Текст книги "365 (СИ)"

Автор книги: Альма Либрем

сообщить о нарушении

Текущая страница: 62 (всего у книги 77 страниц)

88 – 87

88

4 февраля 2018 года

Воскресенье

В ресторане было шумно. Это место было точкой встречи уже последние двенадцать или тринадцать лет, Игорь помнил, как они отмечали здесь выпускной – отвратительное, между прочим, вышло празднество, – и никогда больше не ходил в это заведение. И вот сейчас, переступая порог и втягивая носом аромат еды, нисколечко не изменившей свой состав за последнее десятилетие, Ольшанский едва сдержался, чтобы не повернуться спиной к присутствующим и не сбежать. Но Саша, державшая его за руку, не позволила бы этого сделать.

Ирина Александровна вместе с другими классными руководителями стайкой кружилась по ещё полупустому залу. Остальные должны были подъехать позже, кто-то опаздывал, кто-то и вовсе решил не приходить. Игоря она заметила почти сразу, но, переглянувшись с коллегами, кажется, попыталась выяснить, чей это ученик.

Учительница не изменилась ни капли. В её движениях всё так же было много шума и беспардонности, а ещё – много крика и шума на ровном месте. Игоря всегда забавляла её манера ходьбы. Ирина Александровна размахивала руками, обильно жестикулируя, бегала туда-сюда, умела громко говорить, но специально шептала, чтобы собеседнику приходилось придвигаться поближе и прислушиваться к каждому её слову.

– Простите, – теперь она подбежала к Игорю, как всегда, проявляя инициативу в том, чтобы кого-то выгнать или заставить работать. – Вы из какого года выпуска? Представьтесь пожалуйста!

Игорь смерил её раздражённым взглядом, повернулся к Саше с видом "я же тебе говорил", а потом вновь взглянул на Ирину Александровну.

– Игорь Ольшанский, – он склонил голову в шутливом полупоклоне, памятуя, как это движение в дедушкином исполнении раздражало его классную руководительницу. – Не узнали? Как жаль. А вот вы практически не изменились.

Ирина Александровна хихикнула, очевидно, посчитав это комплиментом своему хорошему виду, хотя Игорь имел в виду совершенно другое, и залепетала:

– Да, мы ведь так давно не виделись… А девушка, простите?

– Моя жена, Александра, – представил её Игорь. – Саша, это Ирина Александровна, мой классный руководитель.

Учительница не сдержалась, и её пристальный взгляд буквально приклеился к рукам Игоря и Саши – высматривала кольцо. Казалось, ещё немножко, и она выбежит на улицу, чтобы взглянуть, приехали ли они на общественном транспорте или на своём авто.

Пытаясь сбежать от этого совершенно не смешного представления куда подальше, Игорь увлёк жену за собой, помог ей снять пальто и в поисках места, свободного от Ирины Александровны и её бурного внимания, потянул куда-то вглубь ресторана.

Знакомых лиц хватало. Одноклассники узнавали его легче, чем бывшая классная руководительница, многие, впрочем, тоже удивлялись, скорее тому, что Игорь пришёл, чем тому, как он выглядел сейчас, разумеется. На одном из столов обнаружилась и та самая заветная бутылка, и фотоальбом с выпускными фотографиями, и Ольшанский, сравнивая их тогдашних и нынешних, подумал, что не так всё и изменилось. Они просто стали взрослее, и он, наверное, тоже – в людях уходили подростковые угловатость и затравленный взгляд, они расправляли плечи и пытались дальше идти по жизни с уверенностью, хотя далеко не у всех это получалось.

Кто-то остался и вовсе таким же. Кто-то сильно поправился, кто-то, напротив, исхудал. Мало кто пришёл со своими вторыми половинами, хотя были те, кто мог похвастаться уже и счастливыми браками, и детьми, а некоторые – даже разводами. Об этом рассказывали довольно бурно, делились сплетнями, узнанными друг о друге на протяжении если не десяти лет, то последнего года точно.

– Ольшанский! – окликнула его знакомая. – Кого я вижу! Представишь свою спутницу?

– Саша, моя жена, – улыбнулся Игорь. – А это Юлия, когда-то работала пиар-агентом на нашей фирме…

– И училась с ним в одной школе, – Юля тряхнула головой, поправляя причёску. – Очень приятно, – она деловито протянула Саше руку.

– Спасибо, взаимно, – Александра легко ответила ответным жестом, сжимая на мгновение ладонь новой знакомой в некрепком рукопожатии.

– Как твоя работа? – Юля, кажется, совершенно не хотела разговаривать о школе. – Я слышала, Разумовская чудит в последнее время. Вроде бы даже менеджера какого-то себе нашла, но при этом продолжает строить из себя великое начальство…

– Да, вполне достоверная информация, – кивнул Игорь. – Работа нормально, проект в процессе. Регина – как обычно. Но почему ты сюда пришла?

Юлия пожала плечами. Для неё приход на встречу одноклассников был действием таким же нетипичным, как и для самого Игоря, и девушка теперь, кажется, не могла подобрать правильный вариант ответа. Она открыла рот, пытаясь придумать какое-то оправдание, а потом только досадливо махнула рукой, ничего так и не сказав.

– Твоя идёт, – сообщила девушка раздражённо, кивая на классную руководительницу, и в один миг скрылась в толпе – только было видно, как мелькали то тут, то там светлые волосы.

Ирина Александровна и вправду надвигалась, как тот самолёт-истребитель на мирных жителей. Игорь знал, чем всё это закончится; в бесконечном потоке вопросов учительница будет постоянно упоминать себя и за три или четыре часа поделится всеми нелицеприятными подробностями жизни каждого, кто ей чем-то не нравился. Учитывая то, что не нравились этой женщине абсолютно все, Игорь был готов провалиться сквозь землю от нежелания общаться с нею.

Помощь пришла внезапно. Одноклассник, с которым они сидели за одной партой, как раз подошёл и задал совершенно невинный вопрос:

– А где вы познакомились?

Игорь с Сашей переглянулись, и Ольшанский уступил право отвечать жене.

– На работе, – коротко отозвалась она.

– О! Игорь, а ты сейчас где работаешь? В айти, говорят, очень высокие зарплаты?

Ирина Александровна навострила уши, прислушиваясь к ответу, и Игорь, вместо того, чтобы скромно отмахнуться, мстительно назвал цифру. На одноклассника она произвела приятное впечатление; тот моментально отыскал в своей голове ещё миллион вопросов, которые считал должным задать именно сейчас. Но классная руководительница, пристроившись рядом, тут же вклинилась в разговор:

– Вот видишь, какой хороший старт дала тебе школа, Игорь! – она похлопала его по плечу. – Как замечательно всё вышло! Если б не мы и не здания, которые мы дали, то не было б сейчас ни достатка, ни…

– Ирина Александровна, – не удержавшись, оборвал её Игорь, – вы все наперебой два года подряд рассказывали мне, что в нашем политехе я зарублю свою карьеру и стану самым несчастным человеком на свете, а в столице мне хотя бы пристойная работа светит. Не ваши ли это слова?

– Ведь я же хотела как лучше! – воскликнула она. – Мне казалось, что любой нормальный человек…

– Я не нормальный человек, – покачал головой Ольшанский. – И, если честно, не испытываю особенного желания общаться с вами. Это встреча одноклассников, а не классных руководителей, не так ли?

Она открыла и закрыла рот в ответ на откровенно вызывающие слова, и… не смогла придумать, что бы ещё сказать. Игорь – надо же, десять лет прошло, а всё ещё не забыл! – мог припомнить даже некоторые цитаты её громогласных заявлений, и сейчас, глядя в глаза Ирине Александровне, вдруг понял, что даже испытывает некоторое удовольствие от того, что пришёл. Словно ещё одна ниточка прошлого оборвалась.

Он не сомневался, что завтра всем своим коллегам классная руководительница будет рассказывать о том, как же не ценят её бывшие ученики. Но, надо же, теперь Ольшанского это совершенно не волновало.

87

5 февраля 2018 года

Понедельник

– Мы уже идём домой? – удивилась Саша, когда ровно в шесть часов вечера Игорь выключил свой компьютер и поднялся, собираясь уходить. – Так ведь…

– Будем работать завтра, – Ольшанский окинул взглядом коллег. – Вы, в принципе, тоже свободны. Мы не настолько сильно отстаём, график достаточно гибкий. Пока что нет потребности работать и днём, и ночью.

– Что я слышу! – поразился Егор. – Наш Ольшанский стал выдавать умные мысли… слушай, Саша, мы, конечно, страшно расстроены, что такое сокровище досталось начальству, но ты его перевоспитала. Если б не ты, мы бы здесь уже сидели ночью и кодили, кодили, кодили…

Под укоризненным взглядом Игоря Егор наконец-то умолк и пристыженно посмотрел на других, ожидая подтверждения его слов.

Ребята молчали. Приученные к тому, что Регине нельзя и слова сказать, они невольно экстраполировали этот опыт и на Игоря.

– Да, – нашлась Саша, поняв, что надо обязательно нарушать молчание. – Если б не я, сидели б вы и работали. Причём, учитывая сравнение моей и вашей продуктивности, совсем не потому, что Игорь так строг.

– Мы работаем! – деланно возмутился Дима и тут же рассмеялся. – Просто не очень успешно, понимаешь?

На сей раз расхохотались уже все, и Игорь в том числе. В их команде в принципе царила достаточно лёгкая атмосфера, и приятно было повеселиться, улыбнуться чужой шутке и даже лёгкой издёвке, впрочем, звучавшей без всякой задней мысли.

Саша наконец-то закрыла среду разработки – экран моргнул ярко-фиолетовым, – и отключила монитор.

– У вас вообще бывает свободное время? – не сдержался Егор, выбираясь из-за стола, зевнул и потянулся, явно показывая, что хочет только спать, есть и отдыхать. – Ну хотя бы иногда?

Это предположение тоже было встречено дружным смехом; Игорь не мог вспомнить год, если честно, в котором отдыхал так много, как в этом.

– Понимаешь, – протянула Саша, – время, которое свободно от работы в офисе – оно тоже предназначено для работы. Возможно, немного другого характера… Вся наша жизнь, сплошная работа, если только ты не лентяй и не прожигаешь свои дни на диване. Правда, Егор?

Тот криво усмехнулся – о его лени по всей фирме ходили легенды, а Саша работала здесь достаточно давно, чтобы знать об этом, и, разумеется, могла и поддразнить – не грешно подколоть такого лентяя. Да, Егор обычно обижался, когда ему напоминали о его же недостатках, но не спорил – знал, что неправ.

Сева, до этого хранивший молчание – он вообще достаточно неловко чувствовал себя в коллективе, – вскинул голову и открыл рот, собираясь сказать что-то, но не успел. Его перебил громкий звонок.

Игорь тоже вздрогнул, реагируя на мелодию собственного мобильного, бросил беглый взгляд на экран, одними губами сказал Саше "мама" и буквально вылетел за дверь, чтобы только в коридоре поднять трубку.

Мать почему-то очень громко разговаривала по телефону. Эта дурная привычка сохранялась у неё ещё с молодых лет, и каждый раз, когда Надежда Петровна проводила достаточно много времени в деревне, она вновь начинала кричать в трубку. Наверное, боялась, что связь будет плохой.

– Да, мам, – Игорь постарался говорить дружелюбно, подумав, что Саша была бы рада их примирению. – Ты что-нибудь хотела?

– Привет, сынок! – раздалось бодрое из трубки. – Да так, хотела спросить, как твои дела…

Ольшанский закатил глаза и тут же одёрнул себя. Нельзя было так издеваться над мамиными благими намерениями, даже если верил он в них не до конца.

– Всё в порядке. А ты как? Как здоровье? Как жизнь? – Игорь знал, что поступает нехорошо, но искренне надеялся на то, что мать сейчас переключится на описание своих вечных проблем и навсегда забудет о причинах, по которых ему звонила.

– Да, устала тут в деревне… – вздохнула тяжело мать. – Немного приболела… Надо по врачам побегать, ничего особенного, но ты себе можешь представить, сколько это придётся наездиться с деревни?

Игорь вздохнул. Он прямо слышал голос жены, которая повторяла: родителям надо помогать. Тем более, когда они говорят о проблемах со здоровьем.

– Может быть, ты приедешь к нам? – предложил Ольшанский, коря себя за то, что вообще поднял эту тему. – В любом случае, будет намного ближе, чем из деревни.

– Да? – тут же оживилась Надежда Петровна. – Спасибо тебе, сынок! А когда я могу приехать? В среду тебе будет удобно?

Ну, разумеется. Он и не ожидал, что мать собиралась как-нибудь иначе поступить. Разумеется, она намекала на то, чтобы приехать.

– Да, к шести нормально, – кивнул пустоте Ольшанский. – Но, пожалуйста, без скандалов, мама. И не вздумай ссориться с Сашей. Она из нашего дома точно никуда не денется.

– Конечно! – воскликнула радостно мать. – Спасибо, сынок! Я очень рада, что ты мне поможешь…

Игорь вздохнул.

Интересно, а Яне она звонила?

Наверное, да. Но Янка, никогда не страдавшая лишней скромностью, легко могла послать мать ко всем чертям.

86 – 85

86

6 февраля 2018 года

Вторник

Главной вторниковой новостью можно было смело считать Эндрю.

Игорь не ожидал его увидеть. Признаться, он даже не заметил бы голландца – ну, ладно, недоголландца, – потому что шёл, уткнувшись носом в последнюю аналитику, но тот поймал его за плечо, выдёргивая из размышлений.

– Уже не признаёшь? – хитро полюбопытствовал он. – Или ожидал, что Регина закопает меня под ближайшим кустом?

– Второе, – рассмеялся Игорь. – Твоего менеджмента в последнее время здесь не хватало. Разумовская, кажется, искренне надеялась на то, что на переговоры буду ходить я. С моими-то познаниями в финансовой стороне вопроса.

– О! – усмехнулся Эндрю. – Нет, её ещё нет, я уже заглядывал в кабинет. Как всегда, опаздывает. Только с самолёта, думал, одиннадцать часов утра – это как раз то время, когда Разумовская будет на рабочем месте, ан нет…

Игорь ничего не ответил, только тяжело вздохнул, но этой реакции, кажется, Эндрю вполне хватило для того, чтобы понять общую обстановку.

– Совсем достала?

Ольшанский кивнул. Терпеть Регину становилось с каждым разом всё труднее и труднее, и иногда ему казалось, что это невыполнимая задача.

– Ну, слушай, – вздохнул Эндрю. – Какая есть…

– Я ей всунул листовку об эксплуатировании сотрудников, – отметил Игорь. – Прочитала, прониклась, но ни капельки не изменилась. Правда, оставила в покое в выходной день, но мне показалось, что это скорее временная мера была.

Эндрю присвистнул. Очевидно, он прекрасно представлял себе, что именно могло быть напечатано на листовке, и поражался, что Разумовская перенесла этот момент своей жизни без особенных скандалов, например, не стукнула Игоря по голове брошюрой и не вышвырнула его с работы.

Впрочем, последнее было слишком дорогим удовольствием – найти на такой громадный проект нового программиста, ещё и способного справиться с поставленной задачей, не так просто, как могли подумать некомпетентные люди.

– Идёт, – вздохнул Эндрю, кивнув на дверь.

И вправду, сканер заморгал, раздалось тихое предупредительное пиканье, звучавшее во избежание болезненных столкновений, дверь отворилась и Регина зашла в коридор, привычно расстроенная и совершенно нетипично для себя растрёпанная.

Программисты, пробегающие мимо Разумовской, естественно, здоровались, но так и не получили ответ. Это для Регины было классическим поведением, по крайней мере, если ориентироваться на последние месяцы.

– Эндрю, – холодно поприветствовала она голландца, когда подошла поближе. – Не ждала тебя сейчас здесь увидеть.

Андрей открыл было рот, кажется, намереваясь ляпнуть, что он-то как раз её ждал, но не дождался – ну, не в срок уж точно, – но Игорь едва заметно дёрнул его за рукав, заставляя замолчать, и сам натянуто улыбнулся Регине. К сожалению, незаменимых людей не бывает, разве что на них висят очень срочные проекты и они не трясутся над собственным рабочим местом.

– Здравствуйте, – сухо кивнул в ответ Эндрю, проглотив столь желанное хамство. – И куда мне теперь заселяться? В прежнем кабинете, кажется, обитаете вы.

Регина кивнула. Кажется, никаких угрызений совести по поводу того, что вытолкала человека из комфортного места, она не испытывала. То, что Разумовская в последнее время была способна только плести интриги, но ничего полезного отнюдь не делала, её тоже не смущало.

– Да, – протянула она, – у тебя будет новый кабинет. Пойдём, покажу, – она поманила Эндрю за собой.

Тот оглянулся на Игоря, словно призывая его тоже прогуляться до нового кабинета и посмотреть на обитель, которую предложит Регина, но Ольшанский только коротко отрицательно покачал головой. Почему-то у него вновь было дурное предчувствие.

И вправду, Разумовская дошла до самого конца коридора, свернула направо и остановилась перед дверью бывшей серверной, которую давно закрыли из-за бесполезности. В связке её ключей даже отыскался нужный, что явно указывало на подготовленность провокации.

Игорь почувствовал горечь отвращения во рту. Вот вроде бы это показательное выступление никак не относилось к нему самому, но всё равно было крайне неприятно.

– Вот, – донёсся до него голос Регины. – Твой новый кабинет.

Она открыла дверь и посторонилась, пропуская Эндрю в комнату без окон, с одним жалким столом у стены и горой использованной, сломанной техники.

– О! – бодро отозвался Эндрю. – Да вы прямо разжились хоромами для меня! – он обернулся и остановился в дверном проёме, с вызовом глядя на Регину, всем своим видом подчёркивая, что её план не удался. – Очень мило с вашей стороны. Спасибо! Я такого даже не ожидал… Очень чистая энергетика. Вы сюда давно не заходили или специально приводили экстрасенса?

85

7 февраля 2018 года

Среда

Надежда Петровна в этот раз была предельно пунктуальна. В шесть тридцать, когда Игорь как раз парковался возле дома, она как раз подошла к подъезду, демонстративно пристроила тяжёлые сумки на скамью и оглянулась, поджидая сына.

– Здравствуй, мам, – Игорь выбрался из авто и махнул матери рукой. – Саш, иди, открой дверь, пожалуйста…

Александра приветливо улыбнулась свекрови и нырнула в подъезд, поскорее убегая от холода. Это, разумеется, тоже вызвало некое неодобрение Надежды Петровны, но мать промолчала. Для неё даже спокойное принятие чужого поведения было крайне нетипичной реакцией, но Игорь списал это на желание примириться. Всё-таки, мама первой проявила инициативу.

– Привет, дорогой, – не слишком искренне произнесла Надежда Петровна, когда Игорь подошёл к ней вплотную. – Я совсем вас заждалась, уж думала, что ты решил заставить мать примёрзнуть к скамейке…

– Я видел, как ты вышла из такси, – отметил Игорь, поднимая её сумку. – Две минуты разницы в приезде. Не так уж и холодно, тебе не кажется?

– Дотошен, как и твоя бабушка, – вроде бы шутливо упрекнула сына Надежда Петровна. – И твоя жена, кажется, не в восторге от моего приезда…

Игорь неопределённо пожал плечами. Что было сказать?

– Ты преувеличиваешь, – произнёс он. – Саша хорошо к тебе относится. И, мам, очень надеюсь, что ссориться вы не будете.

Надежда Петровна ничего обещать не стала, как и обычно. Она вообще была скептически настроена относительно Саши и явно не желала общаться с невесткой. Игорь понимал, что матери в какой-то мере нравится оставаться на расстоянии с Александрой, что она не одобряет этот брак и до сих пор не понимает, почему её мнение не учитывалось, когда сын женился, и каждый раз, когда Ольшанский пытался поддаться на уговоры супруги и помириться с семьей, он заранее ждал фиаско.

Он пропустил мать в подъезд первой, а сам последовал за нею. За время пребывания в деревне, казалось, в родительнице ничего не изменилось, даже её гардероб. Надежда Петровна приехала в дорогой и совершенно безвкусной шубе, которую так сильно ненавидел её муж.

Игорь наблюдал за тем, как пушистый пояс, свисающий с петель и бьющийся длинными концами о ступеньки подъезда, собирал на себя всю лестничную пыль, и думал, что добра с этой затеи не выйдет. Но с матерью своим мнением, впрочем, не делился – это было бесполезно.

– Я хочу попросить тебя, – произнёс он, когда они остановились за пролёт до квартиры. – Давай не будем устраивать скандалы, ладно? Никаких ссор с Сашей. Ей и так сейчас не слишком хорошо.

– Что-то случилось? – с несколько ложной участливостью спросила Надежда Петровна.

– Так, работа, – отмахнулся Игорь.

Сказать матери правду ему и в голову не пришло. Она точно не пожалеет Сашу, если вдруг узнает о том, что у той проблемы с родителями или что-то в этом роде. Как же, ведь Ольга Максимовна в её глазах – разрушительница уютного семейного гнезда.

Игорь и сам не мог спокойно воспринимать свою тёщу, но всё же… Мать сделала всё, чтобы остаться в гордом одиночестве. Она даже не пыталась никогда найти общий язык со своим мужем, так зачем теперь ждать понимания?

– Работа – не повод срываться на родных, – отметила Надежда Петровна. – И настоящая женщина должна разграничивать семейный уют и трудовые будни.

– Ты ни дня в браке не работала, – раздражённо отметил Игорь. – Никаких ссор, мама. Надеюсь, ты понимаешь, что Саша точно отсюда никуда не уедет?

Мать закатила глаза и продолжила свой путь наверх молча, больше не споря по поводу того, какие права имеет в доме родного сына.

Игорь знал: Надежда Петровна решила, что задержится здесь надолго. И не сомневался, что его локальное примирение с матерью будет очень коротким, а потом всё вернётся на круги своя.

Но ей пока что знать об этом было необязательно.