![](/files/books/160/oblozhka-knigi-skitalcy-severnyh-predelov.-letopis-1-iz-epopei-quotposlednie-geroi-sredizemyaquot-si-376541.jpg)
Текст книги "Скитальцы Северных Пределов. Летопись 1 из эпопеи "Последние герои Средиземья" (СИ)"
Автор книги: george_george
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 24 (всего у книги 37 страниц)
Маг замолчал надолго, неторопливо попыхивая трубкой. Фридерик некоторое время тоже помалкивал, но, наконец, решился таки напомнить о своем существовании.
– Что же произошло с вами дальше?
– Дальше? – откликнулся Палландо. – Прежде, чем рассказывать, что произошло с нами дальше, следует кое-что еще прояснить. Как я уже сказал, валары никому не указывают, что надо делать! Мы, мудрые, были предоставлены сами себе, у нас была свобода выбора, но… От того, какое решение мы примем, и насколько устремлено будем двигаться к достижению цели, зависело, как скоро будет позволено нам вернуться в Валинор…
– Позволено?.. – недоуменно повторил Фридерик.
– Именно – позволено! Я не оговорился… Решение каждый из нас принимал самостоятельно, и не скрою, что это далось каждому из нас с превеликим трудом. Существовало лишь одно ограничение – Зарок валаров. Мы, мудрые, не могли использовать в землях Средиземья высшую магию, мы не должны были повелевать разумными созданиями, силой подталкивая их к тем или иным действиям, и не могли состязаться в могуществе с Сауроном и себе подобными, то есть с другими магами.
– То есть, вы должны были вести себя, как обычные люди, – воскликнул хоббит.
– Именно так, – устало подтвердил Палландо. – Ты спросил, что же с нами было дальше?
Фридерик хотел было поправить волшебника – его-то более всего прочего интересовала судьба самого Палландо. Но он благоразумно промолчал.
– Саруман Белый недолго довольствовался ролью главы Светлого Совета. Его обуяла тяга к безграничной власти. Поэтому он искал Кольцо Всевластья, одновременно распуская слухи, что Кольцо-де упокоилось навеки. С присущей ему самоуверенностью он бросил вызов самому Саурону, но был порабощен. С тех пор именно Черный Властелин направлял всеми действиями мага. И если бы Саурон добился таки своего, несомненно Саруман стал бы его правой рукой. К счастью, Гэндальфу удалось расстроить их вероломные планы.
– Вы говорите о тех магах, словно хорошо знали их, – заметил хоббит.
– Я действительно был с ними знаком, но лишь поверхностно, не близко, – подтвердил Палландо. – Однако было это задолго до того, как мы все оказались в Средиземье… Впрочем, не будем отвлекаться! Как тебе известно, Гэндальф Серый заслужил почет и уважение всех свободных народов за то, что внес неоценимый вклад в дело победы над самым страшным врагом. Он и раньше-то расстроил немало коварных планов Темных сил, только давние его заслуги вспоминают редко. Думаю, валары остались им довольны! Знать, поэтому ему – единственному! – было позволено вернуться в земли Заокраинного Запада.
– А Радагаст? – воскликнул хоббит. – Я считал, что он тоже вернулся в блаженные земли. Правда, много лет спустя.
– Мне об этом доподлинно неизвестно, – откликнулся маг. – Действительно, Росгобел – дом мага на западной окраине Великой Пущи – давно пустует. Но не думаю, что Радагаст Карий вернулся в Валинор. Скорее всего, он подался в очередные странствования. Ведь не секрет, что этого мага куда более привлекал мир зверей, птиц и прочей живности, чем дела мирские.
– Удивительно, – промолвил в раздумье Фридерик, – что про Гэндальфа, Сарумана и Радагаста известно всем. А имя Палландо, вроде, никто и не знает…
– Ну-с, милсударь хоббит, – усмехнулся маг, – не было бы ничего удивительного в том, что обо мне никто в Средиземье и не слыхивал… Оно даже и понятно – ведь я большую часть времени провел за Завесой. Удивительно другое: в хрониках конца Третьей Эпохи упоминается и мое имя, и имя Алатара! Думаю, впрочем, что о нашем прибытии стало известно эльфам – к ним стекались многие известия! – а от эльфов эти сведения, возможно, просочились к людям… Кстати, те же хроники утверждают, что мы, синие маги, сгинули где-то на востоке. Так считалось до 1500 года. Именно тогда маг Алатар вернулся в изначальное Средиземье после долгих скитаний.
– Но что же с вами лично сталось?
– Я что ли отчет тебе должен представить? – огрызнулся Палландо. – Только этого не хватало!
– Нет-нет-нет! – запротестовал Фридерик. – Простите меня великодушно, если что не так! Мне просто интересно…
– Интересно ему, видишь ли… – проворчал маг, вновь раскуривая трубку. – Достаточно знать тебе, что меня достаточно поносило по белому свету. Бывал я и в землях вастаков, и в землях южных племен. Но никогда не вмешивался в дела людей… Позже я вновь вернулся на милый моему сердцу Север. Я пытался отследить, как далеко раскинулись тенета Тьмы, но вскоре выяснил, что Саурон, по всей вероятности, даже не удостоил своим вниманием поодинокие племена людей, что ютились на краю человеческой юдоли. Конечно же, племена нордов – древних обитателей пустынных северных островов – весьма многочисленны, хоть и разрозненны. Но я знаю, что посланцы Врага никогда не наведывались в эти земли… И тут меня захватила новая идея! Собственно говоря, эту идею нельзя назвать новой: она витала в воздухе с первых дней моего пребывания в этих неизведанных землях! Посмотри внимательно вокруг себя, Фридо, и скажи, что ты видишь?
Хоббит лишь недоуменно покрутил головой во все стороны.
– Ничего особенного не вижу, – разочарованно сообщил он. – Одни каменные стены.
– Верно, – согласился Палландо. – Но кто возвел эти стены?
– Эльфы! – воскликнул хоббит. – Это же всем известно!
– Всем известно, мой юный друг, – наставительно промолвил Палландо, – что эльфы в этих местах никогда не обитали!
– Как же так? – удивился Фридерик. – А откуда же взялась эта башня?
– Как тебе известно, может быть, – устало пояснил маг, – перворожденные пробудились к жизни – согласно преданиям! – на берегах таинственного залива Куйвиэнен. Многие современные летописцы уверяют, что земли эти располагались где-то в районе озера Рун, но на самом деле – поверь мне! – они находились заметно северо-восточнее. Но не будем отвлекаться! Итак, часть эльфов, послушных Зову валаров, отправилась в тяжелый поход и после многих тягот достигла берегов Амана. Некоторые, отринувшие Зов, оставались до поры в землях Средиземья. Многих захватил в плен Извечный Враг – Моргот и, извратив их суть, вывел не свет омерзительную расу орков. Часть же эльфов рассеялась по огромному континенту, и следы последних затерялись в тысячелетиях… Конечно же, я не мог не обратить внимания на эти творения нечеловеческих рук! Различия с белыми башнями, что на берегах залива Лун – несомненны, но общего гораздо больше! Конечно же, это дело рук древних эльфов! Но куда подевалась эта безвестная ветвь Старшего Народа – вот загадка!
– И вы, конечно же, это выяснили? – с надеждой спросил заинтригованный хоббит.
– А, – Палландо устало махнул рукой. – На этом пути меня ожидали лишь неудачи да разочарование… Поверь, многие годы потратил я, чтобы вновь обойти все восточные земли. Я собирал самые невероятные слухи, тщательно анализировал древние предания местных племен, но… – маг лишь развел руками. – Мне не повезло! Конечно же, я без труда нашел в древних легендах упоминания о некоем загадочном племени, вождям коего поклонялись, как божествам; в речах многих народов также легко угадывались прижившиеся слова, имеющие явные корни древнеэльфийских наречий… Но это всё – пустое! Башни – вот единственное материальное свидетельство давнего присутствия в этих землях неизвестных эльфийских племен – и они, заметь, разбросаны по всему континенту! По ним, кстати сказать, можно уверенно судить о том, что загадочное племя медленно двигалось на юг, я же неуклонно двигался по его едва приметным следам. Но в песках Великой пустыни след племени окончательно затерялся…
Волшебник лишь глубоко вздохнул и продолжил через какое-то время:
– Так для меня закончилась Третья Эпоха; вместе с ней закончились времена эльфов, волшебников, драконов, орков и прочее… В землях Средиземья воцарил долгожданный мир, а в тихие и сытые годы кому придет на ум связываться с магами, которые, как известно, всегда были лишь вестниками лихих событий? Впрочем, я и не собирался предлагать свои услуги правителям. Я обосновался здесь, на севере, кое-как навел порядок в этой древней обители, что стала моим убежищем на долгие годы вынужденного отшельничества, и занялся тем, с чего и начинал в свое время. Я стал понемногу собирать свою собственную библиотеку!
– Библиотеку? – изумился Фридерик.
– Я ведь говорил тебе, что книги – моя страсть! Первые рукописи я привез с собой из самого Валинора и надежно укрыл их на время моего вынужденного отсутствия. Все последующие годы я много путешествовал, и постепенно у меня скопилось немало удивительных и редкостных книг. Конечно же, моя библиотека уступает великолепию хранилищ Минас-Тирита и Аннуминаса, зато у меня имеются рукописи, которых не сыщешь нигде более на белом свете!
– Как же вам это удалось? – поинтересовался хоббит. И он невольно усмехнулся, представив себе, как волшебник, крадучись, выносит очередную книгу из библиотеки какой-нибудь твердыни.
– Что – это? – тут же осведомился маг. – Уж не подумал ли ты, по простоте душевной, что я пристрастился к обыкновенному воровству на старости лет?
– Нет, конечно же, – соврал хоббит.
– Врешь, по глазам вижу! – воскликнул Палландо. – Конечно, я никогда не опускался до подобного! Часть книг мне удалось купить, но это была лишь малая часть… Большинство же книг я тщательно скопировал, и поверь, их не отличишь от оригинала! Даже массивные кожаные переплеты. Ах, на это ушла уйма времени – ведь путешествовать мне приходилось, по большей части, скрытно – но я не жалею.
– А что вам известно про других магов? – осторожно спросил Фридерик. Маг нахмурился и ненадолго задержал свой взгляд на хоббите.
– Ничего более, чем известно всем… – проворчал он и покосился на таинственный фолиант, что продолжал лежать у него под рукой на краешке столика. – Не будем отвлекаться! Ты порадовал старика. Давненько мне не приходилось иметь дело с незнакомыми рукописями. Так и хочется поскорее запереться в своих покоях да заняться этой Книгой.
«Он уклонился от ответа, – отметил про себя хоббит. – Почему?» Вслух же спросил:
– Вы так и живете здесь один? Все эти годы?
– Ну, почему же один? – откликнулся маг. – С приходом скельдов у меня появились друзья. Меня частенько навещают даже местные правители. Кто просто из чистого любопытства, а кто в надежде получить дельный совет. Зимы, как правило, я провожу в этих стенах – куда денешься? – маг развел руками. – А летом предпочитаю недальние путешествия. Меня даже в шутку прозвали северным скитальцем…
– Ах, – криво усмехнувшись, произнес Фридерик. – Похоже все мы нынче – скитальцы…
Маг украдкой покосился на приунывшего хоббита и негромко промолвил:
– Сдается мне, что ты тоскуешь по своему Залучью.
– Ах, вы и не поверите! – воскликнул Фридерик, всплеснув в ладоши. – Времени-то прошло всего ничего, а я уж соскучился по родным местам – сил нет! Когда же вновь я увижу дивные перелески, чистые ручьи, холмы да овражки? И увижу ли вообще… – и, помимо воли, на глаза молодому человеку накатила нежданная слеза. Впрочем, Фридерик ее тут же смахнул – не к лицу добропорядочному хоббиту распускать сопли на виду у всех!
– Ну-у… – волшебник лишь глубоко затянулся и выпустил колечко сизого дыма. – Не стоит столь уж драматизировать события… Вернешься ты домой – не сомневайся! Эх, мне ли не знать, что нет ничего более приятного в дальних странствиях, чем под конец пути вернуться в родные края!
– Вы тоже мечтаете когда-нибудь вернуться в Валинор? – догадался Фридерик.
– Естественно, – легко согласился маг. – Разве в этом есть что-то предосудительное? Конечно же, я надеюсь вновь увидеть величественные Пелоры, прогуляться по вековечным лесам Оромэ, промчаться на диком скакуне по бескрайним равнинам Йаванны и подняться на поднебесную башню Ильмарин, что на вершине горы Таникветиль, откуда взору открывается самые дальние просторы Арды… Но время течет, и с каждым годом мои надежды становятся всё призрачнее… Похоже, их не осталось уж и вовсе…
– Но почему же вы не вернулись на родину вместе с последними эльфами? – воскликнул озадаченный хоббит. – Что вам помешало?
– Похоже, молодой человек, ты так ничего и не понял из моего рассказа, – сурово произнес маг и укоризненно покачал головой. – Даром я, стало быть, здесь в красноречии упражнялся! – Хоббит только шмыгнул носом да втянул голову в плечи. – Мне – пока! – не дозволено возвращаться!
– Я вас понимаю, – негромко промолвил хоббит.
– Даже не тешь себя надеждой, Фридо – ты не можешь понять!
С этими словами маг резко поднялся и, даже не одарив хоббита прощальным взглядом, направился к двери (Книга чудесным образом исчезла в складках длинного плаща).
– А мне-то что делать? – растерянно воскликнул Фридерик.
– Тебе? – Палландо на миг обернулся в дверном проеме. Рука его внезапно взметнулась, и на столик перед ошарашенным хоббитом упал черный сверток – кисет с заморским табаком (хоббит понял это по запаху).
– Думаю, – промолвил маг на прощание, – это не ускорит твое выздоровление, но прояснит разум!
С этими словами Палландо скрылся за дверью чертога. «Ах, – подумал хоббит, – я так и позабыл расспросить мага о Северной Твердыне». И невольно глянул на молчаливую Альфу. Псина смотрела на него укоризненно.
========== Глава 15. Вопросы Фридерика. ==========
Остаток ночи – а до рассвета оставалось совсем немного – Фридерик так и не сомкнул глаз. Устроившись кое-как в неудобном, жестком кресле (подложив под спину подушку), он неспешно раскурил трубку и, наслаждаясь дивным заморским табачком, неторопливо вспоминал разговор с магом. Палландо рассказал много чего интересного и необычного, но, как показалось молодому человеку, еще о большем умолчал.
«Итак, если верить Палландо, все маги неплохо знали друг друга. Вернее сказать, знавали, но в очень давние времена. Вражды между ними не было. Почему тогда, действительно, Старик сам не отправился на Север с таинственной Книгой, но почему отправил меня, хоббита?» Ах, этот вопрос Фридерик задавал себе неоднократно, и рассказ Палландо никак не проливал свет на эту загадку. Скорее наоборот, только еще больше всё запутал.
Почему мага так заинтересовала точная дата, когда Фридерик обнаружил Старика? Почему он так удивился, когда хоббит, стараясь выкрутиться из неловкого положения, ляпнул, что маг-де был в беспамятстве? И вновь же – такая странная реакция волшебника на простое сообщение о том, что Фридерик заглядывал в таинственную Книгу…
Хоббит только обхватил голову руками: вопросов было столь много, что, казалось, они не умещались в голове молодого человека. К тому же, голова побаливала, отчего мысли путались и разбегались, и Фридерик никак не мог сосредоточиться на чем-то одном.
Книга… Странно, но каждый раз, рассуждая о, казалось бы, случайных событиях, что происходили на глазах Фридерика последнее время, он упорно наталкивался на эту загадочную Книгу. Она была рядом со Стариком, когда тот недвижно лежал на склоне Дикого оврага; именно после того, как Старик оставил Книгу хоббиту «на сохранение», начались самые горькие годы в жизни молодого человека (гибель матушки, смерть старухи Жебреницы и прочее, о чем и вспоминать-то не хотелось). И, наконец, Старуха из разрушенной крепости… Фридерик никак не мог выбросить из памяти скрюченные, покрытые старческими пятнами пальцы старой женщины, сжимавшей в мертвых руках эту таинственную Книгу.
«Похоже, Книга оставляет за собой след из мертвых тел, – подумал Фридерик. – Возможно, я тоже стану лишь вехой на этом жутком пути. И ведь это только чудом не случилось недавно!» От этой мысли хоббита едва не замутило, и он, закрыв глаза, попытался заставить себя «переключиться» на другую тему, но тщетно… Перед внутренним взором Фридерика постоянно кружились растрескавшиеся страницы таинственной Книги Старика вперемешку с разрозненными страницами «его собственной» древней рукописи; на это видение странным образом накладывалось лицо белоглазого мага в синих одеяниях Палландо; матушкино обличье вдруг оборачивалось сведенным в предсмертных судорогах лицом Старухи из бывшей Тиминской крепости. И вдобавок ко всему хоббиту привиделся обезображенный Странник, нежно обнимающий странную девушку Мену, и Чача, ехидно ухмыляющийся и корчащий рожи. За спиной гнома маячили тени его верных приятелей, при этом Мерик небрежно трепал Альфу по холке. И еще дальше, на фоне темного неба, неслышно неслись призрачные всадники на черных, лихих скакунах…
Фридерик вздрогнул и, казалось, очнулся. «Ах, – подумал он, – чего только не привидится после бессонной ночи и в горячечном бреду?»
– Нет, так дело дальше не пойдет! – наконец воскликнул хоббит, решительно отбрасывая остатки утренней сонливости. Вскочив с кресла, он подобрал разлетевшиеся по зале страницы Алой Книги, нашел несколько чистых с одной стороны листов (многие были изрисованы схемами и картами) и подобрав с полу огрызок карандаша, вновь устроился в кресле напротив камина.
– В этом надо разобраться! – громко произнес он, окончательно отгоняя дремоту. И тут же сам задал себе вопрос: «А нужно ли? Что там сказал давеча Палландо? В дела мудрецов нос не суй – можешь головы лишиться…»
– Я в ваши дела носа и не совал! – невесело произнес Фридерик. – Жил себе тихо-спокойно, никого не трогал! Вы сами меня в это всё втянули! Так что теперь – уж извините, как говорится…
Ах, конечно же хоббита так и подмывало отнести все последние злоключения, что произошли с ним и его друзьями, к трагическим, но всё же случайным событиям. Всё уже кончилось! Скоро настанет весна, и жизнь вновь вернется в прежнее беззаботное русло! Но он только вздохнул и покачал головой… Был какой-то неправильный, какой-то подозрительный перебор несчастий, что обрушились на его голову последнее время. И он инстинктивно почувствовал, что нечто таинственное раскручивается именно вокруг него.
– В этом надо бы разобраться, – снова произнес он и взялся за карандаш. На чистом обороте страницы он провел жирную вертикальную черту и написал мелкими буквами слева вверху: «Вопросы?», а справа «Ответы». Потом немного подумал и дописал «(предположения?)», дважды подчеркнув это слово.
– Итак, приступим…
Фридерик записал в левой части: «1). Почему так важна точная дата, когда я нашел Старика?» Подумав немного, хоббит дополнил вопрос: (Горгорот – Мордор; Волшебник? Высвобождение Темных Сил?). Поглядев на написанное, он вздохнул и записал в правой части: «Старик является свидетелем (участником?) неких событий, которыми интересуется Палландо.»
Некоторое время Фридерик недовольно рассматривал последнюю фразу, оперевшись подбородком на руку. Затем вздохнул и, вновь взявшись за карандаш, решительно вычеркнул слово «свидетелем» и дописал – «пр. 19-20 апреля 3911 года по Л.Х.»…
…Здесь в нашем повествовании надобно сделать небольшую паузу. Как известно, Алая Книга, которой так гордился Фридерик, и которую он постоянно таскал с собой в своем походном мешке, была утеряна. Приходится лишь догадываться, как выглядела эта древняя рукопись.
Впрочем, чудесным образом сохранились отдельные страницы рукописи (по ним-то и можно судить о том, что представляла собой Книга Фридерика). И особенно удивительно, что на обороте нескольких отрывков древнего текста помимо двух-трех наспех составленных карт Средиземья (принадлежащих, несомненно, руке самого Саари) до наших дней дошла страница с неимоверно проницательными «вопросами-ответами» Фридерика, записанными его собственной рукой ранним утром 11 ноября 2492 года по Н.Л. в башне Тархан-Соэль. Ниже мы приводим этот текст полностью:
***
Вопрос:
1). Почему так важна точная дата, когда я нашел Старика?
(Горгорот – Мордор; Волшебник? Высвобождение Темных Сил?)
Ответ (предположения):
Старик является свидетелем (участником?) неких событий, которыми интересуется Палландо – пр. 19-20 апреля 3911 года по Л.Х.
***
Вопрос:
2). Какую роль в этих событиях сыграла Книга? (текст древнельфийский)
Ответ (предположения):
?
(Не участвовала ли Книга в этих событиях?)
***
Вопрос:
3). Кто был «старым другом» Саари?
(Горный ястреб? Почему Палландо никак не отреагировал?)
Ответ (предположения):
Алатар???
(Кто еще?)
***
Вопрос:
4). Почему Старик (Саари) сам не отнес Книгу в Тархан-Соэль?
(почему Книга должна была попасть к Палландо?)
Ответ (предположения):
?
1). Старик не мог оставить Книгу при себе, поскольку его искали (преследовали). Он заметал следы. Я просто подвернулся под руку.
2). Старик не хотел встречаться с Палландо, но не мог оставить Книгу при себе (?).
3). Старик намеревался именно меня отправить к Палландо (?). Книга была лишь предлогом.
***
Вопрос:
5). Почему Палландо и Старик были удивлены, что я раскрывал Книгу?
Ответ (предположения):
1). Книга не предназначена для простых смертных: в ней содержатся сведения, которые не должны знать простые смертные. (Тогда Книге не место в нашем мире?)
2). На Книгу наложено заклятие??? (Смерть Старухи)
***
Вопрос:
6). Какую роль играют призрачные всадники? Кто они? (Назгулы? Их видит Альфа и видела Мена, но более никто. Они охотятся за мной или за Книгой? Или за Стариком?)
Ответ (предположения):
?
(Кому они служат? Надо ли об этом поговорить с Палландо?)
***
Вопрос:
7). Кто такая Альфа?
Ответ (предположения):
?
(Она может не иметь к этому делу никакого отношения.)
***
Вопрос:
8). Как в это замешана Мена?
Ответ (предположения):
(Надо поговорить с девушкой.)
***
Вопрос:
9). О чем хотел рассказать, но не рассказал Палландо? (Что волшебники утаивают от людей?)
Ответ (предположения):
Я решительно не увидел в рассказе Палландо ничего такого, что следует утаивать от простых смертных! К чему тогда зловещая притча: в дела мудрецов носа не суй.
1). Он рассказал нечто такое, о чем мне знать не следует, но я на это не обратил внимания (Черная Завеса? – врядли)
2). Он передумал мне об этом рассказывать по ходу разговора.
3). Просто сменилась тема. Тогда следует ожидать продолжения.
***
Вопрос:
10). Кто такой Странник?
Ответ (предположения):
?
(Надо поговорить)
***
На этом сохранившийся фрагмент записей Фридерика прерывается…
Уголья в камине почти погасли. Неясный утренний свет понемногу заполнял сумеречные покои. Фридерик же по-прежнему сидел в неудобном кресле, хмурил брови и недовольно рассматривал пожелтевший лист бумаги со своими пометками. Затем, лениво потянувшись, обвел жирными кружочками вопросы первый, второй, четвертый и девятый. Только после этого хоббит удовлетворенно вздохнул и огляделся по сторонам.
– Однако, пора вставать… – зевнув, заключил Фридерик, ни к кому конкретно не обращаясь. Покинув кресло и попрыгав немного на месте, чтобы размять затекшие от долгого сидения ноги, он направился в угол залы, где заранее заприметил тазик с водой на невысоком табурете. Ополоснувшись холодной водой и немного пофыркав, хоббит приободрился и направился было к входной двери.
– Ах ты, телепень бестолковый! – внезапно воскликнул он, хлопнув себя по лбу. – А ведь я так и не спросил позволения Палландо покопаться в его библиотеке! Совсем мне маг голову заморочил! Надо же… А ведь там, поди, могут сыскаться ответы на многие мои вопросы!
Хоббит лишь сокрушенно покачал головой и решительно толкнул массивную дубовую дверь.
Тяжелая каменная балюстрада отделяла галерею, на которой оказался Фридерик, от широкого «колодца» (футов тридцать в диаметре), что занимал всё внутреннее пространство башни. Осторожно Фридерик приблизился к краю «колодца» и заглянул вовнутрь. Где-то далеко снизу виднелись неровные гранитные плиты – «дно колодца», надо понимать. У хоббита даже голова закружилась – как известно, этот народец некогда предпочитал жить и вовсе под землей, а потому всякое наземное строение выше двух этажей было для них непривычным и крайне подозрительным.
Хоббит глянул вверх и обнаружил, что «колодец», заметно сужаясь, постепенно теряется в густом, синем тумане, что наполнял всё внутреннее пространство башни. От этого тумана, похоже, и исходил неяркий, голубоватый свет. Случайно глянув на свои руки, хоббит вздрогнул – в неясном голубом свете они походили на конечности утопленника.
Впрочем, вдоль галереи горели самые обычные, смоляные, яркие факелы. Их свет источал тепло и отбрасывал рыжие тени по углам, потолок же над факелами украшали черные подтеки сажи.
В «колодце» висела напряженная тишина; лишь отдельные тяжелые капли падали вниз и исчезали в глубине провала, отдаваясь слабым эхом. Хоббит невольно отпрянул от балюстрады, прижавшись спиной к холодной стене.
– Ох, и неприятненькое местечко, – прошептал он и бочком двинулся вдоль галереи. – Запомнить бы, где моя комната. Крестик на двери поставить, что ли…
Вскоре, впрочем, обнаружилась широкая, витая лестница, что уступами спускалась вниз. Спустившись на один ярус, Фридерик попал на очень схожую галерею. Вдоль нее следовали открытые залы. В некоторых из них стояли высокие кресла возле каминов, в каминах же пылал яркий огонь; в других присутствовали длинные столы, за которыми, казалось, могло усесться никак не менее ста человек. В стенных нишах высились каменные изваяния неведомых воинов (а может статься – королей, кто ж их разберет!), а между узорчатых потолочных балок виднелись чьи-то древние обличия. Фридерик нервно передернул плечами и спустился еще на этаж ниже.
Здесь, наконец-то, хоббит почувствовал себя увереннее. И не столько потому, что помещения оказались не столь огромными, а оттого, что чуткий нюх его уловил всем известные признаки еды.
– Кухня! – воскликнул Фридерик и, полузакрыв глаза, двинулся в сторону аппетитных запахов. Вскоре он очутился в небольшом (сравнительно) помещенице, посреди которого стоял грубо отесанный стол, вплотную приставленный к каменной, пышущей жаром плите, а вдоль стен располагались многочисленные шкафчики и шухлядочки, от которых и исходил восхитительный аромат. В животе у хоббита заурчало…
– Как же я голоден! – воскликнул Фридерик. Прошло немного времени и хоббит, обследовав шкафчики и шухлядочки, соорудил себе вполне приличную трапезу. Конечно же, он вскоре выяснил, что удивительный запах исходит, в основном, от многочисленных трав и соцветий, коими в избытке были заполнены все полки буфетов и шкафов. Тем не менее хоббит остался вполне доволен обильным, хоть и не очень разнообразным завтраком.
Повеселев, Фридерик опустился еще на один этаж и, попав на самое «дно колодца», удивленно воскликнул:
– Это же конюшни!
И действительно, весь периметр округлого двора был опоясан небольшими стойлами для лошадей – наметанный глаз хоббита сразу подметил эту особенность. Впрочем, ни сена, ни трав, ни хвороста не было в пустых загонах: видать, много лет стены башни не видывали здесь этих удивительных животных. Фридерик лишь вздохнул.
Огромные, стрельчатые ворота в центре залы хоббит заприметил давно. Знать, это и были врата Тархан-Соэль.
Фридерик нерешительно приблизился к ним. Створки были покрыты невиданным, излучающим свет узором. Скосив глаза, хоббит заметил небольшие холмики снега на полу у самых ворот и, услышав дальнее завывание неистовых северных ветров, невольно поежился. «Нет уж, – подумал он, – еще не хватало случайно открыть врата и впустить эту лютую стужу внутрь…» Непроизвольно передернув плечами, хоббит попятился и вскоре оказался у подножья широкой лестницы, по которой он и спустился вниз.
Вновь оказавшись на втором этаже (уровне?) башни, Фридерик решил обследовать помещения повнимательнее. Что-то же привлекло его внимание не так давно?
Не пройдя и десяти шагов, он остановился у невысокой темной двери, из-за которой доносился едва различимый монотонный шум. Через щели же проникали едва заметные струйки пара. Фридерик попереступал с ноги на ногу в нерешительности, но любопытство всё же взяло верх над рассудительностью, и хоббит толкнул дверь. На удивление, тяжеленная дверь легко распахнулась.
– Баня! – восторженно воскликнул хоббит, не веря глазам своим.
Надо заметить, что многие считают хоббитов редкими грязнулями и неряхами. Это не так! Народец сей очень любит тщательно помыться, а особенно попариться. Можно смело утверждать, что искусство мыться немногим уступает в хоббитских обычаях искусству курения трубки. Потому в каждом хоббитском доме вы найдете объемистую бадью, которую частенько наполняют горячей водой, а также все необходимые для процедуры омовения принадлежности, а именно: мыло, мочало, полотенца и скребцы самого замысловатого вида и размеров.
В домах не очень зажиточных хоббитов для процедуры омовения использовались, как правило, кухни. Оно и понятно: рядом плита с горячим «жбаном». В домах же «богатеев», или зажиточных хоббитов, присутствовали отдельные «жбанные комнаты», или попросту говоря, бани. Впрочем, Фридерик лишь краем уха слыхивал про такое, но в жизни не видывал. Оттого, видать, он и застыл с широко разинутым ртом на пороге диковинной комнаты.
Посреди не очень большой залы (по меркам Тархан-Соэль, естественно) высился округлый, деревянный бассейн футов десять в диаметре и около четырех в высоту, до краев наполненный водой. Над бассейном подымался легкий пар, поверхность же воды покрывали пенные разводы. Рядом с бассейном стояли многочисленные лавчонки и табуретики, на которых в беспорядке были разбросаны свежие махровые полотенца, мыльца самых разнообразных и нежных цветов, а также прочие банные принадлежности. В глубоком камине полыхал удивительно жаркий огонь, а развешанные по стенам сухие травы наполняли зал неслыханным благоуханием.
– Сказка… – невольно вырвалось из уст молодого человека. – Как же давно я не мылся!
И тут, внезапно, хоббит почувствовал, как всё его тело зачесалось! Не в силах более себя сдерживать (лишь поплотнее прикрыв дверь) Фридерик торопливо разделся, побросав одежку как попало на ближайшие табурки, и с головой нырнул в горячую, ласковую водичку.
Как известно, впрочем, хоббиты плавать не любят. А потому к воде относятся крайне подозрительно (исключение составляют бани). Бассейн, в который очумя голову сиганул Фридерик, оказался не исключением. Тем более что был он на редкость глубоким (по меркам хоббитов, опять таки). Мгновение спустя хоббит вынырнул, тяжело сопя и отфыркиваясь. Опершись локтями о края деревянной лохани, он некоторое время рассуждал, как же устроиться поудобнее и, наконец, не придумав ничего лучшего, подхватил ближайшую табурку и поместил ее на дно бассейна.
Усевшись таким образом (пенная вода доходила лишь до груди), Фридерик расслабился. Умудрившись дотянуться до трубки и раскурив ее, хоббит и вовсе почувствовал себя на вершине блаженства. «Как тепло! Как уютно! И плевать на эти северные метели, беснующиеся ветра и призрачных преследователей! Ах, как хорошо, как спокойно…»