Текст книги "Призови меня с собой (СИ)"

Автор книги: Сим Симович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 29 (всего у книги 29 страниц)

Глава 40

Багровое марево, изливающееся из разорванного омского неба, заливало разрушенную хрущевку тревожным, пульсирующим светом. Гигантская рептилия, чья рогатая морда занимала добрую половину развороченной гостиной, быстро оправилась от первого шока. Древний инстинкт убийцы взял верх над удивлением.

В глубине бездонной глотки кайдзю, там, где у нормальных существ располагаются голосовые связки, начало стремительно формироваться ядро абсолютного плазменного уничтожения. Температура в остатках квартиры мгновенно скакнула до критических отметок. Старенькие, пожелтевшие от времени советские обои свернулись в хрустящие трубочки и вспыхнули. Дешевый линолеум пошел уродливыми пузырями, источая едкий, ядовитый дым, а остатки пластикового стеклопакета просто стекли на пол липкой лужицей.

Чудовище готовилось выплюнуть заряд концентрированного адского пламени, чтобы одним залпом стереть с лица земли наглого двуногого, посмевшего угрожать высшему хищнику кухонной расправой.

Любой нормальный человек, даже экипированный по последнему слову антитеррористической техники, попытался бы найти укрытие. Или, по крайней мере, в панике бросился бы бежать по лестнице.

Но тысячелетний тактик, сжимающий в руке полыхающий синим светом Валирийский Двуручник, рассуждал иными категориями. Отступать было некуда: за спиной находились уцелевшие квартиры ни в чем не повинных соседей-налогоплательщиков. Да и бежать от существа, способного испепелить целый квартал, с точки зрения военной науки считалось вопиющей глупостью.

Бессмертный убийца не сдвинулся с места ни на дюйм в сторону двери. Наоборот.

Широкие плечи богатыря сжались, словно стальная пружина. Армейские берцы с силой впечатались в дымящийся бетон перекрытий. Исполин сделал три коротких, неимоверно мощных шага для разбега и оттолкнулся от пола с такой силой, что несущая плита пятого этажа жалобно хрустнула, покрывшись густой паутиной глубоких трещин.

Бывший главнокомандующий легионов мрака вылетел прямо из разрушенного окна навстречу разгорающейся пасти.

Прыжок вышел идеальным, математически выверенным. Гигант пролетел сквозь облако обжигающего пара и с глухим, тяжелым лязгом приземлился прямо на бронированную переносицу хтонического ящера.

От неожиданности и наглости маневра кайдзю поперхнулся собственным огнем. Заряд плазмы, предназначавшийся для уничтожения жилого дома, ушел вхолостую, выплеснувшись в морозное сибирское небо снопом ослепительных искр. Дракон истошно, оглушительно взревел, мотая массивной рогатой головой из стороны в сторону, пытаясь сбросить прицепившегося паразита.

Но скинуть Ветерана оказалось сложнее, чем оттереть засохшую монтажную пену с любимой куртки.

Великий воин, балансируя на скользкой, покрытой инеем и пеплом чешуе, с размаху вогнал синее лезвие Двуручника в крошечный зазор между двумя роговыми пластинами на морде монстра. Древняя сталь, радостно гудя от соприкосновения с инфернальной плотью, вошла в бровь рептилии по самую крестовину, сыграв роль надежного альпинистского ледоруба.

Взвыв от обжигающей боли, дракон инстинктивно распахнул исполинские перепончатые крылья. Мощнейший порыв ветра снес остатки крыши хрущевки, словно карточный домик, и поднял в воздух облако строительной пыли, смешанной со снегом.

Творение Бездны оторвалось от земли и свечой взмыло в багровые небеса, оставляя внизу разрушенные дворы, перевернутые автомобили и дымящиеся кратеры.

Началось самое экстремальное, смертоносное воздушное родео за всю историю авиации.

Ящер бешено вращался вокруг своей оси, выполнял мертвые петли и срывался в крутое пике, пытаясь избавиться от безбилетного пассажира. Перегрузки достигли таких значений, при которых хрупкий человеческий скелет превратился бы в желе. Ледяной ветер, ревущий на высоте птичьего полета, рвал на Мяснике ткань спортивного костюма, пытаясь оторвать смельчака от чешуйчатой поверхности.

Однако пришелец держался с упрямством гидравлического пресса.

Свободной рукой вцепившись в костяной нарост над глазом чудовища, тактик методично, сантиметр за сантиметром, продвигался вверх. Выдернуть сияющий меч. Шаг. Удар стали между следующими пластинами. Очередной рывок тела. Бессмертный упорно полз к основанию массивной шеи, полностью игнорируя воздушные кульбиты запаниковавшей рептилии.

Культовый «Абибас» семидесятого размера жалобно затрещал по швам, не выдерживая трения о драконью броню, но исполина сейчас волновала исключительно геометрия будущего рубящего удара.

Тем временем далеко внизу, среди заснеженных руин и горящих мусорных баков, разворачивалась наземная операция поддержки.

Ада, тяжело дыша и спотыкаясь о куски раскрошенного асфальта, бежала по проезжей части, неотрывно глядя в багровое небо. За спиной су-шефа, в расстегнутом брезентовом рюкзаке, подпрыгивал Архилич.

Кел-Моран находился в состоянии абсолютного, неконтролируемого тактического экстаза. Костяной маг где-то успел раздобыть настоящий полицейский мегафон – судя по всему, трофей был любезно предоставлен бегущим следом Пашей Кабаном, чьи бойцы оперативно «одолжили» устройство из брошенной патрульной машины.

Некромант зажал пластиковую ручку рупора зубами и орал так, что динамик хрипел, перекрывая гул рушащейся инфраструктуры.

– Левее бери, Страж! Левее! – вещал на всю округу тысячелетний череп, проецируя магический сканер прямо на летящую тушу. Изумрудная аура артефакта мигала в такт словам. – У этой ящерицы смещенный центр тяжести! Анатомия примитивная, но броня толстая! Тебе нужна точка сочленения шейного отдела!

Слова наставника эхом разносились между панельными девятиэтажками, сливаясь с воем автомобильных сигнализаций.

– Третий позвонок! – истошно прохрипел рупор голосом Кеши. – Ищи третий шейный позвонок сверху! Там зазор между спинными гребнями достигает двенадцати сантиметров! Руби точно туда! Это единственная слепая зона его энергетического щита!

Голос Лича, многократно усиленный китайской электроникой, пробился сквозь рев ветра и достиг ушей летящего наездника.

Крид, находившийся в этот момент в свободном падении вместе с совершающим мертвую петлю драконом, мысленно поблагодарил душного костяного аналитика за своевременную подсказку. Бывший генерал мрака совершил последний, отчаянный рывок, подтягиваясь на рукояти меча, и наконец-то оказался на широком, покрытом костяными шипами загривке кайдзю.

Ветер безжалостно хлестал по лицу, пытаясь сбросить наглеца, но широкие армейские берцы намертво, словно влитые, встали на скользкую чешую.

Богатырь нашел взглядом нужную точку. Действительно, между вторым и третьим массивными костяными гребнями зияла крошечная, едва заметная щель в броневом покрове. Уязвимое место, оставленное природой нижних миров для обеспечения подвижности гигантской шеи.

Настало время кульминации.

Воитель глубоко вдохнул разряженный, пахнущий серой воздух. Мощным, плавным движением плечевого пояса мясник выдернул Валирийский Двуручник из плоти чудовища. Сияние клинка вспыхнуло с новой, невыносимой яркостью, затмевая даже светящийся багровый разлом в небесах. Руны на стали запели свою древнюю, смертоносную песню.

Дракон, почувствовав, что паразит перестал держаться за его чешую, издал торжествующий рев и резко заложил вираж, надеясь стряхнуть помеху.

Но гравитация больше не имела власти над палачом.

Исполин выпрямился во весь свой гигантский рост. Черный силуэт воина застыл на фоне разорванного, кровоточащего неба, представляя собой идеальную картину воплощенного возмездия. Руки тактика сомкнулись на длинной крестовине меча. Мышцы вздулись под остатками разодранной водолазки.

Бывший главнокомандующий отвел клинок за спину, аккумулируя в этом движении всю силу, накопленную за тысячелетия непрерывных битв. Взгляд ледяных глаз сузился, фокусируясь исключительно на миллиметровом зазоре между шейными позвонками.

Никакого пафосного крика. Никакой ненависти. Только холодный, кристально чистый расчет профессионального мясника, совершающего идеальную обвалку.

Огромные руки сработали как пружинный механизм катапульты. Синее лезвие со свистом рассекло морозный воздух, слившись в единую, неразличимую глазом сверкающую дугу.

Удар палача был нанесен.

Валирийская сталь, напитанная тысячелетней яростью и синим пламенем, с влажным, тошнотворным хрустом вошла в уязвимую щель между третьим и четвертым шейными позвонками. Встретив на своем пути бронированные хрящи, древний металл даже не замедлил хода.

Удар оказался идеальным. Абсолютная, математически выверенная декапитация.

Толстая шея исполинского ящера была перерублена чисто, словно стебель весеннего одуванчика. В ночное небо ударил густой, обжигающий фонтан черной драконьей крови, мгновенно испаряясь на морозе и оседая на снег ядовитой сажей.

Чудовищная, увенчанная витыми рогами голова с лязгающей пастью отделилась от основного туловища. В желтых глазах поверженного кайдзю застыло выражение глубочайшего, искреннего недоумения. Мозг древней рептилии просто отказывался верить, что тысячелетия доминирования в нижних мирах закончились вот так, от рук хладнокровного повара в спальном районе сибирского мегаполиса.

Обезглавленная многотонная туша, лишившись управления, конвульсивно дернула перепончатыми крыльями и камнем пошла вниз. Следом, кувыркаясь в воздухе и разбрызгивая кипящую магму из перерезанных желез, полетела отчекрыженная головешка.

Бессмертный тактик не стал задерживаться на падающем экспрессе.

За секунду до того, как гора инфернального мяса и чешуи встретилась с землей, Виктор оттолкнулся от обрубка шеи и рыбкой скользнул в морозную пустоту. Пришелец сгруппировался в воздухе, перевернулся и мягко, пружиняще приземлился на дымящийся, искореженный асфальт.

Ровно через мгновение мир содрогнулся.

Падение мертвого дракона вызвало локальный сейсмический катаклизм. Ударная волна с воем прошлась по дворам, выбивая последние уцелевшие стекла. Вверх взвился исполинский гриб из перемешанного со снегом бетона, кирпичной крошки, вырванных с корнем деревьев и пепла.

Багровый разлом в небесах, лишившись поддерживающей его магической константы, жалобно, надрывно скрипнул. Пространство содрогнулось в последний раз. Трещина захлопнулась с глухим хлопком, оставив после себя лишь привычное, затянутое серыми тучами омское небо, с которого медленно начали падать крупные хлопья нормального, земного снега.

Наступила мертвая, звенящая тишина.

Ветер постепенно развеял пылевое облако, обнажив масштабы разрушений. Некогда уютный, обжитый район напоминал полигон после испытания тактического ядерного оружия. Всюду зияли дымящиеся воронки. Смятые в гармошку автомобили валялись на крышах уцелевших киосков. Фасады панельных домов щетинились вырванной арматурой, а магистральная теплотрасса била в небо гейзерами кипятка.

В самом центре этого постапокалиптического пейзажа возвышалась черная, безжизненная гора драконьей чешуи, из которой живописно торчало перебитое крыло.

Сквозь руины, кашляя от едкой пыли и спотыкаясь о куски бетона, к эпицентру битвы спешила разношерстная спасательная команда.

Первой бежала Ада, сжимая в руке бесполезную теперь сковородку. За ней, грациозно перепрыгивая через дымящиеся воронки, спешила Ирэн Гаджа. Замыкали процессию Паша Кабан и его перепачканная сажей бригада официантов. Братва тяжело дышала, сжимая в руках кто монтировку, кто огнетушитель, а кто просто отломанную ножку от ресторанного стула.

Компания замерла на краю гигантского кратера.

Смертные стояли с открытыми ртами, не в силах осмыслить открывшуюся картину. Мертвый кайдзю, занимающий площадь небольшого стадиона, внушал животный трепет даже в обезглавленном виде. Чуть поодаль, уткнувшись обугленной мордой в остатки детской карусели, валялась жуткая рогатая голова.

А прямо перед ними, невозмутимо убирая погасший Валирийский Двуручник в импровизированные ножны из обрывка какого-то кабеля, стоял Крид.

Ветеран выглядел слегка потрепанным, но абсолютно невредимым. Черная водолазка превратилась в живописные лохмотья, обнажив бугры литых мышц, покрытых древними шрамами. Тренировочные штаны «Абибас» зияли дырами, а на лице застыла толстая корка из копоти и пепла.

Бывший генерал мрака методично, с брезгливостью завзятого чистюли, стряхивал с уцелевших рукавов вязкую, быстро густеющую на морозе драконью кровь.

– Шеф… – сипло, с благоговейным ужасом прошептал Кабан, выронив огнетушитель. Красный баллон с лязгом покатился по асфальту. – Это что за… мутант такой таежный? Мы же его до весны не разделаем. Нам бензопилы нужны. Промышленные.

Кел-Моран, высунувшийся из брезентового рюкзака Ады, восторженно заскрипел челюстью.

– Разделка отменяется, крестьяне! – пафосно объявил Архилич, чья изумрудная аура радостно мигала. – Вы присутствуете при историческом событии! Высший хищник низвергнут! Врата закрыты! Мы спасли этот унылый мирок от полного и безоговорочного уничтожения! Требую воздвигнуть памятник!

Ада не слушала болтливый артефакт. Девушка бросилась к напарнику, порывисто обняв каменную спину, не обращая внимания на копоть и кровь.

– Ты живой! – выдохнула повариха, утыкаясь лицом в остатки черной водолазки. – Господи, я думала, он тебя сожрет вместе с этим мечом!

Виктор замер, неловко похлопав су-шефа по плечу. Ледяные глаза воителя медленно обвели панораму разрушенного района.

Взгляд тактика скользнул по горящему трансформатору, пробитой крыше родной хрущевки, смятым гаражам. Затем Крид перевел взор на то место, где еще недавно сияла гордая вывеска «Два Гуся».

Ресторана больше не существовало.

Ударная волна и приземление кайдзю не оставили от заведения камня на камне. На месте уютного зала с накрахмаленными скатертями, новой сверкающей кухни и подвала с морозильными камерами зияла огромная, залитая кипятком и заваленная битым кирпичом яма. От новенькой звезды Мишлен, полученной буквально час назад, осталась лишь добрая память в слезах столичного критика, который, к счастью, успел эвакуироваться вместе с остальными гостями.

Инфраструктура, в которую легализованный мигрант вложил столько сил, времени и кулинарного таланта, была полностью, безоговорочно аннигилирована.

Тысячелетний убийца, не моргнув глазом стиравший с лица земли целые континенты, вдруг почувствовал себя бесконечно неловко. Мужчина виновато, как нашкодивший подросток, разбивший мячом соседское окно, посмотрел на хозяйку заведения.

Ветеран тяжело, искренне вздохнул. В этом вздохе не было ни пафоса победителя, ни ярости берсерка. Только безграничная, пронзительная экзистенциальная тоска человека, которому завтра снова придется вставать по будильнику и решать бытовые проблемы.

– М-да, босс… – абсолютно будничным, безмерно уставшим баритоном произнес Крид, разводя руками. – Кажется, теперь мне точно придется менять работу.

Медленно падающий снег покрывал руины спального района, искрящуюся проводку и остывающую тушу дракона. Камера мысленно отъехала вверх, захватывая в кадр одинокие фигурки людей и возвышающегося над ними гиганта посреди эпического сибирского апокалипсиса.

ИНТЕРЛЮДИЯ: «Снежный десант, эльфийский шелк и суровая сибирская реальность»

Пока внизу, среди панельных многоэтажек, разворачивалась грандиозная битва, а багровый разлом в небесах извергал тонны пепла и магмы, ткань мироздания трещала по швам. Исполинский Черный Дракон, проламываясь сквозь межпространственный барьер, работал как гигантский ледокол. Хтоническая рептилия расширила портал настолько, что по краям пылающей воронки образовались временные слепые зоны – крошечные, нестабильные участки тишины, скрытые от магических радаров сходящим с ума эфиром.

Именно в эти драгоценные секунды, пока внимание Виктора было приковано к огнедышащей пасти, а Архилич истошно вопил в украденный полицейский мегафон, в Омск скользнули незваные гости.

Это не было случайным совпадением. Ищейка, будучи гениальным тактиком Бездны, никогда не складывала все яйца в одну корзину. Дракон служил идеальной, шумной и разрушительной ширмой. А вот настоящими инструментами ликвидации должны были стать они.

Сквозь угасающее багровое свечение, бесшумно, словно капли чернил, падающие в стакан с водой, на заснеженную крышу соседней уцелевшей девятиэтажки высадился элитный десант.

Пять диверсионных отрядов. Пять совершенно разных, веками враждовавших между собой, но объединенных единой целью народов темных эльфов. Высшие хищники подземных царств, мастера скрытности и ядов, отправленные за головой тысячелетнего беглеца.

Первыми на покрытый толстым слоем ледяного наста рубероид ступили жрицы из клана Ночного Ветра. Высокие, грациозные воительницы с кожей цвета полированного обсидиана и пепельно-белыми волосами, заплетенными в сложные косы. Матриархи культа двигались с надменной уверенностью королев, облаченные в изящные, сотканные из зачарованного паучьего шелка доспехи.

Следом за высокомерными девами из портала вынырнули Пепельные Сталкеры. Это были суровые, покрытые ритуальными шрамами мужчины из пустынных племен нижних миров. Их серые, мускулистые тела прикрывали лишь набедренные повязки и перекрестия ремней с метательными ножами. Сталкеры мгновенно рассредоточились по периметру крыши, беря под прицел ржавые телевизионные антенны и вентиляционные шахты.

Третий отряд, Племя Кровавого Шипа, состоял из гибких, андрогинных убийц обоих полов. Кожа этих созданий отливала ядовитым фиолетовым оттенком, а в руках тускло поблескивали кривые отравленные клинки. Убийцы двигались так низко к земле, что напоминали скорее хищных рептилий, чем гуманоидов.

Четвертыми на бетонные плиты беззвучно опустились Исказители Плоти – мрачные, закутанные в бесформенные балахоны маги-полукровки, чьи лица скрывались за костяными масками. И, наконец, замыкали процессию Тени Глубин – юркие, малорослые разведчики, состоящие из девушек и юношей диких окраинных племен, чьи тела покрывала густая татуировка, поглощающая свет.

Высадка прошла безупречно. Идеальная синхронизация, ни единого шороха. Профессионалы Бездны готовились нанести смертоносный удар в спину уставшему Стражу.

Но затем случилось страшное.

Эльфийский десант, привыкший к теплому, влажному воздуху подземных пещер и согревающему дыханию магматических рек, столкнулся с главным боссом этого региона. На крышу девятиэтажки обрушился порывистый, безжалостный сибирский ветер, несущий с собой температуру в минус двадцать пять градусов.

Матриарх клана Ночного Ветра, прекрасная и смертоносная Лирариэль, гордо выпрямилась, собираясь отдать приказ о начале охоты… и внезапно издала странный, жалобный звук.

Изящные доспехи из паучьего шелка, прекрасно защищающие от вражеских стрел, оказались абсолютно бесполезны против русской зимы. Ткань мгновенно заледенела. Кожа цвета обсидиана покрылась гусиной кожей размером с хороший град, а пепельно-белые волосы встали колом, превратившись в хрупкие сосульки.

Суровые мужчины из Пепельных Сталкеров, щеголявшие голыми торсами, дружно посинели. Их грозные ритуальные шрамы съежились. Один из разведчиков попытался эффектно выхватить отравленный кинжал, но его окоченевшие пальцы просто не смогли разжаться, намертво прилипнув к ледяной металлической рукояти.

– Какой первобытный холод… – стуча зубами так громко, что это грозило сорвать всю маскировку, прошипел предводитель Сталкеров, обхватывая себя мускулистыми руками. – Эта магия… она высасывает тепло прямо из костей!

– Сохранять строй! – попыталась гаркнуть Лирариэль, но ее аристократичный голос сорвался на жалкий, осипший писк. Жрица судорожно куталась в прозрачный плащ, который хрустел на ветру, как дешевый целлофан. – Мы – элита нижних миров! Мы убьем беглеца, заберем награду и вернемся в наши теплые залы! Смотрите! Дракон уже начал атаку! Сейчас ящер ослабит нашу цель!

Дрожащие от лютого сибирского мороза диверсанты подползли к краю крыши, стараясь не приморозить носы к промерзшему парапету. Пятьдесят пар светящихся в темноте глаз устремились вниз, на площадь, ожидая увидеть, как исполинский кайдзю растерзает одинокую человеческую фигурку.

Элита темных эльфов приготовилась наблюдать за эпичной битвой на истощение.

Именно в этот момент бессмертный воин, игнорируя законы физики, взмыл в воздух, приземлился на морду чудовищу и вонзил Валирийский Двуручник между чешуйками.

Эльфы затаили дыхание. Когда же Виктор, балансируя на летящем ящере, выхватил сияющий клинок и одним небрежным, математически выверенным взмахом снес древнему созданию голову, на крыше девятиэтажки повисла мертвая, звенящая тишина.

Даже стук зубов прекратился. Пепельные Сталкеры забыли, как дышать. Убийцы из Кровавого Шипа в ужасе выронили свои отравленные кинжалы, которые с глухим звоном попадали в глубокий снег.

Диверсанты смотрели, как многотонная туша их величайшего союзника рухнула на пустырь, поднимая гриб из пыли, а палач изящно приземлился на асфальт, брезгливо стряхивая кровь с остатков спортивного костюма. Беглец даже не запыхался.

Магический разлом в небесах с мерзким чавкающим звуком захлопнулся. Путь назад был отрезан.

Лирариэль медленно, очень медленно перевела расширенный от первобытного ужаса взгляд на своих соратников. В глазах некогда высокомерной и безжалостной жрицы плескалась абсолютная, концентрированная паника.

– Он… он отрубил голову Пожирателю Миров, – одними губами прошептал командир Сталкеров, с ужасом глядя на свои бесполезные метательные ножики. – Одним ударом. Как фермер рубит капусту.

– И мы должны были напасть на него из засады? – истерично всхлипнул юный разведчик из Теней Глубин, кутаясь в тонкую накидку. – Да он нас нашинкует и даже не заметит!

Темные эльфы снова посмотрели вниз. Там, среди руин, гигант с Двуручником спокойно обсуждал с какой-то человеческой женщиной и летающим светящимся черепом планы на вечер, сетуя на испорченную инфраструктуру и налоги. Монстр, уничтоживший их легионы, стоял прямо под ними, живой, здоровый и вооруженный легендарным клинком.

– Слушайте мой приказ… – прохрипела Матриарх, окончательно забыв о межклановых распрях и гордости. Ее била крупная, неконтролируемая дрожь, то ли от ужаса, то ли от минус двадцати пяти по Цельсию. – Операция по ликвидации отменяется. Приоритет меняется на просто выживание.

Предводительница клана Ночного Ветра воровато оглянулась на чердачную дверь, ведущую в теплое, пахнущее кошками и сыростью нутро подъезда.

– Прячем оружие. Убираем ауры. Если этот мясник заметит нас, мы станем следующим блюдом в его меню, – Лирариэль шмыгнула посиневшим аристократическим носом. – Наша первостепенная задача: проникнуть в эти бетонные пещеры, найти источник тепла и добыть толстые шкуры местных зверей.

– А дальше? – стуча зубами, спросил один из Исказителей Плоти. – Что мы будем делать в этом ледяном аду без магии и связи с домом?

Матриарх бросила последний, полный отчаяния взгляд на сибирский пейзаж, руины ресторана и стоящего внизу Виктора. Элитная убийца тяжело вздохнула, смиряясь с жестокой реальностью чужого мира.

– Будем делать то же, что и он, – обреченно констатировала эльфийка. – Придется ассимилироваться. Искать подземелья, учить местный диалект и… пытаться найти легальную работу. Иначе мы здесь просто замерзнем насмерть.

Пять отрядов величайших убийц Бездны, втянув головы в плечи и смешно перебирая окоченевшими ногами, гуськом, стараясь не шуметь, потянулись к ржавой чердачной двери. Легендарный омский андеграунд готовился принять новую, весьма специфическую партию бесправных трудовых мигрантов, готовых на всё ради теплого пуховика и порции горячей еды.

Конец первого тома.