![](/files/books/160/oblozhka-knigi-skitalcy-severnyh-predelov.-letopis-1-iz-epopei-quotposlednie-geroi-sredizemyaquot-si-376541.jpg)
Текст книги "Скитальцы Северных Пределов. Летопись 1 из эпопеи "Последние герои Средиземья" (СИ)"
Автор книги: george_george
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 37 страниц)
– Эко невезение! – прокряхтел Чача, щуря глаза и пытаясь разглядеть дно расщелины. Мена лишь негромко выругалась.
– Похоже, мы таки сбились с дороги, – вздохнув, промолвил Томми. – Что будем делать?
Вопрос, естественно, адресовался девушке.
– Тоже мне вопрос! – хмыкнул Мерик. – Разведем щас костерок да будем хоровод водить…
– Дайте подумать! – угрюмо прервала его девушка. – Если мы и сбились с дороги, то совсем недавно. Знать, тракт где-то вильнул, а я не заметила в темноте. Полагаю, надо поворачивать влево и двигаться вверх вдоль ущелья…
– Ха! – воскликнул Мерик. – С таким же успехом он мог вильнуть и в другую сторону! Не хватало нам еще пробираться на север, прыгая по голым скалам, что горные козлы!
– Здесь все пути-дороги тяжелые, – огрызнулась Мена, – что тракт, что обычные горные тропы! Но не все они ведут на север! Нам главное – направление не потерять, а там уж какая-то тропа да отыщется!
– Мена права, – решительно поддержал девушку Томми. – Если двигаться вниз вдоль ущелья, рискуем и вовсе в другую сторону уйти. Ведь как тебе, Мерик, известно, ущелья обычно лишь становятся глубже и шире книзу. А там, глядь – и переходят в долины! Нет уж, если мы хотим его обойти, следует идти к верховьям!
– А может быть, заночуем здесь? – неожиданно предложил Чача. – Утро вечера мудреней! При свете дня, глядишь, и обход быстрее найдется… Да что там! Может быть, мы и так эту трещинку осилим – напрямик!
С этими словами гном бросил вниз небольшой камень. Звонкое эхо донесло до слуха путников гулкие удары камня о камень.
– Глубокое… – сообщил Мерик.
– Нет, – с сомнением покачал головой Томми. – Похоже, что так просто мы эту трещинку, всё-таки, не одолеем…
Фридерик, с детства не любивший «острых ощущений», предпочел не приближаться к выщербленному краю ущелья, в разговоре не участвовал и лишь рассеянно разглядывал окрестные скалы. В неясном ночном свете они выглядели монолитной, черной, каменной стеной. Лишь по светлым полоскам снега можно было судить о возможных более пологих участках, проходах, трещинах. Ближайшие (шагов на десять) камни он мог разглядеть достаточно отчетливо, а дальние утесы и вовсе сливались с темным, серым небом. При этом окружавший мир казался каким-то плоским, серым, напрочь лишенным объема и перспективы. И на фоне этого однообразного, темно-серого окружения перед глазами хоббита вспыхивала и гасла одинокая, неяркая звездочка!
Хоббит закрыл глаза и отчаянно затряс головой. «Галлюцинации, – подумал он, – зайчики перед очами прыгают! Интересно, что сказал бы по этому поводу старик Барсукс? Эх, ничего бы не сказал! Ведь он уж давно помер…»
Фридерик открыл глаза и с немалым удивлением обнаружил, что «звездочка» никуда не делась. Более того – она становилась всё ярче и ярче! Хоббит сделал небольшой шажок вправо, и огонек пропал – скрылся за скалами, надо понимать. Хоббит неуверенно сделал несколько шажков в другую сторону – огонек появился и тут же вновь исчез…
– Костер, – негромко промолвил Фридерик. – Ух-ты! – И уже громко, во весь голос воскликнул:
– Костер! Я вижу костер меж скалами!
– Что? Что такое? – гном первым оказался подле хоббита. – Где? Я ничего не вижу!
– Стой, не двигайся… – Мена неслышно очутилась рядом, сжав руками плечи хоббита. Фридерик почувствовал теплое дыхание девушки на щеке. – Действительно, похоже на костер!
– Почему мы ничего не видим? – обиженным голосом произнес Мерик.
– Потому, что свет от костра виден лишь с одного места – там, где стоит Фридо, – пояснила Мена. – Станьте за его спиной – увидите!
– Точно! – согласился гном. – Но кто же скрывается за этими скалами?
– Скрывается? – Мена лишь покачала головой. – Как-то не похоже, чтобы он скрывался! Глядите, костер-то всё сильней разгорается! Вот уже и ближайшие скалы видны!
– Да он и вовсе недалеко! – удивился Томми. – Ярдов сто от нас вверх по склону…
– Ох, не нравится мне это! – произнес Мерик. – Такое впечатление, что нас заманивают…
– Мне это тоже не нравится… – согласилась девушка. – Тем более что мы как раз и собирались обходить ущелье, двигаясь в ту сторону!
– Мм… А нам, гномам, чем больше света – тем лучше! – проворчал Чача, поплевывая на ладони. – Щас и разберемся, кто там нас приманивает, и зачем…
С этими словами гном потянулся за своей секирой. Хоббиты переглянулись и положили руки на рукояти мечей. Мена медленно (оч-чень медленно!) достала из-за плеча лук и неуловимым движением извлекла из колчана стрелу. Альфа негромко заворчала, но Фридерик постарался успокоить собаку, погладив ее по мокрой голове.
Пламя меж тем всё сильнее разгоралось. Осторожно, скрываясь за камнями, стараясь не шуметь – с оружием в руках – путники приближались к загадочному костру. Меж тем огонь играл с ними в очень злую игру. А, попросту говоря, слепил, не давая толком разглядеть, что же происходит рядом с костром. Впрочем, у Фридерика создалось впечатление, что у костра никого нет – лишь неясные силуэты окружавших небольшую, плоскую площадку скал да причудливые, пляшущие тени на ближайших камнях. «Вот уж влипли! – отчаянно подумал хоббит. – Те, кто разжег костер, уж наверняка, попрятались за скалами! Они нас прекрасно видят, а мы как слепые котята…»
Додумать мысль, впрочем, хоббит не успел. Один из «камней» слегка пошевелился – Фридерик разглядел, наконец-то, тень сидящего у костра человека – и зычный голос произнес:
– Приближайтесь, приближайтесь… Я вас и так вижу! Но уж очень хочется глянуть сблизи на столь странную компанию…
От неожиданности Фридерик вздрогнул. Альфа у его ног зарычала. Рядом заскрипела тетива лука, и глухо проворчал что-то невнятное гном.
– А оружие оставьте… – продолжил незнакомец. – Оно вам – со мной – ни к чему! Подходите ближе, не бойтесь…
– А мы и не боимся! – громко заявил гном и первым ступил в полосу яркого света, крепко сжимая в руке секиру. – И вообще, мы, гномы, никого не боимся! Только ты своего имени не называл! И чего тебе от нас надо, мы не слыхивали!
Незнакомец лишь примирительно поднял вверх руки.
– Спокойнее, гном, спокойнее… – произнес он. – Еще не пришло время для твоей секиры! И ты, девушка, спрячь стрелу в колчан! Я же сказал, оружие вам не понадобится…
– Да кто ты такой? – воскликнула Мена и двинулась в сторону ослепительного пламени. За ней засеменили и хоббиты.
– Неужели этот несущественный вопрос всех так волнует? – человек усмехнулся (или Фридерику так показалось). – Извольте… Я тот, кого в этих местах называют Северным Стражем! У меня к вам есть несколько вопросов. И поверьте, если я задаю вопросы, то на них, уважаемые путники, лучше отвечать!
«Ох, – невольно вздрогнул Фридерик. – Северный Страж! Вот только этих неприятностей нам и не хватало!» Он припомнил недавний рассказ девушки о жестоких северянах, и ему стало не по себе…
========== Глава 12. Призраки перевала Уренхой. ==========
Медленно приближаясь к силуэту человека, сидящего у костра в небрежной позе, Фридерик инстинктивно (или от страха) старался держаться в тени девушки, до боли в руке сжимая рукоять меча. Мена же и не собиралась опускать свой лук.
Краем глаза хоббит отметил, про себя, что Мерик старается укрыться за спиной гнома. И только Томми «в открытую» шагнул к костру, положив руку на эфес своего клинка. Альфа же, хоть и грозно порыкивала, но также старалась держаться в тени.
Яркое пламя костра слепило Фридерика – он видел лишь неясный профиль незнакомца, повернувшегося боком к приближающимся путникам. Одет незнакомец был, похоже, в длинный, непонятного цвета плащ – полы плаща разметались по каменистой площадке. Глубокий капюшон был наброшен на глаза, но хоббит заметил таки торчащий из-под капюшона прямой нос и короткую, курчавую бородку. Более ничего существенного он разглядеть не успел…
– Подходите поближе! Думаю, вам не помешает согреться у костра… – промолвил незнакомец.
– Покажи-ка свое лицо! – потребовала девушка.
– Как скажешь, красавица…
С этими словами человек отбросил капюшон и повернул голову в сторону опасливо приближающихся странников. Гном громко крякнул: «Эк, надо же…» Мена резко застыла на месте – ее пальцы, сжимавшие оперение стрелы, задрожали. Хоббиты же невольно вскрикнули и повыхватывали из ножен мечи… У человека не было половины лица!
Впрочем, в следующие мгновения Фридерик понял, что это лишь иллюзия: ослепительное пламя не давало возможности разглядеть сразу, что правая часть лица незнакомца представляет собой темную, обуглившуюся, почти черную маску… Казалось (а может быть, пламя костра продолжало играть с воображением хоббита злые шутки), что сквозь растрескивавшуюся кожу просвечивают кости черепа. Жуть – не то слово!
– Не пугайтесь! – произнес странный человек, криво ухмыльнувшись и наслаждаясь (как показалось Фридерику) реакцией путников. – Это, – он указал левой рукой на темную часть лица, – «след дракона»! У нас, на севере, многие носят этот знак… Но поверьте, куда большему количеству воинов не так повезло, как мне: им пришлось расстаться с жизнью, когда мы неожиданно – помимо своей воли! – столкнулись с этими древними созданиями Тьмы!
– Ты нам зубы-то не заговаривай! – грозно прикрикнул гном, помахивая секирой у самого лица незнакомца. – Видывали мы таких-этаких! Никакой ты не Страж! Проходимец обнакновенный! Ишь, расселся тут, приличным людям дорогу лишь загораживаешь! А ну, коль есть у тебя оружие – выходи на честный бой! Я т-те щас взгрею!
– Оружие? – удивился незнакомец. – Кто же в этих местах без оружия-то бродит?
С этими словами он отбросил в сторону полу плаща, и взору хоббитов предстал лежащий на камне – сокрытый до поры – оголенный меч. Невольно (в который раз), Фридерик вздрогнул и даже задержал дыхание: ничего подобного молодой человек в жизни не видывал! Холодный, покрытый едва различимыми рунами, сверкающий в пламени костра клинок казался куда более длинным, чем самый высокий хоббит – в рост! Рукоять же меча покрывали редкие самоцветы…
– Хочешь сразиться? – негромко промолвил человек, не меняя позы, но в его голосе прозвучали зловещие нотки. – Я не против! Только вот что я тебе скажу, гном, сын своего народа… Топор твой грозен, и борода торчит что надо! Но есть проблема: сопишь ты столь громко, что самый захудалый наш воин – здесь, в горах! – тебя легко подстрелил бы из лука с закрытыми глазами со ста шагов в самую ненастную ночь! Так что, не очень-то ерепенься!
– Нас, гномов, пустыми угрозами не запугаешь! – пробасил в ответ Чача, но Фридерику показалось, что гному уже не хватает прежней уверенности. Потому, повинуясь мгновенному порыву, хоббит выступил из-за спины молчаливо напряженной девушки и воскликнул:
– Прекратите! Что вы, в самом деле… Только смертоубийства нам и не хватало! Сказано же было – оружие нам не понадобится! – С этими словами Фридерик вложил свой меч в ножны и ступил к горячему пламени костра. Присев на корточки, он протянул руки к обжигающему пламени, повернувшись (преднамеренно) к незнакомцу незащищенной спиной. Краем глаза, конечно же, хоббит наблюдал за человеком, пытаясь сообразить, способен ли их случайный встречный видеть правым, пострадавшим глазом… Про себя же он отметил, что гном перестал размахивать секирой, хоть и не отступил ни на шаг.
– Меня зовут Фридо, – стараясь сохранить внешнее спокойствие, обронил Фридерик через плечо. – Моих приятелей зовут Томми и Мерик. Девушку кличут Меной. А гнома зовут… Э-э…
– Имя мое известное! – подбоченясь, торжественно провозгласил Чача. – Зовут меня Чаиндиржах Чахарамурда из Мануимов, хотя мои друзья кличут меня по-простому – Чача…
– Действительно, имя Мануимов мне знакомо… – произнес незнакомец. – Значит, ты из «соляных гномов»?
Чача лишь надулся и засопел.
– Меч-то, может быть, уберете? – покосившись на странного человека, промолвил Фридерик. – А то он только нас пугает…
– Меч, молодой человек – не самое страшное оружие в горах, – наставительно произнес незнакомец, бросив короткий взгляд на девушку. – Куда опаснее в этих местах меткая стрела, пущенная из-за скалы, или острый кинжал, брошенный из-за ближайшего камня…
– Надо так понимать, что кинжал у вас тоже есть? – угрюмо поинтересовался хоббит.
– Есть, конечно же…
С этими словами человек, в очередной раз, отбросил полу своего плаща (Фридерик вздрогнул – его рука потянулась было к рукояти короткого клинка под куртенкой) и извлек массивные металлические ножны, в которые тут же упрятал меч, наводящий не сказать какой страх на хоббитов. Гном малость поворчал (знать, для приличия), но опустил секиру. Мена, казалось, тоже расслабилась. Даже Мерик несмело выступил из-за спин сотоварищей и, с вожделением взирая на горячее пламя, направился к костру.
– Наши имена ты знаешь… А как же нам величать тебя, Северный Страж? – поинтересовалась девушка.
– Мм… Не буду возражать, если вы, уважаемые путники, будете величать меня Странником! – произнес незнакомец.
– О, нет! – еле слышно промолвил Мерик над ухом Фридерика. – Похоже, эти громадины недавно сговорились… Сплошные «старики» да «старухи»… А теперь еще – нате вам! – и «странники» завелись… Мы, кстати сказать, тоже странники! – И тут же заявил во весь голос:
– Странник – прозвище! А имя у тебя есть, уважаемый?
– Есть, – отозвался незнакомец. – Но оно известно только самым близким моим друзьям… Так что, не взыщите! Впрочем, если вы когда-либо услышите имя «Странник» – будьте уверены, разговор идет именно обо мне! В этих местах все называют меня либо этим прозвищем, либо Северным Стражем…
– Позвольте! – воскликнул Мерик (он уже успел присесть поближе к костру и вытянуть к огню озябшие ноги). – А мы слышали, что северные стражи разъезжают большими отрядами, останавливают и досматривают обозы… – С этими словами хоббит красноречиво покосился в сторону девушки, тоже пристроившейся у костра.
– Хм… – незнакомец пожал плечами. – Действительно, летом вдоль тракта постоянно следуют конные разъезды. Но обозы они не досматривают – торговцев мы и так знаем в лицо! Разъезды присматривают за порядком на дороге, поскольку среди обозных людей немало горячих голов, привыкших хвататься за оружие когда надо, и когда не надо… Но северными стражами конников, уж поверьте, не называют!
– А еще говаривают, – не отставал Мерик, – что таких путников, как мы, попросту хватают без разбору…
– Это не так! – возразил человек. – Мы, северяне, принимаем у себя в княжестве любых гостей! Лишь бы от них прок был…
– И еще рассказывают, – не унимался Мерик, – что горы к северу от перевала Уренхой усеяны костями одиноких странников, коих вы, северные стражи, усердно отстреливаете!
– Вранье! – возмущенно воскликнул Странник. – Кто вам такое мог сказать!? Горы – верно! – были некогда усеяны костями людей… Но не мирных путников, а воинов южных ратей, кои шли завоевывать северные земли по велению бездумных правителей Хордии и Руна! И было это веков, этак, семь-восемь назад! Врядли вам удастся нынче разыскать хоть пару человеческих костей средь этих древних гор… И вообще, сколько же нелепых слухов о нас, северянах, бродит по Средиземью!
– М-да… – красноречие Мерика иссякло. На какое-то время в разговоре наступила пауза. Хоббиты невольно расслабились, рассевшись на холодной земле подле костра, протягивая к горячему жару свои окоченевшие конечности да искоса поглядывая на изуродованное лицо незнакомца. Гном отложил в сторону секиру и, покрякивая, растирал промерзшие пальцы. Мена присела на корточки и, протянув руки к костру, неотрывно наблюдала за веселым танцем пламени. Альфа же крутилась подле огня, подставляя теплу то один, то другой бок. От ее шерсти валил пар…
– Мм… Стал быть, – промолвил Чача, – ты, уважаемый Северный Страж, и есть тот, кого в народе обычно называют норлонгами?..
– Норлонгами нас называют – в народе – лишь в Хордии и Руне, – заметил со странной усмешкой Странник. – В Арноре и Гондоре нас по-прежнему иначе как отступниками не величают… Мы же предпочитаем называть себя скельдами, то есть детьми Аскельда – сына князя Эленорна, правителя древнего Умбара и Харада!
– Похоже, свою историю вы успели увековечить в летописях, – недоверчиво промолвила Мена.
– Летописей мы не ведем! – спокойно ответил северянин. – Но память у нас долгая… Северная ночь, впрочем, тоже длинна! Костер скоро догорит.
– Вот-вот! – согласился гном. – А я только чуть-чуть пригрелся! Скажи, уважаемый Странник: коль ты умудрился буквально на наших глазах соорудить столь славный костер, не найдется ли здесь поблизости еще охапки дров, чтоб подбросить их в кострище? Уж больно хочется малость погреть свои старые косточки!
– Дрова – и верно! – найдутся, – ухмыльнулся человек. – Только всему свое время! А пока я хотел бы кое о чем порасспросить «странную компанию»…
– Это ты крался за нами несколько последних дней! – прервав незнакомца, обвиняюще воскликнула Мена. – Зачем тебе понадобилось шпионить? Ты сам сказал, что мирных путников здесь – на Северном тракте – никто не преследует! Что означает эта слежка? Отвечай!
– Я наблюдал за вами – верно! – несколько последних дней… – устало согласился тот.
– И наблюдал бы дальше! Что тебе от нас надо!?
– Надо? – удивленно вскинув голову, произнес человек.
– Верно! – воскликнул гном. – Мы – мирные путники! Бредем себе по Тракту, никого не трогаем! Лиха не замышляем!
– Да вы уж два дня, как потеряли Тракт! – фыркнул Странник. – И бредете в потемках прямиком на Энхойский ледник, где каждого, кто не знает этих мест, ждет верная смерть! Жалко мне вас стало – безо всякого злого умысла! Вот и всё!
– Погодите! – вступил в разговор молчавший до сих пор Томми. – Как же так? Что ж мы, значит, проезженную дорогу от глухой горной тропы отличить не можем? Не верю!
– Дорог в этих местах много, – терпеливо пояснил Странник. – Да только Тракт – один. Летом, может быть, вы и не сбились бы с пути. Но нынче всё занесено снегом, следов нет… Как же вам, не знающим здешних мест, отличить «действительный» Тракт от старой, заброшенной дороги?
Приятели переглянулись. Мена насупилась, но лишь продолжала сверлить недобрым взглядом незнакомца.
– Малый Северный Тракт пересекает Басманное ущелье ниже, милях в четырех на восток от того места, где мы расположились, – продолжал разъяснять тем временем Странник. – Вы же, по незнанию, пошли старым трактом… Когда-то, говорят, в этих местах был деревянный мост, изрядно сокращавший путь к перевалу. Но мост давно разрушен – даже следов не осталось…
– Чёрт! – воскликнул Мерик, воздев руки. – Это же всё объясняет! И почему мы несколько раз возвращались, и почему крутились на одном месте…
– Странно… – покачала головой девушка. – При мне никто не упоминал про это ущелье…
– Да вот же оно – лишь руку протяни, – Странник, махнул рукой в сторону расщелины, преградившей путь путешественникам.
«Этот человек не врет», – подумал Фридерик и спросил:
– А что собой представляет ледник?
– Ледник как ледник… – пожал плечами Странник. – Лед, снег и оч-чень глубокие, узкие, неприметные даже днем трещины… Если, не приведи Создатель, случайно провалишься в одну из них, то врядли сможешь самостоятельно выбраться! Поэтому те, кто хочет более-менее безопасно пересечь этот ледник – даже днем! – пользуются веревками…
– Веревками? – удивился Мерик. – Но зачем?
– Чтобы связаться по два, а лучше по три человека… – ответил северянин. – Тогда есть шанс выбраться в случае чего… Веревки-то у вас есть?
– Э-э… Есть, вроде…
– Мм… Что же я не так сделала? – еле слышно произнесла Мена, нахмурив лобик.
– В общем-то, ты всё делала правильно, – покивал головой человек. – Действительно, в это время года останавливаться на длительную ночевку – непозволительная роскошь! Особенно, не имея дров… Беда лишь в том, что вы, уважаемые путники, не знаете этих мест! Если бы вы не сбились с Тракта, не направились бы в сторону ледника, да еще и на ночь глядя – шли бы вы своей дорогой, а я бы понаблюдал за вами, да пошел своей…
Тут Странник легко извлек из складок плаща древнюю, на вид, трубку и неспешно закурил. Путники потянулись к мешкам, извлекая на свет убогие остатки еды. Первой затянувшееся молчание прервала Мена.
– Что значат, Странник, твои слова – «странная компания»? – негромко спросила она, искоса поглядывая на северянина. – И почему мы должны верить, что ты и есть Северный Страж, а не какой-то местный проходимец? Почему мы, вообще, должны тебе верить? Не потому же, что ты нас пригрел…
– Во-во! – пробасил Чача, внимательно разглядывая свою бороду в поисках, возможно, утерянных крох скудного ужина. – Впрочем, не стоит, мил-человек, обижаться на излишнюю подозрительность девушки! Мне, к примеру, тоже хотелось бы уразуметь эту историю с драконами…
Человек слегка осклабился, бросив на гнома короткий взгляд, и выпустил облачко сизого дымка.
– Ваша подозрительность меня не обижает. Более того, по-своему вы правы! Мало ли кто шатается по здешним местам. Хотя твои, девушка, слова про «проходимца» звучат для меня крайне оскорбительно!
– Беру их назад, если ты не можешь иначе ответить на мой простой вопрос, – слегка надув губы, промолвила Мена.
– А мне бы очень хотелось узнать, кто такие, вообще, северные стражи!? – воскликнул Мерик.
– А мне непонятно, всё-таки, что тебе от нас надо? – добавил Томми. – Если, как ты же и говоришь, в этих местах никто не трогает одиноких путников…
– И правда ли, что рассказывают про северных отступников? – продолжил Фридерик.
– Вот те на! – воскликнул Странник, хлопнув ладонями по коленям, и, откинувшись, громко расхохотался. – Я-то сам собирался задавать вопросы, а, оказывается, мне же и отвечать придется! Ну, молодцы! Хороший поворот, ничего не скажешь!
– А ничего не поделаешь! – развел руками гном. – Мы тебя малость опередили! Так что давай, первым выкладывай всё начистоту, а потом и мы ответим на твои вопросы… Если посчитаем нужным!
– Редкие наглецы! – продолжая смеяться, сказал северянин. – Давненько я с такими пройдохами не сталкивался! Ну да ладно… Только вот вопросов что-то многовато. Я уж и не знаю, с чего начинать…
– А мы напомним! – промолвила Мена. – Ты назвал нас «странной компанией».
– Верно! – кивнул Странник. – Так и есть! Дело в том, уважаемые путники, что в этих местах я обитаю – не живу, а именно обитаю! – уж не один десяток лет. И довелось мне повидать на этих горных тропах многое… Но ни разу я не видел столь, действительно, странной компании. Судите сами! Одинокий гном… Не надо обижаться! Редко, оч-чень редко в наши времена можно встретить гнома, путешествующего в гордом одиночестве.
– Мм… – проворчал Чача. – Всё меняется… Раньше мы, гномы, держались один одного, не знали вражды внутри своего народа, всегда были готовы постоять за собрата! Но времена уж не те! Наша некогда дружная семья раскололась на «правильных гномов» – детей Дарина, на «последователей Гимли», на «соляных» и «земляных» гномов… Эх! Нет согласия внутри некогда неразлучного народа! Потому-то и нет ничего удивительного, что я путешествую «в гордом одиночестве».
– Возможно, так оно и есть, – согласился Странник. – Только, поверь, ни разу до сих пор не приводилось мне видеть детей твоего народа, направлявшихся на север! Далее про компанию… Неожиданной спутницей одинокого гнома, заплутавшего вдали от веками обжитых мест, оказывается юная, стройная, вооруженная редкой красоты луком и умеющая, как я понимаю, им пользоваться, девушка…
– Даже не сомневайся – умею! – промолвила Мена сквозь зубы. Странник, не обратив, похоже, внимания на это замечание девушки, продолжал:
– Но самыми интересными в этой «команде», как по мне, являетесь вы! – Он указал пальцем на непринужденно развалившихся на камнях хоббитов. – Поначалу – следует признаться! – я принял вас за детей. И лишь спустя некоторое время понял, кто вы такие…
– В смысле? – озадаченно осведомился Мерик.
– Вы – полурослики, хоббиты из Восточной долины! Вот уж загадка! Что ж вам-то понадобилось на Севере? Зачем вы упрямо направляетесь невесть куда? Что вас толкает на это безумное путешествие? Ах! Вопросы-вопросики! Собственно говоря, именно это я и хотел узнать…
– Стоп! – воскликнул Чача. – Ишь, как хитро вывернулся! Ни на один вопрос не ответил, а сам пытается вызнать! А на т-те! А собака тебя, случаем, не заинтересовала, позволь узнать?
– Заинтересовала, позволь ответить! – незлобно огрызнулся Странник. – Я давно заметил, что собаки в этих горах скорее обуза, чем подспорье. С обозами, впрочем, бродят ха-арошие псины время от времени. Все они, впрочем, иной породы, да толку от них всё равно немного.
– А какие компании в этих местах «не странные»? – негромко спросил Фридерик, наблюдая за веселым перемигиванием угольев.
– Мм… – Северянин ненадолго задумался. – Вот вопрос! Действительно, ответить не так уж и просто…
– Ладно уж, не отвечай! – фыркнула Мена. – Почему именно тебя прозвали Северным Стражем?
– Длинная история… – вздохнул Странник. – Ночи, точно, не хватит!
– Врешь ты всё! – громогласно заявил Чача, извлекши таки из своей бороды затерявшуюся кроху хлеба. – Мы, гномы, со стародавними драконами имеем особые, я бы сказал, отношения! Не в пример другим народам Средиземья… Да что-то я не слыхивал, чтоб последние несколько веков эти дрянные создания на кого-либо нападали. Думаю, повыздыхали они давно.
– И я так думал по молодости, – покачав головой, промолвил Странник. – Пока с этими тварями не столкнулся воочию.
– Ох! – восторженно промолвил Мерик. – Неужели в наше-то время можно встретить хоть одного живого дракона!?
– Можно-можно! – заверила Мена. – Я знаю… Места их нынешнего обитания так и прозываются – Драконьи Пустоши! Это земли на крайнем западе Хордии! Я в тех краях не бывала, но рассказы слыхивала…
– Мы уклоняемся от темы! – заявил Томми. – Где ж ты, Странник, набрел на эти древние порождения Тьмы, как сам и выразился?
– Девушка всё сказала правильно, – ответил человек. – Действительно, на западе Хордии сохранились дикие, безлюдные, пустынные места, в коих доселе обитают драконы. Каково общее число этих древних тварей, никто толком не знает… Случилось так, что лет тридцать назад мне пришлось участвовать в сражении на Кармасском поле. Тогда-то, в самый разгар битвы, на нас и напали эти древние исчадия зла…
– О, я слыхивал про это сражение! – заявил Чача. – И хоть уйма народу, сказывали, полегло, дружина из Амунблата здорово врезала тогда вторгшемуся арнорскому воинству!
– Народу, и верно, полегло в той сече немало, – согласился Странник. – А вот насчет «врезала» – этого утверждать не берусь… Тем более, что я был на том бранном поле и всё наблюдал собственными глазами!
– Что же произошло на самом деле?..
– Так ли это важно сейчас? – осведомился незнакомец, и тут же продолжил: – Костер скоро совсем догорит; тогда мы засыплем его снегом и можем двигаться…
– Как, опять двигаться? – со вздохом произнес Мерик.
– Впрочем, любезные путники, – продолжал Странник, – вы так и не ответили на мой единственный вопрос – что вас гонит на север в столь неподходящее для подобных прогулок время?
– Задавать подобные вопросы мирным путникам тоже входит в обязанности Северного Стража? – спросила Мена.
– Входит! Еще и как входит! Должен же я решить, что с вами делать.
– Решить что делать?..
– Лично мне скрывать нечего! – громко заявил гном. – Я всегда честно отвечаю на прямые вопросы! Я покинул Салихард и своих уважаемых родственников э… скажем так, по политическим мотивам! А иду я на север, чтобы найти пристанище и – главное! – работу. Мы, гномы, как известно, на все руки мастера! Знаем древние ремесла получше людей, не в обиду будет сказано. Так что, думаю, от моих услуг вы, северяне, не откажетесь. Вот! Поработаю несколько лет, деньжат поднакоплю…
– А зачем тебе деньжата? – невинно поинтересовался Странник.
– Как зачем? – искренне удивился Чача. – Кто ж я в наше время без денег-то? И кто ты без них? Впрочем, я понимаю, куда ты, человек, клонишь… И верно, деньги мне нужны не просто так, а чтобы организовать ихспидицию в дальние, восточные горы.
– Экспедицию! – поправил Мерик.
– А мне всё одно, как оно называется… – махнул рукой гном. – Только куда именно я хочу направиться, тебе, северянин, я не скажу! Впрочем, кто знает – может статься, приживусь я в северном княжестве, свое дело открою… Как ты думаешь, Странник?
– Мм… Кто знает… Только народ у нас по части денег прижимистый… – негромко откликнулся человек. И Фридерику почудились в спокойном голосе незнакомца нотки сомнения; и подумалось хоббиту, что ничего-то гному на севере не светит…
– А вас, полуросликов, что на север гонит? – меж тем спросил Странник. Фридерик вздрогнул – вопрос, похоже, адресовался ему. «Что бы соврать? – лихорадочно соображал хоббит. – Ох, не мастер я на такие дела, не мастер… Не поверит мне северянин! Уж лучше язык за зубами держать, авось обойдется…» Он украдкой покосился на приятелей. В сгустившихся сумерках хоббит заметил (а быть может, почудилось ему), как Томми локтем двинул в бок Мерику.
– К-хе… – приятель откашлялся. – С нами и того проще! Изгои мы! Бедные, несчастные скитальцы!
– Скитальцы? – Странник рассмеялся. – Вот уж трудно в такое поверить!
– Трудно-нетрудно, да так оно и есть! – вдохновенно продолжил Мерик. – Повздорили мы с нашим Верховным Старостой. Он на нас и взъелся! Житья не стало… В яму определить нас решил, и нигде от него в нашем закоулке не укрыться, Удел-то наш ма-аленький! Вот и пришлось нам поспешно покинуть наши обжитые края да отправиться в поисках тихого уголка, чтоб не нашли нас, значит…
– Что ж на юг-то не двинулись?
– Мы и хотели… – горестно развел руками приятель. – Да Мена нас отговорила. Сказала, что не будет нам житья на юге… – При этом хоббит покосился на неподвижно сидящую девушку, но та промолчала. Фридерик с облегчением вздохнул – может, обойдется таки?
– Юлишь ты что-то, приятель, – вздохнув, произнес Странник. – Ну, да ладно. Как хочешь… А тебя, девушка, какая нужда на север гонит?
– Не на север, – буркнула Мена. – В сторону севера… Как пройдем перевал, так и пути наши разойдутся…
– Н-да… Вижу, отвечать откровенно на мои вопросы вы, милые путники, не желаете! Не спорю, может статься, и есть у вас на то причины, – подытожил минуту спустя северянин. Фридерик опасливо глянул в сторону человека. И почувствовал, как напряглась сидящая невдалеке девушка.
– Впрочем, кажется мне, что и лихого на уме вы не держите! – продолжил Странник. – Потому – отпускаю вас! Идите своей дорогой, а я пойду своей.
– Ты что же, бросить нас собрался? – воскликнул Мерик. – Одних, посреди ночи?
– И посреди этих злопакостных ледников-то, в этих мерзких местах? – заскрипел зубами Чача. – Это ж не по-людски…