![](/files/books/160/oblozhka-knigi-skitalcy-severnyh-predelov.-letopis-1-iz-epopei-quotposlednie-geroi-sredizemyaquot-si-376541.jpg)
Текст книги "Скитальцы Северных Пределов. Летопись 1 из эпопеи "Последние герои Средиземья" (СИ)"
Автор книги: george_george
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 37 страниц)
– Ну, не знаю, получится ли…
– Хм… – произнес Томми. – Получится иль не получится, но встречаемся ближе к вечеру у той башни, что первой заприметили в тумане… Тогда и решим, что со всем этим б… делать дальше!
И приятели припустили в сторону старухиного дома. Альфа какое-то время уныло плелась сзади, но, догадавшись, видимо, что в «дом» ее не пустят, отстала и неслышно растворилась в темноте.
========== Глава 8. Достояние Кролов. ==========
Утро застало Фридерика беззаботно дрыхнущим под ковром из козьих шкур. После бестолковых ночевок меж камней на свежем, но уж слишком сыром и морозном воздухе, спать в тепле, укрывшись с головой мягким покрывалом, казалось настоящим блаженством. Уже проснувшись и пребывая некоторое время в состоянии приятной полудремы, хоббит невольно прислушивался к звукам, наполнявшим временное пристанище путешественников. В основном, до его слуха доносились звонкий голос Мерика и ворчание старухи. Слов он разобрать не мог.
Наконец, он расслышал: «…вам бы только вопросы каверзные задавать! А кто вы такие – мне неведомо!» Затем послышался отчетливый стук двери. Фридерик окончательно проснулся, но продолжал лежать тихо, пока не понял, что «поле боя» опустело. Лишь тогда он заставил себя высунуть нос из-под одеяла.
В жилище старухи царил полумрак. Лучики света проникали внутрь не только через неплотно прикрытую входную дверь, но и через пару небольших, неровных отверстий в стенах, которых вчера вечером хоббиты не разглядели. Очаг почти погас, лишь слабый, сизый дымок подымался над едва тлеющими угольями. «Похоже, завтрак я пропустил», – разочарованно подумал хоббит.
Впрочем, выбравшись наружу, Фридерик приободрился. Хоть воздух был по-прежнему холодным, но сквозь низкие, лениво ползущие хлопья тумана пробивались лучи осеннего солнца, а в разрывах облаков проглядывалось голубое небо. День обещал быть погожим.
Хоббит огляделся. При свете дня окружающий пейзаж выглядел совершенно по-другому. «Старухина» башня покоилась на самом краю небольшого, каменистого плато, периметр которого украшали подобные ей творения человеческих рук. Если здесь когда-то была цитадель грозной, горной крепости, представил себе Фридерик, то всё свободное пространство между башнями и крепостными стенами должны были занимать бараки, казармы, хлева, кузни, склады и прочее, что требуется для существования человеческого поселения в суровых, горных условиях. Потом это всё было заброшено, разграблено, разобрано, сожжено для веселья, покинуто за ненадобностью… Всё что осталось – относительно ровная площадка ярдов, этак, сто на сто, да семь-восемь полуразрушенных древних оборонительных строений. В одной из башен нашла себе приют странная старушенция со своей дочкой, другую облюбовали козы. Надо понимать, что прочие башни пустуют. Как и та, первая, на которую наткнулись хоббиты накануне вечером.
Фридерик вздохнул, вспомнив о предстоящей неприятной миссии. Почему-то страшно захотелось есть. Вернувшись в башню, хоббит, с опаской поглядывая на плотно прикрытую таинственную дверь, за которой (надо понимать) и скрылась ворчливая хозяйка полуразрушенной древней твердыни, торопливо залез в свою торбу и, отломив краюху хлеба, сунул ее в карман куртки. Туда же поместил пару румяных яблок и спешно покинул помещение. Встречаться со старухой совсем не хотелось…
Плеснув пару раз в лицо тухлой водичкой из оказавшегося поблизости углубления в камнях (лохань, видать, из которой коз здесь только и поят) и кое-как промыв заспанные глаза, Фридерик услышал невдалеке приглушенные голоса. Обогнув соседнюю башню, он тут же натолкнулся на друзей.
– О! – воскликнул Мерик. – Кого я вижу? Неужели наш дражайший приятель соизволил проснуться, и почтил нас своим присутствием? Убить тебя готов! – сообщил он безо всякого перехода.
– За что? – удивился Фридерик.
– Ты храпел всю ночь, что дикий тролль, приятель! Такие трели выдавал!..
– Я?..
– Ты-ты… – кивнул Томми. – Я уж готов был тебе тумаков понадавать, да в темноте никак не смог отыскать тебя под шкурами.
– Точно! Зарылся в эти вонючие шкуры, что барсук…
– Я не виноват… – шмыгнув носом, сокрушенно промолвил Фридерик. – Я и так наказан!
– Наказан?..
– Вы уж, поди, позавтракали наилучшим образом, – вздохнул хоббит. – Даже не удосужились друга разбудить…
– Ха! – воскликнул Мерик. – Позавтракали? Я голодный, как чёрт! Старуха с утра заперлась за дверью своей каморки – только ее и видели! Нет, чтоб вначале накормить несчастных путников… Может у них, в большом мире, завтракать не принято?
Фридерик сочувственно покивал, решив, про себя, что содержимым своих карманов ни с кем делиться не будет.
– Узнали что-нибудь? – спросил он.
– Я – ничегошеньки! – ответил Мерик. – Старушка, вообще-то, потрепаться не против. Ну, рассказать то да се… Но стоило лишь мне упомянуть про наших собратьев, она как заупрямится – кричит, ругается… Ох, трудный денек будет!
– Зато я кое-что выяснил, – хмуро сообщил Томми. – Следы «нашего обоза», похоже, именно здесь заканчиваются… Видишь, Фридо, сдвоенные башни к западу?
– Ну…
– Похоже, раньше меж ними были ворота цитадели… За ними начинается проезженный тракт. Следов уйма! Если наши соплеменники и двигались куда-то далее, следов не разглядеть. Точно! Но, думаю, дальше этого плато они не ходили. Гляньте вокруг, сколько следов кострищ!
Приятели покрутили головами. Действительно, там и здесь меж камней виднелись свежие подпалины.
– Думаю, – продолжал Томми, – здесь множество обозов сходятся…
– Вот, стало быть, и всему разгадочка, – невесело констатировал Мерик. – Мы-то думали, дурят они народ… Ан нет! Грабят в свое удовольствие!
– Это еще доказать надо бы… – насупившись, негромко произнес Томми.
– Чего доказывать-то, и так всё ясно!
– Ясно-неясно! – гаркнул вдруг Томми. – Мы о чем-то договорились, кажется! Ты возвращайся к своей старухе! И ты, Фридо, шевелись! Найди эту девчонку, да выспроси у нее, что сможешь… Чего уставились?
С этими словами он поднялся и, сплюнув на голые камни, решительно направился в сторону ближайших башен.
– Нервный он какой-то сегодня, – глядя вслед приятелю, заметил Фридерик.
– Хм… Я бы, пожалуй, тоже был нервным… – задумчиво произнес Мерик, сощурившись на внезапно пробившиеся сквозь тучи и белесый туман солнечные лучи. – Кабы меня так…
– В смысле?..
– Томми же – Крол! Нелегко ему, ой, как нелегко… Уж я-то знаю. Он ведь всю ночь не спал… Ясное дело!
– Но ведь он сам говорил, что чует неладное?
– Чуять – одно, – вздохнул Мерик, – а увидеть своими глазами, как твои же родственнички тебя обманывают – са-авсем другое дело… Вот, гляди, ищет какие-то доказательства, когда и так всё ясно!
Фридерик невесело покивал. «А мне вот ничего не ясно», – подумал он и спросил:
– А мне что делать-то?
– Тебе? – удивился Мерик. – Делать, что Томми велел! Вперед – по девкам!
– Тебе бы шутить только… – грустно промолвил несчастный хоббит. – Где ж мне ее искать-то?
– Не переживай, я подскажу! Если верить старухе, с самого утра Мена должна была отогнать коз на пасовище, а затем направиться за водой… Думаю, это вон в той стороне… – Мерик указал рукой куда-то в направлении сдвоенных башен. – Поторопись! Кстати, дочка-то старухина на удивление ладненькая! Я тебе даже завидую…
– Да брось ты! Я и с нашими-то девчонками не очень… А тут – человек!
– Дурень ты! – махнул рукой Мерик. – Какая разница-то, ведь все мы дети Единого! Всё просто… Поговори с ней вначале о том, о сем. Про погоду, в конце концов! Расспроси, как ей, бедненькой, тут живется… О себе расскажи! На судьбу пожалуйся, не боись… Важно, чтоб собеседник проникся к тебе доверием, но конкретные вопросы задавать не спеши! Пусть она сама всё тебе выложит!
– Хм… – Фридерик усмехнулся. – Так-то у тебя всё просто получается? Взять бабку, к примеру…
– М-да, – согласился Мерик. – Старуха, как говорится, не берущийся случай. Эх, вечно мне достается самая тяжкая и, заметь, неблагодарнейшая работенка. Такова, знать, моя судьба! Но я как-то уж справлюсь… Давай-давай, двигай! Солнце уж высоко…
– Ох! – только и произнес Фридерик. – А где Альфа-то?
– Альфа? – Мерик рассеяно покрутил головой по сторонам. – Да вроде с утра и не видел…
Искоса приглядывая за знакомыми с детства следами козьих копытец, откусывая от припасенной краюхи, заедая сочным яблоком, лениво озираясь по сторонам и наслаждаясь лучами солнышка, победившего таки редкие облачка, Фридерик неторопливо двигался меж серых, выветренных от времени скал. Где-то там, если верить приятелю, скрылась с глаз дочка старухи, Мена…
Хоббит усиленно размышлял. Впрочем, не о перспективе пренеприятного общеньица с «ладной дочуркой» старухи.
Что дальше-то делать!?
Продуманный (в спешке) «план действий» летел к чёрту. Фридерик, действительно, надеялся, что сможет как-то провести зиму в крепости, а весной двинуться не север. А теперь-то что?
Почему Старик ни словом не обмолвился, что крепости, как таковой, не существует? Просто не знал?.. Но если он действительно был волшебником – в чем хоббит не сомневался – сомнительно! Значит, не посчитал нужным… Причина могла быть очень простой: Старик посоветовал хоббиту отправится в путь ранней весной с тем, чтобы к осени вернуться назад, в Залучье. И это было, как раз, разумно! В таком случае тот факт, что «крепость» давно покинута людьми, не имел особого значения… А возможно, Старик не собирался заострять внимание хоббита на несущественных, с его точки зрения, «мелочах»…
Как бы там ни было, всё пошло не так, как предполагал Старик. И если, благодаря судьбе, пути молодого хоббита и старого хитреца пересекутся, Фридерик сполна выскажется ему, что думает по этому поводу! Пока же, похоже, именно ему предстоит в ближайшее время выслушать от приятелей, что думают они об этом странном стечении обстоятельств. Уж кто-кто, а Томми наверняка обратит на это внимание…
Впрочем, как уже говорилось, и это – мелочи. Что ему, Фридерику, делать-то!?
Варианты, конечно же, были… Можно было бы, к примеру, вернуться в Залучье. Перезимовать у дяди Ози на Выселках, а весной, основательно подготовившись, снова двинуться в путь. Но!.. Пугала перспектива общения с «бандой» Кролов, которые, уж наверняка, поджидали незадачливых странников у подножья Чёртовых сходен. Не говоря уже про призрачных всадников, которых Фридерик страшился более чем всех Кролов вместе взятых!
Даже теоретическую возможность остаться в «бабкином приюте» до весны Фридерик мужественно отбросил. Коль старуха и согласится (что весьма сомнительно!) приютить несчастного хоббита, помру, не выдержу, решил он.
Оставалось единственное – двигаться дальше, на север, и молить судьбу, чтоб не оставила в беде…
Присев на округлый валунчик и подставив спину лучам осеннего, холодного, но нежного солнца, хоббит продолжил свои грустные размышления. И скоро пришел к неутешительному выводу, что, оказывается, над тем, как обставить свое расставание с друзьями (и под каким соусом преподнести), всерьез и не думал. Надеялся на авось… «Вот и получается, – горестно подумал Фридерик, – что и так плохо, и этак…»
Он тяжело вздохнул и, решив хоть ненадолго отвлечься от грустных мыслей, стал, от нечего делать, разглядывать окрестности. С небольшого пригорка открывался вид на однообразные, серые скалы и гребни, окружавшие бывшую северную твердыню. За острыми выступами терялись овраги и ущелья, а над всем этим в тревожном, туманном мареве возвышались могучие горные хребты, вершины которых сверкали вечными снегами. Солнце находилось как раз за спиной молодого хоббита, потому в окружавшем ландшафте практически отсутствовали тени. Картина казалась плоской, перспектива какой-то размытой, и определить расстояние до ближайших снежных вершин было трудно.
Может быть, поэтому Фридерику вдруг показалось, что с его зрением происходит странная вещь: горы вроде как сами двинулись ему навстречу. Огромные расстояния стали заметно уменьшаться, а может быть, и сам хоббит неспешно понесся навстречу вздыбленным скальным массивам, оставаясь на месте. Зрение обострилось настолько, что, казалось, еще немного, и он сможет разглядеть каждый камень, каждую снежинку на дальних склона. На короткое мгновение мир потерял свою реальность!
Чувство, впрочем, было не из приятных. У Фридерика даже закружилась голова. Закрыв глаза и затаив дыхание, хоббит отчаянно замотал головой, отгоняя непрошеное видение. Когда же минуту спустя он решился оглядеться, всё стало на свои привычные места.
– Фух! – тяжело выдохнул он. – Это надо же! Видать, на солнце перегрелся…
В этот самый момент боковым зрением Фридерик заметил какое-то легкое движение. Скосив малость глаза, он успел разглядеть легкую тень, скользнувшую по камням. Хоббит вздрогнул, вскочил и, резко обернувшись, застыл на месте с разинутым ртом.
В нескольких шагах от него, на камнях, стояла невысокая, стройная девушка. Простое, серое платьице, стянутое на талии обычной бечевой, лишь слегка прикрывало колени. На ногах были невысокие, с оторочкой, явно самодельные обувки, уж больно смахивающие на знакомые хоббитам «понучи». Голову прикрывала вязанная, кокетливо сдвинутая на одну сторону шапочка, из-под которой на плечи ниспадали светлые, вьющиеся локоны. Лицо девушки имело странный, на удивление приятный овал, губы были тонкими, но спелыми, как яблочко, носик – маленький, аккуратненький и чуть-чуть курносый. А вот слегка раскосые, темно-карие глаза, наоборот, казались необычайно большими. Слегка подбоченясь, девушка с интересом рассматривала хоббита.
«Мена, – догадался Фридерик. – Как же она так неслышно подкралась?»
– Извини, если я тебя напугала, – меж тем, произнесла девушка. Голос был чистым и звонким, как журчание весеннего горного ручейка. И не извинялась она вовсе, а наоборот, была очень довольна тем, что застала задумавшегося путника врасплох.
Солнце, светившее девушке в спину, легко пробивалось сквозь тонкую ткань платьица и Фридерик, к своему стыду, поневоле залюбовался стройной девичьей фигуркой, словно выставленной напоказ. Усвоенное годами «правильное хоббитское воспитание» требовало, чтобы он отвернулся, или хотя бы отвел глаза, но хоббит был не в силах отвести взгляд. Впрочем (мелькнула подлая мыслишка), может статься, девушка всё это нарочно подстроила, пытаясь его и вовсе огорошить…
– Меня зовут Мена, – сообщила она с легкой усмешкой, продолжая «нахально» разглядывать хоббита. – А ты, надо понимать, Фридо…
Фридерик лишь слегка кивнул, невольно сглотнув при этом.
– Не удивляйся! – продолжила девушка. – Я не спала прошлым вечером и всё слышала…
Мена помолчала какое-то время, и, не дождавшись никакой реакции на признание, продолжила:
– Вы – втроем – не просто так сюда заявились. Вам что-то здесь нужно! Похоже, вы хотите разузнать кое-что о своих соплеменниках, потому и выдумали эту глупую историю про какого-то «Тиминского князя», надо же! Только со старухой у вас ничего не вышло и, думаю, не выйдет. Потому я и ожидала, что кто-то из вас попытается меня разыскать да порасспросить…
Мена сделала паузу, но хоббит опять промолчал.
– Честно говоря, мне не очень хотелось, чтобы этим «кем-то» был твой друг Мерик. Он какой-то скользкий, себе на уме… – Девушка слегка наморщила носик. – Томми кажется слишком угрюмым и злым… А с тобой, надеюсь, мы сможем поладить!
Фридерику, поневоле, стало обидно за друзей. Но, в то же время, было немного приятно, что незнакомая девушка выделила именно его из компании.
– Поэтому я предлагаю следующее, – продолжала Мена. – Ты честно ответишь на мои вопросы, а потом, возможно, и я отвечу на некоторые твои. Но учти! Ложь я чувствую издалека. Начнешь кормить меня сказками – разговора не получится! Согласен?
И отбросив со лба прядь волос, она с вызовом посмотрела на хоббита.
– Ну, что ты молчишь? – неуверенно произнесла она через минуту. – Может быть, говорить не умеешь? Ну, что ты на меня так пялишься?
Фридерик опять сглотнул.
– Госпожа, – кашлянув, произнес он. – Вы – как эльфийская принцесса из сказки!
– И с чего же ты взял, что я – эльфийская принцесса? – с сомнением в голосе произнесла девушка, слегка нахмурив лобик.
– Да я в жизни не видывал таких красивых девушек! – честно признался Фридерик. И это было чистейшей правдой! Местные, хоббитские красавицы, хоть и симпатичные, курносенькие и розовощекие, но все сплошь круглолицые да полненькие. Оно и понятно – таковыми их сотворил Единый!
Мена легко соскочила с камня и, оказавшись рядом с Фридериком, с интересом глянула на хоббита, словно увидела его в первый раз.
– Много-то ты видывал… – с сомнением произнесла она, сощурив глаза.
– Оно, конечно, верно… Немного, – согласился тот. – Но уж поверьте, госпожа, никак не мог я ожидать, что у старухи такая ладная и юная дочка!
– Не дочка я ей, – буркнула Мена.
– Как же так? – откровенно изумился Фридерик.
– А так! Как пришла сюда, так и уйду! А «дочкой» бабка меня кличет для собственного удобства. И еще, при всех, чтоб никто меня не трогал и не обижал. Здесь, знаешь ли, всякий сброд околачивается, особенно летом… Но бабку-то уважают, а может быть, кто и побаивается…
– Вот как… – Фридерик покачал головой. – Тогда мне уж, извините, госпожа, совсем непонятно, что привело вас, такую красивую, молодую девушку в эти, всеми забытые края?
Мена лишь криво усмехнулась.
– Уж не надейся, будто я поверю, что моя судьба хоть немножечко тебя волнует! А ну, иди за мной! – скомандовала она. – Может быть, хоть какая-то польза от тебя будет…
И повернувшись, девушка легко заскользила вниз по камням. Фридерик хотел было спросить, куда? Но промолчал и покорно поплелся следом. К этому времени хоббит уже окончательно пришел в себя и сообразил, что, коль девушке кое-что от него нужно, то, следовательно, есть повод для честной торговли: ты мне – я тебе. А торговаться хоббиты умели!
Мена поджидала его на небольшой площадке меж камней. У ног ее стояли два деревянных, с крышками, тяжелых на вид ведра.
– Бери! – приказала она. – Неправильно здесь, невдалеке от бабкиного дома торчать! Если старуха увидит, потом хлопот не оберешься… А так – поможешь воду нести, заодно и поболтаем…
И они двинулись в путь, петляя меж скал. Никакой тропинки хоббит не приметил, но по тому, как быстро и уверенно шагала девушка, догадался, что ходить этой дорогой ей не привыкать.
«Странно, – подумал хоббит, – я совершенно не ощущаю никаких неудобств рядом с этой незнакомой девушкой. Уж к ней-то понятие «громадина» никак не подходит!» А вот рядом же со Стариком, хоть Фридерик и не боялся его, он чувствовал себя не очень уверенно. Можно сказать, каким-то незащищенным. То же и с бабкой… Но Мена – совсем другое дело. Макушка хоббита едва доставала до груди девушки. Тем не менее, он почему-то сразу стал относиться к ней, как к равному, хоть и возвышенному существу из огромного, «большого мира». Даже разговаривать «ни о чем» было приятно.
– Очень прошу, не называй меня «госпожой»! – в очередной раз попросила Мена хоббита. – Я не привычна к такому обращению…
– А как же к вам, госпожа, обычно обращаются? – поинтересовался тот.
– Обычно? – девушка пожала плечиками. – Чаще всего «эй, ты!» Но ты можешь звать меня просто Меной…
– Хорошо, госпожа Мена, – согласился Фридерик. Девушка лишь фыркнула.
Неотступно следуя за девушкой, хоббит продолжал слушать ее веселое щебетание. Особенно, оказалось, Мену развеселила вчерашняя выходка Мерика.
– Это надо же, – смеясь, сообщила она, – придумать бабке такое прозвище: «тетушка Розалина»! Помереть можно…
– А вы-то как кличете старушку?
– Как? Карга старая – вот как!
От неожиданности Фридерик даже споткнулся. Произнесенные слова в устах милой и симпатичной девушки звучали, как отборное ругательство.
– За что ж вы так не любите старуху? – невольно удивился хоббит.
– А за что ее любить? Думаешь, мне здесь сладко живется? Как бы ни так! Целыми днями только и слышу: принеси, убери, подай, подмети! Коз подои, за водой сходи, за хворостом… Я тут, как прислуга!
– Что ж вас здесь держит-то? – еще больше удивился тот.
– Ничего не держит! Скоро уйду, только не решила еще, куда…
Так они дошли до неглубокой расщелины в скалах. Осторожно опустившись вслед за девушкой на дно расщелины по голым, острым камням, Фридерик изумленно уставился на цель их путешествия – округлый, около пяти футов в диаметре, каменный колодец, приютившийся меж покрытых мхом камнями. В глубине колодца отсвечивала вода, но когда Мена спустила вниз ведро на толстой, грубой веревке, послышался приглушенный всплеск и глухой стук деревянного ведра о камни.
– В колодце-то почти нет воды, – заметил Фридерик.
– Знаю… Но идти к следующему уже нет времени. Зачерпнем, сколько сможем…
– И таких колодцев здесь много?
– Пять или шесть, – девушка пожала плечами. – Старуха считает, что их сделали в очень древние времена, задолго до строительства крепости. Весной и в начале лета они полны пресной воды, но к осени пересыхают. Потому чаще всего приходится обходить несколько, чтоб не возвращаться домой с полупустыми ведрами…
На этот раз ведра удалось наполнить только на треть.
– А как же зимой? – поинтересовался хоббит.
– Зимой? – удивилась Мена. – Кому зимой нужны колодцы? Снега-то – валом!
– Действительно… – пробормотал Фридерик, коря себя за несообразительность.
– Отдохнем перед обратной дорогой, – предложила Мена. – И, кстати, ты пока не ответил на мое щедрое предложение…
– Вы – насчет вопросов и ответов?..
– Именно!
Фридерик развел руками.
– Спрашивайте, госпожа Мена! Только условимся, вы вопрос – я вопрос! Их, кстати, у вас много? – У хоббита вопросов было много…
– Будет зависеть от твоих ответов, – усмехнулась девушка. – Итак, что вам здесь нужно? И учти, выслушивать сказку про «местного князя» еще раз мне неинтересно…
– Это лишь наполовину сказка, – вскользь заметил хоббит.
– В таком случае, мне хотелось бы услышать второю половину. Более правдивую…
Фридерик невесело усмехнулся. Этого вопроса он ждал. И был к нему готовым, поскольку давно пришел к выводу, что рассказать о цели путешествия его друзей (только их!) – особого вреда не будет. «Маловероятно, – решил он, – чтобы старуха с «дочкой» были в сговоре с людишками Старосты. Наоборот, кажется, что моих соотечественников старая ведьма оч-чень недолюбливает».
Изобразив на лице крайнюю степень смущения и неуверенности (можно ли столь секретные сведения доверять незнакомой девушке?), хоббит присел на край колодца, достал отцовскую трубку и стал медленно ее раскуривать, глядя себе под ноги. Мена терпеливо дожидалась, скрестив руки на груди.
– Видите ли, госпожа Мена, – осторожно начал он, – сказку про «Тиминскую крепость» и горного князя, который правит в ней и владеет всеми окрестными землями, придумали не мы. Поверьте, мы готовы были увидеть всё что угодно, но не эти руины…
– Поясни! – потребовала девушка.
И хоббит начал пояснять. Он рассказал (в двух словах) историю своего народца (так, как представлял ее сам), остановился на внутреннем устройстве общины и объяснил, кто такой Староста, и какую роль он играет в жизни Хоббитании.
– Погоди, – нахмурив лобик, прервала его Мена. – Ты сказал, «хоббиты»? Мм… Я слышала это слово!
– Конечно, госпожа, вы должны были слышать! Вы ведь читали Алую Книгу Западных Пределов, написанную нашим соотечественником Фродо Торбинсом?
– «Алую книгу»?.. – девушка была явно озадачена. – По правде сказать, не приходилось… – И, взглянув на недоумевающего хоббита, тут же воскликнула:
– Ты, наверное, сейчас спросишь, умею ли я читать вообще!? Так знай, что с этим у меня проблем нет!
Фридерик лишь пожал плечами.
– Даже и в мыслях не было… – соврал он.
– Теперь я вспомнила! – воскликнула Мена. – Конечно же, хоббиты… Просто, у нас ваш народец чаще кличут «малоросликами» или «полуросликами». А в Гондоре вас называют еще «невысокликами»…
– Значит, о нас не забыли в «большом мире»? – улыбнулся Фридерик. – Славно! И как же о нас вспоминают?
– Мм… – Мена вновь нахмурилась. – Про других ничего сказать не могу, а для меня вы всегда были… ну, персонажами старой, доброй сказки, что ли…
– Хм… Вот, значит, как…
– Впрочем, мы отвлеклись! Продолжай!
Хоббит продолжил: заметил, что народец его очень мирный, славный, любознательный, но ленивый. Уж больно хоббиты любят свои луга, поля, холмы и ручки, а если уж пускаются в путешествия, то не далее восточной окраины Редколесья. Поскольку большинство из них слишком привязаны к своему родному очагу.
– Домоседы, стало быть… – заметила Мена.
– Вроде этого, – согласился Фридерик. – Так вот… Сколько я себя помню, два раза в году – весной и осенью – Староста и его люди собирали со всей общины оброк, объясняя это тем, что-де надобно платить дань «Тиминскому князю», на землях которого мы проживаем. За это тот обязуется нас не трогать и в обиду чужеземцам не давать. Правда – старики говаривали – в старину оброк был небольшой, можно сказать, символический. Но потом поборы стали расти: «князь», видишь ли, требует дань, да всё больше и больше… Народ стал роптать, но что поделаешь – ведь так велел сам Староста! В народе его уважают, народ ему по-прежнему верит…
– Но, как оказалось, не все! – подхватила Мена. – Да? И вот, трое верных друзей решили проверить, не обманывает ли Староста свой не в меру доверчивый народец…
– Приблизительно, – кивнул Фридерик, выпуская колечко дыма. – То, что Староста со своими родственничками народ надувают, не догадывались разве что дети… Дело в другом! Мы с друзьями как рассуждали? Староста, конечно, мог и не всё довозить до крепости. Как говорится, самую малость прихватить по дороге на собственные нужды. Кроме того, дружинники, которые обоз сопровождает – тоже ведь люди! И они могли прихватить что плохо лежит; Староста мог и не знать… Эх! Да если бы мы пришли сюда и убедились, что всё в порядке, только рады были!.. А теперь-то, что делать? Ума не приложу…
– Вас кто-то послал? Как вы нашли дорогу?.. – подозрительно спросила Мена.
– Клянусь, госпожа, никто нас не посылал! А дорогу мы отыскали по следам телег. Хотите, верьте – хотите, нет, ваша воля! Но всё, что я рассказал, чистейшей воды правда!
– Хм… – девушка задумалась. – В твою «историю» было бы трудно поверить, если бы не одно обстоятельство. Насколько мне известно из собственного опыта, единственное, что объединяет все народы и народцы, живущие в этом мире – страсть к наживе! Облапошить своих же, близких, чтоб набить собственные карманы… О-о! Это мне как раз знакомо!
Девушка присела на камень, нахмурившись и нервно покусывая нижнюю губу. Зубки у нее были маленькие, беленькие и острые. Фридерик тоже нахмурился. Что-то во внешности девушки его смущало (не пугало, нет!), но что, он никак не мог понять. Он выждал некоторое время и, наконец, напомнил:
– Если позволительно, госпожа Мена, я хотел бы тоже кое о чем спросить…
– Ах, да! – вздохнула девушка. – Я помню… Спрашивай, может быть и отвечу… Наверно, ты хочешь знать, как давно видели мы твоих сородичей?
– Нет, – усмехнулся хоббит. – Ответ на этот вопрос я и так знаю! Ведь мы проследили их путь до самой крепости. К тому же, старуха не скрывала, что ей уже доводилось видеть моих, как вы изволили выразиться, сородичей.
– Что же тогда тебя интересует?
– Может показаться странным, – произнес хоббит, – но меня интересует то же, что и вас. А именно: что вы, госпожа, здесь делаете?
Мена вздрогнула и недоверчиво покосилась на Фридерика. Потом хмыкнула и, отвернув головку, промолвила:
– Это не вопрос! Это – вопросище! Чтобы на него ответить, мне, пожалуй, придется поведать тебе историю всей своей жизни. И это – не один ответ, а, как минимум, двадцать! Это нечестно, да и нет у меня сейчас желания этим заниматься! Придумай вопрос попроще…
– Хорошо, – тут же согласился Фридерик. Он и не рассчитывал на какой-либо ответ. Просто хотелось дать понять странной девушке, что он тоже не очень-то ей доверяет. Но похоже, именно на это Мена не обратила внимания…
– Что делали здесь мои сородичи? – спросил он.
– То же, что и все остальные, конечно же! – не задумываясь, ответила она.
– Мм… Боюсь, госпожа, что теперь мне придется, э… так сказать, придерживаясь буквы нашего договора, попросить пояснений!
Пояснения Фридерик получил на обратной дороге, когда, согнувшись под тяжестью двух ведер (хорошо еще, что неполных!) плелся меж однообразных серых скал вслед за девушкой. «А каково тащить полные ведра? – подумал хоббит. – Как же Мена, бедная, умудряется таскать такую тяжесть. И, похоже, издалека? Может быть, несмотря на свою хрупкую внешность, она куда сильней и выносливее, чем кажется?» Словно догадавшись, о чем подумывает хоббит, девушка, одарив его улыбкой, невинно предложила свою помощь, но тот мужественно отказался…
Разговаривать, то есть поддерживать непринужденную беседу по пути назад, хоббит не решался (чтоб не сбить дыхание и окончательно не «сдохнуть»), хоть изредка, всё же, вставлял отдельные замечания. А вот жадно слушать тяжелая ноша не мешала!
В нескольких милях к западу от Тиминской крепости проходит древний тракт, соединяющий Северный Арнор, чаще именуемый просто Хордией, с княжеством отступников – норлонгов. В незапамятные времена это была каменистая, едва заметная тропа, по которой тайно пробирались из одного княжества в другое редкие караваны торговцев – контрабандистов. Но после того как Хордия заключила союз с северным соседом, тропа превратилась в хорошо проезженную дорогу, которую прозвали Малым Северным Трактом. Как известно, Великий Северный Тракт соединяет города Салихард, Амонфост и Либузу, что в Хордии, с вольным городом Эсгарот, что на Долгом озере. Далее тракт следует на юг через Межиречье, что уже в княжестве Рун, и заканчивается у ворот столицы восточного княжества.
Это более-менее Фридерик себе представлял благодаря «волшебным полетам» со Стариком. Но откуда Мена так хорошо об этом осведомлена? Разгадка оказалось до обидного простой (и девушка этого не скрывала): всё это, и еще многое, поведала ей старуха длинными, зимними вечерами.
Путь по горным перевалам от города Либузы, центра всей торговли Хордии, до столицы опального княжества занимает около двух с половиной месяцев. Тиминская же крепость, вернее то, что от нее осталось, оказалась расположенной как раз на полпути этого долгого и утомительного маршрута. Поэтому относительно ровное, хоть и каменистое плато промеж древних, полуразрушенных башен стало, со временем, не только излюбленным местом «днёвок» (остановок на несколько дней) торговых караванов, но и местом достаточно оживленной торговли. Бывали случаи, и нередко, что после нескольких удачно проведенных деньков очередной караван разворачивался и пускался в обратный путь. Поскольку далее двигаться уже было не с чем.