![](/files/books/160/oblozhka-knigi-skitalcy-severnyh-predelov.-letopis-1-iz-epopei-quotposlednie-geroi-sredizemyaquot-si-376541.jpg)
Текст книги "Скитальцы Северных Пределов. Летопись 1 из эпопеи "Последние герои Средиземья" (СИ)"
Автор книги: george_george
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 23 (всего у книги 37 страниц)
Как бы там ни было, но, освободившись о «позорной» ночной сорочки, хоббит почувствовал себя веселей. Он даже стал насвистывать под нос любимую песенку, направляясь к двери. Он даже протянул было руку к дверной ручке, но…
Дверь внезапно отворилась сама собой. На пороге стоял высокий, изможденный старец. Длинные, седые волосы рассыпались по синей, цвета морской волны хламиде, темные глаза смотрели на Фридерика спокойно и проницательно.
– П-п… Палландо… – невольно промолвил молодой человек.
Не промолвив и слова, маг шагнул вглубь залы и, внезапно оказавшись за спиной изумленного хоббита, произнес:
– Я рад, что ты выздоровел, Фридо.
Голос у мага был низкий, с хрипотцой.
– Я тоже рад… – отозвался хоббит. – не могу даже передать, насколько рад…
========== Глава 14. Палландо. ==========
Фридерику поначалу показалось, что перед ним восстал из небытия Старик. Но он сразу сообразил, что меж Стариком и магом, коего здесь все величали Палландо, нет ничего общего. Впрочем, не совсем так…
Палландо выглядел (в отличие от Старика-Саари) сущим старцем: тяжелый синий плащ висел на плечах мага, что мокрая тряпка на огородном пугале; кустистые брови нависли над глазами, из-за чего взгляд казался тяжелым и таинственным. Седые, нерасчесанные пряди волос в беспорядке рассыпались по плечам, что (по мнению хоббита) свидетельствовало о крайне пренебрежительном отношении к себе самому.
Не произнеся более ни слова, маг прошествовал к камину и, усевшись в кресло, неторопливо закурил замысловатую трубку. Запах дорогого табаку тут же наполнил залу.
– Ну-с… – промолвил он. – Арата передал, что ты хотел меня видеть… Итак, я тебя слушаю!
– Арата? – невольно повторил хоббит. – Вот как, оказывается, зовут Странника…
– У Странника много имен… – проворчал маг. – Аратой кличут его те, кого он сам считает своими друзьями… Впрочем, не будем отвлекаться по пустякам! Чего ты хотел от меня?
– Хотел? – Фридерик только зубами заскрипел… Это же надо!
– Ничего особенного, – сухо произнес хоббит, усаживаясь в кресло напротив. – Я хотел… Хотел поблагодарить вас за гостеприимство! Если бы не вы…
– Всего-то, – недовольно прервал Фридерика маг. – Стоило же отвлекать меня от важных дел! Впрочем, не будем об этом! Как я уже сказал, рад, что ты так быстро встал на ноги. Тебе повезло… Что же до моих заслуг, то они невелики: я лишь пустил погреться продрогших путников. Ничего более!
– Я слышал, – осторожно заметил Фридерик, – что не всяких гостей вы принимаете в своих стенах…
– Ерунда! – раздраженно произнес маг. – Врата моей обители открыты для всех! Я ни от кого не скрываюсь – ты даже не найдешь ни единого замка на дверях. Я рад видеть в этих стенах каждого, кто приходит со светлыми помыслами и чистым сердцем. Жизнь здесь течет удивительно однообразно и скучно; потому я искренне радуюсь, когда меня навещают редкие друзья со своими простецкими рассказами о том, что происходит в мире… Однако, действительно, гости бывают у меня нечасто. Эти северяне – странный народ. Они погрязли в древних суевериях! К примеру, считается, что увидеть черную башню в ясную погоду – к беде…
– Черную башню… – повторил удивленный хоббит.
– Ну да, именно «черную башню» – ты не ослышался! – Палландо несколько раз глубоко затянулся и продолжил:
– Известные на всё Средиземье эльфийские башни у берегов залива Лун, что в Линдоне, построены из гондорского белого известняка. Поэтому они радуют глаз, не спорю. Здесь же, на севере, белого камня не сыщешь! В основном присутствуют граниты различных пород и цветов. Эта башня построена из базальта, редкого и очень крепкого камня. Он и при свете дня кажется черным! А уж после дождя или мокрого снега – и подавно. Что ж тут говорить! Истинно – черная башня.
– И она здесь, на Севере, не единственная… – догадался Фридерик.
– Мм… – Палландо обернулся в сторону хоббита и некоторое время, казалось, рассматривал его с интересом и удивлением, словно только что увидел.
– Возможно, – наконец произнес маг. – Впрочем, к делу это не относится… Что привело вас, хоббитов, в мою обитель? – напрямик спросил он.
– Ох! – Фридерик только и вздохнул. Как давно он мечтал о том моменте, когда вручит неизвестному «властителю» свой нелегкий груз и тем самым сбросит с плеч непосильную ношу… И вот этот момент, вроде, настал. Но почему-то хоббит колебался.
– Скажите, – промолвил Фридерик, – ведь вы – и верно! – являетесь хозяином Тархан-Соэль?
– Хозяином? Хм… – Маг некоторое время неотрывно разглядывал хоббита, раздумывая.
– Глупый вопрос, – наконец, произнес он. – Если у этой древней твердыни и был настоящий «хозяин», то было это в очень давние времена. Нет, я не могу считать себя хозяином! Скорее, я постоялец, который нашел здесь долгожданный приют. Впрочем, я – уж точно – единственный постоялец за несколько последних веков.
«Значит, – решился таки хоббит, – так тому и быть…»
– Значит, так тому и быть, – негромко произнес он. Сгорбившись, словно на его плечи вдруг опустился неимоверный груз, он, не торопясь, проследовал в угол, где покоилась его котомка и свернутый лёжник. Глянув мимоходом на собаку, Фридерик отметил про себя, что псина старательно изображает себя спящей; но треугольные уши торчат высоко над головой псины – значит, она внимательно прислушивается к разговору.
Еще раз глубоко вздохнув (почему-то хоббиту ужасно не хотелось отдавать Книгу!), он принялся развязывать неподатливую веревку, что крепко схватила горловину мешка. Пальцы почему-то скользили, и несложный узел никак не хотел поддаваться сопящему хоббиту. Пришлось пустить в ход зубы. Только тогда веревка ослабла, но Фридерик еще некоторое время не мог извлечь злополучную Книгу – мешала всякая мелочь. Наконец, хоббит чертыхнулся, перевернул мешок к верху дном и стал вытряхивать из него всё подряд.
Вначале не каменный пол посыпались всякие мелкие предметы. Потом – к несказанному удивлению хоббита – из мешка вывались разрозненные и порядком помятые страницы его собственной Алой Книги и лишь под самый конец вывалился старинный манускрипт.
Фридерик, уже не скрывая раздражения, приподнял Книгу (она показалась хоббиту неимоверно тяжелой) и с несказанным удовольствием возложил древнюю рукопись на небольшой столик меж двумя креслами. В последний момент его руки дрогнули, разжались, и Книга упала на стол. По залу пронеслось глухое эхо.
– Вот! – промолвил вспотевший, почему-то, хоббит.
…Доподлинно не известно, как представлял себе Фридерик сей исторический момент в своих мечтах (и представлял ли вообще?). Возможно по наивности своей хоббит надеялся, что маг Палландо радостно всплеснет в ладоши и завопит восторженно: «Ах, какая радость, как же долго я дожидался сего благословенного случая!» Возможно, впрочем, что Фридерик представлял себе это и вовсе по-иному… Однако известно, что маг повел себя крайне странно (естественно, с точки зрения стороннего наблюдателя).
Палландо лишь слегка покосился в сторону Книги, отчего его тонкий, с горбинкой, нос показался хоббиту совсем уж крючковатым – как у сказочной ведьмы. В такой позе Палландо застыл на добрую минуту, а затем, произнеся про себя нечто невнятное (выругался, что ли?), хрипло спросил:
– Что это?
– Как что!? – искренне удивился Фридерик. – Книга…
– Я вижу, что это – Книга, – проворчал маг. – Я спрашиваю ЧТО ЭТО!? Откуда она у тебя? И не рассказывай мне побасенок, что она досталась тебе в наследство от горячо любимой тетушки!
– Нет, конечно же… – тихо ответил хоббит.
– Рассказывай! – приказал Палландо.
– Что рассказывать-то? – недоуменно промолвил Фридерик.
– Всё! От начала и до конца! И, желательно, с мельчайшими подробностями!
Сглотнув некстати подвернувшийся в горле комок, Фридерик стал рассказывать…
Поначалу ему показалось, что повествовать об одних и тех же событиях в третий (похоже) раз будет не так уж и сложно. Основная проблема – что не рассказывать? – была решена еще ранее (конечно же, хоббит не собирался делиться с «первым встречным магом» ни сведениями о необыкновенных способностях своей псины, ни о мучавших его снах и призрачных видениях).
Фридерик непринужденно начал рассказ с того, как четыре года назад, ранней весной, свернул с Южного тракта на знакомую тропинку и остановился на ночлег (пришлось, правда, ненадолго отвлечься и прочесть маленькую «вводную лекцию» про устройство хоббитской общины, традиции устраивать угощения и прочее…). Рассказал, как на следующий день нашел бездыханного старца, как волок его на себе до самого дому и так далее…
– Когда это произошло? – внезапно поинтересовался молчавший до этого Палландо. – Когда ты его обнаружил?
– Кажется, утром…
– При чем здесь утро? – раздраженно воскликнул маг. – Я спрашиваю – когда? Меня интересует дата!
– Ну-у… Точно не помню… Где-то во второй половине апреля…
– Точнее! – потребовал маг.
– Точнее? – Фридерик растерялся. – Ну… Возможно, числа где-то двадцатого…
– Так «двадцатого числа»? Или «где-то» двадцатого? – уточнил маг.
– Да как я могу точно сказать-то! – возмутился хоббит. – У меня что – календарь на стенке висит?
– Ну, хорошо, – промолвил Палландо, примирительно махнув рукой и выпустив колечко сизого дыма. – Продолжай…
– Вы меня только не сбивайте, – обиженно попросил Фридерик.
– Постараюсь… – отозвался маг.
Настороженно наблюдая за собеседником, который только и делал, казалось, что любовался непринужденными язычками пламени в камине да время от времени выпускал тонкие колечка табачного дыма, Фридерик (уже осторожнее, подбирая слова) пересказал последующие события. Упомянул старуху Жебреницу, которая загодя «похоронила» Старика; припомнил покойную матушку, что ухаживала за незнакомцем, похоже, только из любви к своему единственному сыночку; рассказал, как удивительно скоро Старик стал на ноги. Не забыл Фридерик рассказать и про странную серебряную статуэтку-набалдашник, и про синюю хламиду, что осталась на камнях Заячьих оврагов. Припомнил и то, как догадался, кем не самом деле есть таинственный Старик, и откуда почерпнул необходимые сведения (при этом хоббит невольно скосил глаза на разбросанные по полу залы страницы развалившейся его собственной рукописи Алой Книги). Подробно (по настоятельной просьбе Палландо) он пересказал и последнюю, долгую беседу со Стариком, в которой тот, вроде бы и не возражал, что есть «волшебником» на самом деле, но что-то уж очень темнил и упорно избегал ответов на прямые вопросы. Пришлось рассказать также о «таинственной смерти» Старика и его – Фридерика – догадках по сему поводу. А также о том, что произошло в последующие годы…
Повесть оказалась, на удивление, долгой. Понукаемый нечастыми вопросами мага, хоббит под конец рассказа выдохся окончательно и мечтал лишь о том, чтобы этот «допрос» поскорей закончился.
– В твоей истории много белых пятен, – помолчав, подытожил маг некоторое время спустя. – К примеру, мне непонятно, почему твой загадочный маг не явился ко мне сам, а решил отправить тебя? Хм… Пояснение, что его путь лежит в другую сторону, выглядит неубедительно. У него должны были быть более веские причины!
– Может быть вы с ним когда-то поссорились? – неуверенно предположил Фридерик.
– Поссорились? – маг лишь удивленно глянул на хоббита. – Я ни с кем не ссорился! Это, знаешь ли, не в моих обычаях.
– Тогда не знаю…
– Есть и другие неясности и несуразицы, – меж тем, продолжил Палландо. – Уж извини, но мне непонятно, что заставило вас, хоббитов, пуститься в тяжелую дорогу по горам на зиму глядя? Что – на самом деле! – произошло с тобой на перевале Уренхой? И многое другое… Но это всё может подождать пока…
Фридерик лишь втянул голову в плечи и приуныл: отвечать на все эти вопросы как-то не входило в его планы.
– Опиши мне еще раз своего волшебника! – потребовал Палландо.
– Ох, – Фридерик закрыл глаза и попытался представить себе Старика… Как же его описать-то? И какого описывать? Когда он лежал, недвижный, на постели покойного отца? Или позднее, когда набравшись сил, Старик разглагольствовал о том да сем, сидя над рукотворным водопадиком в долинке у Магнитного камня?
– Он очень похож на вас, – наконец, произнес хоббит. – Но кажется моложе… С нашей, извините конечно же, человеческой точки зрения. И еще… – Хоббит радостно вздрогнул. – У него были почти белые глаза!
– Что значит – белые? – маг нахмурился.
– Ну, не совсем белые… Но очень-очень светло-серые, я бы так сказал.
– Гм… – только и произнес Палландо. И замолчал надолго… Он низко склонил голову – седые пряди закрыли лицо, и Фридерик никак не мог разглядеть ни глаз, ни выражения лица волшебника. Молчание затягивалось, и понемногу это стало раздражать хоббита. Оттого, возможно, он и произнес:
– Его звали Саари…
– Как!?…
Тут же Фридерик обругал себя последними словами, но было поздно. «Прав Мерик! Вот у кого язык, действительно, без костей! Ну и дурень! Если маг уцепится за эту оговорку, то – уж точно! – выдавит из меня всё до последнего. Особенно – про собаку. Эк, незадача-то какая!»
– …Саари? – неспешно откликнулся Палландо и обернулся к хоббиту. – Впервые слышу! Он сам назвал тебе свое имя?
«Ну вот, пожалуйста», – подумал хоббит.
– Не совсем, – произнес Фридерик дрожащим голосом. – Он был совсем плох поначалу… Бредил…
– Бредил? – брови мага медленно поползли вверх.
«Что-то я не то говорю, – подумал хоббит. – Ох, кажется, день сегодня не задался…»
– Откуда я знаю!? – воскликнул он в отчаянии. – Может быть бредил, а может статься, звал кого-то в беспамятстве!
– В беспамятстве, говоришь? Мм… – брови мага, казалось, и вовсе скрылись под прядями седых волос.
– Ну что вы меня пытаете? – в сердцах воскликнул Фридерик. – Ничего я не знаю! Принес же я вам эту окаянную Книгу! Нате – подавитесь!
Глаза мага на миг озарились недобрым светом.
– Ты, молодой человек, словами-то не бросайся! – промолвил он сурово. – Думай, что говоришь! Многие дела, что вершатся в наши дни, не так уж просты, как кажутся изначально… В них следует разобраться, чтобы принять верное решение! Потому я тебя и «пытаю». Не ради удовольствия, заруби себе на носу!
– Вот-вот, и Странник-то меня допытывался… – сообщил хоббит.
– Это другое… – промолвил маг, махнув рукой. – Северянам всё подозрительно. Такой уж они народ.
– Так вы не знали Саари? – участливо спросил Фридерик после достаточно продолжительного молчания, чтобы хоть как-то сгладить неловкость.
– Трудно сказать… – отвлекшись от потолочных балок, бесцветным голосом произнес маг. – Впрочем, этот вопрос следует уточнить! Мне не известно, сколько магов разгуливало по просторам Средиземья в свое время, никому не известно. Разве что Валарам… Если судить по некоторым косвенным источникам, их могло быть не менее семи, но и не более девяти. Конечно же, я могу ошибаться, но неоспорим тот факт, что с большинством из них мои пути не пересекались. К тому же маги могут менять свой облик, свою внешность…
– Менять внешность… – зачарованно повторил хоббит.
– Именно. Такие случаи были нередки, всё зависело от обстоятельств… Должен признаться, что и я сам пользовался такой возможностью время от времени. Но мы отвлеклись! Не стану скрывать, что некогда я был знаком с неким «белоглазым магом». Имя его, конечно же, было другим. И хотя мне трудно представить, что по бескрайним просторам Средиземья в Наше Время бродят два мага со столь запоминающейся внешностью, не будем спешить с выводами. В Истории бывали совпадения и покруче.
– Но Книга! Она хоть вам знакома? – продолжал допытываться хоббит. Он поневоле покосился на разделявший их столик, отметив про себя, что маг так и не прикоснулся к его ноше.
– Нет, – тем же голосом произнес Палландо. – Эту Книгу я ни разу не держал в руках.
– Но вы же ее даже не открывали, – изумился хоббит.
– Мне это ни к чему, я и так вижу! Впрочем, – маг встрепенулся, – хотелось бы узнать, что ты сам знаешь про эту рукопись, что тебе про нее рассказал наш таинственный Саари?
– Боюсь, что знаю не так уж и много, – хоббит вздохнул и, не торопясь, пересказал всё, что ему запомнилось из памятного разговора со Стариком. Мимоходом помянул, что ничего так и не понял из тех древних рун, которыми записан стародавний текст, поскольку, извините, древним языкам хоббиты не обучены…
– Ты заглядывал в Книгу, – утвердительно произнес Палландо и поднял голову… Зрачки мага были во всю радужку, и Фридерик невольно втянул голову в плечи: похожим взглядом в свое время наградил его и Старик.
– Но я же ничего дурного не сделал, – пролепетал хоббит. – Да и Саари не запрещал мне этого…
Палландо отвернулся, и некоторое время Фридерик созерцал лишь седые, спутанные волосы старца.
– Хорошо, – наконец произнес тот. – Мне надо время, чтобы разобраться с этой Книгой. После поговорим!
– Время… Я понимаю, – со вздохом произнес Фридерик. – А мне-то что делать?
– В смысле? – маг полуобернулся к хоббиту.
– Вот вы сейчас цапнете эту Книгу, а мне-то что со всем этим делать?
– Мм… Не понимаю… – Маг казался явно озадаченным.
– Ну, конечно! – всплеснул руками Фридерик. – Зачем понимать-то? Только поставьте, господин добрый, себя на мое место! Жил я себе худо-бедно в своем родном Уделе, никого не трогал… И нате вам – трах! Один волшебник сваливается с небес! Отошел малость в сторону – трах! Второй тут как тут! Что ж это получается? Ведь все люди знают, что уж несчесть сколько лет и эльфы, и маги покинули Средиземье!
– Мм… – маг было нахмурил брови, но тут же взгляд его просветлел. – Невнятно ты как-то выражаешься, но, кажется, я тебя понял… Ты не уверен, что поступаешь правильно, отдавая Книгу именно мне? Что ж, это естественно… – Палландо слегка приподнял руку, прерывая возможные возражения. – Всё же думаю, ты поступил верно. Тот, кто направил тебя в эти края, конечно же знал меня, и знал, что я всегда интересовался подобными рукописями. Книги – моя страсть! Я посвятил этому многие годы своей жизни в Средиземье. Ах, он точно знал, к кому тебя направить!
– Да нет же! – воскликнул Фридерик, обхватив руками голову. – Теперь это уже не имеет для меня никакого значения – свою миссию я выполнил! Я другого понять не могу! Откуда ВЫ, вообще, тут взялись? Что вам здесь опять надобно? Зачем вам эта Книга? Что вам от нее?
– Опять… Надобно? – повторил Палландо. Казалось, он был донельзя удивлен. – Да мы, маги, вроде, и не девались-то никуда все эти годы…
Хоббит лишь всплеснул руками. «Нет подходящих слов, – отчаянно подумал он. – Я так и не смогу объяснить, что меня тревожит».
– Похоже, – произнес в раздумье Палландо минуту спустя, – ты, милсударь-хоббит, хочешь знать, что «это всё» означает? То есть более, чем положено знать простому смертному. Так, по крайней мере, я тебя понял. Ну, что ж, это многое объясняет…
Фридерик лишь мельком глянул не мага.
– Ничего особенного я знать не хочу… Я хочу понимать!
– Позволь напомнить тебе избитую истину, – произнес наставительно Палландо, – в дела мудрецов нос не суй – можешь и головы лишиться!
– Слыхивал я… – промолвил молодой человек, нахохлившись.
– И еще… – Маг на некоторое время задумался и затем продолжил, обращаясь более к себе самому:
– Конечно, разумнее всего в данных обстоятельствах было бы сказать: не твоего ума это дело…
Хоббит только горестно усмехнулся и понурил голову…
– Разумнее всего… – повторил маг в раздумье, и блуждавший до того взгляд Палландо остановился на молодом человеке. – Но… Я так не сделаю! Не сделаю, в первую очередь, потому, что ты, Фридо, доставил мне, старику, редкое удовольствие: я смогу прикоснуться к неведомой мне до сей поры рукописи. При этом ты рисковал своей жизнью, сам не понимая, ради чего это делаешь!
Фридерик слегка встрепенулся, но у него достало ума промолчать – лишь бы не омрачить блеснувшую вдалеке надежду. В глубине души хоббит надеялся, что маг хоть в малой степени удовлетворит его любопытство – слишком тяжелым выдалось путешествие. Где же награда!?
Меж тем Палландо пристально вглядывался в молодого человека (хоббиту уж и вовсе стало не по себе) и молчал. «Он думает, что можно мне доверить, а что нет», – понял Фридерик – он и сам так поступал не однажды.
– Ну, хорошо, – наконец, произнес Палландо, приняв, видимо, решение. – Что тебе, молодой человек, известно про нас, магов, вообще?
– Известно? – осторожно переспросил Фридерик и вздохнул. – Ох, немного…
Все знания о прошедших эпохах, в том числе и о магах, Фридерик почерпнул лишь из своей же Алой Книги да немногих рассказов отца, которые хоббит с трудом мог припомнить.
– И всё же? – поинтересовался маг.
– Хм… Э-э… Ну… – Фридерик пожал плечами и откашлялся, пытаясь всем своим видом изобразить крайнее равнодушие к этому вопросу. – Все знают волшебников Гэндальфа и Сарумана… Был еще один. Радагаст, что ли…
– Ну-ну… – Палландо усмехнулся. Казалось, он наслаждался невежеством хоббита.
– Мм… Появились волшебники в Средиземье давно, – продолжал вовсе не обескураженный Фридерик (хоббитов всякими там ухмылочками не смутишь!). – И пришли они, чтобы помогать свободным народам в борьбе со Злом. Вот!.. Саруман оказался злодеем и помер нехорошей смертью… А Гэндальф отплыл на Запад, прихватив с собой немногих остававшихся в восточных землях эльфов, а также наших славных соотечественников – Бильбо и Фродо Торбинсов, кои, кстати сказать, и написали известную всему миру книгу под названием…
– Браво! – воскликнул Палландо, прерывая Фридерика. – Никогда до сего дня не слыхивал, и даже представить себе не мог столь блистательного изложения истории Средиземья! Слава Фридо – соплеменнику знаменитых Фродо и Бильбо! – маг захлопал в ладоши. – Удивительно, что никто из ныне здравствующих летописцев не догадался до сих пор уместить Историю Средиземья в подобный десяток слов, столь понятных и, по-своему, таких восхитительных!
– Вы надо мной, верно, смеетесь? – с обидой в голосе произнес Фридерик.
– Нет, Фридо, я не смеюсь! – став вдруг необыкновенно серьезным, промолвил Палландо. – Наоборот, мне очень горько, что большинство ныне живущих не знают – и не хотят знать! – Истории своей родной земли, что они даже не представляют себе тех тягот и невзгод, что выпали на долю их далеких предков. Они – теперешние жители земель – даже понятия не имею, ради чего гибли в многочисленных сражениях с Врагом их же прадеды!
Фридерик только надулся. Конечно же, хоббит никогда не тешил себя мыслью, что является таким уж знатоком Истории, но слова мага его глубоко ранили. Ему вдруг стало обидно за своих соотечественников.
– Думаю, – меж тем, промолвил Палландо, наблюдая за молодым человеком, – нам следует отложить разговор до лучших времен. А то у тебя, похоже, веки слипаются…
– Ну, нет уж! – тут же встрепенулся хоббит. – Я и так всю ночь спать не смогу! Мерещиться будет всякое. Нет-нет! Уж поверьте, я лучше несколько дней кряду глаз не сомкну, только объясните, как же так получается…
Палландо только и смерил хоббита укоризненным взглядом, но, наконец, промолвил:
– В землях Заокраинного Запада нас называют «истари», что в переводе на всеобщий язык означает «мудрые». Здесь же, в Средиземье, нас обычно величают магами или волшебниками. Иногда – чародеями, хотя последнее прозвище мне не очень-то нравится. Чародей чем-то сродни фокуснику. А фокусник, как известно, призван развлекать простой люд по всяким там ярмаркам да балаганам.
Маг раскурил затухшую трубку и продолжил:
– Первые маги, кои действительно известны в землях Средиземья под именами Саруман, Гэндальф и Радагаст, появились здесь приблизительно в 1000 году Третьей Эпохи… Теперь, пожалуй, мне придется сделать паузу, дабы внести ясность в некоторые вопросы, иначе ты, Фридо, не поймешь самого главного!
Фридерик с готовностью кивнул.
– Есть расхожее мнение, что Высшие Силы забыли о простых смертных, даже эльфы не опускаются до людских нужд. Это не совсем соответствует истине! Валары, коих издавна называют также Силами Стихий, несут огромную, ни с чем не сравнимую ответственность перед Создателем за судьбы этого мира. Изначальный замысел Илуватара не известен никому – лишь немногие могут строить догадки! – но людям, как и эльфам, отведена в этом плане определенная роль. Вы, живущие в этих землях, можете делать всё, что угодно – воевать друг с другом, истреблять друг друга, любить, ненавидеть, заключать союзы, предавать… Единственное, что вам, людям, не позволено – истребить себя самим под корень или позволить сделать это третьей силе! Это тебе ясно, Фридо?
Хоббит неуверенно кивнул. Палландо, искоса глянув в сторону хоббита, также кивнул и продолжил:
– К тому времени, когда первые истари достигли берегов Средиземья – их встречал Кирдан в Серебристых Гаванях – события уже приняли угрожающий оборот. Арнор к тому времени был разделен на слабые, нежизнеспособные княжества, набеги восточных племен не прекращались… На Севере, в Ангмаре, зрело злодейство – собиралась с силами могучая дружина будущего Черного Повелителя. Враг же – Саурон! – не был повержен окончательно; войско его рассеялось, но не было уничтожено. К тому же призрак Кольца Всевластья по-прежнему витал над просторами Средиземья. И было еще нечто… Существовала Черная Завеса, отделявшая земли свободных народов от огромного континента, что раскинулся почти на полмира…
– Черная Завеса… – невольно повторил Фридерик, словно старался запомнить эти слова.
– В Летописях Средиземья она упоминается как Темная Завеса, либо Завеса Лжи. И тому имеются определенные разъяснения, – продолжал маг. – Если когда-нибудь тебе, Фридо, удастся лицезреть старинные карты Средиземья, то ты не сможешь не обратить внимания на очевидный факт: земли к северу от Серых гор представляют собой сплошное белое пятно! Тогда считалось, что за заливом Форохель лежат сплошные льды, а потому земли эти не пригодны для жизни людей. Подобное «белое пятно» ты, конечно же, без труда обнаружишь восточнее озера Рун, а также южнее известной реки Харнен, что у границ княжества Харад…
– Вот те на! – воскликнул зачарованный Фридерик. – Мы-то, хоббиты, живем себе преспокойненько в несуществующих землях, оказывается!
– Не будем отвлекаться! – проворчал маг. – Черная Завеса призвана была не пропускать Светлые силы, но отворяла свои врата для прихвостней Тьмы. Мм… Собственно говоря, магические завесы не такая уж и редкость! Возможно, ты слыхал про «Завесу Мелиан»?
Хоббит лишь пожал плечами.
– Неудивительно… – Палландо покряхтел и укоризненно покачал головой. – В свое время этим магическим покровом было окутано древнее царство эльфийского короля Тингола – сквозь эту завесу не дано было проникнуть злобным тварям Моргота и недругам короля. Позже подобную завесу возвела округ своих владений опальная эльфийская княжна Галадриэль. Место это называлось Лориэн…
– Я знаю! – воскликнул Фридерик. – Я читал где-то…
– Вот и славненько, – тут же откликнулся маг. – Но! Черная Завеса окружала не какие-нибудь местные владения, а добрую половину огромного континента! Понятно, надеюсь, почему валары были встревожены. Какой же СИЛОЙ должен был обладать тот, кто спромогся на такое невиданное дело!? Мелькор – врядли… Саурон – куда ему до Извечного Врага! Вот и загадка – с кем же на самом деле, с какой Силой могут столкнуться Стихии в будущем?
– Так оказывается, вас, магов, отправили в Средиземье, чтобы вы решили эту задачку? – воскликнул хоббит. – Тогда всё ясно…
– Не мели языком! – проворчал Палландо. – Ишь, удумал – по каждому поводу замечания раздавать!
– Ну, уж извиняйте, – обиженно промолвил Фридерик. – На вас не напасешься…
– И верно! – согласился волшебник. – Хочешь дослушать до конца – помолчи!
Фридерик чертыхнулся (про себя) и замолчал.
– На чем же я остановился? – промолвил маг. – Ах, да… Кажется, я говорил о Черной Завесе. Сложилось так, что три мага оказались «по эту сторону» завесы. Не стану утверждать – просто не знаю – пытались ли они проникнуть сквозь магический покров. Думаю, и не пытались…
– Но почему? – невольно воскликнул Фридерик.
– Об этом речь пойдет позже… Я же просил – не перебивай! – сурово напомнил Палландо. – Прошло где-то около тысячи лет… Прислужники Тьмы по-прежнему непринужденно просачивались в земли изначального Средиземья, сея смуту и разорение. Тогда и было принято решение отправить в эти земли еще нескольких магов, но уже «за Завесу». Одним из них и стал ваш покорный слуга. Меня сопровождал в этом путешествии маг Алатар. Белокрылый корабль доставил нас в неприметную гавань севернее ледяного залива. Оттуда начали мы свой долгий и тернистый путь по просторам неизведанного континента. Некоторое время спустя наши пути разошлись. Мне доподлинно известно, что Алатар отправился на Восток, я же предпочел иную стезю. С тех пор прошли многие годы…
– А что стало с Черной Завесой, с которой вам повелели разобраться валары? – не смог удержаться Фридерик. – Это так интересно!
– Стоп! – громогласно воскликнул Палландо. – Валары нам ничего не велели! В этом вопросе должна быть абсолютная ясность! Валары – замечу! – вообще никогда, ничего и никому не приказывают! Они используют иные методы убеждения, если можно так выразиться. Ты, чего доброго, удумал, что нас, мудрых, выстроили на плацу…
– Да нет же! – запротестовал было хоббит.
– Ладно… – маг в сердцах махнул рукой. – Ну как тебе можно что-либо рассказывать? Ты, поди, и не вслушиваешься, о чем речь-то идет?
– Молчу, – пообещал хоббит. – Больше ни словечка…
– А, чтоб тебя… – маг даже сплюнул. – На чем же я остановился-то? Мм… Черная Завеса! Ныне ее чаще всего именуют Завесой Лжи, видите ли… Современные мудрецы пришли к единодушному мнению, что никакого покрова и не существовало вовсе! Что причиной всему – лживые посевы, которые хитроумно рассеял Саурон, дабы не допустить расселения свободных народов по огромному континенту. Ведь тогда – и это верно! – подчинить своей воле людей, эльфов и гномов было бы ему, ох, как непросто…
Палландо некоторое время молчал, недовольно покачивая головой. Фридерик хотел было задать очередной вопрос, но промолчал – обещал же!
– Нет, – наконец промолвил маг, – чтобы там не говорили доморощенные философы, Черная Завеса существовала долгие годы до и после того, и была сущей напастью для всех свободных народов Средиземья. Ни единожды я приближался к ней настолько близко, что казалось, остается лишь руку протянуть и коснуться…
– И вы не попытались проникнуть внутрь Завесы? – таки не удержался от естественного вопроса Фридерик.
– Я не хотел рисковать… – голос Палландо прозвучал как-то отстранено. – Ведь неизвестно было, смогу ли я вернуться назад… Не будем более об этом! Третья Эпоха давно минула, Черный Властелин низвержен, а с ним сама собой рухнула и зловещая Завеса. Возможно, она и была в какой-то мере связана с происками Саурона. Впрочем, сейчас уж врядли кому-либо удастся выяснить истинную природу ее происхождения.