Текст книги "Текущая реальность (СИ)"

Автор книги: Сергей Зеленин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 30 (всего у книги 46 страниц)

Я даже стал сомневаться, что уфимскому заводу вообще удастся выпустить пятнадцать тысяч автомобильных дизелей, что стоит у него в годовом плане. Но есть надежда, что «окно» будет частично закрыто поставками GMC-4-72 мощью в 110 лошадей из-за океана.

Ну, пока суд да дело, Ярославский автомобильный завод выпустил первую сотню пятитонок Я-7 с 90-ти сильными «танковыми» двигателями ГАЗ-26, производство которых восстановлено в Ленинграде.

С двигателем от «лёгкого и устаревшего» (а также с однодисковым главным фрикционом сухого трения и пятиступенчатой коробкой переключения передач, от него же) забегал и советский «Студеббекер»…

Или, советская «Прага»?

Ну, в общем какая-то их помесь.

Скорость проектирования этого чуда отечественного автопрома «шарашкой», созданной на базе ликвидированного НАТИ, объясняется не только угрозой повторной децимации… Но и использованием уже готовых и хорошо освоенных промышленостью узлов. Например, кроме двигателя, сцепления и КПП, вся задняя часть – почти без изменений серийный ЗИС-6.

По сути, конструкторам осталось запилить только раздатку с понижающей передачей, передний мост и кабину характерного – как у послевоенной чешской «Праги», дизайна.

Даже идею ШРУСа – «кулачково-дискового шарнира» и, то можно сказать – я им подсказал-подарил!

После проведённых в темпе испытаний, на которых вылезли многочисленные, но не имеющие принципиального значения дефекты, группа конструкторов была отправлена в Куйбышевскую область, где близ станции Безымянка с августа 1940-го года – ударными темпами строится «Завод № 295». «В «реальной» истории, там переводили добро в говно – выпуская штурмовики Ил-2.

В «текущей реальности» там будут выпускаться трёхосные полноприводные грузовики грузоподъёмностью от 2,5 до 3,5 тонн, тягачи и специальные машины на их базе. Рассматривается вопрос и об выпуске этих же грузовиков на недостроенном авиазаводе «№ 381» близ Нижнего Тагила и думаю, он будет решён положительно.

Что ещё?

«Просветлённая оптика» считай уже у нас в кармане, как и броня легированная медью. Перископический прибор инженера Рудольфа Гундляха для танков также успешно скоопитайтен, и теперь просто копируется по возрастающей на оптико-механических заводах страны и в мае мы будем иметь его на каждом выпускаемом танке.

По остальным же «заклёпкам», мне с хроноаборигеннами – ещё пилить, пилить и ещё раз пилить…

«Заклёпки» по осени считают!

Глава 20. «Псевдопризраки» над Москвой.

Михаил Зефиров «Самолеты-призраки Третьего Рейха. Секретные операции Люфтваффе»:

«Днем 26 июня Ju-88D из 4-й эскадрильи, пилотом которого был 32-летний обер-лейтенант Корнелиус Ноэль, а штурманом 22-летний обер-лейтенант Йозеф Биспинг (Joseph Bisping), ориентируясь по позывным московской радиостанции, долетел до столицы. Небо в этот день было совершенно ясное, и экипаж отчетливо видел под собой все районы огромного города. На центральных улицах и площадях были хорошо различимы ехавшие по ним троллейбусы и трамваи. 

Резиденция советского правительства – Кремль также лежал как на ладони. Потом показались русские истребители, но ни один из них так и не смог подняться на высоту, на которой летел «Юнкере». Немцы спокойно сфотографировали зенитные батареи, расположенные вокруг Москвы, и благополучно вернулись на свой аэродром.Через десять дней – днем 7 июля – Ноэль снова взял курс на русскую столицу. На сей раз экипаж сделал подробные и качественные снимки всего города, в том числе Красной площади и Кремля, которые впоследствии были использованы для подготовки первых массированных налетов на советскую столицу. И опять истребители ПВО оказались бессильны».

Иконников C.Н. «Война глазами авиаинженера»:

«Вражеские разведчики летали, как правило, на высоте 7… 9 тыс. метров. Для набора такой высоты истребителю требовалось значительное время. На большинстве получаемых с завода истребителях, первое время не только радиопередатчиков, но и радиоприемников ещё не было. После взлёта летчик был предоставлен сам себе, помочь ему найти вражеский самолёт в бескрайнем небе с земли никто не мог. Правда, иногда практиковалась в определённых местах выкладывать на земле из полотнищ стрелу, указывающую направление полета самолёта противника, а рядом и знака высоты (летом знаки белые, зимой черные). Однако толку от этого целеуказания было мало».

Если какой-то самолёт с выдающимися характеристиками не был принят на вооружение, то это ещё не означает, что нельзя использовать его единственный экспериментальный образец.

Я таких на целый авиаполк специального назначения «Им. Зигзага Мак-Кряка» насобирал.

Кто такой Зигзаг Мак-Кряк?

Как, «кто»?!

Шотландский борец с британским колониализмом, эээ… Очень далёкого от нас века. Если чё, то ближе к Рождеству Христову надо гуглить. В смысле – архивы подымать.

Задуманный как стратосферный разведчик (СР), одномоторный БОК-7 (Бюро Особых Конструкций, седьмая модель) был способен вести аэрофотосъемку с высоты 14–16 километров, но по прямому назначению никогда не использовался. Досель, его карьера скорее была кинематографическая: в прошлом году снимался в фильме «Чкалов», где играл роль «Сталинского маршрута» – самолёта АНТ-25, на котором Валерий Павлович с друзьями улетел через Северный полюс в Америку…

Правда, потом за чем-то вернулся.

С крыши Командного пункта Московского округа ПВО (Тверская улица, дом 8, корпус 1) смотрю ввысь через мощный морской бинокль:

– Ну, что скажешь… Действительно похож! Особенно размахом крыльев.

Какой-то знаток из группы стоящих рядом со мной командиров и генералов Наркомата Противовоздушной обороны (ПВО СССР), подтвердил:

– При длине корпуса четырнадцать метров, размах крыльев тридцать два метра. У «Сталинского маршрута» – тридцать четыре.

Почему в «реальной истории», самолёт – разрабатывающийся с 37-го года не довели до ума и не использовали по прямому назначению?

Не я понимаю, что его дизельный двигатель – прямо-таки эксклюзив лабораторной выделки!

Но их же не десятками тысяч клепать, как Ил-2!

Хватало бы и двух-трёх десятков на всю войну: «Призраки Ровеля» – тоже не несметными полчищами летали…

А вот угадайте с трёх раз!

Не получается?

Ну, так уж и быть, скажу: по требованиям военных, стратосферный разведчик(!) должен был нести полтонны бомб (на одном двигателе, Карл! На одном двигателе) и четыре пулемета ШКАС: в крыле и для обороны задней полусферы… Должно быть, чтобы от архангелов отбиваться.

И всё… ПисТсец полярный котёнку!

Назвать наших генералов просто тупыми – так просто тупые обидятся…

Затем, это самолёт начали было перезапиливать в сверхдальний, на котором собирались установить новый мировой рекорд, без посадки обогнув «Шарик»…

24 тысячи километров!

Но тут пришёл попаданец и разогнал всех.

Так что последние семь дней, стратосферный разведчик БОК-7 старательно изображает из себя «Призрака» из Группы Ровеля, оставляя над столицей инверсионный след. Высота, правда, не максимальная – от девяти до одиннадцати километров.

Но в отличии от предыдущих дней, сегодня «Псевдопризнак» был не один… Рядом с ним – чуть сзади и повыше были хорошо заметны три маленькие точки.

Тот же «знаток»:

– «МиГи первые». Те – полегче, да с моторами понадёжнее.

Придерживая шапку, чтоб не свалилась, спрашиваю:

– Почему всего три? Взлетали ж целой эскадрильей? Двенадцать истребителей?

Другой генерал, отвечает:

– Остальные вернулись на аэродром… По разным – в основном техническим, причинам.

– Понятно…

Всего было выпущено сто истребителей МиГ-1, прежде чем перешли на следующую модель – МиГ-3, имеющий большую дальность за счёт некоторого снижения высотности. Почти все они оставлены в системе ПВО столицы.

Следующий вопрос:

– Давно сопровождают?

– Ещё с Тулы, товарищ Сталин. Так что можно считать условного противника условно уничтоженным.

Делая нарочито недовольный вид:

– Сперва посмотрим снимки с фотопулемётов, потом будем «считать».

Однако, я доволен: впервые в истории Войск ПВО страны получилось перехватить высотный разведчик… Пусть даже и условного противника.

***

Со времён имевшей катастрофические последствия идеологической диверсии (более известной как «разоблачение Культа личности» одним из главных крутильщиков мясорубки репрессий Никитой Хрущёвым) советскому, а следом за ним и российскому электорату известно, что убоясь Гитлера – Сталин запрещал сбивать самолёты Люфтваффе, залетающие в наши просторы с разведывательными целями.

Однако, факты свидетельствуют об несколько ином.

12 апреля 1941-го года, с аэродрома Кракова взлетел самолёт-разведчик Ju-86R с пилотом унтер-офицером Шнецем и штурманом унтер-офицером Вальтером…

Кстати, странно, да?

Лётчики такой высокой квалификации, на такой выдающей машине, а всего лишь унтер-офицеры!

А наши летуны – едва освоившие взлёт-посадку на чём-нибудь «фанерно-перкалевом», на маршала Тимошенко набычались за его Приказ № 0362 от 22 декабря 1940-го года, по которому всем выпускникам лётных училищ вместо звания «младший лейтенант» присваивалось звание «сержант».

Мда… Менталитет народа – это его судьба.

Ну так вот, набрав высоту повыше, разведчик пересек советскую границу и спокойно направился на восток, производя аэрофотосъемку объектов в районе украинского города Житомир.

Все шло как обычно, но затем «что-то пошло не так».

Отказал один из двигателей и «Юнкерсу» пришлось снизиться до высоты, на которой его перехватили советские истребители, и…

Сбили!

Как, так?!

А как же грозный приказ Сталина?

Ээээ… А его вообще, хоть кто-нибудь в глаза видел, этот приказ?

Однако, продолжим.

Экипажу удалось посадить свой самолёт на брюхо, выбраться из него и, успеть уничтожить машину и находящиеся в ней специальное оборудование зарядами взрывчатки, прежде чем они были арестованы сотрудниками НКВД.

Оба лётчика пробыли в тюрьме в Ровно вплоть до нападения Германии на Советский Союз, после чего воспользовавшись возникшим бардаком, сбежали…

Так что был тот «приказ Сталина» или не был, но нарушителей воздушного пространства СССР активно пытались перехватить. В тех случаях, конечно, когда их вообще удавалось обнаружить. В «реальном» начале июня сорок первого, над Молдавией был сбит огнём бортстрелков обычного Ju-88D советский истребитель, пилот которого погиб. Примерно в то же время, произошёл ещё один бой трёх МиГ-3 с «Юнкерсом»… Но уже безрезультативный для обеих сторон.

Но в принципе, я не про то.

Не знаю, как будет в «текущей реальности»…

Может, я уже так всё изменил, что и войны никакой не будет?

Но в «реальной истории», самолеты-разведчики «Aufkl.Gr.Ob.d.L» с середины апреля систематически появлялись в советском воздушном пространстве, в среднем по три раза в день безнаказанно бороздить воздушные просторы Советского Союза. фотографировали районы расположения советских войск.

Тайную воздушную разведку советского тыла вели и финны, используя для этого «Бленхейм» Mk.I «BL-141» из 42-й эскадрильи (LLv42), специально оборудованный для высотных полетов.

Советские истребили вылетали на перехват, но кроме вышеописанного случая, другими успехами похвастаться не могли.

С началом войны, когда «приказ Сталина» автоматически перестал действовать, ситуация нисколько не изменилась.

В начале июля в районе Москвы появился первый разведывательный «Юнкерс» и с тех пор они бывали в небе над столицей как у себя дома. В тех случаях когда идущий на большой высоте Ju-86P/R удавалось засечь, поднимаемые на перехват истребители ПВО возвращались на свои аэродромы ни с чем. Даже в тех случаях, когда обнаглевшие от безнаказанности «Призраки» из «Команды Ровеля» снижались до семи-восьми тысяч метров.

Ни один из советских пилотов не смог не только сбить или хотя бы атаковать, но и даже обнаружить противника.

Раздосадованное командование начало выяснять причины и обнаружило в Московской системе ПВО вопиющий бардак. Многие наблюдатели постов ВНОС не могли своевременно определить тип и направление полета противника, передавали неверные и запоздалые данные. Связь работала кое-как, лётчики умели летать и стрелять «через-пень колоду», а новейшие истребители поставлялись с заводов с огромным количеством брака.

Были предприняты все надлежащие меры, составлена и выпущена специальная инструкция «О работе постов ВНОС», было дополнительно развернуто свыше семисот наблюдательных постов…

Не помогло!

К лету 1943-го года, когда возобновились интенсивные полёты «Призраков» над Москвой, 6-го истребительный авиакорпус ПВО уже имел целый набор самых современных машин, как отечественных Ла-5фн, или ЯК-9, так и американские «Аэрокобры» и даже британские «Спитфайры»…

Однако, перехватить хотя бы один Ju-86R так и не удалось.

Лишь один единственный раз, одному лётчику на «Спитфайре» с большим трудом удалось поднявшись на высоту одиннадцать с половиной тысяч метров, обстрелять с кабрирования «Юнкерс» находящийся на полкилометра выше…

…И всё!

Почему?

Давайте разберёмся.

Специально под «Призраков», к лету 43-го был разработан истребитель-перехватчик ЯК-9ПД с двигателем повышенной высотности, оснащённый двухступенчатыми нагнетателями. На нём тоже пытались было перехватить Ju-86R, повторив «подвиг» британского самолёта. Но выяснилось, что…

Внимание!

«…Непрерывный набор высоты на Як-9ПД невозможен. На семи километрах температура воды в моторе достигала 120 °C, и она начинала кипеть, масло нагревалось до 100 °C. Посему требовалось приостанавливать подъем и на время переводить истребитель в горизонтальный полет, ожидая, пока перегрев не прекратится. В итоге подъем на 11 650 м занимал минимум 25 минут. Для успешного перехвата Ju-86P/R этого было слишком много¹³³».

Ключевая фраза здесь «непрерывный набор высоты». Всё остальное – малосущественные технические детали.

То есть руководство советскими силами ПВО, всерьёз считало, что заметив в небе нарушителя – истребитель-перехватчик должен стартовать с аэродрома чуть ли не вертикально, как ракета. То есть оно, в данном случае – командование Московской зоны ПВО, так и не смогло за два года войны наладить взаимодействие постов ПВО с истребительной авиацией. Иначе бы перехватчики встречали «Призраков» на подходе, уже находясь на нужной высоте…

Как это произошло сегодня над Тулой.

В «текущей реальности», в конце февраля – начале марта германские самолеты уже несколько раз грубо нарушали советское воздушное пространство. 17 и 18 марта над военно-морской базой Либава, советская зенитная артиллерия обстреляла нарушителей – нагло проводящих аэрофотосъёмку, а летчики ВВС КБФ на истребителях И-153 «Чайка» даже пытались осуществить перехват нарушителей…

Но тщетно.

С середины апреля же, такие нарушения станут в порядке вещей.

И надо к тому времени быть уже готовыми.

***

И тут на крыше появился запыхавшийся капитан и перебегая растерянным взглядом с лица на лицо, останавливается на моём:

– Тааащ… Ещё летят! С севера! Цель групповая… Три самолёта…

Вслед за ним, «выныривает» майор с круглыми глазами:

– С юга! Не менее тридцати машин!

И наконец спустя пару минут – целый генерал-майор, тяжело отдуваясь:

– Со всех сторон… Несметные силы… Условного противника…

Начинался первый за всю историю Войск ПВО СССР «звёздный налёт». Условный, правда.

Напоследок глянув на удаляющийся в сопровождении «почётного эскорта» стратегический разведчик:

– Ну что, товарищи? Пройдёмте на командный пункт?

Кстати, создатель БОК-7 – Владимир Антонович Чижевский, как специалист по высотным самолётам и гермокабинам, ныне трудится в КБ Петлякова над двухмоторным высотным перехватчиком ВИ-100М1 «Гриф». И к середине апреля, к началу массового вылета «Призраков» – хотя бы звено таких, да будет.

С утра была ещё одна новость из разряда очень приятных.

В НИИ ракетного двигателестроения, где Главным конструктором Валентин Петрович Глушко, заработал первый комбинированный прямоточный воздушно-реактивный двигатель для реактивного перехватчика…

Ну или крылатой ракеты.

Заработал, проработал минут пять и развалился… Прогорело там что-то у него.

Но всё равно – это огромный успех!

«Надо будет после учений не забыть – поехать и поздравить коллектив ракетчиков».

Всплыло кое-что ещё из «Послезнания», на эту же тему:

«20-го марта на аэродроме Вельск-Подляски приземлился Do-17E-l, а на следующий день около местечка Цехановец, расположенного в 46 км к юго-западу, сел Do-17E-3 W.Nr.3003 «NA+EU». Экипажи обоих «Дорнье» повторяли заученную легенду, что они якобы из авиашкол в Варшаве и Оруне, где, кстати, никаких авиашкол люфтваффе не было и в помине, и что они в сложных погодных условиях потеряли ориентировку и потому случайно нарушили советскую границу. Как ни странно, но им поверили и вскоре передали представителям немецкой стороны. Через некоторое время вернули и оба самолета, правда проведя перед этим их тщательный осмотр¹³⁴».

Надо не забыть, не пролюбить этот момент.

Экипажи должны «пропасть без вести», очутившись в застенках «кровавой гэбни», специальное оборудование оказаться в советских лабораториях, а «обломки» самолётов – в болотах.

***

Созданный во второй половине февраля 1941-го года Наркомат противовоздушной обороны СССР, отвечает за контроль воздушного пространства над всей территорией страны, за оборону крупных городов и стратегически важных объектов. Ему подчиняются зенитно-артиллерийские части и соединения, авиаполки истребителей-перехватчиков, территориальные посты «ВНОС» – наблюдение, оповещение, связь и формирования гражданской обороны и местная гражданская оборона.

Короче, по моей задумке – единый центр, отвечающий за мирное небо над головой.

В идеале, самолёт пересекший западную (пока, западную!) границу СССР – должен вестись частями ВНОС по всему маршруту и, последними – на него должны наводиться с земли по радио перехватчики.

Крупнейшим формированием Наркомата противовоздушной обороны СССР, пока является Московский округ ПВО – вместе с формированиями местной Гражданской обороны (аварийно-восстановительных полков, противопожарных команд, медицинских рот и других формирований), насчитывающий порядка 350 тысяч бойцов и командиров.

Как только Военно-Воздушные Силы ВС СССР и вновь созданные Войска Противоздушной Обороны страны пришли в себя после «Чёрной пятницы» и последующей реорганизации, тут же начались полномасштабные учения авиации ПВО Московского военного округа. С аэродромов «особых» (Ленинградского, Западного и Киевского), а также Орловского и Харьковского военных округов – почти каждый день стартовали отдельные бомбардировщики или целые группы численностью до авиаполка и направлялись в сторону столицы. Находящиеся по всей территории Московской области многочисленные посты ВНОС (воздушное наблюдение, оповещение, связь), должны были засечь воздушные цели ещё на подлёте к городу, навести на них истребители-перехватчики и затем управлять боем с земли, фиксируя затем его результативность в официальных рапортах.

Таким образом учения был двухсторонними: учились лётчики-бомбардировщики и лётчики-истребители.

В учениях участвовали только опытные экипажи, многие из которых успели даже повоевать в локальных конфликтах и которых, собственно говоря: «учить – только портить». Таких порядком полутора тысяч: крайне недостаточно, конечно, но…

«Шо маемо, то маемо!».

Все прочие – повышали лётное мастерство в Туркмении, в «Учебном военном округе ВВС», под бдительным присмотром генерала армии Апанасенко…

Ну, или попали под сокращение.

Таким образом учились – постигая науку управлять сражениями за господство в воздухе, главным образом руководители высшего звена боевой авиации и сил ПВО. Ну и командиры постов ВНОС, в «этой реальности» набранные – не из колхозников не годных по состоянию здоровья (по зрению, например) в пехоту, а из лётчиков по тем или иным отстранённых от полётов. Обычно двое-трое, или даже четверо на один пост ВНОС, чтоб успеть обучить до войны побольше народу.

В группе общей численностью в стрелковое отделение (9-11 человек), было столько же двое радистов из недоучившихся студентов-технарей, «слухачей» из мобилизованных музыкантов или учащихся консерваторий. Опять же, в основном дублёры-стажёры. Ну и пять-шесть бойцов – тупо для охраны, ловли выпрыгнувших со сбитых самолётов лётчиков и подобных…

Каждому посту ВНОС полагалось две радиостанции: одна для связи с находившимися в воздухе самолётами, другая – с вышестоящим наземными командованием. Собирали во всей стране, но всё равно недокомплект. И причём не так самих радиостанций, как зарядных агрегатов к ним. Но вроде как из Америки должны будут скоро повести: если не в апреле, то в мае точно.

Кроме этого каждому посту ВНОС полагался звукоулавливатель, с коими попроще, полевой телефон с запасом кабеля. Грузовичок ГАЗ-АА «полуторка» – чтоб возить всё это добро и личный состав, мотоцикл с коляской и две пары лыж, в летнее время заменяемые парой велосипедов.

Каждый командир поста ВНОС, имел при себе «гербовую» бумагу, в коей Верховный Главнокомандующий ВС СССР – невзирая на чины, должности и прежние заслуги – на лоскуты обещает порвать того, кто отвлечёт это подразделение от выполнения основой задачи, использует его или его технику для каких-то других целей.

«На лоскуты», это конечно для красного словца. Но неприятности у каждого покусившегося на ячейку противовоздушной обороны обязательно будут и, будут они довольно крупными. Вплоть до отправки в штафбат в военное время, только в этот раз вовсе не в «жуковский» – откуда можно в принципе выйти живым и здоровым, лишившись всего лишь звезды или шпалы в петлицах…

А в армейский!

А это уже чисто смертники, которым вместо позорного расстрела в затылок – дан шанс геройски погибнуть с пулей в груди. Ну, или вернуться домой живым, но положим без ног…

Тут уж как повезёт!

У кого какая «планида», кому как карты лягут и как кости выпадут.

С этим постановлением же, были ознакомлены под роспись все командиры Вооружённых сил, начиная от ротного.

Несколько (сколько именно, надо ещё установить) постов ВНОС составляли район ВНОС со своим командованием, связью и транспортом – в том числе и с парой У-2. Ну, чтоб к примеру, быстрее вывезти спрыгнувшего из сбитого самолёта нашего лётчика из прифронтовой зоны в свою часть.

Командир района ВНОС и его заместитель – обязательно из пограничников или НКВДэшков, чтоб держать бывших летунов – эту привыкшую к вольности публику, в ежовых рукавицах. Более высокое, чем в обычных подразделениях ВС СССР «процентное содержание» представителей Особых отделов и лиц – «добровольно» сотрудничающих с ними…

Это обязательно!

Иначе просрём «все полимеры» как «в реале» и опять будем удивляться.

Несколько районов – корпусной район ВНОС.

По моей задумке, в каждом корпусном районе ВНОС (а ещё лучше в районом) должен быть радиолокатор… Но хотя в московских учениях они широко используются, это пока лишь в смелых замыслах.

В каждом округе ПВО, таких «корпусных районов ВНОС» может быть от трёх до пяти.

Информация от постов ВНОС по цепочке передаётся на окружной (региональный) командный пункт ПВО, где оборудован так называемый «планшет» – ещё одна моя «заклёпка».

Поняв, что от сэра Черчилля не дождёшься передачи опыта «Битвы за Британию», приказал разделить комнату командного пункта на две части стеклянной перегородкой, на которой нанесены контуры Московской области. На карте отмечены части ПВО: артиллерийско-зенитные бригады, аэродромы истребителей-перехватчиков, те самые посты ВНОС.

С одной стороны этого «планшета» находятся операторы-планшетисты – каждый из которых отвечает за какой-то свой определённый район на нём. Получив по телефону любую информацию (например о взлёте с Московского аэродрома), наносят маркеры цели с указанием её характеристик (направление, высота, скорость, тип самолётов и их количество) и затем сообразно с обстановкой, их изменяют.

С другой стороны сидят дежурные командиры, которые отлеживая складывающуюся ситуацию в режиме «он-лайн», принимают решения.

***

Некое первое подобие учений ПВО Московского военного округа было проведено ещё в самом конце марта, когда я тайно приказал одному экипажу из «Отдельного авиационного полка особого назначения», повторить инцидент с «Юнкерсом-52», который в «реальной истории» произошёл 15 мая сего года.

Как и следовало ожидать, «инцидент» повторился даже в деталях. Ранее купленный у «партнёров» транспортный Ju-52/3m, средь бела дня стартовав из Вильнюса – по очереди пролетев над Белостоком, Минском и Смоленском – вечером приземлился на московском аэродроме, что неподалёку от стадиона «Динамо», и…

Командного пункта ПВО Московского военного округа.

Естественно, тут же начался «разбор полётов».

По горячим следам было выяснено, что посты ВНОС в большинстве своём не заметили нарушителя, а если и заметили – не потрудились сообщить об этом «наверх».

Единственная, кто попыталась что-то сделать, это была дежурный диспетчер Международных воздушных линий Гражданского флота СССР в Минске, которая как это и было положено по инструкции, позвонила дежурному 1-го корпуса ПВО. Однако, телефонная линия была неисправна. Тогда ответственная женщина позвонила в…

В Наркомат авиационной промышленности!

Лишь там начали наконец-то – хоть как то, но шевелиться. Однако самолёт, как это было мной приказано – уже облетев Кремль, скинул на Красную площадь вымпел и приземлился на Московском аэродроме.

После короткого расследования и «раздачи слонов», были сделаны надлежащие «оргвыводы», вслед за нами кадровые перестановки – после которых командовать самым крупным формированием Войск ПВО страны, стал генерал-майор Даниил Арсентьевич Журавлёв, до этого бывший Начальником Рязанского артиллерийского училища. В помощь ему были направлены опытные управленцы из Аэрофлота, из народного хозяйства и были даже привлечены в качестве консультантов несколько прилетевших с миссией Дэвиса американцев, оказавшихся опытными менеджерами частных авиакомпаний.

Тут же и сразу, без всякой раскачки начались те самые «Московские учения Сил Противоздушной обороны страны», на которые приехали учиться на практике и представители командования других западных округов ПВО, а также Закавказского.

***

Почти каждый день, я в произвольном порядке звонил в штаб ВВС любого из округов и произносил кодовое слово. Чтоб не спугнуть, сам приезжал в Штаб ПВО, или чаще посылал одного из двух сатрапов – генералов армий Конева или Ерёменко, уже на «разбор полётов». Когда нутром чуял что-то «нездоровое», посылал с инспекцией генерала армии Жукова.

Конев и Ерёменко, друг друга на дух не переносили, а я искусно подогревал эту неприязнь. Но они оба люто ненавидели Жукова и, я так сказать – тоже приложил к этому руку. Так что любой «договорнячок» исключался на стадии смелого замысла.

В результате, за две недели учений – редко можно было найти командира, не получившего хотя бы простой выговор… «Строгачи» раздавались списками, а в звании – был понижен как бы не каждый третий. Множество командиров получили «служебное несоответствие», слетев с должностей на ступеньку – а то и две вниз…

А – отправленных в Штрафбат «учиться Родину любить» – было столько, что даже его Начальник – генерал-майор Гордов, запротестовал:

– Куда вы их столько шлёте? Штрафбат не резиновый!

Однако всё это «цветочки».

Произошёл случай из разряда вон выходящих, за который будущие историки будут клясть-проклинать товарища Сталина…

Но не меня!

Ведь, я же – не Сталин.

В общем, если в двух словах, несколько шибко хитрожопых личностей из числа товарищей старших командиров – служивших ранее в тех самых «западных военных округах» откуда прилетает к нам условный противник, решили воспользоваться своими знакомствами.

Звонит, например некий командующий корпусным ВНОС Московского округа ПВО в Киев:

«Вась! Будь так добр, маякни мне, как только у вас там дадут сигнал самолётам на старт».

«Хорошо, Мить! Но с тебя, как сам понимаешь, «поляна»».

«Не первый день меня знаешь, в долгу не останусь!».

Однако «Особые отделы» клювом не щёлкали, все телефонные линии прослушивались и после первого же «маяка», все причастные с обеих сторон были задержаны. Всего восемь человек (в том числе связисты), в званиях от капитана до генерал-майора.

По реакции окружающих поняв, что такое здесь практически в порядке вещей, я съехал с катушек и решил любым способом искоренить сию «традицию». После короткого расследования, во время которого прижатые фактами виновные признались и покаялись, они все были Военным трибуналом приговорены к расстрелу.

Нет, никакого «антисоветского заговора», «шпионажа в пользу Гондураса», или упаси нас Марксе – «троцкизма»!

За нанесение ущерба обороноспособности СССР в особо крупных размерах.

Долго не чикались: три дня и в яму, что неподалёку от ямы – наполненной Шахтуриным, старшим Кагановичем, младшим Микояном, иже с ним Горбуновыми и прочими.

Однако, это ещё не всё!

Приведение приговора в исполнение снимали на плёнку и потом показывали это «кино» по всем штабам ВС СССР и объясняли за что. Китайцы, даже в XXI веке так делают и ничего – распадаться как Советский Союз в 1991-м году, не собираются… А как бы даже не наоборот.

В том же фильме, показывали также кадры вручения «позорных писем» близким родственникам казнённых – жёнам, детям, родителям, братьям и сёстрам – которым пришёл счёт «за процедуру» с накруткой за добавленную стоимость.

Кстати, очень сильное зрелище!

Уж на что я прожжённый «лихими 90-ми» циник, и то…

Как будто сердце чем-то железным сжало.

Но так надо!

Иначе, подобное быдло не перевоспитать.

На демонстрации фильма, объясняли зрителям с «ромбами», «шпалами» и звёздами в петлицах, что близких родственников казнённых теперь уволят с госслужбы… А работа на государственном предприятии – хоть дворником, это тоже госслужба. Детей отчислят из средних или высших учебных заведений…

Ну и в конце демонстрации:

– Так что думайте, товарищи командиры и генералы, прежде чем что-то подобное делать. Хорошенько думайте!

***

Всё это произвело потрясающе-шокирующий эффект не только на меня… На капитана Славина, например. Естественно, он ничего не сказал, но по нему было хорошо заметно.

Конечно, отчитываться перед ним я не обязан, но всё же… Оставшись с глазу на глаз, попытался объяснить свою позицию:

– Случай почти что из военно-полевой медицины: заметив что у раненого гангрена, хирург должен немедленно отсечь поражённую часть конечности. А уж потом, когда жизни человека уже ничего не угрожает, можно спокойно сесть и под «пивасик» – начать рассуждать о том, можно было бы спасти руку или ногу, если бы попробовать лечить другими – более гуманными способами.