Текст книги "Залетная гостья (СИ)"

Автор книги: Яна Ладина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 30 страниц)

– Увы, лечебных мазей в лифе не прячу и доктором не являюсь, но до ближайшей остановки в населенном пункте, где смогут оказать более профессиональную помощь, должно сойти! – уведомила молча за всем наблюдавшим мужа, сидящего все в той же позе. – Ты явно в этом соображаешь лучше, говори, что делать, – безапелляционно потребовала, снимая с головы начинающую мешать фату. Не дай бог такую красоту измазать кровью, смешанной с каким-то ядом!

– Я тебя настолько напугал? – Застыла, ошеломленно глядя на мужа. Но тут же спохватилась, переключив внимание на лежавшие сбоку некогда части нижней юбки. Сперва надо наверное взять самую длинную и широкую повязку… – Что, Дар был вынужден отдать свой амулет? Подстраховался, надо же!

– Это его решение, – отрезала беспрекословным тоном, растягивая в руках на манер транспаранта один из будущих бинтов и прикидывая его длину. Должно хватить.

– Если неправильно наложишь повязку, она соскользнет.

– И что ты предлагаешь?

Шер на секунду умолк, а после подманил к себе. Послушно склонилась складывая руки на коленях.

– Сейчас возьмешь меня за руку и закроешь глаза. Мне… – он закашлялся, – сложно будет объяснить, просто смотри, а после повторишь.

Кивнула, сжимая его ладонь между своими. В то же мгновение перед глазами возникла черно-белая картинка чьих-то воспоминаний: пожилой мужчина в белой мантии, таких же белых брюках и блузе расхаживал по большому светлому кабинету мимо не упускающих из виду ни единого его движения юношей и девушек, столпившихся кучкой.

– Лучше всего забинтовывать грудную клетку восьмерками, крестообразно, причем повязку следует начинать с наложения первых закрепляющих ходов в ее нижнем отделе по окружности, – твердым уверенным голосом принялся объяснять незнакомец, разматывая в руках моток марли. – Конечно, под рукой у вас может не оказаться антисептического раствора, на поле боя вы вряд ли успеете озаботиться подобной необходимостью, когда счет идет на мгновения. Не всегда есть возможность открыть переход, когда на вас наступает умертвие или василиск. Поэтому отрабатывайте то, что я сейчас вам покажу, так, чтобы могли повторить это ночью с закрытыми глазами. Все поняли?

Удивленные, во всю взирающие на преподавателя ученики согласно закивали. Учитель подозвал к себе одного из них, потребовал, чтобы тот оголил верх и развел руки в стороны.

– Грудь забинтовывают последовательно вплоть до подмышек, затем при помощи одного укрепляющего хода переходят на левое плечо и по спине идут вниз под правую подмышку. – Каждое слово сопровождалось демонстрацией. – Потом на грудь снова накладывают круговой ход, далее переходят под левую подмышку, оттуда – на спину и сзади ведут бинт на левое плечо. Повязку заканчивают круговыми ходами в верхней части грудной клетки. Вот так…

В этот момент тот, чьими глазами я наблюдала наглядную демонстрацию оказания первой помощи, взял в руки потертый грязный учебник, цитирующий слова преподавателя: «…бинт ведут со спины через правую подмышечную впадину на грудь к верхушке левого надплечья, огибают ее, опускаются вниз по спине и делают виток вокруг грудной клетки. Далее бинт снова поднимается по спине на левое надплечье и, огибая его, переходит на грудную клетку. Фиксируют повязку круговыми ходами бинта вокруг грудной клетки. Конец бинта закрепляют булавкой».

– Не поняла! – Я вынырнула из видения, отпуская ладонь Шера. – То, что было в книге и то, что показал тот медбрат – одно и то же?

Шеррер пошел пятнами и сжал кулаки.

– Что? Я же говорила, что не врач, а на ОБЖ в школе не ходила, их вела препротивная старушенция с явно прогрессирующим маразмом… Что?! – Разве можно винить человека в том, что у него нет способностей к врачеванию? – Да и булавки у меня нет, и мотка марли тоже, только эти оборванные тряпки! – указала на кучку сиротливо разложенных полосок ткани, которым предстояло стать одной повязкой.

– А искра тебе на что, бестолочь?

– Шуш?! – откуда он здесь? Дармир опять послал его за мной присматривать?

– Какой я тебе Шуш?

– Который домовой… – Шер шумно выдохнул и прикрыл глаза.

– В смысле, ты говоришь его словами, – пояснила, опуская взгляд в пол. Мужик в плаще мучается, а я в балаган все это превращаю.

– У тебя сильно активирована стихийная сторона, используй ее. Представь, что все эти тряпки – живые. Представь, как они срастаются между собой концами, переплетаются. – Шерреру едва хватало сил на объяснения, голос дрожал, на лбу выступили бисеринки пота. – Понимаешь, как устроена грибница? Сплети волокна ткани мысленно, направляя внутреннюю энергию потоком на эти полоски. Давай, не хочешь же, чтобы я сдох прямо здесь и сейчас?

– При всем уважении, слабо верю в это. – Наступила неловкая пауза. – Значит, просто представить и надеяться, чтобы это снова были не яйца?

Шер цокнул, а я, улыбаясь, закрыла глаза и постаралась нарисовать в голове картину, как вся эта кучка оборванного тряпья становится подобием марли из посланного видения. Пальцы рук слегка покололо, а грудь нагрелась изнутри так, будто я выдула махом целый чайник очень горячего чая.

– Не так уж ты и безнадежна! – оценивающе процедил (явно не рассчитывал на успех) муж.

Действительно, несмотря на появившуюся ощутимую слабость, мне удалось преобразовать ворох оборванных от юбки полосок в неаккуратно свернутую марлю! Обрадовавшись первому успеху, приступила к воспроизведению того, что продемонстрировал мужчина из видения Шера. Интересно, он когда-то был его преподавателем? Скорее всего, иначе откуда бы взялись эти воспоминания. А группа ребят – нынешние боевые маги, Высшие Одаренные, такие же как и Руасса?

– Конец можешь закрепить, туго связав с хлястиком с самого начала, который придерживала перед вторым витком, – посоветовал муж, тяжело выдыхая и при этом хватаясь за грудь. – Не думал, что будет так больно.

– Ты действительно мог умереть? – спросила, когда закончила делать первую в своей жизни перевязку.

– Нет. Впал бы на сутки в горячку от отравления, из-за чего активировалась бы защита моего родового замка и к нам перенеслись мои слуги. В порыве защитить меня, они бы не очень хорошо обошлись с тобой. Согласись, стать вдовцом меньше чем через час после даже фиктивной женитьбы сомнительное удовольствие.

– Ну спасибо за правду.

«Подумать только, меня оказывается защищали! А еще ломали комедию. И чего он этим добивался?»

– Проверял, на что ты годишься. – Все то время, пока я мучилась с бинтом, Шер дремал, и поэтому сейчас говорил сквозь полуопущенные веки. – У тебя все на лице написано. А по тому, как ты фыркаешь, сама того не замечая, не сложно вычислить и настроение.

– Прошу простить мне мою предсказуемость, лорд Даргомас! – язвительно выплюнула, сложив на груди руки и уставившись в окно. Никакой благодарности! Хотя на что можно рассчитывать, когда напротив сидит мужик в плаще, не постеснявшийся подтереть мне память?

Мы выехали за город и уже около полутора часов путешествовали по пыльной дороге, вдоль которой росли дикие кустарники и изредка небольшие деревца, сквозь листву которых пробивалось солнце. Время клонилось к вечеру, приближался закат. Становилось скучно обозревать чередующие друг друга бескрайние поля и небольшие деревеньки вдалеке, работающих на этих самых полях крестьян и пускающих в небо воздушных змеев детвору.

– Мы остановимся где-нибудь на ночь? – тихонько спросила, потормошив вновь задремавшего Шера. Тот поморщился, слегка отодвинулся в угол кареты и пробормотал:

– Это дормез. Спать можно вытянувшись. Я не могу открыть переход, все силы уходят на восстановление. Утром будем в небольшом городке, где можно дать лошадям отдохнуть и снять комнату в гостинице. Там помоемся и приведем себя в порядок. Там же нас будут ждать, и путешествие продлится с бóльшим комфортом, нежели сейчас. А теперь накрой меня чем-нибудь, становится прохладно.

Просто обалдела от подобной бестактности, невнимания к собственной персоне и безысходности положения. Со злости швырнула в него фату, а сама отвернулась к стенке, скинув туфли и забравшись с ногами на сидение. Нет, оно правда было удобным: широкое, длинное, обитое бархатом. Да и прохладно в кабине не было, это лишь слабость Шера сделала свое дело.

– А поесть? – опомнилась, но поздно: муж, кажется, уже глубоко спал. Вряд ли притворялся.

Смирившись с невыгодным и нежеланным положением, размяла затекшие от долгого пребывания в одном положении икры и ступни, поудобнее извернулась так, чтобы турнюр не мешал лежать, подложила под голову локоть и постаралась заснуть. Через несколько минут уже сопела в стенку и сквозь сон почувствовала, как меня чем-то накрыли.

Ранним утром узнала, что это была моя же фата. Кому сказать, что использовать фату можно в качестве покрывала, покрутят пальцем у виска. Но Шер, видимо, все же решил проявить толику благородства и не оставил бедную девушку, ставшую его женой на несколько дней, обнимать во сне собственные полуголые руки.

– Мы заедем в магазин готовой одежды, перед тем как остановиться в гостинице, и купим что-нибудь подходящее для поездки, – объявил он, когда я проснулась из-за того, что карета внезапно подпрыгнула на дорожной кочке, отчего нас тряхнуло и моя макушка встретилась со стенкой кабины.

– Мой багаж… – протирая заспанные глаза и не стесняясь во всю зевать с раскрытым ртом, осведомилась у заметно посвежевшего по сравнению со вчерашним мужа.

– Он будет в одной из сопровождающих нас карет. Я приказал вашему домовому, чтобы его собрали и отправили одновременно с твоим отбытием из дома. Ехать одной большой процессией по городу было бы затруднительно, поэтому он и выехал раньше. – Шер задумался о чем-то, потирая подбородок, словно размышлял, стоит ли сказать что-то еще помимо уже озвученного. – К тому же, – решился-таки, – приличия требуют, чтобы у тебя были личные служанки, а также подруги, способные составить компанию на эти несколько дней. К нашему приезду они должны будут снять комнаты, распорядиться насчет обеда и подготовить все к нашему приезду. Вроде ничего не забыл. – Он благодушно улыбнулся.

– Как ты себя чувствуешь?

– Тебе в самом деле интересно? – неподдельно озадачился супруг. – Уже лучше. Еще пару часов, и я смогу колдовать. Но на переход все же не рискну тратить силы. Повязку, к слову, ты наложила достаточно неплохо.

Гордиться теперь собой, что ли?

Через час мы прибыли в небольшой городок, на въезде в который на встречающей гостей и просто проезжающих мимо табличке поверх названия было нацарапано: «Оставь надежду всяк сюда въезжавший!» И я нисколько не привираю. Шер, пока парой слов обменивался со стражниками, тоже косил глаза в ту сторону и едва сдерживался от смеха. А когда мы минули городские ворота, расхохотался уже в голос.

Оказывается, существует традиция: если от заезжего в город жениха сбежала невеста, которую он выбрал из местных, то несчастный обязан оставить на прощание какое-нибудь послание-пожелание как невысказанное поведением столь неудачной пассии недовольство. Избавляться от него запрещено в течение того срока, пока молодые встречались. На аристократов это правильно не распространяется, уж больно плебейское, как я уяснила из разговора с Шером, а вот простой люд и крестьяне, а чаще всего магически неодаренные, во всю практикуют. Придумано это было, чтобы избежать драк или подобия магических дуэлей и выяснения отношений. Император их не жалует. Так что на некоторое время городские стены рискуют превратиться в «доску почета».

– Если честно, дикость! – прокомментировала столь дерзкий способ мести. – Ладно у них не сложилось, но город-то чем виноват и остальные его жители?!

– Тем, что дочери этого города непостоянны и не имеют ни стыда ни совести.

– Ну, хорошо, а если в этот брак девушку вынудили вступить? – Шер как-то странно прошелся по моей сжавшейся в углу кареты фигурке взглядом: отчего-то погода с утра не задалась и от серости за окном было неуютно.

– Ей дают временные отступные, пока молодые не притрутся друг к другу.

– И какие отступные будут у меня?

Шеррер явно удивился такому вопросу, причем не скрывал свою реакцию. Он наверное хотел что-то этим сказать…

– Собственная башня и мое бесконечное терпение, устроит? – ледяным тоном с улыбкой удава на лице не спрашивал, скорее констатировал он.

– Терпения тебе не занимать уж точно! – пробурчала, выглядывая наружу.

Мы ехали по центральной улице, полной спешащих куда-то по своим делам далеко не хрупких женщин в компании под руку с не менее мужественными кавалерами. Спутники дам несли в свободной руке накрытые полотенчиками корзинки, когда у леди через запястье другой руки была перекинута тесемочка небольшого мешочка. Эти округлые дамские сумочки были расшиты бисером и разноцветными лентами, словно детские ридикюльчики.

Едва карета остановилась, Шер накинул на голые плечи плащ за неимением более водолазки. Я помогла его застегнуть, и когда муж выбрался наружу – галантно подал мне руку.

– Не рассчитывай, что это как-то… – начала было вслух, как тут же оказалась перебита:

– Все, что хочешь сказать – скажешь потом. Живее, леди Даргомас! – Обращение было пропитано таким сарказмом, что, скорчив в ответ мужу гримасу, вытянула наружу помятый тюль и молча встала, свернув его в руках в ожидании дальнейших указаний мужа.

Он взял меня под руку, и мы вошли в двухэтажное здание с каменным первым и деревянным вторым этажом, с рядом выступающих вперед небольших балкончиков. Под одним из них были прибиты покрашенные в красный цвет крупные буквы, складывающиеся в такое простое и понятное слово – «Ателье». А внизу совсем крошечными было написано пояснение: «Готовая одежда для господ на все случаи жизни». Шер отворил дверь, впустил меня внутрь, зашел следом и громко потребовал:

– Мастер!

На окрик к деревянной стойке, занимавшей почти все крошечное пустое помещение, откуда-то из темноты выбежал заспанный небритый мужичок. Правда, одет он был далеко не так, как ожидалось при взгляде на его помятое лицо: брючный костюм-двойка с иголочки, дополненный галстуком и платочком в нагрудном кармане. Едва он открыл рот, как муж опередил его:

– Для леди удобные в поездке коричневые штаны, кремовую блузку и пожалуй темный пиджак. Хотя подойдет и шерстяная накидка. Ночи нынче прохладные. Размер, – Шер быстро просканировал меня взглядом, словно по косточкам разобрал, – первый. – Если есть, еще сапоги на небольшом каблучке второго размера. Мне две рубашки черного и темно-синего цвета, тройку.

Мужичок поклонился и скрылся там, откуда появился перед нами. А меньше чем через минуту притащил всю вышеперечисленную одежду в двух стопках, обе перевязанные шелковой лентой, завернул в плотную темно-серую бумагу каждую, перемотал тонкой веревочкой и вручил нам. Коробку с обувью достал из-под прилавка, слегка замешкавшись. Шер бросил на стол несколько монет (точно такие же оставил на столе и Дармир, когда мы первый раз были в Аордаме и обедали), взял в руки коробку с обувью, я прихватила пакеты с нашей новой одеждой и под поклон и пожелания долгих лет жизни мы покинули магазин.

А свернув вслед за Шером направо, поспешила войти в другую любезно открытую перед моим носом пинком ноги дверь, наверняка гостиницы. Шер не пояснил, пришлось догадываться самой, сверяясь с ранее озвученным планом действий.

Внутри нас встретила одетая в элегантное нежно-голубое атласное платье девушка с заплетенными в две длинные русые косы волосами и повязанным вокруг талии передником. Вокруг шеи красовалась нитка жемчуга, глаза были ярко накрашены, щечки явно нарумянены, и вообще весь ее вид говорил о том, что собиралась она явно не нас обслуживать, а скорее на какие-нибудь танцы или местную дискотеку.

– Юля, это Сакел, твоя служанка и компаньонка, – представил мне Шер девушку, которая вежливо присела, приняла из рук мужа коробку с моей обувью и уставилась преданными щенячьими глазами. – «На то время, пока ты будешь моей женой», – мысленно прибавил муж, забрав у меня свои рубашки и дав понять, что эта Сакел не должна знать ни слова о провернутой нашей семьей афере. Уяснила, кивнув и улыбнувшись девушке.

– Дорогой, – на это обращение у Шера дернулся уголок рта, – я бы хотела, как ты мне обещал, отобедать, помыться и отдохнуть. Согласись, ночь в карете … – намеренно выдержала паузу, наблюдая за реакцией мужа и доверчивой служанки.

– Юля! – гаркнул муж, когда заметил, как пошла пятнами смущения служанка.

«Я голодная, у меня синяк на макушке и ломит все тело, спала я в платье, едва не забрызганном кровью, и если в волосах завелись вши – то ты труп! Два часа я отказываюсь видеть твою физиономию, даже если случится конец света!» – мысленно накричала на не ожидавшего такую реакцию супруга, сделала реверанс и скомандовала Сакел, чтобы та сопроводила меня в отведенную молодой жене комнату.

«Я женился на чудовище», – послал в дорогу Шеррер, буравя взглядом спину.

«В твоих же интересах поскорее отправить меня домой!» – невозмутимо озвучила наше обоюдное желание, поднимаясь на второй этаж вслед за Сакел и передавая той пакеты с только что купленной мне одеждой.

Ближайшие два часа я как и хотела провела наедине с собой. Сакел помогла снять платье, галантно не мешала, пока я расслаблялась в нагретой в чугунной ванне, расчесала волосы, которые я слегка подсушила, боясь что они опять загорятся. А после заплела два красивых колоска и вышла из комнаты, когда я стала одеваться. Золото, а не служанка! Главное не привыкнуть к такому обращению, чтобы не шокировать окружающих своими запросами по возвращении.

Обедать пришлось вместе с Шером, спускаясь на первый этаж. Помимо нас никого не было, поскольку обедали мы раньше отведенного здесь для этого времени. Муж остался доволен моим новым внешним видом. Да и мне самой он пришелся по душе. Удобно, не жалко, а по приезде в мужнин замок переоденусь во что-то более привычное.

Когда мы заканчивали трапезу, к нам с поклоном в сопровождении Сакел подошли две незнакомые мне девушки: одна высокая, худощавая, гордая, другая наоборот, низенькая и пухленькая, с бегающими глазками. Шер представил мне их как Малену и Заривву, моих компаньонок и иногда служанок, если Сакел будет тяжело в одиночку справляться со своими обязанностями. Девушки вели себя статно и благородно, но мне не понравились, равно как и я им. Ощущение, что они видели во мне… соперниц? Но в чем? Не за место же подле Шера в самом деле!

После обеда муж вопреки здравому рассудку решил ехать верхом, когда к нам наконец присоединилась вся его свита из личных слуг и экипажи с вещами. Их оказалось подозрительно много, учитывая, что в Кадамроне мне предстояло пробыть совсем мало времени. Опять все для публики, внешний фарс? Что-то не верится, что все это ради соблюдения приличий.

Ехать в карете с незнакомыми девушками, бросающими на меня крайне оценивающие и неприязненные взгляды, желания не возникло. Да и после небольшой остановки в гостинице захотелось подышать свежим воздухом, в карете я уже насиделась. Шер выделил мне лошадь, одну из везущих полупустую и полегчавшую за счет моего решения карету. Колдовать он уже, по его заверению, был в силе, поэтому без седла неопытную девушку не оставил.

– Мое мнение о тебе? – Мы вернулись к разговору, прерванному ранее у дверей ателье. – Крайне несдержанный и легко выводимый из себя, если это имеет для тебя какой-то смысл. А еще в магистры метишь!

Кое-как державшись в седле я ехала рядом, все время задевая своим стременем мужнин. Мой, к сожалению, муж хохотнул, вызвав тем самым приступ глубокого недоумения.

– Я был несколько выбит из седла, прости, колеи, – переиначил Шер, – твоим появлениям здесь. Но сейчас, когда мы познакомились поближе и я изучил все твои слабые и сильные стороны, вывести меня из себя тебе более не удастся. И лучше не пытайся, настоятельно прошу. Прислушайся к совету названной матушки.

– Ты считал мои воспоминания? – потрясенно промямлила. – А как же амулет Дара?

– Мы заключили полноценный союз. Я имею доступ к любому уголку твоего потаенного сознания и укрытых в них мыслях еще в стадии зарождения. Амулет Дара можешь считать таблеткой от головной боли.

– А я? – Надежда умирает последней, надежда умирает последней, прошу…

– Что, ты? Твой уровень магической искры настолько слаб, что его хватает разве что на первобытные ментальные приказы и манипуляции. Вспышка силы в связи с перемещением в этот мир вот-вот погаснет, – со смесью отвращения и разочарования поведал Шер.

Значит так, да? Зря вы все связались с любителем мультфильмов Диснея и девяностых, ох, зря! Они отлично обогащают фантазию и помогают найти выход в самых безвыходных ситуациях!

Камень у дороги должен был прямиком врезаться в круп лошади, однако внезапно виски охватила тупая тянущая боль. Не такая сильная как раньше, видимо, основной приступ как раз и гасил подарок брата.

– А тебе не приходило в голову, что я лишь позволял тебе самоутвердиться и с самого начала просто изучал, позволяя поразвлечься? Напоследок в этой жизни.

Камень уже взмыл в воздух, в небе прогремел гром. Последствия нарушенного в доме за ужином обещания! Сейчас ударит…

– Осторожно! – Совсем неожиданно Шер прижал меня к себе, что-то выкрикнул и молния ударила в другом направлении.

– Мы же заключили договор! Почему ты такая невнимательная? – Так же резко как и прижал, муж оттолкнул меня от себя и отъехал на несколько шагов в сторону.

– Потому что мне восемнадцать, я еще ребенок и, как ты выразился, чудовище! – обиженно засопела, утнувшись взглядом в растущие вдоль обочины дороги деревья, сквозь крону которых выглядывало солнце.

Муж никак не отреагировал на эти слова и лишь ускорил ход своей лошади, обгоняя карету. В ней ехали перед нами и коротали путь до эльфийской границы Сакел и две другие девушки, чьи имена вылетели из головы. Интересно, чем они занимаются?

Я слегка ускорила ход, толкнув лошадь в бока пятками, как мне коротко объяснил перед посадкой Шер, и подъехала почти вплотную к окошку. Девушки могли видеть только морду лошади, а чтобы увидеть наездника, им пришлось бы выглянуть из окошка кареты, наполовину задернутого занавесочкой. Но, по-видимому, их совсем не беспокоило, что кто-то мог их подслушать, они самозабвенно перемывали мне косточки:

– Ну, как тебе его жена? Пигалица! – принялась поносить меня одна из девушек. Судя по голосу, та, которая из них самая высокая, гордячка.

– Это все одна большая проформа. Брак не настоящий! Глядишь, он ее в башню посадит, детишек наделает и позабудет, в какую из башен поселил! – запинаясь на каждом слове, чтобы глотнуть побольше воздуха, затараторила пышка.

– Если свободные башни еще остались!

– Да ты что? – детским невинным голоском вступила в арию двух девиц под окном третья – Сакел.

– Именно! Сестра моей подруги, у которой у тетки племянница, а у той кузина, та говорила, что мать ее подруги работает в том замке посудомойкой и она уж точно знает, сколько порций супа нужна приносить каждой из его пассий, у какой из них какая диета и какие капризы, – снова под одобрительное похмыкивание первой через слово задыхаясь разболтала сенсационную тайну пышка.

– Смотрите, это ведь фата! Что она здесь делает? – Наивное дитя Сакел дала новую пищу для размышлений старшим товаркам:

– До чего безвкусица, как и это нелепое платье!

– Между прочим…

Боже, с одной из этих девушек придется сегодня ночевать. Замечательно! Из трех гадюк придется выбрать менее ядовитую. Ну что ж, пусть будет Сакел. Она наговорила гадостей меньше всех, да и помогала в гостинице довольно охотно. А сейчас по большей части лишь ушки развешивала. Хоть бы в одно из них влетало, а из другого тут же вылетало!

К вечеру мы подъехали к воротам приграничного с эльфийским государством Эгальдор городка, где решили заночевать. Как только слезла с лошади, ощутила весь ужас физической нагрузки на неподготовленное к ней тело.

– Я передумал, – заявил возникший прямо за спиной муж, подхватывая меня под руку. От езды в первый раз на лошади ноги затекли и покалывали, я слегка завалилась на животное. – Поездка проходит очень тяжело, у меня побаливает грудь, да и ты, как я вижу, мысленно проклинаешь всю эту затею.

Уставилась на Шера, раскрыв рот: к моим нуждам и мнению прислушались?

– Как ты наверное помнишь, я планировал пересечь границу и путешествовать до замка, не открывая переход. Но пришел к выводу, что лучше все же им воспользоваться. Сделать это можно… – внезапно он оборвал себя и пристально посмотрел мне прямо в глаза: – Так-так. Кажется, я зря трачу время, не так ли, Юля? Может, ты мне расскажешь, как же мы можем это сделать? За правильный ответ разрешу выбирать, с кем ночевать в комнате.

«Боже, это шантаж?!»

– Даю десять секунд на раздумья. – Шер не отрывал от меня взгляда, гипнотизируя.

От испуга схватилась за грудь, сжимая амулет Дара, в надежде на его моральную поддержку. В руку попал и другой амулет, кристалл с готографией, замечательной работой Лисдара, который машинально сжала, обращаясь за помощью еще и к нему.

«Боже, о чем я думаю, какой к черту Лисдар с его замечательной…» – и тут меня осенило:

– Фестиваль мэноля! – радостно выдала как на духу, но муж лишь выгнул бровь. Пришлось пояснить: – Когда мы с Лисом отправились на этот фестиваль, он прямо из дома открыл переход до границы. Мы немного прошли вперед и вышли на песчаную дорогу, вдоль которой стоял забор. Там еще были две, как бы сказать, будки! – Шер выгнул вторую бровь, но меня это нисколько не задело. Я знала правильный ответ. Он просил рассказать, что я и делаю, как умею! – В них сидели двое странных существ, очень опасных, они приняли облик детей. Лис говорил, они вроде воруют тела заблудившихся в лесу людей!

– Ратармарны.

– Именно! Мы прошли мимо них, и оказались в очереди, которая упиралась в земляной холм, в нем был темный туннель. Он и есть нужный нам переход!

– До Ларгадара? – усмехнулся Шер, складывая на груди руки.

– Не обязательно, – уже успокоившись уверенно продолжила: – У той арки в холме стоит человек, ему нужно сообщить кто ты, куда направляешься и зачем. А если с тобой есть спутник, еще и доложить, что вас связывает, в общем, целый допрос пройти.

Шер улыбнулся, впервые искренне, и также впервые потеплевшим голосом похвалил:

– Надо же! Весьма впечатлен. – И только я загордилась собой, как этот мужик в плаще все испортил: – Тебя, если что, и пытать не придется, сама всех выдашь и все сдашь. – Он зло рассмеялся, а я почувствовала себя ужасно оскорбленной.

– Надо было дать тебе вчера сдохнуть! – в сердцах бросила в лицо мужу, развернулась и, стирая дорожки градом катившихся по щекам слез, последовала за скрывшимися в дверях очередной гостиницы Сакел и компаньонками.

Хвала небесам, Шер не вздумал меня останавливать. Внутри я была встречена обеспокоенной нашей задержкой Сакел. Поворачиваясь спиной к двум другим девушкам, договаривавшимся о ночлеге, я украдкой попросила служанку переночевать со мной сегодня. И что спать отправляемся немедленно. Девушка, опешившая от моего заплаканного лица, даже не возразила насчет ужина, а только кивнула, взяла меня под локоток, забрала протянутый ей через мое плечо кем-то ключ от комнаты и сопроводила на второй этаж.

Скинув сапоги и накидку, более не раздеваясь, упала на кровать и накрылась с головой покрывалом. Сакел еще немного походила по комнате, видимо, готовила себя ко сну, умылась в стоявшем в углу за ширмой тазу и загасила такие простые и привычные свечи. Это не дом Киатар, здесь некому стягивать солнечные лучи и превращать их в подобие электрических лампочек.

– Спокойно ночи, госпожа! – пожелала мне служанка, располагаясь на другом конце двухместной кровати.

– Спокойной, Сакел. Зови меня впредь по имени, – попросила девушку, выглядывая из-под одеяла.

– В таком случае, Юля, брат не ошибся на твой счет. – Сакел позади меня села и прищелкнула пальцами, от чего только что потушенные свечи вновь загорелись.

На минуту я замерла, переваривая только что услышанное и увиденное: «Брат? Сакел вопреки запрету прислуги на колдовство пользуется магией?»

– Ты сестра Кира?! – Потрясанная, я вскочила и уставилась на девушку, черты которой, когда она улыбнулась, в точности повторили черты Кирианта. – Даргомас в курсе?

– Думаю, с утра, когда прочтет твою память, будет. Ты когда зареванная пришла, я сразу поняла, что он тебя обидел как-то, поэтому и про ужин ничего не сказала. Но, милостивый Латус, я ужасно голодна! Может, распорядиться, чтобы хотя бы сюда принесли что-нибудь перекусить? – Сакел забавно сморщила носик и этим еще больше стала похожа на брата, с которым я имела счастье немного сдружиться.

– Ладно. Давай поедим, – согласилась, выбираясь из-под одеяла. Сакел тут же вспорхнула и выскочила за дверь. Оказывается, она не сняла платье. Получается, в любом случае собиралась, когда я засну, пойти поужинать?

Девушка вернулась через четверть часа с подносом, на котором располагались три блюда: легкий салат, фрукты и печенье, а также графин с ягодным морсом и два стакана. Пока ужинали, Сакел рассказала, что Кир услышал украдкой разговор между лордом Магорусом и Шером. Последний просил моего приемного отца порекомендовать ему проверенных девушек, которые могли бы гедгбд составить мне компанию по пути в его замок. Лорд Магорус посоветовал ему переговорить с Матильдой, их экономкой и домовой в одном лице. Тогда же Кир, опережая Шера, помчался к домовой и попросил, чтобы она срочно помогла его сестре найти работу. Матильда решила, что Кир окончательно доигрался и Дармир решил его уволить. Поэтому, осознавая, что кроме Кира кормить и заботиться о бедняжке Сакел больше некому, когда к ней обратился Шер, первым делом порекомендовала ему ее! А где он взял двух других девушек, она не знала.

– Наверное в борделе подобрал где-нибудь. Откуда же еще им известны такие подробности, как бедные брошенные Шером девы, заточенные в башни его страшного замка! – пересказала Сакел услышанный мной их разговор в карете.

– Так ты все слышала, да? – Кивнула, забирая остатки печенья с тарелки. – Интересно, как там они с Шером в одной комнате? На этих словах поперхнулась, отчего печенье выпало изо рта.

«В одной комнате с Даргомасом?!»

– Не поверишь! – Сакел сама едва сдерживала смех. – Я когда спустилась за едой, на кухне во всю обсуждали, хватит ли у твоего мужа сил на этих двоих и до чего у него странный вкус! Потому что в гостинице осталось всего две свободные комнаты! Предполагалось, что одну займете вы, как муж и жена, а в другой как-то втроем уместимся мы.

– А они не обсуждали случайно, почему ты ночуешь со мной?