Текст книги "Залетная гостья (СИ)"

Автор книги: Яна Ладина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 30 страниц)

– Юля, в этом мире на виду нам придется сохранять некоторую дистанцию, согласно давно устоявшимся традициям. Отныне я буду обращаться к вам только так или просто называть миледи или моей милой сестрой и дорогой родственницей, – уведомил новоприобретенный кровник. – Меня можете звать лордом Дармиром, любимым братом, а в близком кругу просто по имени.

Когда он закончил с объяснениями, я услышала шум приближающихся шагов. Раньше, чем я успела обернуться, новоиспеченный брат принялся махать кому-то с радостным выражением лица, и тут к нам подбежал юноша на вид немного младше меня и поприветствовал Дармира, хлопнув того по плечу:

– С возвращением, брат! Ну, как путешествие по мирам, а? Многих красоток подцепил? Колись! Вау, какой вид! – Последнее явно про мою минипижамку. И угораздило же забыть переодеться или накинуть хоть что-то в этой суматохе!

– Милая моя сестра, – не обращая на только что разыгравшуюся сценку никакого внимания, обратился ко мне лорд, – позволь представить тебе еще одного родственника, твоего брата Кэнита. Он не отличается излишними манерами, поэтому можешь обращаться к нему столь же фамильярно, как и ко мне. Он будет даже польщен. Не каждая девушка примет юнца за мужчину, а тебе, я успел заметить, называть кого-то «мужиком» значит ни во что не ставить. Ему это соответствует. Ой, Кэнит!

Младший брат Дармира ощутимо пихнул того в живот. От неожиданности лорд согнулся пополам, прохрипев имя негодника. А тот, смеясь, предложил мне руку, и мы побежали к особняку, чьи башни проглядывали сквозь деревья в той стороне, откуда только что появился Кэнит. Я доверилась ему исключительно от шока.

А чемодан тем временем одиноко валялся на другом конце поляны. Буду надеяться, что Дармиру хватит сил его дотащить, когда он придет в себя.

Глава 2. Первый вечер на новом месте

Пока мы бежали в полусогнутом положении сквозь заросли каких-то низкорослых деревцев к зданию, которые буквально расступались у нас на пути, не позволяя ранить или оцарапать лицо и тело, у меня в голове родилось целых два вопроса. Во-первых, откуда у Дармира оказался телефон моей матери, и во-вторых, как по его заверениям он собирался все утрясти, если в итоге именно я придумывала на ходу подробности невероятной и скоропалительной поездки на дачу?

Решила повременить с ответами до возвращения новоиспеченного брата и уже потом, в укромном уголке где-нибудь под лестницей или под сводами потолка на чердаке, где нам никто не помешает, вытрясти у него все подробности. А также уточнить, не страдает ли Дармир случайно помимо телекинеза маниакальным увлечением чтения мыслей? Я – анализатор по натуре, имеющий привычку махать кулаками после драки, поэтому Дармиру уже по целым трем пунктам не удастся отвертеться от расспросов. Так чего бы я на самом деле хотела добиться от дальнейшего разговора с ним: поверить в происходящее или убедиться в собственном разыгравшемся воображении?

Пока выбирала из двух зол меньшее, мы с Кэнитом уже добрались до лужайки перед… Домом! Именно с большой буквы. Поскольку в нем все было большое, просто огроменное! Железные ворота (нет бы им быть украшенными литыми цветочками да побегами, так вместо этого их создатель изобразил каких-то первобытных саблезубых кошек); массивное широкое полукруглое крыльцо с треугольным фронтоном, к которому могли подъехать, по крайней мере, целых три кареты разом; высокие застекленные окна, обрамленные изысканными наличниками, каждое высотой метра три; вдоль второго этажа шла длинная роскошная галерея из арок, как бы предупреждающая о величии своих хозяев. А также бесчисленное множество каменных, на тон светлее главного здания, пристроек, отделанных рустом, не уступающих в роскоши центральному зданию. Словом, этот ансамбль претендовал бы на гордое звание дворцового, если бы покатая крыша дома моих родственников не была покрыта красной черепицей вместо привычного для типичного барокко венчающего ряда греческих и римских статуй, изображающих богов древних почивших цивилизаций, или балюстрад.

– У нас здорово, тебе понравится! – бахвальским тоном, уперев руки в бока, пообещал Кэнит. И был абсолютно прав: впечатление их собственность производила неизгладимое. Все вокруг только разве что не кричало о том, насколько оно дорогое, неповторимое и сугубо индивидуальное. Бросив еще один оценивающий взгляд на дом, я пришла к выводу, что только так и могут жить истинные аристократы.

– Ты что туда, золотые слитки понапихала, что ли? – раздалось внезапно над ухом, отчего я подскочила. Обернувшись, обнаружила стоящего за спиной красного, то ли от гнева, то ли от того, что кому-то срочно не терпится посетить отхожее место, Дармира. Точно! Он же тащил мой чемодан, а значит, мог вполне надорваться.

Как-то раз моя бывшая одноклассница делилась со мной подробностями своей поездки за границу. О самой поездке были сказаны лишь пара предложений. Весь остальной рассказ же был посвящен глупым и дурацким правилам поведения в аэропорту, по которым она была вынуждена встать пораньше, чтобы приехать за два часа до начала регистрации, прохождению таможенного контроля, во время которого ее облапали так, как этого не делал даже ее парень, и месту в конце самолета, потому что она-таки опоздала на регистрацию и ей дали самое «удачное» посадочное кресло. А также, ее больше всего возмущало, почему вес багажа должен быть ограничен двадцатью килограммами, когда в ее чемодане их оказалось каким-то неведомым образом в два раза больше.

К чему это? Как-то раз я из любопытства тоже решила взвесить свой чемодан. Правда, в тот раз он был наполовину пуст, но уже тогда я была поражена тому, что в нем оказалось целых двадцать пять килограммов барахла. Хотя поштучно вещей можно было сосчитать по пальцам. Сейчас же я сгребла почти все, а значит, судя по недовольству брата, заметно превысила рекорд даже бывшей одноклассницы.

– Любимый братец, – соблюдая ранее проведенный инструктаж, обратилась к только что нарушившему собственные правила Дармиру, – вы же тут, как ранее ты успел обмолвиться, владеете магией, ну так соблаговоли приказать сей поклаже взлететь по воздуху и прошествовать по указанному направлению!

Сказала и замерла. Оба родственника смотрели на меня так, словно я взяла бубен и голышом под луной принялась вытанцовывать элементы народного танца неизвестных здесь африканских племен.

– Что-то не так? – рискнула поинтересоваться, пока мне не дали по голове этим самым воображаемым бубном. Дармир же телепат, еще и маг, вдруг может?

– Дар, – не сводя с меня ошарашенного взгляда, слегка подтолкнув старшего брата локтем в район ребер, осторожно начал Кэнит, – ты уверен, что это она?

– Еще минуту назад мог поручиться, – настороженно слегка сведя брови, отчего красивый чистый лоб пересекли складочки, ответил Дармир. – Не думал, что изменения произойдут столь быстро.

О чем они толкуют? Печально вздохнула и потерла переносицу, как делала всегда, когда на меня внезапно наступала усталость. А после несколько капризно потребовала сопроводить меня наконец в дом, а не держать на улице полуголой. Во-первых, судя по тому, что здесь начинается вечер, можно попросить разрешения сразу отправиться в спальню и доспать оставшееся положенное мне время. Чтобы потом на свежую голову во всем еще раз разобраться и если что, упросить вернуть меня домой. А во-вторых, в отличие от мужчин, внешне полностью укомплектованных, мне уже начало становиться прохладно и от компании кружки кофе, одеяла и батареи я бы не отказалась.

В молчании сопровождаемая с тыла, словно телохранителями, добрела до парадного входа, подрагивая по пути от поддувающего во все доступные места ветра. Хоть бы Дармир, что ли, плащ свой предложил, не мог же он не замечать моих мурашек, курсирующих вверх-вниз по ногам!

Внезапно Кэнит, ничего нам не сказав, вырвался вперед и бегом по лестнице вбежал в дом. Последовать за ним Дармир не позволил, поравнявшись со мной. Вместо этого, воровато оглянулся и приобнял меня за талию, уводя куда-то в сторону. Что происходит?

– Ему необходимо предупредить слуг, оповестить всю нашу многочисленную родню и отправить домового в особняк Шеррера. Мы успели как нельзя кстати, не нарушив слово.

Из всего сказанного я поняла ровно половину. На оставшееся я рассчитывала получить развернутый комментарий, но брат не спешил, поэтому решила выяснить сама:

– Кто такой Шеррер и какое-такое слово? Это как-то связано со мной?

Дармир хитро покосился на меня, не скрывая улыбки, но пояснил, начиная при этом растирать мой бок, а то от стремительного похолодания кажется у меня начали постукивать зубы. Боже, плащ, мне нужен твой плащ, а не подобие массажа, Дар!

– Это все часть услуги, которую я только успел упомянуть в нашем разговоре, Юля. Могу сказать, что взамен, ты получишь все, что пожелаешь. Разумеется, в рамках разумного и возможностей этого мира, твоего мира, мира, так скоро принявшего тебя, сестра! – с гордостью в голосе и восторгом в глазах провозгласил дальний родственник.– Все так удачно складывается! Видать, подсуетилась Аролла на том свете.

– Знаешь в чем один большой недостаток дальней родни? – остановившись посреди узкой парковой дорожки, огибающей дом, по которой мы теперь шли, не выдержала я. – В том что им всегда что-нибудь от тебя надо. А затем, получив желаемое, они уматывают восвояси или вовсе забывают о твоем существовании, особенно когда потом тебе нужна от них ответная помощь.

Дармир нахмурился, взгляд его стал колючим и хотя он не смотрел непосредственно на меня, но травинки у гравия, как мне показалось, откровенно поникли от выражения его лица. Значит, я копнула в верном направлении. Не опасно ли развивать данную тему?

– Миледи, – не отрывая глаз от низкорослого кустарника, росшего чуть левее меня, взял слово лорд, – если бы вам что-то по-настоящему угрожало, мы бы никогда не рискнули вызвать вас сюда, хотя на самом деле оказали честь вернуться потомку одной из позорных ветвей нашего рода на свою родину. Фактически, вы должны пасть ниц и заверять нас, что до конца ваших дней сделаете все возможное, чтобы оправдать дарованную вам милость. Мы же, в свою очередь, предлагаем вам услугу, весьма недурную, которая на самом деле является скорее обоюдовыгодной сделкой.

– Да что вам от меня надо-то?! – перешла я на крик, не столько от испуга, сколько от раздражения. Лорд менял маски, перескакивая при этом с панибратского на официальный тон, что мешало составить о нем цельное впечатление. По крайней мере, в искренности его заподозрить точно было нельзя.

– Сначала пройдем в дом. Кэнит уже должен был все подготовить к нашему приходу.

Приглашая следовать за ним, Дармир ускорил шаг и мне не оставалось ничего, кроме как поспешить следом. Краем глаза я уловила какое-то движение чуть в отдалении по правую сторону. Приглядевшись, с удивлением отметила про себя, не сбавляя шага, что кто-то тащил мой чемодан к парадному входу. Ну что сказать, сервис! Жаль мне того щуплого слугу, который пытался затащить мою поклажу на парадное крыльцо и отломал у чемодана последнее из оставшихся колесико. Не катить, а только волочить следом теперь участь этого слуги за собой мой нелегкий багаж. Бедняга!

– А почему вон тот милый человек, – потянув Дармира за плащ, не обращая внимание на появившееся на его лице недовольство, ткнула пальцем в сторону умаявшегося парня. Тот пытался, о Боже, потянуть за тканевую ручку, которая оборвалась, и чемодан, с таким трудом преодолевший целых три ступеньки, скатился обратно, – не воспользуется магией?

Уже около четверти часа как я провела в новом мире, а ничего сверхъестественного до сих пор не встретила! Где обещанное волшебство?

– Прислуге запрещено использовать магию, да и не все могут колдовать, этому обучают в специальных заведениях. Они для того и наняты, чтобы делать всю ручную работу и не заставлять своих хозяев тратить силы на колдовство, крайне энергозатратное, между прочим. За это им и платят, – нехотя пояснил брат, выдирая при этом ткань из моих рук и хватая за запястье. – Поторопись! Чем быстрее я отведу тебя в твою комнату, тем скорее смогу сообщить все, что тебе необходимо знать. До утра с моими родителями тебе лучше пока не встречаться. Кэнит, надеюсь, объяснит им причину отлагательств, и они поймут.

– Постой, постой! – притормозила я, выдирая руку. – Твои родители такие страшные, или просто суровые, или их может смутить моя одежда? Ну так я переоденусь! Есть же у вас тут кто-нибудь моего возраста или комплекции?

Дармир на минуту задумался, а я тем временем украдкой бросила взгляд на свой чемодан и, можно сказать, стала свидетелем по местным меркам преступления! Парень, бегло оглянувшись, совершил какие-то нехитрые пасы руками, что-то, судя по шевелению губ, пробормотал, и мой бедный полуживой саквояж взлетел в воздух и прошествовал до самых дверей, преследуемый спешившим за ним слугой. Теперь главное, чтобы действительно не было свидетелей.

– Кир будет ошиваться на чердаке, – буркнул себе под нос брат, провожая взглядом удалявщегося несостоявшегося носильщика. – Последний раз там вытирали пыль лет пятнадцать назад. Руцел наложит специальное заклинание, чтобы он не мог колдовать, и увидим мы его теперь нескоро. Кир, Кир… тебя же предупреждали! О, Руцел, это кстати, мой старший брат и твой еще один родственник, – пояснил Дармир.

«Неужели за такую мелочь этого парня, по имени Кир, накажут? Он же не причинил никому вреда, а всего лишь облегчил себе работу. Тем более, он так и так, исходя из немногословной лекции Дара, потратил бы много силы». Кажется, мое предубеждение абсолютно оправдано, поскольку брат поспешил прервать мое внутреннее недовольство, несмотря на то, что я и слова вслух не сказала:

– Юля, милая моя сестра, – развернул меня к себе лицом Дармир, – тебе не пришло в голову, что это не ложная предосторожность или придуманная прихоть? Наш дом, которому более пяти веков – живой. Он пропитан магией нашей семьи с момента прихода Латуса, о котором ты прочитаешь в нашей библиотеке, если захочешь. – Брат взял меня за руку и мы двинулись в сторону, как я успела понять, запасного входа. – Дом и его обитатели тесно связаны, – продолжил он. – Если кто-то, не обладающий собственной искрой магии или имеющий ее зачатки, начинает колдовать, он черпает силу не из своих источников, ему попросту не хватит концентрации, а мощь места, в котором находится. В данном случае, нашего дома, который привязан к магии нашей семьи. То есть напрямую качает нашу энергию, а это мгновенно ощущается ближайшим обладателем искры. В данном случае, мной. Кир думал, что мы удалились достаточно, чтобы я не засек его махинации, но он не знает, что все пространство вне дома до забора контролируется мной, а значит, любое магическое воздействие, будь оно собственное или заемное, как в данном случае, я почувствую тут же. Так что пусть отработает то, что только что, считай, сделал я. Ведь выкачал он из меня порядком, энергия же должна быть преобразована под нового носителя, а значит, что-то пошло в сухой расход.

Ну и ну! Как у них все сложно! Получается, Кир в какой-то степени поступил подло. Кстати, кажется пришло время разобраться с одним из трех зол:

– Ты читаешь мои мысли, Дар? – задала я мучивший меня вопрос. Одно дело быть наслышанным о подобной банальности в кино, а другое – столкнуться с этим вот так внезапно.

– Все, обладающие магией, могут по собственному желанию читать мысли, чувствовать эмоции и иногда воздействовать друг на друга. Предупреждая твой вопрос, – я открыла рот, чтобы недоуменно воскликнуть о том, что я тоже оказывается могу колдовать, – огорчу. В тебе капля нашей крови присутствует, досталась от отца, но так как ты никогда ранее не практиковалась, то этот дар, твоя искра, возможно навсегда останется потухшей, в состоянии сна. Хотя, если ты постоянно будешь находиться в активной магической среде, все может произойти. Обрадую тем, что никто, чья искра менее сильна, или если у тебя есть специальный амулет, не в состоянии нарушить твое личное пространство. Правда, такие амулеты на вес золота. Вот мой, например: – Дармир достал из-под рубашки скромный, никак не вяжущийся с его роскошным обликом крошечный голубой камушек, по форме напоминающий каплю слезы или дождевой воды. Как выяснилось, смесью этих двух жидкостей и являющийся.

Еще брат добавил, что тому же Киру на такую вещичку, способную одновременно и защищать своего носителя и усиливать его магические силы, разжигая искру, постоянно подпитывая ее энергией, пришлось бы копить несколько десятков лет при условии, что он бы откладывал все свое жалованье!

Увлеченные разговором, мы проследовали к заднему входу, раза в три меньше главного, без нависшего над дверью фронтона и без излишеств в качестве многоступенчатой лестницы. Вполне себе обычная деревянная дверь, какая у меня дома вполне могла сойти за межкомнатную, только с глазком посредине. Это показалось мне странным: «Зачем нужен глазок, когда имеются стеклянные окошки с очень милыми белыми в мелкий розовый цветочек занавесочками? Если их отодвинуть, можно и так разглядеть посетителя. Кто там обычно должен в нее постучаться? Молочник, почтальон, доставщик пиццы, инспектор полиции, соседи…» Вспомнилась одна тихая английская деревенька, нравы которой мне описывала проведшая в ней лето по обмену та самая одноклассница, которая не в ладах с правилами аэропутешествий.

– Не удивляйся, – вновь прочитал мои мысли брат. – Глазок у нас не простой. Иногда к нам заглядывают магические существа, не желающие быть кем-либо увиденными, или какое-нибудь привидение или полтергейст… В общем, периметр дома зачарован, но стоит прорвать защитную линию, слегка приоткрыв дверь, или распахнуть окно, предварительно не начертив на раме специальный символ, как появятся незваные гости. Например, своды арочной галереи, если присмотреться, исписаны символами защиты: ни одна фея или дриада, а тем более домовой без разрешения или приглашения не проникнет! Мы могли бы зачаровать само стекло, но это дурной тон, знаешь ли. Как если бы на входе в квартиру ты оставила огромную собаку, которая обнюхивала бы каждого, не гнушаясь в случае чего закусить гостем.

Дармир вынул из кармана жилета крошечный ключик, больше похожий на игрушечный, и вставил его в замочную скважину. Но вместо того, чтобы провернуть, оставил его попросту внутри. Несколько секунд ничего не происходило. А затем замочная скважина засветилась и дверь выплюнула ключ обратно! Хорошо, что Дар его поймал, а то отыскать его в траве было бы весьма проблематично.

– Лесса опять испортила замок! Что за девчонка! – возмутился брат, при этом, однако, злости в его голосе не было. Разве что досада и немного обреченности.

– Что за Лесса?– тут же подхватила и решила выяснить я. «Неужели, еще один очередной дальний родственник? Хотя, постойте, родственница! Ведь ни с кем из представительниц женского пола пока не довелось пересечься!» Меньше чем за сутки я обросла ими как отец щетиной. Пока он жил с нами, ему приходилось бриться дважды: утром, перед уходом на работу, и вечером, перед сном, иначе, когда он собирался поцеловать меня на ночь, жутко кололся. Однажды, когда он был в отпуске, то не брился несколько дней, и в итоге когда пришла в гости бабушка, то не узнала его и хотела вызвать милицию.

– Предупреждая твои следующие вопросы: у меня есть два брата, с одним из которых ты уже успела познакомиться, Кэнит – младший, Руцел – самый старший из всех, живет отдельно, у него уже своя семья, он приезжает на выходные. И две сестры: Лесса, близняшка Кэнита, они двойняшки, и Руасса, с ней мы погодки, но ее сейчас здесь тоже нет. Она учится в Академии прикладной магии в столице и готовится, вопреки воле родителей, остаться в ней и преподавать бытовое колдовство для магически слабо одаренных. А основы боевой магии, свою основную специализацию, которую получила в Школе Высших магических искусств, решила оставить в качестве хобби. Смех да и только.

Пока Дармир делился со мной подробностями своих семейных, а частично и моих, уз, дверь тихонечко распахнулась, словно любезно и как бы одновременно слегка виновато приглашая нас внутрь. Откуда у меня в голове сложилось такое впечатление, я не знала, но решила списать все на общую необычность творящихся событий. Помнится, машина, на которой Гарри Поттер как-то летел в Хогвартс тоже вроде бы была неживая, но вела себя самым разумным образом. Интересно, это закон всех волшебных миров?

– Входи, солнце уже почти село, – распахивая дверь на полную и пропуская меня вперед, любезно предложил брат.

Внутри поначалу было темно, но как только Дар захлопнул ее, прихожую залил приятный свет, льющийся, как я подметила, из неких овалоподобных светильников, напоминающих чем-то приоткрытую морскую ракушку. Вдоль стен же шел целый ряд разноцветных бра, висящих прямо в воздухе, но достаточно тесно примыкающих к ним, представляющих собой… я бы обозвала эту конструкцию парящими «настенными пакетами», в которые упаковали шарики света.

– Везде в доме, согласно предпочтениям мамы, имеются привычные тебе торшеры и люстры, правда мы обходимся без свеч, – пояснил Дар, заметив с каким пристальным вниманием я изучала обстановку прихожей, – а, используя бытовое колдовство, стягиваем солнечные лучи, сматываем их в клубки и помещаем в емкости. Силу освещения можно регулировать простым заклинанием. К слову, это все – творчество учеников Ру. Используя разноцветные линзы, она решила внести небольшое разнообразие в занятие, чтобы малышне было интереснее. А когда вздумала развесить это по всему дому, отец выделил ей целиком вторую половину дома, заднюю, в котором мы находимся, так что это еще только начало.

– Занятно, – прокомментировала я необычный дизайн помещения.

– Мне надо перенастроить дверь, а то если утром придет молочник и постучит, боюсь, случится страшное. Ты пока иди прямо по коридору, он выведет тебя в оранжевую гостиную, там посиди, подожди меня. А если к тебе подойдет домовая, такая, едва выше софы, в лоскутном платье и в фартуке пухленькая дамочка, попроси у нее голубой тхаль и что-нибудь перекусить. И уточни, вернулся ли уже Шуш с ответным посланием от Шеррера.

Выслушав и постаравшись запомнить указания Дара, оставила его озадаченно смотреть на дверь, словно на собаку, которую он только что решил начать учить подавать лапу, и пошла по коридору, попутно разглядывая все вокруг. Приятного, теплого пастельного цвета стены, тонкое ковровое покрытие с причудливым рисунком поверх деревянного паркета, через каждые десять-двенадцать шагов приставные столики с цветами в украшенных драгоценными камнями изящных, изображающих танцующий дев, вазах, изредка висящие между бра пейзажи с луговой травой, полуденным небом и невероятной красоты долинами… Я чувствовала себя так уютно и правильно среди всего этого великолепия, словно всегда жила в этом доме и ходила по этому коридору каждый день.

Наконец, я вышла в нежно-персикового цвета комнату, в центре которой стоял большой трехместный диван и несколько таких же глубоких широких кресел вокруг двухуровневого столика. На потолке висело... Конечно, я сразу же поняла, что этот большой яркий шар – необычная люстра, но понимание того, что внутри находится шарик самого настоящего солнечного света, полностью освещающего все пространство, рождало некое внутреннеe недоумение. Солнце в комнате!

Чуть поодаль уже горел кем-то зажженный камин. По сравнению с этим шариком света, огонь в нем показался мне тусклым и безжизненным. Но он давал тепло, так мне сейчас необходимое, поэтому я тут же метнулась к нему, чтобы согреться. Едва я успела поудобнее устроиться на ковре перед решеткой, как услышала позади себя осторожное покашливание:

– Миледи, вы наконец-то дома. Как мы рады! – Я повернулась и увидела перед собой стоящую на уровне глаз самую настоящую домовую, чем-то напоминающую мне домовенка Кузю, только чистую, с аккуратно прибранными волосами и опрятно одетую тетеньку. – Я сейчас принесу так любимый всеми в этом доме тхаль. Вы не останетесь равнодушны, поверьте. И что-нибудь перекусить. Как вы относитесь к пирогу с сальвой и яйцом? Я мигом!

Не успела я вставить и слова, что там упомянуть просьбу Дара, как она уже вернулась с подносом, уставленным тарелочками со всякой снедью. Кроме ранее озвученного я обнаружила целую кучу неизвестных мне продуктов.

– Да что же вы на полу-то? Ой, нехорошо! Давайте на диванчик присядьте, я вас пледом укрою. Это что же вы почти голая-то? Ой, нехорошо! Пойду платье вам раздобуду, на первое время самое простое, чтобы вы тут же переоделись до возвращения хозяина. Я мигом! – и она растворилась в воздухе, как и в первый раз.

Подняв поднос с пола, я устремилась к упомянутому дивану, в углу которого лежал свернутый в калачик плед. Удобно устроившись и откинувшись в глубину сидения, разместила поднос рядом с собой и принялась изучать его содержимое. Пирог, разрезанный на удобные для еды кусочки-квадратики, с неповторимым запахом и сочащийся жиром, тут же приковал все мое внимание. Откусив кусочек, я застонала от блаженства: он был таким вкусным! Яйцо, зелень, сальва, на деле оказавшаяся обычной красной рыбой, тонкое слоеное тесто… Вкуснятина! Не удержалась и набила полный рот. А чтобы не подавиться – рискнула запить голубоватой жидкостью. Надеюсь, зубы от нее не окрасятся. По вкусу это оказалось чем-то средним между цветочным отваром с примесью жасмина и настойкой из гвоздики, которой периодически грешил дядя. Довольно своеобразно, но не дурно.

Покончив с пирогом, а съела я четыре кусочка, решив, что пятый будет лишним, мазнула пальцем в одну из многочисленных тарелочек с густым содержимым. Но не успела поднести палец ко рту, как почувствовала странную, но приятную слабость во всем теле. Вытерев палец о салфетку, потянулась было к тхалю, который окрестила для себя аналогом чая, но поняла, что единственное, что мне сейчас нужно, – сон. Поспать, потому что меня взяли и грубо разбудили непонятным кошмаром в три утра, потому что ко мне в квартиру ворвался мужик в плаще, огорошивший своей историей и моим в ней участием, потому что я устала и вообще голова идет кругом от всех случившихся событий.

Подложив под голову мягкую диванную подушку, подтянув плед повыше, оттеснила поднос ногой в противоположный угол и, широко зевнув, уснула сладким и таким необходимым сном.

Глава 3. Об услуге

Проснулась я от того, что настырное солнце бессовестно прогулялось по моему лицу, задержалось на носу и вынудило чихнуть. Апчхи! Одновременно с тем я и вскочила. Спалось просто чудесно, если не сказать сказочно: мягкая подушка под головой, матрас, точнее, перина, в которой я утонула, пуховое одеяло, такое легкое, но столь теплое… Что еще нужно для счастья? Правильно, подвергнуть его сомнению, включив анализаторские способности и рациональное мышление.

Прикинула: разнеженная до безобразия я задремала в персиковой, или как ее окрестил Дармир, оранжевой гостиной, а утро встретила в спальне цвета непоспевшей вишни, нежно розовой с кремовыми гардинами, воздушным тюлем, нависшим как полог над половиной комнаты из-за распахнутого окна и ворвавшегося в помещение летнего ветерка. Ну просто как в моем вчерашнем ночном кошмаре! Не хватает только того синеглазого оскорбившегося на всемирную несправедливость типа.

Неспешно потянулась, оттягивая момент вылазки из-под одеяла, огляделась еще раз. Эх, о таких хоромах с трехметровыми потолками, лепниной, резным шкафом и трюмо, зеркале в полный рост, обрамленном в оправу из темного благородного дерева с утонченной позолоченной отделкой, можно только мечтать. Но мне, всю жизнь, вскормленной диснеевскими реалиями, грезящей о прекрасном принце и дворце, именно сегодня захотелось очутиться в своей несколько обшарпанной с дешевой мебелью комнате, ступить на скрипящие половицы, вырубить будильник, надоедливо зудящий на столе и, укутавшись в халат, потопать на кухню готовить яичницу. Поскольку ощущение, что единственно лишней здесь являюсь непосредственно я, дало о себе знать, и я решила не затягивать любование интерьером, а быстро привести себя в порядок и найти Дара. Ведь намеревалась потребовать объяснений не далее как вчера!

Не тут-то было. Ни с того ни с сего в комнату вторглась целая толпа народа, возглавляемая вчерашней домовой, которую было практически не разглядеть под целой горой каких-то разноцветных тряпок, на деле, будучи скинутыми на кровать, оказавшимися пышными платьями. Целая вереница девушек, ворвавшихся следом, принялась, не обращая внимания на обалдевшую от такой бесцеремонности меня, раскладывать на стоящую в комнате мебель всякие чулочки, веревочки, ленточки, элементы нижнего и верхнего белья. При этом они жужжали как самый настоящий рой пчел на пасеке, кружили вокруг кровати и разве что не норовили укусить меня за торчащие из-под одеяла лодыжки и ступни. Ну все, надоело!

– СТОЯТЬ, БОЯТЬСЯ! – заорала я во всю мощь своего девичьего голоса, надеясь привлечь к себе внимание. Как же! На секунду воцарилась мертвецкая тишина, и все присутствующие действительно обратили внимание на мою раскрасневшуюся от крика мордашку. А затем продолжили как ни в чем ни бывало дальше заниматься своими делами. Точнее, подбирать к платью откуда ни возьмись вытащенные из-за чьей то пазухи миниатюрные, в пору Золушке, туфельки на изящном, но от того не менее устойчивом, каблучке. В комплект к ним – такие же небольшие, но воплне вместительные сумочки, кошелечки и ридикюльчики, а так же шляпки и даже зонтики!

– Да я тебе говорю, к ее бледному цвету лица темно-синий не подойдет, она будет выглядеть как недавно упокоенное умертвие! – пыталась убедить в своей правоте одна из служанок другую, безутешно тряся перед носом товарки подолом одного из многочисленных платьев.

– А я повторяю, этот оттенок, – девушка, которой только что чуть было не заехали по лицу тканью, в свой черед вытащила откуда-то сбоку из кучи наваленных обрезков не уступающий по размеру кусок и сунула его в руки коллеге по несчастью, – как нельзя лучше сочетается с ее глазами. Если мы слегка припудрим ей личико, будет выглядеть дорого и со вкусом, хозяйка будет довольна, что самое главное!

Обсуждают, словно меня здесь и нет. Спасите, хоть кто-нибудь…

И тут появился он! Ну, разумеется, не принц, но, по крайней мере, тот, кто может по праву остановить этот балаган:

– ПРЕКРАТИТЬ! – распахивая взмахом руки двери, с порога возвестил мой брат, и все как по команде «Смирно!» выпрямились по струнке и затихли. Удовлетворившись результатом, уже менее суровый Дармир приказал присутствующим: – Мне необходимо переговорить с моей дорогой родственницей. Все свои хозяйственные дела решайте за порогом. Если у вас будут какие-то вопросы – выясняйте их в порядке очереди после нашей аудиенции. Матильда, – с другого конца комнаты показалась голова домовой, что-то увлеченно перебиравшей лапками. Кажется, это был сундук с украшениями…– забери своих… – Дар чуть было не сказал «куриц», я это каким-то образом почувствовала, – помощниц отсюда сейчас же.