![](/files/books/160/oblozhka-knigi-veter-kruzhit-listya-si-298725.jpg)
Текст книги "Ветер кружит листья (СИ)"
Автор книги: Митэй Тиль
Жанр:
Фанфик
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 30 страниц)
Траксу испытывающее посмотрел на собеседницу.
– Да, пожалуй, – сказал он. – Но, может быть, у вас есть на то причины, способные вызвать уважение или сочувствие? Расскажите мне, я давно одинок и много лет не беседовал с вашим видом.
– Мой дом – Деревня Звездопада – был уничтожен год назад. Правильно сказать, что здания не пострадали, но все, кто там жил, были убиты в одну ночь. Пытаясь выяснить, кто мог такое сделать, моя подруга, – Кенара обернулась к Дэйке, – обнаружила под Деревней подземный ход со следами паутины. Мы предположили, что нападавший использовал технику призыва пауков, и хотели задать тебе вопросы.
– Деревня Звездопада не так далеко отсюда, – медленно произнес паук. – В моей памяти ее имя крепко переплетается с историей паучьего рода, но только лунного, а не земного. Однако Зерет давно мертва, а ее дети разделили ее участь. Ни один лунный паук не дожил до этих дней, насколько мне известно. Но я ведь тоже пока еще юн по меркам моего народа и бывал далеко не везде. Что вы хотите узнать? Я отвечу на ваши вопросы, если буду знать ответы.
Кенара улыбнулась. Ей было странно и приятно общаться с этим существом. Хотя оно было сильным и выглядело угрожающе, куноичи не чувствовала опасности. Этот паук мог убить их, когда они находились под действием гендзюцу, но не стал. Он был одиноким и вежливым, и одним этим заслужил симпатию девушки. Дэйка испытывала несколько иное чувство, для нее Траксу все-таки оставался животным, хоть и разумным, поэтому она незаметно сжимала кунаи под своим плащом.
– Скажи, много ли существует шиноби, заключивших контракт с пауками?
– С пауками моего вида – ни одного. Нас осталось не так много, да и мы предпочитаем вести уединенный образ жизни. Да, в этом есть некое противоречие: я жалуюсь на одиночество, но при этом люблю одиночество.
– Не вижу противоречия, – заметила Кенара. – Получается, этот ход не был сделан пауками?
– Я не могу ответить на этот вопрос, знаю лишь, что, как я уже сказал, у моих сородичей нет контракта с шиноби, – Траксу помолчал. – Может быть, это было не живое существо, а особая техника?
– Пауки из чакры? – Дэйка хмыкнула. – Ты ему веришь? – шепотом спросила она, наклонившись к уху Кенары. Куноичи кивнула, не отрывая глаз от паука.
– Спасибо, Траксу-сан, – сказала она. – У нас больше нет к тебе вопросов.
– Не хочешь сразиться с ней, Траксу? – вмешалась Дэйка, кладя руку на плечо Кенаре.
– Сразиться? – переспросил паук. – Зачем? Я уже проверил вас с помощью моего гендзюцу. Каждая из вас до последнего пыталась спасти товарища, поэтому я пришел к выводу, что имею дело с порядочными представителями вашего вида, и решился на беседу с вами. А сражаться я не умею, да и не хочу.
– Я уважаю твое решение, – твердо сказала Кенара.
Дэйка покачала головой.
– Если у тебя когда-нибудь возникнет желание вновь побеседовать со мной, обратись к любому пауку-лазейщику, даже самому слабенькому малышу, и эта новость дойдет до меня, – произнес Траксу. – Скажи только свое имя, чтобы я его мог запомнить.
– Меня зовут Масари Кенара, и я думаю, что воспользуюсь однажды твоим благородным предложением.
Обратно Кенара и Дэйка шли не спеша. Они решили заночевать в поле на середине пути от Каньона до холма, на котором располагалась гостиница. Куноичи завернулись в свои спальные мешки и какое-то время лежали, глядя в бесконечное небо, усыпанное яркими звездами. Дэйка, наконец, сказала:
– Значит, в гендзюцу ты видела то же, что и я, только мы поменялись ролями защитника и жертвы?
– Ага.
– И ты до последнего пыталась меня спасти?
– Ну да.
– Хм, Кенара… Ты очень умный человек, но ты полная дура!
– Дэйка-сэмпай…
– Послушай и запомни навсегда, если хочешь работать со мной на пару, – Дэйка села в мешке. – Моя жизнь никогда, ни при каких условиях не может быть такой же ценной, как твоя! Не пытайся спасти меня, не вздумай рисковать собой! Я – конченый человек, моя жизнь – недоразумение. Все мои близкие люди по ту сторону, и, когда я умру, некому будет плакать, понимаешь? Посмотри мне в глаза и скажи, что понимаешь.
Кенара, приподнявшись на локте, слушала Дэйку.
– Ты хочешь умереть? – хмуро спросила она.
– Хочу ли я умереть? Никто не знает, что происходит с нами после смерти, мы надеемся наконец обнять там того, кого когда-то любили, но, может быть, там лишь пустота. Я и хочу, и боюсь смерти: а вдруг все закончится, и я окончательно потеряю Хизучи и Яцури? А вдруг жить – это единственная возможность быть с ними рядом, хотя бы в моих воспоминаниях? Ведь после смерти не останется даже воспоминаний… Если бы знать наверняка… я бы не медлила ни секунды, – Дэйка отвернулась. – Самое страшное в смерти близких – вечная разлука с ними, но разлука и есть смерть. Поэтому я и говорю обычно, что уже мертва.
Куноичи молчали некоторое время и было слышно лишь шелест ветра в траве, стрекот кузнечиков и пение цикад.
– Едва услышав о тебе, я знала, что ты меня поймешь, – произнесла Дэйка. – Но я знала также, что увижу человека, который не сломался, испытав то же, что и я.
– Нет! Я не могу позволить тебе сравнивать. Ты любила своих близких всей душой, а я мечтала сбежать от своих…
– Ты так хочешь думать в глубине своей души. Ты хочешь считать себя холодной и суровой, но только тот, кто плохо тебя знает, может поверить в это.
Кенара удивленно уставилась на Дэйку.
– И, может быть, ты права, заковывая сердце в броню. Может быть, только так ты смогла выжить.
– Почему ты думаешь, что можешь судить обо мне? Разве ты меня знаешь?
– Я знаю, что ты провела год в Конохе и уже обрела семью. У тебя есть твоя подруга, твоя команда и твой учитель. Ты привязалась к ним. Не слишком ли много связей для человека с холодным сердцем? – глаз Дэйки улыбался.
Кенара смутилась и не знала, что ответить. Ей казалось, что Дэйка хочет видеть в ней что-то особенное, чего, может быть, и нет на самом деле.
– Это было эгоизмом, но когда мы встретились впервые, я хотела узнать, как ты смогла жить дальше после того, что случилось? Но я не могла задать этот вопрос, не смогла побороть свою тоску. Кстати, спасибо, что ты не рассказала Неджи о моем поведении в тот вечер, – Дэйка грустно усмехнулась.
– Честно говоря, я думала о нем, а не о тебе.
– Ну конечно, – белый глаз снова лукаво сощурился в темноте. – Ты ведь все время о нем думаешь.
Кенара была слишком серьезна и не смутилась.
– Разве удивительно, что такой талантливый шиноби, как Неджи, вызывает восхищение и интерес?
– Я и не удивляюсь, – ответила Дэйка, – более того, я считаю, что это естественно. Мне приятно думать, что будущее остается в руках таких перспективных шиноби, как вы, но меня беспокоит, что тяжесть отмщения также ложится на ваши плечи, на твои в основном. Ты же понимаешь, что все будет зависеть от тебя, что Хьюга могут помочь, а могут остаться заложниками строгих правил и авторитарного управления? Неджи и я – мы еще можем пойти против Хияши, если придется, но другие…
Обе куноичи молчали какое-то время, затем Кенара сказала:
– Я ни на кого не рассчитываю. Неджи свободен в своих поступках, как и остальные Хьюга. Я не хочу заставлять их выбирать между кланом и местью за родственников из Звездопада. Дэйка, я благодарна тебе за помощь, но я приняла ее только потому, что ты очень сильна, а также потому, что ты одинока.
– Завтра я собираюсь отправиться на север, чтобы проверить еще одну зацепку, а тебе лучше вернуться в Коноху, – Дэйка заложила руки за голову и закрыла глаз, готовясь засыпать.
– Я, наверное, останусь на недельку потренироваться в Каньоне, ведь такая возможность выпадает редко, – произнесла Кенара. Она какое-то время смотрела на силуэт напарницы в темноте майской ночи, затем повернулась на бок и, припомнив все события минувшего дня, заснула чутким «походным» сном.
Комментарий к Глава IV. Человек, который плачет. Человек, который смеется
Пятая глава будет опубликована 15 мая.
========== Глава V. Общее дело ==========
Комментарий к Глава V. Общее дело
Apocaliptica – Not Strong Enough
Обычно свой день Кенара начинала с пробежки и длинных прыжков, затем проводила силовую тренировку без использования чакры. Разогревшись таким образом, куноичи приступала к сложным техникам.
Для усовершенствования Мощи тысячи крепостей ей приходилось покидать пределы деревни и опытным путем определять, какой ландшафт наиболее благоприятен для использования этой техники. Чем больше чакры Кенара в нее вкладывала, тем прочней получались стенки купола. Кроме защитной техники Стихии Земли Конор научил ее создавать земляных клонов. Именно это ниндзюцу в конечном итоге позволило ей перемещать чакру на большие расстояния.
Клон создавался в толще земли и из нее же состоял. Он нес в себе небольшой запас чакры и более-менее свободно перемещался под землей. Кенаре не совсем нравилась форма клона – копия ее самой – и она начала экспериментировать. Таким образом, после изматывающих тренировок родилась новая техника – Земляной змей. По сути, тот же клон, но в ином обличье, больше по размеру и запасу чакры. Он мог передвигаться на расстояние вплоть до сорока метров от своего мастера и наносил мощный удар из-под земли. С этой техникой куноичи провозилась около двух месяцев, отвлекаясь на миссии, и смогла завершить ее лишь к октябрю.
По возвращении из двухнедельного отпуска Кенара услышала волнующее известие: Акацки активизировались. Было похоже, что эта организация ставила своей целью сбор великих зверей, Хвостатых. Нападению подверглась Деревня Песка; Казекаге Гаара, сосуд Однохвостого, был похищен и едва не погиб. Это событие совпало с возвращением в Деревню Листа Узумаки Наруто, джинчурики Девятихвостого, который сразу вновь исчез по каким-то важным делам. Кенара не сомневалась, что Наруто отправился на выручку товарищам из Песка. Позднее она узнала, что ему помогала команда Гай-сэнсэя.
Когда ребята вернулись с этой миссии с победой, Тен-Тен рассказала подруге о столкновении ее отряда с Хошигаки Кисаме.
Девушки спустились с набережной и уселись на траву.
– Если бы вы его победили, мое самолюбие было бы растоптано, – полушутливо заметила Кенара. – Я слишком хорошо помню, как быстро мне пришлось от него убегать.
– С нами ведь был Гай-сэнсэй, но даже этого оказалось недостаточно, – ответила Тен-Тен. – Что-то ты слишком радуешься, что Кисаме удалось ускользнуть. Между прочим, мы чуть не захлебнулись в его водяной тюрьме. К счастью, Неджи…
– Кисаме знает, кто напал на мою деревню. Пока он жив, есть шанс получить эту информацию.
Тен-Тен посмотрела на серьезное лицо Кенары и произнесла:
– Для этого тебе надо стать очень сильной.
Вскоре такие беззаботные встречи остались позади. Когда пришли новости о нападении Акацки на Храм Огня, Пятая Хокаге приказала создать двадцать патрульных команд и рассредоточить шиноби по территории страны с целью поиска следов Акацки. Команда Кенары перешла под руководство Митараши Анко и отправилась к югу, в окрестности Деревни Звездопада. Все агенты АНБУ покинули территорию Звездопада, так что фактически поселение охранял один лишь Конор. А между тем, уже несколько семей переселилось в Деревню из менее благополучных районов, и они нуждались в защите.
Во всех патрулируемых районах Страны Огня находились точки связи, между которыми постоянно передвигались специально обученные шиноби, обладающие особыми техниками получения и передачи информации. Так отряд Анко узнал о смерти Асумы-сэнсэя, одного из джонинов, чья команда столкнулась с Акацки. Почти сразу же за этим поступили сведения о разгроме этой группы Акацки, состоявшей из двух человек. Но больше всего поразила новость о смерти Орочимару.
Анко, получив сообщение, задрожала и воскликнула:
– Это не правда! Этого не может быть!
Невозможно было сказать, какое чувство владело ей в большей степени, облегчение или боль. «Скорее всего, и то, и другое», – думала Кенара. Она постоянно носила на руке особый медицинский браслет: он постепенно менял цвет с белого на красный, когда повышалась температура тела. Так куноичи пыталась улучшить свою концентрацию чакры, повышая ее коэффициент полезного действия и не допуская рассеивания.
Вскоре Анко вызвали к Пятой, а ее отряд был временно расформирован. Получив в кои-то веки выходной после долгих и бесплодных блужданий по пересеченной местности, Кенара, Набу и Рой поспешили по домам.
На Коноху опустились летние сумерки. Уже подходя к дому, Кенара остановилась, вдыхая напоследок свежий вечерний воздух, который ветер нес со стороны лесных низин. Вдруг из ниоткуда перед ней возник силуэт человека, небрежно прислонившегося плечом к стене и скрестившего руки на груди. Человек снял маску АНБУ и произнес:
– Привет, Кенара.
– Руюга! – воскликнула куноичи и не удержалась от улыбки. – Ты что, все еще следишь за мной?
– Нет, конечно же, нет, ты давно заслужила доверие Пятой.
«И все-таки за кем-то ты следишь», – подумала Кенара. Она заметила, что ее прежний напарник со времен экзамена на чунина заметно повзрослел, ему шел шестнадцатый год. Ростом он теперь был почти как Кенара, хотя остался худым. Впрочем, худощавое телосложение практически скрадывалось из-за мягких и ленивых, как у кошки, движений. Черты лица молодого человека слегка заострились, но ресницы оставались по-девичьи густыми и длинными, обрамляя продолговатой формы чуть прищуренные темно-серые, почти черные глаза. Взлохмаченные темные волосы торчали над повязкой в подозрительно живописном беспорядке. Руюга хотел казаться расслабленным и небрежным, но его взгляд из-под полуопущенных век был пытливым, а каждое слово он растягивал, словно давал себе дополнительное время на раздумья.
– Несмотря на то, что мы не являемся друзьями, я хотел бы оставить за собой право время от времени интересоваться твоими делами. Пусть мой вопрос не покажется тебе странным, но насколько ты доверяешь Хьюга?
– Кого из Хьюга ты имеешь ввиду? – спросила Кенара. Она как раз размышляла, не ждут ли ее письма от Дэйки и в Конохе ли Неджи. – Некоторые из них действительно пользуются полным моим доверием.
Руюга хмыкнул и выпрямился.
– Думаю, говоря о полном доверии, ты подразумеваешь Хьюга Неджи, – сказал он, и уголок его губ невольно дернулся в неприятной усмешке, когда молодой человек произносил это имя. – Но тебе стоит помнить о том, что он также является правой рукой Хияши.
– Ты считаешь господина Хияши моим врагом? – удивилась Кенара. – Но мы с ним почти не знакомы…
– Хоть ты и не знаешь об этом, но уже какое-то время являешься головной болью главы клана Хьюга, – Руюга усмехнулся. – И если по данному поводу он не может обратиться за помощью к Пятой Хокаге, то может бросить тень на более уязвимого в этом плане человека. Человека, с которым тебя объединяют общие дела, лишь косвенно касающиеся Листа.
– Ты не можешь прямо сказать мне, о чем речь? – нахмурилась Кенара.
– Я уже сказал все, что хотел. Прощай, Кенара, – Руюга растворился в воздухе, чуть тронутом вечерними сумерками.
«Если я хоть что-то правильно поняла, – подумала куноичи, – Хияши попросил Пятую, чтобы АНБУ следили за Дэйкой. Значит, наше с ней расследование больше не тайна».
Однажды ближе к вечеру девушка принимала ванну после очередного напряженного дня и, когда она вышла в коридор в халате и с полотенцем на голове, услышала настойчивый стук во входную дверь. Супруги Сэки отправились на пару недель в столицу навестить внуков, так что открыть было некому. Кенара высунулась в окно второго этажа и увидела, что на пороге стоит юный генин лет двенадцати на вид. Он увидел девушку и, задрав голову, прокричал:
– Кенара-сэмпай, вам нужно срочно явиться к госпоже Пятой Хокаге!
– Спасибо, я поняла, – ответила Кенара.
Она наскоро оделась, расчесала и забрала в хвост мокрые волосы и отправилась в Резиденцию. В кабинете Хокаге ее ждали Ли и Неджи.
– Так, команда почти в сборе, но я настаиваю на том, что вам нужен медик, – заявила Пятая.
– У нас нет свободных шиноби-медиков, которые обычно участвуют в подобных миссиях, – заметила Шизуне. – Если только брать кого-нибудь из штата больницы.
– Помнишь, там были три девушки, которые удачно сдали последний экзамен на чунина? Как насчет их капитана?
– Футаба-сан? – Шизуне задумалась на мгновение. – Да, думаю, она справится. Во всяком случае, опыт миссий такого ранга не помешает. Если позволите, я сама ее предупрежу.
Получив одобрение Цунаде, Шизуне отправилась в больницу, в отделение для рожениц.
– У вас час на сборы, затем выдвигайтесь, – сказала Пятая Неджи. – Нужно решить эту проблему как можно скорее.
Молодые люди вышли в коридор, а затем на улицу.
– Через час встречаемся у городских ворот, с собой иметь оружие и походный набор, – сказал Неджи, прежде чем они разошлись.
Кенаре не нужно было долго собираться, поэтому в оставшееся время она пыталась подсушить волосы, но безуспешно. Ей непривычно было, что задание получает кто-то другой и она совершенно не в курсе происходящего. И руководить миссией будет Неджи, как джонин! Если подумать, то впервые на миссиях Деревни Листа Кенара будет не лидером, а лишь частью отряда. Необходимость подчиняться Неджи ее не беспокоила, она была уверена, что он более чем достойный командир отряда. Скорее, ее волновало само его присутствие.
Девушка прибыла к воротам на четверть часа раньше и встретила там Футабу в новенькой с иголочки форме чунина, которая явно надевалась всего лишь пару раз.
– Я немного волнуюсь, – извиняющейся улыбкой встретила Кенару невеста Набу. – Сто лет не бывала на миссиях.
– У нас будут отличный командир и прекрасный боец, не считая меня самой. Для миссии ранга C это совсем неплохо.
Футаба улыбнулась, хотя эти слова ее не слишком успокоили.
– Интересно, почему выбрали меня? – произнесла она. – Наверное, толковые боевые медики поголовно заняты…
Этот вопрос навел Кенару на похожие мысли. Кто же поставил на миссию ее саму, было ли это решением Пятой Хокаге или желанием Неджи? Впрочем, пока Тен-Тен и Гай-сэнсэй отсутствуют, контролируя закупки оружия, логично было бы заменить девушку ее подругой, имеющей схожие боевые навыки. Не стоит, наверное, рассчитывать на то, что Неджи хотел взять в группу именно ее, Кенару, скорее, это оказалось самым удобным вариантом.
Ли и Неджи прибыли одновременно.
– Наша цель – селение Каваноя на юго-востоке Страны Огня, – сказал командир отряда. – Мы должны добраться туда за пять дней. На привале обсудим остальное. Выдвигаемся!
Молодые люди остановились поздно вечером, когда уже сгустились сумерки, в небольшом городке, в гостинице. Прежде чем разойтись на ночлег, отряд в полном составе собрался в комнате парней. Неджи рассказал о миссии подробнее.
– Жители Каванои занимаются рыболовством и выращиванием риса. Судя по всему, это не очень богатая деревня, выполнение задания оплачивается из казны Даймё. Пять лет назад в поселении появился человек, который искал себе учеников. Он продемонстрировал мастерство владения чакрой, показав, как можно с пользой применить в сельской жизни умения шиноби: за считанные минуты прорубил глубокий колодец и расчистил поле. Этот человек выбрал четырех юношей примерно нашего возраста для обучения и увел их на плато у водораздела. Он обещал обучать их в течение пяти лет, а затем вернуть в деревню. Две недели назад тело одного из юношей было найдено в ущелье, по которому протекает река. Жители обеспокоены, боятся ступить на территорию плато и не знают, как вызволить остальных молодых людей.
Командир разложил на полу карту и показал на ней саму деревню, две реки, сливающиеся ниже по течению в одну, и довольно обширный остров на возвышенности – плато, отделенное от остальных земель глубокими оврагами или ущельями, по дну которых проносились бурные потоки.
– Изолированное уединенное место, – произнесла Кенара. Неджи кивнул.
– Наши задачи: уточнить подробности у местных жителей, пробраться на плато и разобраться в произошедшем. Главный вопрос – было ли это убийство или несчастный случай. От этого зависят наши дальнейшие действия.
Августовское небо было высоким, без единого облачка, так что солнце нещадно жарило беззащитных людей и зверей на открытых пространствах. Как только отряд ступил под сень широколиственного леса, всем полегчало. На четвертый день задул влажный ветер с юга, а на пятый день уже под мелкими каплями грибного дождя шиноби вступили в Каваною. Жители выделили им дом, на переговоры пришла древняя старушка, старейшина деревни, в сопровождении своего внука, мужчины лет тридцати. Никаких новых сведений кроме описания юношей получить не удалось.
– Мы так не хотели их отпускать, – сокрушенно произнес мужчина, осторожно поддерживая под руку свою бабулю. – Но нам нужны были работники с такими умениями, как показал чужак.
– Он как-то называл себя? – спросил Неджи.
– Он сказал называть его Рипа-сама.
«Рипа? Жнец? Что же это должно значить?» – подумал командир.
Ночью все улеглись спать в единственной комнате отведенного им дома. Ли дежурил первым и вышел, чтобы обойти и осмотреть строение снаружи. Спальные мешки девушек располагались у одной стены, парней – у другой. Все уже лежали и готовились погрузиться в сон, кроме Футабы. Девушка ворочалась с боку на бок, а потом чуть приподнялась и прошептала Кенаре:
– Я так волнуюсь, что у меня дрожат пальцы. Завтра, возможно, мы встретимся с врагом, а я… Это было ошибкой отправить меня с вами.
– Шиноби должны скрывать свои эмоции, но нигде не сказано, что они не должны их испытывать, – ответила Кенара. – Если бы ты не сказала мне о своем волнении, я бы и не заметила его.
Неджи сел в своем спальном мешке.
– Мы – трое мастеров тайдзюцу, так что позаботимся о твоей безопасности. Главное, чтобы ты могла оказать нам медицинскую помощь, если потребуется.
Кенара тоже села.
– Не исключено, что все обойдется мирным путем, – заметила она. Но командир покачал головой.
– Жаль, что мы не застали тело убитого, поэтому вынуждены довольствоваться наблюдениями селян. Они считают, что у Си были повреждены внутренние органы, словно он упал с высоты, но это так же могло быть следствием использования воздушной или водной техники. Тело сползло спиной по склону оврага и зацепилось за кустарник. Похоже, его сбросили с плато.
– Сбросили спиной вперед, перекинув через ущелье? Не напоминает ли это тебе твою технику Воздушной ладони?
Неджи кивнул.
– Одежда его была мокрой, но никто не мог точно сказать, шел ли перед этим дождь, так как его нашли рано утром. Можно предположить, что была использована водная техника, – ему было приятно, что Кенара так внимательно его слушает.
«Очи полнолуния, – думала девушка, – какое поэтическое сравнение». С такого расстояния не видно было зрачка, он не отличался по цвету от радужки и был очень светлым серым с едва заметным лавандовым оттенком. В темном помещении два бьякугана и вправду казались двумя лунами.
– Это даже наиболее вероятно, – сказала Кенара. – Ведь Рипа демонстрировал жителям владение водной, а не воздушной техникой. Скорее всего, он и учеников подбирал себе со склонностью к своим же стихиям. Если обучать их вообще входило в его планы.
– Должно быть, входило, иначе он давно покинул бы плато. Ладно, у нас еще слишком мало фактов, чтобы делать однозначные выводы. Нужно выспаться.
Кенара раскрутила своего клона и швырнула его через ущелье. На той стороне клон прокрутился вокруг себя, словно в вихре, и опустился на ноги. Отряду прилетел конец веревки, и шиноби прошли по ней на плато. Куноичи развеяла клона, вернув себе почти всю чакру.
Неджи, используя бьякуган, вглядывался в чащу, увитую лианами. При приближении лес оказался не таким густым, как это казалось поначалу, но все же земля почти полностью была покрыта цветными мхами и папоротником.
– Пока я не вижу людей, давайте продвигаться вперед. Я пойду во главе отряда, просматривая окрестности, за мной двинется Ли, потом Футаба, Кенара прикроет нас с тыла.
Солнце поднялось уже довольно высоко, и начало парить. Воздух был жарким, влажным, не давал надышаться вдоволь. Из низин испарялись остатки вчерашнего дождя.
– Нам навстречу движется отряд из четырех человек, – быстро сказал Неджи. – Через минуту они буду здесь, приготовимся…
Но в это же мгновение враги выскочили из-за ближайших зарослей папоротника, смутив Неджи, чей бьякуган еще ни разу не испытывал искажения. Двое бросились на командира отряда, а другие два обошли его слева и справа и, одновременно сложив печати, прокричали:
– Гнев земли!
Они словно приподняли огромный пласт почвы, завернули его назад и обрушили прямо на Ли, Футабу и Кенару. Куноичи пыталась использовать для защиты Мощь тысячи крепостей, но не успела сложить печати.
Пока шиноби выбирались из завала, Неджи сражался с двумя противниками. По описанию он понял, что один из них и есть Рипа. Это был довольно высокий и плотно сбитый мужчина тридцати пяти – сорока лет. Его бакенбарды были выбриты и клиньями выступали на щеки, густые пышные волосы росли мыском надо лбом и, игнорируя попытки пригладить их, топорщились короткой коричневой гривой. Густые брови опускались к переносице и разлетались к вискам, глаза были близко и глубоко посажены и как будто находились в тени. Благодаря большому расстоянию между широким носом и ртом, нижняя половина лица казалась отделенной от верхней. Массивный подбородок украшала ямочка, а крупный тонкогубый рот производил обманчивое впечатление добродушия.
Рипа был довольно странно одет, как будто окутан в темно-серый саван с рукавами, напоминающими крылья или лохмотья. Подпоясывала мужчину кроваво-красная цепь, такая же цепь обматывала его шею, а между ними вдоль спины были протянуты четыре длинные цепи с шипами. Не зная силы притяжения, эти цепи всплывали вверх и издалека напоминали контуры крыльев стрекозы. Багровые митенки защищали руки, в качестве оружия Рипа использовал нечто среднее между серпом и алебардой – лезвие-полумесяц, заточенное с внутренней стороны и посаженное одним рожком на древко.
Он очень ловко управлялся с этим оружием, заставляя Неджи быстро уклоняться и менять положение. Задача усложнилась, когда красные цепи Рипы отстегнулись от ошейника и попытались хлестнуть молодого шиноби. Краем глаза он уловил, как справа помощник Рипы складывает печати и с криком «Водяная пушка!» направляет ладони в его сторону. Неджи прыгнул… и едва проскользнул под багровым лезвием. Но вдруг он понял, что его шею оцарапала вражеская цепь одним из своих шипов.
Рипа тотчас же подтянул цепь к себе и рассмеялся.
– Ну-ну, Акайкама (Красный Серп), – обратился он к своему оружию. – На этот раз кровь досталась не тебе, но не расстраивайся, очень скоро ее будет вдоволь!
Он растер каплю крови между ладоней и создал между ними небольшой сгусток, напоминающий черный клубящийся туман.
– Вот тебе мое проклятие – Дурной глаз! – Рипа швырнул сгусток в Неджи, но тот попытался отскочить в сторону. – Бесполезно, юный владелец бьякугана, оно последует за тобой повсюду, если придется…
В это же мгновение техника настигла молодого Хьюга и заставила его вскрикнуть, схватившись за лицо.
– Быстро, уходим! – крикнул Рипа, и его отряд начал отступление.
Кенара с помощью чакры пробила себе путь сквозь толщу земли, волоча за собой Футабу. Ли собственными силами раскидал почву и выбрался на поверхность. Пока ребята торопились отдышаться, Неджи выпрямился и повернулся к ним.
– Кажется, это проклятие сдерживает мой бьякуган, я не могу его использовать!
– Без него мы потеряем их! – сказала Кенара. – Нужно преследовать врага по горячим следам…
Неджи задумался ровно на секунду и кивнул.
– Футаба, следуй за нами, сохраняя дистанцию в двести метров, и затаись, если мы настигнем врага. Ли, Кенара, вперед!
Куноичи ускорилась до предела с помощью чакры и быстро передвигалась, оторвавшись от остальных и едва касаясь веток деревьев между прыжками. «Нас все-таки застали врасплох! – с яростью подумала она, распаляясь, как человек, который больше не хочет проигрывать. – Если упустим их сейчас – всё, конец»… Враги убегали в спешке, оставляя за собой сломанные ветки и порванные лианы. И уже через несколько минут впереди показались их спины.
Кенара сделала последний рывок, на ходу складывая печати, и в тот момент, когда замыкающий готовился обернуться и дать ей отпор, применила технику Взрывной волны. Молодого человека, использующего водные техники, судя по описанию (темные волосы, черные глаза, широкое лицо) звали Ре. Его отбросило с большой силой так, что Рипа, бежавший впереди него, едва успел отскочить в сторону. Кенара перепрыгнула через Фа и До, чтобы сразиться с их наставником, но ей не удалось застать его врасплох.
Красные цепи извивались, как змеи, и угрожали куноичи, так что она, опасаясь их шипов, не могла нанести удар противнику и только уклонялась от его атак, ожидая удачного момента. Она услышала, как позади нее Неджи и Ли вступили в схватку с двумя молодыми людьми, использовавшими техники Стихии Земли. Ли, ударив ногой, увяз в стене грязи, а Неджи, уклонившись от града каменных пуль, прыгнул к Кенаре и с помощью Воздушной ладони отбросил Рипу в сторону.
Так получилось, что наставник упал неподалеку от своего ученика. Ре подскочил к нему и помог приподняться.
– Сэнсэй! – воскликнул он.
Рипа успокаивающим жестом положил ладонь ему на живот и улыбнулся.
– Ре, тебе не о чем беспокоиться. Задерживай наших врагов, сколько сможешь, – руки в красных митенках принялись быстро складывать печати, а затем из земли под ним вырвалась огромная глиняная длань, крепко зажала тело Рипы в кулаке и утащила его под землю.
Фа и До на пару мгновений позже своего учителя принялись складывать печати и исчезли тем же способом прежде, чем Ли успел им помешать.
– Водяная пушка! – закричал Ре и выпустил мощный поток воды. Неджи отскочил, а Кенара, смотревшая по сторонам в поисках пропавшего противника, замешкалась. Ее сбило с ног и отбросило на несколько метров. Если бы расстояние между Ре и Кенарой было меньше, эта техника могла бы ее убить, но куноичи осталась почти невредима, хотя получила ушиб, задохнулась на какое-то время и оказалась мокрой с головы до пят.
Ли успел подхватить ее до падения и помог встать на ноги.
– Кенара-сан! С вами все в порядке?
– Ли, – девушка закашлялась, – Ли, нам давно пора перейти на «ты»…
Неджи в это мгновение был уже рядом с врагом. Он принял боевую стойку и готовился нанести удар.
– Я знаю, это Шестьдесят четыре ладони, – пробормотала Кенара, широко распахнув глаза. Больше всего она жалела, что не видит лица Неджи. Его выражение оставалось равнодушным, но глаза горели необычным огнем.