Текст книги "Залетная гостья (СИ)"

Автор книги: Яна Ладина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 30 страниц)

Мы вступили на мягкую ярко-зеленую траву посреди лесной опушки. За деревьями проглядывали остроконечные треугольные крыши деревенских домиков, оттуда же доносился детский и юношеский смех, звук катившейся повозки, крики торговцев. Как вдруг в небо с пронзительно оглушающим звуком взметнулась ракета. Хлопок! И над нами с Лисдаром широким зонтиком распустился блестящий звездный купол, резавший по глазам своей невероятной красотой, заставляя щуриться: фейерверк!

– В ближайшей лавке подберем тебе наряд, а пока держись меня. Обед подождет. – Лис двинулся в сторону тропинки, ведущей прямиком в лес. Мне не оставалось ничего, как последовать за ним.

Погода в эльфийских владениях стояла очень приятная, такая, какую я люблю: жару разбавлял ветерок, на небе – ни облачка, пропитанный ароматами леса и разнотравья воздух, а при приближении к подлеску картину дополнял отзвук спрятавшегося где-то ручейка. Красота! Совсем как в деревне.

Шли мы недолго: леса как такового не было, словно ширма, отгораживающая незнающих от спрятанного за ней. Меньше чем через пять минут мы вышли на широкую песчаную дорогу, вдоль которой расположился как по мне, так самый настоящий погранпункт. Ничего общего со стражами при въезде в Аордам: две будки, между ними горизонтально опущен шлагбаум, по обе стороны от будок тянулся не особо высокий, скорее для впечатления, сложенный из деревянных досок забор.

– А нас пропустят? – озадачилась я, вопросительно глядя на провожатого.

– Куда денутся? – усмехнулся Лисдар. – Это у них на первый взгляд так все просто: дунь, да развалится, а на самом деле светлой магией пропитано, дунешь, сам задохнешься. Не высовывайся, – сказал и задвинул меня себе за спину.

Мы подошли к одной из будочек, откуда выглянул совсем не эльфийской наружности мальчишка. Он колким взглядом оценил Лисдара, посмотрел прямо в лицо мне (могу поклясться, не высовывалась!), хмыкнул и что-то одними жестами показал высунувшейся из другой будки не менее подозрительной девчонке, так же прошедшейся колким взглядом по Лису. А затем гаркнул какое-то слово, и шлагбаум медленно со скрипом стал подниматься.

– Отлично, – обрадовался Лис, по-прежнему придерживая меня у себя за спиной, – проходим.

Когда мы прошмыгнули через границу и оказались на той стороне, Лисдар обернулся ко мне, глубоко выдохнувшей накопившееся напряжение, и, немного нервно облизывая губы, изрек:

– Это были ратармарны, духи некогда растущего, а ныне вырубленного многовекового леса. Они принимают облик наиболее безобидных существ, завлекают понравившееся или слабое существо в чащу и сводят с ума, лишая сна и покоя. А после забирают тело себе в качестве трофея и вселяются в него до той поры, пока то не иссохнет. Лучше охраны не найти. В этом году эльфы постарались и оградились от вампиров наилучшим образом.

– Ну и жуть! – вымолвила я, обнимая себя за плечи. Отчего-то вдруг стало зябко и стыло.

– Я им не по зубам, а вот ты чисто из любопытства их заинтересовала. От тебя еще несет посторонним иномирным душком, – привлекая к себе и начиная растирать откровенно поделился Куальдэ.

А я тем временем озиралась по сторонам. Пейзаж вдруг резко изменился: вот было до, а вот стало после. Вроде бы из-за забора проглядывала вполне себе оживленная деревенька, манящая остановиться и провести в ней пару деньков, а сейчас словно кто-то хлопнул в ладоши, декорации рухнули, и стала доступно к просмотру скрытая за наносной сказкой истинная картина вещей.

Забор вдруг стал высокой, метров семь в высоту, каменной стеной, сложенной из крупногабаритных темно-серых блоков. По ней расхаживали из стороны в сторону диковинные пятнистые кошки, чем-то отдаленно напоминающие гепардов, только шкурой эти твари были цвета индиго. Перед нами выросла огромная очередь, состоящая из пеших путников вперемешку с управляющими повозками и лошадьми людьми. К какой кто принадлежал расе лично мне с ходу определить было сложно: светловолосых, эльфов по определению, среди ожидающих свой черед не было. Хотя готова поспорить, Лисдар наметанным глазом работника Департамента по сотрудничеству с пришельцами и иномирным кооперациям определил тут же.

Все столпились перед высоченной аркой, выдолбленной в огромном земляном холме, за которым не было возможности увидеть, что же спрятано по ту сторону. Очередь недовольно роптала.

– И долго нам придется стоять? – поникшим голосом спросила я у Лиса.

– Всего ничего. Вся эта очередь – один большой караван, везущий свои товары на фестиваль. Как только проверят список товаров и поставят напротив каждого галочку, удостоверившись в его безопасности, мигом пропустят. А тут и мы уже следующие, – пояснил рысь, почесывая за острым ухом. Кажется на кончике на секунду показались длинные волоски…

– Им придется вскрывать обозы? Мы тут умрем от ожидания, Лис! – забеспокоилась нашей участью я, не обратив внимание, что Лисдар Куальдэ превратился во вполне себе приятеля по кличке Лис.

– Зачем это? – встрепенулся он, округлив глаза. – По ту сторону попадет только то, что количественно и вещественно заявлено! Все постороннее или даже излишки попросту сгорят.

– А-а-а, – многозначительно протянула, нащупав логику в его словах. – Забавная система контроля.

– Действенная! – поднял указательный палец вверх Лис, чтобы тут же другой рукой подтолкнуть за живой очередью: – Ты – молчишь, я – говорю. Все, что ни скажу, делай вид, что правда, и улыбайся.

Мы подобрались к входу в туннель, и у самой арки были остановлены вполне себе человеческим мужчиной. С пергаментом и пером в руках, он затребовав наши имена, причину визита, в каких отношениях мы состоим и на сколько долго прибыли.

– Лисдар Куальдэ и леди Юля Киатар, на фестиваль мэноля в вашу расчудесную столицу Ларгадар, приятели, до вечера, – отрапортовал он и, не дожидаясь какой-либо реакции на свои слова, толкнул меня к подернутой пеленой тьмы арке: – Добро пожаловать на фестиваль, Юля! Боюсь, это последняя твоя радость на ближайшее время после замужества, наслаждайся! – Поток воздуха втянул нас в темноту, навстречу эльфам.

Глава промежуточная. В гостях у эльфов

По ту сторону арки мы оказались почти мгновенно, вывалившись кубарем. Наш полет продлился сущие секунды, а накричаться я умудрилась до срыва голоса. Лисдар помог мне подняться, недовольно поцокал языком, когда я прохрипела нечто невразумительное в качестве благодарности, и в конце громко и обстоятельно произнес:

– Экуро Гарте׳феро!

Я закашлялась, а он гордо подбоченился в такую позу, словно чего-то ожидал: руки поставил на талию, а одну ногу показательно выставил вперед. Ну просто Петр Первый, сейчас город будет закладывать!

– Самодовольства тебе, Лис, не занимать. Ой! – от звона во внутреннем ухе едва не потеряла чувство ориентации, а когда пришла в себя, с подозрением взглянула на компаньона в сегодняшнем путешествии, требуя объяснений.

– Ты разве не слышишь, как теперь тонок и колоритен твой голос? Всего два слова, но больше терять ты его никогда не будешь, что бы ни случилось! – Мужчина взбил свои пепельного цвета волосы, зачем-то потянулся к моим, благо, я вовремя хлопнула его по руке, а после хмыкнул и прошел мимо, напевая какой-то мне незнакомый, что естественно, мотивчик.

Ничего не оставалось, как последовать за Лисдаром, моим проводником на сегодня. Любопытство от встречи с самыми настоящими эльфами, не замаскированными окрашенными оборотнями, а Первоначальными, уже съедало изнутри. Поэтому закрыв глаза на странное поведение взрослого мужчины, мало ли как на него подействовал переход, молча шла попятам. Лисдар о чем-то рассуждал сам с собой, а я тем временем разглядывала изрядно изменившиеся окрестности: высокие толстоствольные многовековые деревья, насыщенный медовым ароматом воздух, летающие со скоростью истребителей разноцветные стрекозы, каждая не меньше ладони, то тут то там доносящиеся трели экзотических птиц.

Мой спутник чувствовал себя вполне комфортно, словно расшагивал в домашних тапочках по собственной гостиной: шаг широкий, уверенный, руки опущены в карманы камзола, а волосы небрежно разбросаны частично по спине, а частично перекинуты на грудь. Чуть слышно доходящая до моего слуха его беседа самого с собой так и вынуждала хихикнуть за спиной и нарваться на полный презрения и ненависти взгляд. А от этого расхохотаться еще громче. Тогда Лисдар снова обстоятельно и полным достоинства голосом произнесет какое-нибудь незнакомое мне, еще не изучившей основы магии, заклинание, и опять произойдет что-нибудь загадочное. Для него очевидное, для меня невероятное.

– А ну прекращай погружаться в дебри своих бессмысленных рассуждений! – Я и не заметила, представляя всю эту сценку, как мы остановились, и Лис принялся сверлить меня взглядом, грозно нависая, хотя меня всегда оценивали как девушку ростом выше среднего.

– А ты прекращай копаться в чужой голове! – недовольно воскликнула, тыкая пальцем ему в грудь. Наивный, он опустил голову вслед за ним. Грех не воспользоваться ситуацией, щелкнув зарвавшегося оборотня по носу: – Попался!

Лис хмыкнул, но на шутку не обиделся. Лишь только потер покрасневший кончик и с какой-то хитрецой взглянул на меня. «Кажется, что-то задумал. И у меня будут неприятности…»

– В верном направлении мыслишь! – похвалил за догадку блондин, едва сдерживая смешок. «Ах ты ж умертвие! – ну, как бы Дармир выразился. – Что же ты, прохвост, замышляешь?»

– Так я тебе и сказал! – бросил через спину Лис, когда мы возобновили прогулку.

«Долго нам еще идти через лес? Разве мы не должны были оказаться на самом фестивале, как те обозы с товарами?» – но мои вопросы так и остались без ответов. То ли Лисдар не имел охоты просветить в них, то ли для него это было очевидным, а значит и для меня таковым должно было являться, а может и вовсе я озадачиваюсь глупыми и элементарными вещами. Как если бы вдруг на Земле стала приставать к прохожим с вопросом почему светофор светит красным, а люди все равно перебегают дорогу.

– Тебя так забавно подслушивать, – вдруг отреагировал мужчина, когда я этого уже и не ждала. «Забавно? Что же такого забавного я себе надумала, что прервала твое молчание, Лис?»

– Все новое всегда интригует, знаешь ли, – туманно просветили меня, сопровождая фразу хрустом костяшек пальцев, – как живые игрушки, новосплетенные чары, неизведанные края, вернувшиеся домой иномирянки, в твоем случае.

Лисдар Куальдэ мыслил широко и на мелочи не распространялся. Не будучи человеком, он позволял себе ставить в один ряд такие вроде бы из разных категорий вещи, как колдовство, людей, территории, предметы обихода. Из его уст все звучало цельно, невозмутимо. Но стоило мне начать обдумывать каждую его фразу, и я понимала, что имею дело с существом ничего общего со мной и моим пониманием мироустройства не имеющего.

Пока мы прорезали лес пешком, как нож масло – медленно и основательно, мое сознание успело потонуть, достичь морского дна, зарыться в ил и обрасти поверху густыми темно-зелеными водорослями, поскольку Лисдар решил не замолкать ни на минуту. Несмотря на мое молчаливое общество, он продолжал развивать завладевшую им тему:

– … к тому же, – это был очередной, кажется восьмой аргумент, прозвучавший в пользу сохранения отдела по кооперативной работе с землями Думадара в Департаменте, – вера – верой, война – войной, но их способ выявления принадлежности женщины по определенным параметрам к колдовскому братству... Это так… интригующе! – В голосе Лиса отчетливо прозвучали пробежавшие по телу мурашки возбуждения.

Лично я ничего «интригующего» в унижении, подверженности публичной порке и обвинении в смертных грехах, помимо насильственного принуждения к признанию власти Аркаатаруса, питающегося страданием этих самых женщин, не находила. Одним словом, сочла Лисдара с одной стороны, за латентного извращенца, с другой – за психопата. С меня хватит!

– Долго нам еще идти? Где эта эльфийская столица? – не выдержала больше, обгоняя провожатого и вставая у того на пути, вынуждая остановиться. Сказано это было с раздражением и даже скрытой угрозой. Поскольку я, во-первых, во время прогулки по девственному лесу вляпалась не в одну расставленную почти на каждом шагу сеть паутины. Во-вторых, устала перешагивать каждые три метра через выросшую буквально под носом массивную, покрытую вековым мхом корягу (по мере нашего продвижения, влага в воздухе стала ощутима: либо поблизости была вода, либо болото). И, в-третьих, меня продолжали терзать сомнения касательно судьбы тех самых обозов: уж тут они бы точно не то что не разъехались, а даже никуда бы не пристроились, все было испещрено кочками, кустами, да торчащими из-под земли корнями.

– Тебе совсем не по нраву Дикий парк Ламирту? – обиженно засопел Лис, вновь вставая в позу.

– П-парк? – неуверенно переспросила, озираясь по сторонам. Так это блуждание черт ногу сломит и черт знает где является ничем иным, как прогулкой по эльфийскому парку?!

– Именно! – воскликнул Лис, огибая меня с левой стороны. Он зашел за спину, пока я принимала новую реальность, и положил руки мне на плечи: – Неужели сюда пустили бы каких-нибудь торгашей?

Ну почему меня выставили невежей, когда я таковой не являюсь? Моя воля, посадила бы Лиса пятой точкой на ежа и любовалась на результат сего труда! А он, ругаясь, выдирал из задницы колючки и характерно ойкал каждый раз. Даже зажмурилась, представив эту сцену…

– Ах ты шаловливая бесовка, думай, прежде чем подумать! – зашипел Лис, вырывая из грез.

О да, это того стоило! Я покатилась от хохота, хватаясь за живот. Лисдар Куальде пытался увернуться от… гоняющейся за ним летающей подушки в форме ежа, только вот иглы были самые настоящие. Она еще и пищала нечто невразумительное, вроде «иди сюда, голубчик, вместе нам будет хорошо».

– Отмени свое колдовство, – пропыхтел пронесшийся мимо мужчина, – сейчас же, Юля, ай! – Он подпрыгнул в воздухе метра на полтора, когда подушка почти достигла своей цели. – Иначе отправлю домой прямо отсюда и не будет тебе никаких эльфов!

– Да после увиденного и эльфов уже не хочется, – задумчиво рассудила вслух, не думая о последствиях сказанного.

Внезапно подушка затормозила, зависла между мной и оборотнем, слегка взмокшим и несколько потрепанным, а после медленно поплыла ко мне. Ускоряясь.

– Стой, – приказал ей я, но тщетно. Пришлось попятиться назад, подушка приближалась и набирала скорость. – Ты, плод моего воображения, я кому приказала остановиться?!

Куда там! Лис тем временем мстительно потирал руки, что-то шепча одними губами. Колдует, значит? Помнится, недавно мне сообщили, что искра сейчас у меня очень яркая, светится, и вроде даже какие-то изменения во внешности периодически проскальзывают.

Мы вступили в молчаливое соревнование, исступленно потирая от напряжения виски по очереди. Оба покраснели от напряжения, пытаясь перещеголять друг друга. До меня доносились отголоски заклинаний Лиса. Мы интуитивно установили планку, которой держались. Образно выражаясь, не били ниже пояса. Лисдар запросто мог подавить меня одним словом, но, видимо, ему доставляло искреннее удовольствие такое противостояние на равных. А бедная подушка не знала, к кому же ей метнуться. Точнее, против кого навострить свои иглы.

Не знаю, сколько бы продолжалось это бессмысленное, но увлекательное действо, если бы не возникший словно из ниоткуда третий участник, превративший предмет нашего с Лисом манипулирования в пух: эльф.

– Что вы устроили в Священном Девственном лесу правящей династии Ламирту? – грозно раздался в голове голос, прекращая всю магию на корню. – Как посмели?

– Ой, да брось, Миргадил, лесом это никогда как таковым и не было. Так, заброшенный парк в центре столицы, – беспечно отмахнулся вслух от него Лисдар, отряхиваясь все-таки от перьев, а не пуха, некогда бывшими набивкой канувшей в мир иной подушки. – Юля, не трясись, Мир тебе ничего не сделает. Лишь повысит за твой счет свою ничтожную значимость.

Кажется, эльф побагровел. На его и без того смуглом лице, обрамленном густыми каштанового цвета волосами, заплетенными во множество косичек, это не осталось незамеченным. Видимо, мой спутник либо патологически бестактен и это не исправить, либо на короткой ноге с этим незнакомцем. Названный Миргадилом никак словесно или визуально больше не дал понять, что его задело сказанное, а предпочел подойти ко мне.

– Леди Киатар, полагаю? – холодно осведомился, ловко завладев моей бесцельно висевшей вдоль тела рукой и приникая к ней сухим поцелуем. – Приветствую вас в Священном обиталище духов наших предков, – проникновенно продолжил, наслаждаясь моим ошеломлением.

– Это… кладбище? – едва вымолвила, вырывая руку и хмурясь.

– Пристанище душ, не более, – также загадочно продолжил эльф, вновь хватая на этот раз за запястье и увлекая за собой в сторону. – Если желаете, я расскажу и даже покажу то, что вы нигде больше никогда не увидите… – маняще пообещал он, а голова уже шла кругом. «Что за чертовщина?»

– Я предупреждал, – лениво, не сдвинувшись с места, вклинился в наш диалог Лисдар, изучая севшую к нему на палец бабочку. Я же мигом вернулась в реальность от звука его голоса. Точно этот эльф какое-то заклинание применил. – Мало того, что дешево и грубо пытается напустить пыль, так еще и пьян. Юля, не дыши с ним одним воздухом, чревато будет, поверь мне.

Эльф скривился, а я высвободила руку и подошла ближе к Лисдару, которому прямо сейчас доверяла всецело. Всю себя и свое помутившееся сознание.

«Лис, что будем делать?» – мысленно послала оборотню, сама тем временем придумывая сто и один способ как избавиться от приставшего алкаша с деформированным сознанием максимально безболезненно для него и не травмируя при этом собственную совесть.

– Прогулка закончилась, идем на фестиваль. А этот пусть проводником будет. Думаешь, чего я тебя кругами водил? Без эльфов отсюда никогда не выйти! А чужеродная магия для них как маяк, что кого-то надо вытаскивать, – поведал мужчина, прижимая к себе поближе. – Он сейчас под кайфом, советую держаться меня, иначе сама не успеешь опомниться, как окажешься в пьяном угаре и будешь плясать, задирая пятки выше головы.

О да, всю жизнь мечтала, брр!

Эльф постоял напротив, посверлил нас взгляд, о чем-то подумал, неторопливо поизучал пейзаж, а после развернулся махнул рукой, мол, следуйте за мной, и неспешной походкой вразвалочку, насвистывая то, что свистят обычно мои соседи под окном, поместив руки в карманы такого же камзола, как на Лисдаре, пошел одной ему известной дорогой.

Переглянувшись с Лисом, бодро зашагали следом, шурша опавшей листвой и длинными иглами под ногами. Никогда не умела различать пород деревьев, но лес не был темным. Свет свободно проникал внутрь. Мы не боялись заблудиться: а значит, скорее всего, смешанный с преобладанием лиственных пород. Я точно помнила еще со школы: если дерево не хвойное, то его крона стремится всегда вверх, к солнечному свету. А если наоборот, то пространство вокруг нас должно было бы быть слабо освещенным, сумрачным.

– Слушай, Юля, – мой спутник заговорил вслух, изучая взглядом рассыпанные вдоль тропки, по которой мы шествовали, алые грозди, напоминающие ягоды рябины, скрестил за спиной руки, а лицо при этом выражало сосредоточенность, – тебя уже просветили касательно родственного древа? Ничего не упоминали о том, как твои далекие предки попали туда, откуда ты родом?

С чего-это вдруг Лисдар обеспокоился моей осведомленностью в таком деликатном деле? Это же вроде как позор семьи Киатар – женитьба одного из наследников на пастушке, а затем таинственное исчезновение, предположительно от болезни, ведущей праздный разгул в то далекое время по улицам того же наверное Аордама, если его уже к тому периоду отстроили. Не уверена, имею ли право рассказывать о том, что мне вскользь изложил Дармир? Не будет ли это опрометчиво, или даже опасно? А вдруг Лисдар только того и добивается, и дело не только в его заинтересованности Ру? Поэтому брат так холодно отнесся к их встрече в Департаменте и предупреждал, чтобы держалась подальше. Но если Лис может воздействовать на сознание, как упоминал Дар, то зачем напрямую задает эти вопросы?

– Что ты хочешь узнать, Лис? – тяжело вздохнула я, мысленно вынуждая его посмотреть мне в глаза. Буквально внутренне почувствовала нежелание и сопротивление. Но не отступала.

– Вижу, Дар поднатаскал тебя за это короткое время, – хмуро отозвался мужчина, поворачиваясь ко мне лицом. Таким же хмурым. А глаза словно пелена подернула.

– Что с твоим зрением? – обеспокоилась, но тут же взяла себя в руки: спутник снова улыбнулся своей Чеширской улыбкой, одновременно пугающей и чарующей.

Желание получить ответ отпало само собой, и до самого выхода из леса я больше не рискнула даже голову повернуть в сторону оборотня. А слегка пошатывающийся поддатый эльф продолжал выводить нас из лесопарка. Мне же очень не хватало Дармира, отчаянно. Мысленно достучаться до него я тоже не могла, а спросить совета как себя вести в сложившейся ситуации было больше не у кого.

Внезапно, словно кто-то извне включил звук, отовсюду раздались хохот, какофония живой музыки, гомон невидимой толпы, детский смех, и все это разбавлялось криками уже знакомых мне торговцев с обозами, чудом миновавших нескончаемое петляние сперва через кочки да ухабы, а затем и компанию странных провожатых вроде Миргадила.

Эльф остановился, махнув нам сделать то же самое. А сам принялся чертить в воздухе невидимые мне, но по заинтересованному взгляду Лиса, вполне очевидные оборотню, какие-то то ли слова, то ли символы.

– Если бы не мирный договор и соблюдение всех дипломатических процедур, а также желание показать тебе прелесть эльфийской природы, я бы открыл переход сразу на фестиваль, – шепнул, склонившись к моему уху Лисдар, и приобнял за плечи. Я отшатнулась, хотя от оборотня ощутимо, как от недавно растопленной печки, разило жаром, а мне в столь по сравнению с его парадным облачением откровенном наряде было немного зябко. Еще и комары откуда-то появились, судя по покраснению и характерному зуду на лодыжке и под коленкой.

– Тебе не стоит заставлять себя рождать в душе неприязнь, если ты таковой не испытываешь по-настоящему, – вдруг сказал мужчина, опуская руку и отступая на шаг в сторону. – У нас с Дармиром свои счеты. Приплетать тебя было с его стороны неосторожно. Распоряжаться чужими судьбами и мнениями… Кто из нас еще манипулятор, в таком случае? – рассмеялся Лис, встряхивая волосами.

А тем временем эльф, словно мы позади и не стояли, продолжал медленно нанизывать на слабо светящуюся нитку плетения заклинания, напоминающую повисшую в воздухе многократно увеличенную схему ДНК, очередные символы с едва заметными очертаниями рун. Ну или похожими на них значками. Так вот как выглядит колдовство на самом деле! Словесное или ментальное, оно представляет собой строгую схему последовательно создаваемой канвы будущего заклинания. Словно работаешь на автоматизированном ткацком станке, но не на электричестве, а за счет твоей внутренней энергии, силы искры.

– О! Ты-таки видишь потоки магии? Очень хорошо! – похвалил меня Лис. А после добавил: – Когда это ты успела сделать тонирование?

– Что?

– Так это изменение цвета волос – последствия пробудившейся в крови магии?! Однако! – Мужчина покачал головой, всячески давая понять, насколько подобное открытие для него неожиданно. Но искорки в глазах говорили совсем о другом. На вопрос он отвечать не собирался.

– Материализуй мне зеркало, – потребовала, при этом нервно покусывая ноготь большого пальца.

Лисдар нехотя легонько хлопнул в ладоши, чтобы не отвлечь ненароком шумом занятого неясно чем Миргадила, а после между ними по мере разведения рук буквально на глазах выросло маленькое карманное овальное зеркальце. Точно такое, как я носила с собой всегда в сумочке дома. Если не оно же самое.

Мужчина протянул мне его обратной стороной, поэтому когда я поднесла зеркальце к лицу и вгляделась – обомлела. Еще утром, когда мылась и приводила себя в порядок, никаких изменений не было! Помню, еще по прибытии сюда Кэнит и Дар что-то там говорили про какие-то перемены, видимо, временные. Но сейчас мой натуральный светло-пшеничный оттенок, которым я очень гордилась, куда-то просто испарился, а крупные золотистые на солнце кудряшки стали РУСЫМИ, с отливом в медь сами по себе!

– Это как такое возможно? – прошептала, едва сдерживая всхлип, а слезки уже полились вовсю, зеркальце задрожало, и я выронила его под ноги, стирая мокрые дорожки с щек.

– А… ну… Юля… – Лисдар не ожидал такой реакции. Он переминался с ноги на ногу, такой трогательно растерянный, оглядывающийся по сторонам в поисках поддержки, и выглядел так забавно, что я рассмеялась. – Ты чего? – обеспокоенно спросил мужчина, вглядываясь в мое лицо.

– Ты такой милый, когда не знаешь, что делать, – сообщила ему, стирая остатки слез с лица. – Вернемся, мне надо будет перекраситься обратно в свой родной цвет.

– Боюсь, это невозможно. Все идет к тому, что ты станешь брюнеткой, как твои братья и сестры. У вас один источник силы и магии, а все могущественные колдуны и их потомки, как ты знаешь, в ходе кровосмесительных браков унаследовали эту черту от предков. Как, например, орлиный нос у северян, тонкая кость у эльфов, или кудрявые волосы по линии твоей человеческой матери, но теперь ставшие темными в отца. – Лис на секунду задумался. – У Киатар никого с подобной твоей ангельской внешностью лет двести точно не встречалось. Так что пока магия внутри искры окончательно не сбалансируется, а это занимает несколько лет, и не мечтай, все равно по утрам будешь просыпаться с другим цветом. Если хочешь, можешь сравнить это с подростковыми прыщами: пока гормоны не успокоятся, что ни делай, а где-нибудь, да красные пятнышки все равно повылезают.

Логике аналитического склада ума Лисдара можно было позавидовать. Выводы, что он сделал, звучали убедительно, можно сказать железно, отчего я опять расстроилась. Если бы не оторвавший нас от беседы друг с другом эльф, я бы попробовала поспорить с Лисом на предмет генетической наследственности.

– Я закончил, – ровным твердым голосом сообщил он нам без намека на прежнюю напускную таинственность. Протрезвел? – Следуйте далее прямо, не сворачивая, пока не выйдите на узкую тропинку. Она приведет вас прямо к развилке. А там уже огни ярмарки ни с чем не спутаете. Желаю приятно провести время, о гости нашей прекрасной земли и замечательного города Ларгадара! – На этом эльф оборвал свою речь, открыл переход и скрылся в нем, не удостоив прощальным взглядом или на крайний случай простой улыбкой. Монотонная, заученная речь без вкрапления единой эмоции.

– Боится, что заложу его первому же собрату. Наивный, дался он мне! Идем, – Лисдар взял меня за руку, и мы пошли вперед.

Миновали то место, над которым так долго колдовал Миргадил и, о чудо, словно шагнули в другую реальность! Я оглянулась назад и к своему удивлению обнаружила… выход из пещеры, в которую мы попали, отстояв очередь за торговцами с обозами.

– На самом деле, – несколько извиняющимся тоном начал Лис, – мы могли оказаться здесь сразу же. Просто я захотел, чтобы ты посетила этот чудный эльфийский парк, подышала свежим воздухом, насладилась дикой природой, чтобы было что вспомнить по возвращении.

– А я вернусь домой?

– Разумеется.

Некоторое время мы буравили друг друга взглядом, ожидая, кто же первый не выдержит: Лис, значит, врет, я, значит, принимаю его правду. Ну что ж. Набрав в грудь побольше воздуха, показательно моргнула, чтобы мужчина не подумал однозначно, будто я сделала это из слабости, и устремила взгляд на дорогу. Лисдар, по-видимому, решил поддержать эту своеобразную игру, поскольку взял меня за руку и потянул по указанному эльфом направлению: вперед!

Идти пришлось недолго. Буквально через четверть часа неспешной походкой мы вышли на ту самую узкую тропку, которая почти сразу вывела нас на развилку с указателем. Но он тут был явно лишним. Мы стали свидетелем той самой картины, которая разыгралась перед нами еще до минования погранпункта: из-за редких деревьев вокруг проглядывали крыши деревенских домиков, воздух сотрясал звук сотен взрывающихся чуть поодаль хлопушек, а еще прорывающийся сквозь все это шум базара.

– Даже не могу предположить как такое возможно, что в одном месте мы видим одно, а в другом слышим другое. А чтобы добраться до искомого, приходится попасть сперва в третье.

– Охрана от незваных гостей. Кто по-настоящему не хочет, или кого не захотят тут видеть, никогда сюда не попадет, – откровенно поведал Лис в ответ на мои замечания. – Осталось совсем немного. Видишь, вон там уже начинаются торговые ряды, – он указал куда-то чуть левее того места, где мы стояли. – Там купим тебе платье. Я даже знаю какое! – заговорщически добавил он и потянул в ту сторону.

О нет! Вот она, месть за игольчатую подушку.

– Кстати, Лис, – решила разбавить его мысли на счет вендетты в свой адрес, – а почему Миргадил сам по себе темнокожий и к тому же брюнет? Мне казалось, что они все поголовно светловолосы.

– Кто сказал? – Я задумалась, а потом не думая выдала на духу: – Дар, он обозвал их белобрысыми и… ой! – Прав был Лис, когда советовал думать, прежде чем подумать. Чтобы потом что-то выдать вслух.

– Значит я, по мнению твоего братца, белобрысый прихвостень эльфийской моды, бегающий за их дамочками? – задумчиво взвешивая, будто пробуя на вкус каждое слово, переиначил мою не до конца высказанную мысль оборотень. – Ну теперь-то все ясно! Юля, – он обратился, а я боялась поднять на него глаза, поэтому лишь виновато улыбнулась, изучая растущую под ногами траву, – твой Дар форменный идиот. Так и передай, когда вернешься. И пусть только попробует помешать мне встретиться с Руассой. Заставлю носить до конца его дней модную нынче на севере благородную лысину.

Второй раз подряд громкое «ой!»: Дармир – лысый?

– Именно! – прибавил рысь, глубоко кивнув. – Идем.

– Так все же? – переспросила, уже когда мы приблизились к первой, чуть в стороне от остальных стоящей самой обыкновенной торговой лавке, коих повидала за свою жизнь не одну сотню.

Лисдар что-то шепнул стоящей за прилавком девушке, внешне мало чем отличающейся от обычной земной, буквально просканировавшей меня насквозь наметанным взглядом портнихи, и когда она скрылась за ширмой, наконец пояснил:

– Белобрысый далеко не значит белокожий. В этом ты вскоре убедишься. А то что темные волосы уложены в косы, так и я, как тебя успели просветить, не натуральный блондин, – усмехнулся Лис, разглядывая развешанные внутри и снаружи простые холщовые рубахи с вышивкой по вороту и рукавам, такие же штаны и выставленные на одной половине прилавка простые удобные как женские, так и мужские деревянные башмаки.