![](/files/books/160/oblozhka-knigi-veter-kruzhit-listya-si-298725.jpg)
Текст книги "Ветер кружит листья (СИ)"
Автор книги: Митэй Тиль
Жанр:
Фанфик
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 30 страниц)
– Твой клон уже познакомил меня с техникой Взрывной волны, – сказал он. – Но ведь она работает только на близких и средних расстояниях, не так ли?
– Да, – Кенара пожала плечами.
– А я уже думал, что ты онемела… – Кисаме бросился вперед, взмахнув мечом. Кенара решилась идти на сближение и, проскользнув под лезвием, ударила врага кунаем над коленом. Из-за его огромного роста выше достать из этого положения она не смогла, а широкий плотный балахон скрыл очертания тела, так что ей удалось лишь проделать дыру в одном из красных облаков.
Акацки удалось нанести ей скользящий удар рукоятью меча, когда она отступала. Удар пришелся в плечо и оставил лишь синяк на коже. «Тайдзюцу слишком опасно, за следующую попытку я могу поплатиться по-настоящему, – думала куноичи, – нужно рискнуть и попробовать ниндзюцу, пока его меч в обмотках». Чакры оставалось не так много, но на одну технику должно было хватить.
Кенара быстро взобралась по стволу довольно тонкой сосны, зная, что тяжелый Кисаме за ней точно не полезет. Она начала складывать печати, когда враг занес меч, чтобы одним ударом перерубить ствол. В последний момент девушка, оттолкнувшись ногами и спрыгивая с падающего дерева, сделала последнюю печать и с криком направила удар прямо вниз, под себя, где стоял, задрав голову, Кисаме. Техника взрывной волны впервые применялась ею вертикально и должна была с такого расстояния раскромсать половину его туловища, но тело врага лишь растворилось в воздухе.
– Клон! – воскликнула Кенара, от избытка чувств скрипнув зубами, и, сделав вращающееся движение, в вихре приземлилась на разметанную землю. Сил почти не осталось. Зато появилась надежда, что раз за ней отправился клон, то настоящий Кисаме где-то гоняется за ее клонами.
– Кажется, в этот раз ничья, – усмехнулась девушка.
Постепенно она начала менять направление движения, выходя на прямую, по которой должны были перемещаться ее спутники. Ни один из клонов не встретил ее здесь, значит, Кисаме гнался за теми, что двигались по центру, а потом свернул направо, отправив налево свою копию. Несмотря на то, что силы ее почти иссякли, Кенара передвигалась с помощью длинных прыжков по веткам деревьев. Она часто оглядывалась, ожидая увидеть еще один «плавник» на земле. Наконец это сыграло с ней злую шутку, и куноичи, споткнувшись, кувыркнулась вниз, упав на руки вовремя подоспевшему Рою.
Рой был бледен, но испытал явное облегчение, встретив Кенару.
– Что с мальчиком? – спросила девушка, встав на ноги.
– Всё в порядке, Набу продолжает миссию – несет мальчишку на себе.
– А как же его рука?
– Ну… потребовалось время, чтобы он пришел в себя. Потом Набу захотел испробовать на себе собственное изобретение – глиноплоть, или как там он назвал эту ерунду… Мы заштопали ему рану и намазали этой штукой, она сразу подсохла, не давая тканям распадаться даже при движении. Кисть вправили, руку положили на повязку. Она пока не действует, но надежда есть, – Рой замолчал и посмотрел на Кенару. Он все еще был бледен.
– Ты пошел за мной? – спросила девушка.
– Прости, мы ослушались приказа, – Рой грустно усмехнулся. – В свое оправдание могу сказать, что решение команды было единогласным.
Кенара почувствовала слабость и ухватилась за дерево. «У него был приказ, но он все равно вернулся. Вернулся, чтобы сражаться с Акацки… за меня?!» Эта мысль поразила ее до глубины души. «У меня теперь есть команда… моя команда!»
– Молчание становится неловким, – усмехнулся Рой, искоса поглядывая на командира и пытаясь угадать ее мысли. –Ты нас, конечно, отчитаешь, но лучше когда-нибудь потом. Не хочу отдуваться один…
– Давай поскорее догоним Набу, – сказала Кенара, стараясь придать силы голосу. Но, как только Рой собрался двинуться, она вдруг потянула его за рукав.
– М? – молодой шиноби оглянулся.
– Спасибо… Рой.
Увидев, как он залился краской, Кенара тихонько улыбнулась.
Хвойные деревья постепенно вытеснялись лиственными. Рой и Кенара спустились в долину и повернули ближе к дороге, а затем двигались вдоль нее на расстоянии примерно двух километров. Красное солнце давно уже мелькнуло последний раз за верхушками деревьев, теперь же задул прохладный ветер и спустились сумерки.
– Мы договорились придерживаться примерно такого пути, – пояснил Рой. – И не думаю, что они ушли далеко отсюда.
Вскоре их окликнул Набу: они с Данмару укрылись в небольшом овраге под сенью широко раскинувшейся лиственницы.
– Как я рад видеть вас живыми! – воскликнул он.
– А ты не такой уж и бледный, – заметил Рой, спрыгнув в овраг и вглядываясь в товарища.
– Я принял пилюли, которые компенсируют потерю крови, и теперь постоянно умираю от жажды.
– Держи, у меня полная, – Рой протянул свою флягу.
– Как твоя рука? – спросила Кенара. – Действует?
– С помощью Данмару я вырезал небольшой лубок и зафиксировал руку. Пальцами шевелить могу. Пока принимаю обезболивающее.
Хотя Набу улыбался и в сумерках выглядел почти здоровым, Кенара понимала, что он совершил невероятное, утащив Данмару на такое расстояние после серьезной кровопотери и пользуясь лишь одной рукой. Она не знала, как выразить ему свою благодарность и сказала просто:
– На тебя можно положиться, Набу.
«Эти парни, которые старались не напрягаться в мирной жизни, не пожалели себя, когда дошло до дела, – подумала Кенара. – Они отличные товарищи».
– Расскажите, как вам удалось уйти от Акацки, – попросил Набу.
– К сожалению, нет времени, сворачивайте спальники: мы идем дальше, – куноичи перевела взгляд на Данамару.
Мальчик кивнул. Лицо его было серьезным и сосредоточенным. Он изо всех сил старался быть полезным. После слов Кенары Данмару начал быстро собирать вещи.
– Неизвестно, насколько мы оторвались от них, – пояснил Рой. – К тому же, мы не знаем, куда они изначально направлялись. Нельзя, чтобы они застали нас здесь врасплох ночью.
Кенара взяла на закорки мальчика, а Рой – Набу, и команда двинулась вперед при скудном свете луны. Они отклонились от дороги немного к югу, чтобы выйти из-под деревьев на открытое пространство широкого поля, где трава доходила почти до колен.
– К утру мы доберемся до места, – сказала Кенара через плечо, чтобы успокоить мальчика. Она чувствовала, что он еще не спит.
– Кенара-сан, могу я спросить у вас кое-что… Когда на вас напал тот человек с красными глазами… В общем, вы сказали, что вам шестнадцать лет. Это правда?
– Да.
– Надо же… вы всего на семь лет старше меня, а уже чунин, настоящий шиноби.
– Я уже потом поняла, что это ты отвлек Итачи. Данмару, спасибо тебе за это. Если бы не ты, Итачи убил бы нас обоих, а Кисаме прикончил бы моих товарищей.
– Хоть я и не шиноби, но я не мог просто прятаться, – Данмару покраснел. Он вспомнил, какой слабой и напуганной выглядела Кенара под действием иллюзий, это позволило ему почувствовать себя настоящим мужчиной, мужчиной, который должен защищать. – Впервые в жизни я принял решение сам. Это… удивительное чувство!
– Ребенком быть непросто, – заметила Кенара. – Особенно таким взрослым по состоянию ума. Ты уже все понимаешь, но тебе не дают принимать самостоятельные решения. Хочешь воплотить в жизнь свой потенциал, но обязан подчиняться. Ты умен и многому научился, но никто не воспринимает тебя всерьез.
– С тобой было так же? – спросил Данмару.
– До недавнего времени.
– И как тебе удалось освободиться?
– Все, кто за меня отвечал, умерли.
Данмару помолчал немного.
– Это очень грустно, я лучше подожду еще несколько лет…
– Да, Данмару, надо подождать. Терпение – самое полезное качество.
Через несколько часов наступил рассвет. Ноги у Роя и Кенары намокли от росы. Потом где-то позади из-за леса вышло солнце и согрело землю. От травы поднимался пар. Прошло еще два часа, и наконец за холмами, в долине, показался небольшой город, расположенный на берегу озера. На воде, на большом понтоне, возвышался красивый дворец в черных и золотых тонах, именно туда и направился отряд.
Моро Махара, в девичестве Кадами Махара, мать Данмару, отличавшаяся легкомысленным и взбалмошным характером, около трех лет назад покинула своего мужа и вернулась в отчий дом, дворец Кадами, чтобы навестить родителей. Ее мать находилась практически при смерти, но вдруг почувствовала себя лучше, однако не настолько, чтобы совершенно развеять опасения по поводу ее здоровья. По обоюдному согласию супругов, Махара должна была оставаться при матери столько, сколько потребуется. Дзанмару был рад в душе избавить сына от пагубного, на его взгляд, влияния капризной женщины.
Махара, когда шиноби вошли в приемные покои, бросилась обнимать сына, плача и смеясь. Данмару испытал смешанное чувство неловкости и радости. Он любил мать, хотя ему было зачастую неудобно в ее обществе. Мальчик повернулся, чтобы попрощаться со своими спутниками. Пока Рой получал документальное подтверждение завершения миссии от управляющего, Кенара вежливо поклонилась хозяйке дома и ее сыну.
– Прощайте, господин Данмару, – сказала куноичи.
– Если мне понадобится помощь шиноби, я попрошу специально назначить на миссию вас, Кенара-сан, и ваших друзей.
– Ох, сладкий мой! – воскликнула Махара. – Зачем тебе может быть нужна помощь шиноби?!
– Мы будем рады, – Кенара последний раз взглянула в черные глаза мальчика и улыбнулась ему на прощание. Похоже, он вырастет настоящим мужчиной, хоть и не воином.
Шиноби вышли через нарядные ворота дворца в город. Набу шел сам, его щеки были уже достаточно розовыми, хотя боль в руке сильно беспокоила и приходилось принимать обезболивающее.
– Нам надо выспаться и хорошенько отдохнуть, – сказала Кенара.
– Знаю! – воскликнул Набу. – Снимем комнату в гостинице, поедим и сыграем партейку в «Путь ниндзя».
– Я с вами, – вздохнула Кенара, покоряясь неизбежному.
– Конечно, с нами, – ответил Рой.
По возвращении в Деревню на руку Набу было наложено несколько десятков швов. Пока он находился в больнице, Кенара и Рой отправились рапортовать об окончании миссии в Резиденцию Хокаге.
– Мы получили ваше сообщение из Кадами о столкновении с Акацки. Кенара, ты приняла верное решение, поставив в приоритет миссию и сохранность отряда, – выражение досады на лице Цунаде не соответствовало ее словам.
– Если бы с нами был кто-то из джонинов… – начала Кенара, но Пятая остановила ее, подняв ладонь.
– Я ожидала, что ты не станешь бездумно бросаться на врага, и рада, что не ошиблась. Хотя всем шиноби предписано задерживать членов Акацки при встрече с ними, это даже не многим из джонинов по плечу.
Тем не менее, девушка понимала, насколько сомнительной является эта похвала, ведь Коноха не получила практически никакой полезной информации. Цунаде долго ждала, пока Акацки дадут о себе знать, и вот возможность появилась… и была упущена. Впрочем, была ли это реальная возможность? Команда Кенары против Итачи и Кисаме? Цунаде хмыкнула. Нужно радоваться, что ребята вернулись живыми.
– Рой, ты можешь быть свободен, – сказала Пятая и, проводив молодого шиноби взглядом, медленно подняла глаза на Кенару. Шизуне, наоборот, потупилась. – Позавчера в Деревню Звездопада вернулась Суягава Амэя.
Девушка, услышав знакомое имя, почувствовала, что сердце ее забилось быстрее.
– Узнав от АНБУ все известные нам обстоятельства гибели жителей деревни, Амэя, укрывшись в одном из домов, бросилась на меч. К сожалению, она была обнаружена слишком поздно.
Кенара побледнела, против воли на глазах ее выступили слезы, но она быстро взяла себя в руки и произнесла:
– Вот как? И она ничего не сказала перед тем, как убить себя?
– Она задала один вопрос.
– Цунаде-сама! – испуганно воскликнула Шизуне.
– Черт возьми, Шизуне, – вскричала Пятая Хокаге, – она же шиноби!
– Какой вопрос задала Амэя? – спокойно спросила девушка.
Цунаде вздохнула и перевела взгляд на сцепленные перед лицом руки.
– Кто из Звездопада остался в живых.
– И ей ответили…
– Что в живых, насколько нам известно, осталась Масари Кенара.
– Понятно. Ей назвали мое имя, и она бросилась на меч, – девушка стала еще бледнее.
– Ты же понимаешь, что это не твоя вина! – воскликнула Шизуне с жалостью и тревогой.
– Да, – ответила Кенара. – Это всего лишь стечение обстоятельств.
По дороге домой куноичи продолжала размышлять об услышанном. Они с Амэей не были хорошо знакомы, женщина относилась к старшему поколению. До позавчера она находилась на затянувшейся миссии в Стране Молний и на пути в родную деревню. Амэя потеряла друзей и близких, а главное – свою четырехлетнюю дочь. Именно это и отняло у нее желание жить, имя Кенары стало лишь последней каплей в переполненной чаше. Амэя знала Кенару как замкнутую и не слишком приятную в общении особу, не того человека, который мог бы посочувствовать ей и разделить ее горе. По этой причине Кенара испытывала чувство вины. Могло ли все сложиться иначе, будь она приветливой и дружелюбной? Останься она там, дома? Ей вспомнились слова Набу о том, что смерть близких не задела ее по-настоящему. И, раз Кенара не пронзила свое сердце кунаем в Ту Ночь и начала новую жизнь в Конохе, может быть, он был прав?
========== Глава IV. Человек, который плачет. Человек, который смеется ==========
Кенара была дисциплинированной и трудолюбивой девушкой. Возможно, эти качества не так сильно проявлялись бы, если бы она не любила свое дело. Однако даже увлеченные люди время от времени перегорают. Вот и Кенара иногда испытывала периоды полного упадка сил и беспричинной тоски. В такие дни она забрасывала все занятия, ни с кем не виделась и спала по многу часов подряд.
Поражение, которое она потерпела от Итачи, столкновение с Кисаме, закончившееся ее побегом, самоубийство Амэи наложились на целую неделю свободного от миссий времени. Это создавало раздолье для дурных мыслей. Забыв о тренировках, Кенара двое суток провалялась в постели. На третий день к ней в комнату постучалась Тен-Тен, которую госпожа Хона впустила в дом и проводила до лестницы на второй этаж.
– Твои товарищи по команде сказали, что ты закрылась дома и не хочешь ни с кем встречаться, – Тен-Тен пристально посмотрела на хмурое лицо подруги. – Им было неловко тебя беспокоить, так что, узнав о нашей дружбе, они попросили об этом меня.
– Можно подумать, я тяжело больна, – проворчала Кенара. – Всего лишь накопилась усталость.
– Думаю, после того, что ты пережила, печалиться вполне нормально.
– Боюсь, приступы дурного настроения начали мучить меня задолго до Той Ночи. К сожалению, я всегда такой была, Тен-Тен.
– А я не жалеть тебя пришла. На самом деле у меня есть эгоистическая просьба… Ты не могла бы взять для меня в библиотеке одну книгу по запечатывающим техникам?
– Да, конечно. Но почему ты сама не возьмешь?
– Ну… – Тен-Тен слегка покраснела. – Мне неловко появляться там после недавнего инцидента. Неделю назад я сидела в читальном зале и мне очень захотелось пить. Тогда я достала свой свиток с надписью «Вода»: думала, что там будет термос. Но на самом деле по ошибке взяла свиток с несколькими кубометрами воды, который приготовила для миссий. Хотя почти все книги удалось спасти, на меня с тех пор косо смотрят в библиотеке.
– А Ли не может взять для тебя книги? Или Неджи?
– Могут, наверное. Только Ли все превращает в тренировку, так что он притащит целую гору книг на левой пятке – все, где есть слово «печать». А Неджи… он может застрять там на целый день, читать исторические справки или что-нибудь из теоретического курса для джонинов. Ему же быстро присвоили это звание, и он считает, что недостаточно подготовлен.
– Уверена, только он так считает, – заметила, чуть улыбнувшись, Кенара.
– Это точно, – ответила Тен-Тен. – Ну так что, прогуляемся до библиотеки?
– Да, я только переоденусь.
Через десять минут девушки вышли на улицу. Солнце ярко сияло, стояла ясная безветренная погода, но сегодня природа не радовала Кенару, обычно легко поддающуюся ее очарованию. Она шла молча, засунув руки в карманы и спрятав подбородок за высоким воротником жилета, демонстрируя дурной тон, за который не раз получала нагоняй от Нинаки. Брови Кенары хмурились, а глаза горели каким-то недобрым светом, так что Тен-Тен посматривала на нее искоса, но ничего не говорила.
«Мрачное настроение, значит? – думала девушка. – Когда у меня настроение плохое, я просто кричу на Ли и ворчу на сэнсэя. Не то, чтобы это помогало, но надо же как-то душу отвести…»
– Хочу и для себя взять что-нибудь, – сказала Кенара. – Тен-Тен, не знаешь, что можно почитать о техниках Стихии Ветра или Земли?
– Неа.
Девушки проходили по аллее, ведущей к небольшой площади с фонтаном. Немного в стороне, на одном из старых раскидистых вязов удобно устроился Хаттаке Какаши. Облокотившись на ствол, закинув одну руку за голову, он то ли читал небольшую книгу, то ли дремал под ее прикрытием.
– Вот повезло, – сказала Тен-Тен. – Какаши-сэнсэй – мастер множества техник и каждую свободную минуту он читает. Спроси у него о техниках, а я пока куплю фруктовый лед, хочешь?
– Да, пожалуйста, мне малиновый.
Кенара подошла к вязу и, задрав голову, громко сказала:
– Доброе утро, Какаши-сан!
– О, привет, Кенара. Вроде бы четыре часа вечера сейчас, разве это утро?
– Наверное, уже нет. Сэнсэй, вы же много читаете? Не могли бы вы и мне посоветовать что-нибудь из того, что вам больше нравится?
– Ну… – Какаши прищурился и несколько смущенно затеребил волосы на затылке. – По правде говоря…
– Меня интересуют Стихии Ветра и Земли, – серьезно сказала Кенара и, достав карандаш и блокнот из кармана своего жилета, запрыгнула на соседнюю с Какаши ветку.
– А, по техникам? – сэнсэй как будто немного расслабился. – Ну, учебники я не буду тебе советовать, думаю, с их содержанием ты хорошо знакома. В списке литературы в конце любого учебника можно подыскать что-нибудь полезное. Ах да, есть еще справочник Хироко, в нем собраны наиболее распространенные и известные техники Стихии Земли, но это простые техники. Сама понимаешь, что-то по-настоящему опасное шиноби стараются придержать. Оригинальные и сложные техники если и фиксируются, то в специальных свитках, которые в обычной библиотеке не достать.
Пока Какаши увлеченно делился опытом, глаза Кенары невольно скользили по той книге, которую он читал. Обложка выглядела подозрительно, как и название «Приди, приди, Рай!». Во время разговора сэнсэй опустил книгу и Кенара невольно прочитала пару столбцов, хоть иероглифы и были перевернуты. Лицо девушки окрасилось в пунцовый цвет, она быстро убрала блокнот.
– Спасибо большое, Какаши-сэнсэй.
– Что-то случилось? – беззаботно спросил Какаши. – Ты уходишь?
– Я? Да… мне надо торопиться в библиотеку… пока все книги не разобрали, – Кенара спрыгнула вниз.
– Ну ладно, обращайся, если что.
Тен-Тен протянула подруге малиновое эскимо.
– Ты что такая красная?
– Тен-Тен, а ты знаешь, что конкретно читает Какаши-сан?
– Ты про глупые любовные романы эротического содержания?
– Ну да… «Сэнсэй, посоветуйте что-нибудь из вашего любимого», – передразнила саму себя Кенара.
Тен-Тен захихикала.
– Знаешь, такие маленькие слабости вовсе не делают человека извращенцем.
– Да, я знаю. Мне очень нравится в тебе твоя рассудительность, Тен-Тен.
– Любой команде нужен хотя бы один здравомыслящий человек.
– А как же Неджи?
– У Неджи свои загоны. Болезненное самолюбие, например. Он о-о-очень гордый.
– Разве это недостаток?
– Для кого как. На самом деле, сейчас Неджи – парень, что надо, и совсем не задается, хоть и стал джонином в семнадцать лет.
Кенара набралась смелости, чтобы задать волнующий ее вопрос, и чуть слышно произнесла:
– Тен-Тен, а как мужчина тебе Неджи нравится? – и тут же застыдилась, желая забрать сказанное назад.
– Неджи? Как мужчина? – казалось, Тен-Тен серьезно отнеслась к этому вопросу. – Если честно, я когда-то думала об этом, но… хотя я восхищаюсь его силой и талантом шиноби и несмотря на то, что Неджи дорог мне, как товарищ и друг… для меня он, пожалуй, слишком холодный.
– Холодный? – переспросила Кенара. Она так увлеклась беседой, что ее мороженое уже начало стекать липкой массой по пальцам.
– Ну да, все эмоции сдерживает внутри, прямо как ты. Но ты хотя бы стараешься говорить иногда о своих чувствах, а от него этого не добьешься.
Кенара вспомнила, как Неджи выражал ей соболезнования от лица всех Хьюга. Вспомнила, как он рассказывал ей о расследованиях своего клана. Представила лицо Неджи, когда он говорил об истории с похищением тела Хьюга Баоши. Во всех этих ситуациях он был спокоен и сдержан, но бесчувственным она бы его не назвала. Кенара осознавала, какая скорбь стоит за его словами.
И вдруг она поняла – хотя знала это и раньше, но умом, а не сердцем – что скорбь выражается по-разному. Не каждый выразит свою боль в слезах и причитаниях, не все от горя и безысходности бросаются на меч. И она, Кенара, знает, что позволила бы пытать себя целую вечность, разрывая плоть на куски, лишь бы вернуть всех погибших к жизни. Но откуда тогда взялось ее чувство вины?
Тен-Тен с подозрением вглядывалась в лицо подруги.
– Так что можешь не переживать, – сказала она с лукавой улыбкой. – Неджи совершенно свободен.
Кенара сделалась краснее своего малинового льда.
– Я… вовсе… не переживаю!
– Хотя, боюсь, эта тема ему не интересна, он же весь в тренировках. Парни созревают для любви намного позже, – Тен-Тен вздохнула. Было бы неплохо, если бы кто-нибудь за ней поухаживал – так, для поднятия самооценки. Рой из команды Кенары, например, довольно симпатичен и к тому же постарше на три года. – А, к черту, – сказала она. – Всё равно некогда.
– Это точно, – Кенара ловко зашвырнула палочку от мороженного в урну. – Проблем и без того хватает.
Проходили недели и месяцы, послужной список Кенары наконец-то начал пополняться миссиями C-ранга. Свое свободное время она проводила в компании Тен-Тен, Роя, Набу и Футабы. С другими своими сверстниками из Конохи девушка тоже познакомилась поближе: пару раз ребята собирались вместе на пикник и в кафе. Среди них был и Неджи. Казалось, с Кенарой он держался так же отстраненно, как и с остальными, но, бывало, пока другие разговаривали, девушка ловила на себе его взгляд.
Однажды после тренировки Набу и Рой предложили Кенаре вместе пообедать в одном уютном местечке с хорошей кухней.
– Я хочу познакомить тебя со своей семьей, – сказал Набу.
Куноичи с ужасом вспомнила его скандалистку-мать и уже хотела улизнуть под вежливым предлогом, но, к счастью, из дальнейшего разговора выяснились кое-какие подробности.
– У вас уже все так серьезно? – усмехнулся Рой. – Собираетесь с Футабой пожениться?
– Да, как только найдем подходящее жилье. С моей матерью мы жить не хотим.
«Это вполне понятно», – подумала Кенара, но вслух ничего не сказала.
Футаба была взрослой девушкой с густыми фиолетовыми волосами, с прямой челкой до бровей и глазами того же цвета, но на тон светлее. Они с Набу казались немного похожими благодаря продолговатой форме глаз и узкому овалу лица.
Девушка работала акушеркой в госпитале Конохи. Как шиноби, она имела звание генина, но на миссиях почти не бывала, применяя свои способности на благо новой жизни.
– Я много хорошего слышала о вас, Кенара-сан, от моего жениха, – Футаба улыбнулась. У нее был красивый глубокий голос.
По выражению, с которым фраза была сказана, Кенара поняла, что это не вежливость, а правда. Она немного смущенно поблагодарила собеседницу и заняла место напротив нее за столом. Рядом уселся Рой и тихонько сказал:
– Тут по пятницам бесплатный десерт для парочек, не хочешь прикинуться влюбленными? – взгляд его был простодушным, а зеленые глаза – чистыми, как горные озера, но Кенара отказалась от этого предложения.
Рой был несколько легкомысленным в плане ухаживания за девушками и каждой желающей давал повод надеяться на нечто большее. Кенара никогда не позволяла затянуть себя в какие-либо игры, за исключением «Пути ниндзя», отшучиваясь от комплиментов и игнорируя флирт. В какой-то степени ее радовало, что товарищи по команде напрочь забыли о разнице в возрасте между ними, и Футаба так же общалась с ней на равных, как будто не была старше на шесть или семь лет. Впрочем, ничто не выдавало юного возраста Кенары, если не считать по-детски нежной кожи и слегка округлых щек.
– Футаба-сан, не собираетесь ли вы принять участие в грядущем экзамене на чунина?
– Я хотела еще полгода назад участвовать в том экзамене, на котором вы так отличились, – девушка улыбнулась. – Но моя старшая сестра Амари родила на два месяца раньше положенного срока, так что вместо испытаний для генинов я принимала племянника. Тогда мы с подругами решили подождать следующего экзамена, но никто не думал, что он наступит так скоро! Мы пока в сомнениях.
– Очень жаль, что я уже чунин, – сказал Набу. – Хотелось бы мне быть с тобой рядом на экзамене.
– Не беспокойся, когда сдавали вы, все было сложнее, – Футаба пожала руку своего возлюбленного.
– Если бы не Мэй, мы бы до сих пор решались подать заявку, – улыбнувшись, сказал Рой.
Это был первый раз, когда Кенара услышала имя Мэй от своей команды. Она была рада, что Рой, наконец, смог вспоминать свою подругу и сестру без слез, с тихой улыбкой.
За окном клен момидзи трепетал на ветру, и его красные листья переливались на солнце золотыми и оранжевыми бликами. В родной деревне Кенары некоторые улицы были засажены такими кленами, и осенью начинался настоящий огненный звездопад, когда маленькие изящные листочки отрывались от веток и опускались на землю в медленном танце, либо валились целым ворохом от яростного порыва ветра.
Ветер кружит красные листья… В этом незабываемом образе отражались ее самые сокровенные чувства. Весь мир шиноби был похож на этот круговорот, в котором люди подобно оторвавшимся от веток листьям, влекомые волей, несутся через краткий миг жизни к забвению.
Кенару потянуло домой. Но у Пятой были свои планы.
– Вы уже неделю прохлаждаетесь, наконец-то у меня есть задание именно для вашей команды, – сказала Цунаде. – Нужно разыскать оставшихся в живых шиноби Звездопада. Изучив документацию, наши специалисты выяснили, что кроме Суягава Амэи еще два человека находились на заданиях за пределами Страны Огня. Это будет долгое путешествие, скорее всего, оно затянется на месяцы, но, крайний срок, к концу апреля вы должны вернуться или дать о себе знать.
Кенара сама хотела отыскать земляков: не исключено, что у кого-то из них имеются догадки по поводу виновников Той Ночи, но так же вполне возможно, что печальные новости еще до них не дошли.
Набу был вынужден пропустить экзамен Футабы и распрощаться с ней на неизвестный срок без возможности переписки и обмена новостями. «За несколько месяцев может случиться что угодно, а мы даже не узнаем об этом», – думала Кенара. Она отыскала Тен-Тен и попрощалась с ней. Ей также хотелось спросить о Неджи и взглянуть на него, но она пересилила себя. «Это покажется ему совершенно лишним», – сказала себе девушка. На следующее утро команда Кенары покинула Коноху.
День за днем, неделю за неделей Кенара, Набу и Рой проводили в обществе друг друга. Куноичи убеждала себя, что эта растянутая во времени миссия является неплохой тренировкой выносливости и терпения, а значит, косвенно способствует увеличению запаса чакры. Молодые шиноби получили возможность увидеть те края и страны, о которых раньше только слышали или читали. Кенара предполагала, что однажды ей придется покинуть Деревню Листа надолго, а может, навсегда. Неизвестно, в каком уголке мира отыщутся следы преступников, уничтоживших Деревню Звездопада.
Чтобы это время наступило как можно быстрее, нужно было усердно тренироваться. Кенара старалась не терять ни одной свободной минуты, даже когда тело двигалось, а голова была свободна, куноичи продумывала множество комбинаций собственных техник и изобретала новые. Еще при встрече с Кисаме ей стала очевидна необходимость увеличить силу своего удара, а также найти способы применения техник на средних и дальних расстояниях – кроме уже освоенного ею приема с подбрасыванием теневого клона.
В один из дней с самого утра зарядил ледяной дождь вперемешку со снегом и градом. К этому времени команда Кенары миновала земли Звезд, Жемчуга и Тигра, небольших государств, зависимых от обширных Страны Земли с востока и Страны Ветра с юга, которые обладали собственными армиями шиноби. Приходилось передвигаться осторожно и маскироваться под местное население, чтобы ненароком не столкнуться с вражескими шиноби, и при этом собирать сведения о Райракку Ото. Ото два года назад был отправлен в Страну Льда на временную службу к местному Даймё. Когда контракт Ото закончился, он должен был вернуться домой, в Деревню Звездопада, не по морю, а по суше, так как имел секретное послание к Даймё Страны Тигра. Команда Кенары выяснила, что послание это не было доставлено, а сам шиноби, по всей видимости, продвинулся не дальше южной границы Страны Льда. На подступах к этим землям их суровый климат начал давать о себе знать.
Команда Кенары пересекла нагорье и укрылась под каменистым гребнем с подветренной стороны. Из-за сырости и отсутствия пригодных материалов развести костер было практически невозможно, так что все трое сидели рядком, укрывшись до подбородка плащами и надвинув на брови капюшоны. Серая стена дождя отделяла их от остального мира, закидывая брызгами и белыми бусинами града.
– А дальше – Страна Льда, и будет только холоднее, – меланхолично заметил Набу. Он часто говорил то, о чем другие думали, но умалчивали из различных соображений. У Набу подобных соображений не было.
– Пускай, – ответил Рой. – Лишь бы эта сырость закончилась. Лучше уж снег, только нужно будет запастись теплой одеждой.
– А чакра тебе для чего? – сказала Кенара. – Грей себя понемногу изнутри. Это, кстати, отличная тренировка.
– Я не могу, – пробурчал Рой. – Я могу выпускать чакру только большими объемами, с концентрацией у меня всегда было плохо.
– Значит, ты замерзнешь и умрешь, – веско ответила Кенара. – На кой черт быть шиноби, если стесняешь свои движения, кутаясь в сто одежек?
– Я понимаю и не нуждаюсь в убеждении, я просто не-мо-гу, – раздельно проговорил Рой.
– А ты представь, что выпил саке и у тебя в животе становится тепло, а потом это тепло расползается по всему телу.
– Тебе-то откуда знать, ты же никогда не пила.
– Я много чего не делала из того, о чем имею представление. Для этого у меня есть книги и возможность применять опыт других людей, – Кенара похлопала по своему вещмешку, в котором, завернутое в парусину, лежало малогабаритное издание справочника Хироко. Куноичи знала его уже наизусть.
– Используй воображение, – посоветовал Набу.