изданий. И везде одно да потому:
«Грубая халатность одного из логистических гигантов ГК «SGL» привела к гибели нескольких человек. Генеральный директор Шахов Даниил Александрович взят под стражу. Возбуждено уголовное дело».
– Удивительно! Оказывается, меня уже и арестовать успели, – хмыкнул я, – как быстро отработали, м-м? Молодцы прям! Но, в связи с этим, у меня вопрос по существу: кто первый прибыл на место происшествия – пресса или службы?
В ответ мне была звенящая, говорящая сама за себя тишина.
– Ну шито же белыми нитками, мужики, – рубанул я воздух ладонью.
– Пока мы не докажем обратное, виноваты вы, – заключил один из следователей.
– Так доказывайте! – рявкнул я. – Перевести турбины с завода производителя до месторождения – это целая операция, мать вашу, но мы делали это уже не раз. Что вы думаете, у нас тут кружок макраме? Нет! Мы, блядь, девять жизней и миллиарды сегодня потеряли. И я руку даю на отсечение, что это подстава.
– Дань, – предостерегающе одёрнул меня Рома, и я тут же заглох, отпивая воды из высокого бокала, стоящего передо мной.
– Давайте по порядку и с самого начала, Даниил Александрович. Где могло пойти что-то не так?
Хотелось ответить в рифму матом, но я решил постесняться.
– Нигде! Низкорамные тралы всегда едут в сопровождении и постоянно проверяются. Постоянно! Если верить отчётам, то в Тобольск они приехали «чистыми». Дальше до нашего самого крупного логистического хаба в Коротчаево их ещё несколько раз досматривали во время всех остановок на отдых водителей. Здесь же была последняя ночная остановка и последняя проверка, дальше дорога без остановок до зимника и поворот на него, где спустя полчаса у одного из тралов произошла крупная поломка и колонна была вынуждена встать, в ожидании помощи. Пока прибыла спецтехника и ремонтная бригада, стемнело. Пока произвели починку, наступила глубокая ночь. Сразу же после этого колонна продолжила движение, но, не доезжая до конца маршрута всего несколько километров, взорвалась.
– Не просто взорвалась, Даниил Александрович, – поправил меня оперативник, – она протаранила участок с газопроводом, что и привело к возгоранию и эффекту «домино», в результате которого, погибло несколько водителей и люди из сопровождения.
– Чушь! – выплюнул я. – Вы можете легко проверить мои слова, но все негабаритные грузы всегда согласовываются с верхушкой, и именно на этом участке было решено подкопать дорогу под газопроводом по высоте, чтобы тралы прошли без помех, что и было сделано ещё неделю назад.
Щёлкнул пальцами, и юристы тут же передали следователям всю техническую документацию с ходом подготовительных работ. Пока бумаги тщательным образом просматривали, я переглянулся с Ветровым и одними губами проговорил ему слово «поломка».
Тот пожал плечами. Затем кивнул.
– Могли ли здесь что-то напутать и не выполнить эту часть работ? – уточнили у меня.
– Исключено! Всё проверяет комиссия.
– Тогда может…
– Не может, – оборвал я очередной поток идиотских домыслов на полуслове, – всё случилось на той самой остановке, где произошла поломка. За несколько часов простоя подкупленная Безруковым «ремонтная бригада», да и тем более в темноте, всяко успела бы установить взрывчатку на тралы, а дальше…
– Какой Безруков, Данил? – взорвался отец. – Куда тебя понесло опять? Очнись!
– Рома, выведи его, – отмахнулся я.
– Безруков? – переспросил следователь.
– Да.
– Который сейчас сидит за покушение на вашу жизнь?
– Он самый, – кивнул я и затаил дыхание, считывая с лиц следователей реакцию на свои слова. Не то чтобы она меня обнадёживала, но всё же.
– И как же он добрался до ваших тралов на Крайнем Севере из-за решётки? – снисходительно улыбнулся один из оперативников.
– А вы дождитесь экспертизы, уважаемые. А я на всякий пожарный, дождусь своей независимой. А то мало ли, у Безрукова руки длинные, он и ваших братьев достанет. Поверьте, я уже даже в этом не сомневаюсь.
И потёр бок, который до сих пор хранил шрам от пулевого ранения. Улыбнулся натянуто, а затем добил:
– Ставлю бутылку односолодового виски, мужики, что уже завтра мы узнаем о наличии взрывчатки на сгоревших тралах…
А сам под столом скрестил пальцы. Хорошо бы, если так. Безруков – психопат и сначала делает, а потом думает. Если его целью было только подорвать мою репутацию, то мне повезло. Если нет, то я реально в заднице.
В полной!
