![](/files/books/160/oblozhka-knigi-veter-kruzhit-listya-si-298725.jpg)
Текст книги "Ветер кружит листья (СИ)"
Автор книги: Митэй Тиль
Жанр:
Фанфик
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 30 страниц)
– Я чувствую, что ты лжёшь, но наверняка у тебя есть на это причины, так что я больше не буду спрашивать, – сказала Кенара.
Шэнрё удивленно взглянула на нее.
– Уважаешь чужое личное пространство? Разумно, если хочешь привлечь такую, как я, на свою сторону. Только я не признаю сторон, так что… Я была чунином и у меня была команда. На миссии по преследованию банды «Коготь» меня взяли в плен, а товарищи отступили, фактически, бросили меня. Спасшись, я вернулась в Деревню Песка, но с тех пор никогда больше не работаю в команде. По этой причине меня снова понизили до генина. На этом экзамене я должна показать, что перешагнула через прошлое.
Кенара почувствовала комок в горле.
– Предательство забыть непросто, – проговорила она. – Но у нас тут не будет никаких предателей. Пойдёмте дальше.
Вступить в команду – значит взять на себя обязательства, поставить рядом с собой двух других людей, принять как факт, что их жизнь равноценна твоей. Для Кенары это было непросто. С детства она была довольно эгоцентрична, сосредоточена на собственном внутреннем мире. Пройдя некий путь, совершенствуя свой ум и тело, она представляла собой личность, а не только боевую единицу. Быть шиноби означало пожертвовать всем, превратить себя в орудие и быть готовым пойти на размен. Прямо сейчас эта работа происходила в ней. Она готовилась в случае необходимости переступить через своё Я, поставить во главу угла интересы команды и даже обменять свою жизнь на жизнь Руюги или Шэнрё, которые были ей не очень симпатичны. Но, став командиром, она отбросила симпатии и антипатии и признала этих людей своими, какими бы они ни были.
Примерно через час на горизонте показалось какое-то движение. Кенара предложила направиться туда. Вскоре начали вырисовываться фигуры соперников. Команда Кенары прибавила ходу и стала их настигать. Вдруг фигуры остановились.
– Должно быть, заманивают нас в ловушку. Давайте спрячемся за тем гребнем и отправим теневых клонов им навстречу.
Клоны Кенары, Шэнрё и Руюги остановились в нескольких шагах от противника. Шиноби из Песка посмеивались и поглядывали друг на друга. Главной, видимо, была высокая девушка в розовом кимоно с короткой ассиметричной стрижкой и огромной кистью для акварели, заброшенной на плечо. Ее напарниками были двое парней в обычной форме шиноби песка: один – рыжий с шейным платком с протектором, другой – симпатичный темноволосый с черными, будто накрашенными, глазами.
– Я их где-то видела, но лично не знакома, – сказала Шэнрё.
– Зато мы о тебе наслышаны, Шэнрё-сан, – усмехнулась девушка с кистью. – Для нас будет честью победить тебя.
– Наслышаны, но не боитесь? Любите рисковать?
– Мы хорошо подготовились, – художница начала быстро складывать печати, на песке проступили узоры, покрывающие довольно большую площадь. – Странный лес!
Узоры обрели форму, отделились от земли и оказались прочными лианами, которые начали быстро опутывать клонов.
– Хм, слишком легко!
– Фэн, они за гребнем, – рыжий парень махнул рукой. На плечо его уселась маленькая ящерка. В этот момент клоны, задушенные лианами, исчезли.
– Прячься, – бросила Кенара Руюге. Тот отступил на шаг и совершенно исчез.
Девушки сжали кунаи и разбежались в разные стороны. И вовремя, потому что в то место, где они стояли, прилетел огненный шар, выпущенный парнем с угольно-черными глазами.
– У них свиток Земли, – сказал рыжий, – то, что надо.
– Нет, – ответила Кенара, – это у вас то, что надо нам – свиток Неба.
Девушка с кистью, Фэн, уклонилась от кунаев и сложила еще несколько печатей. На песке проступил второй рисунок. Он был похож на множество растянутых и погнутых восьмерок.
– Траектории смерти! Летящие кунаи! – быстрыми движениями она доставала и выпускала по десять кунаев разом. Каждый кунай замер над одной из восьмерок на определенной высоте и начал быстро летать над рисунком, повторяя его форму.
Кенара и Шэнрё оказались отрезанными друг от друга. Они быстро сошли с рисунка и стояли теперь на островках, свободных от пролетающих кунаев.
– Отлично, Фэн! – воскликнул рыжий. – Но свиток был у третьего, он куда-то исчез. Впрочем, моя техника призыва быстро найдет его, если только он не летает…
Кенара огляделась и всё подсчитала в уме. Впереди восемь полос, которые ей надо пересечь, чтобы добраться до Фэн. Кунаи летают быстро, но она успеет по очереди проскочить мимо каждого из них. Куноичи прыгнула вперед… и упала на песок с кунаем в бедре.
Фэн усмехнулась.
– Неплохо, да? – спросила она. – Кунаи ускоряются, когда кто-то попадает в рисунок, ты не могла об этом знать.
Кенара вырвала кунай и быстро перевязала ногу.
– Ничего не получится, смиритесь, у меня еще несколько козырей в рукаве! – воскликнула Фэн. Она явно чувствовала себя в безопасности. – Просто отдайте нам свиток, убивать вас мы не собираемся.
Рыжий шиноби начал применять технику призыва. Земля задрожала, и на поверхности показались три огромных каменных червя-бурильщика. Они загудели и скрылись под землей. Шиноби создал островок из песка над землей, запрыгнул на него и отправился за своими питомцами.
– Они чувствуют того третьего парня, он движется на восток.
– Преследуй его, Нави! – крикнул черноглазый.
Кенара поднялась на ноги. Семь полос впереди. Кунай на пятнадцать сантиметров выше земли, кунай на тридцати, пятидесяти, ста двадцати, тридцати, ста сорока, ста, восьмидесяти сантиметрах… Они ударят мгновенно, просто ее кунай должен быть в точке удара заранее. Куноичи прыгнула вперед…
В это время Шэнрё создала стеклянный шар и покатилась в нем на восток прямо по рисунку, кунаи отскакивали от ее шара, не причинив ему вреда. Черноглазый бросился наперерез, Нави преследовал невидимого Руюгу.
Кенара перекатилась через первые две линии, отбив кунаи своим оружием, затем вскочила и перепрыгнула следующую линию, сделала кувырок, отбила четвертый кунай, следующие два отбив в прыжке, перед последней линией быстро сделала клона и пустила его вперед. Клон бросился через последнюю линию, получил кунай в ногу где-то над коленом и исчез, а из-за него уже летела в прыжке Кенара. Ей почти удалось ударить Фэн ногой, но девушка отскочила и сняла с плеча кисть, готовясь использовать ее как оружие. Однако в ближнем бою Кенара была сильнее и намного, намного быстрее. Одно движение, другое – и мощный удар в грудь. Фэн выронила кисть и отлетела на несколько шагов. Потеряв сознание, она так и не поднялась. Кунаи посыпались на песок. Подняв парочку, Кенара сказала самой себе:
– Так себе техника, хотя зрелищная и название пафосное. Напоминает техники Нинаки и ее ровесников.
Шэнрё выбралась из стеклянного шара и держала дистанцию, уклоняясь от огненных техник черноглазого парня. Кенара прибежала к ней на помощь и хотела напасть вблизи, но шиноби песка уклонился, перекатился и использовал новую технику.
– Стихия Огня! Руки-огнеметы! – воскликнул он, и из его предплечий вырвались два мощных огненных потока. Кенара отпрыгнула в сторону. Шэнрё бросила несколько сюрикенов, но они сгорели в пламени. Когда Кенара оказалась поблизости, Шэнрё тихо сказала ей:
– Заставь его расплавить песок вокруг, как можно ближе к его ногам.
Кенара сделала парочку клонов, и те пошли на сближение. Когда черноглазый парень окатил огнем практически все вокруг себя, Шэнрё сложила печати.
– Стихия Земли! Стихия Огня! Руки из стекла!
Оплавленный песок принял жидкую форму, трансформировался в мощные кисти рук и крепко ухватил шиноби за щиколотки.
– Попался! – воскликнула Шэнрё. – Теперь делай, что хочешь!
Кенара помчалась на восток. Бедному Руюге снова пришлось бегать; на этот раз от его скорости зависел не только успех экзамена, но и, возможно, его собственная жизнь, так что поднажал он не на шутку. Теперь маскировка с него спала. Следом гнались, сотрясая землю, бурильщики, а за ними на песчаном островке летел Нави, хохоча и поддразнивая Руюгу. Кенара поняла, что ей нужно догнать рыжего парня быстрее, чем он догонит Руюгу, а расстояние между ними сокращалось. Она ускорилась с помощью чакры.
– Мне нужно всего лишь шесть метров, шесть, не больше.
Быстрее, еще быстрее. Между ней и Нави – двадцать метров, между бурильщиками и Руюгой – десять. Пятнадцать и восемь. Десять и шесть. Восемь и пять. Вот оно! Кенара на бегу сложила печати…
– Стихия Ветра! Взрывная волна!
Мощный и резкий поток воздуха рассыпал островок песка и отбросил Нави далеко вперед, оглушенные бурильщики зарылись вглубь, Руюга упал. Кенара, не ожидавшая такой мощи, на мгновение оторопела, но тут же прыгнула к Нави и приставила кунай к его горлу. Рыжему парню пришлось отменить призыв и сдаться. Крепко его связав, Кенара и Руюга притащили его к месту сражения и положили на песок рядом с Фэн. Красивый черноглазый парнишка уныло стоял, опустив руки, и безуспешно пытался освободиться от крепкой хватки застывших стеклянных рук. Шэнрё сидела на камне неподалеку и крутила в руке Свиток Неба, который нашла при обыске девушки с кистью.
– Чистая победа, – улыбнулась Кенара. – Пойдем на базу, – она обернулась к черноглазому. – А вам удачи, ребята!
Шиноби песка кивнул и, подождав, пока соперники скроются из виду, бросил товарищу кунай, чтобы тот освободился от веревок. Вскоре Фэн тоже пришла в себя.
Ночь наступила быстро и была очень темной, так что пришлось сделать привал. Кенара не хотела останавливаться, но боялась угодить в зыбучие пески или еще какие-то ловушки, скрытые во мраке. Развести костер было не из чего, так что от холода зуб на зуб не попадал.
– Я могу немного подлатать твою рану, – сказал Руюга. – Я учился когда-то медицинским техникам, но у меня плохо получалось и пришлось забросить.
Кенара посмотрела на него с сомнением.
– Думаешь, получится? – нога болела и плохо двигалась.
– Хоть попробую.
Кенара сняла штаны и, прикрывшись кое-как, показала ногу. Руюга велел ей сесть и пощупал рану.
– Кость у тебя не задета. Видишь? Здесь вошел кунай и прошел под таким углом, но мышца перебита. Я могу ее заживить, ты будешь двигаться, и боль будет не такая сильная, но рана останется.
– Это же круто! Я даже не рассчитывала…
Руюга подлечил ее, как мог, вернув ей свободу движения. Потом шиноби расползлись по своим спальным мешкам, зарывшись в песок и замаскировавшись. Кенара улыбалась и не могла заснуть. Она чувствовала легкую эйфорию от того, что боль уменьшилась, и от событий дня. Во время сражения она ощутила прилив сил, возбуждение, но вместе с тем внешне стала спокойнее, а ум заработал еще более ясно и четко. Теперь ее команда имеет оба свитка и, если все пойдет хорошо, завтра утром доберется до базы и завершит этот этап экзамена успешно. Шэнрё и Руюга не подвели ее. Встретившиеся им соперники были, возможно, не самыми сильными, но и не слабаками, так что в целом всё обернулось как нельзя лучше. Похоже, она сдаст экзамен на чунина. Ей очень хотелось, чтобы ее друзья были с ней в этот день и чтобы сестра и тетя гордились ею.
Два года назад. Тренировочная площадка недалеко от особняка Масари. Кенара складывает печать, в двадцати пяти метрах от нее между двумя столбами привязан кусок парусиновой ткани с пришитыми по краям колокольчиками.
– Стихия Ветра! Взрывная волна! – куноичи посылает поток воздуха, но полотно висит неподвижно. На несколько шагов впереди нее песок под ногами покрывается зыбью. Шесть шагов.
Инари прикасается пальцами ко лбу.
– Сирин сгорела бы со стыда, – бормочет она. – Кенара, твоя сестра била потоком воздуха на тридцать метров уже в десять лет, а сейчас сдувает всё порывом ветра на пятьдесят метров! У тебя есть предрасположенность к воздушной стихии, тебе не хватает лишь упорства!
«Можно вместо лекций я просто попробую еще раз?» – думает девушка про себя, хмуря брови.
– Не смотри на меня так. О чем ты думаешь?
– Я тренируюсь уже давно, если бы дело было только в упорстве, я бы достигла хоть какого-то результата. Можно я пойду в библиотеку и почитаю про эти техники?
– Ты просто ищешь предлог улизнуть! Нет, ты будешь пробовать снова, и снова, пока чакры у тебя не останется ровно столько, чтобы доползти до постели. Ты слышишь меня, Кенара?
– Да.
– Не вздумай ослушаться!
Кенара складывает печать. Шесть шагов. Что еще она должна сделать? Она вкладывает в удар максимум чакры, который может выпустить за раз. Всё в пределах этих шести шагов сносится, под ногами трескаются камни, но дальше шести шагов чакра и поток воздуха рассеиваются. Не исключено, что она просто не имеет склонности к техникам дальних дистанций.
Как только тетя ушла по делам, Кенара сбежала. Теперь в течение недели благоразумным было вообще не показываться дома. Она направилась в библиотеку и провела там несколько часов, а когда читальный зал закрыли на ночь, взяла на вынос столько книг, сколько согласились ей дать, и отправилась в круглосуточную забегаловку. Оттуда, опасаясь гнева тети, куноичи сбежала на речку и жила там пять или шесть дней, пока не прошерстила все труды. Четкого ответа на свои вопросы она не нашла. В конце концов, может, тетя права и некоторые препятствия надо просто сломить бесконечным упорством?
Тетя смиловалась, но усилила надзор. Шесть шагов. Шесть с половиной. Через две недели – семь шагов, а потом – шесть метров. Это стало мертвой точкой, с которой Кенаре не удалось сдвинуться за два месяца ежедневных многочасовых тренировок. Инари вздохнула и отказалась подписывать племяннице пропуск на экзамен. Ее товарищи тоже были не совсем готовы.
Кенаре претили бессмысленные действия, поэтому она превратила тренировку в нечто по-настоящему полезное для себя. Она училась высвобождать большое количество чакры. Да, ее предел – шесть метров, но она научится не просто сдувать все волной воздуха, но стирать в порошок то, что находится ближе к ней. Конечно, можно использовать небольшое количество чакры, и вместо разрушительной силы получится просто толчок для потока воздуха, но это пройденный этап.
Вечера она проводила за книгами. Она не могла поверить, что все труды многих поколений шиноби, использовавших воздушные техники, не смогут ей помочь. И Кенара нашла… нечто необыкновенное.
Однажды она выбралась из дому пораньше, еще затемно, и отправилась в место под названием «Долина тишины». Это место люди обходили стороной и рассказывали про него небылицы. Воздух здесь словно застыл, ни ветерка. В центре долины лежал плоский черный камень – Камень четырех ветров. Кенара взобралась на него и села помедитировать. Она знала, что этот камень может быть ключом от измерения, в котором бесконечно бушуют ветра. Поэтому так тихо кругом: потоки ветра затягиваются в другой мир. Такое рациональное объяснение нашла Кенара тому, что прочитала в книгах. Углубившись в себя, она одновременно прислушивалась к происходящему. В какой-то момент ей показалось, что легкий ветерок коснулся кончиков ее пальцев.
Кенара чуть шевельнулась и улыбнулась, но не открыла глаз. Свежий ветер коснулся ее лица. По телу прошел озноб. Ветер усилился и окреп, а потом вдруг превратился в ураган. Кенару подхватил поток воздуха и закружил. Куноичи открыла глаза и увидела, что кружится где-то в небе между повисшими в воздухе островками, а земли и вовсе нет – внизу бесконечно глубокая пропасть. На минуту она ощутила беспомощность, испугалась, но затем заставила себя успокоиться. Внимательно осмотревшись (насколько это было возможно в ее положении), она увидела, что каменные островки располагаются почти по спирали, которая спускается вниз, в бездну, а бездна – огромная воронка, воздушный вихрь из плотной массы воздуха с примесью воды. И всюду вокруг практически нет свободного пространства: бушуют ветра, в разные стороны движутся потоки воздуха, завихряются и сталкиваются, смерчи всех размеров вращаются тут и там. Девушка пощупала ремень на груди, к которому было присоединено несколько свитков. В ее вихре ей уже было практически спокойно, так как ничего плохого не происходило, а вот предстоящий шаг в неизвестность пугал ее.
Страх высоты – один из первых, которые шиноби заставляют себя преодолеть, сразу же после страха перед болью. Но обмануть свое тело непросто. И тело Кенары вопило о неминуемой смерти, когда она, окутав себя чакрой, выпрыгнула из вихря и провалилась в другой, проносящийся мимо. На лбу выступила испарина, подбородок дрожал, но она сделала еще прыжок и оказалась на каменном островке. Девушка распласталась на нем, вцепившись в него руками и ногами. Сердце бешено стучало, она не хотела разжимать пальцы и открывать глаза. Но там, над бездной, находилась цель ее путешествия – голый остров, обтесанный воздухом и каплями воды, на котором вокруг черного плоского валуна прохаживались, подобно знатным господам, огромные пузатые смерчи. Кенара явилась сюда за силой по собственному желанию!
Мимо пробегал уже пятый или шестой вихрь, а она никак не могла разжать пальцы. Если она будет лежать здесь, пока не ослабеет, то точно умрет. Это довольно унизительно… Кенара встала в полный рост и расправила плечи. Прыжок в вихрь – и она понеслась вперед. Проплывая над расположенным ниже островком, Кенара снова окуталась чакрой и скользнула вниз. Еще несколько сумасшедших прыжков, и ей стало нравиться. Немного ловкости, немного безумия – и вот уже этот квест на выживание стал отличной тренировкой. Спустившись на несколько уровней, она повисла над центральной площадкой, по которой гуляли смерчи. Вот куда прыгать по-настоящему страшно! Кенара сжала свиток и прыгнула вниз…
Когда девушка добралась до черного камня, она чувствовала, что вся ее голова седая. Она не была уверена, что выход в ее измерение находится здесь: стихи, которые вели ее всё это время, были туманными. Они говорили: «прыгни в бездну навстречу судьбе, доверься ветрам, что вознесут тебя к небу». Очевидно, речь шла о бездне, которая ворочалась у нее под ногами и была похожа на провал к центру земли. По краям этого провала протянулось кольцо огромных черных туч, беспрестанно выпускавших торнадо. Убедившись, что иного выхода нет, она разбежалась, прыгнула с края островка и на лету сорвала печать со свитка… Ее подбросило вверх, закрутило во все стороны, пронизало холодными каплями… И вот Кенара лежит, мокрая и продрогшая, рядом с черным камнем в Долине тишины, сжимая в руках пустой свиток… Другие три – на груди. Она касается прядки волос за ухом и вытягивает ее перед глазами. Седины нет.
– Ну, давай, еще попытка, – говорит Инари.
Кенара складывает печать.
– Стихия Ветра! Взрывная волна! – и мощный поток воздуха прорывается вперед. Шесть с половиной метров.
Инари вздыхает.
– Уже немного лучше. Главное – это упорство и труд.
В принципе, Кенара с этим согласна, возможно, поэтому она улыбается.
Как только рассвело, Кенара выбралась наружу из своего укрытия и разбудила Руюгу. Шэнрё зевала и потягивалась. Она поднялась и начала обходить бархан в поисках места, где можно было бы уединиться. Ничего особенного Кенара в этом не усмотрела: прямо сейчас им не угрожала опасность и не было необходимости справлять нужду друг перед другом. Девушка принялась менять повязку на бедре. Рана была узкой и уже не такой глубокой благодаря стараниям Руюги, так что не мешала движениям, хотя и причиняла боль. Кенара сидела на своем спальнике без штанов, но даже не думала об этом и не замечала, как старательно отворачивается ее товарищ по команде, чтобы показать свою добропорядочность. Едва она успела натянуть одну штанину, как вдруг услышала крик. Они оба бросились на помощь к Шэнрё.
Девушка стояла без сапог и с гримасой отвращения разглядывала дохлого скорпиона, которого держала двумя пальцами.
– Жёлтый толстохвостый, ужалил в стопу, – уныло сказала она.
– Ядовитый? – спросила Кенара. – Насколько?
Шэнрё проковыляла немного и села на песок, подтянув к себе ногу. Стопа покраснела и начинала распухать прямо на глазах. В верхней части ее, между большим и указательным пальцем просматривалось место, куда ужалил скорпион, оно темнело и постепенно приобретало черный цвет. Девушка порылась в своей сумке.
– У нас всегда при себе противоядие от трех видов местных скорпионов, – пояснила она, разрывая упаковку, а затем проглотила четыре таблетки.
Кенара облегченно вздохнула.
– Как тебя угораздило? Ты же тут как дома. Ну что, как себя чувствуешь?
– Я боюсь, мне нужно часа два покоя в полусидячем положении. Чувствую дурноту, но это нормально.
– Хорошо, мы о тебе позаботимся, – Кенара взяла Шэнрё на руки, а Руюге указала взглядом на сумку и обувь девушки. Ей не терпелось отправиться на базу, но рисковать ради этого здоровьем товарища она не собиралась.
Устроив из песка что-то вроде лежанки и застелив ее спальниками, они уложили девушку и напоили ее водой. Кенара дежурила рядом с ней, а Руюга – чуть поодаль, где обзор был получше. Впрочем, никто их не потревожил. Через два часа Шэнрё, хоть и чувствовала себя нехорошо, выразила готовность двинуться в путь. Тащить ее все время на себе Кенара не могла: рана дала бы о себе знать и в случае нападения, при открывшемся кровотечении и без сил, девушка не смогла бы защитить свою команду. Повторить позавчерашнюю технику скользящей лодки Шэнрё была не в состоянии. Так что пришло время по максимуму использовать Руюгу и всю ту крепость телосложения, что он успел нажить за четырнадцать лет своей жизни. Впервые Кенара подумала о том, что этот мальчик младшее ее всего на год-два, а по виду – на все четыре. И то ей доводилось встречать намного более крупных и сильных двенадцатилеток. Тем не менее, они продвигались вперед, хоть и медленно.
Прошло четыре часа. Шэнрё не стало лучше, иногда она просила остановиться, так как ее тошнило. Кенара смотрела на базу из-под вытянутой козырьком ладони, но база как будто не приблизилась вовсе. И хотя в запасе они имели еще как минимум сутки, дела шли из рук вон плохо. Если на них нападут, скорее всего, команде придется сдаться и потерять оба свитка. Либо Кенара будет драться одна, пока Руюга прячется где-нибудь вместе с куноичи Песка, а это тоже почти наверняка означало поражение. Невидимость кажется отличной техникой, но на самом деле есть множество способов обнаружить шиноби, достаточно применить воображение.
– Противоядие действует? Как понять, есть эффект или нет? – спросила она.
– Раз я еще жива, то есть, – слабо улыбнулась Шэнрё. – Скоро мне станет лучше.
И действительно, еще через полчаса ей как будто полегчало. Следующие четыре часа они двигались без остановки. Потом поднялся ветер. Он усиливался и вскоре начал приносить пыль и песок. Кенара остановилась и посмотрела на базу. Ее сердце упало, она могла бы поклясться, что база не приблизилась ни на шаг. Может, пространство искажается? Нет, что-то не так.
– Руюга, посмотри, как тебе кажется, мы сильно приблизились к базе за эти полдня?
Юный шиноби вгляделся в горизонт.
– Не особо, но это же пустыня, здесь трудно понять на глаз.
Кенара обернулась. Шэнрё выглядела уже вполне здоровой и даже довольной, она натягивала сапоги. «Ну нет, только не это», – тоскливо подумала Кенара и сказала вслух:
– Руюга, давай вместе.
– Развейся! – воскликнули оба, сложив пальцы, и гендзюцу прекратило свое действие.
С того места, где они стояли, можно было увидеть бархан, у подножия которого они заночевали сегодня. Километр, максимум, два пробежали они за полдня. Кенара выдохнула и взглянула на Шэнрё. Этот взгляд из-под бровей был холодным и полным неприязни, но куноичи Песка он только позабавил. Она извлекла из-за пазухи Свиток Неба и, прежде чем ее спутники успели сделать хоть шаг, свиток вспыхнул и осыпался пеплом на песок.
– Теперь и торопиться некуда, – насмешливо сказала Шэнрё.
«Она специально напрашивается», – подумала Кенара и вспомнила о своей дипломатической миссии поддерживать мир.
– Значит, к чёрту экзамен? Тогда что тебе нужно?
Шэнрё выпрямилась и расправила плечи. Усмешка исчезала с ее лица, оно изменилось за одно мгновение и стало похоже на лицо безжалостного маньяка – презрительное ко всему миру, равнодушное к чужой боли.
– Одного из вас я убью, а второго отпущу с миром, – и ее настоящее лицо снова скрылось под маской насмешки.
– Оного убьешь, а другого отпустишь? – пробормотал Руюга, отступая на шаг.
– Да, мальчик, именно так. И, если хочешь, я оставлю в живых тебя. Нужно только не вмешиваться, а потом честно рассказать, как куноичи из Деревни Песка жестоко расправилась с товарищем по команде из Деревни Листа.
У Кенары вспотел лоб от напряжения. Она с самого начала беседы тайком сжимала кунаи. Дело было плохо. У Шэнрё все это время была своя миссия – подставить Песок и вызвать новые распри между деревнями. Непонятно, как она оказалась в команде с генинами, видимо, органы безопасности в Деревне Песка не справлялись со своей работой. Шэнрё явно была на голову выше остальных генинов, она была сильнее Кенары и намного опытнее. А, главное, ей приходилось убивать, и не единожды. Ветер усилился, он теперь беспощадно хлестал по телу и нес тучи песка. Песком заволакивало обзор на пару десятков метров вокруг.
– Что же тебе мешало прирезать одного из нас ночью?
– Может быть, ты не знаешь, но здесь повсюду глаза Казекаге.
– Шпионы? – удивился Руюга.
– Нет, я же сказала – глаза, – Шэнрё раздраженно дернула плечом. – Глазные яблоки из песка, они наблюдают за тем, как проходит экзамен.
– Ясно, – сказала Кенара. – А сейчас начинается песчаная буря и не видно будет ни зги.
Но она поняла также, что Шэнрё говорит лишь часть правды. Ну и что, что Казекаге смотрит? Это же и нужно – убить коноховца так, чтобы все знали, чьих это рук дело. Разве что… разве что она не хочет, чтобы ее схватили. Поэтому нужен свидетель, который расскажет о случившемся позже, когда уже никто не сможет остановить убийцу или помешать ему. И еще кое-что… отчего начинает холодеть кровь… разница в их силе, должно быть, такова, что Шэнрё, в общем-то, всё равно, драться с ней, с Кенарой, бодрствующей или убить ее спящую.
– Тётя была права, когда не отпустила меня на экзамен два года назад, – пробормотала Кенара.
– Ну, так что? – нетерпеливо спросила Шэнрё у Руюги. – Будешь ей помогать или примешь мое предложение и постоишь в сторонке?
– Это тебе без разницы, – ответил Руюга. – Все равно придется оставить меня в живых.
– Не обязательно тебя.
– Лучше исчезни, – тихонько сказала Кенара. – Спокойно оценишь обстановку и вмешаешься, когда понадобится.
Руюга кивнул и исчез. Шэнрё рассмеялась и начала складывать печати. Кенара бросила в нее кунаи и попыталась приблизиться, но куноичи сделала несколько прыжков назад и исчезла в песчаной буре. Кенара достала еще пару кунаев и напрягла все свои органы чувств. Буря мешала ей видеть, но двигаться и дышать Кенара могла свободно, так как умела гасить ветер и превращать свою чакру в воздух.
– Стихия Огня! Стихия Земли! Гигантский сувенир!
«Что за дурацкое название?» – подумала Кенара и почувствовала, как земля дрогнула. Площадь с радиусом примерно в сто метров накрыл огромный стеклянный купол. Внутри него песок осел, а ветер стих. Шэнрё стояла неподалеку.
– Наверное, ты не меньше меня желаешь знать, по ту или по эту сторону стеклянной стены находится наш невидимый дружок?
– Точно, – ответила Кенара и бросила два куная, а следом – третий, туда, куда собиралась отскочить Шэнрё.
– Такими атаками меня не достать, – куноичи Песка уклонилась от двух кунаев и отбила третий. – Покажи что-нибудь поинтереснее.
– Я всего лишь генин – это скучно. Продемонстрируй лучше ты свои великолепные навыки, – ответила Кенара. Ее тело усиленно вырабатывало адреналин, конечности становились невесомыми, а ум начинал работать быстрее.
Шэнрё улыбнулась в ответ и сложила печати.
– Стеклянный снег! – воскликнула она, и из-под купола посыпался град мелких бусин. – А вот и крысеныш, не хватило ума держаться подальше…
Тело Руюги обсыпали стеклянные бусины, он стал видимым, в панике попытался стряхнуть их с себя, опомнился и окутался чакрой.
Кенара бросилась на противника, но Шэнрё отскочила назад, складывая печати в воздухе.
– Стеклянный шар! – бусины вокруг Руюги сплавились и окружили его прозрачной сферой, из которой он безуспешно пытался выбраться.
– Для накала драматизма замечу, что воздуха там немного, – сказала Шэнрё. – Придется тебе поторопиться. Впрочем, можешь не спешить, он задохнется, а тебя я оставлю в живых, как свидетельницу. Мне подходит такой вариант, а тебе?
Кенара пыталась идти на сближение, но Шэнрё не позволяла ей этого, прячась за очередным стеклянным клоном.
– Я видела твои навыки тайдзюцу, так что не имею желания проверить их на себе.
Кенара не тратила время бесцельно, она размышляла. Допустим, она создаст своих клонов, но Шэнрё побьет ее в этом, ведь у нее побольше чакры, и преимущество снова будет за ней. Нужна ловушка, замысловатая, с неожиданной техникой. Но на это требуется больше времени… Шэнрё надоело убегать, она снова сложила печати:
– Тысяча игл!
Кенаре пришлось высоко подпрыгнуть. Стеклянные бусины растаяли и просочились в землю; из земли выросли острые, как иглы, кристаллы, разной длины и величины. Они усеивали всю поверхность, как сталагмиты, ступить было некуда. И всё это великолепие из усиленного чакрой стекла мерцало, давая света больше, чем солнце, скрытое за песчаной пеленой. В центре, на возвышенности, находилась небольшая гладкая поверхность, на которой стояла Шэнрё. Опуститься в прыжке было некуда, Кенара сосредоточила чакру в ступнях и упала на большую сосульку, торчавшую под углом. Ее ноги заскользили по узкому боковому склону, она выпустила больше чакры и остановилась. Сохранять равновесие и прикрепляться за счет чакры к стеклу было не так просто. Взгляд ее скользнул по стеклянному шару, в котором находился Руюга. Он пытался изнутри пробить свою тюрьму с помощью оружия, но на стекле не оставалось даже царапин.
«Изнутри не пробиваемая, а снаружи?» – Кенара вспомнила, как Шэнрё выкатывалась в подобном шаре из зоны «траекторий смерти летающих кунаев» (так, кажется, называлась та понтовая техника?), тогда кунаи отскакивали от шара, не причинив ему вреда. У Кенары была техника под названием Молот Земли, способная пробить такую сферу, но вместе с тем она сломала бы и хребет Руюге. Приходилось пока оставить все, как есть, и сосредоточиться на куноичи Песка.
Шэнрё метала кунаи и сюрикены, заставляя Кенару постоянно двигаться и менять положение. Однажды девушка не смогла сохранить равновесие и напоролась рукой на острие, но зато не упала и осталась жива.
– Ты скачешь, как шутовская обезьянка, – сказала куноичи. – Не собираешься показать мне, на что способна?
– Я еще не разогрелась как следует, – буркнула Кенара в ответ.