![](/files/books/160/oblozhka-knigi-skitalcy-severnyh-predelov.-letopis-1-iz-epopei-quotposlednie-geroi-sredizemyaquot-si-376541.jpg)
Текст книги "Скитальцы Северных Пределов. Летопись 1 из эпопеи "Последние герои Средиземья" (СИ)"
Автор книги: george_george
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 26 (всего у книги 37 страниц)
Очень скоро Фридерик сообразил, что книги расставлены в библиотеке в каком-то определенном порядке, но как – это был вопрос! Большей частью корешки книг были гладкими и блестящими, без единого намека на автора или содержание, но на многих отчетливо проступали древние руны (хоббит без труда узнал их – помнил по загадочной Книге Старика). Некоторые книги были помечены странными знаками: разлапистое кривое дерево (северный дуб – что ли?), трехлистная лилия (такие водились в озерцах Редколесья), стройная башня и льющиеся струи воды…
Хоббит выхватил наугад несколько книг с нижних полок – ничего особенно интересного! – и, наконец, понял, что без посторонней помощи разобраться в этом лабиринте былых познаний не сможет. Так и придется ему, как котенку слепому, тыкаться наугад.
Чем же занимались в это время прочие спутники хоббита?
Томми, и особенно Мерик, некоторое время буквально преследовали своего друга, доводя его до умопомрачения, но, всё же отстали.
Позже молодой человек выяснил, что после многочисленных, но абсолютно бесплодных попыток найти «схованки» Палландо, друзья угомонились на какое-то время (Мерик – в первую очередь, Томми же никогда и не разделял заумных идей друга, хотя и поддерживал его во всех начинаниях – по привычке, надо полагать), но занялись «азартными играми», к коим их пристрастил гном Чача.
Про себя Фридерик прозвал ту игру «кости».
Со стороны всё выглядело следующим образом: один из игроков, сидящий за округлым столом, бросал на стол угловатые кубики. На каждой стороне «кубика» была выдавлена какая-то цифра. Выпавшие «лицом вверх» цифры складывались. У кого сумма получалась большей – тот выигрывал.
Проблема была в том, что наспех сделанные из хлебного крошева «кости» быстро изминались и игроки тратили неимоверные усилия, чтобы догадаться, какое число выпало. Дело даже чуть не дошло до потасовки…
Фридерик некоторое время не без смеха наблюдал за этой глупой (по его мнению) игрой, и наконец предложил друзьям сделать «кости» из кубиков сахарных. Приятели послушались совета (лишь Чача что-то неразборчиво проворчал), и игра пошла живее. Фридерик же только пожал плечами: ну как можно тратить свое собственное, драгоценное время на подобные глупости? Лишь одно утешало хоббита – приятели перестали к нему приставать, а значит, он мог посвящать всё свободное время «библиотеке Палландо».
Надо заметить, что Альфа быстро поправилась и некоторое время даже сопровождала Фридерика в его недалеких переходах по башне. Особенно, стоило лишь хоббиту направиться на кухню. Еды для своей любимицы хоббит не жалел; прочие постояльцы также не забывали подбросить псине «кусочек» другой. Так что вскоре собака (собака ли?) заметно поправилась, шерсть ее стала блестящей и вальяжной. И вовсе уже не походила она на ту заморенную, захудалую дворняжку, в которую помимо воли превратилась за время недолгого путешествия по северным тропам.
Однако следовать за «хозяином» по крутым винтовым лестницам псина отказывалась наотрез. Бывало, могла и целый день пролежать у самой нижней ступеньки. Пытался, надо отметить, Фридерик и заговорить с ней ни один раз, но Альфа каждый раз укладывала угловатую голову на лапы и усердно делала вид, что дремлет. В результате хоббит плюнул и более с псиной заговаривать не решался. «Захочет – сама подаст знак», – решил он.
Мену после примечательного «разговора в бане» Фридерик практически не видел. Так, мельком – пару раз ранним утром на кухне. Чем занималась девушка, что ее тревожило и какие планы строила на будущее – для хоббита было полнейшей загадкой. Впрочем, он не особенно отчаивался по сему поводу.
Еще реже ему попадался на глаза Странник.
Потому, когда очередным утром он распахнул дверь библиотечной залы и в сумеречном свете увидел долговязую фигуру Северного Стража в кресле у камина, даже вздрогнул от неожиданности.
– Я не помешал? – учтиво осведомился хоббит, но про себя подумал: «Не лучше ли было бы потихоньку смыться?»
– Нет, не помешал, Фридо… – откликнулся Странник, откинувшись в кресле, и привычно повернулся к хоббиту так, чтобы обезображенная часть лица не была видна в сером свете, что ниспадал из стрельчатых окон. Краем глаза хоббит отметил, что в камин брошены свежие, еще не разгоревшиеся, поленца.
– Говаривают, ты хотел перенести сюда свое ложе, – улыбнувшись, промолвил человек, – но лестница оказалась узковата!
– Кровать перенести? – удивился Фридерик. – Нет… Хотя, признаться, я подумывал, не переволочь ли сюда те шкуры, на которых спит Альфа, но побоялся, что собака обидится.
Странник лишь негромко рассмеялся.
– Вам, хоббитам, палец в рот не клади, сдается…
– Мы народец мирный и сговорчивый, – ответствовал Фридерик. «Чего ему от меня надобно-то?» – подумал про себя он и добавил:
– Любим тишину, покой и любопытные истории…
– И верно, – тут же согласился человек. – Что может быть приятнее, чем сидеть у теплого очага да читать любимую повесть, когда за окнами лютует зимняя стужа.
Фридерик нахмурился, и словно пелена разом слетела с его глаз.
– Тебя не было здесь несколько последних дней! – утвердительно произнес он.
– Точнее сказать, я редко появлялся здесь последнее время, – устало уточнил Странник.
– Где же ты был, чем занимался?
– Чем занимался… – Страж невесело ухмыльнулся. – Тем же, чем занимается последнее время твой приятель Мерик, как ни странно.
– В смысле?
– В смысле, искал всякие тайники.
– Тайники? – удивился Фридерик. – Так в башне действительно есть тайники?
– Есть ли тайники в башне, мне не известно! – отрезал Странник. – Но мне известно, что запасов продовольствия в кладовых не так уж много… Можно сказать, что закрома сей башни не рассчитаны на столь многочисленную компанию. И коль уж я сам вас сюда привел – мне и решать эту задачку.
– Но ведь Палландо…
– Всего лишь «мудрый», – промолвил Странник. – Он может дать дельный – мудрый! – совет, но превратить снег в буханку хлеба не может.
«Ах, – чуть не воскликнул Фридерик, – какой же я балбес! Пока я сиживаю в библиотеке да книжечки почитываю, Странник отыскивает под глубоким снегом тайные «схованки» северян и тягает припрятанное на крайний случай продовольствие в башню, чтобы мы не померли с голоду до весны! Понятно теперь, почему Мерик жаловался, что постоянно находит еду то в одной, то в другой шухлядке!»
– Мена тебе помогает, – догадался хоббит.
– Девушка оказалась неутомимой, сильной и куда крепче духом, чем я мог предположить, – серьезно ответил Странник. – И на редкость упрямой…
Фридерик невольно покосился на стрельчатое окно. За покрытыми загадочным узором стеклами бушевала ненастная вьюга. «Мы, хоббиты, могли бы помочь Страннику и Мене», – подумал он. И тут же со стыдом признался себе, что покидать пределы теплой (местами), уютной (относительно) и безопасной (уж это – верно!) обители ему не хочется. Мерик и Томми наверняка разделят его мнение. Что же касается гнома, то, как известно, сей древний народец долгое время может обходиться и вовсе без еды. И будет ли хоть какой прок от низкорослого гнома, когда всё вокруг засыпано метровыми снегами?
– Пожалуй, – наконец, промолвил Фридерик, – следует сообщить Мерику, что не следует маяться дурью…
– Как по мне, – заметил Странник, – пусть себе мается! Делать-то до весны всё равно нечего.
– Это точно… – со вздохом подытожил хоббит. – Но вам-то откуда ведомо, чем Мерик занимается?
– У стен сей башни, знаешь ли, есть и глаза, и уши…
«Глаза Палландо, надо понимать», – сделал для себя вывод Фридерик и, пристыженный, надолго замолчал.
Камин мирно потрескивал, несмелые язычки пламени взлетали над влажными поленьями, и серый дымок уносился в дымоход. «Ах, – подумал хоббит, – не удивлюсь, если и дрова Странник с Меной сюда таскают втайне от нас… Позор-то какой!»
– Что нынче читаешь? – негромко осведомился человек, полуотвернувшись и глядя, казалось, на робкое пламя.
– Да так… – угрюмо промолвил хоббит, – что под руку подвернется…
– И что подворачивается?
– Ох и не знаю! Какие-то сказания то про одних, то про других славных князей, как на подбор. Мне ж Палландо про свою библиотеку так ничего-то и не поведал! Только Алую Книгу достал с самой верхней полки. Мне же туда залезть – росту не хватает. Давеча встал на стул, почти дотянулся до полки, книга как рухнула – шишку набил вот здесь! – Фридерик показал пальцем.
– Шишку, говоришь? – Странник лишь усмехнулся краешком губ. – Шишка – не великая плата за приобщение к мудрости.
– Какое уж там приобщение… – вздохнул разнесчастный хоббит.
– Хм… – Человек кашлянул и окинул залу долгим взглядом. – Действительно, блуждать в этом скопище мудрых, но крайне однообразных, скучных и утомительных мыслей можно долго, и ничего путного из этого не выйдет! Здесь тысячи, десятки тысяч книг! Но следует знать, что самые ценные из них Палландо держит на верхней полке…
– А я-то как раз до нее дотянуться не могу! – пожаловался ничуть не удивленный Фридерик.
– Не исключено, что маг предвидел нашествие любознательных хоббитов, – вновь усмехнулся Странник.
– Издеваетесь, сударь, похоже…
– Ниже, на четвертой полке, – продолжил человек, – находятся книги, написанные в Первую Эпоху Средиземья… Толку от них тебе не будет – в основном они писаны на древнеэльфийских наречиях. Впрочем, вот эти ты прочтешь с удовольствием. По крайней мере, они переведены на всеобщий язык. – С этими словами он, приподнявшись на цыпочки, умело выхватил с полки два не очень увесистых фолианта. Фридерик невольно вспомнил, как ловко волшебник достал Алую Книгу с самой верхней полки. И тот факт, что его любимая книга оказалась в разряде «самых ценных», наполнило хоббита гордостью.
«Айнулиндалэ» и «Квента Сильмариллион» – прочитал Фридерик на обложках книг, небрежно брошенных на стол (названия эти ни о чем хоббиту не говорили).
– Еще ниже, на третьей полке, размешаются труды так или иначе связанные со Второй Эпохой, – продолжал меж тем Странник. – Ниже возлежит Третья Эпоха, а в самом низу – Четвертая и последняя на нашем веку… Видишь тот ряд томов?
Фридерик подошел поближе и разглядел двенадцать толстенных переплетов в темно-зеленой коже.
– Это знаменитейшая «История Средиземья», – пояснил Странник, – наиболее полное собрание преданий и легенд о нашем мире. Говорят, она создавалась на протяжении трехсот лет!
– А что за полки еще ниже? – поинтересовался хоббит.
– Ниже не лезь, не советую, – коротко ответил человек.
– Но знаки на торцах книг? Что они означают? – воскликнул Фридерик.
– Ничего не означают, – ответил Страж. – Но говорят о многом! Вот эти…
– Эльфийские руны! – уверенно промолвил хоббит.
– Хм… Верно! – Странник с удивлением уставился на молодого человека. – Откуда тебе известно это?
– Нет-нет! – Фридерик даже руками замахал. «Не хватало еще в десятый раз рассказывать историю Старика!» – И не думайте! Не знаю я древних языков… Просто… Ох, они настолько отличны от привычных букв, что поневоле догадаешься!
– Верно, – с сомнением в голосе согласился Странник. – Книги, помеченные этим знаком, содержат древние эльфийские тексты. Немногие в наше время смогут их прочесть, – и, предупреждая возможные вопросы, добавил: – Я – не исключение!
– А дерево? – поинтересовался хоббит.
– Белое Древо Гондора… – нараспев произнес человек, полузакрыв глаза. – Знак сей означает, что Палландо раздобыл эту книгу в сокровищницах Минас-Тирита.
– Лилия?
– Златоглавый Аннуминас…
– Тогда Башня – это Ортханк! – попробовал угадать Фридерик.
– Нет-нет! Это Дол-Амрот!
– А водопад…
– Пенные струи! – поправил Странник. – Это легендарный Имладрис или Раздол!
– А что делать с книгами, которые никак не помечены?
– Ничего особенного с ними делать не надо, – откликнулся человек. – Просто попали они сюда иными путями.
Фридерик попытался вспомнить, есть ли какие-либо пометки на загадочной Книге Старика, но так ничего и не припомнил. Что ж, по крайней мере, информация, которой снабдил его Странник, наверняка поможет его дальнейшим изысканиям. Возможно, он и перестанет быть «слепым котенком». Внезапно, повинуясь какому-то внутреннему чувству, он промолвил:
– Можно, я буду называть тебя – Арата?
Человек лишь одарил хоббита мимолетным взглядом исподлобья.
– Можно, – произнес он минуту спустя, вставая. – Но только в стенах этой твердыни… За ее пределами я – для всех без исключения! – Странник. Еще вопросы у тебя есть? – поинтересовался он, направляясь к двери. Конечно же это не было предложением задавать вопросы, но тут Фридерик, спохватившись, воскликнул:
– Северная Твердыня! Тебе это название о чем-то говорит?
– Северная Твердыня? – удивленно переспросил Странник, полуобернувшись в дверном проеме. – Конечно. Так мы, скельды, называем столицу нашего северного княжества – крепость Нордфост.
– Нордфост… – разочарованно повторил Фридерик. «Что там сказала последний раз Альфа: мы идем не в ту сторону? Но ведь дорога близ Тархан-Соэль ведет именно к Нордфосту? Что тогда имела в виду странная псина? Какую еще твердыню?»
– А других Северных Твердыней тут, случайно, нет? – спросил хоббит.
– Если и есть, мне о них ничего неведомо! – с этими словами Странник закрыл за собой дверь, оставив Фридерика наедине со своими думами и книгами.
После разговора со Странником (теперь Фридерик мысленно называл его Аратой) прошло немало дней. Хоббит чувствовал себя окрепшим и отдохнувшим. Былые недобрые сны его не преследовали вовсе. Более того, часто он просыпался с приятным чувством – словно ночью ему привиделось нечто удивительное и прекрасное. Впрочем, припомнить, что именно снилось, он не мог.
Тени его преследователей – призрачных всадников – и вовсе не тревожили молодого человека. Хоббит уж и вовсе не вспоминал те недавние события, в результате которых чуть не распрощался с жизнью. «Всё то» осталось, вроде, в другой жизни. Эта же жизнь была (признаться) скучна и однообразна, но не лишена своей прелести.
Вставал Фридерик рано. На скорую руку перехватив что-либо на кухне, он отправлялся в библиотеку и просиживал там, бывало, допоздна. А проще говоря – пока глаза не закрывались. Рецепт Странника (как отыскивать нужные книги) он усвоил, и теперь без труда – потратив два-три часа от силы – мог найти интересующие его книги. Конечно же, в первую очередь он внимательно прочел перевод древних эльфийских сказаний о сотворении Арды и о роковой участи некогда прекраснейшего края Белерианда (и перечитал еще раз наиболее интересные места). Признаться, никогда до сих пор хоббит даже не задумывался о столь давних временах, даже и представления о них не имел вовсе. Многое, очень многое, что описывалось в древних книгах, как-то не укладывалось в голове молодого человека. Уж очень таинственными и непонятными выглядели эти события, но оттого, возможно, еще более захватывающими.
С «Историей Средиземья» всё вышло по-иному. Оказалось, что только четыре первые тома посвящены самой истории (многое в них было позаимствовано из уже знакомых хоббиту книг), последующие же восемь томов представляли своего рода «энциклопедию», где в алфавитном порядке упоминались известные (и незнакомые хоббиту) имена, а также названия местностей, рек и гор – всё вперемешку. При этом каждый пункт «энциклопедии» буквально пестрел ссылками на другие пункты. Нетрудно и запутаться! Фридерик некоторое время порассуждал, зачем и кому понадобилось такое громоздкое и путанное повествование и, наконец, отложил тома в сторону. Но не очень далеко – вдруг да пригодятся… Еще хоббит отметил про себя, что нет никаких упоминаний об авторах сего громоздкого произведения. Но, припомнив слова Араты о том, что труд сей писался на протяжении трех сотен лет, решил, что авторами могли быть десятки летописцев.
О приятелях Фридерик также не забывал. Свое обещание – устроить «чтиво» самых интересных книг для друзей – он сдержал. Что, правда, не все пошло, как хотелось бы. Чача, верный спутник Мерика и Томми последнее время, уже через минут десять (стоило хоббиту начать читать вслух) принимался «клевать» носом, а через каких-то полчаса и вовсе начинал храпеть. Мерик держался дольше, но и он где-то через час начинал засыпать. Лишь Томми стоически выдерживал пару часов – казалось, ему, действительно, было интересно. Но вид мирно посапывающих приятелей начинал соответствующе действовать и на Фридерика: «чтиво» замедлялось, а вскоре и вовсе теряло всякий смысл.
Фридерик попытался представить себе, как бы он отнесся к подобному времяпрепровождению, и с грустью был вынужден признаться себе, что возможно, уснул бы раньше гнома. А потому вскоре практика «чтения вслух» была отменена. Приятели вернулись к своим «костям» и, казалось, вздохнули с облегчением. Фридерик тоже вздохнул с облегчением и вернулся к еще не изученным книгам.
Меж тем, время текло своим чередом.
Уж давно минул старый, 2492 год, и начался год новый…
Здесь следует напомнить, что со времен Арагорна Великого в объединенном княжестве Новый год начинался (официально) 25 марта – в день победы над Всеобщим Врагом. Однако не все народы и народцы признали в свое время это нововведение. Так, хоббиты продолжали вести счет времени по-своему. Северные изгнанники – норлонги также не признавали календаря Великого Правителя (такой вывод сделал Фридерик из скупых замечаний Араты).
Многие же народцы пристрастились праздновать Новый год дважды, что только добавляло нелишнего веселья к скучным, однообразным и вялым будням.
Надо заметить, что наши затворники так и не отпраздновали наступление Нового года. У хоббитов отмечать сею дату было не принято (прочих праздников вдоволь!). Мена и гном постоянно пребывали в крайне меланхолическом настроении; Странник же и маг столь редко появлялись «на люди», что и речь о каком-либо празднестве не шла. Ну и ладно. Главное – никто в обиде не остался!
За время вынужденного безделья хоббит ни раз (и ни два) сталкивался со Странником в библиотеке (странно, что более нигде он его и не видывал вовсе). Однажды хоббит спросил странного человека:
– Объясни, Арата, почему так получается: казалось бы, в разных книгах разные летописцы описывают одни и те же события… Ведь, как я понимаю, событие-то одно! И произошло там то, что произошло!
– Проще можешь выражаться, философ? – откликнулся Арата, покуривая кривую трубку.
– Проще? Хм… – Фридерик наморщил лоб. – Проще уж некуда! Почему одни и те же события описываются по-разному?
Странник лишь загадочно ухмыльнулся.
– Тебе случалось слышать расхожую фразу: историю пишут победители?
– Случалось, – только и хмыкнул хоббит. «Сдается мне, эту самую фразу не так давно изрек некий Северный Страж!»
– В свое время, в свой век каждый летописец видит и представляет древние события по-своему, – продолжал меж тем Арата. – Отчасти ему в этом помогают правители, которые платят за то, чтоб их деяния были изображены в истории «правильно» с их, естественно, точки зрения. Иначе… – Человек красноречиво черканул большим пальцем себя по горлу.
– Ах, – только и воскликнул удивленно хоббит, – как же тогда разобраться в сути того, что написано?
– Чтобы постичь смысл древних событий, надо научиться читать между строк, – спокойно промолвил Странник, выпуская колечко дыма.
– Как это? – удивился хоббит. – Как этому можно научиться?
– А вот этого я тебе сказать не могу, – пожав плечами, промолвил Арата. – К пониманию этого каждый приходит своим путем.
«Научиться читать между строк… Что хотел этим сказать Странник?» Мысль эта ненадолго завладела воображением Фридерика. Он уж собрался было покинуть залу библиотеки и отправиться спать (заглянув по дороге на кухню), но, остановившись в дверях, обернулся и спросил:
– А почему ты, Арата, здесь куришь? Разве запрет Палландо тебя не касается?
Странник лишь слегка осклабился:
– Ну… Ты же не будешь доносить об этом невинном проступке магу?
– Пожалуй, не буду, – немного подумав, произнес Фридерик. – И ты, надо полагать, тоже не побежишь с донесением к волшебнику, если обнаружится, что я сцапал какую-нибудь книгу и спокойно почитываю ее, лежа в своей собственной постели? И покуривая трубку, кстати сказать…
– Не буду, – согласился Арата. – Но «сцапывая» очередную книгу, следует не забывать, что у Палландо есть одна скверная привычка: время от времени спускаться в библиотеку и, не особенно принюхиваясь, перечитывать вдруг понадобившиеся ему фрагменты древних рукописей. И если этой книги не окажется на месте…
– …Месть его будет ужасной, – закончил хоббит.
– Ну, я не называл бы это местью, – пожал плечами Арата. – Скорее – наказание.
– Ясно… – помолвил Фридерик, но про себя отметил, что курить в библиотеке можно. Но очень осторожно! Выносить же книги не следует…
Не проходило, казалось, и дня, чтобы перед самым сном Фридерик не заглянул в свои «вопросы», однако ответов пока не находил… Более того: казалось, что с течением времени он только всё дальше отдаляется от решения тех загадок, в которых сам себе пообещал разобраться.
«Я распыляю свое внимание по мелочам, – решил он наконец, сидя поздним вечером у камина и в очередной раз разглядывая пожелтевший лист бумаги. – Я пытаюсь найти ответы на все вопросы, но даже не знаю, где искать ответы. Надо сосредоточиться! Надо отделить главное от второстепенного… Итак, что же главное?» Фридерик в очередной раз уставился на свои собственные пометки, сделанные в порыве, казалось бы, близкого откровения.
«Старик – Горгорот – Мордор… Книга… Алатар… Саари… Палландо… Старик и Палландо… Альфа, Мена… И снова Палландо… Похоже, все события так или иначе крутятся вокруг волшебников», – к такому неутешительному выводу пришел хоббит…
На следующий же день Фридерик, засев в библиотеке, стал прилежно штудировать все сведения, что имели хоть какое-то отношение к магам, стараясь «читать меж строк», как и советовал Арата. За этим занятием его и застал Странник несколько дней спустя, неслышно объявившись в зале.
– Что мы на этот раз «перечитываем»? – поинтересовался человек. В голосе его, впрочем, хоббит не ощутил особого интереса, но спокойно пропустил сей момент мимо ушей.
– Арата! – воскликнул он. – У меня к тебе масса вопросов!
– Масса – это либо слишком много, либо совсем ничего, – откликнулся тот и, привычно развалившись в кресле, достал трубку. – Что на этот раз?
– Маги! – произнес Фридерик и невольно замолчал. Действительно, «прочитанное между строк» заставляло молодого человека предположить, что он стоит на пороге величайшего открытия, но… Как это объяснить Страннику?
– Ты не очень-то шуми, – попросил человек. – А то у меня, знаешь ли, голова малость побаливает…
Фридерик лишь кивнул, поняв скрытый намек: у этих стен есть уши! Потому продолжил почти шепотом:
– Как получается-то? Издавна считалось, что маги прибыли в Средиземье для того, чтобы помогать свободным народам в борьбе со Злом…
– Это всем известно, – проворчал Странник, внимательно наблюдая за хоббитом.
– Я тут просмотрел, что мог… Всё, что так или иначе касается магов… И что получается!?
– Ну-ну… – Человек затянулся пару раз и неторопливо выпустил колечко сизого дыма. – Продолжай, Фридо!
– Взять, к примеру, Гэндальфа…
– И чем же тебе не угодил Гэндальф? – негромко поинтересовался Странник.
– При чем тут «не угодил»? – возмущенно воскликнул Фридерик. – Я о другом! – И он порывисто открыл книгу в зеленом, кожаном переплете.
– В преданиях начала Четвертой Эпохи его иначе, как Мудрейший, не именуют! Но что – конкретно! – он такого сделал? Читаем… – Облизав палец, хоббит перевернул несколько страниц. – Э-э… Вот: «являлся одним из членов Светлого Совета… Способствовал изгнанию Саурона Черного из Дол-Гулдура в 2941 году по В.Л… Долгое время странствовал…» Надо понимать, до того… – добавил он от себя. – «Долгое время охранял пределы Хоббитании, где хранилось Кольцо Всевластья…» Мм… «Участвовал в известном походе Хранителей к Роковой горе, сразился с «демоном ужаса» и победил его»…
– Проклятье, Фридо! – воскликнул Странник. – Зачем ты это мне пересказываешь?
– Возьмемся теперь за Сарумана… – продолжил как ни в чем не бывало Фридерик, перелистывая слипающиеся страницы тяжелого фолианта. – Глава Светлого Совета… Такие-то годы, ля-ля-ля, фа-фа-фа… Похоже, первым из Мудрых догадался, что Кольцо Всевластья не утеряно, и потому долгие годы старался его отыскать и завладеть ранее, чем это удастся Саурону Черному, либо Гэндальфу… Был пленен Врагом, пытаясь вступить с ним в колдовской поединок при помощи палантира…
– Палантиры – это зрячие камни такие из прошлых эпох… – напомнил Арата.
– Радагаст… – меж тем, продолжил Фридерик, пропустив мимо ушей замечание человека. – Ну, об нём и вовсе ничего не сказано хорошего, вроде бы…
– К чему ты это ведешь, Фридо? – устало спросил Странник.
– Алатар… – упрямо продолжал хоббит. – Тут уж точно – полная неразбериха…
– Может быть, ты плохо слышишь? Я спросил: к чему всё это? – повысив голос, напомнил Арата. Но, похоже, молодой человек не расслышал или не пожелал слышать возмущенные возгласы Странника (на самом деле Фридерик очень старался не сбиться с мысли).
– И, наконец, Палландо… – Хоббит резко захлопнул толстую, облаченную в темно-зеленый переплет книженцию, отчего по зале разнеслось гулкое эхо. – Как я понял из его собственного рассказа, долгое время он странствовал где попало. Потом искал, да так и не нашел следов таинственного племени эльфов, руками коих, возможно, и возведена сия обитель. Потом еще что-то – извините, не припомню… И наконец – вполне закономерно, надо заметить – он разместился на заслуженный покой в этой самой башне…
– Не следует оскорблять Палландо ложными подозрениями, – негромко произнес Странник, и в голосе человека прозвучала откровенная угроза. – Не следует забывать, кто приютил всех нас в час величайшей нужды!
– Я не собирался никого оскорблять, а тем более забывать кое-что, – огрызнулся Фридерик. – Но разве не ты, Арата, советовал мне учиться читать меж строк?
– Верно, – уже спокойнее ответил Арата. – Так объясни по-человечески, что ты там вычитал «между строк» такого, чего я не заметил. И, желательно, без этих исторических экскурсов!
Хоббит лишь криво ухмыльнулся:
– Все те «великие» деяния, что приписываются волшебникам – магам, мудрым! – спокойно могли бы уместиться в одну человеческую жизнь! Но они-то прожили меж нас тысячелетия!
– Возможно… – согласился Странник, хмуро глядя на хоббита исподлобья. – Но кто совершил более?
Фридерик лишь пожал плечами.
– Откуда я знаю? Может быть, Исильдур? Или Элендил? Или… Арагорн Великий…
Стоило хоббиту произнести последнее имя, как Арата вздрогнул. Он внезапно побледнел (или это только показалось хоббиту в неясном свете чертога), руки его непроизвольно сжались, а здоровый глаз озарился холодным, ледяным светом. Фридерик невольно отшатнулся. Впрочем, видение это пронеслось столь мимолетно, что уже несколько минут спустя хоббит спокойно уверил себя, что это всё ему просто померещилось.
– Что ты хочешь этим сказать? – спокойно спросил Странник, не глядя более в глаза хоббиту.
– Всё очевидно! – поежившись, продолжал Фридерик. – Маги что-то скрывают! Их истинные цели не имеют ничего общего с тем, что декларируются привселюдно!
К огромному удивлению Фридерика, Странник улыбнулся.
– Вы, хоббиты, удивительный народец, – промолвил он. – Палландо прав: вам, действительно, палец в рот не клади…
Фридерик лишь насупился еще более. «Арата знает куда больше, чем хочет показать», – понял хоббит.
– Что же мне делать? – негромко спросил он.
– Что делать? – переспросил Странник. – Задай этот вопросец самому Палландо, и посмотрим, что он ответит!
– Ты думаешь, что он ответит? – спросил хоббит, по-прежнему хмурясь.
– Мм… Не знаю… Но попытаться можно… – нарочито небрежно, разглядывая потолок, промолвил Странник.
«Я прав! – тут же понял хоббит. – Вот она – та дорожка, по которой я доберусь до истины!» И невинно поинтересовался:
– А маг не превратит меня, случайно, в какую-нибудь мерзкую жабу?
Ах, знал бы наш герой, куда заведет его эта дорожка!
Прошло еще некоторое время и – о чудо! – Фридерик нос к носу столкнулся с Палландо в дверях библиотеки. Это было столь неожиданно (после памятного разговора хоббит не видел мага ни разу), что молодой человек даже вскрикнул.
– Тьфу-ты! – воскликнул маг, и хоббиту показалось, что тот также не ожидал подобной встречи. – Ты меня чуть с ног не сшиб!
Палландо, видимо, уже собирался покинуть залу, но Фридерик, словно чурбан, застыл в дверном проеме. Потому возможно, маг вначале посторонился, но после проследовал к камину и уселся в кресло, устало промолвив:
– А я-то всё думал, кто же это облюбовал мое любимое кресло?
– Ах, извините, если что не так, – откликнулся хоббит, приходя в себя после неожиданной встречи. – Я ж не знал…
– Ладно уж… – проворчал маг. – Некогда, признаюсь, это креслице напротив пылающего камина было моим самым излюбленным местом в сей обители, что греха таить… Но годы берут свое. Нынче я предпочитаю перечитывать свои любимые книги, лежа под толстым, теплым одеялом. Потому не имею ничего против, если кто-нибудь помоложе да покрепче меня будет проводить бессонные ночи у этого вот очага.
– Где уж нам, смертным, до вас… – осторожно заметил Фридерик, почувствовав в словах волшебника хитроумную уловку.
– И не говори, – откликнулся маг. – Мое тело стареет – это факт! Я это чувствую… Впрочем, не будем отвлекаться! Ты хотел меня о чем-то спросить? Или рассказать что-либо…
«Рассказать что-либо, – отметил про себя Фридерик… Ох, уж эта Мена! Всё, поди, выложила волшебнику. Надо бы как-то поосторожнее…»
– Вам, случайно, ничего не известно про Северную Твердыню? – Вопрос этот хоббит собирался задать очень давно, но нынче он оказался как нельзя кстати (задавать мучивший его более прочих вопрос Фридерик почему-то не решился).
– Северная Твердыня? – переспросил маг, удивленно глянув на хоббита.
– Я не имею в виду столицу северного княжества! – поспешно пояснил Фридерик. – Но, может статься, этим именем называли и другие места.
– Мм… – Маг некоторое время пристально взирал на хоббита, втянувшего голову в плечи. – Ну и вопрос, знаешь ли… Даже не знаю, что тебе ответить… В свое время «северными твердынями» именовали все крепости и мельчайшие укрепления, расположенные севернее Железного нагорья; все, что оказались в местах, покрытых некогда вечными снегами… Мм… Трудно даже припомнить!
«Он пытается уклониться от ответа, – понял Фридерик. – И наверняка попытается перевести разговор в другое русло…»
– Что нынче почитываешь? – осведомился волшебник.
«Я был прав!» – воскликнул про себя хоббит, и смиренно покивав головой, сообщил: