Текст книги "Залетная гостья (СИ)"

Автор книги: Яна Ладина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 30 страниц)

С противоположной стороны в это время показался император. Его костюм являлся зеркальным отражением наряда супруги. Как и мы с Шером, эта пара предпочла оттенки красного. Чем-то неуловимым Цвелий был схож с Шером: такой же высокий, плечистый, со схожей прической и профилем. Аристократ.

Однако знание того, что именно этот человек чуть не убил мужа, не позволило поддаться его очарованию. Это самая настоящая кошка, пантера. Она хитра, изворотлива и коварна. Это сейчас она в центре внимания и в предвкушении дальнейшего утробно урчит. Но как она зарычит, когда что-то придется ей не по нраву?

Из-за этих дум я пропустила момент, когда пара слилась воедино и совершила первые танцевальные па.

– Не забыла, как двигаться? – уточнил Шер, кладя ладонь мне на лопатку, а другой сжимая мою руку.

– На память не жалуюсь, – сообщила, стараясь вложить сарказм, а не так, чтобы казалось, будто я огрызнулась.

Наверное это была заслуга Ру, пока что одиноко стоящей у колонны в ожидании подруги, поэтому я не оступалась, а плавно скользила. Даже голова не закружилась!

Правда, когда к сестре присоединилась принцесса в почти идентичном моему наряде и проследила за взглядом подруги, заинтересованно оглядев меня, я все же чуть было не повернулась в другую сторону, нарушим тем самым рисунок танца.

«Не туда», – мысленно подсказал Шер, за что я его отблагодарила тем же способом.

Ну а по окончании танца я решила попытать счастья и нарваться на разговор с императором. Хотя дрожь в коленках на счастье была скрыта юбкой, побледневшее лицо и испуганные глаза лишь привлекли стороннее внимание. Пришлось залпом осушить бокал. Как выяснилось позднее, это был мэноль... Поэтому польку я не помню совсем. Не помню даже, как скрипел зубами Шер, отправляя меня сразу после второго танца насильно в уборную.

Прождав, пока все закончат поправлять прически, разглаживать платье, поднимать грудь и обрызгивать запястья умопомрачительными духами, вышла из закутка, в котором скрывалось небольшое окошко и где я немного продышалась. Как оказалось, вовремя. Из зала доносились звуки музыки, а в уборную кто-то зашел. Точнее, остановился при входе.

– Ваше Величество, один из отпрысков их рода убил брата вашего почтенного слуги.

– Я осведомлен об этом факте. Равно также, как и о том, что много лет назад предок моего слуги согрешил с женщиной их рода и каким темным пятном легла эта связь на две семьи. Каким проклятием.

Выглянула наружу. О, Латус, это же император! О ком они толкуют? Вжавшись в стену, задержала дыхание и освободила сознание от всяких глупых мыслей. Не приведи, еще услышат!

– Брата, которого выдавал за слугу. А после безутешно потребовал мести, – продолжил тем временем второй голос, обладателя которого не смогла разглядеть, его отгораживала от меня дверь.

– Об этом я также знаю, – уверенно подхватил первый. – Именно поэтому и столкнул их выяснить между собой наконец отношения. Брак замечательная вещь, не так ли?

– Вашего приказа нельзя ослушаться, и ваш слуга был вынужден подчиниться.

– Пришлось поумерить пыл, переключив его интерес на отправившегося на поиски невесты, как последней надежды, парня. Я недооценил его. – Император явно сожалел о чем-то.

– О да, разрывы в пространстве было сложно предположить. А тем более два!

– Я запретил ему оглашать род и вносить в какие-либо реестры. Более того, отчитал за пущенные слухи. Как он мог не явиться на собрание?

Шеррер, они говорят о нем! Они обсуждают всю историю с самого начала! И сколько таких обо всем осведомленных?

– Это правда, что он посмел повысить на вас голос?

– Голос? – Император рассмеялся. – Он посмел воспротивиться моей воле и померяться силой. За что поплатился. Один разрыв еще можно залечить, два сложнее, но умолчать об этом… Непозволительно для члена моего близкого круга. Открытие таких порталов, как мы знаем, без наследных мощных артефактов невозможно, а значит мой слуга провел темный ритуал, возможно, даже использовал человеческое принесение в жертву. – Я вздрогнула. Так вот чем занимался муж в подвале… Он снова пытался открыть переход в мой мир! – Поэтому это наказание должно было стать поучительным, а не нарицательным.

Оба на мгновение замолчали, перевели дух, и император продолжил:

– Никто не должен знать о том, что произошло. Империи не нужны кровопролитные распри. Я все сказал: отношения этих двух родов – дело старое! Нечего ворошить прошлое. Если такие уважаемые господа не в состоянии разрешить свои проблемы кроме как ритуальным убийством и силовыми методами, значит они ничем не лучше ордена Инквизиторов. Если им нечем заняться, пусть идут строить дороги, охранять границы и работать на рудники!

– Ваше императорское Величество, вы абсолютно правы. Клянусь Латусом и собственной магией, что сохраню наш диалог в тайне.

Император и его советник удалились, а через некоторое время из укрытия вылезла и я, свидетельница тайного разговора. Коридор был чист, поэтому я понеслась что было мочи на цыпочках, приподняв тяжеленный подол платья, чтобы не создавать лишнего шума. Муж встретил меня, где обещал.

– Почему мы уехали так рано, Шер? – поинтересовалась у него, устраиваясь в карете поудобнее. Ноги после двух танцев гудели. А после ожидания, когда же император и один из его советников скроются, затекли.

– Потому что после второго танца приближенные императора удаляются вместе со своими семьями или парами на другой бал, для еще более избранных и приближенных. Ты уверена, что выдержишь нескончаемый ментальный поток моих мыслей, которые я буду посылать тебе в качестве ответов на бессчетные вопросы окруживших тебя коршунов? Ты можешь сколько угодно пикироваться со мной, но открой ты рот там – не рассчитаешься с последствиями своих слов даже по возвращении домой.

– Ясно.

Воцарилось молчание. Мэноль дал о себе знать, и я заснула. По-моему, Шер на руках выгружал меня из кареты по возвращении, ругаясь на глупых девиц, пьющих что попало и откуда попало.

Глава 18. Расследование веду я!

– Вставай, соня, с бальным крещением тебя-я! – заверещал кто-то в самое ухо, за что получил ощутимый тычок пяткой. Нет, не кто-то, это была Сакел. Так театрально охать способна лишь она: – Давай, Юля, обед проспишь!

– Ммм… – недовольно засопела из-под одеяла, накрываясь с головой. – Все болит!

– Естественно, продукты распада мэноля... – принялась умничать подруга, расхаживая вокруг моей кровати и дергая то за одну, то за другую ногу. Что и заставило меня вылезти из своего убежища, даже не дослушав.

– Это где ты такое умное словосочетание вычитала? – хриплым голосом поинтересовалась у нее, протирая заспанные и опухшие глаза.

– Сама мне вчера гордо сообщила, когда я тебя раздевала. Мне тебя сгрузили и велели позаботиться во избежание очередного скандала с приставанием престарелых извращенцев.

Понимающе ухмыльнулась, вылезая наружу и слегка пошатываясь. Понадеявшись на стакан свежевыжатого яблочного сока и омлет более-менее приободрилась. Действительно, меньше надо пить непонятно чего, непонятно где, когда и откуда. А то еще выболтаю ненароком страшные тайны своих догадок Шеру, а он и приставит ко мне какой-нибудь конвой. Чтобы шагу без его ведома не делала и смиренно ждала у окошка, печально вздыхая: когда там муж сможет вернуть насильно всученную жену по домашнему адресу.

– А ты не знаешь случаем, почему приглашение на бал не получили остальные Киатар, а только Ру? – спросила, надевая удобные разношенные джинсы и свободную тунику поверх. Конечно, этот вопрос следовало адресовать вчера на балу самой сестре, но волнение из-за всего мероприятия в целом и предстоящих танцев затмило все разумные мысли.

– Уверена, получили, – невозмутимо ответила Сакел. – Но как всегда проигнорировали. Леди Лирана и лорд Магорус предпочитают уединение, Руцел подобные мероприятия не жалует, считает их скучными для порядочного семейного человека, у которого все свободное время отнимают неугомонные требующие внимания дети. В них его радость. Он свое уже оттанцевал. Лесса и Кэнит еще малы, а у Дара ходит дурная репутация. – Тут я наконец втиснула голову в горловину и удивленно уставилась на подругу. То, что брат не прочь поразвлечься – новостью не было. Но чтобы так? – Когда почти половина приглашенных дам будет делать вид, что не знакома с ним, это по меньшей мере отрицательно скажется на репутации семьи. Уж пусть лучше его похождения останутся лишь слухами.

Кивнула, соглашаясь с ее словами. Мне стало жаль Руассу: одной приходится отдуваться за всех, отстаивать честь, жертвовать жизнью во имя империи, быть всегда запасным вариантом на случай войны. Не позавидуешь. Но, кажется, в этом она находит особую прелесть, ведь не жалуется и не стремится ничего изменить?

– Как твоя попытка поговорить с императором? – осторожно уточнила Сакел, усаживая меня на стул и принимаясь заплетать косички-колоски.

– Чтобы набраться храбрости и пойти на нее, я по неосторожности осушила бокал с мэнолем. Но и это принесло свои плоды, – загадочно закончила фразу, понимая, что фактически выторговала у судьбы одно взамен другого: мыло на шило!

– Поделишься или опять скрытничать будешь? – слегка обиженно осведомилась девушка.

– Руку ко всему приложил император. Местный Крестный отец! – гордо продекламировала, подскакивая вместе с не до конца закрепленными колосками, которые Сакел решила подвесить на затылке, чтобы те не болтались налево и направо как у пятилетней девчонки.

– Кто?

– У нас это такой глава преступного мира, имеющий выходы на любого и бесконечную сеть каналов связи. А еще выбирающий специфические методы достижения своих целей. – Почувствовала, как подруга поморщилась. Буду надеяться, с аналогией я угадала. – Не знаешь, как скоро мы возвращаемся в замок? – сменила тему, а сама тем временем стала заправлять кровать да окидывать взглядом вещи, которые по-хозяйски расставила где ни попадя.

– Завтра, – вздыхая, сообщила Сакел, принимаясь взбивать вторую подушку под стать мне. – У Шеррера с самого утра возникли какие-то неотложные дела. Выскочил как ошпаренный, на ходу натягивая перчатки.

– Как мужик в плаще? – шутливо уточнила, на секунду замирая и смотря в лицо подруге.

– Он самый, – рассмеялась она, вспоминая о том, как я описала его первое появление в моем мире. Или уже не моем?

– Что такое, Юля? – встревожено спросила Сакел.

– Меня беспокоит его нос, – не желая признаваться вслух в своих ощущениях выдала первую пришедшую на ум глупость. Ею стало жутко бесивший недостаток Шеррера: я не простила ему наш поцелуй, наверное поэтому подсознание и выдало это.

– Что? – Сакел присела на только что заправленную кровать, и взбитое одеяло осело, как не вовремя вынутый из духовки пирог.

– Пока мы с ним танцевали, я того и гляди боялась, что мне выколют глаз! – выдала уже вполне правдивую версию ответа: один раз Шер наклонился и чуть не заехал мне по лицу своим носом, за что собственно на следующем шаге в повороте чуть не оступился о не вовремя выставленную ногу.

– Юля, а если серьезно? – устало вопросила Сакел.

– Слезь с одеяла, заправь постель, как было и, может быть, я тебе и расскажу, – навела туману, сама стараясь в душе откреститься от новых мыслей. Не к добру они.

Но все оказалось куда прозаичнее, и меня раскусили в мгновение ока. Вот что значит служанка, чей брат обладает слишком длинным языком и которая не обделена сообразительностью:

– Кир как-то сказал, что ты очень хочешь вернуться, но наверное не сделаешь этого никогда. Обратно, я имею в виду. Чувствуешь, как не хочешь покидать твой дом по праву и возвращаться в мир без магии, где потеря искры не станет для тебя смертельным испытанием, но вполне вероятно обернется кратковременной болезнью.

Опешила от слов Сакел. Да, то странное чувство, новое, поселившееся в груди, словно играло со мной в поддавки. Мне нравилось ощущать в себе магию, это казалось естественным. На балу даже пришла в голову мысль, что было бы неплохо изучить этикет и вставить хоть слово в беседу, которую ведет муж. И этим самым мужем я привыкла Шера называть. Даже если я никогда не вернусь домой, то все равно с ним меня будет связывать очень многое, и по меньшей мере приятелями мы останемся.

Но оставленные на Земле вне ведома о моей пропаже мама и безбашенная сестра, друзья и привычная жизнь, пусть даже не моя по очень и очень далекому праву, по-прежнему не сдавали позиций. Я запуталась и словно разделилась пополам. И только давно брошенные слова Лисдара, о том, что долго я здесь не задержусь, держали стену меж двух огней.

– Все сложно, Сакел. Я физически здесь, мысленно – там. Сделала добро одним, причинив боль другим. И мне никто не советчик. Дома ответственность после ухода из семьи отца всегда лежала на мне, здесь тоже я оказалась зажата рамками. И все потому что поверила Дару, захотела посреди ночи приключений, согласилась и бросилась в омут с головой. Ну, – заметив недоумение подруги, пояснила, – ввязалась в приключения, не подумав о последствиях.

Та понимающе кивнула и ободряюще взглянула в лицо.

– И что теперь? – наконец спросила она после недолгого молчания.

В самом деле, что? Обед? Но я не голодна. Хотя есть одна идея:

– Помнишь, я говорила, что в письмах упоминается наличие комнаты, в которой умерла Аролла? – Сакел кивнула. – Отправимся на ее поиски!

Решено, вот и занятие, которое отвлечет от грустных мыслей, найдено. Между прочим, полезное и тоже связанное с возвращением домой. Сперва надо приобрести эту возможность наверняка, а уже потом решать, что с ней делать!

Спустившись к завтраку за несколько минут умяла порцию столь привычного омлета, залпом выпила сок и осведомилась у слуг, не оставлял ли им каких-то поручений муж. Стараясь не обращать внимание на мой странный наряд, который казался им диким, доложили, что до вечера их загрузили поручениями, а значит, господин раньше захода солнца не появится. Ну что же. Все к лучшему!

– Сакел, – радостно обратилась к подруге когда мы вернулись в комнату, – ты не находишь, что судьба сама благоволит нам?

Уговорив натянуть на себя джинсы и футболку из моего личного запаса, поскольку размеры одежды совпадали, да и в платье особо в шпионов не поиграть, осторожно приоткрыли двери и выглянули наружу: никого! Все разбежались по делам, а мы оказались предоставлены сами себе.

– Как я выяснила, – тихонько зашептала подруга, – после тех событий, когда умерла законная жена лорда, он вместе с ребенком переехал в Эгальдор, основав крепость и замок, в котором мы сейчас живем. И появлялся здесь, только если требовалось навестить столицу по делам. Как и все его потомки.

Достало украденное ранее письмо и пробежала взглядом по строчкам:

– Здесь настоятельно советуется перестроить или даже снести крыло, где все произошло.

– Это лишь слова! – отмахнулась Сакел. – Слуги здесь боязливые, да разговорчивые. А поварята, маленькие да любопытные, разболтали, что им под страхом высечки запрещено подниматься на самый верхний этаж.

Задумалась, вновь пряча весомое доказательство своих слов в задний карман.

– А что обычно находится на верхних этажах? – спросила у подруги, продолжающей бдеть коридор на предмет появления случайных свидетелей нашей шпионское разведки.

– Хлам да тряпье, старая мебель и все, что жалко выбросить. Почему ты спрашиваешь? Неужели…

– Я вот думаю, будь я на месте того козла, куда бы я поселила любовницу, чтобы жена на сносях уж никогда до нее не добралась?

Риторический вопрос расставил все по местам. Я, было, уже обрадовалась, как подруга, сморщив лобик, остановил мой смелый порыв лететь на всех парах на чердак:

– Ну-ка, – она ловко выудила из кармана джинс письмо и более тщательно заострила внимание на деталях, не в пример мне. – Не выходит, – наконец расстроенно выдала, протягивая пожелтевший от времени клочок бумаги обратно. – Они рожали в соседних комнатах.

– Хочешь сказать, любопытство взяло верх, и они все-таки столкнулись?

– Нет, – категорично отрезала Сакел и сложила на груди руки. – Мы вне ведении, знали ли они о существовании друг друга. Вполне возможно, что на верхнем этаже, ныне чердаке, проживала законная супруга, и просто за неимением другой подходящей комнаты, да и чтобы не бегать когда у обеих начнутся роды, их поселили рядом.

Пришел черед мне сдвигать брови к переносице.

– С какой стати кто-то будет жить на верхнем этаже? Какая-то странная мода. В моем мире… – не успела толком возразить, как меня перебили:

– Обрати внимание: в здании сделан ремонт, некоторые комнаты, я заметила, переоборудованы. Во время Инквизиции и ранее планировка дома была несколько другой. – Мы наконец вышли в коридор и устроились по обе стороны от окна, привалившись к стене, наблюдая за движением карет и повозок внизу.

– Хозяева всегда жили на верхних этажах, куда поднималось тепло от кухни и где по желанию всегда был свежий воздух. Улицы убирали не всегда, и, согласись, наблюдать, как из окна напротив на улицу выливают чьи-то опорожнения – зрелище малоприятное. Да и в случае осады, пока кто-то добежит до туда, стража успеет собраться раньше и отгородить спасающуюся семью. Говорят, очень давно, высшие рода оборотней держали, пока тех не истребили, огромных летающих птиц, на которых легко могли спастись бегством, улетев с крыши.

Она вздохнула, отдавая дань памяти некогда истребленному виду, а я подумала о том, что некогда мы с Матильдой пришли к заключению, что тут эволюция движется в обратном направлении. Выходит, ошиблись. И здесь все как у людей, почти, за исключением наличия нескольких видов разумных существ и магии.

– На средних ярусах, где самый лучший вид на город, – продолжила тем временем Сакел, – чаще всего делали гостевые комнаты и иногда кабинет, где принимали важных посетителей, а еще располагали бальную залу или как сейчас библиотеку. Ниже располагались жилые помещения для слуг и, собственно, все хозяйство: кухня, столовая, подвал, прачечная и прочие обслуживающие нужды проживающих необходимые единицы.

Пока подруга рассказывала о стародавнем быте, я мысленно посылала сигналы о помощи хранителю дома, который помог мне в первый раз выбраться отсюда и вернуться, сохранив в тайне попадание, в замок. Но он упорно молчал. То ли спал, то ли отсутствовал, то ли просто не желал помогать. О, как бы это облегчило нам задачу!

– Ладно, идем! – собралась с мыслями и дала команду на старт, нервно одергивая тунику. – Раньше отправимся на поиски, раньше вернемся обратно. Не нравится мне, что местный домовой вздумал не откликаться на зов после того, как сам бескорыстно оказал услугу.

Сакел кивнула и уверенно зашагала по коридорам. Я не отставала, старалась запомнить дорогу, и отсчитывала время. Нужно успеть до заката. Не думаю, что муж будет в восторге от наших увлечений детективными и следственными изысканиями в его родовом имении.

Мы свернули за очередным поворотом и вышли напрямик к винтовой лестнице, словно уводящей в башню, хотя таковой точно быть не могло.

– Еще одно препятствие, чтобы задержать захватчиков и, увы, единственный способ попасть наверх: основной вход опечатан, причем давно. Мне так и не сказали кем и когда, пока я исследовала дом. – Предупреждая мой вопрос, чем же в тот момент занималась я, Сакел лишь издевательски пропела: – Раз-два-три, раз-два-три…

– Ну знаешь! Могла бы и рассказать!

– У меня тоже должны быть свои секреты и то, чем можно было бы тебя удивить, – лукаво сообщила подруга, показывая язык.

Дальше мы шли молча. Ступеньки оказались узкими, а перила шатались, приходилось сохранять концентрацию и не размениваться на болтовню. Как хорошо, что мы выбрали правильную одежду! Оступись на такой лестнице в платье, и ничего не стоит полететь кубарем. Приведи Латус, чтобы кто-то догадался искать пропащую девушку в таком месте! Действительно, если основная часть здания была отремонтирована согласно сменившимся вкусам и предпочтениям новой эпохи, даже несмотря на то, что жить тут никто постоянно не собирался, время здесь словно застыло. Разве что плесенью не пахло, и ничто не рискнуло провалиться под нашим очередным неосторожным шагом.

– Да здесь наверное тысяча комнат! – воскликнула я, когда мы наконец добрались до верхнего яруса. Окна были плотно завешены тяжелой тканью, стоял вековой полумрак. Лишь свет, исходящий откуда мы поднялись, на ближайшие несколько метров давал представление и ориентир. – Сагеро! – громко в неизвестность бросила клич заклинания, которое должно было зажечь любой огарок свечи или возродить некогда пойманный лучик солнца. Занятия с Киром не прошли даром!

В тот же миг коридор осветился рядами примыкающих к стенам подсвечников на длинных ножках. Световые отражения и тени, незамедлительно появившиеся на каменной кладке, сформировали подобие неопределенных и пугающих этим очертаний. А еще тут все оказалось оплетено паутинными зарослями.

– Начнем с противоположных концов и встретимся на середине? – бодро, стараясь скрыть страх, предложила Сакел.

– Ну да, сама-то поняла, что сказала? – заворчала я, невольно обнимая себя за плечи. – Я одна никуда не сунусь, и не мечтай. Мне уже хватило одного перехода!

Взяв девушку за руку, потянулась к первой двери. Та оказалась заперта.

– Не знаешь никакого заклинания отпирания дверей?

– Маг в семье Кир, – печально разбила надежду на проникновение подруга, обнимая себя за плечи свободной рукой, как недавно это делала я.

– Чудесно, – прошипела себе под нос, пиная носком кроссовок деревянную громаду. Хоть бы сдвинулась!

– Можно иначе. – Сакел вырвала свою руку из моей, запустила ее в прическу и выудила на свет шпильку. Ту самую, с красивой горошинкой на конце. – Попробуй превратить это в ключ!

Я опешила.

– Смеешься что ли?!

Но Сакел была серьезна и незамедлительно поделилась пришедшей на ум мыслью:

– Если ты – стихийник, а шпилька – некогда кусок железной руды, которую добывают из-под земли, то вполне можешь попробовать преобразовать ее. Нагрей и постарайся слить в единое целое, а после измени форму под стать замочной скважине. – С этими словами девушка вытянула из головы еще с десяток шпилек потолще и попроще, отчего ее волосы локонами ниспали по плечам.

– Звучит бредово, – только и высказала в ответ.

– Пробуем! Другого пути у нас все равно нет, – печально заметила Сакел, заплетая косу.

Не знаю, сколько прошло времени, но когда с меня наконец сошел седьмой пот – дело тронулось. Я чувствовала, как внутри словно поселилось и распалялось нечто. Ощущала, как никогда ранее. Оно клокотало и рвалось наружу, но выпускала эту неведомую силу я по ничтожным каплям, дозируя и едва сдерживая эти каналы. Откуда-то пришло понимание: откроюсь силе полностью – сгорю сама. Поток энергии будет не остановить. Это совсем не похоже на простой вызов стихии: как я набирала из ниоткуда талую воду (а на самом деле, скорее всего, откуда-то перенесла, с ближайшего, должно быть, источника), высекала искру, которая сама подпитывалась маслом, или запускала снежок – ту же воду, только кристализированную.

– Готово! – наконец услышала я от Сакел и обессилено осела на пол, опираясь о пыльную стену. – Он подойдет к замку?

– Должен. Я держала в голове образ скважины и молила Латуса, чтобы ключик открывал замок. Могла не угадать с зубцами. Но интуитивно образ пришел именно такой. – Указала на ключ, стирая стекающие со лба капли пота.

Когда Сакел засунула ключ внутрь – зажмурилась, не в силах смотреть. Если не выйдет, придется возвращаться: силы оказались на исходе, а на новые магические эксперименты я более в ближайшее время не была способна: по каплям испустила почти весь резерв. Кажется, я даже на несколько секунд задремала…

– Ну ты даешь! – потрясенно сообщила подруга, бесцеремонно вздернув меня с пола и нарушая воцарившийся внутри покой. – Повторишь еще раз двадцать? Не думаю, что ключ подойдет ко всем дверям сразу.

– ТЫ ИЗДЕВАЕШЬСЯ? – буквально зарычала в ответ, вваливаясь в темную незнакомую комнату. – И не проси!

Как только мы с Сакел обе оказались внутри, темнота едва не ослепила нас.

– Принеси, что ли, с коридора канделябр, я выжата под чистую, – безразличным голосом попросила замеревшую на месте подругу, кое-как размещаясь в стоящем прямо у входа кресле.

– Все равно комната не та, – буркнула она снаружи, шумно затаскивая внутрь подсвечник. – Та бы так легко не открылась и первой бы уж точно не была.

– Давай лучше осмотримся, – предложила ей, разглядывая с виду ничем не примечательное убранство четырехсотлетней давности.

Увы, я не была так удивлена обстановкой, как Сакел, поскольку подобное уже видела в комнате предка Шера. Разве что тусклое пыльное окно, сквозь которое было ничего не рассмотреть, стало единственным отличием. Подруга, как кстати и я, так и не смогла наведаться в покои Шандира Даргомас. Странным образом они оказались опечатаны, а взламывать дверь, зная, что Шер может в любой момент нас застукать и прочитать мысли, мы опасались.

– Что-нибудь необычное видишь? – после недолгих бесцельных поисков, пока я приходила в себя, усевшись на кровать и болтая ногами спросила Сакел.

– Нет, а ты? – устало прикрывая глаза и подпирая щеку рукой спросила в ответ.

– И я, – грустно поведала подруга. – Пойду, загляну в ванную, что ли. – С этими словами подтягивая на ходу сползающие джинсы, которые мне были тик в тик, Сакел удалилась в уборную.

Я же обвела взглядом помещение еще раз, едва разжимая веки, не обнаружила ничего стоящего внимания и опять, кажется, на несколько секунд задремала. Сквозь сон до меня донеслись голоса. Я, было, едва зашевелилась, но все тело словно сковала неведомая сила: такая, когда ночью в полузабытьи снится кошмар и кажется, словно это происходит за твоей спиной и вот-вот кто-то до тебя дотронется. И ты пытаешься пошевелиться, а тело не слушается и сковывает ужасный липкий страх. Остается только бояться.

Перед глазами мелькала все та же комната, а голоса доносились из другого места и даже… времени. Они не принадлежали настоящему.

– Отведи ее в самую дальнюю комнату и проследи, чтобы никто кроме нас двоих и лекаря, а также сиделки, не вздумал заходить туда! – глубокий баритон.

– Но в соседней с ней находятся покои вашей супруги, – чуть глухой и растерянный, скорее всего даже старческий.

– И что теперь? Все равно в ближайшее время они не пересекутся, – равнодушно заметил первый. – И поставить полог неслышимости не забудь.

– Как прикажите, хозяин, – послушно ответил второй.

После чего оба голоса стихли, а в действительность ворвался брезгливый окрик Сакел из ванной:

– Тут столько мусора и паутины, брр! Хорошо, что я не в платье, не охота подметать пол подолом.

– Сакел, Са-а-кел! Помоги мне встать, кажется, я знаю, куда нам нужно! – Кое-как попытавшись подняться самой, потерпела неудачу. Все еще пошатывало, однако в себя организм уже приходить начал.

Подруга тут же отреагировала на мой зов и несколько потерянная, поставила меня на ноги.

– Откуда? – только и спросила она.

– Вещий полусон, – бросила ей, не желая распространяться на тему откуда ни возьмись возникших в голове голосов. Еще не так поймет!

– Мы потом поговорим об этом, – сурово пригрозила она. – Времени не так много, говори, раз знаешь, куда нам?

– В самый конец, последняя дверь. Эта ее комната, Ароллы.

– Но она же опечатана… – Сакел замерла и внимательно посмотрела на меня. – Юля?

Неужели она мне не верит? Не доверяет? Поверила бы я себе сама?

– Другого выбора все равно нет, – безнадежно развела руками, обернувшись и оглядев дверной проем и тянувшийся по ту сторону коридор. – Попытаться стоит. В конце концов я же дальний потомок ее пусть и не родного, но племянника. Можно сделать ставку на это.

Едва поборов страх, в обнимку мы добрались до конца коридора. Самая обычная, ничем не отличавшаяся ни по резному орнаменту ни по фактуре с другими на этом этаже дверь с медным кольцом и замочной скважиной, в отличие от повсюду вмонтированных ручек, невозмутимо встретила нас. Сакел попыталась вставить ключ, но провернуть его не удалось. Случилось неприятное: он застрял.

– Проклятый инквизитор! – сквозь зубы процедила подруга, одной ногой вперившись в дверь, а другой в пол, пытаясь достать наколдованный мною ключ. – Попробуй ты!

Девушка выбилась из сил и расстроенная уселась на пол напротив, не побрезговав испачкаться в паутине и пыли. Вот это значит устала!

– Не думаю, что… – начала я, взявшись за теплый металл, как… – но она же открыта!

– Что? Не может быть! – Только девушка попыталась встать, как я дернула кольцо на себя, дверь распахнулась, оттуда дыхнуло холодом, затхлостью и вязкая темнота поглотила меня, не дав и слова сказать.

– Юля-я! – понеслось вслед, но стоило обернуться на эхо, как темнота выплюнула меня. От неожиданности я упала на что-то мягкое, должно быть, ковер и отключилась.

В себя пришла наверное несколько минут спустя от того, что ворс ковра, покрытый пылью, в полной темноте щекотал нос. Апчхи!

– Сагеро, – едва слышно прошептала, концентрирую последние крохи силы искры внутри. Срочный отдых просто необходим!

В ту же секунду вокруг зажглись разом подвесная люстра, несколько десятков подсвечников и канделябров, а также вполне себе аналог керосиновой лампы на столе. Ну ничего себе!

Огляделась: округлая комната со знакомой кладкой камня. Внутреннее ощущение и запах подсказали, что…

– Это же закрытая комната Ароллы в доме Киатар!

Словно в ответ на восклицание, свечи стали светить ярче прежнего, а позади треснул… камин? Но здесь же нет труб, вытяжки, как же он…

Позади меня оказалось огромное в полный рост зеркало, которое отражало… бьющуюся в истерике и колотящую с той стороны Сакел.

Но кроме как в дверь колотить она не могла… Получается, стоило мне открыть ее, как аналог перехода в комнате предка Шеррера, Шандира, перенес меня сюда, но Сакел, как постороннюю, допускать отказывается? Защита Ароллы?

Привстала, доковыляла до придвинутой к стене одноместной узкой кровати-кушетке и облокотилась головой о стену. Зеркало прямо напротив в центре помещения продолжало «вещать» Сакел, камин в противоположной углублении за ним лениво жег отсыревшие дрова. Из входной двери слева, задернутой портьерой, тянул сквозняк, поэтому ноги с пола решила поднять. А рабочее место и стеллаж с книгами справа сиротливо занимали почти всю стену. Сколько же к нему не прикасались, не стирали с полок пыль, не листали ценные страницы запрещенных во время Инквизиции книг?

Подойдя к шкафу, провела рукой по корешкам ветхих рукописных авторских творений. Вот это, должно быть, раритет! Они бы с гордостью пополнили императорскую библиотеку. От моего взгляда не укрылся и сам шкаф. Просто сколоченный, он простоял до сих пор, под завязку загруженный не один раз читанным материалом. Такой не сдвинуть хотя бы потому, что он в два раза шире и выше того, который я отодвинула в столице.