Текст книги "Безоружные (СИ)"
Автор книги: Явь Мари
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 31 страниц)
Глава 33
Всё время полёта я мечтала поскорее выбраться из ловушки, но когда самолёт сел, я поняла, что безопаснее оставаться внутри.
– Нам пора, Кэс. – Арчи протянул мне руку, выглядя так внушительно и гордо. Когда он не говорил об оружии, то казался настоящим образцом для подражания: сдержанный, уверенный, непоколебимый.
– Не знаю, что именно ты имел в виду. – Я беспокойно вертела кольцо в пальцах. – Но… понимаешь… такие решения не принимаются в одиночку.
– Я ни одно решение в одиночку не принимаю. Я всегда советуюсь с Ним, как и ты когда-то.
Ну вот опять.
– Ладно… но ведь теперь всё изменилось. – Начни я ему объяснять, что именно изменилось, и он меня задушит. Это читалось в его взгляде, пусть даже таком – обманчиво спокойном. – Мы изменились… и Побережье тоже… ну в общем…
Он так и стоял с протянутой рукой.
– Что ты пытаешься сказать?
Вздохнув, я взяла его за руку. Но лишь для того, чтобы вложить кольцо ему в ладонь. Он недоумённо нахмурился.
– Прости, Арчи. Мне, правда, жаль. Но у нас ничего не получится…
– Скажи, что я ослышался! – перебил он меня, сжимая ладонь в кулак с силой, до побелевших костяшек. Болью подстёгивая злость. – Пожалуйста, скажи, что это проверка, шутка или ещё какая хрень! Потому что я не верю, что ты можешь вот так просто отшить меня. Опять? В такой момент? После всего, что произошло? Я что, всё ещё недостаточно хорош для тебя? У меня есть всё, действительно всё, что тебе нужно. Только я понимаю тебя. Я единственный, кто тебя заслуживает. Но самое главное – Он сам отдал тебя мне.
– Нет, ты…
– Да! – Сквозь его пальцы сочилась кровь. – Хоть раз скажи мне это слово! Это и вполовину не так сложно, как то, через что я прошёл ради тебя! Ты можешь себе представить, что я делал? Рассказать? Или тебе плевать? Плевать на меня?!
Когда я попыталась встать, он отшвырнул кольцо и схватил меня окровавленной рукой за толстовку на груди, впечатывая в кресло.
– Прости, Арчи, – выпалила я, прежде чем его рука поднимется к моему горлу. – Я лишь хотела сказать, что ничего не выйдет без благословения вашего главы. Меня не примут в семью, если он не разрешит. Тебе стоит поговорить с ним, прежде чем делать такие заявления. Я просто беспокоюсь о тебе. Только и всего.
Мне было не по себе от того, что пришлось лгать, да ещё так подло. Но то, как моментально он расслабился, было таким… правильным. Арчи выглядел полностью исцелённым, хотя секунду назад задыхался от ярости.
– Кэс, – прошептал он, дёргая меня на себя и сгребая в объятья. – Это он должен просить тебя принять его фамилию. Он должен гордиться тем, что его «вещь» пригодилась тебе. Но мы поговорим с ним. Конечно, поговорим, если ты хочешь этого. Только не сейчас.
Меня трясло, и Арчи спросил:
– Я напугал тебя? Не бойся, Кэс. Я лишь хотел обнять тебя. Просто хотел обнять. Я не обижу тебя. Я ведь отлично знаю, что бывает, когда тебя обижаешь.
– У тебя кровь идёт.
– Я заслужил. Не обращай внимания. – Он уткнулся в мои волосы. – Подумал, что ты хочешь бросить меня. Вот чего я точно не переживу. Твоего предательства. Я такой идиот… Ты ведь здесь, рядом, так близко, но мне почему-то мало этого. Скажи, что останешься со мной.
– Я останусь с тобой.
– Прости, что накричал на тебя. Иногда мне срывает тормоза, и это может выглядеть пугающе, но это всего лишь шум.
Казалось, он сам себя пытается в этом убедить.
– Всё в порядке, Арчи. – Я обняла его в ответ, такого непривычно большого и высокого. – Я ценю то, что ты делаешь для меня. Просто я немного нервничаю, вот и всё.
Он расслабился. Его руки больше не сдавливали до треска в костях, а гладили.
– Почему?
– Потому что я не понравлюсь твоей родне.
– Это так… совсем не похоже на тебя.
Арчи отстранился, разглядывая меня с неопределённой полуулыбкой. Но, заметив следы крови на моей одежде и коже, тут же снова стал мрачным. Уйдя в хвост самолёта, он вернулся с влажным полотенцем, а я тем временем отыскала кольцо.
– Я куплю тебе другое, – сказал он, забирая и пряча его в карман. – Какое сама выберешь.
Стерев кровь с моей кожи, он вытер руки сам.
– Тут ведь есть аптечка…
– Пусть будет так. – Арчи не просто наказывал себя. Физическая боль ему сейчас была необходима. Она притупляла навязчивое беспокойство. Со мной та же история. – Идём.
Я спустилась по трапу следом, отгораживаясь от солнца рукой. Всё внутри дрожало. Я пыталась представить эту ситуацию знакомства: провинившаяся лично перед главой Рэмиры преступница, да ещё выгляжу чёрт знает как. Никакие манеры и слова тут всё равно не помогут.
– Тебя никто не встречает?! – удивлённо воскликнула я, ступив на землю.
– Я ведь не сообщил, что прилетаю. – Обернувшись, Арчи догадался: – Ты переживала, что кто-то из них увидит тебя такой?
– Просто… боялась опозорить тебя.
– Хочешь хорошо выглядеть ради меня? – Он шёл к ангарам, стоящим в ряд за посадочной полосой. – Кажется, ты, правда, очень изменилась.
Судя по тону, он был этим исключительно доволен.
Я неловко откашлялась.
– Может, всё-таки включишь телефон?
Но Арчи было всё равно, что происходит за границами его вдруг начавшего возрождаться из пепла мира. Семья же считала его пропавшим без вести или дезертиром. Его, наверняка, разыскивали для того, чтобы удостовериться, что он жив, или же вставить по первое число за тот бардак, который мы устроили. А может… может, Мур прямо сейчас пытал и убивал его родственников, по одному за час, требуя у главы связаться с внуком и вернуть меня.
Глядя Арчи в спину, я хотела спросить, насколько сильного бионика он привёз той женщине. Но он бы сразу понял причину моей тревоги.
И тут же прикончил бы.
– Садись. – Мы подошли к машине, и он галантно открыл передо мной дверь.
– Ты сам поведёшь?
– А ты мне не доверяешь?
– Твоя рука…
– Серьёзно, Кэс, мне, кажется, ты меньше беспокоилась, когда мне ноги оторвало.
Единственное, что я отметила в дизайне автомобиля, что он был чёрным снаружи и белым внутри. Мне тогда было не до восхищения роскошью, которая окружала Арчи везде, где бы он ни появился.
Хотя, когда через час мы остановились перед мраморным апогеем архитектурного мастерства, я не сдержалась.
– Ого… ты живёшь здесь?
– Это модный дом, – сказал Арчи.
– А… – Я осмотрела себя. – То есть таких, как я, туда не пускают?
– Наоборот.
Да нет, всё так и было. Если бы я решила заглянуть туда без сопровождения в лице Артура Рэмиры, меня бы даже на порог не пустили. Феи, которые порхали по этому модному дому, просто не позволили бы чему-то настолько чужеродному проникнуть внутрь.
Но Арчи знали там. Возможно, я не первая девушка, которую он им доверил? Однако прежде чем хозяйка успела сказать хоть что-то по поводу конкретно этого, самого запущенного случая, он отвёл её в сторону.
– Я поняла тебя, милый. – Женщина посмотрела на меня с улыбкой. – Я догадалась об этом, как только ты открыл для неё дверь, и вы вошли. У меня есть кое-что специально на этот случай. Идите, девочки вас проводят.
– Что ты сказал ей? – спросила я, когда нас отвели в примерочную. И это была не тесная кабинка за шторкой, а отдельная, просторная комната. Свежие цветы, зеркала, мягкая мебель. Когда Арчи сел в кресло, ему предложили напитки.
– Ты и сама знаешь.
– Нет.
– Да. Я уже говорил тебе это.
– Ты много чего мне говорил, мы всё-таки с тобой не первый день знакомы, – сказав это, я задумалась.
Боже, а ведь действительно. Мы давно друг друга знаем. Что мы только вместе ни делали: от домашки до вопиющих преступлений. Откуда тогда взялась эта неловкость? Вернее: где мы набрались этой «незнакомости»? Арчи – в таких вот модных домах, а я – на Дне.
Если вспомнить, мы и раньше-то находились в разном положении, социально и материально. А теперь он стал наследником главной семьи, а я – смертницей. Я это к чему. Будучи детьми мы пытались дружить, но всё это обернулось трагедией небывалых масштабов. Теперь он захотел более серьёзных отношений…
Ладно.
В примерочную, цокая каблуками, зашла хозяйка, за ней следом – помощницы с платьями чёрного цвета. Таков этикет Рэмиры, тут ничего не поделаешь. Они по очереди показали мне каждый наряд, но когда я ничего не выбрала, хозяйка обратилась к Арчи:
– Милый, эта девочка тебе не по зубам.
– Или, скорее, вы ей не по вкусу.
– Это многое говорит о её вкусе.
– Если ей здесь не нравится, мы найдём другого стилиста.
– Не шути так.
– Я просто никогда не носила платья, – призналась я неловко, и женщина кинула на Арчи взгляд, мол, что я тебе говорила.
– Примерь вот это. – Она повесила платье на ширму, но я стояла на месте, теребя язычок молнии на толстовке. – Хорошо, я вас оставлю. Девочки будут поблизости, если вдруг понадобится помощь.
Они вышли, но Арчи остался сидеть в кресле.
– Ты не мог бы…
– Помочь тебе?
– Ха-ха, – нервно рассмеялась я. – Что?
– Тебе ведь нужна моя помощь.
– Нет! Нет... О чём ты?
– Я о верёвочном бандаже, который ты носишь под одеждой.
Я испуганно застыла, глядя на его ладонь с шипастым перстнем. Почему даже родовое украшение на нём смотрелось так, что я забывала, что у этого парня в сумке есть ещё и пистолет? Мол, более угрожающим он выглядеть уже не мог, но он мог.
– Это не то…
– О чём я подумал? – закончил Арчи, поднимаясь на ноги, приближаясь. Ну вот, это я имела в виду. – Да брось, Кэс. Мы ведь уже не дети. Расскажи, для чего ты это сделала? Или для кого?
Я принялась судорожно соображать, хотя понимала, что любое объяснение ему не понравится, как и ещё одна секунда промедления. Он собирался снова «обнять» меня.
– Это наказание? Или ритуал? Твои ритуалы мне нравятся намного больше, чем мои. У меня нет и половины твоей фантазии, – проговорил он, и я, довольная тем, что он сам себе всё объяснил лучшим образом, выдохнула от облегчения. Преждевременно. – Я ни о чём другом думать не могу. Только о красных верёвках на твоём теле. Хочу снять их…
– Нет!
– Будешь расхаживать в платье без белья? Я не против.
Он спрятал руки в карманах, и я вновь смогла трезво мыслить.
Погодите-ка…
– Откуда ты знаешь, что на мне нет белья? – Я заглянула ему в лицо, но теперь уже Арчи отвёл глаза. – Ты что… пока я была без сознания… смотрел на меня? – Я приготовилась услышать поспешные оправдания, но он молчал. Какого чёрта он молчал?! – Ты… ты же сказал, что ничего не будешь делать. Ты поклялся мне!
– Я сказал, что не стану тебя насиловать.
– А то, что ты сделал, как называется?!
– Не знаю, ты мне скажи. Как это называется, Кэс? – Он задрал мою футболку, и я ударила его по руке. – Если не для Него и не для меня, то для кого ты так старалась? Кто может смотреть на тебя? Те шлюхи? Я ведь видел, как ты оголялась перед ними. Хочешь сказать, у них на тебя больше прав, чем у меня?
– Я была пьяна.
– Это тут ни при чём. Я знаю, ты всегда предпочитала мне кого угодно. Даже женщин. Даже моего отца.
– Да плевать мне на твоего отца! Сколько можно об этом говорить?! Он мне вообще никогда не нравился, а под конец я стала его люто ненавидеть, ясно? Прости, но это из-за него меня приговорили к высшей мере! Слышал бы ты, какие показания он давал в суде! Такой красноречивый, трогательный и несчастный!
Арчи обхватил мою голову, заставляя посмотреть на него.
– Именно поэтому я его и убил, Кэс.
– Ты… что? – уточнила я шепотом.
– Я убил его. – Он зарылся пальцами в мои волосы и приблизил лицо, словно собрался объясняться в любви. – Это был я. Пришёл к нему и прострелил ему башку. Это не было банальной местью, вовсе нет. Конечно, он заслужил, давно напрашивался, но я сделал это лишь из-за необходимости. Это жертва. Без неё Он бы не вернул тебя мне. Ему постоянно нужна моя кровь, много, больше, чем есть во мне.
Да что с ними не так?! Арчи, Мур и даже Маршал приложили руку к смерти своих создателей.
– Я просто пытаюсь объяснить, что никто кроме меня тебя не заслуживает. – Его голос звучал мягко. – Раз ты здесь, раз я вернул тебя, значит мне позволено всё. Я имею полное право называть тебя своей и уж точно – смотреть на тебя. Я только посмотрел, Кэс. Я не сделал ничего оскорбительного. Наоборот, это было поклонением. Ты очень красивая. В отличие от меня тебе вообще нечего стыдиться. – Он наклонился для поцелуя, но я отвернулась. – Так дело как раз в этом? Я противен тебе?
– Твоя внешность тут не при чём. Просто ты… пока я была без сознания… дрочил на меня.
Да чего ты снова молчишь?! Скажи, что этого не было, пожалуйста!
– Не говори это таким сексуальным голосом, – ответил Арчи в итоге. – Я ведь должен об этом сожалеть, но понимаю, что мне этого было недостаточно. Мне мало, Кэс. Покажи мне себя. Сделай это сама. Скажи, что я ни в чём перед тобой не виноват, и сними эту чёртову одежду. Она тебе, кстати, вообще не идёт. Такие убогие тряпки не должны касаться твоей кожи.А эти верёвки я уберу сам…
– Нет! – Я отскочила в сторону и, до того как он опять взбесится, пояснила: – Как ты и сказал, это ритуал, и ко мне нельзя прикасаться… не только тебе, никому. Это знак того, что я принадлежу Ему, ясно?
– Но для меня ведь можно сделать исключение? В такой день? Я не буду трогать тебя больше, клянусь, просто посмотрю.
«Больше»? Господи…
– Выйди. – Когда он покорно отступил, я добавила: – И попроси принести мне туфли.
– Не бельё? – Он одобряюще улыбнулся.
Дверь за ним захлопнулась, и я зажмурилась, как от боли.
Да что со мной? Почему так трясёт? Это же Арчи, он всегда был несдержанным и агрессивным. Но раньше его причуды не пугали так. Всё дело в его новом статусе? Или в том, что он отца пристрелил? И готов пойти на насилие, если женщина ему откажет?
Похоже, я его совсем не знала.
Когда в комнату вошла девушка с коробками, я посмотрела на открытую дверь и подумала о побеге. Не могла не подумать, но без Мура я бы тут же влипла в новые неприятности, прежде чем меня поймают. И хорошо, если именно Рэмира.
Оставшись в одиночестве, я скинула одежду и посмотрела на себя в зеркало. Тут были ножницы, но я не могла заставить себя избавиться от верёвок, хотя должна была сделать это, потому что идти в гости к Рэмире в таком виде – немыслимая пошлость и оскорбление.
Интересно, Мур тоже чувствует это, когда смотрит на себя, на свой пирсинг? Эту связь, зависимость, принадлежность чему-то большему, чем просто «ты»?
А сейчас это чувствовать было особенно важно.
Я влезла в платье, застегнула молнию сбоку, надела туфли и вышла из комнаты. С удовольствием разглядывая обычные верёвки, я так пренебрежительно отнеслась к модному наряду. Зеркалу я предпочла мнение хозяйки.
– Определённо твой размер. Невычурно, просто, но так элегантно.
– Спасибо за помощь.
– Первое впечатление – самое главное, – проговорила она тихо, заходя мне за спину и быстро сооружая из моих распущенных волос пучок. – Не подведи Артура, у него ведь, в самом деле, очень серьёзные намерения на твой счёт.
Хотела бы я знать, во сколько конкретно ему обошлись мои обновки, раз она это поняла.
Арчи ждал возле машины, на заднем сиденье которой лежали пакеты: девочки подобрали кое-что на второе и третье впечатление. Когда я сказала, что ему не стоило так тратиться, он промолчал. Он молча открыл мне дверь, сел за руль и выехал с парковки. И судя по скорости, которую тут же набрал автомобиль, мы направлялись домой. Арчи не терпелось переговорить с дедом. Но в то же время он ни разу не проигнорировал красный сигнал светофора. Наоборот, он охотно останавливался на перекрёстках, чтобы спокойно поглазеть на мои колени и грудь.
– Зелёный, Арчи.
– Что?
– Уже можно ехать.
Не то чтобы я торопилась на встречу с его боссом… Всё-таки, когда он поймёт, что присвоив его бионика, я взялась за его наследника, он меня собственноручно казнит.
Как удачно, что я уже одета в чёрное. Такой универсальный наряд, серьёзно. То ли я из Рэмиры, то ли меня сегодня похоронят. Хотя Арчи всё ещё верил, что мне грозит кое-что совсем противоположное. И от этого становилось ещё страшнее.
Когда мы проехали через ворота, он сказал, что потом проведёт мне экскурсию. Хотя я не видела смысла её откладывать: зачем тогда надо было приезжать в музей? Честно, если кто и мог жить в этом дворце, то только короли древности.
Или те, кто возродил его после Третьей Мировой.
Лужайки, фонтаны, сады, беседки – всё в лучших архитектурных традициях прошлого. Но Арчи решил сразу показать мне главную достопримечательность, поэтому направился внутрь основного здания, на ходу что-то бросая охране. И почтение этих пугающего вида людей к нему обескураживало.
– Слушай, – обронила я, когда мы поднялись на второй этаж. – Твой дедушка наверняка занят… или отдыхает, что даже важнее в его возрасте. Ему же нельзя нервничать. А для такого дела вообще нужно выбрать самый подходящий момент, да?
И, действительно, момент мы выбрали неподходящий. Об этом нам сказал дежурящий у двойных дверей мужчина.
– У него посетитель.
– Какой ещё посетитель? – Арчи казался озадаченным. Видимо, в личные покои босса абы кого не допускали.
– Никогда не догадаешься какой, – ответил тот, непонятно улыбаясь.
– Я и не собирался гадать.
– Там уже вся семья в сборе. Что с твоей трубкой? Мы уж подумали, что ты решил сдохнуть.
– У меня нашлись дела поважнее.
– Да я вижу. Не терпится показать всем свою новую подружку? Согласен, её торчащие соски важнее любых переговоров.
Арчи собирался схватить дверную ручку, но вместо этого вцепился в промежность мужчины. Раздался пронзительный вопль, и внутри комнаты стихли разговоры.
– Посмотришь туда ещё раз, оторву твои грёбаные яйца! – прорычал Арчи, наклоняясь к самому лицу мужчины. Отпихнув жертву от себя, он распахнул двери и явил нас взглядам самых влиятельных лиц Рэмиры.
Отличное первое впечатление. Ничего не скажешь.
– Ты?! – выпалил Арчи, замирая. – Да какого…
«Хрена?!», закончила я мысленно.
Перед кроватью босса Рэмиры стоял Мур.
Глава 34
Не знаю, что в происходящем шокировало больше. То, что он оказался в резиденции раньше нас или что вообще решил сюда сунуться. Разве это логично – бросаться из огня в полымя? Потасовки в клубе ему не хватило, и он решил отправиться прямиком в логово врага?
Это что касается его логики. Но их логика ничем не лучше!
Почему они впустили его? Почему привели к немощному главе и собрали в одной комнате его ближайших родственников? Если бы бионик захотел, он мог бы уничтожить этот клан одним ударом.
Они доверяют ему или просто совершенно не боятся? Из-за того что я у них в заложниках? Или просто им есть, что друг другу предложить? Если учесть, что Мур выглядел целым и невредимым и в его сторону не тыкали тазерами, он пришёл сюда как союзник, а не как враг.
– Хорошая работа, Арчи, – раздался тихий, сиплый голос. – Вот это я понимаю – вернуть пропажу. Как ты так сделал, что он пришёл ко мне вперёд тебя?
Присутствующие рассмеялись, и только тогда я осмелилась посмотреть на них. Здесь были мужчины и женщины, некоторые стояли вдоль стен, кто-то сидел возле самой кровати. Глава же клана – его звали Грегори – лежал на ней, подключённый к сложной технике, которая занимала места больше, чем его многочисленная родня. Как я потом узнаю, большинство внутренних органов у него были искусственные.
Глядя на него, я чувствовала жалость и вместе с тем удивление: зачем такому как он понадобился бионик? Босс боится смерти и не доверяет своим родственникам? Вряд ли. Для человека с его положением, возможностями и насыщенным прошлым, быть прикованным к кровати – хуже ада. Смерть же сулила желанный покой…
Но прежде чем на него оправиться, он должен был разгрести тот бардак, который я устроила.
– Ты просто похитил его хозяина. Вот что ты сделал, – заключил дед. – Ты отличный манипулятор, Артур.
– Спасибо.
– Но плохой боец. А ведь из всех семей сильнейшие люди у Рэмиры. С нами считаются из-за нашей силы. Мы не хитрим и никогда не сбегаем с поля боя.
– Что я должен был сделать, по-твоему? – В голосе Арчи зазвучало раздражение. Он надеялся, что разговор потечёт по другому руслу, и направление ему будет задавать он сам. – Убить его? Или сдохнуть?
– Я скажу, чего ты делать не должен был. Спаивать женщину. Мы до сих пор не можем отмыться от прошлого наркоторговцев из-за таких вот «героев», как ты, – проворчал дед, и Арчи злобно глянул на Мура. – К тому же это было так невежливо с твоей стороны – уйти в самый разгар праздника. Именинница оскорблена твоим поведением.
В смысле, тем, что он оставил её и гостей на растерзание чудовищу?
– Ты решил, что ты теперь босс в большей степени, чем я, и поэтому можешь делать, прикрываясь именем нашей семьи, что сам захочешь? Устраивать драки? Красть победительниц конкурсов красоты? Кто тебя так воспитал, мальчик?
Судя по лицу Арчи, было понятно, что он сдерживается из последних сил. Старик выставлял его идиотом перед родственниками. Передо мной. И приплетал к этому его мать, а может отца, что ещё хуже.
– Моё поведение не нравится? – спросил он, прищуриваясь. – А что насчёт поведения твоей вещи? Ведь, на самом деле, это он устраивает драки и крадёт чужих женщин. И, судя по тому, что он здесь, подарок именинницы безнадёжно испорчен. Так кем она должна быть недовольна больше?
– Испорчен, да, но подарок, который ты ей подарил, ей и не понравился. Слишком слабый… Пришлось пообещать ей прислать нового бионика, – ответил старик, и я покосилась на Мура.
Он оставил её и гостей в живых? А теперь стоит здесь, наблюдая за семейной драмой, и даже не думает вмешиваться, потому что дед справляется с местью за моё похищение даже лучше него, ведь всё, что сам Мур может придумать – смерть, но он знает, что убить Арчи я не позволю.
– К слову о непозволительном поведении, – пробормотал Грегори, и прежде чем он озвучит мне приговор, я сделала пару шагов вперёд и грохнулась на колени.
Не намерено. Я не считала это лучшей идеей и не подготовила речь заранее. Просто в один момент меня оставили силы, сдали нервы, и всё случилось само собой.
– Прошу, позвольте служить вам! – выпалила я и, не давая присутствующим опомниться, продолжила: – Я знаю, что не смею просить не только об этом, но даже о прощении. Не после того, что случилось и не с моей репутацией. Но я всё объясню, если разрешите. Если разрешите, то сможете распоряжаться не только биоником, но и мной, как захотите. Вы спасли мне жизнь, пусть и не намеренно, и если сделаете это снова, сейчас, я стану самым преданным вашим слугой! Я клянусь вам в верности и почтении!
Дед посмотрел на меня так, будто только сейчас заметил. Он не считал меня своим врагом, даже проблемой, и уж точно он не собирался воспринимать меня всерьёз. Поэтому в следующий момент в оглушительной тишине зазвучал его похожий на кашель смех.
– Дайте-ка вспомнить, когда последний раз девушка стояла передо мной на коленях?
Он хоть слышал, что я сказала?
– Кэс! – воскликнул Арчи, собираясь подойти, но дорогу ему перегородил Мур. – Не смей стоять между нами, ублюдок!
– То, что она склонила перед кем-то голову, нравится мне ещё меньше, но это её выбор. Её никто к этому не принуждал, – проговорил он. – Так что не лезь, она ещё не закончила.
– Да какого хрена ты о себе возомнил?!
– Не повышай голос на старших, мальчик, – сказал Грегори, и я недоумённо нахмурилась. Мур ведь не был старшим: ни по возрасту, ни по положению.
– Не слушай её, у неё шок! – крикнул Арчи. – Она не хочет служить тебе. Она всего лишь хочет стать моей женой!
– Тогда почему она делает предложение мне?
– Не шути с этим, босс!
– Ты опять повышаешь голос на старших. Выйди.
– Чёрта с два! У меня прав находиться здесь больше, чем у любого из вас! И эта девушка, и этот клан скоро будут моими!
Вот это заявление.
– Артур…
– Какого чёрта ты опять пытаешься от меня отделаться?! Второй раз это со мной не пройдёт, не надейся!
– Правда такова, Артур, что ни эта девушка, ни этот клан никогда твоими не будут, – выдал господин Рэмира, и взгляды всех присутствующих обратились к нему.
Чего?! Чёрт с ней, со свадьбой, но он – будущий глава семьи по праву крови.
Оцепенев на пару секунд, Арчи почему-то рассмеялся.
– Как приятно знать, что некоторые вещи ты контролировать не можешь. Свой мочевой пузырь, мою личную жизнь и неизбежное назначение меня на пост главы. Тут ничего не поделаешь, босс, я – единственный твой наследник. Все твои дети мертвы! Этот клан мой по закону! – Он захохотал, и даже самые смелые из его родственников опешили. Видимо, раньше такие фокусы он себе не позволял. На него так подействовала наша встреча, похоже. Ему совсем крышу снесло. – А что касается Кэс…
Он не успел договорить. Мур выбросил кулак перед собой и ударил его в лицо. Арчи уже лежал на полу без сознания, когда мы поняли, что вообще произошло.
Отправил в нокаут одним ударом!
Я покосилась на главу, но он не выглядел встревоженным. Наверняка, в своё время он сам бы поступил точно так же.
– Уберите его отсюда, – бросил он. – И привяжите к кровати, пусть почувствует на собственной шкуре, каково это.
Мур, этот человек страшнее всех, с кем нам довелось встретиться! Понятно, почему он нас ни капли не боится.
Сообразив, что с колен подниматься ещё рановато, я молча наблюдала за тем, как мужчины вытаскивают Арчи из комнаты. А я ведь до последнего верила, что если кого отсюда и будут выносить, то только меня.
– Вы тоже – за дверь, – сказал Грегори остальным, и когда они попытались намекнуть ему на то, как это небезопасно, бросил: – У меня уже есть охранник.
Они именно его и считали основной угрозой, но после истерики Арчи не решились перечить.
– Грёбаные падальщики, – проворчал дед, когда двери мягко затворились. – Такие, как они, никогда не решаться на убийство сами. Не из-за моральных соображений, а потому что предпочитают лакомиться мертвечиной. Придурки ведь не знают, что в завещании написано, что весь клан достанется тому, кто убьёт его предыдущего главу.
– П-правда? – подала голос я.
– Конечно, нет, чёрт возьми! – Его разозлила не моя доверчивость, а то, что такое завещание никто бы не заверил. – Как бы мне этого ни хотелось, но он достанется моему ближайшему родственнику. Думаю, когда это случится, моих родственников не останется вовсе, они все выродятся, в них уже не будет ни капли моей крови. Я пропитан мощнейшими стимуляторами насквозь, а эта аппаратура работает лучше, чем моё сердце в былые времена. Иногда мне кажется, что я никогда не умру… Так что будь проклят запрет на эвтаназию и легализация смертной казни.
Кому как не мне разделять его чувства. В том смысле, что легализация смертной казни испортила мне жизнь, а запрет на эвтаназию – ему, хотя казалось бы: почему одно разрешено, а другое – запрещено? Когда тебе нет ещё восемнадцати, но ты сидишь в камере смертников, или когда ты в течение нескольких лет прикован к кровати, ты задумываешься над такими вещами. Нет, думаешь, только о них.
– То есть… вы верите мне?
– Верю? Я всё ещё надеюсь, что вы меня прикончите, а потом выйдете и перебьёте всю мою родню. Начните с Саймона и Банни, эти идиоты стараются выслужиться передо мной, думая, что я решу изменить завещание в их пользу. Это лечение они затеяли, так что даже не вздумайте их жалеть. Единственный порядочный человек здесь – Эд, мой секретарь, его можете просто задушить. На остальных мне плевать, я даже их имена уже забыл.
Я неловко рассмеялась.
– У вас специфическое чувство юмора.
– Ага, самое специфическое в нём то, что у меня его нет. Я пять лет безвылазно тут торчу, думаешь, у меня есть настроение шутить?
Я поджала губы.
– Вообще-то мы не собирались… Всё, что я сказала – правда. Я хочу быть полезной вам. Мне жаль, что я посягнула на вашу собственность, и уж тем более я не стану посягать на вашу жизнь.
– Чёрт возьми, почему? Может, тебе понравится это так же сильно, как и «посягать на мою собственность». – Я резко отвела взгляд, и он рассмеялся. – А я вижу, что тебе это понравилось. А тебе, сынок? Как тебе в заложниках у этой малышки?
– Она – хозяин, которого я не заслуживаю, – ответил Мур.
– Красиво сказано. Ты стал поэтом. Вот что может сделать с оружием женщина. – Улыбка сползла с его лица. – А значит, вы оба здесь бесполезны. Хотя, казалось бы – смертник и бионик, неужели так сложно? Я про тебя наслышан, Кэсси, тебя всё равно ждёт эшафот.
– Это не значит, что мне разрешено людей убивать.
– А если бы убийство таких, как я, освобождало от эшафота?
– Но ведь это не правда! Вы думаете, что суицид лучший выход, и, конечно, я понимаю вас как никто, потому что однажды мне было так же плохо и одиноко. Я тоже была заперта, постоянно думала о смерти, но что ещё хуже – я всё это время верила, что виновна в гибели…
– Кого? – перебил Грегори. – Тысячи людей? Подопытных, клиентов или конкурентов? Собственных детей? И даже Артур… я пытался его спасти, но теперь ясно вижу, что он тоже погибнет из-за меня.
– С чего вы?.. – прошептала я, но старик уставился в потолок.
– С моей смертью ничего не закончится, конечно. Я круглыми сутками измышляю способ распустить этот клан, а выходит, что я его лишь пополняю. Теперь мне ещё надо думать, что с вами делать.
– Распустить? Но почему?
– Потому что я камикадзе и всегда хотел умереть вот так, с размахом? Или же потому что это мой последний акт искупления? – Он отвернулся к окну и через минуту напряжённого молчания заключил: – Надо покурить.
– Что?!
– Достань портсигар. – Он указал на тумбочку и, когда я замешкалась, добавил: – Думаешь, это вредно для моих лёгких? Не переживай, у меня их нет.
Ладно, я ведь только что клялась ему в безоговорочном послушании.
Поднявшись с колен, я достала сигареты и протянула их ему, но старик сказал:
– Раскури. Тебе тоже не помешает успокоиться.
Сглотнув и вытерев губы, я взяла в рот сигарету и поднесла зажигалку к лицу. Тут Мур решил, что помощь мне необходима во избежание самосожжения. Мои руки слишком дрожали, поэтому он забрал у меня зажигалку и высек искру.
После пары коротких вдохов у меня закружилась голова. Протянув тлеющую сигарету старику, я покачнулась и точно бы упала на кровать, если бы Мур не схватил меня за руку.
– Для этого пока рановато, Кэсси, – усмехнулся Грегори, с наслаждением затягиваясь. – Похоже, Джеймс и так дико ревнует.
Джеймс? Ревнует?! Что за дрянь была в этих сигаретах?
– Ваш сын Джеймс… он мёртв, – зачем-то напомнила я, но дед лишь снисходительно улыбнулся. И в тот момент я подумала, что они совсем не похожи с Арчи.
Если бы господин Грегори был так же горд, импульсивен и молод, он бы убил меня не моргнув и глазом. А сейчас он был рад любым незнакомым лицам и голосам, даже если это были лица и голоса его врагов.
– Вот как мы поступим…
Я потеряла сознание, не дослушав самую важную часть нашего разговора.
Да какого чёрта? Он тоже накачал меня наркотиками.
