Текст книги "Призови меня с собой (СИ)"

Автор книги: Сим Симович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 29 страниц)

– Поднять драконов? Активировать ловушки с кислотой? Выпустить Стражей Праха? – робко подал голос Визирь, готовясь исполнять приказ.

Морок бросил взгляд на сводную таблицу расходов. Бюджет некрополя трещал по швам. Одна только реставрация обсидиановых врат обойдется в годовой запас некро-энергии. А если выпустить элитных Стражей… этот ненормальный бродяга просто переломает им позвоночники голыми руками, а девчонка пустит костяной мозг на соус.

Древний колдун медленно поднялся из-за стола. Шелковый балахон зашуршал в абсолютной тишине кабинета.

Глава 17

Двери неожиданно распахнулись…

Единственный маршрут к парящей над озером кислоты цитадели выглядел как злая архитектурная шутка.

Переправа представляла собой жутковатую, нестабильную гирлянду. Исполинские, отбеленные ядовитыми ветрами позвонки неизвестного доисторического змея плотно примыкали друг к другу. Костяные диски размером с фермерский фургон намертво скреплялись толстыми пучками окаменевших сухожилий и ржавыми якорными цепями. Никаких перил. Никаких стальных тросов или спасительных ограждений. Конструкция угрожающе раскачивалась под порывами ледяного сквозняка, издавая протяжный, жалобный скрип.

Внизу, в сотнях футов под ногами, бешено бурлил ядовито-зеленый бульон. Токсичные испарения лениво поднимались вверх, разъедая слизистую носа и заставляя слезиться глаза. Одно неверное движение – и падение в радиоактивную кислоту гарантировано.

– Шикарный дизайн, – мрачно оценила сибирячка.

Девушка осторожно попробовала ближайший позвонок носком кроссовка. Кость противно пружинила, покрытая липким слоем токсичного конденсата.

– У нас в Омске по весне дороги тоже не сахар. Но там дорожники хотя бы песком посыпают. А местный дед-бюрократ явно экономил на смете. Никакого соблюдения техники безопасности. Если я навернусь, Виктор, завещаю тебе свою метеоритную сковородку. Только пауков на ней не жарь.

Крид проигнорировал сарказм. Ветеран молча ступил на раскачивающуюся дорогу. Тяжелые латные сапоги гулко, уверенно застучали по древнему хребту. Равновесие гигант держал безупречно, словно всю жизнь прослужил на палубе пиратского брига во время жестокого шторма.

Кухарка тяжело вздохнула. Повариха плотнее перехватила лямки пространственного баула и послушно потащилась следом. Передвигаться приходилось короткими, дергаными шажками, стараясь лишний раз не смотреть в булькающую бездну.

Тихая, напряженная прогулка закончилась ровно на трети маршрута.

Древние охранные контуры цитадели работали безупречно. Стоило чужакам пересечь невидимую границу безопасности над рвом, как архитектура некрополя мгновенно отреагировала на незаконное вторжение.

На острых обсидиановых шпилях башни, пронзающих низкие тучи, синхронно вспыхнули яркие, пульсирующие сигнальные маяки. Только вместо обычного пламени там разгорались ядовито-зеленые сгустки концентрированной некротической энергии. Над ущельем прокатился низкий, вибрирующий стон тысяч замученных душ, заменяющий здесь вой сирены. Сигнал бил прямо по нервам, вызывая острую зубную боль.

Архилич уловил присутствие живой, теплой плоти на своей территории.

Массивные, покрытые ржавыми шипами створки главных ворот дрогнули. С оглушительным скрежетом, от которого заложило уши, металл медленно пополз в стороны, открывая темный, пропитанный тысячелетней смертью зев крепости.

На узкий мост плотным, чеканным строем вывалилась элитная таможенная служба.

Никакой дешевой пушечной кости вроде рассыпающихся скелетов в лохмотьях, которых обычно поднимают бездарные деревенские некроманты. Навстречу нарушителям неслась тяжелая, глубоко модернизированная пехота. Четырехрукие големы. Трехметровые махины, спаянные темной магией из самых крепких берцовых костей троллей и жестко проклепанные воронеными стальными пластинами.

В каждой из четырех конечностей твари сжимали длинные ржавые алебарды. Оружие выглядело паршиво, но бритвенная заточка не вызывала сомнений. Пустые глазницы големов полыхали фанатичным зеленым светом. Костяной батальон перестроился в глухую фалангу, полностью перекрывая ширину прохода, и перешел на тяжелый бег, сотрясая мост.

– Таможенный контроль, – сухо констатировал наемник.

Бродяга не стал тратить время на оценку сил противника или придумывать хитрые тактические маневры. Ширина переправы исключала любые обходные пути. Для подобных прямолинейных ситуаций у ветерана имелся только один рабочий алгоритм. Режим бронированного ледокола на максимальной мощности.

Правая рука привычно ушла за спину. Короткий, злой лязг – и колоссальный валирийский двуручник покинул ножны.

Убийца тяжело разбежался прямо по скрипящим позвонкам, навстречу ощетинившемуся лезвиями строю. Мечник не уклонялся. Мужчина просто врезался в первую шеренгу големов, как сорвавшийся с тормозов товарный состав в кирпичную стену.

Удар двуручника пришелся сбоку, снося разом троих четырехруких скелетов. Кости разлетелись в труху, зачарованное железо лопнуло с сухим треском. Свист клинка. Влажный, сочный хруст пробиваемой брони. Следующий голем лишился сразу всех верхних конечностей и половины туловища.

Гигант двигался с пугающей, механической монотонностью. Никакой усталости, никаких лишних движений. Рубануть наотмашь. Проломить череп латным сапогом. Оттолкнуть кусок костяка плечом. Меч летал со скоростью турбины, превращая элитную стражу Башни Костей в мелкий суповой набор. Ржавые алебарды бессильно лязгали по толстой броне, высекая снопы искр, но не оставляя даже глубоких царапин.

Ада семенила следом по расчищенному фарватеру. Кулинар совершенно не собиралась отсиживаться в тылу в качестве бесполезного балласта, дрожащего от страха. Страх перегорел еще в Море Пепла.

Девушка уже давно извлекла из магического баула свою любимую, тяжеленную метеоритную сковородку. Бывший работник пищеблока двигалась за широкой спиной защитника, обеспечивая надежное прикрытие тылов.

Иногда могучие удары великана не добивали нежить окончательно. Отрубленные, но всё еще ползущие на некротической тяге черепа пытались клацать гнилыми зубами, норовя вцепиться в кроссовки. Оторванные руки скребли по позвонкам, пытаясь достать теплую кровь. Тут в дело немедленно вступала сибирячка.

Девушка ловко перехватывала чугунную ручку двумя руками. С размаху, как заправский игрок в гольф, впечатывала черное дно в подползающую мерзость.

Хрясь. Звон. Осколки черепа улетают в пропасть, растворяясь в кислоте с тихим шипением.

– Куда лезешь без очереди! – бодро рявкала девчонка, расплющивая очередную зубастую башку в костную муку. – Санитарный день! Учет! Свободная касса, ублюдки! Давай, Витя, сметай их активнее, мне тут грязь разводят! Соблюдаем чистоту на рабочем месте!

Симбиоз работал безупречно. Дуболом прорубал широкую кровавую просеку, а злая кухарка с чугуном поддерживала идеальный порядок. За спиной парочки оставалась только аккуратная, ровная дорожка из перемолотой костной пыли.

Резня големов продолжалась недолго. Бродяга пробил почти половину заслона, не сбив дыхания. Но грохот ломающихся костей, визг стали и бодрые маты сибирячки наделали слишком много шума. Локальный наземный конфликт привлек внимание сил быстрого реагирования. Башня Костей не собиралась сдаваться без боя. Местная авиация получила приказ на экстренный взлет.

Сквозь вой сигнализации прорвался новый звук. Леденящий душу, вибрирующий мертвый рев. От этого крика костный мозг мгновенно превращался в ледяную крошку, а инстинкты вопили о неминуемой смерти. Воздух над каньоном стал плотным и тяжелым.

Свинцовый небесный свод внезапно потемнел. Сквозь ядовито-зеленые, клубящиеся тучи вынырнули две исполинские тени.

Эскадрилья мертвых кайдзю вышла на перехват. Костяные Драконы. Высшая авиация Архилича, гордость некрополя.

Левиафаны представляли собой жуткое, апокалиптичное зрелище. Уродливые, циклопические махины, полностью лишенные плоти. Твари, чей размах крыльев в несколько раз превышал ширину самого моста. Вместо чешуи и перепонок между длинными пальцами крыльев болтались гнилые, истлевшие лохмотья кожи, напоминающие рваные пиратские знамена.

Глубоко внутри пустых, массивных грудных клеток, между исполинскими ребрами, слепяще полыхало концентрированное некротическое пламя. Грязный, зеленый огонь питал мертвые машины для убийства, придавая им бесконечную энергию.

Драконы с ревом заложили крутой вираж над кислотным озером. Монстры синхронно вышли на боевой курс, пикируя прямо на беззащитных путников.

– Твою дивизию! – заорала Ада, рефлекторно приседая и прикрывая голову сковородкой. – Воздушная тревога! Витя, они сейчас нам мост оторвут к чертовой матери!

Первый кайдзю даже не стал тратить время на сближение. Ведущий ящер на ходу распахнул исполинскую костяную пасть. В глубине бездонной мертвой глотки закрутилась, стремительно уплотняясь, спираль ядовито-зеленого пламени.

Воздушный хищник готовился выплюнуть струю некротического напалма. Заряд, способный превратить плоть и сталь в горстку радиоактивного пепла за жалкие доли секунды.

Ядовито-зеленое пламя с оглушительным, утробным гулом вырвалось из распахнутой костяной глотки.

Струя концентрированной некромантии и радиации ударила вниз, стирая всё на своем пути. Воздух над ущельем мгновенно раскалился до температуры плавильной печи. Токсичный напалм сжигал сам кислород, превращая пространство в ревущий изумрудный ад. Бежать было некуда. Узкий мост из древних позвонков не предполагал путей к отступлению или укрытий.

Ветеран действовал исключительно на тысячелетних рефлексах.

Угрюмый мечник даже не попытался отпрыгнуть. Закованные в сталь руки перехватили рукоять колоссального двуручника. Гигант с размаху, вкладывая в удар всю массу тяжелого тела, всадил валирийский клинок прямо в костяной настил моста. Широкое лезвие со скрежетом пробило многовековую кость на добрый метр в глубину, намертво зафиксировавшись в древнем позвонке. Оружие превратилось в надежный стальной волнорез.

Следом бродяга схватил растерявшуюся сибирячку за шиворот куртки. Грубым, безжалостным рывком швырнул девчонку на грязный костяной пол, прямо за торчащим мечом. И мгновенно рухнул сверху, полностью накрыв хрупкую человеческую фигуру своим исполинским, бронированным телом.

Волна зеленого огня накрыла переправу.

Ада крепко, до боли зажмурилась, инстинктивно свернувшись в позу эмбриона под тяжестью наемника. Жар оказался невыносимым. Казалось, металл кухонной сковородки, прижатой к груди, сейчас расплавится и потечет сквозь пальцы. Дышать стало абсолютно нечем.

Но страшнее удушья были звуки.

Девчонка отчетливо слышала, как шипит и лопается кожа на открытых участках шеи и затылка её защитника. Как концентрированная кислотная магия проедает мышцы до самых костей, превращая живую плоть в обугленные шкварки. Бессмертный воин не издал ни единого звука. Ни стона, ни хрипа. Дуболом просто лежал монолитной, неподвижной глыбой, принимая весь чудовищный урон на себя.

А затем в дело вступило проклятие. Сквозь рев пламени прорвался мерзкий, влажный чавкающий звук. Клетки регенерировали с пугающей скоростью. Обожженные ткани восстанавливались, нарастали поверх голых костей, чтобы секунду спустя снова попасть под уничтожающий огонь.

Шквал некротического напалма иссяк так же резко, как и начался. Ведущий дракон с ревом пронесся над мостом, уходя на новый круг.

Убийца медленно, с тяжелым скрипом суставов поднялся на ноги.

От темной брони валил густой, едкий дым. Плащ на спине выгорел подчистую, оставив лишь жалкие, тлеющие лохмотья. Кожа на левой половине лица мечника представляла собой жуткое месиво из свежих, багровых шрамов и стремительно затягивающихся ожогов, но вымороженные ледяные глаза оставались абсолютно спокойными.

– Жива? – сухо каркнул странник, не оборачиваясь к подопечной. Голосовые связки гиганта всё еще восстанавливались после химического ожога.

– Твою мать, Витя… – сипло выдохнула кухарка, с трудом отдирая себя от липкого костяного пола. Коленки предательски тряслись. – Ты пахнешь, как забытый на плите шашлык из дешевой забегаловки.

– Сочту за комплимент, – глухо отозвался защитник.

Расслабляться было рано. Эскадрилья мертвых кайдзю завершила разворот над озером кислоты. Левиафаны снова заходили на боевой курс. Только на этот раз твари изменили тактику. Вместо площадного выжигания монстры решили действовать наверняка. Первый ящер спикировал почти к самой переправе, разинув исполинскую пасть и готовясь просто слизать наглых нарушителей с моста.

Ждать повторного поджаривания бродяга не собирался.

Широкая ладонь крепко перехватила рукоять двуручника, торчащего из пола. Резкий рывок – и валирийская сталь с хрустом покинула пробитый позвонок.

Машина для убийств не стала принимать оборонительную стойку. Вместо этого великан отступил на полшага назад. Развернул массивный корпус вполоборота. Отвел правую руку с зажатым тесаком далеко за спину, уподобляясь древнему метателю копья.

Мышцы под тяжелыми латами вздулись буграми. Бронированные сапоги с такой чудовищной, первобытной дурью вжались в костяной настил, что древний позвонок под ногами жалобно треснул, пустив во все стороны глубокие паутины разломов.

Наемник аккумулировал всю кинетическую энергию своего тяжеленного тела. Сила пошла от каменных икр, через разворот широченного торса, прямо в плечо.

– Пошел, – процедил воин.

Рука выстрелила вперед.

Колоссальный кусок валирийской стали весом с небольшую наковальню сорвался с латной перчатки. Двуручник взмыл в зеленое небо со звуком, напоминающим выстрел из корабельного рельсотрона. Воздух вокруг летящего лезвия уплотнился и пошел рябью от запредельной скорости.

Зенитный снаряд нашел свою цель безошибочно.

Меч вошел точно между пустых глазниц пикирующего левиафана. Удар оказался настолько сокрушительным, что тяжелая сталь пробила лобную кость насквозь, прошила череп и с хрустом вышла через затылок, унося с собой ядовито-зеленую искру некротического ядра.

Дракон буквально напоролся на собственный импульс. Тварь дернулась в воздухе, словно наткнувшись на невидимую бетонную стену.

Оглушительный треск разорвал свинцовые небеса. Лишенный магической подпитки, монстр мгновенно рассыпался в полете. Эскадрилья потеряла ведущего. Вместо грозного кайдзю на бурлящее озеро кислоты обрушился хаотичный, жалкий дождь из гнилых ребер, трухлявых крыльев и обломков гигантского черепа. Кислота радостно зашипела, переваривая останки.

– Ни хрена себе подача… – благоговейно прошептала Ада, прикрывая рот ладонью. – Тебе бы в бейсбол играть. Цены бы не было.

Но восхищаться спортивными достижениями напарника времени не осталось. Ведомый дракон, лишившись собрата, впал в состояние абсолютной, слепой некротической ярости.

Вторая махина проигнорировала бомбометание. Монстр тяжело рухнул прямо на подвесной мост.

Переправа заходила ходуном. Костяные диски жалобно застонали, грозя оборвать удерживающие цепи. Огромные когти ящера впились в позвонки, кроша их в пыль. Левиафан сложил рваные знамена крыльев и с леденящим душу рыком бросился вперед. Без магии, без огня. Только тонны костей, движимые первобытным желанием раскусить наглого смертного пополам.

Бессмертный остался без главного калибра. Меч улетел вслед за первым драконом.

Однако отступать убийца даже не подумал. Воин мрачно, исподлобья смотрел на надвигающуюся стену из мертвых костей. Широко расставил ноги, принимая максимально устойчивую позицию на раскачивающемся полу.

Мертвый кайдзю сделал последний рывок. Гигантская пасть, усеянная рядами бритвенно-острых зубов размером с хороший кухонный нож, распахнулась, готовясь сомкнуться на торсе человека.

Глухой, металлический лязг.

Крид не стал уклоняться. Наемник просто выбросил обе руки вперед. Закованные в сталь ладони с нечеловеческой, пугающей точностью встретили летящую смерть. Правая рукавица намертво вцепилась в верхнюю челюсть монстра. Левая – стальной хваткой зафиксировала нижнюю.

Инерция многотонной твари толкнула бродягу назад. Шипованные сапоги заскрежетали по костяному полу, оставляя две глубокие борозды, но гигант устоял.

Дракон бешено забил хвостом, пытаясь продавить сопротивление, но руки ветерана превратились в монолитные стальные балки.

Странник коротко, зло выдохнул. Мужчина резко сместил центр тяжести. Уперся правым сапогом прямо в носовую кость гигантского черепа, создавая идеальный рычаг.

А затем просто потянул челюсти в разные стороны.

Мышцы бессмертного взбугрились так, что кожаные ремни на доспехах опасно затрещали. Под сводами каньона раздался оглушительный, тошнотворный звук рвущейся магии и ломающейся кости.

Дракон завизжал.

Дуболом напрягся сильнее, вкладывая в движение всю свою тысячелетнюю ненависть к местной фауне. Суставы левиафана не выдержали. С оглушительным, пушечным треском череп ящера разорвался пополам.

Зеленое пламя в груди монстра мигнуло и окончательно погасло.

Убийца брезгливо отшвырнул оторванную нижнюю челюсть в сторону. Затем презрительным, мощным пинком латного сапога отправил безжизненную, рассыпающуюся тушу прямо в бездонный разлом. Останки громоздко кувыркнулись через край моста и исчезли в ядовитом тумане.

Переправа снова погрузилась в относительную тишину, нарушаемую лишь бульканьем кислоты глубоко внизу.

Великан невозмутимо отряхнул бронированные перчатки от костной пыли. Задрал голову, глядя в свинцовое небо. Выждал ровно три секунды.

Со свистом рассекаемого воздуха колоссальный валирийский двуручник рухнул вниз. Клинок идеально, с сочным стуком вонзился в костяной пол точно в полуметре от сапогов владельца.

Бродяга лениво выдернул оружие, осмотрел лезвие на предмет зазубрин и плавно забросил заспинные ножны.

– Ну вот, – бодро констатировала Ада, поправляя лямки баула и деловито обмахиваясь сковородкой. – Воздушное пространство зачищено. Можно смело идти требовать книгу жалоб.

– Идем, – глухо отозвался странник, направляясь к распахнутым обсидиановым вратам цитадели. – Местный хозяин нас заждался.

Глава 18

Стотонные врата из черной, поглощающей свет стали нависали над путниками монолитной, глухой стеной.

Поверхность металла покрывала густая вязь защитных рун. Магические символы мерцали тусклым ядовито-зеленым светом, обещая мучительную смерть любому, кто осмелится коснуться древней преграды без специального приглашения. Архитектура цитадели прямо кричала о том, что гостей здесь не ждут, а парадный вход рассчитан на прямое попадание осадной артиллерии.

Ада остановилась в паре метров от створок. Девушка сдвинула на затылок капюшон, тяжело дыша после марш-броска по подвесному мосту.

– Ну и как мы будем вскрывать эту консервную банку? – хрипло поинтересовалась сибирячка, вытирая пот со лба перепачканным рукавом. – Я, конечно, могу постучать сковородкой, но боюсь, местный звонок сломался еще до ледникового периода. У тебя есть какая-нибудь волшебная отмычка? Или будем искать заднюю дверь для персонала?

Бессмертный убийца даже не удостоил монолитную преграду внимательным взглядом.

Искать замочные скважины, читать хитрые заклинания взлома или ковыряться в древних механизмах – удел изящных воров и утонченных магов. Бродяга не относился ни к первым, ни ко вторым. Для решения логистических проблем у ветерана имелся универсальный, проверенный тысячелетиями ключ. Грубая, концентрированная кинетическая энергия.

Мечник сделал два неспешных шага назад. Прикинул центр тяжести колоссальной конструкции.

Затем гигант просто перенес вес на левую ногу, а правую резко, без всякого замаха или театральной подготовки, впечатал прямо в стык бронированных створок.

Удар латного сапога прозвучал как детонация порохового склада.

Магия древних рун обиженно взвизгнула и лопнула, рассыпавшись бесполезными зелеными искрами. Стотонные стальные плиты, способные выдержать таран дракона, жалобно, надсадно застонали. Кованые петли размером с человеческое туловище с оглушительным скрежетом вырвало из базальтовых пазов вместе с кусками каменной кладки.

Врата не просто открылись. Чудовищная сила удара выбила обе створки из проема. Исполинские куски черной стали, кувыркаясь в воздухе, словно пустые картонные коробки, с грохотом ввалились внутрь крепости. Ударная волна подняла густое облако многовековой серой пыли, сметая всё на своем пути.

Наемник отряхнул сапог от каменной крошки и первым шагнул в образовавшийся пролом. Кухарка, нервно сглотнув, поспешила за широкой, надежной спиной.

Путники оказались в главном тронном зале некрополя.

Помещение подавляло своими размерами и абсолютным, вымораживающим душу холодом. Температура здесь была такой низкой, что дыхание мгновенно превращалось в облачка густого белого пара, а на стенах искрился иней. Высокие колонны из черного мрамора уходили в теряющийся во мраке свод. Вдоль стен неподвижными, жуткими изваяниями застыли десятки тяжелых костяных големов, но стража не спешила атаковать. Местные охранники ждали приказа своего хозяина.

В самом центре колоссального зала, на возвышении из черного стекла, располагался трон. Кресло правителя было искусно, с маниакальной педантичностью сплавлено из тысяч человеческих черепов.

На троне восседал Владыка Смерти. Архилич Кел-Моран.

В отличие от рассыпающихся скелетов низшей нежити, высший некромант выглядел пугающе величественно. Это была идеально сохранившаяся, иссушенная магией мумия. Кожу, натянутую на острые скулы, покрывала вязь золотых татуировок. На плечах тысячелетнего мага покоились истлевшие, но всё еще роскошные одежды из золотой парчи и тяжелого пурпурного бархата.

В пустых глазницах Архилича ровным, холодным светом полыхало изумрудное пламя абсолютного интеллекта. Кел-Моран не двигался, лишь тонкие, унизанные перстнями костяные пальцы ритмично постукивали по подлокотникам из черепов.

Рядом с троном, на алтаре из цельного куска метеорита, покоилась главная цель визита. Массивный Черный Гримуар. Фолиант, переплетенный в плотную, потемневшую от времени человеческую кожу. Книга слегка пульсировала, источая густые волны темной энергии, словно живое, дышащее существо.

Путники остановились в двадцати шагах от алтаря. Пыль от выбитых дверей медленно оседала на полированный базальтовый пол.

Тишина в зале стояла такая, что было слышно, как бьется сердце сибирячки.

Ветеран сделал то, чего от него меньше всего ожидали. Вместо того чтобы броситься в атаку или достать оружие, великан плавно завел правую руку за спину. Короткий щелчок – и колоссальный валирийский двуручник надежно зафиксировался в ножнах.

Бродяга поднял пустую, закованную в сталь ладонь вверх, демонстрируя отсутствие агрессивных намерений. Дипломатия в Бездне – штука редкая, но иногда она здорово экономила время и калории.

– Приветствую, Хозяин Праха, – сухой, ровный бас наемника эхом прокатился по вымороженному залу. Голос звучал без грамма пиетета, страха или угрозы. Обычный деловой тон человека, пришедшего на склад за нужной деталью.

Изумрудное пламя в глазницах некроманта слегка дрогнуло. Кел-Моран замер, ожидая продолжения. Вторжение дикарей, переломавших его элитную стражу и высадивших парадные двери, никак не вязалось с этой внезапной попыткой мирных переговоров.

– Мне не нужна твоя цитадель. Не нужна армия, власть над мертвецами или сокровища в подвалах, – чеканя каждое слово, продолжил странник. – Я не собираюсь очищать этот мир от скверны или нести свет. У меня чисто логистический интерес.

Мужчина небрежно кивнул в сторону пульсирующего на алтаре фолианта.

– Мне нужна лишь одна страница из твоей книги. Формула Пространственного Разрыва. Вырви нужный лист, отдай нам, и мы уйдем той же дорогой. Никто никого не убивает. Твоя недвижимость и твои слуги остаются в целости и сохранности. Идеальная сделка. Соглашайся.

Архилич Кел-Моран застыл.

Тысячелетние интриги, управление величайшим некрополем Бездны, сделки с владыками демонов и поглощение душ целых королевств – ничто в этом колоссальном опыте не готовило его к подобному раскладу. Изумрудное пламя в его глазницах на мгновение мигнуло, словно от перепада напряжения в магической сети цитадели.

Древний разум мертвеца завис, пытаясь переварить услышанное. Эти двое смертных, пробившиеся сквозь три уровня элитной обороны и превратившие в щебень его лучшие статические и летающие активы, стояли здесь и предлагали… коммерческую сделку? Бартер?

Кел-Моран, Владыка Смерти, которого боялись короли и демоны, чувствовал, как рушится его тщательно выстроенный, стерильный мир некротической бюрократии. Прагматизм дуболома в закопченных латах оскорблял саму суть его темного величия. А тишина в зале, нарушаемая лишь капанием тающего инея с его собственного трона, становилась просто неприличной.

Тут из-за широкой, дымящейся спины ветерана робко высунулась рыжая, перемазанная сажей и костной пылью макушка.

Ада поняла, что момент для переговоров затягивается, а ее защитник, при всей своей брутальной харизме, в дипломатию умеет не больше, чем его метеоритная сковородка – в квантовую физику. Нужно было срочно закрепить успех мирной инициативы и добавить в этот пафосный склеп немного теплого, лампового омского уюта.

Сибирячка решительно вышла из тени Крида, поправляя лямки пространственного баула. Девушка уперла руки в бока и посмотрела прямо в горящие изумрудом глазницы мумии с видом администратора столовой, обнаружившего просрочку в мясном цеху.

– Добрый день, уважаемый Кел-Моран, – звонко, с ноткой делового оптимизма произнесла кухарка. – Вы уж извините нас за испорченные двери. Мы постучали, правда, но нам никто не открыл. А мой друг, Виктор, он парень прямой, ждать не любит. У него, знаете ли, аллергия на закрытые двери и элитную нежить.

Повариха сделала пару шагов вперед, игнорируя угрожающее рычание костяных големов вдоль стен.

– Нам, правда, от вашей бухгалтерии только одна страничка нужна. Пространственный Разрыв. У нас срочный заказ, мы опаздываем на смену, и нам кровь из носу нужно в Омск попасть. Мы ее быстренько отксерокопируем, отсканируем и сразу же свалим! Книгу трогать не будем, страницы рвать тоже. Я даже могу ее ламинировать, если хотите, – у меня в бауле есть пленка.

Ада сделала паузу, оценивая реакцию лича. Мумия сидела неподвижно, но костяные пальцы перестали постукивать по подлокотнику трона, застыв в воздухе. Это был добрый знак.

– А в качестве компенсации за моральный ущерб и потраченные амортизационные расходы на стражу, – сибирячка доверительно подмигнула некроманту, – я вам оставлю уникальный, секретный рецепт настоящего наваристого борща! С чесночком, с салом, с фасолью. У нас в «Двух гусях» на него очередь за месяц занимают. Вы уж извините за прямоту, мистер Лич, но выглядите вы как-то… не очень. Слишком бледный, худоватый, кожа да кости. Хороший, горячий борщик вам точно не помешает. Жизнь заиграет новыми красками, честное слово! Будете сиять, как новая монета!

Ада замолчала, сияя радушием. Она была твердо уверена, что против такого мощного гастрономического козыря не устоит ни одно зло во Вселенной.

Архилич Кел-Моран медленно поднялся с трона из черепов.

Тысячелетние золотые лохмотья зашуршали, когда Владыка Тлена распрямился во весь свой исполинский рост. Изумрудное пламя в его глазницах не просто вспыхнуло – оно взорвалось, заливая весь зал ослепительным, ядовитым сиянием.

Этому существу, чье имя вычеркивали из летописей от ужаса, повелителю легионов проклятых и знатоку запретной магии вечности… только что предложили… суп.

Свекольный суп. С чесноком и салом. И критику его внешнего вида.

Тишина, воцарившаяся в зале, стала материальной, тяжелой и смертельно опасной. Это была тишина перед взрывом сверхновой.

Владыка Смерти издал звук, от которого зазвенели все хрустальные люстры в радиусе мили, а костяные големы вдоль стен синхронно рухнули на колени, кроша базальтовый пол. Это был не крик и не рык. Это был визг абсолютной, чистой, рафинированной ярости. Визг, ломающий саму реальность.

– С-У-У-У-У-П⁈ – телепатический голос Архилича ударил по мозгам смертных, словно кувалдой, вызывая острую зубную боль и кровотечение из носа. – МНЕ⁈ МНЕ, КЕЛ-МОРАНУ, ВЛАДЫКЕ ТЫСЯЧИ ТЛЕННЫХ МИРОВ, КОТОРОМУ ПОКЛОНЯЛИСЬ ЦЕЛЫЕ КОНТИНЕНТЫ, КТО ПОЖИРАЛ ДУШИ ВЕЛИКИХ МАГОВ КАК ЗАКУСКУ… ПРЕДЛАГАЮТ СВЕКОЛЬНЫЙ СУП⁈

Магия вокруг мумии закрутилась в ревущий, неконтролируемый торнадо. Некротическая энергия, концентрированная смерть и чистый Хаос сплелись в изумрудный смерч под самый свод зала. Иней на стенах мгновенно испарился, превратившись в ядовитый туман.

– Ваши жалкие, ничтожные смертные души будут вечно питать мои филактерии! – визжал некромант, его истлевшие одежды бешено развевались на магическом ветру. – Я лично выпотрошу вас обоих, сожру ваши страхи, а вашу плоть превращу в вонючий гной, который будут жрать мои самые нищие упыри! Вы станете удобрением для моих грибных ферм в самых глубоких катакомбах! Рецепт борща⁈ Я научу вас рецепту абсолютного отчаяния! УМРИТЕ!

Наемник тяжело, обреченно вздохнул.

Ветеран, переживший тысячи битв, падение сотен цитаделей и бесконечное количество истерик пафосных магов, не испытывал ни капли страха. Только глубокое, томительное разочарование. Всё-таки дипломатия в Бездне – это пустая трата времени. Дуболомы с алебардами были намного понятнее и честнее. С ними не нужно было договариваться, их нужно было просто бить. А этот дедушка в золотых тряпках слишком много орал.

Странник сделал шаг вперед, загораживая онемевшую от такого бурного приема сибирячку.

– Громко орёшь, Хозяин Праха, – сухо констатировал убийца. – Голова болит.

Глухой, металлический лязг – и колоссальный валирийский двуручник снова покинул ножны. Меч хищно блеснул в изумрудном свете магического шторма.

– Я пытался по-хорошему, – пробасил гигант, его ледяные глаза убийцы изучали пульсирующее торнадо некроманта, ища уязвимые точки. – Страницу не отдал. Двери сломал. Теперь придется ломать тебя. Чисто логистическая необходимость.

Мужчина небрежно толкнул ошеломленную Аду в плечо, направляя ее в сторону массивной мраморной колонны.

– Спрячься за мосол. И держи сковородку наготове. Если этот шумный старик закидает меня своей магией, будешь добивать.

Архилич Кел-Моран, взбешенный этой будничной, деловой реакцией на его величайший гнев, выкинул вперед костяную руку.

Некротический смерч послушно подчинился воле хозяина.

С пронзительным, режущим уши свистом из торнадо вырвался целый шквал копий, сотканных из чистой, концентрированной темной энергии. Сотни изумрудных стрел, способных растворить плоть и сталь в радиоактивный пепел за жалкие доли секунды, обрушились на одинокую фигуру в закопченных латах.