Текст книги "Меланхолия авантюриста (СИ)"

Автор книги: Даниил Ремизов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 31 страниц)

– Мои способности приблизительно на уровне магистра алхимии, – спокойно говорит Плейк. – Я могу сварить зелье практически любой сложности.

– Это прекрасно, потому что мне потребуется ваша помощь в некоторых делах. Видите ли, есть болезни, которые можно лечить при помощи алхимии, но предварительно… – Шельма делает едва заметную паузу, кажется, она проверяет знания моего мужа.

– Провести магический обряд над зельем, после чего оно получает необходимые лечебные свойства. Так, к примеру, лечится заразная болезнь под названием «Атаираша» – говорит Плейк, но его прерывают.

– Правильно, – Шельма остается довольна ответом Плейка.

Вот стерва, сомневается в способностях моего мужа? Да он великий алхимик! Ха!

– Мне вспомнилась история, – начинает Маджин, – Шефин, помнишь, когда мы сражались с землероем?..

– Конечно, как такое забыть, – на лице Шефина появляется гордая улыбка. Врач-убийца лесных монстров.

– Так вот, а если бы Плейк полил мои раны каким-нибудь зельем, то они бы зажили быстрее? – интересуется Маджин.

– Такой вопрос лучше задавать самому Плейку, а не мне. Но все же отвечу. Не сомневаюсь, они бы зажили быстрее, – отвечает Шефин.

– Но при использовании белой магии они бы зажили почти мгновенно, – вмешивается Шельма.

– Скажите, Шельма, а вы сильный белый маг? – настолько нейтрально, насколько это вообще возможно, спрашиваю я.

– Да, я весьма сильный белый маг, – высокомерно подтверждает Шельма.

Мы пересекаемся взглядами. Это война. Я не верю словам, я верю действиям.

– А можно…. Провести эксперимент? – прошу я.

– Хотите убедиться в моих способностях?

– Да.

– Ох, сейчас что-то будет, – Маджин готов взорваться от нетерпения.

– Дамы, с-спокойнее! – просит Кенред Пьихо.

– К сожалению, вы не ранены, – с язвительной улыбкой говорит Шельма, – так что, я не могу наглядно продемонстрировать свои способности.

Я бросаю быстрый взгляд на Маджина. В этот взгляд я вкладываю: «Это ты привел сюда медсестер, хотя никто тебя об этом не просил, за тобой должок, сечешь?».

– Ай! – Маджин привлекает внимание тем, что «случайно» режет себе ладонь, да так, что мне стало даже немножко стыдно. – Ах, извините, я сегодня так неловок…

– Вот и пример, – радостно поет Шельма, беря в свои руки ладонь Маджина.

Ладони Шельмы начинают излучать белое свечение, рана Маджина заживает на глазах. Через пару секунд от нее не остается и следа.

– Да… я тогда невзлюбила Шельму, – проговорила Марша.

– Думаю, ты знаешь, чем занимались дети в то время, пока вы выясняли отношения… – сказал Ва Дайм.

– Догадываюсь…

– Смотри, – Сейри выставил ладонь, – видишь, ничего нет, а теперь, – маленькая вспышка, и над ладонью Сейри возник малюсенький огненный шарик.

– Ух ты, – восхитился Кланк. – Ты маг, да?

– Ага, только маме не говори, она запрещает мне пользоваться магией…

– Почему?

– Не знаю, просто запрещает. Но я практикую ее, и однажды стану сильным магом, правда!

– Классно! А меня можешь научить?

– Нет.

– Жадина.

– Нет, я не жадина!

– Тогда научи!

– Я не могу! Магия – это такой талант, ты рождаешься с ним, и все тут.

– То есть, я не смогу научиться делать такие шарики? – огорченно спросил Кланк.

– Нет.

– Ох… Слушай, а можешь сделать это еще раз?

– Конечно! – радостно ответил Сейри.

– Да… Помню, как Шельма запрещала Сейри пользоваться магией. Эх, как же мы тогда ругались… – вспомнила Марша.

– Могу продолжать? – прервал Ва Дайм.

– Давай…

Не знаю, который час, да и не важно, но ужин подходит к той точке, когда пьяные гости начинают рассказывать истории из жизни.

– И вот, я бегу за прес-ступником, который украл дорогую вазу, – Кенреда Пьихо слегка пошатывает, а язык его заплетается. Не стоило ему пить столько вина… – Я говорю этому бандиту: «С-СТОЯТЬ! Руки за с-спину!». А он мне: «Не, если я заведу руки за спину, то уроню вазу, и ты еще обвинишь меня в порче имущес-ства!»

Все смеются. Кенред Пьихо сегодня слишком разговорчив, возможно из-за того, что не посещал такие вечера уже много лет. Ну что ж, пока все идет гладко, наша «битва» с Шельмой уже забылась, и мы разговариваем о какой-то чепухе.

– Я пойду, проверю, как там дети, – шепчу я Плейку, тот кивает.

– Марша, – Шельма окликает меня, когда я уже почти дохожу до лестницы, – ты к детям?

– Да.

– Я с тобой, хочу посмотреть, как там Сейри.

Когда мы поднимаемся по лестнице, возникает какая-то гнетущая атмосфера, и она явно исходит от Шельмы. Сейчас случится что-то плохое, я в этом уверена, вот только что? Я открываю дверь, мы застаем Кланка и Сейри за интересным занятием. Сейри показывает Кланку огненный шарик, который парит над его ладонью. Ну да, этого и следовало ожидать от сына белого мага, у него есть талант.

– Сейри… – Шельма медленно подходит к своему сыну. – Что… я тебе говорила по поводу магии?

Паренек нервничает, дрожит, шарик над его ладонью тухнет.

– ОТВЕЧАЙ! – кричит Шельма.

– Я… просто показывал…

– Я запретила тебе пользоваться магией, а ты что делаешь? Показываешь этому… – Шельма презрительно смотрит на моего сына, – ребенку фокусы?

– Эй, эй, тише, – я пытаюсь успокоить разгневанную Шельму, – ну показал Сейри пару фокусов, ну и что из этого?

– Марша, не вмешивайся в это. А ты, – Шельма хватает Сейри за руку и тащит к лестнице, – как только мы придем домой, у нас будет серьезный разговор, молодой человек.

По лицу Сейри становится ясно, что это не первый раз, когда парень попадается на этой провинности.

– Шельма, подожди…

– Марша, спасибо за прекрасный ужин, но нам пора домой.

Демоны раздери! Какая стерва! Это… слов не хватит, чтобы излить всю мою злость. Когда Шельма выходит из комнаты, я наклоняюсь к сыну:

– Кланк, он просто показывал тебе свои… способности?

– Угу, было весело!

– А он ничего не говорил?

– Говорил, чтобы я его маме не рассказывал.

– Понятно… Тебе пора спать.

– Но, мам…

– Никаких «но», в постель, давай, давай.

Поворчав, Кланк все же забирается к себе в постель, я накрываю его одеялом, целую в лоб и желаю спокойных снов.

Я спускаюсь вниз и сразу пропитываюсь атмосферой праздника. Никто даже не замечает, что Шельма ушла, все в оба уха слушают очередной рассказ следователя Кенреда Пьихо.

– Плейк, – шепчу я, – пойду, прослежу за Шельмой, мне нужно кое в чем разобраться.

– Мне пойти с тобой?

– Как хочешь.

– Ладно, пошли. Извините, мне нужно отлучиться на час, – сообщает Плейк гостям, но те не слышат его.

– Что? Не разрешает пользоваться магией? Но это же глупо, ведь у него есть талант мага, и его надо развивать!

– Да, и я о том же, только вот, когда Шельма завидела огненный шарик над ладонью Сейри, она… знаешь, мне даже на секунду стало страшно, показалось, что она сейчас подойдет к нему и ударит.

– Действительно странно. Но, может, нам лучше не вмешиваться?

– Нет, я хочу докопаться до истины. Ох… слушай, холодно-то как.

– Говорил я тебе, надень что-нибудь теплое, но нет, ты пошла в платье, эх…

– Вот ее дом.

Как я уже говорила, Мина Патун распорядилась, чтобы Шельме выделили лучший двухэтажный дом во всей деревне. И это действительно был самый лучший дом. Его строили на совесть и на века. Скорее всего потому, что сама Мина Патун следила за ходом строительства, а если ей что-то не нравится, то она всегда может дать затрещину. Свет горит только в одном окне, на первом этаже. Мы с Плейком на цыпочках подбираемся к окну и застаем интересную картину. Кажется, Шельма кричит на Сейри, и… она ударяет его! Дает пощечину.

– Надо вмешаться, – говорю я, направляясь к входной двери.

– Эх, надо, – соглашается Плейк.

Я открываю дверь и во весь голос кричу:

– Шельма, ты с ума сошла, бить сына?!

– Марша? Что ты забыла в моем доме?

– Хотела кое в чем убедиться.

– Все, что происходит в моем доме не твое дело.

– Ох… – Плейк, наконец, входит в дом. – Знаете, Шельма, ведь это неправильно бить ребенка. И за что? За то, что он хочет практиковать магию?

– Сейри, – Шельма кладет руку на плечо своего сына, – иди в свою комнату.

– Д… да… – дрожащим от страха голосом отвечает паренек.

Когда Сейри уходит, Шельма тяжело вздыхает и садится за стол.

– Вы же ничего не знаете.

– Тогда рассказывай, – требую я.

– Его отец – очень могущественный маг… Очень… Когда мы поженились, я думала, что все будет прекрасно, наконец, в моей жизни настанет покой и порядок. Мы дополняли друг друга, оба обладали талантом магии… Но как только родился Сейри, муж бросил меня. Бросил… – слеза катится по щеке Шельмы. – И оставил записку, в которой говорилось, что он сделал то, что хотел… завел сына, который станет великим магом. Его сын будет практиковаться в магии и, когда дойдет до той точки, на которой ему понадобятся знания сильного мага, он отправится искать своего отца. Несколько лет я скиталась от города к городу, пытаясь найти своего мужа, но, в конце концов, поняла, что это бесполезное занятие, и решила осесть в какой-нибудь деревеньке. Ваша мне показалось самой спокойной…

– Почему ваш муж так поступил? – дивится Плейк.

– Не знаю… Не знаю… Сейри не должен практиковаться в магии, иначе он…

– Он знает, кто его отец? – спрашивает Плейк.

– Я сказала, что он был солдатом, который погиб от меча разбойника…

– Тогда почему просто не дать парню возможность развивать свой талант? Пусть он тоже станет белым магом, и…

– Марша, если он начнет пользоваться магией, то уже не сможет остановиться! Это будет конец! Он уйдет от меня, как ушел мой муж… Я не хочу остаться в одиночестве.

– Кто же сказал, что он уйдет от тебя? И что мешает тебе снова выйти замуж?

– Нет… заново выходить замуж… не верю я людям, ну просто не верю. Вдруг он окажется таким же… бросит меня…

– Дура, – ругаюсь я, – нашла из-за чего переживать. Вон мой муж…

Я останавливаюсь. Нельзя, чтобы Шельма знала, что мой муж был культистом, это засекреченная информация. По крайней мере, об этом знают только Глека и я, кажется, больше никто.

– Моя бывшая жена, – начинает Плейк, – она не любила ни меня, ни нашего ребенка. Она хотела использовать его для своей выгоды. И тогда я понял, что мне с ней не по пути, и встретил Маршу. Она буквально спасла и меня, и нашего сына…

Прошел час или два, я не умею засекать время. Шельма порядочно напилась коньяка и выговаривалась.

– Кому я нужна? Да, как белый маг я нужна всем, но… кто полюбит меня? Я так несчастна!

О боги, как же я устаю от этого нытья.

– Марша, я хочу попросить тебя об одолжении. Пусть наши дети будут играть вместе, но только прошу, проследи, чтобы Сейри не использовал магию, пожалуйста! Пусть он будет обычным ребенком! Пусть делает все, что хочет, кроме магии, прошу!

Как мило вешать на меня своего спиногрыза, как мило…

– Ну…

– Не волнуйтесь, мы проследим, чтобы Сейри не использовал магию.

– Спасибо, – говорит Шельма.

Хлюпая носом, она медленно опускает свою голову на стол и храпит.

Плейк знаками показывает, что пора уходить. Я задуваю свечи, мы выходим на улицу и закрываем дверь. Проходим половину расстояния до нашего дома, и Плейк вдруг неожиданно читает мои мысли.

– Пускай тренируется, да?

– Да…

– А ты будешь нема как рыба, да?

– Да, и ты будешь нем как рыба. Все же у нее с головой не все в порядке.

– Она боится одиночества.

– Знаешь что, а Сейри мне кое-кого напоминает.

– Кого?

– Тебя, дурак! Он так же рьяно хочет постичь то, что его интересует.

– Да, действительно… – не без иронии соглашается Плейк. – Я его прекрасно понимаю…

Утро было тяжелым. Гости разошлись к четырем утра, все пьяные, сытые и довольные. Поспав пару часиков, я начинаю уборку. О боги, ну и свинарник они развели. Надо как можно реже устраивать такие вечеринки. Ну, ничего, зато о ней еще долго будут говорить, что-нибудь вроде: «Как классно посидели» или «Это был самый лучший ужин в моей жизни», хе-хе.

Три часа уборки и, наконец, я могу вздохнуть с облегчением. Сажусь на стул, вытягиваю ноги и начинаю отдыхать. Как приятно… А ведь можно поставить стул к окну и сидеть под солнечными лучами! Да… но для этого придется встать… Не, мне и так хорошо…

– Марша, – Плейк, наконец, просыпается и спускается ко мне, – как ты себя чувствуешь?

– Да так, – вяло отвечаю я, – тебе тоже доброе утро.

В дверь стучат.

– Открой, ладно? – прошу я своего мужа.

– Ладно, ладно. Иду!

– Кто там?

Тишина. Интригующая тишина. Надо же, я даже нахожу в себе силы встать.

– О, привет Сейри.

– Здравствуйте, а можно мне к Кланку? – робко спрашивает мальчик.

– Конечно, заходи, заходи, присаживайся. Кланк! Вставай, соня!

Сейри садится на стул, я проверяю, нет ли за дверью его матери, убеждаюсь, что Шельмы там точно нет, подхожу к парнишке, и говорю:

– Сейри, а можешь показать мне твои фокусы с магией?

– Н… нет…

– Ну, пожалуйста, всего один раз.

– Мне нельзя…

– Да ладно, я никому не скажу.

– Ну… – мальчик вытягивает руку, и спустя несколько секунд над его ладонью вспыхивает маленький огненный шарик.

– Ух ты, как красиво. Долго этому учился?

– Нет… – скромно отвечает Сейри.

– Слушай, а давай договоримся. Ты можешь использовать магию здесь, в этом доме, но только при условии, что не расскажешь об этом своей маме, хорошо?

– Правда?!

– Да, только это будет наш с тобой секрет.

– Хорошо! – Сейри очень радуется.

– Кланк! Соня, пойду, разбужу его.

– Да… я помню этот день и этот разговор.

– Ты дала Сейри то, чего он так жаждал.

– Да… Но я думаю, он в любом случае практиковал бы магию, где-нибудь в темных переулках…

– Возможно. Помнишь, что случилось неделю спустя?

– Да… этот день я тоже прекрасно помню.

Сейри и Кланк проводили большую часть времени вместе, и, конечно, я знала причину. Сейри использовал магию, а Кланку весьма нравилось смотреть на огненные шарики, так что обе стороны были довольны. Целую неделю они были не разлей вода, пока однажды утром…

Я прогуливаюсь по своим лесным «владениям». Нужно проверять поставленные ловушки да и вообще делать много повседневных охотничьих дел.

– Так, так, – я подхожу поближе к зарослям дикого клевера, – а это что?

Странно, не помню, чтобы я ставила здесь ловушку. Хотя… может, ставила?

Обычная ловушка-захват. Принцип действия простой – наступаешь на нее, веревка натягивается и подвешивает тебя. Я запросто обезвреживаю такую несложную ловушку, сматываю веревку, кладу ее к себе в походную сумку и иду дальше. Так, здесь все в порядке, хотя ничего не поймано, здесь тоже, здесь… еще одна ловушка?

– Демоны раздери, – ругаюсь я.

Какой умник решил шастать по моей территории? Ух, найду его, и… Ладно, что-нибудь придумаю, сейчас главное – обезвредить очередную западню. Я опять повторяю процедуру обезвреживания. Теперь в моем мешке уже две разобранные ловушки. Нет, это конечно хамство, ведь есть негласный кодекс охотников: один не охотится в угодьях другого. А это – мои угодья. Найду паршивца….

Я попалась. Не знаю, как потеряла бдительность, может быть, расслабилась, но я попалась в простейшую ловушку.

– Уа-а-а-а! – визжу я, когда веревка обхватывает мою левую ногу и поднимает в воздух на три метра.

И вот, я болтаюсь влево и вправо, смотря на натянутую на толстый сук веревку. Это не смешно. Это действительно не смешно!

– Эй! – кричу я. – Кто тут такой умный, а? Выходи, зараза! Поймаю тебя…

Хотя нет, постой, Марша, если ты сейчас будешь сыпать угрозами, то эта гадина навряд ли выйдет. Попробуем обратную психологию.

– Ладно, я восхищена твоей ловушкой, может, покажешь себя, а, мастер?

В ближайших кустах раздается шорох, и из них неспешно выходит… мальчуган лет восьми, в грязной рубахе и потрепанных льняных штанах… Он толстоват, да, толстоват, а оттенок его кожи смугл.

– А-а-а… – смотря на меня, бормочет мальчишка. – Я думал, что поймал завтрак…

– Не хочешь спустить меня?

Конечно, я могу сделать это самостоятельно, ведь у меня на поясе висит мой преданный охотничий нож, но я хочу, чтобы этот поганец лично спустил меня, и тогда я воспользуюсь моментом и смогу отшлепать его.

– Ладно, – меланхолично тянет мальчик, и неизвестно откуда взявшийся в его руке нож режет веревку рядом с кустами.

Я падаю. Да, демоны раздери, я думала, что он хотя бы поддержит меня… хотя, стоп, как бы он смог удержать веревку, на которой болтается взрослая женщина? Нет, вес свой сообщать не буду, но он нормальный, нормальный женский вес.

– Ай-ай-ай, – я растираю ушибленную спину. – Эй, стоять!

– Что? – парень оборачивается.

– Ты кто такой вообще?

– Зифа.

– А фамилия?

– Ее нет.

– Как нет?

– Просто нет, – отвечает парень и идет дальше.

– Нет, погоди, – я хватаю его за плечо, – ты откуда?

– Э-э-э, – парень задумчиво чешет затылок. – Был оттуда, – он показывает пальцем в глубь леса, – но, похоже, я опоздал.

– Чего?

– Что?

– Нет, ты… что, значит из глубин леса?

– Ну да, – парень смотрит на меня как на полную дуру, – я там жил, да и сейчас придется.

– Так кто твои родители, мистер шутник? – грозно спрашиваю я.

– Мама и папа.

– Очень смешно, а если серьезно?

– Сеха и Жоль.

– Хм, странно, не припомню, чтобы в деревне были люди с такими именами…

– Я не из деревни.

– Что? Откуда ты вообще?

– Я же сказал, оттуда, – парень вновь показывает пальцем на плотное скопление деревьев.

– Так, – я решаю не отпускать его, пока вся эта история не прояснится, – сейчас мы пойдем туда и все выясним, понял?

– Ладно, – парень пожимает плечами, – все равно по пути.

И я иду за парнем в глубь леса. Через некоторое время мальчик выводит меня на поляну.

– Что здесь было? – удивляюсь я.

– Стоянка, – поясняет Зифа.

– Стоянка чего?

– Племени.

– Какого племени?!

– Моего.

Место, в которое привел меня Зифа, было огромной, недавно расчищенной поляной. Остатки от срубленных деревьев и прочие приготовления для того, чтобы разбить лагерь, были видны сходу. Также я замечаю на земле следы от колес повозок. Похоже, их было не меньше десятка.

– Так, Зифа, еще раз объясни мне, что это за племя такое?

– Простое племя. Кочевники.

– Так, понятно… И что оно делало в этих краях?

– Встало на стоянку.

– Ага… Но почему именно здесь?

– А почему бы и нет?

– Ладно, ладно… А почему ты тогда не с ними?

– Я не успел.

– Не успел куда?

– Не куда, а к чему. Я не успел к отъезду.

– Что? То есть племя просто не стало тебя ждать и уехало?!

– Да, – спокойно соглашается мальчишка.

– И давно племя уехало?

– Недели две назад.

– Ох… Стоп, ты две недели жил в лесу? Как?

– Просто. Ловушку поставил, дичь поймал, поел. Вот так.

– Оп-па…

Вдруг, словно молния, в мое сознание проникает мысль, что этот паренек может быть каким-нибудь монстром, который просто замаскирован под человека. Надо проверить.

– Слушай, а не хочешь нормальной еды? Мяса?

– Хочу.

– Пошли за мной.

– Ну, как? – спрашиваю я Плейка.

– Он чист. Обычный ребенок, правда, толстоват. Явно иноземец.

Я заглядываю в гостиную, где паренек по имени Зифа поглощает третью тарелку жареной телятины.

– Да… а аппетит как у монстра. И что делать? – спрашиваю я.

– Хм, ну, если то, что он говорит – правда, то единственно верным решением будет обратиться к деревенским старостам и сделать его полноправным жителем нашей деревни.

– Да, в этом есть смысл. Только ты пойдешь со мной, у тебя больше авторитета, чем у меня, – говорю я.

– Но…

– Никаких «но»! Идем, сейчас же!

– Эх…

– Заперто… – с досадой сообщаю я.

– Они там, – говорит Плейк, – скорее всего у них обед…

Проделать такой путь к ратуше и узнать, что кабинет деревенских старост заперт лишь потому, что у них обед? Прекрасно. Хоть бы табличку вывесили, когда он закончится.

– Нам нужно туда? – интересуется Зифа.

– Да, – отвечает Плейк. – Но, похоже, придется подождать.

– Не думаю, – отвечает мальчуган, вынимая из кармана своих штанов какой-то тонкий крючковидный предмет.

– Что ты делаешь? – удивляюсь я.

– Минутку, – Зифа засовывает крючок в замочную скважину, вертит его, что-то в замке крякает, и дверь с тихим скрипом открывается. – Готово, – сообщает Зифа.

О боги, это наверняка ребенок какого-нибудь бандита! И ловушки ставить умеет, и с замками «работает». Рядом с нашей деревней точно обосновались разбойники и выслали этого паренька вперед, в качестве разведчика.

– КАКОГО ДЕМОНА! – визжит Бин Гардо, который собирался отправить в рот кусок мяса, нанизанный на огромную вилку.

Перед каждым старостой на столе стоит несколько тарелок и по бутылке вина. Так вот, как у них проходит обед.

– Эй, между прочим, у нас обед! – злится Монтон Оливи, староста, в чьи обязанности входит рассмотрение сельскохозяйственных вопросов.

– Простите, – Плейк делает виноватое лицо, – но у нас серьезное дело.

– А оно не может подождать? – сердито спрашивает Бин Гардо.

– Тихо, – приказывает Альберт Дегно Строф, главенствующий староста. – Говорите.

– Здравствуйте, – я кланяюсь старостам. – Меня зовут Марша Сай, думаю, что вы меня помните и…

– Ближе к делу, – требует Альберт Дегно Строф.

– Ситуация следующая… Я проверяла свою охотничью территорию и наткнулась на пару ловушек, которые ставила не я. Выяснилось, что это сделал он, – я выдвигаю Зифу вперед.

Меланхоличным взглядом Зифа окидывает деревенских старост, которые из-за него прервали свой обед.

– Выяснилось, что этот паренек, кстати, его зовут Зифой, член какого-то там племени кочевников…

– Что? – возмущается Бин Гардо. – Какое племя кочевников?

– Да я и сама не особо поняла, но он отвел меня на место стоянки его племени, и я убедилась в том, что он говорит правду. Огромная поляна, множество срубленных деревьев и следы тяжелых повозок. По словам парня, племя покинуло стоянку две недели назад, а его забыли.

– Я опоздал, – поправляет меня Зифа.

– Да, он опоздал.

– Как это опоздал? Его что, не должны были ждать? – удивленно спрашивает Мина Патун, опустив бокал с вином. – Ведь он же член племени.

– Все правильно, – спокойно говорит Зифа. – Мы не ждем опоздавших.

– Почему?

– Потому что потом опоздавшие все равно нагонят племя. А может быть, наткнутся на него в том же месте, где они отстали.

– Так… – Плут Гарри прищуривает свои глаза, сейчас он больше всего походит на маленькую крысу. – Парень, а не шпион ли ты, а? Может, тебя разбойники заслали!

Надо же, моя теория о том, что Зифа шпион разбойников, может подтвердиться…

– Шпион? С чего вы взяли? – почти зевая, спрашивает Зифа.

– Кто открыл дверь? – уточняет Плут Гарри.

– Я, – честно отвечает Зифа.

– Вот! Сколько тебе лет?

– Восемь.

– Именно! Ребенок не может ставить ловушки и вскрывать замки в восемь лет!

– Я могу, – парирует Зифа.

– Так, вызовите Кенреда Пьихо, пусть он выудит из этого ребенка всю информацию.

– Думаю, что в этом нет необходимости, – высказывает свое мнение Альберт Дегно Строф. – Нам нужно решить проблему с этим мальчиком. Проблема следующая – где он будет жить?

– Но он… иноземец! – возмущается Кхоли Сан, главный религиозный деятель деревни.

– Слушай, Кхоли, засунь себе свои предрассудки, знаешь куда? – Мина Патун грозит своему коллеге кулаком.

– Но вера…

– Кхоли!

Поняв, что спорить с Миной Патун все равно, что пытаться сдвинуть скалу собственными силами, Кхоли Сан молча делает глоток вина из своего бокала.

– Если не ошибаюсь, – начинает Альберт Дегно Строф, – на прошлой неделе умер Пито Шашоно…

– Да, я лично провел обряд похорон, – напоминает Кхоли Сан.

– Его дом не заселен?

– Пока нет, но…

– Мальчик, – Альберт Дегно Строф смотрит серьезным взглядом на ребенка, – ты хочешь жить здесь?

– Имеется в виду это помещение или деревня? – уточняет Зифа.

Все смеются. Демоны раздери, а парень с чувством юмора! Надо будет познакомить его с Кланком.

– Мы предоставим тебе дом, – сообщает Альберт Дегно Строф.

– Но кто будет заботится о мальчике? – уточняет Кхоли Сан.

– Я сам о себе забочусь, – говорит Зифа.

– Если что, мы можем помочь парню, – встревает Плейк. – Ну, накормить или одеть, это в наших силах.

Плейк, добрая душа…. Идиот! Это наши деньги, слышишь? Наши! Мы не благотворительный фонд! Но, все равно, добрая душа…

– Ладно, значит, за ним будет приглядывать семья Сай, – заканчивает Альберт Дегно Строф.

– Слушайте, у меня идея, – внезапно Плут Гарри светится радостной улыбкой, – а ведь паренек-то умеет работать с замками, а что, если устроить его работать в нашу темницу? Ну, там, ключником?

– Ты с ума сошел? – кричит Мина Патун. – Ребенку – работать?

– Идея хорошая, – соглашается Бин Гардо. – Но не будет ли он там шалить? Вдруг ему вздумается выпустить заключенных?

– Мне не помешала бы подмога в моей работе, – между делом говорит мой муж. – Зифа как раз тот человек, который мне нужен.

Плейк, ты с дуба рухнул, что ли? Опять собираешься ставить опыты на людях? Да я тебя прибью!

– Хорошо, но, как я понимаю, зарплату Зифе будут платить из нашего, а не из вашего кошелька, так, господин Плейк? – уточняет Ксак Пинетте, староста, отвечающий за финансовое состояние деревни.

– Это в ваших же интересах, – продолжает Плейк. – С помощью Зифы я смогу ускорить производство зелий, что снизит их стоимость для деревенских жителей, следовательно, все будут довольны.

– Вы уверены, что сможете это сделать? – на всякий случай уточняет Альберт Дегно Строф.

– Да, с помощью этого мальчика у меня получится, поверьте.

– Ладно, оформляйте его как деревенского жителя, поселите в доме усопшего Пито Шашоно и устройте на работу в алхимическую лабораторию господина Плейка, – приказывает Альберт Дегно Строф.

– Благодарю, – мы с Плейком одновременно кланяемся старостам.

– Это все? – уточняет Альберт Дегно Строф.

– Да.

– Тогда, позвольте нам закончить обед.

Мы выходим на улицу, я достаю сигарету, закуриваю. В голове творится демоны знает что.

– Плейк, – я шиплю на своего мужа, как гадюка, которую живьем жарят на сковородке, – ты опять решил возобновить свои опыты на людях?

– Марша, – Плейк снисходительно улыбается, – мальчуган будет делать то, что захочет, просто я уже давно заказал два новых перегонных куба, которые смогут ускорить производство зелий. Старосты-то об этом не знают, так что я наплел им, что мне нужна помощь Зифы.

– И что я должен делать? – Зифа смотрит на нас, его взгляд был не… не взглядом ребенка, это был взгляд взрослого, крепко стоящего на ногах человека.

– Познакомим его с Кланком и Сейри? – предлагает Плейк.

– Это идея, – соглашаюсь я. – Думаю, втроем им будет веселее.

– Да, да, – Марша улыбалась, из ее глаз лились слезы, слезы счастья. – Я помню этот момент. Плейк тогда смог в очередной раз удивить меня, показав, как сильно он изменился. Превратился из жадного до знаний кровожадного алхимика в заботливого и надежного человека.

– Вы стали приглядывать за Зифой… – напомнил Ва Дайм.

– Да…

– Разрешили Сейри практиковать магию…

– Да, да…

– Это было хорошее время, не правда ли? – спросил Ва Дайм.

– ДА! – Марша вскочила со стула. – И ты… ты все разрушил….

Тишина.

– Я покажу тебе, как все было на самом деле. И тогда ты будешь судить меня.

– Давай! Покажи, как ты разрушил все, что мы так упорно строили.