![](/files/books/160/oblozhka-knigi-skitalcy-severnyh-predelov.-letopis-1-iz-epopei-quotposlednie-geroi-sredizemyaquot-si-376541.jpg)
Текст книги "Скитальцы Северных Пределов. Летопись 1 из эпопеи "Последние герои Средиземья" (СИ)"
Автор книги: george_george
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 28 (всего у книги 37 страниц)
Хоббит вздохнул и принялся неторопливо подыматься вверх по скрипящим, узким ступеням. Прошло немного времени, и он понял, что неприятный подъем закончился.
Молодой человек очутился в очередном полутемном коридоре. Синеватое сияние, заполнявшее центральные залы древней твердыни, сюда почти не проникало, а потому вокруг царила странная, напряженная полутьма. Впрочем, глаза хоббитов прекрасно видят даже во тьме кромешной! Посему Фридерик нисколько не испугался, но наоборот, почувствовал себя куда уверенней.
Коридор, в котором оказался незадачливый «исследователь», заметной дугой искривлялся в разные стороны. Фридерик, касаясь одной рукой грубых камней, что и составляли стены коридора, медленно последовал в правую сторону. Но, не пройдя и двадцати шагов, он уперся в очередную винтовую лестничку, что вела вверх. Повздыхав немного еще, хоббит отправился в противоположном направлении. Миновав лестницу, что вела вниз (отсюда хоббит и проник в загадочный коридор), Фридерик уже через очередные двадцать шажков (а может быть и тридцать – кто ж их считает!) вновь уперся в похожую лестничку, что, опять-таки, вела вверх.
– Проклятье! – воскликнул Фридерик. – Вот уж и думай тут, какой лестницей воспользоваться!
Впрочем, чутье подсказывало хоббиту, что это не имело особенного значения. Потому, возможно, молодой человек, глубоко вздохнув, ухватился за ближайший поручень и стал, медленно переставляя утомленные ноги, подыматься вверх по крутым, скрипящим сходням.
– Ничего особенного не происходит! – громко заявил Фридерик, остановившись на минуту. – Сейчас мы подымимся на самый верх, а там и передохнем… – Звук собственного голоса добавил хоббиту толику уверенности. Он вновь двинулся наверх, сопя, нарочито громко разговаривая вслух и прислушиваясь к эху собственного голоса.
– Еще немного… Ах! – И Фридерик внезапно оказался на ровной площадке. Несносная лестница закончилась, и перед хоббитом из полутьмы возникла сводчатая, темная, деревянная дверь.
Фридерик застыл неподвижно на некоторое время, прислушиваясь; но из-за закрытой двери не доносилось ни единого звука.
Хоббит уж набрался было храбрости открыть тяжелую дверь, но в последнее мгновение отдернул руку, что легла на дверную ручку, и негромко постучал (так учила его матушка). На стук никто не откликнулся, поэтому, выждав еще некоторое время (для приличия), он наконец-то толкнул дверь. Та на удивление легко открылась, даже не скрипнув.
– Чёрт! – невольно воскликнул Фридерик, инстинктивно прикрыв глаза от разящего, яркого света.
Он стоял на пороге округлой залы ярдов десять-двенадцать в диаметре. Потолком залы служил высокий, сводчатый купол, от которого по всему помещению струился ровный, молочный свет. Впрочем, глаза хоббита быстро приспособились к неожиданно ослепительному после полутьмы узких коридоров освещению.
По всему периметру странного, пустынного зала располагались закрытые двери. Светлые, холодные стены (Фридерик не решился определить их цвет) были сплошь покрыты витиеватым серебряным узором. Вдоль стен в беспорядке стояли кресла с высокими спинками (пять или шесть, может быть). Но не это более всего привлекло внимание хоббита.
В самом центре залы покоился невысокий, округлый постамент. На нем возлежало нечто, напоминающее формой обыкновенный шар, задернутое полупрозрачной, узорчатой вуалью.
Помимо воли Фридерик сделал шажок-другой в сторону постамента. Из-под вуали отчетливо просматривались редкие искорки, что пробегали по поверхности непонятного предмета. Приблизившись к постаменту на расстояние вытянутой руки, он вдруг почувствовал, что его неестественно сильно влечет к себе эта загадочная вещица. Воровато оглядевшись по сторонам (ничего подозрительного!) Фридерик протянул дрожащую руку и сдернул полупрозрачное покрывало. Шаль беззвучно упала на пол залы…
– Ах! – только и произнес завороженный хоббит.
Взору застывшего как изваяние хоббита предстала небольшая (не более фута в диаметре), матово-темная, полупрозрачная сфера, центр которой переливался таинственными огнями. Вернее сказать, таинственные, разноцветные огни искрами вытекали из центра самой сферы. Удивительно, но Фридерик сразу понял, что это такое, хотя и не сразу вспомнил название.
– Палантир! – негромко произнес он, не в состоянии отвести глаз от завораживающего сияния камня.
– Хм… Кхе! – раздалось совсем рядом, и Фридерик, невольно вздрогнув, втянул голову в плечи и затравленно обернулся. На пороге одного из дверных проемов, стоял Палландо. Плечи мага сутулились, и угрюмый взгляд исподлобья не предвещал ничего хорошего.
– Что ты здесь делаешь? – грозно спросил волшебник. Под тяжелым взглядом мага Фридерику вдруг захотелось уменьшиться ростом до высоты половой доски.
– Ох… Нижайше прошу извинить за мое внезапное вторжение… Я и не знал, на ведал… – залепетал хоббит первое, что пришло на ум. – Вы же сами сказали… Сами разрешили…
– Что такого я разрешал? – угрюмо осведомился маг. – Вламываться без спросу в мои покои, отрывать меня от важных дел?
– Но я же не знал! – в отчаянье воскликнул Фридерик. – Здесь что, табличка висит на двери с надписью «посторонним вход воспрещен»?
– Хм… – маг хмуро глянул на сжавшегося в комок молодого человека. – Как ты сюда попал? – спросил он минуту спустя более спокойным тоном.
– Сам не знаю, – честно признался Фридерик. – Там, – хоббит указал пальцем на одну из дверей, – винтовая лестница, что ведет в полукруглый коридор… А в него я попал по другой лестнице… А перед тем была странная стена. Я на нее оперся, а она вдруг исчезла! Я упал, головой ударился, кажется… До сих пор болит! И спина болит, и ноги болят…
– Не скули! – хмуро отозвался волшебник. – Ишь, принялся здесь канючить да жаловаться! Никто тебя не заставлял шляться где ни попадя!
– Я уж испугался, что заплутал… – уныло сообщил хоббит.
– Ничего, – проворчал Палландо, – день-другой поплутал бы да выбрался. Чего заявился, говори уже!
Хоть маг и продолжал ворчать, но прежней угрозы в его голосе уже не было.
– Я собственно… – промолвил хоббит. – Я спросить хотел… И попросить совета…
Фридерик немного успокоился; по крайней мере, излишняя нервозность отпустила хоббита, и он вновь помимо воли скосил глаза на искрящийся шар в центре залы.
– Хотел спросить, видишь ли… – пробормотал маг. Повернув ближайшее кресло и усевшись к хоббиту спиной, он достал трубку и принялся неспешно набивать ее заморским, душистым табачком. Фридерик только взглотнул, припомнив давно опустевший кисет на своей каминной полке.
– Можно и мне тоже?
– Курить вредно! – отрезал маг, раскуривая трубку. – Как ты догадался, что это палантир?
– Как догадался? – невольно повторил озадаченный Фридерик. – Он, вроде, подходит под описания из книг, что я читал в библиотеке…
– Не ври! – повысил голос волшебник, по-прежнему не оборачиваясь в сторону хоббита. – В летописях нет точного описания «зрячих камней»!
– Ах, не знаю, право же, – признался хоббит. – Просто мне так показалось…
– Показалось… – передразнил маг. – Зачем он тебе был нужен?
– Нужен? – искренне удивился Фридерик. – Совсем он мне не нужен! Я вошел в эту залу и первое, что увидел, был этот постамент… Я подумал, что неспроста вот так кто-то поместил эту вещицу в самый центр залы… Мне просто стало интересно… Я ж не знал…
– Хм… – маг проскрежетал зубами. – Ну, как с тобой можно нормально разговаривать, Фридо!? Что ты всё юлишь да отнекиваешься?
– Я отнекиваюсь? – еще более удивился хоббит. – Ничего я не отнекиваюсь! И не юлю! Что мне толку врать-то? Просто… Не знаю, как объяснить, но этот камень чем-то меня притягивает…
– Притягивает? – уточнил маг.
– Чем-то влечет к себе… Право, не могу объяснить!
Некоторое время Палландо сидел в кресле почти неподвижно, лишь колечки сизого дыма время от времени медленно уплывали под купол залы. Наконец, маг глубоко вздохнул (видимо, приняв какое-то решение) и, полуобернувшись к донельзя расстроенному молодому человеку, серьезно спросил:
– Что тебе известно про палантиры, Фридо? Только коротко! У меня нет времени на долгие пересуды…
Хоббит непроизвольно напрягся. Он тут же припомнил, как совсем недавно маг откровенно насмехался над ним, когда он пытался крайне неуклюже рассказать, что ему известно про «мудрых». «Нет уж, – подумал молодой человек, – второй раз ты меня на мякине не проведешь!» Тем более, прочитанные книги были столь свежи в памяти хоббита, что, казалось, отдельные фрагменты он мог бы продекламировать наизусть. Потому, подбоченясь (внутренне) и приняв самый серьезный вид, хоббит стал излагать, что ему известно.
– Палантиры, коих еще часто называют «зрячими камнями», были подарены эльдарами нуменорцам в знак долгой дружбы меж людьми и эльфами. Долгое время они были достоянием рода Элендила. Когда же Нуменор пал, немногие Верные, чудом избежав гибели от великого крушения, высадились на западных берегах Средиземья и образовали два великих княжества – Арнор и Гондор. Вот…
Хоббит перевел дух и продолжил, не глядя в сторону волшебника:
– Камни эти, то бишь палантиры, обладали удивительным свойством: через них вожди людей могли общаться друг с другом, и даже видеть, что происходит в пределах княжеств. Однако не все могли подчинить себе эти камни, но только те, кто обладал сильной силой воли… – Фридерик непроизвольно икнул и прервался. «Что это я такое сморозил?» – подумал он и, внутренне содрогнувшись, продолжил:
– Но только тот, кто обладал сильной волей, мог подчинить себе палантир и заглядывать в него, когда и где пожелает… В Средиземье Элендил разместил палантиры в следующих местах: главный находился в Осгилиате, что был тогда столицей княжества Гондор, а прочие – в крепостях Минас-Итиль, Минас-Анор, Ортханке, а также в Аннуминасе и башнях Амон-Сул и Эмин-Берайд…
Фридерик, невольно, покосился на мага – что еще нужно? Словно читая мысли молодого человека, Палландо откликнулся:
– И каковой же оказалась судьба «зрячих камней»?
– Мм… – Фридерик слегка нахмурился, припоминая. – Палантир Осгилиата был утерян в Распре Родичей… Э-э… Так я и не понял, честно сказать, что это за распря такая…
– Не отвлекайся! Дальше!
– Палантир Минас-Итиля попал в руки Черного Властелина, когда назгулы захватили восточную крепость гондорцев, – послушно продолжил хоббит. – С того момента все прочие палантиры оказались в опасности, и ими старались не пользоваться. Было это, кажется, в 2002 году по тогдашнему летоисчислению…
– Даты можешь опустить… – проворчал маг.
– Захваченный Сауроном палантир был погребен под руинами крепости Барад-Дур. Но до того Властелин успел поработить при помощи этого камня мага Сарумана и лишить рассудка наместника Гондора Дэнетора… Вот! Палантир Ортханка перешел в руки Государя Элессара, то есть Арагорна Великого, и с его помощью Государь мог узнавать всё, что делалось в объединенном княжестве…
– Следует кое-что уточнить, – внезапно вмешался Палландо. – Камень Дэнетора до сих пор хранится в подвалах Минас-Тирита, насколько мне известно. Но он утратил связь с иными камнями… Палантир же Арагорна Великого перешел по наследству к его сыну Эльдариону. Однако со временем на камень снизошло замутнение. Он также утратил свои первозданные способности, хотя по-прежнему стоит на схожем постаменте по правую руку от трона Великого князя в главном чертоге Златоглавого Дворца в Аннуминасе. Продолжай!
– Два камня – палантиры Аннуминаса и Амон-Сул – сгинули в море вместе с последним правителем Арнора Арведуи… – покорно продолжил Фридерик. – На севере оставался только один палантир – в башне Эмин-Берайд. Но его забрали с собой Гэндальф и Элронд, когда покидали Средиземье!
– Всё верно, – удовлетворенно кивнул маг. – Всё верно… Кстати сказать, существовали еще два палантира, но они никогда не покидали пределов Амана… И вот – вопрос! Так чей же палантир возлежит на этом убогом постаменте?
Фридерик поневоле подсчитал в уме: четыре камня из семи пропали при разных, но чем-то схожих обстоятельствах… Два камня до сих пор хранятся в княжеских дворцах как реликвии прошлого, хоть и толку от них никакого… Один отправился к запредельным берегам вместе с последними эльфами…
– Ума не приложу! – откровенно воскликнул хоббит.
– Действительно, догадаться сложно… – Маг, меж тем, внимательно разглядывал молодого человека, словно что-то прикидывал в уме.
– Не хочешь ли заглянуть в палантир? – наконец произнес Палландо, не отрывая задумчивого взгляда от хоббита. Тот только вздрогнул и поежился. – Может статься, тебе удастся разглядеть в камне нечто, что поможет решить эту непростую задачу.
– А это не опасно? – негромко осведомился Фридерик, попеременно бросая настороженные взгляды то на мага, то на таинственную мерцающую сферу.
– Думаю, нет… Кроме того, я ведь буду под боком, – промолвил маг, и хоббиту показалось, что в темных глазах волшебника мелькнула веселая искорка.
– Откровенно говоря, я не против вроде бы… – промолвил Фридерик. Кстати, откровенно говоря, хоббит не на шутку перепугался, но палантир, действительно, каким-то необъяснимым образом его притягивал. Разум подсказывал – не следует даже прикасаться к камню, но природное любопытство всё же взяло верх, и он смело ступил к постаменту.
Впрочем, как показалось хоббиту, так – практически снизу вверх – смотреть в камень было неправильно. Потому он подтянул к центру залы одно из кресел и, решительно взобравшись на него, оперся на постамент двумя руками, мучительно всматриваясь в мерцающую глубь диковинной сферы. Долгое время, однако, ничего особенного не происходило; лишь бесчисленные, яркие искорки проносились перед глазами озадаченного хоббита. Фридерик уж и вовсе отчаялся что-либо увидеть (даже отстранился от камня), когда вдруг сообразил, что искры танцуют уже рядом с камнем, а свет в зале странным образом померк! Центр сферы был чист и прозрачен, и там что-то двигалось! Хоббит нахмурился и склонился еще ниже, почти касаясь шара лицом, пытаясь разглядеть расплывчатое видение…
– Волны! – удивленно воскликнул он мгновение спустя. – Такие огромные…
Конечно же, Фридерику приходилось видеть волнующееся под осенними ветрами Муторное озеро, и пенные барашки, что неслись по Туне ранней весной, когда только сошел прошлогодний снег. Но ничего подобного он себе даже представить не мог!
…Огромные, темные горы воды неслись к нему с разных сторон, гонимые неистовым ветром; они сталкивались друг с другом, круша сами себя; хлопья серой пены срывались с острых гребней и, подхваченные бурей, исчезали вдали… Хоббит невольно напрягся, пытаясь в вихре стихии разглядеть хоть что-нибудь еще… «Небо! Где же небо, – подумал молодой человек, – почему я его не вижу?» И в тот же миг всё переменилось! Уже не бушующие воды неслись навстречу Фридерику – он сам устремился вперед над самыми гребнями волн, ловко лавируя меж гор воды, обходя беснующиеся водовороты и избегая встреч с предательскими пенными потоками. Избежав гибельного столкновения с очередной исполинской волной, он поднял голову вверх и увидел глубокое, черное небо, не отмеченное даже следами звезд… Разум хоббита метнулся в сторону, избегая очередной гибельной волны, и в этот самый момент, когда столкнувшиеся громадины вод на миг отступили, образуя странное, пенное ущелье, он увидел вдалеке устремленную ввысь стройную, белоснежную, сверкающую башню, возвышающуюся над океаном безумия. И от этой светлой башни во все стороны расходились ослепительные лучи света, отражаясь в черных, беснующихся водах…
Перед глазами хоббита на миг мелькнула узорчатая вуаль, и в следующее мгновение удивительное видение прервалось.
– Достаточно! – услышал Фридерик над самым своим ухом. Голос был удивительно знакомым, но хоббит не сразу сообразил, кому он принадлежит.
– Палландо! Как вы меня напугали! Я чуть с кресла не сверзился!
– Ты и так бы «сверзился», – сообщил волшебник. – Смертным не следует подолгу заглядывать в палантир! И особенно – неподготовленным смертным.
– Но вы же сказали, что мне ничего не грозит? – удивленно откликнулся Фридерик.
– Твоему телу ничего не грозило – это верно! – но твой разум не готов к подобным испытаниям – я это вижу!
– Какие испытания? – вновь удивился хоббит. – Я лишь на мгновение…
– Твое «мгновение» длилось никак ни меньше часа! – откликнулся маг. – Я уж начал беспокоиться…
– Час?.. – глаза Фридерика, поневоле, округлились. – Не может быть!
– Не будем отвлекаться! – заявил Палландо. – Что ты видел?
– Что видел? – негромко повторил Фридерик, покосившись на покрытую вуалью сферу. – Волны… Очень высокие волны, даже представить себе не мог… Неужели, так и выглядит море?
– Море выглядит по-разному, – проворчал маг.
– И еще – совершенно черное небо…
– Неудивительно, – проворчал маг. – Нынче там непроглядная ночь…
Хоббит собрался было сообщить о дивном видении белой башни, но Палландо (казалось, ушедший полностью в свои думы) продолжил:
– Это – палантир Эмин-Берайд, безусловно! Лишь один он обладал столь странным свойством…
– Каким? – осторожно спросил Фридерик.
– Внутренний взор сего камня всегда был обращен на то место Моря, где некогда канул в бездну Великий Нуменор. Видимо, с камнем в тот момент что-то произошло. Оттого он и показывает постоянно лишь пучину моря, что сомкнулась над величайшим царством древних людей. Предания гласят, что эльфы часто вглядывались в него, надеясь увидеть величественную, белоснежную башню-маяк Аваллонэ, что указывает путь к восточным берегам Тол-Эрессеи. Насколько мне известно, увидеть маяк так и не удалось никому…
Фридерик невольно вздрогнул, и скосил глаза на волшебника. Тот, впрочем, не торопясь, раскуривал трубку, и, казалось, не обращал ни малейшего внимания на хоббита.
«Маяк Тол-Эрессеи, – подумал Фридерик. – Никому не удавалось его увидеть…» Впрочем, не видение таинственной, сияющей башни занимало воображение хоббита. Что-то другое… Но что? Это видение казалось очень знакомым, но молодой человек никак не мог сосредоточиться после столь удивительного путешествия. «Позже, когда отдохну – обязательно вспомню», – решил про себя Фридерик.
– Ты хотел меня о чем-то спросить, – напомнил волшебник.
– Спросить? – После дивного приключения с камнем хоббит уж и позабыл вовсе, зачем именно отправился на поиски мага по полупустым залам и коридорам. Но, стоило волшебнику задать этот невинный с виду вопрос, Фридерик встрепенулся.
– Да, действительно… – промямлил он. – Я хотел спросить совета…
– Вначале вопросы! – угрюмо произнес Палландо. – Советы останутся на потом…
Фридерик, скосив глаза на волшебника (тот упрямо глядел в сторону, покуривая витиеватую трубку), вдруг понял, что маг знает, о чем хочет спросить хоббит и наверняка заранее подготовился к ответу. «И ведь, наверняка, соврет что-нибудь…»
Фридерик уж начал в уме составлять ядовитую фразу в ответ, но неожиданно Палландо продолжил:
– Тебе, Фридо, следует знать, что между мной и Аратой нет места для всяческих тайн и умолчаний… Нет-нет, мы далеко не друзья – этому нет места в отношениях простых смертных и магов! Но мы достаточно долго – с вашей точки зрения – знаем друг друга, и в наших отношениях превалирует определенная степень доверия… Именно доверия! Всё, о чем становится известно Арате, тут же становится известным мне. И наоборот. Вспомни, я предупреждал тебя, что северяне – очень подозрительный народ!
– Ясно… – невесело усмехнувшись, промолвил хоббит и припомнил: «эти стены имеют глаза и уши» – так, кажется, выразился Странник. Теперь, по крайней мере, понятно, кто является «глазами и ушами» мага… – Зачем же тогда задавать вопросы, если они и так вам известны?
– Я хочу услышать, – промолвил маг, обернувшись к хоббиту, – как ты этот вопрос сформулируешь! От этого будет зависеть ответ.
«Проклятье, – подумал Фридерик. – Что он от меня еще хочет?»
– Ну, хорошо, – неспешно произнес молодой человек. – Вопрос мой выглядит следующим образом: чем на самом деле вы, маги, занимались в Средиземье? И не говорите, что прибыли сюда лишь затем, чтобы помочь свободным народам «завалить» Черного Властелина!
– Вопрос прямой, следует заметить, – откинувшись в кресле, удовлетворенно (как показалось хоббиту) произнес маг. – Только мне не нравится это каверзное словечко – «завалить»…
– Беру его обратно, – тут же согласился хоббит.
– Хорошо… Мой ответ будет откровенным! Хотя… Не знаю, Фридо, понравится ли он тебе.
Фридерик лишь исподлобья глянул на мага (закурить хотелось неимоверно!). Меж тем, Палландо продолжил:
– Ты, Фридо, прочел последнее время множество интересных и содержательных книг. Потому, думаю, тебе прекрасно известно, что именно явилось причиной гибели великого и непобедимого Нуменора.
Фридерик неуверенно кивнул, наблюдая за магом. «Что это – продолжение экзамена?» Впрочем, волшебник продолжил, не дожидаясь ответа:
– Потерявшие разум правители древнего царства вознамерились силой отнять у Западных Владык право на вечную жизнь. Но в тот миг, когда огромный флот Нуменора достиг берегов бессмертия, валары призвали Единого, и его волей лик Арды изменился! Огромный флот поглотила разверзшаяся морская пучина. В ней же сгинул и прекрасный остров, который предки дунедайнов называли Эленна или «земля, обращенная к звездам» на всеобщем языке… Не будем вдаваться в подробности и обсуждать, правильно ли поступили Силы Мира сего, но следует заметить, что выбор был не из легких… Расплата также была тяжкой: Валинор удалился в пределы, недостижимые для простых смертных, валары же утратили свою извечную власть над миром. Никогда более Оромэ, Аулэ, Йаванне или Манвэ – никому из валаров! – не позволялось появляться в землях смертных, и взор их не достигал пределов Средиземья! При этом никто и не снял с плеч Западных Владык груза ответственности за будущее Мира, что возложил на них Создатель. Но! Мыслимо ли нести такую ношу, оставаясь слепыми и глухими?
– Вас, магов, послали в Средиземье, чтобы вы докладывали валарам обо всем, что… – догадался Фридерик.
– Вздор! – возмущенно воскликнул Палландо, гневным взглядом прерывая хоббита на полуслове. – Ты что, думаешь, мы были обыкновенными шпионами? Нет! Мы были «глазами Валаров» в этом мире…
– Глазами Валаров? – глаза самого хоббита округлились. – Как это?
– Владыки Запада могли, когда пожелают, видеть то, что видят наши глаза, – терпеливо пояснил Палландо. – Каких усилий это стоило им – дотянуться до нас сквозь мрак и стихии, разделившие земли простых смертных и блаженные берега – я могу лишь догадываться.
– Вы были палантирами валаров! – произнес изумленный Фридерик.
– Палантирами? – Маг нахмурился и бросил на хоббита удивленный взгляд. – Странно… Подобная мысль мне как-то не приходила в голову. Впрочем, не будем отвлекаться! Теперь, думаю, тебе многое стало ясным, Фридо! Именно по этой причине мы, мудрые, много путешествовали, и наши глаза не закрывались даже во время недолгого сна.
– Но ведь это… – глаза хоббита еще более округлилась, когда очень простая мыслишка пришла, наконец, ему в голову. – Но ведь это – страшная тайна! Об этом ведь никто не знает, никто даже не догадывается! Почему вы мне это рассказали? Зачем?
– Ах… – Палландо откинулся в кресле, небрежно закинув ногу на ногу и сложив пальцы на груди «домиком». – Собственно говоря, никакой тайной это не являлось. Тем более страшной… Об этом прекрасно знали эльфы Средиземья. Возможно, поэтому они принимали магов в своих тайных чертогах с пышностью и должным уважением, оставаясь всегда настороже. От эльфов – надо понимать! – эти сведения просочились к правителям людей. Арагорн Великий и его супруга Арвен, их сын Эльдарион, правители Ристании и наследники Арнора… Список можно продолжить, но все они были прекрасно осведомлены об этом. Многие другие догадывались. Лишь простой люд ни о чем не подозревал. Впрочем, сказать с уверенностью я не берусь.
– Но летописи? – воскликнул донельзя удивленный Фридерик. – В них нет и слова…
– В летописных изданиях Третьей Эпохи – верно! – об этом не упоминается вовсе. Но во многих книгах, увидевших свет позже, вопрос этот муссируется достаточно часто. Просто, думаю, эти книги тебе не попадались еще на глаза.
– «Новейшая История» Марата Тиссенского! – воскликнул хоббит, хлопнув рукой по лбу.
– И многие другие… – согласно кивнул Палландо. – Впрочем, не будем отвлекаться! Ты, Фридо – не маленький мальчик, и должен понимать, что есть вещи, о которых не принято говорить вслух, а тем более трепаться где ни попадя.
– Не принято говорить… – невольно повторил хоббит.
– Именно! Даже величайшие правители из людей не скрывали от нас, мудрых, естественного недоверия, смешанного с подозрительностью. Народ же нас просто побаивался, большей частью… Если бы сведения, которыми я с тобой только что поделился, стали достоянием толпы, возникли бы бунты, пролилась кровь… Кому это надобно!? Так что, умалчивая некоторые обстоятельства, связанные с присутствием магов в их землях, правители поступали по-своему мудро и дальновидно.
– Ох… – только и вымолвил несчастный хоббит. Лавина неожиданных открытий ошеломляла, поток ранее неизвестных сведений буквально переполнял голову молодого человека. «Еще немного, – подумал он, – и моя бедная головушка лопнет, и мозги разлетятся по стенам залы». Но было еще нечто, на что Фридерик не мог не обратить внимания.
– Вы говорите об этом в прошедшем времени!
Палландо лишь усмехнулся. Кривая ухмылка мага показалась Фридерику почему-то натянутой и вымученной.
– Следует признать, что с тобой, Фридо, надо быть настороже, – покачав головой, промолвил маг. – Ты подмечаешь в разговоре даже такие мелочи? Бьюсь о заклад, никто другой и не обратил бы внимания на столь незначительные оговорки… Действительно, всё это закончилось многие годы назад!
– Закончилось? Как вас понимать? – невольно откликнулся хоббит.
– Уже долгие века я не ощущаю прикосновения Стихий, – устало произнес Палландо.
– Прикосновение… Вы это чувствовали? Как это?
– Как это?.. – невесело усмехнувшись, промолвил маг. – Странное чувство, признаться… И кстати говоря, не очень приятное. Всё выглядело – для меня, по крайней мере – следующим образом: вдруг мой взор становился каким-то мутным, время останавливалось, а звуки и свет покидали мое сознание; я ощущал, вдруг, как некто касается самых глубин моего сознания… Оч-чень неприятно и главное, что зачастую это происходило в самое неподходящее время. Вначале это случалось со мной достаточно часто, но со временем стало происходить всё реже и реже… И, наконец, прекратилось вовсе.
– И как давно?.. – только и произнес ошарашенный хоббит.
– Уж много веков… Не знаю, что является причиной странных изменений, но мне известно, что и с другими мудрыми дела обстоят так же. Многие – Саруман, к примеру – потеряли эту связь намного раньше. Возможно, Западные Берега медленно, но неумолимо отдаляются от земель простых смертных, и валарам трудно дотянуться до нас – магов, застрявших в этих землях. Впрочем, могут быть и другие причины… Десятки причин…
Фридерик припомнил недавние слова волшебника: «с каждым годом мои надежды вернуться в родные края становятся всё призрачнее… Похоже, их не осталось уж и вовсе». И, поневоле, хоббиту стало жаль мага.
– Однако не будем отвлекаться! – громогласно воскликнул Палландо. – Есть еще ряд вещей, о которых тебе следует знать. И не только тебе! Поэтому… А это что такое!? Что это за свинство!?
Фридерик съежился, глянув на мага. Впрочем, испепеляющий взгляд мага был направлен не на скукожившегося молодого человека, а куда-то мимо него. Проследив за взором волшебника, хоббит обернулся и тут же обнаружил источник гнева хозяина тайного чертога. В проеме одной из дверей застыли его приятели Мерик и Томми с широко раскрытыми глазами. За их спинами маячила знакомая фигура гнома.
– Уже и в собственных покоях я не могу ни от кого укрыться! – негодующе произнес маг, но в его голосе было больше притворного гнева, чем истинного негодования. Похоже, приятели это прекрасно поняли.
– Мы только на минуточку! – воскликнул Мерик. – Собственно говоря, мы искали Фридо…
– Мы испереживались, знаете ли, – пробасил Чача. – Думали, потерялся наш приятель, заплутал…
– Вот-вот, – добавил Томми. – Никто его с самого утра не видел!
– Так что, если позволите… – продолжил Мерик, нахально протискиваясь в залу.
– Позволю!? – прогремел голос мага. И приятели, вздрогнув, замерли на месте. – И не думайте! Забирайте своего сотоварища, и брысь отсюда!
– Но как же?..
– Брысь, я сказал!
Фридерик лишь с сожалением подумал: «Как же не вовремя вы заявились!» И, подгоняемый легкими шлепками мага, последовал к двери, проклиная (про себя, естественно) приятелей и гнома.
– И вот еще! – проворчал маг напоследок. – Разыщите девушку и Странника… Нет, только девушку! Арату я сам найду… Завтра, ровно в девять часов поутру, я буду ждать вас всех в библиотеке – надеюсь, вы не забыли, где она находиться?
Все дружно закивали. Маг же только нахмурился.
– Я собираюсь сделать сообщение… Мм… Вернее сказать, я должен кое-что вам рассказать… Хм… Короче говоря – ровно в девять… И не опаздывайте!
С этими словами Палландо захлопнул тяжелую дверь прямо перед носом оторопевших «приятелей по несчастью».
========== Глава 18. Тени прошлого (продолжение). ==========
Всю долгую ночь Фридерик почти не смыкал глаз…
Порой молодой человек забывался ненадолго тяжелым, тревожным сном, но тут же вновь просыпался, коря себя за то, что никак не может сосредоточиться и детально припомнить всё, что произошло с ним прошлым вечером. Почему-то хоббиту казалось, что он упустил нечто важное. Причем, важное настолько, что это могло бы изменить его взгляд на многие вещи и события.
Фридерик заворочался в постели, припоминая прошедший вечер…
Маг явно собирался о чем-то поведать, что-то «сообщить», как он сам и выразился. Хотелось бы верить – речь пойдет о загадочной Книге Старика. Может статься именно приятели помешали Палландо выложить всё подчистую еще вчера. Волшебник казался таким разговорчивым, таким разгоряченным… Впрочем, кто знает этих магов?
Так что же было важного сказано до момента появления приятелей? Фридерик сосредоточился, прокручивая в уме недавние события в обратном порядке. Итак, Палландо признался – именно признался! – что основной целью появления магов в землях Средиземья было отнюдь не стремление валаров помочь свободным народам в их борьбе с Черным Властелином. Вернее сказать, борьба с Властелином была не главная задача волшебников. Они (маги) являлись всего лишь заурядными соглядатаями Западных Владык! Но что-то – Фридерик это чувствовал! – здесь было не так. Как-то концы не вязались с концами, как говаривал старина Барсукс. Если маги были всего лишь «шпионами», зачем они ввязались в события, что происходили в Средиземье? Путешествовали бы себе тихо-мирно, никого не трогая!