Текст книги "Скованные Острова (СИ)"

Автор книги: Guiltythree

сообщить о нарушении

Текущая страница: 63 (всего у книги 71 страниц)

Глава 571
Не Издавай Ни Звука

Санни стоял неподвижно, собирая все силы, которые у него остались… которых было слишком мало. Касси тоже молчала, на ее бледном лице застыло напряженное выражение.

Поскольку его зрение было ослаблено, а чувство тени ограничивалось кругом рун, светящихся вокруг клетки, Санни мог видеть только размытый силуэт. Он был почти уверен, что это человек… однако что-то в этой темной фигуре было не так.

Совершенно, ужасно неправильно.

…В ноздри ударил сильный запах крови.

Силуэт покачнулся, а затем сделал шаг вперед. Скребущий звук снова раздался от него. Санни напряг глаза, и ему показалось, что он заметил тонкий меч, который тащился за человеком. В его затуманенном сознании появился намек на узнавание, но в следующее мгновение внезапно раздавшийся скрипучий, булькающий смех поверг его мысли в смятение.

Санни вздрогнул.

«Этот… голос…»

Силуэт сделал еще один шаг вперед и подошел к месту, где ровная поверхность пола уступала место нисходящему склону купола. По совпадению, именно в этот момент тусклое свечение рун наконец достигло его.

Санни вздрогнул.

«П-проклятие…»

В темноте над ним вырисовывалось знакомое лицо. Даже сквозь дымку, застилающую зрение, Санни смог узнать высокомерного часового, который запер их в этой клетке давным-давно.

Только теперь этого холодного и красивого человека было не узнать.

Вместо этого он выглядел разбитым и исхудавшим, а его лицо исказилось в безумной ухмылке.

Но гораздо хуже было другое…

На месте, где раньше были глаза часового, зияли две кровавые ямы, багровые ручьи текли по его щекам, словно слезы. Его пальцы тоже были в крови.

Когда Санни отшатнулся, Потерянный снова рассмеялся, а затем внезапно вцепился ногтями в свое лицо, его смех превратился в придушенный стон, а затем в шепот:

– … меня больше не достать… не достать, не достать… достать меня… Я обманул его…

Затем безумец резко замер. Медленно повернул голову, и кровавые ямы его глаз уставились прямо на клетку. Мгновение спустя на его лице появилась гримаса ненависти.

– Ты! Ты! Это все твоя вина, твоя! Ты выпустил его на свободу!

Санни чувствовал слабость и едва мог стоять на ногах, он слишком сильно страдал, чтобы у него оставались силы на страх. Поэтому, хотя было очевидно, что страж вернулся, чтобы отомстить и убить их, он не возражал.

Наоборот, он приветствовал это.

«Хорошо… хорошо! Иди… иди сюда. Просто подойди и открой дверь. Ты можешь пытаться убить меня сколько угодно. Просто открой эту проклятую дверь, негодяй!»

Пока дверь была открыта, они могли сбежать.

Потерянный снова покачнулся, затем сделал шаг вперед… и остановился. Его меч со звоном упал на пол.

«Будь ты проклят!»

…Вместо этого вокруг его рук закружился водоворот искр, и в них появился изогнутый лук.

Сердце Санни похолодело.

«Нет, нет, нет…»

Часовой прошептал:

– Умри, паразит…

С этими словами он натянул тетиву лука. Как только он это сделал, на ней появилась призрачная стрела, наконечник которой был длинным и острым, как бритва.

Санни затаил дыхание и уставился на наконечник стрелы, затем медленно повернул голову и посмотрел на Касси, которая неподвижно стояла рядом с ним. Его лицо стало серьёзным.

«Не издавай ни звука… пожалуйста, не издавай ни звука…»

Мгновение спустя он услышал звук натянутой тетивы и увидел, как стрела пронеслась над плечом слепой девушки, ветер подбросил в воздух несколько прядей ее волос.

Касси вздрогнула, но осталась абсолютно безмолвной.

Страж нахмурился.

– Жив? Я знаю, что ты еще жив… но ненадолго…

Он снова натянул лук и послал в полет еще одну призрачную стрелу.

На этот раз она пролетела в считанных сантиметрах над головой Санни. Впервые в жизни он почувствовал благодарность за свой маленький рост…

Но обезумевший Потерянный еще не закончил.

Санни повернул голову и уставился прямо на него. На лице часового вдруг появилась жуткая улыбка.

– … теперь ты попался.

Он снова натянул лук, а затем опустил его, целясь прямо в сердце Санни.

Санни не пошевелился.

За мгновение до того, как Потерянный отпустил тетиву, что-то маленькое и стремительное внезапно бросилось к нему сзади и яростно укусило его за ногу.

…Это был Заветный Сундук.

Когда все началось, Санни специально оставил его в комнате для допросов. Он не мог управлять Памятью, как Эхо, но Заветный Сундук все еще был способен выполнять простые команды. Команда, полученная от Санни в тот момент, заключалась в том, чтобы спрятаться, а затем найти его.

А потом ждать.

Бедняжка несколько недель бродил возле запертой двери камеры, прячась каждый раз, когда кто-нибудь приближался. И вот, наконец, он получил новую команду.

«Атакуй!»

Сундук выскочил из своего укрытия, добрался до камеры и проскочил в дверь на восьми коротких железных ножках, как раз вовремя, чтобы вонзить свои острые треугольные зубы в пятку часового. Они легко пробили сталь его бронированного сапога. Кровь хлынула в воздух, и с удивленным криком человек попятился вперед, упал и покатился вниз по склону купола, врезавшись в прутья клетки.

Стрела пролетела мимо Санни, промахнувшись мимо него всего на волосок.

Но ему было все равно, он уже двигался.

Как только урон был нанесен, Санни отозвал Заветный Сундук, и прежде чем руны успели поглотить то ничтожное количество теневой сущности, вернувшейся к нему в результате этого действия, направил всю ее в свои больные мышцы.

И вот он уже мчится вверх по склону к тому месту, где Потерянный пытался встать на ноги.

Но не успел он это сделать, как Санни уже настиг его.

Он просунул руки сквозь прутья, обхватил одной рукой шею мужчины, прижал его к клетке, а другой рукой задушил.

Санни был ослаблен рунами, голодом и жаждой… но у него все еще было три ядра и три тени, окутавшие его тело. Его сила подпитывалась яростью, отчаянием и холодной, убийственной волей.

Всего этого было едва достаточно, чтобы удержать сопротивляющегося часового на месте.

Двое мужчин яростно боролись: один пытался вырваться, другой – выжать из своего врага всю жизнь. Санни использовал все, что у него было, а потом еще немного, задушив Потерянного всеми силами, которые еще оставались в его исхудавшем, изголодавшемся теле. Он знал, что другого шанса не будет. Он должен был убить этого человека, чтобы выжить.

…И что еще важнее, он просто хотел этого.

Поэтому он прикусил губу, чувствуя, как капли крови стекают в пересохший рот, и тянул, тянул, тянул.

Спустя вечность, когда его зрение почти полностью затуманилось, а мышцы были на грани коллапса, он почувствовал, как что-то щелкнуло под его хваткой, а затем тело его врага внезапно обмякло.

Страж был мертв…

Возможно…

Санни издал дрожащий вздох, отпустил труп мужчины и упал назад, скатившись в центр купола.

Он больше не мог стоять.

По правде говоря, он даже не мог открыть глаза. Да он и не мог ничего увидеть. Борьба отняла у него последние силы.

Его грудь поднималась и опускалась, каждый вдох посылал волну агонии по его телу. Он не думал, что сможет двигаться.

«…Я закончил.»

Сквозь дымку Санни услышал, как кто-то неуверенно прошел мимо него, а через некоторое время раздался громкий щелчок. Затем две маленькие, слабые руки схватили его за плечи, и Санни почувствовал, что его тащат по холодным камням.

Он не совсем понимал, что происходит.

Однако… вскоре все его тело содрогнулось, а на лице медленно появилась мрачная ухмылка.

В его три ядра хлынул бушующий, оживляющий поток теневой сущности.

…Он был свободен!

Глава 572
Слаще, чем в Раю

Некоторое время Санни оставался неподвижным, затем взглянул на свое Море Души. Оно уже не казалось безжизненным и иссякшим. Три черных солнца его ядра выстроились в идеальный треугольник, пылающий яростным темным пламенем, и спокойное море было в смятении, наполненное бушующей энергией.

Он взглянул на тень часового, который присоединился к молчаливым рядам своих собратьев, скорчил гримасу и закрыл глаза.

Его тело все еще было слабым и находилось на грани отключения, но теперь, насыщенное сущностью, оно уже не было совершенно бесполезным. Он сосредоточился, затем призвал Змея Души и пропустил эссенцию через его витки, чувствуя, как сила возвращается в его ноющие мышцы. Его вялость немного отступила.

Наконец, Санни открыл глаза и повернул голову, чтобы посмотреть на Касси. Слепая девушка лежала на полу рядом с ним, прямо за пределами круга рун, совершенно без сил. Должно быть, она достала ключи с трупа стража, отперла дверь, а затем вытащила его из клетки. Санни не знал, как ей удалось протащить его весь этот короткий, но сложный путь в таком ужасном состоянии, однако ей это удалось.

Сейчас Касси едва дышала. Однако к ее лицу постепенно возвращался цвет – она восстанавливала и свою душевную сущность.

От одного только усилия повернуть шею у Санни закружилась голова. Несколько мгновений он отдыхал, тяжело дыша, а затем вызвал Святую.

Молчаливый рыцарь появился из его тени, ее рубиновые глаза горели в темноте. Он секунду смотрел на нее снизу вверх, а затем тихо приказал:

«Закрой дверь. Охраняй нас.»

Демон молча повернулась и пошла прочь, ее шаги гулко отдавались в тишине каменной камеры. Санни еще немного отдохнул, затем стиснул зубы и попытался сесть. С третьей попытки ему это удалось.

Вода, вода… ему нужна была вода… все его существо жаждало хоть каплю драгоценной жидкости…

Вихрь искр заплясал вокруг его руки, а затем в ней появилась самая великолепная вещь, которую он когда-либо видел.

Это была ослепительная, прекрасная, возвышенная бутылка из узорчатого голубого стекла.

Санни задержался на несколько мгновений, затем подполз ближе к Касси, поднял ее голову и поднес Бесконечную Весну к ее потрескавшимся губам. Как только первые капли воды попали ей в рот, слепая девочка открыла глаза, вздрогнула, а затем начала жадно пить. В какой-то момент она подняла одну руку и схватила его собственную, словно боясь, что он отнимет бутылку.

Санни наблюдал за ней, его собственное горло спазмировалось от боли. Наконец, он высвободил руку и выпил свою порцию.

…Холодная вода была, без тени сомнения, самой сладкой и великолепной из всех, что он когда-либо пробовал. Пить ее было более эйфорично, чем возрождаться во время Пробуждения, и гораздо приятнее. С каждым глотком он чувствовал, как жизнь возвращается в его измученное тело, как будто он восстает из мертвых.

В эти мгновения он был, наверное, самым счастливым, каким когда-либо был за всю жизнь.

После того, как оба утолили жажду, они упали на пол, смертельно уставшие. Санни и Касси были оживлены водой, но умственно истощены и совершенно обессилены.

Прошло совсем немного времени, прежде чем они заснули.

* * *

Когда Санни проснулся, он чувствовал себя гораздо лучше. Он все еще был в довольно плохом состоянии и слаб от голода, его живот пульсировал от боли, но, по крайней мере, уже не умирал.

Он сел, выпил еще воды и оглядел камеру.

Касси все еще крепко спала, лежа на холодном каменном полу. Она выглядела хуже, чем он, но ее лицо было светлым, а дыхание спокойным и ровным. Хотя слепая девушка и не обладала чудесным Плетением Крови, она все равно была сильной Пробужденной. Ее тело было намного выносливее и быстрее восстанавливалось, чем у обычного человека.

Санни подозревал, что через пару дней они оба придут в норму.

…При условии, что больше ничего не случится.

Каковы были шансы на это?

Он посмотрел на Святую, которая охраняла тяжелую дверь, затем на клетку и лежащий возле нее труп часового. Его лицо исказилось гримасой отвращения.

Санни вздохнул, затем закрыл глаза и послал одну из своих теней выглянуть за дверь. Длинный коридор был пуст и погружен в темноту. Там ничто не двигалось, и ничто, казалось, не представляло никакой угрозы. Единственное, что он увидел, это еще один труп – напарника погибшего часового, – распростертый возле камеры, ужасно изуродованный и находящийся на ранней стадии разложения.

Санни некоторое время смотрел на него, затем приказал тени вернуться.

Тишина снаружи была почти жуткой.

В этот момент Касси зашевелилась и открыла глаза. Она села и тихо застонала, затем медленно повернула голову в его сторону.

Должно быть, ее вторая способность к Аспектам вернулась. А может, она просто нашла его по запаху… После нескольких недель, проведенных в железной клетке, от них обоих воняло настолько сильно, что можно было отпугнуть стаю голодных волков.

Санни протянул ей Бесконечную Весну, несколько мгновений смотрел на бутылку в нежной руке слепой девушки, затем отвернулся.

Касси выпила воду, закашлялась, затем вернула Память и спросила, ее голос был хриплым:

– … Что нам теперь делать?

Санни немного поколебался, затем пожал плечами.

– Во-первых, нам нужно найти немного еды. Когда мы насытимся и будем достаточно сильны, чтобы сражаться… посмотрим. Соберем информацию, оценим ситуацию, а потом действуем.

Она кивнула, затем медленно поднялась на ноги. Тихая Танцовщица появилась в ее руке в сиянии белых искр.

Санни тоже встал и направился к двери.

Святая отошла в сторону, позволяя ему открыть ее.

Стоя на пороге, он колебался несколько секунд, а затем сделал шаг вперед. На его лице появилось мрачное выражение.

…Санни знал, что должен быть осторожен. Но он также чувствовал, что имеет право на собственную месть.

Глава 573
Голод

Переступив через труп, лежащий у порога их камеры, Санни и Касси вошли в темный, пустой коридор и остановились на несколько коротких мгновений. Они напряженно вслушивались в гулкую тишину, царившую в нем, а затем осторожно двинулись вперед.

Большинство людей почувствовали бы себя потерянными в непроницаемой темноте, но ни один из них не чувствовал себя неуютно. Мягко ступая, они направились ко входу на ближайшую лестницу, тени скользили впереди них, высматривая потенциальные опасности.

Однако Санни не позволял теням заходить слишком далеко, зная, что в любой момент ему может понадобиться их помощь.

За прошедшие недели он узнал все, что Касси знала о Храме Ночи, поэтому в его голове сложилась четкая картина его внутреннего убранства – по крайней мере, тех частей великого собора, с которыми была знакома слепая девушка.

Сейчас они находились на самом нижнем уровне одной из семи колоколен, глубоко под внешним кольцом основного строения. Во внешнем кольце было еще две колокольни, а само кольцо и три башни, спускающиеся от него, оставались необитаемыми. В основном они пустовали или были заняты складскими помещениями, мастерскими и другими объектами, которые Потерянные использовали для поддержания Цитадели.

…И все же нельзя было знать, что могло измениться в храме с момента их заточения и какая опасность подстерегает их впереди, во тьме.

Они переходили с одного уровня на другой, не встретив ни одной живой души. То тут, то там виднелись следы битвы – мебель была разбита вдребезги, стены исцарапаны острыми лезвиями или покрыты трещинами, а некоторые из них и вовсе разлетелись вдребезги. Пол был залит кровью, но трупов вокруг больше не было.

Все, что они нашли, – это кучу разорванной, окровавленной одежды и несколько опрокинутых столов, как будто кто-то отчаянно пытался построить баррикаду. Кто бы это ни был, не похоже, что ему это удалось – импровизированная баррикада была сломана, а на полу, стенах и даже потолке за ней было много крови.

Санни и Касси прошли мимо, их выражения лиц стали мрачными.

Через некоторое время Санни наконец обнаружил за одной из запертых дверей складское помещение, полное деревянных ящиков, в каждом из которых находились сотни тюбиков синтпасты. Его рот мгновенно наполнился слюнями.

«Еда…»

Как бы сильно он ни ненавидел эту мутную субстанцию, сейчас он был готов убить за один глоток этой мерзости.

Санни и Касси открыли кладовую одним из ключей, прикрепленных к связке ключей, которую они забрали с тела часового, вошли в нее и заперли за собой дверь.

Оба были голодны, но прежде чем Касси успела взять тюбик, Санни остановил ее.

– Не ешь больше одного. И ешь медленно.

Она колебалась, затем повернулась к нему, нахмурившись.

– Почему? Я так голодна…

Он покачал головой и сел на один из ящиков.

– Если ты съешь слишком много и слишком быстро после долгого отсутствия пищи, ты можешь умереть.

Слепая девушка наклонила голову.

– Что? Почему? Откуда ты знаешь?

Санни открыл тюбик и пожал плечами.

– … Видел, как это происходит.

Это было просто общим знанием среди беспризорников на окраинах. Однако Касси, вероятно, никогда не сталкивалась с настоящим голодом – даже в Мрачном городе жители окраинных поселений были щедро накормлены Меняющейся Звездой и ее охотничьим отрядом во время ее пребывания там.

Санни удивился, что обычные дети не изучают такие вещи в школе.

Слепая девочка на несколько мгновений замялась, но в конце концов прислушалась к его совету.

Каждый из них медленно съел по одному тюбику синтпасты, а затем немного отдохнули. После этого Санни вызвал Заветный Сундук, похлопал его по крышке и загрузил в маленький ящик пару свертков.

– Посмотрите, какой хороший мальчик! Прекрасная работа, сундучок!

Затем, чувствуя себя свежими и энергичными, силы медленно возвращались в их изголодавшиеся тела, они передвинули ящики и по очереди омылись с помощью Бесконечной Весны.

Санни пошел первым. Снимать вонючую одежду и обтирать кожу холодной водой было просто чудесно. Закончив, он вызвал Несокрушимую Цепь и наконец-то снова почувствовал себя человеком.

После этого он тихонько присел у двери и, используя одну из теней, стал наблюдать за коридором снаружи.

В мертвой тишине на каменной колокольне Санни мог слышать все звуки вокруг – шорох грубой туники о кожу Касси, когда она снимала ее и бросала на землю, журчание воды, стекавшей по ее маленькому, гибкому телу, и вздохи облегчения, которые она издавала, когда с нее смывалась тяжесть нескольких недель заточения.

Через некоторое время она присоединилась к нему, снова облачившись в свой синий плащ и начищенные доспехи.

Санни немного замешкался, а затем сказал:

– Подойди ближе.

Касси слегка наклонила голову, затем сделала то, что он сказал. Санни потянулся к одной из погасших масляных ламп, а затем принялся натирать копотью её кирасу, палаш и другие стальные элементы доспехов.

Слепая девушка нахмурилась, но не остановила его.

– … Ты пытаешься сделать их неотражающими?

Он кивнул.

– Да. Просто… на всякий случай.

Они все еще не знали, какими силами обладал Мордрет, но какими бы они ни были, зеркала и отражения явно имели к этому какое-то отношение. Несокрушимая Цепь была выкована из тёмной стали, но доспехи Касси были слишком блестящими, чтобы он мог чувствовать себя спокойно.

…Это также было причиной, почему он до сих пор не вызвал Жестокий Взгляд. Серебряное лезвие зачарованного копья было подобно чистому зеркалу, и он не был уверен, что может случиться, если он это сделает.

После того как Санни закончил покрывать копотью полированную сталь доспехов Касси, они немного отдохнули, поели и покинули хранилище. Пора было подниматься на колокольню и возвращаться к внешнему кольцу Храма Ночи.

* * *

Как только они вышли с лестничного пролета, то снова оказались между черными стенами главного строения Храма Ночи, в их ноздри ворвался ужасный запах. Санни скривился и прикрыл нос рукой.

Это был знакомый, мерзкий запах смерти.

Как и колокольня, внешнее кольцо было погружено во тьму. Никто не удосужился поменять масло в лампах, и здесь не было окон, чтобы впустить свет. Коридоры здесь были шире, а украшения богаче. Однако, как и прежде, все было тихо, и вокруг никого не было.

Санни вздрогнул.

«…Где же все?»

Храм Ночи казался совершенно пустынным. Сначала, когда они были голодны и слабы, он был рад этому. Но теперь отсутствие людей начало его нервировать.

Что, черт возьми, здесь произошло, пока они были заперты?

Медленно двигаясь, двое из них осторожно направились в сторону ворот, ведущих наружу.

…Вскоре Санни заметил на камнях под ногами следы засохшей крови, как будто по ним протащили кого-то мертвого или умирающего. По совпадению, след вел в том же направлении. Вскоре запах смерти усилился, стало трудно дышать.

Санни и Касси вошли в коридор, отделявший их от ворот, и замерли.

Его лицо потемнело.

«Это… это нехорошо…»

Глава 574
Черный Алтарь

Перед воротами храма находился большой зал, погруженный во тьму. Воздух был пронизан запахом гнили, а на холодных камнях лежало не менее дюжины изъеденных трупов, уставившихся пустыми глазами в пустоту.

Санни давно привык к подобным зрелищам, поэтому его это не слишком беспокоило. Однако подтекст заставил его почувствовать холодок.

«Проклятие…»

Он вошел в зал, и Святая, и Змей бесшумно вышли из его тени. Касси последовала за ним, сжимая рукоять Тихой Танцовщицы так сильно, что ее пальцы побелели.

Санни подошел к ближайшему трупу, задержал дыхание и опустился на колени рядом с ним, изучая его раны. Затем, с мрачным выражением лица, он перешел к следующему и сделал то же самое.

Ему потребовалось некоторое время, чтобы осмотреть каждого из убитых Потерянных, и к концу его глаза были полны тьмы.

Слепая девушка молчала несколько мгновений, а затем спросила напряженным и дрожащим голосом:

– … Как они умерли?

Он задержался на секунду, затем покачал головой.

– Раны от мечей.

Каждый из павших часовых был убит одним точным, смертельным ударом. Однако большинство из них были ужасно изуродованы и покрыты множеством ран – ни одна из них не была смертельной, но все они были направлены на причинение максимальной боли.

Убийца, кем бы он ни был, хотел, чтобы его жертвы страдали перед смертью.

Ну… Санни был почти уверен, что знает, кто убийца.

Мордрет. Человек – или вещь – которого он освободил.

Похоже, что Принц Ничего имел садистские наклонности.

…Но проблема была не в этом.

Из всего, что Санни узнал ранее, он сделал вывод, что Мордрет обладал причудливым и мощным Аспектом, который позволял ему наносить другим живым существам урон либо по разуму, либо по душе. Это делало его чрезвычайно опасным.

Необходимым условием для этой способности было смотреть в глаза узнику Храма Ночи… что было неплохо, поскольку и Санни, и Касси могли противостоять ей: Санни – сражаясь с закрытыми глазами, Касси – просто будучи слепой.

Однако эти Потерянные явно погибли в жестокой и кровавой схватке. Это означало, что, помимо всего прочего, Мордрет был бойцом невероятного мастерства… достаточно искусным и сильным, чтобы не только убить мечом дюжину опытных Пробужденных, но и поиграть со своими жертвами перед этим.

Как же Санни мог победить такого человека?

Он вздохнул, затем прошел мимо трупов и подошел к воротам.

Мастер Велт сказала им, что Цитадель запечатана, и никто, кроме Святого Кормака, не сможет ее открыть. Однако… Санни должен был убедиться в этом сам.

Он обернул все три тени вокруг своего тела и попытался толкнуть ворота, но безуспешно. Тяжелые двери не сдвинулись с места, даже когда к ним присоединился Святая. Ни один из ключей, которые были у их тюремщиков, не пригодился… не было даже замочной скважины, чтобы вставить их.

Санни заглянул под поверхность ворот, надеясь увидеть там такое же примитивное плетение, какое он видел на двери Эбеновой Башни. Но ничего подобного не было.

– Проклятье!

Он дал воротам хорошего пинка, затем повернулся и расстроенный пошел обратно к Касси.

– … Похоже, мы не выберемся отсюда до прибытия Святого.

А это случится не раньше, чем через неделю.

Смогут ли они продержаться так долго?

Слепая девушка нахмурилась, а затем неуверенно спросила:

– Куда же тогда?

Санни задумался на несколько секунд.

Раз уж они застряли в этом проклятом месте… почему бы не попытаться выполнить задачу, ради которой они сюда пришли?

– … Пойдем проверим Врата.

Возможно, нож из слоновой кости все еще был где-то там.

Оставив позади место жестокой расправы, двое из них направились вглубь каменных недр Храма Ночи.

* * *

Им потребовалось много времени, чтобы пересечь внешнее кольцо и войти в центральный храм. Само расстояние было не таким уж и значительным, но причудливый интерьер собора дезориентировал и разрастался, напоминая огромный, запутанный лабиринт из черного камня. Кроме того, им приходилось соблюдать осторожность и двигаться медленно, чтобы не нарваться на засаду.

Темнота, тишина и жуткая пустота безлюдной Цитадели постепенно выматывали их и без того напряженные нервы. И Санни, и Касси еще не до конца оправились от пережитого, поэтому им пришлось пару раз останавливаться и отдыхать, пить воду и есть небольшое количество синтпасты.

Они также столкнулись с более болезненными остатками борьбы, которая происходила внутри Храма Ночи, гниющими трупами Потерянных – которые медленно умерли в клетке, следы кровопролития и разрушений, а также вещи, слишком странные и мерзкие, чтобы объяснить их здравой логикой.

Казалось, что они путешествуют по мастерской безумного мясника.

С каждой минутой Санни становился все более мрачным.

Впервые с начала всей этой катастрофы он действительно начал задаваться вопросом о моральных последствиях того, к чему привели его действия. Даже если он был невольным соучастником, Мордрету удалось спастись только благодаря ему.

Неужели Санни случайно выпустил на волю невообразимое зло?

Он не знал, как к этому относиться. С одной стороны, ему было наплевать на мир… но с другой стороны, Санни не любил оставлять после себя беспорядок, не убрав его. Это была элементарная порядочность.

Немного поплутав, он послал тень вперед, убедился, что все в порядке, и наконец привел Касси в большой зал Храма Ночи.

Это место было одновременно великолепным и жутким. Оно было огромным и полным тьмы, напоминая ему его дом в Мрачном городе… с той лишь разницей, что этот мрачный собор был построен вверх ногами.

Далеко над ними потолок был плоским и простирался вдаль. Пол же, напротив, дугой уходил вниз, как гигантская чаша, из которой выступали несущие каменные швы, словно мосты и дороги. Зал был тихим, мрачным и абсолютно пустым.

В его центре находилась широкая каменная платформа. Она была завалена обломками, большие куски черного обсидиана лежали грудами там, где когда-то стоял черный алтарь.

«Они действительно разрушили его…»

Санни уставился на разбитый алтарь, все еще не веря, что Врата действительно были уничтожены.

Что это было за безумие?

Они задержались на несколько мгновений, а затем спустились к платформе. Там Санни некоторое время копался в обломках, надеясь найти нож из слоновой кости.

Но его нигде не было. Он нашел только битый обсидиан и куски разбитой статуи Бога Бури.

Либо ножа там никогда не было, либо Мордрет добрался до него первым.

«Проклятие!»

Санни повернул голову статуи, заглянул под нее, а затем встал, с темной яростью глядя в пустые глаза мертвой богини.

«Проклятый лжец… принц лжи, вот кто он!»

Пока он кипел от ярости, Касси вдруг сделала шаг вперед и тронула его за плечо.

Затем она указала на другой конец большого зала и прошептала:

– Я слышу шаги. Кто-то… кто-то идет.

Санни уставился в темноту, его рука чесалась, чтобы достать оружие. Его глаза опасно блестели.

– … Пусть идут.