Текст книги "Залетная гостья (СИ)"

Автор книги: Яна Ладина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 30 страниц)

Шум крови в висках стих. Слух на мгновение отказал, и я в полной мере ощутила, что значит оглохнуть. Свет вокруг словно померк… еще и ослепнуть?!

И тут… В руке, которую мы пожимали, заключая договор, словно взорвалась петарда. Рядом, врезаясь и разбивая напольный камень, ударила молния – знак того, что слово, данное Даргомасом мне, – нарушено. Внутри сердце отбило три удара и ухнуло куда-то в ноги. Задрожали колени, наполняясь родившимся в каждой клеточке тела бессилием.

– Чудовище, – глотая откуда-то взявшиеся слезы, пролепетала, пытаясь сфокусировать размытый взгляд на груди Шера.

– Что? – не понял он всей трагедии, скрытой в этом слове. Видимо, ожидал услышать нечто другое. Ругательства, должно быть, посущественнее. А ведь когда-то давно с этим были связаны детские наивные мечты, сказки…

– Красавица и… и… ЧУДОВИЩЕ! – выкрикнула изо всех сил, сгибаясь пополам под весом свалившегося груза навалившихся разом: погибшей надежды, безысходности, страха и осознания в очередной раз, что все произошедшее и происходящее сейчас – реальность.

Я – та самая «красавица», которая застряла в замке у чудовища, которая не знает, что ждет ее впереди, вернется ли она домой, что обнаружит за запретной дверью, от которой ее отваживали заколдованные слуги, и как теперь с ней поступит это чудовище.

Кажется, я упала без чувств.

Часть II

Глава 15. Грязные тайны и подозрения

Месяц спустя, конец моим надеждам

Весь первый вечер после приезда и получения оглушительной новости я уходила куда-то глубоко в себя. Потому что муж не мог открыть переход из-за своего ранения, Департамент по сотрудничеству с пришельцами и иномирным кооперациям не стал бы рисковать ради одной меня, связываться с не пропитанным магией миром, а кольцо Дара превратилось в пыль, отрезая изначальный вариант возвращения домой. Руасса, занятая настолько, что, несмотря на обещание заглянуть на свадьбу, так и не появилась, являла собой призрачную надежду: при всем, вряд ли семья Киатар захотела бы рисковать жизнью родной дочери, ставя ее вровень с моей. Сильнее Шеррера магической силой искры обладал разве что император или собрание магов Академии прикладной магии или Школы Высших магических искусств. Но по моему разумению вряд ли бы они проявили сочувствие, поскольку никаких выдающихся заслуг для империи Кадамрон за мной не числилось. Скорее как пришельца пожелали бы изучить по крупицам, чем отправлять в неизвестном направлении. А обращаться к другим Высшим Одаренным магам казалось сумасшествием: эти непременно разберут по косточкам! А больше вариантов и не было.

Никому не посоветую оказаться по-настоящему в безвыходной ситуации с «открытым» концом. Это в книжке выглядело бы романтично и увлекательно: «Что же дальше будет?» А на деле – пугала неизвестность, все казалось чужим, подавляющим и безразлично холодным. Каждая вещь в замке словно молча торжествовала, словно победила в каком-то противостоянии, тогда как я чувствовала себя проигравшей и униженной.

В тот вечер успокоительным отваром меня отпаивала Сакел. Она же развела камин и легла вместе со мной спать, потому что я без конца всхлипывала. Шеррер на глаза не попадался. Думаю, ему повезло, поскольку каждый раз, когда я о нем случайно вспоминала, хотелось взять кочергу и проломить его почти магистерскую голову!

Потом меня все же вытащили из комнаты, поскольку необходимо было завершить свадебный обряд. Ритуал, соблюдающий оставшуюся часть формальностей, провели. Это оказалось соединение наших искр и аур. Точнее моей искры и аура Шера. Его готография была отпечатком как раз второй невидимой нормальным людям, а ранее и мне, материи. Гладко он разумеется не прошел, но об этом по порядку.

Приехал какой-то очередной в моей неспокойной жизни мужик, на этот раз не в плаще, а в золотой рясе. Он мало чем внешне отличался от венчавшего нас в храме Латуса в Аордаме и, поскольку на стояние не было сил, провел церемонию сидя за круглым столиком в одной из многочисленных гостиных комнат.

Сначала сложными перегруженными предложениями в течение часа он пытался донести до нас светлую мысль, насколько бренен мир и как важно иметь рядом надежное любящее плечо. После провел серию махательных пасов в воздухе, словно отгонял от себя стаю мух или комаров. И наконец попросил нас с Шером явить на свет наши готографии и, если имеются, защитный амулет, амулет накопления силы и прочие защитные принадлежности. В общем, предъявить полный драгоценный набор, коим мы располагали в данный момент. «И кой было бы не жалко пожертвовать на благо храма Латуса, – мысленно добавила про себя. – Все храмовники и жрецы одинаковы!»

Неохотно стянула через голову медальон, раскрыла. Затем также лишила шею амулета Дара и протянула вперед расслабленные ладони и свободные от одежды запястья: помнится, на них когда-то были надеты браслеты, тонкой, едва заметной вязью проступающие и поблескивающие на свету золотом.

Свою готографию со слепком ауры и портретом муж хранил, как оказалось, в перстне, который невидимым кольцом плотно обвивал палец и обозначил свое существование на оном после безмолвно произнесенного заклинания. Затем из сапога Шер вытянул хранимый в плотном темном кожаном футляре кинжал, судя по лезвию – декоративный. На простой рукоятке красовался округлый кроваво-красный камень. Выложив эти нехитрые предметы перед жрецом, подобно мне Шер протянул раскрытые ладони, едва касаясь моих рук кончиками пальцев и, прикрыв глаза, замер.

Внезапно в полнейшей тишине заискрились браслеты. Жрец отреагировал молниеносно: соединил наши руки, с правой и левой стороны от меня положил кинжал и кольцо Шера, напротив со стороны мужа в том же порядке – мой медальон и амулет. И принялся, состроив напряженное выражение лица, чего-то ждать. Но ничего не происходило. Я уже раскрыла было рот, только Шер отрицательно мотнул головой.

Так мы сидели наверное минут двадцать. Предметно созерцать комнату изрядно поднадоело: стандартно, как наверное в каждом помещении, имелись: камин, пара кресел, диван, в углу – стол и стулья, которые мы заняли, пара сервантов и окно. Вот и вся обстановка. Одна из тех, в которых, должно быть, размещали не самых желанных гостей на время ожидания. Даже ковер не постелили!

Руки у меня немного вспотели: ладони у Шера оказались длинными и широкими, вопреки моему предубеждению теплыми и мягкими. Мои же гусиные лапки почти не скрывали просвечивающих сосудов и вен, а от того что волновалась – побледнели. Мысленно, напевая про себя песенку, не сразу заметила, как засветились наши разложенные на столе вещи, а после и кисти рук.

– Обряд завершен! – торжественно возвестил жрец и, встав, глубоко поклонился, едва не столкнувшись лбом с поверхностью стола. – Отныне вы муж и жена. Властью, данной мне богом нашим Латусом, я объявляю ваш союз законным. Прошу вас поприветствовать друг друга первым брачным поцелуем.

Опять? Чуть было не вскочила, чтобы впечатать этого жреца за затылок в стол! «Они там что, все поголовно извращенцы, что им поцелуи подавай?!»

Пока мечтала жестоко расправиться со жрецом, выплеснув на него все пережитые чувства за последние два дня, Шер дернул меня на себя, принуждая... И только вовремя подставленная для упора коленка, столкнувшаяся со столиком, позволила превратить завершение ритуала в цирк: столкнувшись с деревом, от неожиданности вскрикнула, священник удивленно вскинул голову, не разгибаясь, тогда как стол от удара по инерции подскочил… и впечатался жрецу в подбородок. Кажется, тот прикусил себе язык, отчего взвизгнул уже сам. Но Шер тянуть-то меня на себя от этого не перестал! Подскочившая уже от испуга из-за всей сложившейся ситуации, я просто упала животом на стол, а поскольку столик был круглым и не широким, столкнулась с мужем лбом!

– Безродная переселенка! – заорал Шер, уже отталкивая меня от себя и хватаясь за лоб. На пол полетело все, что лежало на столе. А поскольку он был каменным и без коврового покрытия, все вещи, будучи металлическими, зазвенели, а кольцо и вовсе куда-то вприпрыжку устремилось прочь.

– Нечего было ко мне приставать! – не осталась в долгу я, отбегая на два шага от места трагедии, глазами отыскивая, куда бы поскорее сбежать. В поле зрения попала прикрытая дверь, за которой караулил, чтобы нам не помешали, один из стражников Шера (к слову, их было очень много в замке). И я понеслась туда.

– СТОЯТЬ, – обезумевши взревел муж, нагоняя. – МЫ НЕ ЗАКОНЧИЛИ!

– В храме я была почти согласна! А сейчас я тебе ненавижу, пошел прочь! – истерично сорвавшимся от рыданий голосом наполовину прохрипела-просипела, находясь одной ногой наружу.

Резко дернув дверь на себя, пулей вылетела вон, оттолкнув не ожидавшего такой подлянки дремлющего стражника, и понеслась куда подальше.

– ЮЛЯ, – грозно прорычало совсем рядом, – я сказал, СТОЯТЬ!

Обернулась на звук, не сбавляя хода: обезумевший Шер мчался вдогонку. Ужас! Из принципа, не желая поддаваться, ускорилась и бросала назад любой попадающийся на пути предмет: вазы, фрукты, один раз даже откуда-то взявшийся графин с водой… А попутно пыталась материализовать какое-нибудь заклинание в виде снежной лавины, града, камнепада… Но то ли мне отказывали силы, то ли в замке стояла какая-то защита, все попытки пресекались на корню: вроде всполохи и возникали, но как неумело зажженная спичка тут же затухали.

По-видимому Шерреру надоело за мной гоняться как гончей за кроликом, потому что неожиданно меня словно вокруг талии обвило закинутое лассо, узел затянулся и магия силком потащила назад. Я честно протащила ковровую дорожку ногами полкоридора за собой в попытке затормозить. Но в итоге все равно спиной в кого-то врезалась.

– Попалась, – самодовольно заключил Шер, придерживая узел веревки, больно и плотно впившийся в поясницу.

– Тряхнул стариной, престарелый извращенец? – огрызнулась, понимая, что целовать этого гаденького мужика все же придется.

– Юля, – разворачивая меня к себе, устало вымолвил он, – повторюсь, нам обоим это положение претит, и я искренне не знаю, как мне себя с тобой вести. – Он перевел дух, сказывалось ранение, а я нервно сглотнула. Так обычно психопаты и маньяки говорят, мол, не знают, убивать или нет, помучать или отпустить, или помучать и все-таки прикончить… Схожая неопределенность принятия решений.

– Отправить домой и дело с концом, – похоронным тоном сообщила мужу идеальный для обоих выход. – И забыть как страшный сон. Мне – тебя, тебе – меня и старые обиды.

Кажется, последнее уточнение было зря:

– СТАРЫЕ ОБИДЫ? ОБИДЫ?! – Шер схватил меня за плечи и тряхнул так, что голова дернулась словно у мягкой игрушки. Меня же так стошнит прямо ему в лицо!

Сжала губы и закрыла глаза. Это стало второй ошибкой. Меня поцеловали. Молча и тихо. Воспользовавшись предоставленным положением.

Я даже не успела возразить, только глаза распахнула, когда его длинный нос въехал в мой. Мать моя женщина…

Благо через секунду все закончилось. И Шеру просто повезло, что он не, как это говорит с придыханием Марина, «сорвал первый поцелуй». Но это не отменило того, что он заслужил, раз уж я его жена, хорошую оплеуху.

Хлоп!

Пощечина вышла сильная, звонкая. Я не рассчитала силу. Или это сила вышла через край… В любом случае, Шер вправе убить меня, поскольку уже дважды я била его по лицу и оба раза с приложенным усердием.

Захват разжался, мои ноги коснулись пола, Шер медленно повернул ко мне голову, а на левой стороне лица тем временем расцветал мой отпечаток руки.

– Ой, – пискнула, зажимая рот рукой и отступая на шаг. Таким разъяренным я его еще не видела. Лорд Даргомас испепелял меня взглядом.

– Убирайся вон, с глаз моих долой! – Почти в рифму, что почему-то вместо смешка вызвало лишь дрожь, зловеще изрек он.

Подобрав юбки, понеслась стремглав, моля Латуса как покровителя этого мира (вряд ли мой родной Бог имеет к этому месту отношение), чтобы Шер не вздумал опять накинуть на меня что-нибудь. Например, удавку на шею.

Разумеется, брачной ночи у нас не было! По правде, даже мысли у меня такой не возникло, чтобы Шер посмел заявиться ночью после пощечины. Нет, он заявился, но чтобы лично из рук в руки вручить медальон и амулет, которые я оставила валяться на полу и не озаботилась самостоятельно забрать. Отдал, поклонился и удалился.

На следующий день, тринадцатый по счету моего пребывания в этом мире, я случайно подслушала разговор Шеррера на этот раз с прибывшим в замок доктором. Застала, выскочив из-за угла и, как оказалось, по незнанию наткнулась прямо на двери личных покоев мужа, по закону подлости – приоткрытых. Заглянула и уже не впервой застала Шера по пояс обнаженным с обезображенной грудной клеткой. Точно какое-то дикое животное оставило на нем свой след, не иначе! Шрамы подзажили, но все равно выглядели угрожающе: два длинных, широких, в паре мест расходящихся, в целом покрытых коричневой коркой пореза и несколько мелких «украшений» покрывали грудину.

Врач осторожно ощупывал их, и от каждого прикосновения далеко не мягкий мужчина, Шеррер, как ребенок, вздрагивал и жмурился, шикал и чертыхался. Бедный! При всей моей неприязни, я сочувствовала ему еще в карете, когда, закусив губу, перевязывала, одновременно брезгуя и страшась сделать больно, перетянуть или недозатянуть повязку.

– Так, говоришь, император тебя так? – хмуро уточнил пожилой мужчина моего роста и комплекции. – Не слабо, яда ровно столько, чтобы выжить.

– Заживет как на собаке, – хмыкнул Шер, снова корча лицо от боли. – Я же для них для всех собака, императорский прихвостень. А для этой малой – несдержанный мерзкий старый извращенец, ха-х! – с какой-то общей горечью в голосе сообщал своему врачу неизвестный мне сейчас лорд Даргомас.

Он для всех предстал таким разным! Для лорда Магоруса – одним большим опасением; для Дара – раздражителем, но одновременно и предметом зависти. Брат же, как я поняла, не прочь пройтись по девушкам, а тут такой конкурент. Для меня – мужиком в плаще. А для двора империи – соблазнителем, собутыльником, Высшим Одаренным магом и к тому же «собакой». А что же на самом деле скрывается внутри? Надеюсь, это не тот случай, когда самый ненавистный герой какой-нибудь истории оказывается самым обделенным и настрадавшимся персонажем? Как Северус Снегг, которому в итоге сочувствуют все и поступки которого до сих пор обсуждают на форумах.

И надо было, чтобы дверь скрипнула из-за того, что желая услышать больше и лучше, я коснулась ее лбом, а она поддалась! Шер тут же бросил взгляд в моем направлении, открыл рот, чтобы что-то сказать, но я уже уносила ноги, не желая быть пойманной на месте преступления.

Уже когда добежала до очередного неизвестного в замке закоулка и переводила дух, примостившись на подоконнике у выходящего во внутренний двор окна, осознала подслушанное. Император ранил Шеррера? Но как?! При каких обстоятельствах, если они друзья? Или у императоров не бывает друзей? История моего мира примеров дружбы правителей со своими подданными не знает. Да и невозможно это.

А еще приезжал Дармир. Но про это подробнее.

На четырнадцатый день моего пребывания в этом мире и на третий в замке Шеррера совсем внезапно без предупреждения стражники дали знать, что приближался небольшой кордон. Бедный брат, весь всклокоченный и зареванный! При взгляде на него муж скривился, словно съел лимон, а когда из кареты с самодовольным видом и распростертыми объятиями выскользнул следом Лисдар Куальдэ, лицо Шера перекосилось в немыслимой гримасе.

«Ты словно их на кусочки не прочь порубить, задарить и съесть», – мысленно послала мужчине, сама радушно улыбаясь гостям. Мы стояли у входа в замок. Чуть позади с привычным безразличием столбом замер Хэмец, как управляющий, а из окна чуть левее подглядывала Сакел, мои вторые глаза и уши в крепости. Служанкой язык не поворачивался назвать девушку и, возможно, даже подругу. При посторонних кроме Шера и компаньонок была сдержанна и соблюдала этикет, а в нашем с ней скромном обществе – вела себя по-свойски, не таясь.

«Второго особенно. Он об этом осведомлен, не тревожься», – отрезал муж, выступая вперед и пожимая руки обоим нежданным гостям.

– Я здесь исключительно в качестве проводника. Дармира не сразу пропустили на границе – вид больно несвойственный был, непривычно опечаленный и расстроенный. Подозрительно для любителя всех мало-мальски привлекательных девиц брачного возраста, – пояснил свое присутствие и причину сопровождения Лис, целуя мою ручку. – Ратармарны решили, что он и по эльфиечкам решил пройтись, мол, у нас девушки закончились, все женщинами стали, а-хах! – приторно рассмеялся оборотень, тем временем взглядом словно насквозь прожигая Шера. Тот в долгу не остался.

Не обращая внимания на подколку, Дар тепло обнял меня и прошептал, что желает поговорить наедине. А Лисдар продолжал «разряжать» обстановку не слишком радушного приема своей информативной болтовней:

– Мы быстро, туда и обратно, узнать, все ли живы. Дар выехал за вами, как только обнаружил неприятность с кольцом, а потом застрял на границе. Ну, мне сразу дали знать, я как-никак работник Департамента! – важно подчеркнул блондин. – Пришлось все бросать и переноситься к нему, разбираться в трудностях перевода. Ратармарны, они же такие, слова не скажут, сразу действовать начинают. Ну а там до вас уже вместе дотряслись по буграм да кочкам дорожным. Шер, – укоризненно пропел Лис, – ты бы хоть отремонтировал пути передвижения свои-то, не солидно для не последнего мага империи. Ох, как не солидно!

Провокация была слишком открытой, разве что холод в глазах оборотня давал понять, что тот контролировал каждое слово, каждый жест и интонацию. Благо муж тоже не лыком шит, не повелся, сделал вид, что ничего не расслышал и зачем-то притянул меня за талию поближе к себе. Вот уж сюрприз! Но с этим потом разберусь, а сейчас кое-что не сходилось в голове:

– Лисдар, – удивленно воскликнула, стряхивая руку мужа и выходя чуть вперед под теперь обращенный на меня взор… пусть будет приятеля. После зажигательной польки на фестивале вряд ли можно считать друг друга чужаками! – Но какое отношение имеет твой Департамент к ратармарнам и защите имперских границ? Вы же совсем другим занимаетесь.

Оборотень придал себе задумчивый вид, а после небрежно ответил:

– Скажем, такое же, почему ты до сих пор здесь, а не… дома? – загадочно обронил тот, еще больше наведя тумана в голове. – Шер, может, уже пригласишь внутрь?

Муж едва заметно кивнул, и Хэмец, словно прочитав какие-то обращенные к нему мысленные приказания хозяина, выступил вперед:

– Прошу уважаемых господ проследовать за мной, – бесцветно вымолвил управляющий, и парадные двери отворились, пропуская всю нашу компанию в ярко освещенный сегодня холл. Какие только свечи не зажгли, любители старины! Но солнечных шариков все равно не было.

Оказывается, Шер их не очень любит. Он вообще старомоден. Это обронил за ужином случайно лично обслуживающий меня Хэмец, когда Шер покончил с трапезой первым и оставил меня давиться костлявой рыбой и плеваться хрящами в одиночестве.

Однако я не была согласна с управляющим: далеко не во всем Шеррер был приверженцем старины. Хотя бы взять то, что свадьба у нас прошла по «укороченно-обрезанному» сценарию. Или что он даже не смутился, когда застал меня в доме Киатар в далеко не свойственной этому миру наряде. Да и здесь я не столкнулась с его пренебрежением, когда натягивала джинсы и футболку по утру. Платье одела как раз для церемонии. И сейчас, потому что просто захотелось походить-побродить по ранне-средневековому замку под стать его внутреннему убранству. Почувствовать себя актрисой, как Марина, или представить себя принцессой из мультфильма. Ведь Шер – бесспорно чудовище, а значит я – красавица! А Бель ходила в платьях.

Внутри мы разделились. Шер с Лисом словно безмолвно (маги же!) сговорившись, после подъема по лестнице свернули направо, я же взяла под локоток Дара и потянула налево, в свою комнату. Хэмец, как положено прислуге и как того иногда требуется, словно растворился. Вот стоял – и нет уже.

– Я связался с Руассой, как и обещал! – радостно сообщил брат, стирая остатки дорожек слез. – Не поверишь, почему ее на самом деле не было на свадьбе!

Мы свернули наконец в нужный коридор и подошли к моей комнате. Я выработала свой маршрут за эти дни попроще, чем предложил изначально Хэмец. Хотя замок еще оставался не до конца обследованным. Главное, я знала, где искать Сакел, где обретался Шеррер на случай чего и уж точно как утолить ночной голод. Ну а где выход, а на крайний случай из какого окна сигать наружу и куда угодить с приземлением, – определила моментально. Какой-то внутренний и ранее скрытый режим выживания включился как по волшебству, едва я обосновалась в этом месте.

– У меня есть новости покруче, – нехорошо ухмыльнулась, представляя реакцию брата на историю с причастностью императора к ранам мужа на груди.

Дар удивленно уставился на меня, но я предоставила ему право «первой сплетни», приглашая внутрь. В комнате сама забралась на кровать вместе с ногами, а брат занял глубокое кресло у камина. Распустила волосы, отросшие и до этого собранные в небольшой хвостик на затылке, и приготовилась слушать.

– Нам пришла повестка за сутки до свадьбы, что у нее срочный открытый урок, на который должны были явиться маги из самого совета Школы Высших Магических искусств! Ру не могла его отменить. Но на сам урок в итоге так никто и не явился!

– Это как? – ошарашенно озадачилась, хмуря брови. Какой-то бред.

– Именно, что бред! – подхватил настроившийся на мою мысленную волну Дар. – Более того, когда она отправилась выяснять причины неявки совета, оказалось, что его вовсе не ожидали!

– Подстава? – расстроенно уточнила. Ру наверняка готовилась всю ночь напролет!

– Не иначе. Кто-то узнал, что она узнала то, что не хотели, чтобы узнали мы! – Дар вскочил с кресла и запрыгнул на кровать. – Вы уехали, мы вернулись домой, пока я разбирался с кольцом, мама сообщила, что письмо Ру пропало! А в нем она пространно намекнула, что хотела бы встретиться и в личной беседе донести то, что должна знать одна Юля, то есть ты, и что это не терпит отлагательств! Сейчас она у нас дома. А пока мы с Лисом мчались к тебе, Шуш прислал письмо. Один Латус ведает, чего ему стоило перемещение на территорию эльфов! Домовые же темные существа, а тут магия Лилиень повсюду сквозит. Правда, здесь как-то не очень…

Все прозвучало сумбурно, но итог был ясен: Ру была под чьим-то надзором, и кому-то требовалось ее отсутствие в храме! Неужели, опять дело рук императора? Но зачем, почему?!

– Я пришел к выводу, – сухим преподавательским тоном начал Дармир, – кто-то очень хотел, чтобы свадьбы состоялась, а Ру со своими разговорами могла ее сорвать!

Мне показалось, этот некто был Дармиру известен.

– Как и кто именно? – тут же принялась уточнять.

– А ты почитай! – Брат достал из внутреннего кармана камзола (сегодня он был в нем, никаких накидок, даже волосы подколол, сам на себя похожее был!) письмо и протянул мне. Я жадно его схватила и, раскрыв сложенный вчетверо мелко исписанный лист, углубилась в чтение. – О, да тут на территории стоит целый купол темной магии, поэтому и домовой обретается и даже умертвие вольготно себя чувствует! – восхитился Дар. – Надо же, умертвие в дворецких, я сначала даже не сообразил.

Но восхищения Дара не могли соперничать с тем, что доносила до моего сведения Руасса:

«В столице шумно. Недавно было проведено очередное собрание советников императора и высших лордов империи. Как мне сообщила девушка, работающая в императорском дворце служанкой и обслуживавшая ту встречу (отыскать ее было крайне непросто! Если бы не мои связи с другими Высшими Одаренными магами, никогда не знать нам всех подробностей!) – обсуждение было бурным. Были все, за исключением лорда Даргомаса. На повестке дня стоял вопрос о том, что недавно несколько раз подряд за короткий период времени произошел разрыв пространства в разряженные миры без ведома канцелярии и департаментов. Один из лордов при выяснении, знает ли кто-нибудь причину, по которой отсутствовал один из приближенных императору людей, заявил в шутку, что император приказал тому скорее остепениться. Поэтому лорд Даргомас не изволил пожаловать. Это прозвучало как шутка. А когда появился Цвелий, и ему перенаправили вопрос, величественно оповестил всех присутствующих, что скоро два великих рода действительно породнятся! Но не уточнил каких, оставив вопрос открытым, и перешел к выяснению причин разрыва пространства. По заверению девушки, всю встречу император был глубоко задумчив и мрачен. Самопроизвольное отсутствие лорда Даргомаса ему не понравилось».

– Дар, выходит император… да это же очевидно, что ваш Цвелий в курсе всей этой семейной подоплеки про кровную месть! И он же получается надоумил, нет, приказал Шеру жениться! Вроде как… Никто Шера не шантажировал, как мы предполагали ранее!

– Юля, – я оторвала глаза от письма Ру и взглянула на брата. Тот сидел напротив задумчивый. – Ты бы стала выходить за Шера, несмотря на данное нам обещание, если бы Руасса лично сообщила тебе об этом в день свадьбы?

Закусила губу. Интуиция подсказывала, что с самого начала всей ситуацией манипулировали извне, предугадывали ход развития событий в том или ином раскладе, предсказывали реакции всех игроков на тот или иной поворот. И мою, в том числе. А после честно ответила:

– Нет. Я бы испугалась, что меня впутали в чьи-то еще более грязные игры, чем есть на самом деле. И, не знаю… Сбежала бы, обратилась бы в тот же Департамент за помощью, огласила на всю округу, спасая свою жизнь, о том, что случилось, – запнулась, ощущая, как с каждым сказанным словом Дар мрачнел и бледнел. Мой отказ был бы равносилен их смерти. Шер, и так не ладящий с выдержкой и нервами, мог взорваться прямо там и устроить кровопролитную бойню, наплевав на…

На что?

– Дар! – воскликнула, сама понимая, за какую мысль зацепилась и в каком направлении еще не копала. Боже, да я самый настоящий следователь! – А с чего вдруг Шер потребовал себе невесту? Зачем ему это, есть какой-то в этом смысл? Откуда такая глупая беспочвенная мысль вдруг зародилась в его поглощенной местью голове?

Но брат не поддержал моего энтузиазма:

– Довольно часто раньше, сейчас реже, бракосочетание являлось способом погашения возникшего конфликта. Шер использовал эту возможность намеренно, зная, что мы не сможем зацепиться за этот шанс по причине отсутствия подходящей девушки в роду.

– А ты уверен, что Шеру пришла бы такая мысль в голову? Уверен, что его все же не надоумили, не подтолкнули? Что кому-то очень хотелось, чтобы не состоялась кровная месть? Император, он знал об этом?

Дармир прыснул со смеху.

– Юля, глупости говоришь, фактами играешься, мысли только путаешь, – укоризненно еще более расстроенным голосом пожурил меня брат. – Сама подумай. Да, род Киатар не последний ни по положению ни по родовитости, но не настолько значим, чтобы его проблемы волновали самого Цвелия Аургавель! Представь, кольцо, которое завещала Аролла, не сработало и я не нашел тебя!

– И мы возвращаемся к вопросу, который остался без ответа: как меня нашел Шер? – На этот раз умолкли мы оба, пытаясь разгадать вставшую ребром загадку. Одни сплошные несовпадение, какие-то оборванные лоскутки хитро сплетенного заговора против наших скудных умозаключений! Чей-то ускользающий план с единственной целью не дать двум родам столкнуться и вершить месть.

– Я сама выясню это у него, – после недолгого молчания сказала брату, сминая письмо и бросая его в камин, тем самым уничтожив наши улики. – Спрошу, кто подсказал ему про свадьбу и как он меня нашел на Земле. Не отвертится. К тому же ты сам говорил, что они повязаны: Шер, Лис и император. Шер и Цвелий в особенности. Не похоже, чтобы Лисдар в этом участвовал напрямую.

Дар кивнул. Но по-прежнему избегал встречаться со мной взглядом. Неужели его так задели эти слова про то, что я бы испугалась и сбежала, дав Шеру их убить?

– Юля, ты тоже хотела что-то мне сказать, нечто оглушительное? – печально поинтересовался брат.

И тут картина с участием императора во всей этой подоплеке сложилась. Цвелий точно был ко всему этому причастен! Хоть пяткой, но был!

– Шер ранен, – обронила два слова в пространство между нами и принялась с удовольствием наблюдать, как Дар словно ожил: глаза зажглись былой живостью, лицо просветлело, спина даже выпрямилась. Решила добить: – Это сделал император прямо накануне свадьбы, поэтому он не мог открыть портал до границы, и мы ехали в карете два дня. Ранил так, что отравил и Даргомас мог умереть. Вот только чем? Там на теле я видела следы крупных порезов от лапы огромного животного.

– Пантера. Император – оборотень. Его вторая ипостась – кошачья. Пантера с очень крупными клыками и львиными когтями, – неверяще пояснил брат, а я представила себе кошек, которые украшали ворота при въезде на территорию Киатар. – Ну и ну! Чем же он его разозлил? Неужели тем, что проморгал их съезд совета?

– По-видимому, – проводила взглядом всполохи огня в камине, где уже догорело брошенное тому на съедение письмо Ру. – Дар, у меня к тебе еще один вопрос, не обессудь, про кольцо.

И брат снова сник. Тяжело вздохнула, взяла того за руку и, поглаживая обеими ладонями, вкрадчиво мягким голосом словно у ребенка стала уточнять недостающие детали для уже нарисовавшегося в голове эскиза всей этой запутанной и мутной истории.

– Оно было нужно, чтобы открыть переход в мой мир и вернуться вместе. Но, как мне тогда показалось, дома именно ты открыл портал и перенес меня сюда сам. Поэтому наверное все же тебе не стоит себя корить.

Мне хотелось снять с брата вину. Вдруг я погорячилась с выводами, возложив все надежды на то, что сейчас обратилось пеплом? И Дар зря корит себя за недосмотр за кольцом? Однако я все же оказалось магически безграмотна:

– Нет, – категорично заявил он, – я просто знал, когда откроется портал. Его активировало кольцо, не я, что ты! Каждые двадцать минут, пока было надето на палец и оповещало очень неприятным звуком. Как я понял, своеобразная страховка и система безопасности, предусмотренная Ароллой. И, по-видимому, только на создание двух порталов оно и было рассчитано. Всю неделю после твоего здесь появления я пытался открыть переход с его помощью, но перстень словно заснул – вообще никак не реагировал. В итоге я снял его и спрятал в шкатулку, зачаровав от посторонних глаз. А потом… тот обратился в пыль. – После небольшой паузы Дар продолжил: – Я хотел, когда закончатся все церемонии, дать Шеру знать, что приеду и с кольцом верну тебя домой! Но… вышло так, как вышло. Я лишил тебя последней надежды в каком-то, все же, смысле.