Текст книги "Безоружные (СИ)"

Автор книги: Явь Мари

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 31 страниц)

Глава 31

Боже… у них весь танцпол в крови, они развлекают себя боями без правил под музыку, в качестве выпивки здесь зажигательные смеси, и даже конкурсы красоты у них какие-то бандитские.

Публика начала скандировать: «босс-босс-босс», но именинница отказалась от участия. Мол, с неё уже достаточно призов на сегодня, и, вообще, судейство должно быть непредвзятым.

– Да вы не только самая красивая и сильная, но и самая справедливая. Тост! – Ведущий начал упражняться в красноречии, а я нехотя приняла из рук официанта очередную стопку. Кто бы мог подумать, что соответствовать местным стандартам будет так трудно. – … И кто может быть более непредвзятым, если не наш особый гость? Артур, окажи честь.

Господи, я так напилась, что мне даже его имя мерещится.

На танцпол начали выходить претендентки. Каждая демонстрировала свой сексуальный шрам, не особо стесняясь. Они расстёгивали блузки, поднимали юбки, оттягивали декольте…

– Арчи будет трудно выбрать. – Да хватит повторять его имя! Этого сталкера ведь совсем не так зовут! – Но тебя не пугают такого рода трудности, правда? Тогда добавим ещё одну красотку для более оживлённой борьбы.

– Сюда! Здесь! – закричала Джил, и её поддержали подружки, хотя мне было трудно представить, что под их платьями есть хоть какие-то изъяны.

– Да, вот эта малышка даст вам фору, леди. – Ведущий указал на меня, и я замотала головой.

– Не-не-не…

– Кажется, нам попалась скромница.

– Скромница, как же. – Женщины захихикали, вставая со своих мест и хватая меня за руки. Вытолкнув меня на танцпол, они закричали в зал: – Её главный наряд под одеждой, так что не судите по первому взгляду!

Вот чёртовы предательницы.

– Вот по-настоящему верные друзья, – интерпретировал это на свой лад ведущий. – Такую красоту, в самом деле, нельзя прятать. Самый сексуальный шрам на губе, какой я только видел. Готов спорить, того, кто посмел его оставить, уже нет в живых.

Он протянул микрофон мне, а я уставилась под ноги. Кровь… в тот раз на Побережье тоже было столько крови…

Я взяла микрофон, как если бы с его помощью могла докричаться до того света.

– Его уже нет в живых, да. Из-за меня, точно. Это я… я убила его. Его тоже звали Арчи… – Я указала на парня, который перемахнул через прозрачное ограждение, не собираясь тратить время на лестницу. – Это кажется немыслимым, что кого-то могут звать так же. Но правильным, если это имя судьи, плевать – в конкурсе красоты или уголовном процессе. Никому кроме него не позволено обвинять меня, потому что только перед ним я виновата, и если я заслуживала смерти, то только потому, что он тоже мёртв. – Он быстро приближался. Черты его лица становились такими знакомыми. Это был Арчи, и в то же время не он – высокий, крепкий, мужественный. На своих двоих. – Я не хотела тебя убивать. Сидя на Дне я постоянно о тебе думала, но почему ты начал мне сниться именно сейчас? Неужели своим побегом я провинилась перед тобой сильнее, чем тем, что довела до психушки?

Мур оказался прав насчёт комплекса вины. И исправлять эту проблему эротическими бандажами и алкоголем было всё равно что тушить пожар бензином. Ему не нравились мои сны? Он бы заценил эту зрительную-слуховую-осязаемую галлюцинацию.

Оказавшись настолько близко, что мне пришлось запрокинуть голову, Арчи наклонился и… укусил меня за нижнюю губу. Вобрал её в рот и нежно пососал. Провёл языком по шраму. А потом глубоко поцеловал, сгребая в объятья.

Микрофон выпал из моей руки.

– Ого! – воскликнул ведущий. – Кажется, он уже определил победительницу.

– Я люблю тебя, – прошептал парень, отклоняясь. – Люблю, Кэс. Я поклялся, что скажу тебе это первым делом, когда встречу. Я собирался признаться тебе давным-давно, но каждый раз боялся, что ты отошьёшь меня. Я был слабаком и трусом, но теперь я ничего не боюсь. Всё самое страшное я уже пережил… И, боже, твой шрам действительно самый сексуальный.

Он снова впился в мои обожжённые алкоголем губы, прижимая к себе, крепко, до боли, будто всё ещё не мог поверить…

Арчи?!

– Эй, она, между прочим, помолвлена! – крикнула Джил.

– А говорила, что они с ним не ладят, – добавил её муж.

Вряд ли на него подействовало недовольство гостей и конкурсанток, но в следующую секунду Арчи отскочил от меня. А перед моими глазами застыло остриё разделочного ножа, который сжимал Мур. Его рука замерла, остановленная куда более чудовищным усилием, чем то, которое он вложил в удар.

Я сообразила, что произошло только через пару секунд, и шарахнулась назад, как будто в этом ещё была необходимость: уходить с линии огня.

Так странно… мне не грозила опасность, и, тем не менее, Мур вмешался. И сделал это с большей охотой, чем если бы мне попросту угрожали.

– Ты, кажется, переоценил свои привилегии в этом конкурсе, мудила, – проговорил он, глядя мне за спину.

– Обалдеть, Кэс. В первую нашу встречу у тебя был неисправный пистолет, а теперь Он одарил тебя биоником, – сказал Арчи, и я обернулась на его голос. Это, в самом деле, был его голос… – На меньшее жрец и не смеет рассчитывать, да?

– Да что вы тут, нахрен, устроили? – крикнула хозяйка торжества, но, серьёзно, это хотела знать не только она. – Объяснись немедленно, Арчи!

– Арчи, – повторила я, приближайся на шаг. И ещё один. – Арчи… ты?

Мур схватил меня за шиворот и потянул назад.

– Это личное, – ответил громко парень, не отводя от меня взгляда. – Иди ко мне, Кэс.

– Нет, это невозможно… – забормотала я. – Ты мёртв, я знаю.

– Так и есть, на бумаге. Я якобы с собой покончил. Но на самом деле сдох там только тот жирдяй-санитар. Я убил его, Кэс, и всё изменилось. Это была моя жертва, понимаешь? Только ты и можешь меня понять.

– Ноги… тебе же оторвало их!

– Он вернул мне всё, да ещё с процентами. – Безумно улыбаясь Арчи продемонстрировал шипастое кольцо на правой руке.

– Нет… такого быть не может… Хочешь сказать, они заново отросли?!

– Если ты мне не веришь, я с удовольствием сниму штаны. Только когда мы останемся наедине, идёт?

– Прикажи убить его, – зашептал мне на ухо Мур. – Этот ублюдок лжёт.

– Нет, это, действительно, Арчи.

– Значит, он лгал до этого.

– Он жив, понимаешь? – повторяла я ошеломлённо.

– Тебе привычнее считать его мёртвым.

– Привычнее – не значит легче!

– Разве? Не похоже, что его внезапное воскрешение тебя обрадовало.

– Я просто в шоке. Он застал меня врасплох.

– Ещё бы. Язык тебе в рот засунул.

– Да, и знаешь что? – заявила я. – Это не так напугало, как нож у моего лица.

– Тебя напугал нож? У меня есть несколько идей, как тебя с ним подружить. После того как я срежу с тебя верёвки, он станет твоей любимой игрушкой, обещаю.

– Хватит говорить, как маньяк!

– А что, это разрешено только этому твоему Арчи?

Ах да, Арчи.

– Второй раз из-за меня он не умрёт, – убеждённо заявила я.

– Эй, нам ничего не слышно! – выкрикнул кто-то из толпы, спьяну решив, что всё происходящее – постановка.

И она пришлась по вкусу не всем.

– Прекращай этот цирк немедленно, Артур! – рявкнула именинница.

– В самом деле, Кэс. Давай продолжим разговор наедине.

– Чёрта с два, – ответил ему Мур, продолжая удерживать меня за шиворот.

– Ты не слишком много на себя берёшь? – Арчи нахмурился. – Влезаешь в разговор хозяина, принимаешь за него решения, говоришь от его имени… Так себя ведут только дефективные «вещи».

– Или заботливые друзья.

– Даже не пытайся претендовать на моё место. У Кэс по жизни только один друг.

– Предавший её, угрожавший ей оружием и оставивший ей по-дружески шрам на лице.

Арчи усмехнулся и, расстегнув верхние пуговицы рубашки, снял её через голову.

– Думаю, мы с ней квиты.

Я тихо вскрикнула, когда увидела его тело.

Вроде бы мы для демонстрации шрамов на этой площадке и собрались, но такое их обилие впечатлило даже гостей. Местной криминальной публике ведь не доводилось видеть осколочную гранату и последствия её использования.

После такого выживают?

Конкурсантки разошлись, поняв, что им здесь больше нечего ловить.

Кто-нибудь, отдайте ему главный приз!

– Я живой пример того, насколько Он может быть щедр на милость и наказания. – Арчи провёл рукой по груди.

– Или того, насколько ты бываешь неуклюж, – сказал Мур. – По-твоему, чем-то подобным можно гордиться?

– Я просто предпочитаю другой вид украшений, в отличие от тебя. Украшений, подходящих настоящему мужчине.

– Значит, ты не возражаешь, если я тебя ещё немного украшу?

Арчи рассмеялся, приняв угрозу самого опасного оружия на свете за шутку.

– Ты не можешь напасть на меня. – Пожалуйста, не будь так уверен, он своего мастера прикончил глазом не моргнув! – Я не враг твоей хозяйке. Скорее даже, ты для неё представляешь большую опасность, чем я.

– Ничего подоб… – заикнулась я, но Арчи продолжил, не слушая:

– Кроме того, что ты не в состоянии заботиться о ней так, как она того заслуживает, ты нестабилен.

– Он спас… – Я была пьяна, и меня держали за шкирку, поэтому никто не воспринимал меня всерьёз.

– Ты ведь её только что чуть не убил.

– Хватит! – отрезала я, стряхивая руку Мура. Но разжав пальцы на вороте, он тут же схватит меня за предплечье. – Не мешай. Это самый важный разговор в моей жизни.

– Ты к нему не готова.

– Ну да, я перебрала немного. А что мне оставалось делать, если ты бросил меня ради стриптизёрш?

– Вообще-то, я готовился к этому твоему «самому важному разговору» за тебя. – Он показал нож. – Подумал, что ты взрослая девочка, и тебя можно оставить без присмотра на пять минут.

– Я взрослая девочка, – перебила я, высвобождая руку. – И сейчас пришёл тот самый момент, когда говорю я, а ты стоишь в стороне. Ты и так постоянно в центре внимания, так что уступи мне место хотя бы по такому случаю. Не расстраивайся, речь всё равно пойдёт о тебе. – Я повернулась к Арчи. – Он мне жизнь спас. Ты хоть представляешь, какое это облегчение – спастись в последнюю секунду?

– Да.

– Ни черта ты не понимаешь! Когда меня собирались казнить… меня собирались казнить из-за тебя! За то, что я довела тебя до инвалидного кресла и психушки! Твой отец, вся школа, весь мир думает, что это я сделала с тобой!

– Мой отец мёртв.

– Что? – Я встряхнула головой. – Ты жив, а он – нет? Всё должно быть наоборот…

– Ты всегда к нему неровно дышала. – Арчи зло усмехнулся.

– Речь вообще не об этом! – Я наступала на него. – Ты подставил меня! Два года на Дне, Арчи! И я верила, как и все вокруг, что мне там и место. Я подписала признание, потому что чувствовала себя виноватой! Мне было так плохо, что я хотела умереть! А ты всё это время… посещал такие вот праздники жизни? Был на них «особым гостем»? Судьёй на чёртовых конкурсах красоты?

– Ты понятия не имеешь, что я пережил! – Он выругался. – Ну вот опять, Кэс! Мы ссоримся! Мы ссоримся даже в такой день… Чёрт, как же я скучал по нашим ссорам.

– …и меня в итоге спасает тот, кто даже не знает меня, не хотел меня спасать, увидел впервые, не собирался этого делать и вообще был создан для другого… – Мой голос начал слабеть, перед глазами поплыло. Замолчав, я почувствовала накатывающую дурноту. – Да что за…

– Прости, Кэс. – Я с трудом подняла взгляд на Арчи. – В твоей выпивке была наркота. Я сказал официанту тебе её подсыпать.

– Ч-чего?

– Когда я только заметил тебя, я подумал: «она так похожа на Кэс». Я хотел провести остаток вечера с тобой, но ты меня проигнорировала. А я уже ни о чём кроме тебя думать не мог.

– Ты… ты что, собирался… изнасиловать меня?

– Не тебя… В смысле, я не знал, что это ты. Я не стану тебя насиловать, клянусь.

– Вот же ты псих. Тебе надо было башку лечить, а не тело. – Я попятилась, но, потеряв равновесие, упала на пол. – Мур! Мы идём домой.

Его нигде не было. Похоже, он решил задержаться. Может, действительно пошёл к стриптизёршам.

– Мур!

Вокруг творилось что-то невообразимое. Всё пришло в движение, казалось, даже пол с потолком. Конкурс красоты опять сменился боями без правил. Теперь уже по-настоящему жестокими, потому что в этом раунде сошлись противники, не знающие страха и жалости. Местному боссу показалась отличной идея протестировать своего бионика, натравив его на собрата. И факт: этот тест убьёт одного из них.

– Тут такое дело, Кэс. – Арчи наклонился, чтобы поднять меня на руки. – Дорогу к нашему дому знаю только я.

Глава 32

Я очнулась в кресле, привязанная к нему ремнями безопасности.

Мур всё-таки угнал машину, подумала я, рассеянно глядя за окно. Я никогда раньше не видела небо таким необъятным и ярким…

– Мне приснился странный сон, – прошептала я. – Будто мы встретились с Арчи. Он был жив и с ногами, но я почему-то начала его обвинять. Если бы мы встретились на самом деле, я бы попросила у него прощение… обняла его… я была бы так рада… Но там я чувствовала лишь злость. Он мне наркотик в выпивку подсыпал, представляешь? Арчи, конечно, всегда был с причудами, но не поступил бы так с девушкой.

– Прости, Кэс. Это лестно и вместе с тем мучительно знать, что ты так хорошо обо мне думаешь. Я только и делаю, что разочаровываю тебя, да?

Я повернула голову на этот голос и закричала.

Это был не сон! И это не машина, а самолёт!

Дёрнувшись, я уставилась на ремень безопасности, но когда собралась его расстегнуть, оказалось, что моя левая рука зафиксирована у подлокотника. В сгиб локтя была воткнута игла, а под потолком висела капельница.

– Что… что это?

– Просто физраствор.

– Вытащи это из меня.

– Не бойся, Кэс…

– Вытащи!

Арчи кивнул кому-то, и мне сразу полегчало от мысли, что мы здесь не одни. Стюардесса убрала капельницу и обработала место прокола.

– Мне нужно в туалет, – я обращалась к ней. – Тут же он есть, да?

Она посмотрела на Арчи и лишь после очередного кивка помогла мне встать и проводила до кабинки.

Да кто он, блин, такой?! Почему ему прислуживает такая красотка? Откуда взялся этот самолёт? Почему он «особый гость»? Какое он вообще имеет отношение к Рэмире? И то, что произошло ночью…

Я пыталась вспомнить подробности, но так и не смогла. Что я говорила? Как оказалась здесь? Что случилось с Муром?

Запершись в кабинке, я первым делом задрала футболку. Верёвки были на месте, и теперь, подвигав плечами и шеей, я почувствовала онемение и ноющую боль. В такой ситуации это даже радовало. Как если бы эта портативная клетка была моим убежищем, а не тюрьмой. Стоп-сигналом. Лентой, предупреждающей о том, что за ней находится запретная зона или, может даже… частная собственность.

Я намерено долго приводила себя в порядок, всё никак не решаясь выйти и признать, что Арчи жив. И я у него в заложниках. Не знаю, что волновало меня больше. Я не смела даже мечтать об этой встрече, а даже если бы мечтала, то никак не могла бы представить, что первым делом захочу сбежать.

В этом смысле Арчи всё продумал: если где я и стану его слушать, то только на летящем самолёте. Но это работало и в обратную сторону. У меня к нему тоже была целая куча вопросов. И выстроив их в голове по порядку, я вышла из кабинки.

– Ты уже делал такое раньше? – Я села на прежнее место, напротив него. И, кажется, он был рад разговору на любых условиях.

– Что именно?

– Наркотики. Ты…на… насиловал женщин?

– Нет. Никогда, клянусь! – выпалил Арчи и тут же добавил: – Мне не отказывали.

Ну ещё бы.

– Ты так изменился, – вздохнула я, и он отвёл взгляд.

– Я знаю, тебе нужно время, чтобы простить меня за всё, в чём я накосячил. Честно, я меньше всего хотел, чтобы наша встреча прошла вот так.

– Я не о том. Ты изменился внешне. Стал таким… высоким.

– Чудеса современной медицины. – Он похлопал себя по коленям. – Такая операция и реабилитация после неё стоят баснословно, да и специалистов, которые готовы за это взяться и гарантировать успех, можно пересчитать по пальцам.

– Так это не протезы?

– Нет. Они настоящие. Мои. В смысле, сделаны из образцов моей крови, мышечных и костных тканей. – Я нахмурилась, и Арчи неловко усмехнулся. – Кажется, для тебя это не такая уж и хорошая новость.

– Ты… Ты даже не представляешь, как я счастлива видеть тебя живым и здоровым. Это похоже на благословение. Только теперь я поняла, что такое настоящая свобода. До этого? Она всё больше тяготила, чем приносила облегчение, – проговорила я, не зная, куда деть руки от волнения. Поправила волосы, скрестила их на груди, потом поскоблила пальцем подлокотник… честно, лучше бы они так и оставались прикованными. – Но всё это время я очень плохо думала о твоём отце. Я решила, что он запер тебя в дурке специально, чтобы самому распоряжаться твоим наследством. А он всё-таки вылечил тебя…

– Нет, Кэс! – перебил меня Арчи. – Это сделал не он. Он меня бросил там. А ещё подписал разрешение на экспериментальное лечение. На мне проводили испытания новых лекарств, ставили опыты, запирали... Я даже не знаю, сколько точно времени прошло, прежде чем за мной пришли люди деда.

Я не знала, что на это ответить.

Надо мной, по крайней мере, не издевались. Даже заботились в какой-то мере… Психологи, охрана и уборщики на Дне были адекватными людьми, в то же время Арчи окружали сплошные психи – и врачи, и пациенты. Я ни в коем случае не пыталась таким образом оправдать Виктора, просто на его фоне мистер Шелл выглядел куда большим злодеем.

– Ты не говорил, что у тебя есть дедушка.

Арчи отвернулся, и я поняла, что затрагивать эту тему было для него даже болезненнее, чем говорить об отце, но для меня он сделал исключение.

– Я его даже толком не помнил. Мы жили отдельного, когда же он приходил, прислуга всегда уводила меня в другую комнату. Думаю, он нас ненавидел. Мою мать – так точно.

– Твоя мама…

– Была его дочерью. У него было двое детей: она и её младший брат. По многим причинам он больше времени уделял наследнику… и, чёрт, ему не позавидуешь. Дядя Джеймс никогда не пытался спорить с боссом, а вот моя мать – постоянно. И замуж за моего отца она вышла затем, чтобы деда достать. Он был против этого брака и в итоге сделал всё, чтобы они разошлись. Я тогда ещё совсем сопляком был. Знаю только, что после развода отцу ничего не перепало, потому что у матери были на руках доказательства его измены. Но по документам он значился моим родителем, поэтому, когда мама умерла, он был первым в очереди на опекунство.

– И твой дед не стал с этим спорить?

– Я же говорю, мы с ним не ладили. У него было полно родни и получше. А меня он даже не признал.

– В смысле?

Арчи поднял правую руку.

– Такие кольца есть у тех, кто носит фамилию Рэмиры. У меня же была фамилия отца. Если бы брак был угоден деду, то я бы наследовал фамилию матери и стал бы членом их семьи.

Я задумалась.

– Знаешь, в тебе всегда проглядывало что-то… высокородное, что ли. Ты не был похож на остальных, но я никогда бы не подумала, что ты как-то связан с главной семьёй. Мог бы обмолвиться хоть раз об этом, что ли.

– Ты думаешь, я этим гордился? Или хотел иметь с ними что-то общее после того, как они меня вышвырнули? Они отреклись от меня – дед, дядя, остальные – хотя прекрасно понимали, что за человек мой отец. – Он раздражённо хмыкнул. – Такое кольцо носят даже те, в ком нет ни капли общей с Рэмирой крови. Тогда как у меня – прямого потомка главы – не было ни постоянного дома, ни семьи, ни цели.

– Но он всё-таки признал тебя и… на ноги поставил. Лучше поздно, чем никогда, так ведь?

Арчи злорадно ухмыльнулся.

– Ага, после того как претендент на его трон внезапно двинул кони, он спохватился.

– Как… как это вышло?

– Его сын погиб в авиакатастрофе.

Не говори так беспечно об авиакатастрофе, когда мы сами в самолёте!

– Какая-то поразительно высокая смертность среди твоих родственников, – заметила я, и Арчи рассмеялся. – Ваши самолёты часто падают?

– Нам это не грозит.

– Это ещё почему?

Он наклонился, прошептав:

– Потому что мы бессмертны.

Теперь уже я рассмеялась. Нервно.

– После падения с такой высоты даже бессмертные не выживут.

– Как и после взрыва гранаты. Или после вынесения смертного приговора и заключения на Дне.

– Это другое.

– Разве? – Он встал, и я схватила его за руку, потому что решила, что он сейчас отправится в кабину к пилотам.

– Ладно-ладно, ты бессмертен, я верю!

– Успокойся, Кэс, я никогда не стану подвергать тебя опасности специально. – Ты говорил точно так же, перед тем как признаться, что накачал меня наркотой! – Я только хочу тебе кое-что показать.

– Я сама посмотрю. Идёт? – Я встала и направилась к его сумке. – Это «кое-что» здесь? Тебе подать её? – Я взялась за ручки, но не смогла оторвать её от пола. – Давай я лучше просто достану…

Арчи подошёл и поднял сумку одной рукой, возвращаясь к креслам. И после этого я стала смотреть на него по-другому. До меня дошло: он больше не инвалид, с которым я прощалась в лечебнице. Я так старалась запечатлеть его образ напоследок, что в моей памяти он таким навечно и остался: покалеченным, беспомощным, одиноким… И с каждым днём в моём представлении он становился лишь слабее, пока в итоге совсем не исчез из этого мира.

На самом деле?

Он стал мужчиной. Сильным, влиятельным и чертовски опасным.

Присев перед сумкой, Арчи расстегнул её и достал маску.

– Ты сохранил её?! Я оставила её в госпитале, думала, её выкинет персонал. Это же просто дешёвое барахло.

– Самая дорогая вещь в этой сумке, – сказал Арчи, после чего поддел пальцем цепочку на шее, вытаскивая из-под рубашки пулемётный патрон. – А это – самая дорогая вещь на мне.

Ага, сразу после шнурков на твоих ботинках.

– Опасно разгуливать с такой штукой, знаешь ли. А если кто увидит? – пробормотала я, и тогда Арчи достал из сумки пистолет. Тот самый, который однажды наставил на меня. – Ты какого чёрта?!. – Выхватив оружие из его рук, я сунула его обратно в сумку, после чего воровато огляделась. – Кулоны из пуль – сентиментально и очень мило, но это уже – статья. Ты такой… Тебе даже сейчас не хватает острых ощущений, да? У тебя же есть всё! Ради чего ты этим всем рискуешь?! Боже…

Я упала назад в кресло, закрывая лицо руками.

– Кэс, ты что, так и не поняла? Всё у меня появилось, только после того, как я признал Его. – Арчи подобрался ближе и встал на колени. – Для меня вообще не важен человеческий закон. Знаешь, сколько раз я его нарушал? Если делаешь это в Его честь, это не преступление, а ритуал. Ты – Его жрец, поэтому твои ритуалы красивые и тихие, а я – Его солдат. Мои ритуалы жестокие и кровавые. Рассказать, как всё было? Когда я прикончил санитара, появился человек из Рэмиры с предложением вернуться в семью…

Он положил мне голову на колени, и я застыла, боясь даже вздохнуть… Это сбивало с толку: такой детский жест, полный тревоги и беззащитности, и разговоры о кровавых ритуалах.

– Я был просто калекой, не только снаружи, но и внутри. Моё сердце было разбито. Я бы действительно с собой покончил, если бы не верил... И это сработало. Он вернул мне всё, что забрал, но только после того, как я прочувствовал тяжесть своего греха до конца и раскаялся как положено. Я стал богатым… ещё богаче, чем раньше. Сильным… намного более сильным, чем до этого. Я понял, что для Него нет ничего невозможного. Вопрос лишь в том, что я готов сделать ради того, чтобы получить желаемое, и угодно ли это Ему. А я готов был идти на любые жертвы, чтобы вернуть тебя. Я молился. Я убивал… А дед думал, что я стараюсь выслужиться перед семьей, доказать, что я – истинный потомок Рэмиры. И так оно и есть: я умею мёртвых воскрешать. – Арчи посмотрел на меня. – Я спас тебя, Кэс. Это был я. Не бионик. Он просто очередное оружие. Твоё оружие, с этим я не спорю… Я знаю, что всё оружие на свете принадлежит тебе.

Ох ё…

Похоже, наркотик он подмешал не только мне.

Но кроме шуток: продемонстрировав свою физическую полноценность, Арчи тут же вывернул передо мной искалеченную душу. И вот в этом его увечье я уже не могла винить никого кроме себя.

Это так нелепо, боже! Я столько времени пыталась обратить его в свою веру, а он всё просил меня повзрослеть. Оказывается, повзрослеть нужно было именно ему, чтобы поверить. А ведь он так сопротивлялся. Пытался меня образумить. Поначалу спокойно увещевал, но всегда срывался на крик. Называл чокнутой. Хотел убить пару раз.

Ну вот, чёрт, теперь уже я чувствовала себя так, будто изнасиловала его. И все оправдания звучали бы нелепо, ведь мне следовало радоваться. Я добилась своего.

Поэтому я спросила только:

– Где он?

– Кто?

– Мой бионик.

– Не знаю. Честно, без понятия. Когда я ушёл из клуба, там вечеринка была в самом разгаре.

– Но у тебя же есть телефон?

– Я отключил его.

– Так включи.

– Нет.

– Моё личное оружие, Арчи. Я не могу без него.

Он посмотрел на меня, весомо рассуждая:

– Если он действительно достоин этого звания, то найдёт тебя сам. Если же нет – пусть просто сдохнет. Я куплю тебе нового.

Втянув воздуха в грудь, я спокойно пояснила:

– Мне не нужен новый. Мне нужен мой.

– Нет, не нужен. Ты сейчас в безопасности. – Он поднял руку и нежно провёл пальцами по моей нижней губе, а я вздрогнула, отворачиваясь. – Успокойся, Кэс. Мы не виделись вечность, давай хотя бы на час забудем об остальном мире. Думай обо мне, я заслужил это.

В том то и беда, что, думая о нём, я впадала в панику. Он и раньше-то был неуравновешенным, а теперь у него появилось крепкое здоровое тело, оружие, стимуляторы, и он умеет этим всем пользоваться. Хуже этого? Чувство безнаказанности. Как наследник Рэмиры и как Его солдат он был невинен перед законом и совестью.

Я судорожно соображала.

Главное не злить его. Но и поощрять нельзя. Хочет внимания к себе? Ладно.

– Расскажи о своей новой семье.

– О нашей, – поправил Арчи, снимая шипастое кольцо с моего среднего пальца и надевая его на безымянный. – Совсем скоро эта семья станет и твоей тоже.