![](/files/books/160/oblozhka-knigi-veter-kruzhit-listya-si-298725.jpg)
Текст книги "Ветер кружит листья (СИ)"
Автор книги: Митэй Тиль
Жанр:
Фанфик
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 30 страниц)
Комментарий к Глава VI. Война
Apocalyptica – Romance
«Кенара!
Я отправил отчет Хокаге, но хочу отдельно сообщить тебе о том, что на сегодняшний день мы приютили у себя девять семей из Деревни Листа, которые не имели возможности или не хотели ожидать восстановления своих домов. Никто из них не планирует возвращаться – должен признать, я сделал им выгодные предложения, чтобы у них возникло желание осесть в Деревне Звездопада навсегда. Еще мы отправили две повозки с припасами и медикаментами для пострадавших. Всего теперь у нас насчитывается шестьдесят четыре семьи и занято сорок восемь домов, из них двенадцать – в квартале ремесленников. Мне удалось заманить в нашу деревню несколько первоклассных мастеров, о которых я с гордостью могу написать еще два или три письма, так что лучше вовремя остановиться…
Как только у меня появится свободное время, – на этих строках Кенара скептически усмехнулась, – я возьму несколько учеников, и со временем они станут учителями в академии Звездопада. Правда, до этого еще далеко. Кстати, меня не оставляет надежда, что ты однажды вернешься сюда и станешь примером для подражания и путеводной звездой для молодых шиноби. А пока… я хочу увидеть тебя. Хочу посмотреть, как ты овладела моими техниками и как их усовершенствовала. Кроме того, ты должна познакомиться с моей женой.
Прости, что я не пригласил тебя на нашу свадьбу (она состоялась в начале июня), но церемония была очень скромной и обошлась без гостей. Правда, весь следующий день к нам приходили с поздравлениями жители Деревни, я был удивлен и растроган…»
Кенара улыбнулась. Она-то как раз нисколько не удивилась, что Конор-сэнсэй так быстро снискал любовь и уважение новых поселенцев.
«Теперь мне есть, что показать тебе: Деревня оживает и уже сделала первый вдох. Я хочу, чтобы ты увидела ее улицы, постепенно наполняющиеся этой новой жизнью, и поверила в наше будущее. Ты – неотъемлемая часть его».
Куноичи нахмурилась. «Как ты спешишь, сэнсэй, – подумала она, – я еще ничего не знаю о своем будущем, как ты можешь о нем что-то знать?»
«Я должен признаться, что мы расчистили руины, оставшиеся от особняка Масари. Теперь это участок земли, зарастающий травой, на котором при желании можно воздвигнуть новый дом. К сожалению, я не нашел на пепелище ничего, что мог бы передать или сохранить для тебя. Хотя ты дала мне разрешение, я все равно чувствую себя виноватым. И пока меня мучает совесть, заодно сообщу тебе, что мы собираем урожай с ваших садовых деревьев. Дело в том, что поселенцам без ремесла и профессии нужна работа, а мне нужны рабочие руки для сбора урожая. Я нашел перекупщиков в столице, наладил поставки и теперь лишь руковожу и собираю деньги. Как ты и распорядилась, я пускаю их в дело, на самые разнообразные нужды (в том числе и подкуп мастеров – в качестве мотивации для смены места жительства). Всерьез думаю о шиноби-наемниках для охраны Деревни и сопровождения товара. Пока мы нанимали для этих целей генинов из Конохи (не знаю, в курсе ли ты).
Один из переселенцев рассказал, что Северный подгорный храм развалился, словно было землетрясение, а его монахи разбежались. Нужно будет побывать там и разведать обстановку. Вообще-то, у нас стихии ведут себя мирно, но я в ужасе от произошедшего с Деревней Листа! Страна Огня в последнее время подвергается потрясениям, не менее страшным, чем природные катаклизмы, и все же мы с надеждой смотрим в будущее.
Правильно ли я понял, что тебя не было в Деревне в момент нападения на нее Акацки? Надеюсь, никто из тех, кто тебе дорог, не пострадал? Хокаге утверждает, что обошлось без жертв, но трудно поверить в подобное, к тому же мы всегда приуменьшаем слухи, чтобы не давать оживиться нашим врагам.
Впрочем, зачем же я задаю вопросы? Как только появится возможность, приезжай и ответь мне на них лично, не присылай письма. И знай, что если ты не приедешь, мне придется заказать Листу миссию и нанять тебя за твои же деньги!
Кстати, что нового в клане Хьюга?»
Кенара слегка покраснела и с наигранной укоризной пробормотала: «Человеку тридцать лет, а ведет себя, как школьник». Она сложила письмо, убрала его под спальный мешок и вышла из палатки. Палаточный городок был залит ярким, но уже не таким жарким солнечным светом. На территории Деревни полным ходом шло строительство, сэмпай Ямато трудился, не покладая рук, ведь он был единственным шиноби, владеющим древесными техниками. Ему помогали жители и многочисленные клоны Узумаки Наруто. Другие шиноби тоже не сидели без дела: нужно было обеспечивать нужды жителей Деревни Листа, валить лес, обрабатывать древесину и помогать ремесленникам, а также сопровождать караваны из городов с предметами первой необходимости и патрулировать окрестности. Деревня заново вырастала прямо на глазах.
Масари Кенара трудилась то здесь, то там, пополняя свои знания в областях жизни, которыми ранее не интересовалась. Для себя она отметила, что общество коноховцев выглядит в разы более многочисленным вне домов. Куноичи утомляло состояние копошащегося муравейника, ей хотелось, чтобы жизнь вошла в прежнюю колею. На месте старой деревни располагался огромный кратер, в котором и была начата застройка. Стенки кратера должны были выполнять защитную и заградительную функции. Довольно сложной задачей стало размежевание участков. По окончании этой процедуры Кенара написала письмо госпоже Хоне в столицу. Выяснилось, что супруги Сэки решили остаться в городе и поселиться рядом с детьми и внуками, продать участок земли в Конохе и не восстанавливать прежний дом. Кенара захотела купить этот участок и написала в банк. Дело решилось в течение двух недель, а новый дом был построен с помощью Ямато.
Но это случилось позднее, в конце сентября, а пока Кенара шла вдоль палаток, щурясь от солнца, и разыскивая глазами нужного ей человека. Нара Шикамару, засунув руки в карманы, смотрел на стройку и делал какие-то подсчеты в уме.
– Привет, Шикармару.
– Привет, Кенара. Выходной?
– Разве сейчас бывают выходные? Так, небольшой отгул.
Шикамару искоса взглянул на нее и подумал, что Кенара, вообще-то, не любительница бессмысленной болтовни.
– Ты что-то хотела?
– Да. Голову Хидана.
Шикамару резко повернулся к девушке, глаза его расширились.
– Все знают, что ты его победил, но, согласно сведениям об Акацки, добытым командой номер семь, Хидан – бессмертное существо. Значит, ты либо расщепил его на молекулы, либо расчленил и поместил его останки на хранение в надежное место. Например, в рощу клана Нара, – Кенара перестала следить взглядом за проплывавшим по небу облачком и посмотрела собеседнику в глаза. – Это реальный шанс узнать о планах Акацки с наименьшими рисками.
– Нет, – твердо сказал Шикамару, который быстро взял себя в руки и снова был совершенно спокоен. – Это невозможно.
– Ты уже слышал, что мы столкнулись на миссии еще с одним последователем Джашина?
– Слышал.
– Нам пришлось его убить. Не похоже, чтобы он имел какое-то отношение к Акацки, да и вообще, судя по всему, пять лет провел в окрестностях Каванои. Тем не менее, его жажда массовых убийств заставляет думать, что Джашин и его последователи имеют какое-то отношение к гибели Деревни Звездопада.
– Так Хидан интересует тебя, как сектант, а не как Акацки?
– Меня – да. Но ведь его знания могут быть полезными для всей деревни.
Шикамару хмыкнул.
– Он уже давно выбыл из игры и пропустил много важных событий. Его сведения устарели.
– Не все, – возразила Кенара. – Конечная цель и расположение штаба Акацки не известны. Считаешь, это недостаточно важные сведения?
– Важные, если суметь их достать. Как предлагаешь пытать гребаного мазохиста?
– Яманака Иноичи сможет влезть в его голову, это я знаю по собственному опыту.
Шикамару покачал головой.
– Он не покинет рощу Нара. И я попросил бы тебя не делиться своими догадками с другими. Не хватало, чтобы Акацки пришли за ним сюда…
Кенара смотрела на собеседника, он отвечал ей спокойным, но тяжелым взглядом. Шикамару был умен и мог оценивать ситуацию объективно. Если ее доводы показались ему недостаточными, бессмысленно было приводить все те же аргументы, но с большим чувством. Она знала, что он потерял и чем расплатился за голову Хидана. Он знал о ее потерях и знал, почему эта голова ей необходима. И оба понимали: компромисс невозможен.
Куноичи отвела взгляд.
– Я поняла, – сказала она.
– И ты не пойдешь с этой идеей к новому Хокаге?
– Нет, – Кенара усмехнулась. – Я уважаю твое решение, хоть и не согласна с ним.
Шикамару кивнул и ушел, оставив девушку предаваться неприятным размышлениям.
«Эта роль романтического героя-мстителя совершенно мне не подходит. Только что я отказалась от великолепного шанса получить информацию из-за… уважения к чужим чувствам?!» – Кенара покачала головой. Вот человек, который мстил за своего учителя и сотворил невозможное. Он любил Асуму-сэнсэя. А Кенара? Любила она кого-нибудь? И если да, то почему выжидает, сомневается, топчется на одном месте? С начала августа Дэйка не прислала еще ни одного письма, хотя раньше отчитывалась каждые две недели. Девушка беспокоилась о своей напарнице, но опасалась предпринимать какие-либо шаги. К тому же трудно было представить себе ситуацию, в которой шиноби с талантами Дэйки Сто Лиц мог попасть в серьезные неприятности.
С каждым новым днем вырастали целые кварталы и улицы, дороги на насыпях, к воздвижению которых приложила руку и сама Кенара, как и многие другие шиноби, владеющие техниками Стихии Земли. По дорогам постоянно подъезжали караваны с множеством материалов и самых необходимых вещей, часть генинов участвовала в их разгрузке, чунины руководили и занимались учетом.
Как только Кенара оказалась более-менее свободна от обязанностей, она занялась поисками Руюги. Теперь, когда его прежнего места жительства не существовало, а Пятая была тяжело больна и лежала в бессознательном состоянии, эта задача оказалась трудновыполнимой. Куноичи не могла обратиться за помощью к АНБУ: эта организация никогда не давала отчетов никому, кроме главы Деревни. О помощи со стороны Шестого Хокаге нечего было и думать, тем более, что он отбыл в Страну Железа на военный совет пяти стран. Стоило ли бить тревогу? Письма Дэйки могли затеряться или погибнуть в момент разрушения Деревни.
«Хьюга, – подумала Кенара, – они могут что-то знать, ведь слежка за ней установлена по настоянию Хияши». Все-таки она не настолько отчаялась, чтобы просить о помощи главу клана, но посчитала разумным обратиться к Неджи.
Неджи в этот день контролировал возведение построек в новом квартале Хьюга. Занятие было скучным, поэтому он хмурился и пытался подавить в себе раздражение от вынужденного бездействия. В мире происходило множество важных событий, но шиноби должны были оставаться в Конохе и выполнять рутинную работу. Появление Кенары внесло приятное разнообразие в его распорядок дня, но, к сожалению, повод для встречи был тревожным.
– Привет, Неджи, – сказала девушка, вопреки обыкновению не улыбнувшись ему. – Можно с тобой обсудить кое-что?
Неджи предложил отойти подальше от стройки и побеседовать за штабелями досок, вдали от любопытных глаз. Кенара поделилась с ним своими опасениями.
– Дэйка-сан – человек, который ничего не делает просто так, – заметил молодой Хьюга. – Регулярно присылаемые письма свидетельствовали о том, что с ней все в порядке, теперь же есть полное основание думать, что она попала в беду.
– Последнее послание я получила в конце июля, она собиралась заглянуть в окрестности Звездопада.
– Там, кажется, обосновалось несколько десятков поселенцев?
– Несколько сотен, – Кенара нахмурилась. – А из шиноби – один лишь мой учитель.
– Он что-нибудь знает про Дэйку? – спросил Неджи.
– Нет, – ответила Кенара, и ей показалось, что Неджи остался доволен таким ответом.
– Но все же ему придется написать и, не вдаваясь в подробности, попросить о поисках каких-либо следов сражения вблизи Деревни Звездопада, – сказал он.
Кенара задумчиво покачала головой.
– Я сама должна быть там.
Неджи хмыкнул и скрестил руки на груди.
– Если помнишь, шиноби запрещено покидать деревни на время Совета пяти Каге.
– Черт! – воскликнула Кенара, не замечая, что позволила себе выругаться при Неджи. – Я и вправду забыла об этом! Но в этой суматохе письмо будет идти неделю туда и неделю обратно, это недопустимые проволочки…
Хьюга смотрел на нее. После совместной миссии ей хуже удавалось скрывать свое волнение, или теперь он лучше замечал его.
– Ты собираешься сбежать? –поинтересовался он с непроницаемым выражением лица.
По тону было непонятно, как Неджи относится к этой идее, поэтому Кенара не стала спешить с ответом.
– Я не собираюсь доставлять неприятности, особенно тебе, – в конце концов ответила она.
Хьюга вздохнул и использовал бьякуган. Оглядевшись по сторонам и деактивировав особое зрение, он подошел на шаг ближе и произнес:
– Какой двусмысленный ответ. Но нас никто не подслушивает, так что давай говорить прямо. Я знаю, что ты попытаешься выбраться из Деревни и сегодня же отправишься на поиски Дэйки. Как джонин, я должен был бы воспрепятствовать этому, но сейчас я действую не как джонин, а как Хьюга. К сожалению, я не могу скрыть свое отсутствие от Хияши-сама, поэтому не имею возможности отправиться вместе с тобой. В противном случае, все вскроется и «неприятности» будут у всех: у тебя, у меня и у клана.
Кенара мягко улыбнулась. Неджи истолковал эту реакцию как радость от того, что он на ее стороне. Сегодня ему казалось, что она не так хорошо владеет своими эмоциями, как обычно, и может совершить ошибку, пытаясь выбраться из деревни.
– Думаю, я должен помочь тебе не только как Хьюга, но и как твой друг, – сказал он. – Давай встретимся, когда наступят сумерки. Кстати, ты знаешь, что через полчаса наши товарищи собираются обсудить проблему с Саске?
– Проблему с Саске? Честно говоря, я сбилась с ног, разыскивая Руюгу, и мне не до того…
– Учиха Саске вступил в Акацки и напал на Восьмихвостого, брата Райкаге. До сих пор он находился под защитой Наруто, теперь мы должны решить, как поступить с ним.
– Как поступить с одним из Акацки? – переспросила Кенара. – Так, как предписано в инструкциях: если он не может быть пойман и подвергнут допросу, его следует убить.
– Не для всех все так просто, – ответил Неджи. – Некоторые знали его как товарища и любили его.
– Я его не знала и не любила, поэтому для меня все просто. Но не думаю, что мое мнение по этому вопросу может кого-то заинтересовать.
– Мне оно интересно. Я думал точно так же, но так как всегда недолюбливал Саске, опасался, что сужу предвзято. Ты развеяла мои опасения.
– Увидимся вечером, Неджи. Я не пойду на совет, мне надо подготовиться.
– Хорошо, встретимся на том месте, где раньше стояла хижина Дэйки.
Кенара ушла, а Неджи помедлил, прежде чем вернуться к своим скучным обязанностям. Когда он использовал бьякуган, то заметил, что ток чакры девушки ускорен, и списал это на ее волнение из-за пропажи куноичи Сто Лиц. Теперь ему было интересно, при каких обстоятельствах Дэйка и Кенара настолько сблизились, неужели та история с пауком так повлияла на них? Молодому Хьюга при всей его самоуверенности не приходило в голову, что основной причиной волнения Кенары был он сам.
Там, где раньше располагался дом Дэйки, стоял временный склад стройматериалов. Как только сентябрьское небо начало темнеть, Неджи и Кенара одновременно явились к месту встречи. Под плащом куноичи скрывался небольшой походный рюкзак и набор оружия.
– Я предприняла еще одну попытку разыскать Руюгу, но он не позволит себя найти, пока сам не захочет встречи.
– Не исключено, что он не в Конохе, а там, где Данзо-сама сможет использовать его таланты в полной мере, – заметил Неджи.
– Может, – согласилась Кенара.
– Я говорил с господином Хияши, он признал, что АНБУ следили за Дэйкой. Дядя сказал, что их агент потерял ее из виду пять недель назад, на данный момент ее местоположение не известно. Последний раз ее видели неподалеку от Деревни Звездопада, у захоронения предков.
– Спасибо тебе.
Неджи мотнул головой.
– Это и мое дело тоже, – сказал он. – Что касается охраны Деревни… В данный момент над кратером нет особого щита, как над прежним поселением, но окрестности прочесывают ниндзя из клана Абураме и другие проблемные шиноби, через которых просто так не проскользнуть. Из-за напряженной международной обстановки Данзо-сама приказал неукоснительно соблюдать запрет на выход шиноби из деревни, так что в охране задействованы и некоторые джонины. Я обдумал ситуацию и решил, что проще будет выбраться по дороге, накрытой Сигнальным куполом. Он не мешает передвижению, лишь оповещает о нем дежурных шиноби. Сейчас на посту находятся три чунина, один из которых связан с куполом, а другие следят за тем, чтобы пройти по дороге могли только мирные жители. Поставки продолжаются восемнадцать часов в сутки, ночью дорога перекрывается, – Неджи замолчал и, взглянув на Кенару, спросил: – Что-то не так?
– Ты сообщаешь мне такие важные сведения… которые я не должна знать.
– Я ведь уже доверял тебе нечто более важное, не так ли? К тому же, став джонином, ты будешь в курсе всех дел.
Кенара опустила глаза.
– Мне стыдно, что тебе приходится нарушать правила и рисковать своей безупречной репутацией, – тихо сказала она.
– Я начинаю думать, что безупречная репутация нужна, чтобы тебе поверили, когда ты решишь соврать, – пошутил Неджи с серьезным лицом, и Кенара не удержалась от улыбки. – И мне стыдно, что это – все, чем я могу помочь Дэйке в данный момент.
– Неджи…
– Послушай, пожалуйста, в чем состоит мой план.
Хьюга Неджи подошел к посту и поздоровался с двумя дежурными шиноби. Третий находился в палатке неподалеку и медитировал, поддерживая связь с куполом. Обязанности сенсора выполнял молодой мужчина из клана Абураме.
– Мои жуки сегодня немного не в себе – после встречи с Узумаки Наруто, – сказал он. – Они, кажется, перевозбудились от такого количества чакры. А вы пришли, чтобы меня сменить, Неджи-сан?
– Да, я поменялся дежурством с Канаги.
Абураме с радость сдал дежурство и ушел. Второй шиноби прохаживался у ворот и поглядывал на дорогу.
– Последняя поставка? – поинтересовался Неджи.
– Да, ждем повозку, а потом закрываем ворота.
Хьюга кивнул. С расписанием поставок он ознакомился заранее.
Небо сделалось темно-синего цвета, и на нем ясно проступили звезды.
– Ну, где они там? – шиноби зевнул.
– Бьякуган! – взгляд Неджи пронизал сгустившиеся сумерки. – Кажется, что-то не так, – сказал он. – Им, похоже, нужна помощь. Там, в четырехстах шагах от нас, дальше по дороге.
– Ну, нам нельзя вмешиваться, могу позвать кого-нибудь…
– Я отправлю клона, – сказал Неджи и начал складывать печати.
Дежурный шиноби не был уверен, что такое разрешено, но ведь он имел дело с настоящим Хьюга, раз тот продемонстрировал бьякуган. К тому же Неджи был джонином и шиноби, всегда строго следовавшим правилам. Уж он-то точно знает, что делает!
Едва появился клон, как Кенара, притаившаяся рядом, использовала технику подмены. Под личиной клона Неджи она сделала прыжок, оставив пост позади, и побежала по дороге. Из палатки высунулась голова шиноби клана Яманака.
– Купол нарушен, – крикнул он.
– Все нормально, это клон Неджи-сана, – сказал дежурный шиноби. – Он двинулся навстречу повозке.
Кенара бежала, пока не столкнулась с поставщиками.
– Все в порядке? – строго спросила она, все еще находясь в облике Неджи. – Вам не нужна помощь?
– Нет, – слегка удивился торговец.
– Я провожу вас до поста шиноби.
Кенара сопровождала повозку, пока не оказалась в поле зрения дежурного. Тогда Неджи сделал вид, что развеивает клона, а куноичи быстро скрылась в ночи, имитировав исчезновение.
Чем ближе Кенара подходила к Деревне Звездопада, тем тяжелее становилось у нее на сердце. Если бы с Дэйкой не случилась беда, она ни за что не вернулась бы туда, пока не отомстит за погибших жителей и шиноби деревни. Чтобы избавиться от неприятных мыслей, куноичи сосредоточилась на окружающем мире, выискивая хоть какую-то зацепку. Ее напарница должна была следовать примерно этому же пути, хотя с тех пор прошло уже больше месяца. Кенара понимала, что найти что-либо наугад практически невозможно, но не могла бездействовать и упускать даже мизерный шанс.
Она обошла стороной сады Масари, насколько это было возможно, заметив издалека там некоторое движение: в саду копошились рабочие. Кладбище располагалось дальше на юго-запад. Куноичи миновала небольшую рощицу и вышла к равнине, заставленной надгробиями, как солдатами, одетыми в белые и серые одежды. Они располагались в точном геометрическом порядке, тропинки выглядели ухоженными, по бокам от них зеленела газонная трава. Странно, но здесь Кенара не чувствовала себя несчастной. Здесь все было в порядке: мертвые обрели покой. Она страшилась неестественно пустых домов и улиц, которые будут болезненно контрастировать с воспоминаниями из прошлого, поэтому не решалась войти в Деревню.
Ее взгляд привлек ближайший холм, к которому вела одна из троп. Кенара начала подниматься по ней и увидела, что на вершине холма стоит памятник из голубого с белыми прожилками мрамора, утопающий в белоснежном море из хризантем. Она заметила кусты магнолий, которые, должно быть, тем же белым цветом окутывали памятник весной. Он представлял из себя высокую изящную трапецию и, подходя, Кенара разобрала на нем надпись: «Сыны и дочери Звездопада, катастрофа … апреля… года». Куноичи стояла, вперив взгляд в эти слова и цифры и не замечая времени. Она не слышала, как знакомый голос звал ее по имени, и опомнилась, лишь когда Конор положил ей руку на плечо. Кенара подняла на него глаза, в которых сплелись в неразделимый клубок гнев, скорбь, непонимание и сожаление. На мгновение ей показалось, что эта мраморная плита ложится ей на плечи и вдавливает ее в рыхлую землю, и тогда она схватила Конора за руку, но лишь на мгновение. Тут же отпустив его, она сказала:
– Все-таки я здесь.
– Пойдем, прогуляемся до пруда, – ответил учитель, приобняв ее за плечи и мягко отворачивая от памятника.
Какое-то время они оба молчали, пока Кенара не пришла в себя окончательно. Она сразу же отодвинула свои впечатления и мысли в дальний угол памяти и сосредоточилась на лице Конора. Оно было все таким же: смуглым, с удивительно яркими зеленовато-бирюзовыми глазами и с морщинками возле уголков рта, который любил улыбаться. Куноичи ответила ему своей грустной улыбкой и сказала:
– Мы познакомились полгода назад, а у меня такое чувство, что я знаю тебя всю свою жизнь.
– У меня такое же чувство, – ответил Конор. – Вот готов поклясться, что нянчил тебя, когда ты была еще крошкой, хотя это и не правда.
– Возможно, ты чем-то похож на моего отца, я его почти не помню, знаю лишь, что он был очень добрым.
– Я был бы рад иметь такую дочь, как ты, – Конор слегка покраснел. – Возможно, скоро так и будет: Томико ждет ребенка.
Кенара широко улыбнулась и глаза ее потеплели. «Кажется, молодожены не теряли времени зря», – подумала она. Вслух, конечно, она не могла этого сказать.
– Если так, то девочка будет намного лучше меня, ведь за ее воспитание ты возьмешься на шестнадцать лет раньше.
Конор и Кенара рассмеялись. Они шли по живописному берегу, вдоль которого простиралась плотная занавесь из плакучих ив. Куноичи почувствовала, что готова вернуться к неприятным мыслям и, посерьезнев, сказала:
– Ты понимаешь, что в такое время я здесь нахожусь по делу?
– Да, – тоже сделавшись серьезным, ответил Конор. – Мне пришло распоряжение от нового Хокаге не покидать деревню на время встречи Каге пяти стран. Наверняка и для шиноби Листа существует такое же ограничение.
– Так и есть. Но дело в том, что пропал один человек из клана Хьюга, и я только недавно убедилась в этом. Последний раз его видели в начале августа здесь, на кладбище.
– Знаешь, я ведь почувствовал твою чакру – так я нашел тебя. Возился с рабочими на окраине деревни… Думаю, кого-то с бьякуганом я бы тоже почувствовал.
Кенара покачала головой.
– Только не Дэйку Сто лиц.
Конор удивленно поднял брови.
– Но как мог пропасть шиноби с ее уровнем и спецификой способностей?
– Я не знаю, но если хотя бы не попробую ее отыскать…
– Это все, что мне нужно знать?
Кенара кивнула.
– Так… ладно. До ночи я буду в твоем распоряжении, пробежимся по окрестностям, попробуем что-нибудь почувствовать. Но я не могу отсутствовать долго, особенно в такое время. Я должен защищать своих людей.
– Спасибо тебе. Я вообще не рассчитывала на твою помощь, хотела просто спросить, не происходило ли чего-нибудь подозрительного, – куноичи помолчала. – Ты думаешь, ты сможешь всех защитить?
Конор грустно покачал головой.
– Боюсь, если обстановка накалится и Акацки развяжут войну, нам придется эвакуироваться в Деревню Листа. Там, по крайней мере, мы будем в окружении шиноби.
– Даже Лист не смог себя защитить от нападения Пэйна.
– Но ведь никто не погиб, не так ли?
– Нет, но деревню сравняли с землей, а Цунаде-сама отдала почти все свои жизненные силы и не может прийти в себя.
– Я бы хотел, чтобы все было по-другому, – произнес Конор. – Я стараюсь поступать с жителями Звездопада так, как поступил бы со своей семьей. Это не просто – всех принять и к каждому найти подход. Я хотел бы сказать, что все поселенцы – хорошие люди, но это не так. Кто-то приехал сюда, чтобы обогатиться на нашем горе. Но даже для них я должен найти подходящие слова, не про веру в светлое будущее…
Кенара слушала, смотрела на него и думала о его сердце, которое стремилось охватить своим теплом как можно больше людей. Сколько внутренней силы для этого нужно иметь? Интересно, когда у Конора появится целый полк учеников, останется ли она его любимицей или отчуждение неизбежно? С легкой грустью Кенара думала о том, что ей всегда будет не хватать учителя, ведь он должен делить свое время и заботу на множество людей.
Следующие двенадцать часов они провели, осматривая окрестности, а потом распрощались, как всегда, на неизвестно долгий срок. Кенара продолжила поиски самостоятельно.
Руюга устал и замерз, как собака: погода резко изменилась, буквально за один день перейдя от летней теплоты к октябрьской пронизывающей сырости. Моросил мелкий дождь, дул ледяной ветер, несущийся откуда-то с севера, видимо, из Страны Железа вместе с чередой перемен для всего мира шиноби. Юноша кутался в плащ и шел вдоль опустевшей улицы, сливаясь с вечерними сумерками. Этот ряд домов, вдоль которого он шагал, вырос буквально за пару недель. По мере приближения к конечной цели сердце Руюги начинало бешено колотиться. Он и сам не мог толком описать причину своего волнения, но ему казалось, что еще не наступило время выйти из тени и не стоит слишком спешить.
«Свет! Наконец-то», – сказал он себе, взглянув из-за угла на заветный дом. Руюга уже было дернулся, чтобы пойти вперед, как вдруг с крыши спрыгнул другой человек в плаще и остановился в паре шагов от него. Руюга отпрянул. «Черт! Да это же Хьюга! Принесло же его… если он использует зачем-нибудь бьякуган, то увидит меня, этого еще не хватало…» – юноша закусил губу от злости и начал медленно отступать по той самой улице, по которой пришел.
Кенара вернулась домой незадолго до того, как начало смеркаться. Она захлопнула за собой входную дверь и села прямо у порога. Тело ее охватило какое-то странное оцепенение, хотелось лечь спать и проспать всю ночь, весь следующий день, неделю или больше. Она потратила много часов на бесплодные поиски и вернулась, когда узнала, что деревни снова открыты для передвижений шиноби. Куноичи поняла, что без помощи сильных сенсоров или следопытов не сможет ничего обнаружить, но она так же знала, что сейчас всем не до того, никто не станет заниматься поисками Дэйки. В то же время девушка была все более уверена, что ее напарница мертва, и не могла справиться с этими мыслями.
Подогнув колени и уткнувшись в них лицом, Кенара сидела на полу у двери и вспоминала свои разговоры с Дэйкой. Ей показалось на время, что Дэйка разделила с ней чудовищный груз возмездия, которое надлежало свершить. Эта талантливая и опытная куноичи как будто все держала под контролем. Как отрадно было погреться в лучах ее силы! А теперь Дэйки нет, пропала ли она или умерла, ее больше нет, и Кенара снова один на один со своей местью. Кенара так привыкла быть взрослой и ответственной, что уже забыла, каково это – быть ребенком. Только такой старший товарищ, как Дэйка мог на время вернуть ей это чувство, но как мало было этого времени! И вот Кенара снова в одиночку в ответе за все.
Кто возложил на нее этот груз? Обстоятельства, без сомнения. И в каком-то смысле Пятая Хокаге, разглядев в ней задатки командира, лидера. Но время от времени Кенара, как сегодня, тяготилась этим. Больше всего в такие моменты, когда не могла ничего сделать.
Из-под двери дуло, так что куноичи в конце концов встала на ноги и начала подниматься по лестнице на второй этаж. Она включила свет в своей комнате. В общем-то, пыли не так много, к стене прибита перекладина для вешалок с одеждой. На полу – матрас и смена белья, сложенная в стопку под мофу. Хорошо, что сантехника на своих местах, можно помыться. Девушка успела лишь скинуть плащ и умыть лицо, как услышала стук в дверь.
Ей хотелось сделать вид, что ее нет, и не открывать, но к сожалению, зажженная лампочка говорила об обратном. Кенара вздохнула и поплелась открывать дверь, она никого не хотела видеть.
За дверью стоял Неджи.
– Привет, Кенара, как твои успехи? – спросил он.
Девушка не смогла ничего ответить и сделала приглашающий жест рукой, впрочем, довольно вяло, так как была уверена, что получит отказ. Но Неджи решил войти в дом. Кенара захлопнула дверь и повернулась к нему. Он разулся, как полагалось, снял плащ и огляделся. В комнате не было мебели.
– Прости, – сказала девушка, – чего нет, того нет. Хочешь, приготовлю чай? Это все, что я могу предложить.
В этот момент стало слышно, как дождь вперемешку с градом заколотил по стеклам и водостоку. Неджи аккуратно сложил плащ на подоконнике и сказал:
– Да, пожалуй.
На кухне мебели тоже не было, так что Кенара постелила на пол покрывало, и они уселись на него, ожидая, пока закипит вода в чайнике на плите. У девушки не было ни сил, ни желания оправдываться за отсутствие какого бы то ни было комфорта для гостей, так что она просто сказала:
– Прости, – и вздохнула.
– Я понимаю, что тебе некогда, – сказал Неджи. – У меня тоже довольно скромно дома сейчас. Ты расскажешь мне о своем путешествии?
– Нечего особо рассказывать, – ответила Кенара, глядя в сторону. – Я ничего не нашла. Подумала, что нужна помощь поисковиков, но… кто сейчас станет этим заниматься?