![](/files/books/160/oblozhka-knigi-da-chto-vy-znaete-o-nastoyaschih-princessah-si-377254.jpg)
Текст книги "Да что вы знаете о настоящих принцессах? (СИ)"
Автор книги: Светлана Романюк
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 31 страниц)
Глава 16
Лорд Палмсбери шагал к своим покоям и пытался привести мысли в порядок. Информация, которую он сегодня получил, объясняла многое, наконец-то нашлись ответы на вопросы, мучавшие его с момента первой встречи с принцессой. И в то же время он чувствовал себя как ребёнок, пытающийся собрать мозаику из неполного комплекта разрозненных кусочков, как ребёнок, которому сердобольные взрослые щедрой рукой добавили деталей, среди которых встретились как идеально совпадающие с уже имеющимися, так и абсолютно новые, ни к чему не подходящие ни по форме, ни по цвету. Причём последних оказалось гораздо больше, чем первых.
Он прошел коридорами, попросил принести в покои что-то перекусить, затем жевал это что-то, не чувствуя ни вкуса, ни запаха. А в голове крутились вопросы, каждый из которых цеплялся за предыдущий и вытаскивал из небытия следующий. Вопросы тянулись бесконечной нитью, свиваясь в тугой клубок, который становился всё больше, больше, и к моменту, когда лорд Палмсбери пристраивал голову на подушку, клубок достиг таких угрожающих размеров, что готов был разорвать голову изнутри. Несмотря на это, сознание сразу стало уплывать в уютное небытие, и уже где-то на границе сна и яви, как кремовая розочка на вершине многоярусного торта, всплыл последний вопрос: "Кто, черт возьми, этот Виктор?".
Утро принесло с собой новые мысли, ранний завтрак и ответ на последний вопрос.
– Лорд Палмсбери, лорд Палмсбери! – раздался из-за двери голос пажа. – Лорд Палмсбери, это я, Виктор! Её высочество просила вас срочно присоединиться к ней!
Лорд Палмсбери вздохнул, поставил чашку кофе на стол. Поднялся и, бросив салфетку на спинку стула, направился в спальню:
– Войдите, Виктор! – бросил он через плечо юному пажу королевы. – Срочность срочностью, но прийти на встречу с её высочеством в жилете было бы…
Окончание фразы вышло неразборчивым, так как посол скрылся за распахнутыми дверцами гардероба и облачался в сюртук.
– Что произошло? По какой причине срочность? – спросил он у мальчика, вернувшись в гостиную.
Ребенок буквально приплясывал у двери, порываясь как можно скорее выполнить поручение и привести посла. Услышав вопросы, понурился и начал лопотать что-то неразборчивое. Лорд Палмсбери понимающе усмехнулся и, кивнув, направился из покоев:
– Расскажешь по дороге!
Мальчик встрепенулся, одарил посла робкой улыбкой и кинулся к выходу. В коридоре он то обгонял спутника, потом спохватывался, не останавливаясь делал вираж и возвращался к нему, то нарезал пару кругов вокруг лорда, один отрезок пути бежал спиной вперёд и не замолкая трещал:
– Я утром к её высочеству на службу торопился. Из своей комнаты мимо покоев фрейлин шёл. Я всегда там хожу. Ну, в смысле, что второй день там! А там из-за дверей леди Порке… Ой! От Леди Корке как выскочит мистер Старк! Секретарь. Тот, который длинный. Ой! Высокий!
– Молодой человек, замечу, что мы с вами почти дошли до покоев её высочества, но всё ещё не добрались до сути! – с несколько брюзжащими нотками заметил лорд Палмсбери, пытаясь справиться с одышкой.
Виктор покосился на него и немного сбавил скорость передвижения, при этом добавив скорости изложению.
– Мистер Старк сказал, что мистер Хагер, ну тот, который… – мальчик покосился на лорда, осекся, вздохнул и начал заново: – Мистер Хагер начал допрос леди Корке, а это нарушение…
Паж замялся, видимо припоминая незнакомое слово.
– Я понял, – махнул рукой лорд. – Продолжай!
– Ну вот! И что нужно позвать её высочество! А её высочество сказала, что пока она будет одеваться, чтобы я привел вас, и что это срочно!
До цели оставалось пройти пару десятков метров, когда двери в покои принцессы распахнулись и Гердта вышла в коридор. Её сопровождали маркиза Блайнская и пара гвардейцев. Гердта, видимо, чрезвычайно спешила и по этой причине предпочла надеть простое домашнее платье. Волосы её были заплетены в тугую толстую косу, выглядела она при этом серьёзно и удивительно мило. Маркиза Блайнская, судя по всему, спешила ещё больше, облачена она была в бархатное и балахонистое нечто изумрудно-зеленого цвета. Волосы её прикрывал кружевной чепец, выглядела она при этом угрожающе и немного карикатурно. Гвардейцы, видимо, были давно ко всему готовы, и по этой причине им не нужно было торопиться со сборами, в своих красно-белых с золотом мундирах смотрелись они браво.
– Ваше высочество, – поклон у посла вышел замечательный. Плавный, почтительный, неторопливый, он позволил послу справиться с одышкой и подавить улыбку, вызванную изумительным видом маркизы.
– Доброе утро, лорд Палмсбери, похоже, что оговоренная вчера встреча произойдёт несколько раньше, чем того ожидает мистер Хагер. Составите нам компанию?
– Почту за честь!
Виктор провел всех к комнатам фрейлин. Подойдя к нужной двери, Гердта сделала знак гвардейцам оставаться за порогом. Вся остальная компания ввалилась внутрь.
Лорд Палмсбери оценил удобство своих покоев, обводя взглядом те, что отвели фрейлине. Комната была узкая и не слишком длинная. По правую руку вдоль стены у окна располагалась кровать, чуть дальше – небольшая ниша, стыдливо прикрытая простенькой ширмой. На противоположной стороне комнаты стояли узкий шкаф, назвать его гардеробом язык не поворачивался, и трюмо. Ближе к двери приткнулись три стульчика, на одном из которых сидел мистер Старк. Секретарь был бледен, обычно сутулая спина его была выпрямлена, и он, поджав губы, с явным неодобрением взирал на своего коллегу.
Мистер Хагер нависал над девушкой, сидящей на краешке кровати. Леди Корке, с опухшим от сна и слез лицом, с двумя косами, одна из которых почти расплелась, в неожиданно скромном, почти пуританском, пеньюаре поверх ночной сорочки, казалась совсем юной, насмерть испуганной девочкой. Она с ужасом взирала на кричащего мужчину, который потрясал кулаками и обещал изменнице и убийце кары земные и небесные.
– Что здесь происходит? – голос принцессы звучал ровно и уверенно. Достаточно низкий для женского, он заполнил всю комнату, прервав мистера Хагера на середине фразы.
Леди Корке повернула голову и, некрасиво хлюпнув носом, протянула руки по направлению к только что вошедшим.
– Ваше высочество!.. – провыла она.
Гердта остановила её взмахом руки.
– Я жду ответа! – пророкотала она, глядя прямо в глаза мистеру Хагеру.
– Допрос обвиняемой в государственной измене! – в ответ рявкнул мистер Хагер и после значительной паузы процедил: – Ваше высочество…
– Видимо, вы хотели сказать, подозреваемой в государственной измене! – голос Гердты стал ещё более низким и рокочущим: – К тому же спешу напомнить, что согласно статуту N1763 Конституции Королевства Объединённых Земель Ритании и Литании допрос несовершеннолетнего может проводиться исключительно в присутствии одного из родителей, опекуна или законного представителя. Поскольку леди Корке ещё не исполнилось двадцати одного года и её родители доверили девушку под моё покровительство, я требую объяснить мне, по какой причине допрос начался в моё отсутствие!
Принцесса и псевдосекретарь застыли друг напротив друга. Оба невысокие, округлые. Они напоминали два пушечных ядра. Причем ядра картечные, а может и вовсе разрывные. Ядра, готовые сорваться в свой смертоносный полет, но каким-то чудом замершие в жерлах пушек. Напряжение между этими двумя было таково, что оно заполнило собою всё пространство и без того невеликой комнатки.
Мистер Старк окаменел на своем стульчике, ещё больше побелев. Паж буквально распластался по стене рядом с ним. Леди Корке перестала завывать и всхлипывать, обняла себя руками и замерла, уставившись немигающим взглядом на принцессу. Лорд Палмсбери и сам испытывал желание оказаться как можно дальше от эпицентра грядущего взрыва.
Единственная, кто не чуял запаха артиллерийского пороха, не слышал лязгающих звуков разыгравшейся битвы и явно не замечал сгустившегося напряжения, была маркиза. Она всплеснула руками и ворчливо проскрежетала:
– Это что же за молодёжь пошла! Один… Двое! Проникают в комнату незамужней девицы! Другая сидит распустехой! Не то одетая, не то – нет! Вы уже бы определились с нарядом, юная леди! Вместо того чтобы слёзы лить! Вот во времена моей молодости…
Маркиза осеклась, тяжело вздохнула, достала из недр своего одеяния большой клетчатый носовой платок, мимоходом оттеснив мистера Хагера, подошла к фрейлине, деловито вытерла с её лица слезы и заставила прочистить нос.
Трубный звук неожиданно разрядил обстановку. Все зашевелились. На лицо мистера Старка вернулась часть красок. Взгляд мистера Хагера из убийственно тяжелого стал просто цепким.
– Я прошу вас с коллегой удалиться из комнаты, – обратилась к нему принцесса уже не рокочущим, а просто глубоким голосом. – Жду вас в своей гостиной, скажем, через час. Там вы сможете продолжить беседу с леди Корке, я также предоставлю вам информацию.
Мистер Хагер скрипнул зубами, но поклонился и изъявил готовность выполнить просьбу принцессы. Поравнявшись с мистером Старком, он бросил на последнего такой взгляд, что с лица того вновь исчезли краски.
Паж был отправлен за мистером Хилером. Когда за мальчиком закрылась дверь, Гердта повернулась к леди Корке и спросила:
– Что именно вы подлили в мои духи и когда?
– За день до приезда лорда Палмсбери, – вновь захлюпала носом фрейлина.
– Отставить рыдания! – рявкнула на неё маркиза, вновь приставляя платок к носу.
– Да, времени на эмоции у нас не слишком много, – поддержала её принцесса, пока фрейлина шмыгала, уткнувшись в платок.
– Это был не яд! – леди Корке сползла с кровати и упала перед принцессой на колени.
– Бога ради, поднимитесь с пола! И скажите мне, что именно это было! – Гердта с явным трудом сохраняла остатки спокойствия.
Леди Корке осторожно выглянула из-за платка и прогундосила:
– Отворотное зелье…
Лорд Палмсбери почувствовал, как его брови взмыли вверх.
– Что? – очень тихо и устало переспросила Гердта.
Леди Корке вздохнула, по-старушечьи оперлась о край кровати и с кряхтеньем поднялась на ноги. Посмотрела принцессе в глаза и четко произнесла:
– Отворотное зелье.
– И от кого же вы пытались меня отворотить? – растерянно уточнила Гердта.
– Не вас, – обреченно отозвалась фрейлина. – От вас! Окружающих от вас.
Лорд Палмсбери, успевший вернуть брови на отведенное им природой место, почувствовал, что нижнее веко на левом глазу мелко подрагивает.
– Она сказала, что это абсолютно безвредно! Ваше здоровье не пострадает! Не действует на близких, родных, друзей. Их отношение не меняется. Только на чужих людей и новых знакомых! И обратимо! Действие состава сходит на нет в течение нескольких дней…
– Кто она? И зачем ей это? – спросила Гердта.
– Она? Любимая Огэста! Он обязательно бы женился на ней, если бы его не вынуждали жениться на вас! А с зельем все увидели бы, что вы совершенно не подходите принцу, и они смогли бы быть вместе!
Пару мгновений после этого шокирующего заявления в комнате стояла оглушающая тишина. После чего маркиза Блайнская слабым голосом спросила:
– А тебе, милочка, это всё было зачем?
– Она сказала, что приблизит меня к себе! Сделает настоящей фрейлиной!
– Сейчас, видимо, не настоящая, – в сторону пробурчала маркиза, а затем, сделав преувеличенно умильную физиономию, спросила: – А имя то у неё есть? У благодетельницы твоей.
– Она не говорила, – понурилась леди Корке. – Но она действительно приближенная к принцу! Указ о моем назначении фрейлиной принесли через два дня после того, как я согласилась ей помочь.
– Жаль тебя расстраивать, – фыркнула маркиза. – Но настоящей фрейлиной тебя вряд ли назначили бы!
Леди Корке вскинула на неё удивленный взгляд:
– Почему?
– По уму! Вернее, из-за его отсутствия!
В этот момент паж привел доктора Хилера. Тот вкатился в комнату, всплеснул руками и набрал побольше воздуха, чтобы разразиться возмущенной тирадой, но принцесса не оставила ему такой возможности.
– Доброе утро, доктор, – поприветствовала она его. – Необходимо привести леди Корке в порядок. Успокоить. Не усыплять. Через пятнадцать минут она должна быть спокойна, в уме и здравой памяти. Задача ясна?
– Так точно, ваше высочество! – доктор втянул живот и вытянулся во фрунт. – Разрешите приступать?
Гердта одобрительно ему кивнула и переключила внимание на леди Корке:
– Вам – выполнить предписания доктора, привести себя в порядок, через сорок минут быть у меня в гостиной! Расскажете мистеру Хагеру всё то, что успели изложить мне. При рассказе не скупиться на подробности. Не опаздывать. Сопровождающий дождется вас за дверью. Вы всё поняли?
Леди Корке хлопнула ресницами, хлюпнула носом и, сделав книксен, подтвердила:
– Да, ваше высочество! Всё понятно, ваше высочество! Как прикажете, ваше высочество!
– Хорошо, – Гердта в очередной раз кивнула и вышла из комнаты.
Маркиза, лорд Палмсбери и паж последовали за ней. В коридоре принцесса приказала одному из гвардейцев дождаться и сопроводить леди Корке до гостиной. Затем обратилась к лорду Палмсбери:
– Благодарю, что откликнулись на мою просьбу, но боюсь, что сегодня мне ещё раз придётся воспользоваться вашей готовностью прийти на помощь. Вы подождете в моей гостиной или предпочтете подойти непосредственно к началу назначенной встречи?
– С вашего позволения, отлучусь в свои покои и подойду к назначенному времени, – поклонился посол.
На этом все учтивейшим образом раскланялись и поспешили в свои покои, времени оставалось в обрез.
Лорд Палмсбери шагал к своим покоям вчерашним путем и снова пытался привести мысли в порядок. Очередная порция кусочков мозаики была получена. Один фрагмент причудливее другого. Посол шагал и недобрым словом вспоминал лорда-наблюдателя.
Они познакомились больше четверти века назад. Однажды Джеймс Бакстид, в те времена ещё не лорд Палмсбери, засиделся с друзьями в клубе, отмечая удачную сдачу очередной сессии. Возвращаясь домой затемно, в одном из переулков наткнулся на гогочущую компанию молодых людей явно перебравших спиртного. Джеймс и сам был не вполне трезв, по этой причине проявил несвойственное ему любопытство.
Оказалось, компания обступила кого-то маленького и тщедушного и теперь развлекалась, толкая его от одного к другому и отпуская шуточки сомнительного свойства.
– Какой хорошо воспитанный юноша! Учитесь парни!
– Где ты видишь юношу, Роб?! Разуй глаза! Это девчонка!
– Дай взгляну поближе! Хоп! О! Ну точно девка!
– Да пацан! Разуй глаза!
– Не, парни, так не понять! Слишком много тряпья! Нужно сымать!
Последнее предложение было встречено дружным согласным хохотом. Несколько рук протянулось к несчастному внутри круга, стали дергать плащ, тянуть завязки. Джеймс хекнул, раздал пару оплеух и заорал:
– Разойтись! Руки прочь!
Шутники сперва опешили от подобного натиска, затем опомнились, и Джеймс получил пару чувствительных ударов по ребрам. Ему повезло, видимо, они действительно желали лишь развлечься и не искали крупных неприятностей. Взаимные тычки так и не переросли в драку, чей-то веселый и зычный голос заявил:
– Ребята, бросьте! Точно баба! А это хахаль ейный прибёг! Айда отседова! Пущай разбираются!
Компания поддержала вынесенный вердикт дружным ржанием и растворилась в сгустившихся сумерках. Уходя, кто-то даже потрепал Джеймса за плечо и невнятно пожелал удачи. Тот дернул этим самым плечом и сделал шаг в сторону пострадавшего, который спешно оправлял одежду. Заметив движение Джеймса, насторожился и вскинул голову, уставившись прямо в глаза нежданному защитнику и продемонстрировав ему невероятно прекрасный лик. Огромные голубые глаза в обрамлении темных пушистых ресниц взирали на мир с лица, пропорциям и форме которого позавидовали бы как натурщицы древних прославленных скульпторов, так и современные признанные красавицы из высшего света, и полусвета, и даже вовсе не света. Золотистые локоны растрепались и раскинулись по плечам густой сверкающей волной. Не внешность, а мечта! Но не в том случае, когда ты почти восемнадцатилетний граф Черри.
Джеймс Бакстид, безусловно, видел Роберта Харли, графа Черри, и в узком кругу, бывало, отпускал шуточки по поводу его излишне утонченного вида, про себя искренне сочувствуя парнишке с ангельской внешностью. Встреча с ним в темной подворотне была неожиданностью. Граф Черри поправил плащ, пригладил волосы и выразил сухую благодарность своему спасителю, изо всех сил намекая, что справился бы и сам, и прямым текстом говоря, что обойдётся без дальнейшей помощи и компании. Джеймс снисходительно посмотрел на парнишку и высказался в том ключе, что ни на минуту не сомневался в его способностях решать проблемы, но ему горько, что граф посчитал его самого способным пройти мимо столь некрасивой сцены, и ещё напомнил, что поскольку живут они на одной улице, то вполне могут поступить как взрослые люди и по-приятельски дойти до дому кратчайшей дорогой и вместе, не петляя и не прячась друг от друга. Юный граф заалел ушами и согласился, что это действительно будет разумно, кроме того, рассыпался в извинениях и объяснениях, что ничуть не сомневается в благородстве Джеймса. На что Джеймс махнул рукой и сказал, что после горячей потасовки можно и не то ляпнуть, умолчав при этом, что парнишка принимал в ней участие лишь в качестве тренировочного мешка с песком. До городских семейных резиденций они добрались без дополнительных приключений.
После этого случая они несколько раз сталкивались в свете, учтиво раскланивались и разбегались каждый в свою сторону. Всё же в молодости семь лет разницы в возрасте кажется солидной преградой для мужской дружбы и в то же время явно недостаточным условием, чтобы общаться на уровне ученика и наставника.
Второй раз жизнь заставила их пообщаться три года спустя после встречи в подворотне. За это время Джеймс Бакстид успел потерять отца и получить титул. Граф Черри за это же время немного прибавил в росте, чуть раздался в плечах, состриг золотые локоны и отпустил не слишком густую бородку клинышком. Оба оказались приглашены на охоту к молодому маркизу, приятелю Джеймса и дальнему родственнику графа Черри.
Из кабинета хозяина пропала жутко древняя, безумно дорогая и крайне безобразная на вид статуэтка.
Поднялся шум. Единственным, кто не смог предоставить алиби на момент пропажи, оказался лорд Палмсбери. Вернее сказать, алиби-то было, но рассказать о нем он не смел. Молчал из опасения нанести непоправимый ущерб репутации некой замужней леди. Бывшие приятели фыркали ему вслед, хозяин замка цедил слова и смотрел с ненавистью. При этом прямых обвинений никто не озвучивал. Через два дня Джеймс, отчаявшись доказать свою невиновность, собирал пожитки, когда в его покои ворвался маркиз, потряс руку и рассыпался в извинениях за необоснованные подозрения. Оказалось, что граф Черри, который всё это время держался обособленно, то читал одну книгу в библиотеке, то другую – в гостиной, смог найти настоящего виновника, вернее виновницу. Статуэтку случайно разбила новая горничная и, справедливо опасаясь наказания, скрыла следы. Доброе имя лорда Палмсбери было очищено от несправедливых и необоснованных подозрений, а двое молодых людей стали здороваться при встрече ещё чуть менее формально, ещё чуть более сердечно.
Время шло, годы летели, лорд Палмсбери начал карьеру на дипломатическом поприще, женился, стал отцом, овдовел. Следующая встреча между ним и графом Черри произошла по долгу службы. Лорд Палмсбери вернулся домой после отзыва дипломатической миссии из Кленции накануне переворота. Его вызвали в аналитический отдел при министерстве иностранных дел. Граф Черри к этому времени уже стоял во главе аналитиков. Он долго выспрашивал у лорда Палмсбери о происходящем в Кленции, переиначивая вопросы на разные лады, вытягивая из собеседника такие подробности, о которых тот и сам не подозревал, что знает.
Были встречи и позже. И по долгу службы, и случайные. Последняя произошла в Лидоне, через пару недель после назначения лорда Палмсбери в Вабрию со свадебной миссией.
В настоящее время Роберт Харли, граф Черри, носил ко всему прочему титул лорда-наблюдателя и возглавлял Отдел статистики. Новую службу, организованную чуть больше трех лет назад. Задумывалась она как некий контрольный орган за остальными государственными структурами. В настоящее время Отдел насчитывал несколько секций, часть из которых ранее входила в состав Министерства иностранных дел, часть перевели из Министерства внутренних, что-то дублировало уже существующие структуры в других ведомствах, что-то организовывалось с нуля. Теперь в этом учреждении была и секция, ответственная за контрразведку, и секция, осуществляющая контрольно-счётные и наблюдательные функции за действиями с государственным бюджетом, и секция, присматривающая за давно существующими и вновь возникающими религиозными сектами, и отвечающая за цензуру и формирование общественного мнения, и курирующая новые научно-технические и техно-магические разработки, и ответственная за жизнь и здоровье короля и членов королевской семьи – и это только то, о чем знали все. Полный перечень функций, которые были возложены на организацию, названную Отделом статистики, знали, наверное, только лорд-наблюдатель и король. Сказать, что многие власти предержащие были не рады новому ведомству, означало сильно преуменьшить масштабы проблемы.
Лорд Палмсбери мысленно перебирал всё происходящее вокруг него в Вабрии и понимал, что Отдел статистики просто обязан был сунуть сюда нос. Мистер Хагер и мистер Старк были выходцами из комитетов безопасности министерств иностранных и внутренних дел. И если вчера посол ещё сомневался, то сегодня сомнения развеялись окончательно, к Отделу статистики ни один из них не имел ни малейшего отношения.
Лорд Палмсбери вспоминал последнюю встречу с графом, серое лицо Лорда-наблюдателя, черные мешки под глазами и сами глаза с красными прожилками лопнувших сосудов. Нет, они не обсуждали сложившуюся в стране ситуацию. Они вообще в эту встречу мало разговаривали. Лорд-наблюдатель молча цедил коньяк, лорд Палмсбери без огонька травил анекдоты о Лоссии, о высшем свете и жизни в целом. Перед самым расставанием посол поспросил присмотреть за дочерью в свое отсутствие, и сам, признаться, удивился своей просьбе. Граф Черри обещал приглядеть, на том и расстались.
И вот теперь, дойдя до отведенных ему комнат, лорд Палмсбери стоял, приложив лоб к двери и пытаясь таким образом остудить горящую голову. Не помогло. Дверное полотно быстро нагрелось в месте контакта, голове легче не стало. Лорд вздохнул и вошёл внутрь, до назначенной принцессой встречи оставалось совсем мало времени.