![](/files/books/160/oblozhka-knigi-veter-kruzhit-listya-si-298725.jpg)
Текст книги "Ветер кружит листья (СИ)"
Автор книги: Митэй Тиль
Жанр:
Фанфик
сообщить о нарушении
Текущая страница: 21 (всего у книги 30 страниц)
Впереди виднелся гигантский барьер, только смотрели шиноби на него теперь снаружи, а не изнутри. Затем барьер исчез, но вместо растения с четырьмя цветками возвышался другой мощный стебель с бутоном на вершине. От него начали расползаться гигантские корни. Эти корни двигались над землей и под землей и хватали всех зазевавшихся шиноби, высасывая из них чакру без остатка.
– Отступаем! Быстро! – скомандовала Кенара.
Она хотела отойти на безопасное расстояние и придумать план для атаки. Но как можно атаковать то, что высасывает твою чакру?
В сознании людей зазвучал голос Хаширамы, воскрешенного Первого Хокаге. Он сообщил, что растение является древо-богом, с помощью которого Мадара погрузит всех в Бесконечное Цукуёми, массовое гендзюцу, и тогда чакра людей станет его пищей. Действие гендзюцу начнется, как только раскроется бутон, поэтому у Объединенной армии шиноби есть всего пятнадцать минут, чтобы атаковать и уничтожить древо-бога. Затем время как будто остановилось… в сознании людей картины сменялись одна за другой. Сначала это были воспоминания Хаширамы о его попытках наладить отношения между странами и Деревнями, найти общий язык между всеми шиноби мира, чтобы прекратить войны. Затем Ино спроецировала на всех воспоминания Наруто. В заключение он сказал о том, что нужно бороться до конца, чтобы ни о чем не сожалеть.
Эти сильные эмоции заставили шиноби воспрянуть духом. На поле боя появились пять действующих Каге, в том числе Цунаде-сама, которым с большим трудом удалось восстановиться после сокрушительной битвы с Мадарой.
– Цунаде-сама здесь, – сказал кто-то из отряда Кенары. – Значит, теперь все будет хорошо.
Многие вздохнули с облегчением, но Кенара не спешила радоваться. Мадара уже один раз победил Каге, вряд ли они смогут переломить ход войны. Но главное, что люди верили в них и готовились идти в бой.
Вскоре по земле начали расползаться копии Кацую, призывного животного Пятой Хокаге, лечащего слизня. Кенара отдала приказ двигаться обратно по направлению к древо-богу и готовиться к общей контратаке. Шиноби увидели сражающегося с Обито Девятихвостого Кураму, облаченного в Сусаноо, доспех из чакры. «С кем это Наруто объединился для атаки?» – подумала Кенара и, когда ее взвод подобрался ближе к месту действия, разглядела Учиха Саске.
«Я всегда недолюбливал Саске», – раздался родной голос Неджи в ее голове. Эти недавние воспоминания были такими яркими… Несколько дней назад они спокойно пили чай на кухне в ее домике, а теперь мир сошел с ума, чудовища и мертвецы оживают, землю раздирают потоки чакры, столько людей погибло и впереди беспросветный мрак…
Наруто и Саске, объединившись с другими ребятами из их Деревни, нанесли Обито удар. Джуби внутри него снова разделился на девять хвостатых зверей, и звери рвались наружу. Чакра Наруто, похожая на рыжие лисьи лапы огромных размеров, ухватилась за чакру хвостатых и начала ее тянуть из врага. Кенара посмотрела вверх и увидела, что бутон перестал раскрываться и застыл. Нара Шикамару через Ино обратился к сознанию всех шиноби и предложил им помочь Наруто тянуть чакру.
– Вы слышали? – крикнула Кенара. – Вперед! Хватаемся за «лапы» и тянем»!
Это было удивительное зрелище: все шиноби, что были на поле боя, собрались все вместе и выстроились «змейкой» по несколько человек. В едином порыве, общим усилием они тянули хвостатых из Обито. «Если война закончится, мы никогда не сможем этого забыть, – подумала Кенара, – мы не забудем, что были все вместе и действовали заодно! Мир изменится, он не может не измениться…» Хвостатые звери вырвались на свободу из тела Обито, и враг, потеряв особую силу, упал на землю.
После короткой передышки ночное небо разорвала белая шаровая молния. Все шиноби смотрели туда, где, судя по этим знакам, Наруто уже сражался с Мадарой. Кенара и другие командиры отдали приказ своим людям выдвигаться в том направлении. Снова робко засияла надежда на победу, ведь оставалось победить одного страшного врага.
Земля, по которой бежали шиноби, была изрыта и вспучена кусками. Не успели они добраться до нового места сражения, как поступил приказ уходить в сторону и не стоять на пространстве между Мадарой и хвостатыми.
– Отступаем! – воскликнула Кенара, повернув на девяносто градусов. – Покидаем зону поражения, прибавить ходу!
Через несколько минут на этом месте разразился ужасающий бой между Мадарой и Хвостатыми зверями. Шиноби видели вспышки Сусаноо, все были уверены, что сражение скоро закончится и наступит конец войне. Тогда Мадара призвал гигантскую статую Гедо Мазо, напоминающую уродливую фигуру то ли зверя, то ли человека с девятью глазами на лбу и одним огромным глазом на лице. Из статуи вырвались цепи и начали затягивать в нее хвостатых.
«Этот Мадара… подобен божеству, – подумала Кенара. – Кто может ему противостоять? Пять Каге пред ним – ничто, Наруто терпит поражение, целая армия шиноби бессильна…» – она стиснула зубы.
«Мы не из тех, кто отсиживается за чужими спинами», – сказал однажды Неджи. Куноичи хмурилась и готова была кусать локти. Но что она может сделать в данной конкретной ситуации? Что вообще можно сделать? Оставалась надежда, что от Шикамару или кого-то из Каге поступит приказ.
Вскоре на поле боя появился еще один участник – существо в маске, управлявшее гигантской статуей Тысячерукой Богини. И эта тысяча рук использовала множество техник всех известных видов чакры. Именно туда направилась Кенара со своим отрядом. Сражаясь с гигантскими руками, куноичи почти непрерывно использовала Взрывную волну. Она уже не могла отследить перемещение своих людей, все смешалось на этом поле боя… Краем глаза она заметила, что древо-бог как будто исчезло, но почему-то не испытала радости, наоборот, дурное предчувствие поднялось из глубины ее души.
Кенару сдуло в сторону одной из техник, которую она не успела погасить. Лежа на спине и пытаясь отдышаться, она увидела, как в небе парят огромные глыбы, словно кто-то собирался применить усиленную в разы технику Метеоритного дождя. Глыбы распадались, разрубленные на части Сусаноо Саске и расенсюрикенами Наруто, но над ними парила белая фигура Мадары… Куноичи кое-как поднялась на ноги и, забыв о Тысячерукой статуе, уставилась в небо. Силуэт ужасающего, но великолепного Мадары вырисовывался на фоне огромной луны, затем на поверхности луны отразился красно-черный узор, похожий на одну из форм шарингана, а землю залило белым светом…
Бесконечное Цукуёми захватило людей. Почти все оказались в плену непрекращающейся иллюзии непреодолимой силы.
Мадара использовал Божественное рождение леса, огромное древо расползалось по всей земле, отовсюду вылезали его корни и, протягивая свои лапы, спеленывали людей и подвешивали подобно диковинным плодам на раскинутых ветвях.
Но Кенара уже ничего не чувствовала.
========== Глава VII. Осколки ==========
Комментарий к Глава VII. Осколки
Enigma – Gravity Of Love
Там, где горы сомкнулись в кольцо,
Месяц качает в серебряной лодке
Ту любовь, что похожа на сон,
Самый сладкий и самый короткий.
(«Колыбельная для Солнца», Флёр)
Девочка одиннадцати лет широко зевнула и дернулась, едва не свалившись с ветки раскидистого вяза. На коленях у нее лежал учебник по тактике. Привычным движением девочка отбросила назад густую челку отросших волос и потуже затянула хвост, который все время съезжал на сторону. На загорелой руке болтался браслетик из нескольких металлических плашек, составлявших вместе имя «Кенара». Девочка выглянула из-за облака листвы и посмотрела в сторону школы: кажется, занятия еще не закончились. Она поджидала старосту класса, которая после занятий приносила конспекты – в те дни, когда Кенаре не хотелось учиться.
Усевшись поудобнее, девочка продолжила чтение. Через некоторое время ее уединение было нарушено ребятами из старшего класса.
– Точно, сегодня же у старшеклассников распределение, – сказала себе Кенара.
Среди них был мальчик из клана Хьюга, который ей нравился, с серебряными глазами и длинными волосами темного цвета.
Парень из клана Хьюга шел по дорожке в компании двух человек: странного мальчика в зеленом трико и девочки с оданго. Он явно был чем-то раздражен, и вскоре Кенара смогла услышать все подробности.
– Я уже сказал, что не хочу быть в команде с посредственной куноичи и недошиноби, лишенным техник!
– Распределением занимались джонины и оно одобрено Третьим Хокаге, – возразила девочка с оданго. – Хочешь это оспорить?
– Из-за вас этой команде будут давать самые низкопробные миссии, так я никогда не смогу проверить свои силы, – юный Хьюга резко остановился, скрестив руки и пытаясь скрыть свою досаду.
– Я буду стараться стать сильнее и не подведу нашу команду! – воскликнул мальчик в трико, подстриженный «под горшок».
Своей угловатой фигурой и будто нарисованными черной тушью бровями он походил на деревянную куклу.
– Ты никогда не станешь сильнее! – прикрикнул на него Хьюга, не сдержавшись, и губы его скривились.
Ли отставил ногу назад и поднял руку, принимая боевую стойку.
– Пожалуйста, испытай меня, – сказал он.
– Ли, не надо! – воскликнула девочка с оданго. – Это закончится как всегда плачевно…
– Я уже побил тебя на прошлой неделе, тебе мало? Нравится быть грушей для настоящих шиноби?
Кенара была неприятно удивлена. Ей стало противно, что мальчик, которого она считала симпатичным, ведет себя как заносчивый болван. «Давай, Ли, – подумала она, – побей этого нахала». Засунув книгу в карман, она вытянулась поудобнее, чтобы не упустить ничего интересного.
Поединок продлился недолго. Уровень мастерства противников слишком сильно различался. Хьюга отлично пользовался Джукеном и легко считывал все движения Ли. Кенара слышала о мальчике, который мог использовать только тайдцюцу, но не была с ним знакома лично. Несмотря на то, что Ли находился в отличной физической форме и прекрасно двигался, ему явно не хватало усиления и ускорения в виде чакры, поэтому он уступал противнику. Не говоря уже о том, что традиционно тайдзюцу клана Хьюга считалось в Деревне Листа самым мощным, что Неджи и продемонстрировал. Последний удар в солнечное сплетение был очень сильным и показался Кенаре излишне жестоким для спарринга. Она даже дернулась и наполовину свесилась с ветки, выглянув из листьев наружу.
Хьюга презрительно усмехнулся и покачал головой.
– Ты всегда будешь бесполезным треплом, – сказал он скорчившемуся на земле Ли. – Только говоришь о силе, но даже не знаешь, что это такое.
– Эй, Хьюга! – крикнула Кенара. – Добиваешь лежачего?
Неджи покраснел от гнева и резко обернулся. Кажется, он узнал девчонку из младших классов, хотя по росту она была не ниже его самого.
– Тебе лучше не вмешиваться в чужие дела, – сказал он. – Проваливай.
Но Кенара не собиралась проваливать, наоборот, она спрыгнула с ветки на землю и, выпрямившись, посмотрела Неджи в глаза. Хмыкнув, она прошла мимо него и подала руку Ли.
– С тобой все в порядке? – спросила она.
– С-спасибо, – пробормотал Ли, тяжело дыша.
Девочка с оданго подбежала к ним и помогла Кенаре усадить Ли на траву.
– Я тебя предупреждала, – проворчала она и сказала Неджи: – Ну вот зачем ты…
– Не выношу неудачников, – ответил Хьюга и развернулся, собираясь уходить.
– Так это твои неудачники, – в спину ему бросила Кенара. – А ты, значит, капитан неудачников!
– Еще одна, – пробормотал тот и удалился длинными прыжками.
Тен-Тен и Кенара сидели на пригорке над рекой, на мягкой травке, согретой солнцем, и болтали, поедая мороженое.
– Моя мама была из сельских жителей, а отец – шиноби, – сказала Тен-Тен. – Папа погиб на миссии, когда мама была беременна мною, поэтому роды закончились печально. Так что меня воспитывали дедушка и бабушка, но я была очень подвижной, они не успевали за мной следить и в итоге договорились поместить меня под присмотром Третьего в Конохе, с няней, а затем отдать в Академию шиноби. И я получаю пособие как сирота и как дочка шиноби.
– У меня почти такая же история, только я жила с тетей и сестрой. В Деревне Звездопада нет школы, так что они решили отправить меня сюда, к дальним родственникам. Но я живу одна, без всякого там надзора, чему очень рада, – мороженое потекло по пальцам у Кенары и капнуло на футболку.
Футболка была темно-синего цвета, с тремя серебряными звездами на груди, так что капля мороженого удачно вписалась в рисунок.
Нинаки ловко завязывала розовый оби (пояс) особым узлом. Кенара стояла перед зеркалом в шелковом кимоно фиолетового и серебряного цветов и шевелила пальцами ног, пытаясь привыкнуть к дзори (особые сандалии). Лицо ее, слегка припудренное, выражало глубокую степень недовольства. Тетя Инари поправляла племяннице прическу, втыкая шпильки и пытаясь укротить пушащиеся пряди.
– Черт возьми! – воскликнула Кенара, когда почувствовала укол в голову, и тут же прикусила губу. Уже полгода прошло с момента окончания Академии шиноби и возвращения в Звездопад, а она никак не могла отучиться ругаться.
Инари больно дернула ее за волосы и возмущенно сказала:
– В нашем доме не ругаются! Ты, наверное, забыла за шесть лет.
– Тетя, я эту троюродную прабабку даже в лицо не помню, ну неужели мое отсутствие на ее юбилее кто-нибудь заметит?
– Человеку исполняется сто лет, – сказала Нинаки. Ее красивое лицо было накрашено, а серебряные волосы убраны в высокую прическу. – Раз в сто лет ты можешь почтить ее своим присутствием?
– Если обещаете, что до двухсот она не доживет… – пробормотала Кенара, за что ее снова дернули за волосы.
– Ничего, потерпишь. Такого праздника давно не устраивали, приедут гости из столицы и из Листа, к тому же особняк Менге – очень красивое место.
Особняк Менге был дворцом в черной и серебряной расцветке и стоял на берегу озера посреди дивного сада. Дорожки здесь были усыпаны галькой вперемешку с цветными стеклянными бусинами и янтарем, среди фонтанов и беседок стояли кадки с тропическими растениями. Позади дома устраивались развлечения для маленьких детей под присмотром нянь, а перед фасадом над озером молодежь запускала фонарики.
Кенара, выразив почтение всем взрослым, которым была обязана по этикету, получила разрешение погулять по оранжерее. Здесь росли хризантемы и розы, орхидеи и анютины глазки, а также множество цветов, названия которых куноичи не знала. В этом чудесном месте ее и нашла Нинаки.
– Сестренка, подойди сюда, пожалуйста.
Девочка вздохнула и приблизилась. Она, хоть и не признавалась в этом, любовалась своей сестрой и думала о том, что кимоно сидит интереснее на женской фигуре, когда уже выросла грудь.
– Нам надо поприветствовать Хьюга, они наши родственники по прабабушке. Хияши-сама приехал со своим племянником и несколькими молодыми людьми из побочной ветви.
Кенара пыталась спрятаться за сестру, но в определенный момент ее просто вытолкнули вперед для поклона. Поднимая голову, она увидела Неджи. Он выглядел как обычно, в своем одеянии клана, без всяких смешных украшений и неудобной обуви.
– Ты здесь освоилась, будь добра, позаботься о развлечении Неджи-сана, – сказала Нинаки.
Взрослые ушли, а Кенара и Неджи остались вдвоем. Девочка порадовалась, что под пудрой почти незаметно, как она вспыхнула от негодования. Однако хорошее воспитание заставило ее выдавить из себя:
– Добро пожаловать, Неджи-сан.
Неджи поклонился и вежливо поблагодарил ее. «Словно меня не узнал», – подумала Кенара.
– Не хотите посмотреть библиотеку? – спросила она. – Там есть интересные акварели, если вас это интересует…
– Да, спасибо, я и сам немного увлекаюсь живописью.
Кенара удивилась, но ничего не ответила.
Библиотека была настоящей сокровищницей. Кроме, собственно, большого собрания книг и свитков на стенах висели географические карты и картины, нарисованные акварельными красками; расписные ширмы прикрывали три окна, а в одном из шкафов за стеклом стояла коллекция фигурок из кости. Неджи и Кенара больше двух часов провели в этом помещении, почти не разговаривая, рассматривая и трогая удивительные сокровища, которые попадались под руку и на глаза. У одной из ширм они столкнулись.
– Странный рисунок, – заметил Неджи.
– Да! – воскликнула Кенара. – Тут у птиц голова свернута! Явно же рисовали с дохлых… – она прикусила язык.
Неджи тихонько рассмеялся.
– Да уж, любоваться живыми птицами намного приятнее.
– Только на природе, – ответила Кенара. – Не люблю, когда живых существ держат в клетках.
Неджи стал серьезным.
В этот момент дверь распахнулась и вошла тетя Инари, и без того высокая, а с пышной прической подобная богине. Она внимательно посмотрела на молодых людей и сказала:
– Вас уже давно не видно и не слышно, не желаете присоединиться к другим гостям?
Сказано это было тоном, подразумевающим исключительно согласие, так что больше Кенара не виделась с Неджи наедине в течение вечера и, соответственно, не разговаривала с ним.
Песчаная буря расходилась все сильнее, Рики и Таюши с двух сторон плотнее приблизились к Кенаре, чтобы она гасила ветер вокруг них.
– У нас оба свитка, – громко сказал Рики. – Но среди бури легко попасть в ловушки, так что нужно быть осторожнее.
– Под песком двигаются два моих земляных клона, – ответила Кенара. – Они смогут обнаружить… Погодите…
Кенара привела товарищей в то место, где ее клоны натолкнулись на подозрительную капсулу. Они извлекли эту капсулу на поверхность, а шиноби с помощью оружия вскрыли ее и обнаружили трех молодых людей, команду Песка, находящихся под действием гендзюцу. Очнувшись, они рассказали, что столкнулись с бандой разыскиваемых преступников, которые обрекли их на медленную смерть под толщей песка.
– Казекаге в опасности! – воскликнула девушка со знаком клана Суреми у виска.
Объединившись с командой Песка, Кенара и ее товарищи отправились в погоню за бандой под названием Коготь и сразились с ними неподалеку от места, где Неджи, Тен-Тен и Ли в союзе с другими шиноби Песка спасали Гаару от таинственного монаха с сямисеном и извлечения Шуукаку.
Когда все участники экзамена собрались вместе, чтобы послушать речь Казекаге Гаары, Кенара подошла к Тен-Тен обменяться новостями и заодно поприветствовала Ли и Неджи. Несмотря на физическую усталость, она ощущала душевный подъем из-за одержанной победы.
– В этот раз обстановка не такая торжественная, но намного более приятная, – сказала она Неджи, сдержанно улыбнувшись.
Ей хотелось озадачить его, но Неджи совсем не растерялся и ответил:
– Немного не хватает фонтанов.
– Так ты узнал меня тогда? – удивилась Кенара.
– Странно ожидать чего-то другого от представителя клана, обладающего особым зрением, – ответил Неджи.
Девушка мысленно показала ему язык, а вслух сказала:
– Окажи мне честь и сразись со мной, Хьюга Неджи, когда появится такая возможность.
– Очевидно, она появится довольно скоро.
Глубокой ночью на одном из барханов песка в лучах полной оранжевой луны состоялся их поединок, в котором не оказалось победителя: силы были равны. Кенара и Неджи пожали друг другу руки, как это полагалось в Деревне Листа, и разошлись.
Куноичи думала, что от усталости уснет мгновенно, но перед ее мысленным взором стояли серебряные глаза. Неджи изменился и повзрослел. Он уже не казался таким высокомерным, как раньше. Кенару беспокоила мысль о том, насколько она сама повзрослела, стала ли сильнее, поэтому ей так хотелось сравнивать себя с человеком, который одновременно был похож на нее и стоял на ступеньку выше. Неджи, как и Кенара, серьезно относился к мастерству шиноби, отдавал ему все свои силы, но был сдержаннее и требовательнее к себе. Сэнсэй будет гордиться, когда узнает, что она не уступила в поединке гению клана Хьюга…
По возвращении в деревню Кенара отметилась у Старейшины, а затем отправилась к учителю. Его дом находился возле сквера с кленами, и коричневая крыша каждую осень бывала густо припорошена алой листвой. Когда дверь открылась, на пороге показался несколько смущенный и растерянный Ио Номика, запахнувший на груди плотный махровый халат и придерживающий его обеими руками.
– Кенара, привет! – сказал он, широко улыбнувшись. В глазах его плясали искорки смеха. – Я тут немного…
Из-под халата раздался предательский писк. Кенара наклонилась вперед, а потом воскликнула:
– Еще один! Сэнсэй, вы уже четвертого кота подбираете, сколько можно?! Вам самому должно быть тесно в таком домике, а вы еще кошачий питомник устроили!
– Ну, я… – Конор тихонько рассмеялся.
– Дайте хоть посмотреть, – Кенара взяла из рук учителя маленького котенка. У крохи глаза были еще густо-фиолетовго цвета, а тело покрывал ярко-оранжевый, как апельсин, пушок. – Где взяли?
– На рынке. Там была женщина с коробкой котят, она сказала, что если не раздаст всех до конца дня, скормит собакам.
– Вы такой наивный… – девушка погладила котенка и аккуратно передала его Конору.
Через пару минут она уже сидела на маленьком диванчике, пила теплый чай и рассказывала об экзамене на чунина. Конор положил котенка на сложенный в несколько слоев шарф и отогнал от него двух любопытных кошек. Четвертый кот гулял где-то во дворе.
– Ты не представляешь, как мне приятно слушать о ваших подвигах… Как приятно гордиться тобой.
– Тогда у меня есть еще одна история: я дралась с Хьюга Неджи…
Ио Номика был наставником Кенары со времен ее возвращения из Академии Конохи. Он сам вызвался обучать девочку, обладающую склонностью к техникам Стихии Земли, а Инари с радостью передала ему эту почетную обязанность, так как имела другую специализацию.
– У меня тоже есть для тебя новости, – сказал Конор после того, как они обсудили поединок. – Не знаю, как ты к этому отнесешься… Ты же знаешь, что я уже несколько месяцев исполняю некоторые административные обязанности при Старейшине. Мы обсуждали с ним вопрос о создании в будущем школы шиноби в Деревне Звездопада.
– Ого! Приятно слышать.
– И вопрос о системе должностей и званий по примеру Деревни Листа. Нам не хватает опыта и квалифицированных кадров. Сейчас Звездопад получает мало заданий, а те миссии, которые нам поручают, обычно не очень высокого ранга. Так что наша молодежь имеет мало возможностей развиваться и получать ценный опыт. И это лишает нас возможности в будущем получать больше заказов и преодолеть кризис.
Этот «кризис» уже сидел у Кенары в печенках. С самого ее детства она слышала о состоянии упадка и невеселых прогнозах на будущее.
– Продолжай, сэнсэй, надеюсь, ты ведешь к чему-то хорошему.
– Как сказать… Решение было трудным, но я его принял. Ты должна поступить на службу в Деревню Листа на пятилетний срок. Переговоры с Конохой уже ведутся.
Кенара молча смотрела на своего учителя. Да, его логика ясна: она получит возможность выполнять сложные миссии и учиться тому, как поставлено дело шиноби в главной военной деревне Страны Огня.
– Если все пройдет гладко – а в этом я уверен – мы сделаем это постоянной практикой, пока не получим юное поколение, прошедшее хорошую закалку. Имея первоклассных шиноби, мы сможем претендовать на сложные миссии и получим возможность открыть школу.
– А как же Рики и Таюши?
– Они пока останутся здесь, но через год мы попробуем и их отправить в Деревню Листа. Эффективнее будет разделить вас и по одиночке включить в разные команды Конохи, для ускорения обучения и наилучшего взаимодействия.
Кенаре было приятно видеть учителя таким серьезным и увлеченным новой должностью. Вряд ли он смог бы раскрыть весь свой потенциал, оставаясь лишь рядовым шиноби. И хотя перспектива жить самостоятельной взрослой жизнью ее только радовала, к этой радости примешивалась легкая грусть от предстоящей разлуки с друзьями и наставником. Чтобы взлететь, нужно сначала лишиться опоры. Новая обстановка и новые товарищи, как и участие в настоящих миссиях, должны были стать для нее толчком к дальнейшему развитию.
– Хорошая работа, Дэйка-сан, – сказал Неджи. – До сих пор не верится, что мы смогли прижать его к стенке.
Дэйка усмехнулась.
– Первым его засек мой ученик, так что спасибо следует сказать прежде всего Руюге.
– Давайте сначала закончим, а потом будем раздавать благодарности, – произнесла Кенара, выхватывая кунаи. – Мало выследить Якуши Кабуто, нужно еще взять его.
Молодой человек, настигнутый в одной из лабораторий Орочимару, уже не носил очки. Часть его лица и одна рука были покрыты серебристой чешуйчатой кожей, один глаз напоминал змеиный. Он усмехнулся и сказал:
– Справедливое замечание.
– Это змеиное отродье не случайно отступало сюда, – произнес Рой. – Здесь могут быть ловушки.
– Бьякуган! – воскликнул Неджи и одновременно с ним Кабуто прокричал:
– Поздно! – и нажал на какую-то панель, скрытую в стене.
Металлические створки, мастерски замаскированные под камень, разъехались в стороны, и взглядам шиноби открылась обширная пещера, во мраке которой шевелилось ужасное нечто. Кабуто, смеясь, воскликнул:
– Сейчас вы столкнетесь с истинным порождением Змеи, которое нам с Орочимару-сама удалось несколько… улучшить.
Существо в пещере, видимо, поднялось на лапы и медленно поползло к выходу. Набу выхватил фонарик и осветил его – частями, так как оно было слишком крупным.
– Что это? – изумился Рой.
– Это… – Неджи замолчал на секунду, подбирая слова. – Это гидра со множеством голов и на каждой из них… по шарингану!
– Мы с Орочимару-сама прогулялись по кварталу Учиха после его зачистки, решили, не пропадать же добру, – сказал Кабуто, мерзко улыбаясь.
Набу почувствовал, как фонарик в его руке наливается чакрой, он еще не до конца освоил эту свою способность. «Черт, еще рано», – подумал юноша и швырнул фонарик в сторону пещеры. Раздался взрыв…
– Кажется, я не давал команды, – сухо произнес Неджи, повернувшись к нему.
Его лицо, искаженное бьякуганом и холодной яростью, представляло собой угрожающее зрелище.
Несколько голов гидры, напуганные взрывом, издали визг, чудовище попятилось и исчезло. Шиноби недоуменно переглянулись.
– Нет! Нееет! Когда ты освоила Камуи? – воскликнул Кабуто.
– Все ясно, – сказал Неджи. – Гидра использовала шаринган и перенеслась в другое измерение. Не повезло тебе, Якуши Кабуто.
– Земляные клоны! – воскликнула Кенара.
На врага двинулась стена из пяти силуэтов, по виду состоявших из земли и грязи. Кабуто достал одной рукой из поясной сумки дымовую бомбу, а другой, сосредоточив чакру, хлестнул по тому из клонов, что перерезал путь к отступлению в смежную с лабораторией пещеру. Грязь исчезла, а перед Кабуто уже стоял скрывавшийся под ней Рой. Зеленые глаза блеснули, в них плескались десятки рыбок-искорок и на пару мгновений враг отвлекся, прежде чем смог осознать и развеять гендзюцу. Этих мгновений хватило, чтобы Неджи подскочил и использовал свою технику.
– Сто двадцать восемь ладоней! – воскликнул он и начал наносить один удар за другим.
Кабуто упал на колени, пытаясь регенерировать и исцелить свое тело, но его точки чакры были перекрыты. Тогда Набу использовал свою технику запечатывания:
– Покров из глиноплоти! – воскликнул он, и тело Кабуто повалилось, обрастая саркофагом из белой глины, пропитанной чакрой. Сверху Набу прикрепил особую печать и окончательно обезвредил врага.
– Кенара, – сказал Неджи, – твоя команда хорошо сработала, поздравляю.
– Сейчас мы твоя команда, – сдержанно улыбнувшись, ответила Кенара.
– Что, время раздавать благодарности настало? – едко поинтересовалась Дэйка.
Кенара бежала, перескакивая с одной крыши на другую. Октябрьские предрассветные сумерки бодрили, овевая прохладным ветерком и сыростью, куноичи куталась в плащ. Остановившись у квартала Хьюга, она спрыгнула вниз и отступила в тень одного из домов. Из ворот выходил отряд Хьюга во главе с Неджи и Хинатой. «Посмотри на меня, – подумала Кенара, – давай же, посмотри на меня…» Хината ее увидела и помахала рукой.
– Хината-сама, – произнес Неджи, – пожалуйста, руководите отрядом, я догоню вас.
– Что-то случилось? – спросил он, подойдя к Кенаре.
Лицо его выглядело спокойным и серьезным.
«Как же мне защитить тебя? – с тоской подумала девушка. – Как мне тебя уберечь?»
– Неджи, я отниму у тебя всего лишь минуту. Пожалуйста, возьми этот свиток! – она протянула руку и взглянула ему в лицо.
Неджи с удивлением увидел в темно-синих глазах отчаянную мольбу. С той их совместной миссии в Каваное он стал лучше понимать Кенару.
– Но что это? – спросил он, хотя был готов взять свиток безо всяких вопросов и даже коснулся его.
– Это техника моего учителя, Малые луны. С помощью Набу нам удалось запечатать ее в этот свиток. Она применяется мгновенно, если сорвать печать. Это защитная техника: три каменные сферы вращаются вокруг тела и защищают его от всех видов атак, кроме гендзюцу.
Неджи опустил руку.
– Я думаю, твой учитель запечатал эту технику для тебя, – строго сказал он.
Кенара покачала головой.
– Я попросила его сделать это для моего друга. К тому же, Мощь Тысячи Крепостей я теперь создаю без печатей.
– Это правда?
– Да, – Кенара снова взглянула ему в лицо. – Неджи, я защищаю только себя, а ты дал слово защищать Хинату. Ты – невероятно сильный шиноби, но может наступить такой момент, когда получится спасти лишь одного из вас. Пожалуйста, возьми этот свиток и используй его, когда понадобится, – она взяла Неджи за руку и вложила в нее свиток.
Молодой командир слегка смутился от слов «невероятно сильный» и не сразу нашелся с ответом.
– Я должен поблагодарить тебя, но не стану делать этого сейчас. Кенара, возвращайся живой с этой войны, чтобы я мог сказать тебе «спасибо», – Неджи поклонился и ушел.
В конце улицы его ждал какой-то генин из клана Хьюга, очевидно, чтобы передать сообщение из Штаба. Прежде чем скрыться за углом, Неджи обернулся.
– Пусть сила моего учителя убережет тебя, если не хватит твоей собственной силы, Неджи, – произнесла Кенара.
Кенара лежала на поле боя среди вспученных пластов земли и слушала голос Ино в своей голове: «Учиха Мадара повержен совместными усилиями Наруто, Хвостатых и Объединенной Армии шиноби под руководством Пяти Каге! Мы сделали это, ребята!» – и слезы катились по ее щекам. Они показались ей сладкими, как сладок был вкус победы! С чувством невероятного облегчения куноичи поднялась с земли, глядя, как вокруг нее поднимаются и отряхиваются, собираются воедино шиноби. В толпе промелькнуло лицо Набу, красные волосы Роя, даже оданго Тен-Тен…
– Неджи, – прошептала она, – где же Неджи?!
– Не волнуйся об этом, – произнес мягкий голос. – Я собственноручно отнес его в палатки медиков несколько часов назад. Его раны не смертельны.
Кенара обернулась и увидела зеленоглазое с хитринкой лицо Конора.
– Должен сказать, я наблюдал за ним во время битвы и считаю, что лучшего выбора ты не могла сделать.