Текст книги "Призови меня с собой (СИ)"

Автор книги: Сим Симович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 29 страниц)

Глава 14

Черный левиафан вынырнул из густого, пропитанного копотью тумана и тяжело заложил крутой вираж. Исполинские кожистые крылья с пугающим гулом рассекли стылый воздух Бездны, гася скорость.

Внизу расстилалось мертвое каменистое плато, щедро засыпанное толстым слоем серого вулканического пепла. Пейзаж напоминал выпотрошенную луну, на которой забыли выключить гравитацию. Никаких руин, никаких признаков былой цивилизации – только голые, иззубренные скалы, торчащие из земли, словно гнилые зубы огромного чудовища.

Ящер с оглушительным скрежетом выпустил когти, пропахал глубокие борозды в каменной породе и наконец замер, тяжело дыша. Из ноздрей зверя валил густой, едкий дым, пахнущий серой и паленой медью.

Высадка прошла без малейшего пафоса.

Крид легко, с текучей, совершенно нечеловеческой для своих габаритов грацией соскользнул с бронированной шеи дракона. Тяжелые кованые сапоги мягко, почти беззвучно впечатались в пепел. Наемник даже не покачнулся, идеально погасив инерцию полета. Закопченный плащ тяжело опустился на широкие плечи.

Ада спускаться красиво не стала. Лимит ее везения и физических сил закончился еще на сотом этаже корпоративного небоскреба.

Девчонка просто отпустила сведенными судорогой пальцами драконью чешую и мешком скатилась вниз. Если бы ветеран не успел машинально подставить бронированную руку, кухарка гарантированно пересчитала бы ребрами местные камни.

Ноги сибирячки абсолютно не держали. Адреналиновый барьер, позволявший ей швырять подносы в зомби и хамить тысячелетним энергетическим вампирам, рухнул с оглушительным треском. Тело поняло, что непосредственная угроза миновала, и тут же выставило счет за перегрузки.

Девушку начала бить крупная, неконтролируемая дрожь. Зубы выбивали мелкую барабанную дробь. Бывший работник общепита рухнула на колени прямо в серую пыль. Из перехваченных спазмом легких вырвался жесткий, сиплый кашель – сказались впитанный пепел, дым и ледяной ветер во время полета.

Странник не стал тратить время на пустые утешения. Бродяга просто подошел к морде тяжело дышащего ящера. Бессмертный коротко, ободряюще хлопнул левиафана латной перчаткой по шипастой морде. Без слов, просто констатация факта: контракт выполнен, транспорт свободен.

Черный хищник Бездны глухо, согласно рыкнул, обдав людей облаком горячего пара. Мощный толчок задних лап, взмах исполинских крыльев – и зверь мгновенно растворился в клубящейся тьме, оставив после себя лишь запах озона и вихрь поднятого пепла.

Оставшись в одиночестве, гигант привычно перешел в режим автономного выживания.

Найти безопасное место. Организовать укрытие. Обеспечить тепло. Рутина, вбитая в подкорку тысячелетиями бесконечных войн на руинах сотен миров. Мечник быстро оценил обстановку, выбрал небольшое углубление между двумя монолитными скалами, надежно укрытое от пронизывающего ледяного сквозняка.

В углу нашлась куча трухлявого валежника – останки древнего окаменелого леса, давно сожранного радиацией. Короткий чирк кресалом по стали, горсть сухой пыли, и вот уже в темноте весело заплясали оранжевые языки небольшого, но жаркого костерка.

Обычно именно в этот момент наступала фаза кухонной суеты.

По заведенной, абсурдной традиции мертвых миров, рыжая напарница должна была громко вздохнуть, отряхнуть колени и начать греметь инвентарем. Раскрыть свой волшебный бездонный баул, вытащить метеоритную сковородку, начать резать мясо и без умолку болтать. Жаловаться на жесткие условия, вспоминать омские цены на овощи, травить байки про сумасшедшего шеф-повара и отпускать саркастичные комментарии в адрес окружающей хтони.

«Радио Омск» всегда работало без перебоев, заполняя мертвую пустоту Бездны живым, теплым человеческим шумом.

Но сейчас радио молчало.

Надежно заткнулось. Эфир был пуст.

Ада не потянулась к рюкзаку. Девушка просто доползла до костра и тяжело осела на холодный, плоский камень. Обхватила тонкие колени перепачканными в саже руками, притянула их к груди и сжалась в крошечный комок.

Кулинар смотрела прямо в пляшущее пламя, но взгляд был абсолютно стеклянным, вымороженным и пустым. Ни единого слова. Ни одной дежурной шутки про отсутствие нормальной соли или плохую погоду. Даже дрожь немного унялась, сменившись жутковатым, безжизненным оцепенением.

Ветеран сел напротив, подкинул в огонь сухую ветку.

Для тысячелетнего убийцы, пережившего падение империй, эта внезапная, глухая тишина оказалась хуже воя плазменных мутантов. Монстра можно зарубить двуручником. Проблему можно решить физической силой или древней магией. А вот сломанный человеческий дух починить грубым ударом невозможно.

Изгнанник слишком хорошо знал этот пустой взгляд. Так смотрят новобранцы после первой мясорубки, когда осознают, что война – это не красивые баллады, а оторванные конечности и кровь в грязи. И сейчас этот взгляд был у девчонки, которая вообще не должна была оказаться на войне.

Мужчина молча отцепил от пояса помятую армейскую флягу. Скрутил крышку и протянул емкость через костер.

Жест не требовал пояснений. Просто вода. Базовая потребность.

Ада медленно, словно нехотя, отмерла. Взяла флягу дрожащими пальцами. Сделала один маленький, судорожный глоток. Потом второй, жадно проталкивая ледяную воду в пересохшее горло. Вернула флягу.

И плотину наконец прорвало.

Никакой громкой истерики. Никаких театральных рыданий, битья кулаками о землю или криков в небеса. Девушка заговорила тихо, надломленно, глядя прямо на тлеющие угли.

– Я так устала, Виктор. – Голос сибирячки скрипел, как несмазанная дверная петля. – До чертиков устала.

Она шмыгнула носом, не пытаясь вытереть грязные щеки.

– Я ведь честно пыталась. Пыталась быть смелой, держаться бодрячком. Шутить про всякие кастрюли, про жареных драконов и некачественный чугун. Просто чтобы самой кукухой не поехать от всего этого сюрреализма. Чтобы сделать вид, что всё под контролем. Что это просто такая очень странная, дерьмовая смена на работе.

Рыжая коса безвольно упала на плечо.

– Но я ведь не герой, Витя. Я не воительница из фэнтези. Я просто повар. Обычная кухарка из Сибири. И мне страшно. Мне так страшно, что постоянно тошнит. Эти твари в офисе… эти светящиеся ублюдки…

Голос предательски дрогнул.

– Они обещали мне дом. Понимаешь? Просто открыть долбаную дверь, чтобы я шагнула в свой Омск. И я поверила. Как полная, конченая дура, развесила уши и поверила. Знаешь почему? Потому что я больше всего на свете сейчас хочу именно туда. В свою тесную, ободранную однушку на окраине. К вечно орущему матом шеф-повару. К грязному снегу и нормальному, скучному, серому небу.

По перепачканному сажей и кровью лицу покатились беззвучные слезы, оставляя светлые дорожки на грязной коже.

– Я больше не вывожу этот ваш конец света. У меня кончился запас прочности. Просто всё. Край.

Тихие, отчаянные слова повисли над костром, смешиваясь с треском сухих веток. Исповедь человека, которого Бездна окончательно сломала об колено, лишив последней надежды.

Бессмертный не умел утешать. Гладить по голове, шептать сладкую, успокаивающую ложь про то, что всё обязательно наладится – совершенно не его профиль. За тысячи лет бесконечной резни бродяга разучился быть мягким. Эмпатия атрофировалась за ненадобностью, покрывшись толстым слоем цинизма и прагматики.

Вместо пустых, бессмысленных слов наемник просто сидел неподвижно. Ветеран смотрел на плачущую девчонку сквозь пляшущие оранжевые языки пламени.

Искалеченный вечностью разум гиганта представлял собой глухую черную дыру. Память зияла абсолютной пустотой. Имен, лиц родных или названия собственного родного города там не осталось. Но тело помнило. Древняя мышечная память хранила глухую, фантомную боль от потери дома. Эту тяжелую, свинцовую тяжесть под ребрами, когда осознаешь, что возвращаться больше некуда.

Тихие слезы кухарки резали по огрубевшим нервам хуже валирийской стали.

Угрюмый мечник не был альтруистом. Однако девчонка слишком прочно вписалась в бесконечный, серый цикл выживания. Ее профессиональная стряпня возвращала вкус к реальности. Нелепая, суетливая болтовня надежно заглушала давящий шепот Бездны. Бросить сибирячку здесь, позволить психике сломаться и сгнить в пепле – означало снова остаться в звенящем одиночестве.

Вместо дежурных соболезнований в голове убийцы со скрипом начали проворачиваться тяжелые шестеренки. Тактический компьютер запустил анализ ситуации.

Ветеран принялся лихорадочно перебирать обрывки старых легенд. Слухи из грязных портовых таверн мертвых миров. Стратегические данные забытых магических войн. Бродяга жестко просчитывал сломанную, извращенную физику Бездны, пытаясь найти сугубо логистическое решение проблемы. Правило работало безотказно: если захлопнулась стальная дверь, значит, где-то спрятана отмычка.

Тишина затянулась. Слышался только уютный треск сухих веток да приглушенные всхлипы.

Наконец, бессмертный шевельнулся. Дуболом подхватил с земли толстую трухлявую палку, небрежно сломал древесину пополам и бросил обломки в костер. Яркие искры взметнулись в серое небо. Мужчина выпрямил спину и посмотрел прямо в заплаканные голубые глаза.

– Пиявки лгали, – сухо, без всяких предисловий разорвал тишину бас наемника. – Лгали о своих истинных намерениях. Нагло врали о том, что у них есть готовый, настроенный портал в кармане.

Ада вздрогнула от резкого звука. Обхватила тонкие колени еще крепче, словно защищаясь от очередного удара.

– Но корпоративные твари не врали о самой концепции, – жестко продолжил гигант, пригвождая девчонку к месту уверенным тоном. – Двери между измерениями реально существуют. Это упрямый физический факт.

Ветеран указал закованным в сталь пальцем на окружающие черные скалы, тонущие в тумане.

– Бездна – это просто вселенская свалка. Глобальная сливная яма для мертвой материи. Сюда падает то, что окончательно отжило свой срок. Но фундаментальная структура мироздания работает в обе стороны. Если существует труба, по которой космический мусор летит вниз, значит, по этой же шахте можно подняться наверх.

Девушка резко перестала всхлипывать. Затаила дыхание, боясь спугнуть спасительную мысль.

– Твой мир пока жив, – буднично констатировал мечник. – Омск, Земля, как бы там ни называлась твоя реальность – она до сих пор функционирует. А значит, оставляет мощный энергетический след в пространстве. Если знать правильный магический код и точные координаты, можно пробить разлом. Жестко вскрыть Бездну изнутри. Билет домой возможен, Ада. Это не дешевая сказка для наивных дураков.

В пустых, воспаленных от слез глазах сибирячки внезапно мелькнуло нечто живое. Робкая, отчаянная, почти безумная надежда пробилась сквозь толщу отчаяния. Девчонка громко шмыгнула носом, пытаясь осознать масштаб заявления.

– Правда? – сиплым, дрожащим шепотом переспросила кулинар.

Повариха поспешно, размазывая сажу по щекам, вытерла грязное лицо рукавом куртки. Слабая, нервная улыбка тронула потрескавшиеся губы. Врожденный прагматизм начал стремительно брать верх над истерикой.

– И что конкретно для этого нужно сделать? – Ада нервно хохотнула, шмыгая покрасневшим носом. – Снова сгонять на тот проклятый подземный рынок? Найти зеленокожего барыгу покрупнее и купить у троллей волшебный компас? Или навигатор для мультивселенной со встроенной картой Земли?

Крид абсолютно серьезно покачал головой. Ни тени ответной улыбки на суровом, иссеченном шрамами лице.

Бродяга тяжело вздохнул. Привычным жестом поправил толстую кожаную перевязь с исполинским двуручником, проверяя баланс тяжелого оружия за спиной.

– Нет, – ледяным, деловым тоном отрезал бессмертный. – Тролли торгуют исключительно примитивным мусором. Нам нужны формулы Пространственного Разрыва. Это высшая, запретная магия перехода. Подобные ценные знания не валяются на грязных базарных прилавках.

Наемник скрестил руки на широкой груди, словно зачитывая четкий план на утренней планерке перед кровавым штурмом вражеской крепости.

– Такие сложные пространственные манускрипты способны удержать в памяти только Архиличи. Высшая форма нежити. Древние, фанатичные некроманты, добровольно сбросившие оковы слабой плоти ради постижения чистой, концентрированной магии.

Ветеран кивнул подбородком куда-то в сторону бесконечного серого горизонта.

– В паре дней жесткого, форсированного перехода отсюда есть старый, заброшенный некрополь. Целый древний город мертвых. Нам придется туда пойти. Спуститься в самые глубокие катакомбы. Упокоить одного такого тысячелетнего мертвеца и просто вырвать из его Черного Гримуара нужные чары. Делов-то.

У Ады отвисла челюсть. Глаза снова стали размером с чайные блюдца.

Девушка в немом шоке смотрела на абсолютно невозмутимого, спокойного как танк гиганта. Пыталась переварить только что озвученную логистику. Защитный механизм сибирской психики, окончательно доведенный до ручки градусом абсурда происходящего, просто громко щелкнул и ушел в экстренную перезагрузку.

Повариха громко, истерично выдохнула. Серая тоска в голубых глазах стремительно испарилась, уступив место прежнему, упрямому и злому огню.

– Убить древнего колдуна нежити… – по слогам, невероятно медленно произнесла сибирячка, нервно массируя виски пальцами. – Спуститься в проклятый город мертвых. Ради обратного билета до Омска. Господи Иисусе.

Девчонка всплеснула руками, глядя на невозмутимого убийцу с откровенным, искренним восхищением, щедро смешанным с диким раздражением.

– Виктор, с вами даже поплакать нормально нельзя! – возмутилась кухарка, всплеснув руками. – Я тут сижу, драму развожу, душу изливаю, прощаюсь с жизнью, а вы мне на полном серьезе предлагаете рейд на Архилича! У вас вообще есть в арсенале квесты без приставки «абсолютно самоубийственные»⁈

Крид лишь равнодушно пожал закованными в сталь плечами. Бездне совершенно плевать на человеческую драму. Бездне всегда нужен только конкретный результат.

Бывший работник ресторана «Два гуся» обреченно покачала головой. Тяжело вздохнула, признавая безоговорочное поражение перед железобетонной, прямолинейной логикой напарника.

Девушка решительно придвинула к себе пространственный баул из бордовой кожи мантикоры. Ловко щелкнула шелковыми шнурками. Из магического нутра с громким, успокаивающим лязгом появилась тяжеленная метеоритная сковородка. Следом на серые камни легла дубовая разделочная доска и набор сверкающих валирийских ножей.

– Ладно. Черный Гримуар так Черный Гримуар. Главное, чтобы там рецепты из человечины не писали, – деловито отрезала кулинар, привычно закатывая грязные рукава куртки. – Но на пустой желудок я на некромантов точно не пойду. И вам категорически не советую. Сначала – нормальный ужин! Доставайте сапфировое мясо из запасов, ваше брутальное сиятельство. У нас впереди слишком долгая дорога.

Бесперебойное радио «Омск» наконец-то снова вышло в эфир.

Чугунная метеоритная сковородка с глухим, солидным стуком опустилась на импровизированную печку из плоских камней. Огонь под ней тут же радостно загудел, облизывая черный матовый металл.

Ада деловито засучила рукава грязной куртки, окончательно пряча слезы и панику куда-то на задворки сознания. Кухня не терпит истерик. Кухня требует жесткой дисциплины, даже если вместо идеальной нержавейки вокруг раскинулась радиоактивная пустошь, а в качестве вытяжки работает ледяной ветер Бездны.

– Давай сюда синюю ящерицу, – скомандовала сибирячка, щелкнув длинными кухонными щипцами. Звук получился хлестким, как удар кнута дрессировщика. – И специи достань. Те, что в деревянной шкатулке с кривой руной. Только не перепутай с толченым корнем, иначе мы с тобой после ужина сами светиться начнем.

Бессмертный убийца, способный голыми руками ломать хребты демонам, покорно вздохнул. Наемник послушно полез длинной рукой в изящный бордовый баул. Пространственная магия мягко чавкнула, отдавая припасы. На дубовую доску лег здоровенный, сочащийся ультрамариновой кровью кусок сапфирового дракона.

– Нарежь, – ткнула щипцами в сторону мяса кухарка. – Только давай без вот этого твоего солдатского варварства. Мне нужны аккуратные медальоны. Тонкие. Чтобы прожарились быстро. Нам еще древнего деда-некроманта грабить, тяжесть в желудке ни к чему.

Ветеран молча потянул из-за спины свой колоссальный валирийский двуручник.

– Стоять! – рявкнула девушка так громко, что гигант рефлекторно замер. – Ты издеваешься⁈ Убью! Только попробуй коснуться моей еды этой грязной рельсой, которой ты час назад зомби по голове бил!

Крид медленно, с легким недоумением во взгляде моргнул. Перевел глаза на свой легендарный клинок, разрубавший драконью чешую как бумагу.

– Температура горения драконьего жира убьет любые бактерии, – попытался включить прагматичную логику бродяга. – А сталь чистая. Я стряхнул пепел.

– Я сейчас тебе этот пепел за шиворот стряхну, – угрожающе прищурилась бывший работник омского общепита, потрясая валирийским шеф-ножом. – Антисанитария на рабочем месте! Держи нормальный инструмент. И чтобы медальоны были ровно по полтора сантиметра. Напортачишь с толщиной – лишу порции.

Гигант с сомнением принял изящный, легкий поварской клинок. В огромной ладони в латной перчатке нож смотрелся как игрушечная зубочистка. Мужчина тяжело вздохнул, смиряясь с тиранией шеф-повара, и склонился над доской.

Началась ювелирная работа. Огромный воин, привыкший рубить врагов с плеча, невероятно аккуратно, кончиками пальцев придерживал светящееся мясо. Лезвие замелькало с пугающей скоростью. Вжик, вжик, вжик. Идеально ровные куски ложились на доску, как на параде.

– Ух ты, – искренне восхитилась Ада, заглядывая через широкое плечо напарника. – Слушай, Витя. Если мы выберемся в Омск, я тебя к нам в «Два гуся» по блату пристрою. В мясной цех. Будешь заготовщиком. Зарплата так себе, зато кормежка бесплатная и график два через два.

– Два через два? – глухо переспросил изгнанник, не отрываясь от шинковки. – Это количество выживших после смены?

– Это выходные, дуболом, – рассмеялась девчонка, ловко перехватывая нарезанные куски. – Хотя, учитывая характер нашего администратора Зинаиды, твоя версия звучит логичнее.

Раскаленный чугун громко зашипел, принимая парную плоть. Воздух мгновенно наполнился густым, плотным ароматом жареного мяса, перебивая въедливый запах серы и пепла. Девушка виртуозно посыпала скворчащие медальоны инопланетными травами, колдуя над сковородой с сосредоточенностью алхимика.

Крид сел на камень поближе к огню. Ветеран смотрел, как рыжие волосы девчонки блестят в свете пламени. Страх и отчаяние исчезли с ее перемазанного сажей лица, уступив место привычной, уютной сосредоточенности.

– Расскажи про этого Архилича, – попросила кулинар, переворачивая щипцами золотистые куски. Жир весело брызнул на угли. – К чему готовиться? Это такой скелет в балахоне с косой?

– Хуже, – сухо ответил наемник, подставляя озябшие руки к костру. – Кости давно сгнили. Это концентрированный сгусток темной магии, запертый в бронированном саркофаге. Фанатик, помешанный на власти и коллекционировании чужих душ.

– О, понятно, – понимающе кивнула Ада. – Типичный налоговый инспектор. У нас в ресторане один такой проверку устраивал. Тоже душный, бледный и всё время пытался вытянуть из шефа жизненную энергию. Мы ему тогда паленую накладную подсунули. Как думаешь, с Архиличем такой фокус прокатит?

Уголок губ бессмертного дрогнул в подобии улыбки.

– Если в накладной будет указана передача права собственности на его Черный Гримуар – возможно. Но я предпочитаю метод прямого физического убеждения.

– Значит, снова будешь раздавать лещи? – хмыкнула сибирячка, снимая готовую порцию на чистую доску.

– Только если он откажется понимать слова.

Девушка ловко подцепила самый сочный, покрытый хрустящей пряной корочкой кусок и протянула его на кончике ножа прямо напарнику. Тот аккуратно взял мясо двумя пальцами. Откусил.

Идеальный баланс специй, соли и живого, дикого вкуса мгновенно примирил древнего убийцу с реальностью. Ради такой стряпни действительно стоило лезть в проклятый некрополь и потрошить тысячелетних мертвецов.

– Ну как? – Ада с замиранием сердца ждала вердикта, вытирая руки о штаны.

Бродяга задумчиво прожевал. Проглотил. Серьезно посмотрел на рыжую кухарку.

– Если твоя Зинаида откажется брать меня в мясной цех, – скрипучим басом произнес гигант, – я просто разрублю ваш ресторан пополам. Готовь еще. Мы идем за билетом.

Глава 15

Утро в мертвом мире – это просто когда черный туман меняется на серый. Солнце здесь не работало в принципе. Но для повара из Омска новая смена начиналась по расписанию, даже если вместо плиты вокруг только радиоактивный пепел.

Ада суетилась у костра. Сибирячка нарезала остатки драконьего филе тонкими полосками, щедро натирала их солью и острым перцем, а потом вешала вялиться над дымом. Сухпаек – штука критическая. Готовые, жесткие как подошва, но невероятно сытные куски мяса летели прямиком в бордовый магический баул.

Крид сидел неподалеку. Ветеран методично, с пугающим упорством точил свой здоровенный двуручник о кусок плоского гранита. Вжик. Вжик. Вжик. Звук противно резал по нервам, но бродяга даже не моргал, глядя в пустоту.

– Всё, еда готова, – девушка вытерла грязные руки о штаны и пнула ногой мелкий камень. – Хватит дней на пять, если не жрать от пуза. А теперь колись, куда премся? У твоего деда-некроманта адрес есть? Или будем просто бродить по туману и стучать в каждую могилу, пока нам злой скелет не откроет?

Мечник перестал точить клинок. Провел большим пальцем в латной перчатке по лезвию, проверяя заточку.

– Тут нет адресов, – глухо ответил наемник, убирая тесак в заспинные ножны. – Бездна – это свалка. Земля постоянно двигается, куски чужих миров наезжают друг на друга. Карты бесполезны. Нам нужен местный барыга. Тот, кто продает слухи и чужие секреты. Придется спуститься на самое дно.

– Ага, можно подумать, до этого мы гуляли исключительно по Рублевке, – саркастично фыркнула кухарка, закидывая рюкзак на плечи. – Куда топаем?

– В «Ржавую Каверну», – бросил великан, шагнув в серую мглу. – Не отставай. Местные могут прирезать просто за то, что ты слишком громко дышишь.

Спуск занял несколько часов. Каменистое плато резко оборвалось гигантским кратером. На самом дне этой ямы валялся колоссальный остов старого космического крейсера. Кусок забытой высокотехнологичной цивилизации, который гнил тут уже целую вечность.

Прямо в распоротом брюхе звездолета лепился поселок. Настоящий рай для всяких отбросов, беглых убийц и маргиналов из мертвых миров. Вместо домов – ржавые контейнеры и куски обшивки. Под ногами хлюпала токсичная жижа цвета бензина. Воняло дешевым пойлом, немытыми телами и горелым пластиком.

Девчонка натянула капюшон поглубже, стараясь дышать через рот. Из темных щелей на путников пялились недружелюбные, голодные глаза. Местная шпана явно прикидывала, можно ли их ограбить, но, оценив габариты шагающего впереди дуболома, благоразумно оставалась в тени.

Путь завершился у кривой стальной плиты, заменявшей дверь. Сверху тускло мигала вывеска, намалеванная чем-то бурым, подозрительно похожим на запекшуюся кровь: «Рваная глотка».

– Пришли, – коротко предупредил защитник, останавливаясь. – Ничему не удивляйся. Ни с кем не болтай. Начнется драка – падай на пол и ползи к выходу. Я сам найду.

Ветеран просто вышиб стальную створку мощным пинком. Тяжелая дверь со скрежетом отлетела в сторону и врезалась в стену.

Таверна оказалась бывшим ремонтным ангаром. Дым от дрянного курева стоял такой плотный, что хоть топор вешай. Внутри бухала, орала и играла в кости самая разношерстная публика Бездны. Киборги-орки с ржавыми протезами, бледные гули, рогатые демоны-дезертиры. Обычный злачный притон на краю вселенной.

Гвалт оборвался мгновенно, стоило тяжелому сапогу бессмертного переступить порог.

Смех стих. Замерли стаканы в грязных руках. Драка в дальнем углу остановилась на стадии занесенного кулака. Сотня разномастных чудовищ синхронно повернула морды к входу.

Бродяга не доставал оружие, не кричал. Мужчина просто стоял, лениво обводя притихший зал вымороженным взглядом. Но его тяжелая, свинцовая аура хищника, пережившего тысячи смертей, накрыла бар как бетонная плита. Местные нутром чуяли – зашел тот, кто стоит на самом верху пищевой цепи.

Ада нервно сглотнула, прячась за широкой спиной напарника. Сибирячка чувствовала себя пухлой домашней овечкой, которую матерый волкодав зачем-то притащил в стаю диких, вечно голодных шакалов.

– Стой здесь, – процедил сквозь зубы убийца.

Наемник тяжелым шагом двинулся сквозь зал. Толпа поспешно, стараясь не делать резких движений, вжималась в столы, освобождая проход гиганту.

Цель обнаружилась в дальней VIP-кабинке, отгороженной ржавой сеткой. Там развалился Информатор – шестирукий бледный гуль в щегольском кожаном плаще. Перед барыгой стоял стакан с ядовито-зеленым пойлом. Сзади нависали двое телохранителей – здоровенные лысые тролли со встроенными в руки пулеметами.

Странник подошел вплотную к столику. Охранники угрожающе зарычали, но стрелять без приказа не спешили.

Торговец секретами поднял черные глаза, растягивая тонкие губы в наглой ухмылке. Гуль привык к суровым клиентам и чувствовал себя в безопасности.

– Архилич, – буднично, без здрасьте и до свидания, пробасил ветеран. – Владелец Черного Гримуара. Нужны координаты. Прямо сейчас.

Шестирукий гуль откинулся на спинку дивана. Мутант щелкнул длинными желтыми ногтями, разглядывая исполина с ленивой насмешкой. В этом баре барыга чувствовал себя королем.

– Гримуар? – скрипуче хохотнул торговец, отпивая зеленое пойло. – Губа не дура, здоровяк. Только такие адреса нынче кусаются. Ценник конский. У тебя бабла не хватит даже на направление пальцем.

Информатор скосил черные глаза. Взгляд ублюдка мазнул по замершему залу и безошибочно остановился на Аде, жмущейся к входу. Тонкие губы барыги растянулись в сальной, неприятной ухмылке.

– Хотя, знаешь… – гуль облизнулся раздвоенным языком. – За красивые глаза не работаю, но вот за ту рыжую соску у дверей – вполне. Свежее мясо нынче в жестком дефиците. Оставляешь девку мне, а я рисую тебе маршрут. По рукам?

Ветеран даже не моргнул. На суровом лице не дернулся ни один мускул. Никаких пафосных угроз. Никаких криков про поруганную честь.

Просто короткое, смазанное движение.

Глаз смертного не успел бы ничего зафиксировать. Огромный охотничий кинжал скользнул из ножен на поясе наемника быстрее мысли. Раздался глухой, сочный хруст. Широкое лезвие насквозь пробило левую верхнюю кисть мутанта, намертво пригвоздив ее к металлической столешнице.

Гуль еще даже не осознал боль, как ситуация стремительно ухудшилась.

Телохранитель справа дернулся. Тролль взревел и попытался вскинуть руку со встроенным пулеметом. Бродяга не стал доставать меч. Гигант просто сделал неуловимый шаг в сторону и выбросил вперед левый кулак. Латная перчатка с тошнотворным треском впечаталась в челюсть охранника.

Нижняя часть морды тролля просто свернулась набок. Трехметровая туша рухнула на грязный пол, сметя пару пустых бочек, и вырубилась наглухо. Второй охранник благоразумно вжался в стену, решив, что зарплата не стоит сломанных костей.

Торговец наконец понял, что произошло. Бар огласил пронзительный, визгливый вой. Мутант задергал прибитой рукой, щедро заливая поднос с кристаллами черной кровью.

Изгнанник лениво оперся обеими руками на стол, нависая над воющим барыгой. Лицо убийцы оказалось в паре сантиметров от дергающейся морды информатора.

– Это предоплата, – буднично, без малейшей злобы произнес мечник. Разговорный, спокойный тон пугал хуже любого рыка. – Будешь тянуть время – начну отрезать лишнее. У тебя еще целых пять рук. Рисуй. Быстро.

Спесь с барыги слетела моментально. Оставшимися пятью руками гуль судорожно нашарил на столе кусок какого-то грязного, засаленного брезента. Схватил кусок мела. Трясущимися пальцами начал лихорадочно чертить кривые линии и руны, задыхаясь от боли и ужаса.

– Вы психи… Вы конченые психи! – истерично всхлипывал продавец секретов, размазывая кровь по карте. – Море Пепла… Башня Костей… Вот координаты! Но оттуда никто не возвращается! Понял⁈ Архилич вас на ремни пустит! Вы там сдохнете!

Дуболом молча пробежался взглядом по нарисованному маршруту. Запомнил ориентиры. Коротко, жестко выдернул кинжал из стола.

Гуль взвыл с новой силой, баюкая пробитую конечность.

Ветеран брезгливо вытер окровавленное лезвие прямо о щегольской кожаный плащ информатора. Убрал оружие в ножны. Затем сунул руку в карман и небрежно бросил на залитый черной жижей стол мелкий, тусклый кристалл души. Осколок зазвенел, ударившись о стаканы.

– На бинты. За моральный ущерб, – сухо бросил наемник.

Развернувшись на каблуках, бродяга тяжелым шагом направился к выходу. Бар по-прежнему хранил абсолютную, звенящую тишину. Сотня отъявленных головорезов Бездны затаила дыхание, боясь даже случайно встретиться взглядом с мрачным великаном.

Ада стояла у двери, прижав руки к груди. Сибирячка была бледной, но глаза горели чистым одобрением. Кулинар прекрасно слышала предложение про «свежее мясо» и оценила дипломатический подход напарника на десять баллов из десяти.

– Идем, – коротко кивнул спаситель, проходя мимо девчонки в дверной проем. – У нас есть маршрут.

Бывший работник общепита поспешно выскользнула следом. Тяжелая стальная створка таверны с лязгом захлопнулась, навсегда отрезая путников от густого смрада «Рваной глотки».

Впереди ждало Море Пепла и некрополь. Дорога домой обещала быть паршивой, но теперь они хотя бы знали, в какую сторону шагать.

Ржавая Каверна выдохнула только спустя десять минут после того, как тяжелая стальная створка таверны с лязгом захлопнулась за странной парочкой.

Воздух внутри «Рваной глотки» всё еще казался густым, словно застывший холодец. Никто не спешил возвращаться к прерванным мордобоям, игре в кости или недопитому мутному пойлу. Местная публика, состоящая из отпетых головорезов, дезертиров и конченых маньяков, сидела тихо, боясь спугнуть остатки звенящей, парализующей тишины.

Гнетущую паузу нарушал только сдавленный, жалкий скулеж Информатора. Шестирукий барыга раскачивался на диване, баюкая пробитую насквозь кисть, и размазывал черную кровь по щегольскому кожаному плащу. Рядом, пуская пузыри из напрочь свернутой челюсти, валялся в глубокой отключке трехметровый телохранитель-тролль.

За барной стойкой жалобно скрипнули гнилые половицы. Хозяин заведения, старый одноглазый орк по кличке Круг, медленно протер грязный стакан засаленной тряпкой. Трактирщик видел всякое. Пережил три локальных конца света и десяток криминальных войн. Но короткий визит исполина с валирийским двуручником заставил зеленокожего вспотеть так, что грязная рубашка намертво прилипла к горбатой спине.