Текст книги "Связанные временем (ЛП)"

Автор книги: Сара Сэмюэлс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 30 страниц)

РОМАН

ГЛАВА 31

Не прошло и часа с тех пор, как мы остановились у графа, а Оливия уже умоляла меня отправиться вместе с ней в снег исследовать пещеры.

– Нет, – сказал я, сжав её за плечи. – Тебе нельзя. Мы не хотим, чтобы с ребёнком что-нибудь случилось. Кроме того, тебе нужно присматривать за Эмили.

Я поцеловал её в нос и отпустил.

– У Эмили есть сиделка, если ты вдруг не заметил этого за последние пять месяцев, – сказала она, размахивая руками.

Она схватила с огромной кровати набитую перьями подушку и швырнула её в меня.

Я отбил её в сторону.

Комната, которую выделил нам граф Монтего, была самой роскошной из всех, где мне когда-либо доводилось останавливаться. Кровать с богато украшенным резьбой изголовьем и каркасом стояла на возвышении под резным деревянным балдахином, инкрустированным драгоценными камнями. Над ней висела огромная люстра с двадцатью или даже большим количеством «современных» масляных ламп.

Чтобы зажечь или погасить каждую из них, приставленной к нам служанке приходилось вставать на табурет, установленный прямо посреди кровати.

Остальная часть комнаты была отделана панелями из того же светлого дерева со вставками из тёмного ореха. Наши вещи хранились в искусно вырезанных комодах и шкафах. Из двух окон, обрамлённых тяжёлыми золотистыми шторами, открывался широкий вид на безупречно ухоженные сады и окружающие их холмы.

– Мы уже потеряли одного ребёнка. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы мы не потеряли второго. Я не позволю тебе выйти в такую погоду и лезть в опасную пещеру, – твёрдо заявил я тоном, не допускающим возражений.

– Всё, что в твоих силах… В твоих? А кто из нас двоих выращивает ребёнка у себя в животе? – Голос Оливии становился всё громче.

Я закатил глаза к потолку. Спорить с моей прекрасной женой порой было чертовски утомительно.

– Мы больше не в твоём двадцать первом веке, любовь моя, – сказал я уже мягче. – А значит, я могу и буду исполнять роль твоего защитника. Многие мужчины из твоего века поджали бы хвост и сбежали, столкнувшись с трудностями Европы шестнадцатого века. Я не из таких.

Она плотно сжала губы и скрестила руки на груди.

– Отлично. Останусь дома с женщинами и детьми.

– Ну, ты женщина и носишь ребёнка, так что вполне логично.

Я ухмыльнулся.

И выскочил из спальни прежде, чем она успела заехать мне кулаком по голове.

Во дворе мы с Маликом и Марселиусом стояли возле лошадей, окружённые бледным, словно лишённым красок миром.

Из ноздрей лошадей вырывались белые облачка пара.

Малик протянул нам с Марселиусом по факелу – обмотанному тряпками куску дерева, пропитанному животным жиром.

В пасмурном свете факелы горели ярко.

Один Малик оставил себе.

Мы вскочили в сёдла и направились к пещере.

По крайней мере, снег перестал идти, а сквозь облака даже пыталось пробиться слабое солнце. Ледяной ветер подхватывал снежную пыль и швырял кристаллики льда нам в лица.

Я был рад, что обмотал нос и рот шерстяным шарфом.

Лошади с трудом брели по снегу, пытаясь нащупать копытами скрытую под ним землю.

Наконец мы добрались до пещеры.

Мы спешились и оставили лошадей у входа, бросив поводья на землю. Затем, взяв факелы, отправились исследовать пещеры.

Свет факелов отбрасывал на каменные стены длинные зловещие тени. Поверхность камня была вся в углублениях, словно её продавил огромным пальцем какой-то великан. С потолка капала вода, стекая по скальным стенам, и воздух был пропитан затхлым запахом сырости.

Перед нами оказалось несколько арочных проходов.

– Давайте каждый выберет по тоннелю и осмотрит его, – предложил я, изображая уверенность.

На самом деле мне никогда прежде не доводилось исследовать систему пещер, и я понятия не имел даже об основных правилах подобных вылазок. Но решил, что каждый из нас сможет самостоятельно осмотреть местность, затем мы вернёмся, поделимся увиденным и вместе составим план.

– Хорошая идея, – сказал Марселиус.

Я направился к арочному проходу справа. Сделал шаг и едва не поскользнулся на скользком камне. После этого двигался гораздо осторожнее, тщательно выбирая, куда поставить ногу.

С потолка, словно коричневые сосульки, свисали минеральные образования, а другие поднимались из земли, точно перевёрнутые сосульки. Эти каменные образования поражали воображение.

Завернув за угол, я обнаружил, что дальше пройти невозможно: каменный тоннель уходил практически отвесно вниз.

Без верёвок и другого снаряжения я туда точно не полезу. Оставалось лишь гадать, существовало ли вообще всё необходимое для такого спуска в Европе шестнадцатого века.

Я развернулся и направился обратно.

Марселиус стоял у входа в пещеру.

Малика нигде не было видно.

– Что нашёл? – спросил я.

– Там опасно идти. Есть узкий выступ шириной примерно вот столько. – Марселиус развёл большой и указательный пальцы свободной руки. – А ты?

– Крутой спуск вниз. Без какого-нибудь снаряжения не спуститься. Понятия не имею, какие верёвки существуют в эту эпоху. Странное чувство – знать о технологиях разных веков и не иметь к ним доступа в том времени, в котором находишься.

– Это точно. Мне пока не посчастливилось побывать в двадцать первом веке. – Марселиус потянулся через грудь и ухватился за руку, в которой держал факел. – Наверное, там есть на что посмотреть.

– Ещё бы. У них такие средства передвижения, что уму непостижимо. Я хочу себе мотоцикл.

Марселиус покосился на меня.

– А что такое мотоцикл?

– Машина на двух колёсах, которую приводит в движение двигатель. Она едет быстрее колесницы или скачущей во весь опор лошади, – сказал я, улыбнувшись при воспоминании о мотоцикле, который видел в Сиэтле.

– Правда?

– Правда. Знаешь это ощущение, когда несёшься на лошади через равнину? А теперь представь, что мчишься вдвое быстрее.

Я почти физически ощутил эту скорость.

– Блядь, да, вот это было бы весело, – сказал Марселиус, заметно оживившись.

– Блядь, да, – согласился я.

Из арочного прохода справа от меня появился Малик.

– Джентльмены, похоже, работы у нас будет по горло, не так ли?

– Что ты обнаружил? – спросил я.

– Узкий проход. Там даже ребёнок не протиснется. А вы? – Малик остановился рядом с нами.

Я жестом показал отвесный спуск вниз.

– Узкий выступ, а по обе стороны – верная смерть, – сказал Марселиус. – И ещё там много углублений в полу. Если их расчистить, возможно, под ними что-нибудь найдётся.

Малик кивнул.

– Предлагаю вернуться и выяснить, есть ли у графа Монтего необходимое снаряжение. Если нет, придётся пробираться в город.

Мы снова потащились через снег и вернулись во дворец графа. Из дымоходов поднимался дым, оставляя в небе длинные сизо-серые полосы.

Спешившись, мы воткнули горящие концы факелов в сугробы, чтобы погасить их.

Перед тем как войти в прихожую у заднего входа, я стряхнул снег с сапог. Затем снял пальто, кожаные перчатки и шарф и развесил всё на крючках сушиться.

Марселиус и Малик последовали моему примеру.

Мы протопали через кухню, наполненную ароматами готовящегося пиршества.

Кухонные служанки помешивали соусы в котлах над огнём и поворачивали на вертелах свинью и оленя.

При мысли о хорошей еде у меня потекли слюнки. В дороге порой нам приходилось довольствоваться весьма скудной пищей.

Когда мы вошли в столовую, нас встретил граф. Перед ним на столе стояла чашка чая и поднос со сладостями и сырами.

– Наши бесстрашные исследователи вернулись! – Он хлопнул в ладоши. – Что вы обнаружили?

– Нам понадобится немало снаряжения, – сказал я, выдвигая стул и садясь.

Малик и Марселиус присоединились ко мне.

– Не желаете чаю, чтобы согреть кости? – спросил граф. – И закусок у меня предостаточно.

Он подвинул ко мне серебряный поднос.

– Да, пожалуйста, – ответил я, потянувшись за кусочком мяса.

Граф Монтего взял маленький колокольчик, лежавший возле его тарелки, и позвонил.

В комнату поспешно вошла невзрачная служанка.

– Да, граф Монтего?

– Принеси моим друзьям чайник чая, будь добра.

Она присела в реверансе.

– Конечно, сэр. Сию минуту.

Пока я перекусывал, Марселиус и Малик рассказали графу о том, что мы обнаружили.

Служанка вернулась с чайным подносом, на котором стояли чашки с блюдцами, серебряный чайник и небольшая этажерка с крошечными пирожными. Она поставила поднос на сервант и разлила чай по чашкам, расставив перед нами ароматный напиток. Затем поместила этажерку с пирожными в центр стола, снова присела в реверансе и удалилась.

– Итак, чем я могу помочь вам в вашей экспедиции? – Граф потёр ладони.

– Можете подсказать, где раздобыть необходимое снаряжение. Нам нужны верёвки, лопаты, кирки и тому подобное, – сказал Марселиус.

– Понятно, – произнёс граф. – Я знаю одно место в городе, но отсюда до него неблизко.

В дверях появилась Оливия.

– Вы вернулись. Что нашли?

Она пересекла комнату и втиснула стул между мной и Маликом.

Мы рассказали ей, как продвигаются поиски и что нам удалось обнаружить к этому моменту.

Она сурово посмотрела на меня.

– И что именно это означает в плане добычи снаряжения?

– Это означает, – ответил граф, – что им придётся отправиться в город. Путь неблизкий. А затем они, скорее всего, приступят к исследованию пещер.

Он просиял.

– И сколько времени это займёт? – спросила Оливия, поглаживая округлившийся живот. Её брови сошлись на переносице.

– Невозможно сказать, – ответил я, мысленно готовясь к её сопротивлению.

Она запрокинула голову, и с её губ сорвался громкий стон. Снова посмотрев на меня, она сказала:

– Нет, Роман, нет! Я боюсь, что ты ко мне не вернёшься.

Малик положил руку ей на плечо.

– Не волнуйся, Оливия. Роман будет со мной, и с ним всё будет хорошо. Я уже говорил тебе: я буду защищать тебя, Романа, а теперь и вашего нерождённого ребёнка ценой собственной жизни.

Оливия шумно выдохнула.

– Нас не будет всего несколько недель, не месяцев, – продолжил он. – Я защищу твоего мужа. Я знаю, как много он для тебя значит.

– Полагаю, если я скажу, что запрещаю вам ехать, это ничего не изменит, да? – спросила Оливия у Малика.

– Нет, Оливия. Мы прибыли сюда с определённой целью и должны её достичь. – Он серьёзно посмотрел на неё. – Но даю тебе слово: Роман будет в безопасности. Мы все будем в безопасности.

Оливия тяжело вздохнула.

Я был как никогда благодарен за дружбу Малика. Казалось, ему действительно удавалось пробиться сквозь защитные стены Оливии.

Отдохнув, набив животы и седельные сумки едой, мы вышли во двор, где конюхи уже держали наших лошадей.

Оливия и Эмили вышли проводить нас.

Наконец Оливия, явно против своей воли, подошла и остановилась передо мной. Воздух между нами словно искрил от напряжения, пока мы смотрели друг другу в глаза. Наши тела находились так близко, что я чувствовал, как её дыхание смешивается с моим.

Не говоря ни слова, я обхватил её лицо ладонями и прижался к её губам в нежном, но страстном поцелуе.

Сначала наши губы двигались мягко и осторожно, изучая друг друга. Но затем поцелуй стал глубже, наши языки встретились и сплелись в огненном танце.

Оливия запустила пальцы в мои волосы и потянула за пряди, заставив меня низко зарычать.

Окружающий мир исчез, пока мы растворялись друг в друге.

Наконец мы оторвались, тяжело дыша. Я прижался лбом к её лбу, не отводя от неё глаз.

– Этот поцелуй – моё обещание тебе, – прошептал я, всё ещё пытаясь отдышаться. – Я вернусь.

Она едва заметно кивнула.

– Хорошо. Я тебе верю, – прошептала она в ответ.

– Эй? – позвал Марселиус. – Тут есть кто-нибудь по имени Роман? Передайте ему, что нам пора выезжать.

Я бросил на него злой взгляд. Иногда мне до безумия хотелось придушить собственного брата.

Я не хотел оставлять Оливию, но мы должны были найти кинжал.

– Ты же знаешь, если бы я мог взять тебя с собой, я бы взял, – тихо сказал я ей. – Но мы не хотим, чтобы с тобой или ребёнком что-нибудь случилось.

– Знаю, – ответила она с обречённым выражением лица.

– Я знаю, что ты сильная и вполне способна помочь нам исследовать пещеру. Мы оба просто пытаемся защитить нашего ребёнка.

Она ухватилась за лацканы моего пальто и кивнула.

– И это я тоже знаю. Но от этого всё равно не становится менее хреново.

Она слабо улыбнулась мне.

Я поцеловал её в последний раз, прежде чем сесть на лошадь. Затем взглянул на Марселиуса, стоявшего напротив Эмили.

– Ты там береги моего мальчика, слышишь? – сказал Марселиус.

– А с чего ты взял, что это не девочка? – поддразнила его Эмили. – Я уже и имя для девочки придумала.

– А у меня уже готово имя для мальчика, – улыбнулся Марселиус. – Я знаю, что будет мальчик.

– Что ж, придётся подождать и посмотреть, правда? – Эмили кокетливо покачалась из стороны в сторону.

– Придётся. И я выиграю, – рассмеялся Марселиус.

Затем его лицо стало серьёзным. Он взял Эмили за руку, притянул к себе и крепко обнял.

– Я буду скучать по тебе, – произнесла Эмили дрогнувшим от эмоций голосом.

Он слегка отстранился, ровно настолько, чтобы заглянуть ей в глаза.

– Я тоже буду по тебе скучать, – тихо ответил он.

Он прижался губами к её губам. Поцелуй был коротким, но страстным. Отстранившись, они в последний раз посмотрели друг другу в глаза, прежде чем Марселиус сделал шаг назад.

– Береги себя, – сказал он, и в его голосе звучали сильные эмоции.

– И ты себя, – ответила она, а её глаза наполнились слезами.

Марселиус бросил на неё долгий взгляд через плечо, прежде чем взяться за поводья своей лошади.

– Чего тебе? – рявкнул он на меня. – Чего уставился?

Я рассмеялся.

– Да ничего. Просто любуюсь, какой ты нежный со своей женой.

Марселиус сильно изменился по сравнению с тем суровым воином, которым был прежде. Теперь в нём всё чаще проявлялась новая, более мягкая сторона.

– Ну да, и что? Мне пришлось смотреть, как вы с Оливией слюнявились друг с другом. Решил отплатить тебе тем же.

Хмурясь, он забрался в седло.

Оливия подошла к Малику.

– Я рассчитываю на тебя. Защити Романа.

Малик выдержал её решительный взгляд.

– Я уже дал тебе слово.

Оливия обвила его руками и поцеловала в щёку.

Малик напрягся, а затем похлопал её по спине, но, когда он поднял взгляд на меня, я понял, что этот жест его тронул.

Я коротко кивнул ему в знак понимания.

Оливия отпустила его и встала рядом с Эмили, взяв её за руку.

Обе женщины всхлипывали, пока мы отправлялись в сторону города.

Дорога до города заняла много дней. Нас задерживала необходимость Малика убивать, чтобы поддерживать свои силы. По ночам он всегда исчезал, избавляя нас от необходимости видеть, как он убивает кого-то и вдыхает сущность его души.

Ночевать нам приходилось в вырытых в снегу укрытиях, а когда мы наконец спустились с гор, мы сооружали возле деревьев навесы от дождя и спали под ними.

Хотя мне и не хватало Оливии рядом, я утешал себя мыслью, что она в безопасности в доме графа. Перспектива стать отцом приводила меня в восторг. Я не хотел, чтобы с Оливией или ребёнком что-нибудь случилось.

Наконец мы добрались до города. Мы раздобыли всё необходимое в полуразвалившейся лавке, о которой рассказал нам граф Монтего, а затем решили найти ночлег. Небо темнело, тяжёлые тучи налились дождём. Было бы неплохо для разнообразия поспать в тёплой постели, а не на промёрзшей или раскисшей земле.

Мы нашли заведение под названием «Молот и крест» – на первом этаже располагалась таверна, а наверху сдавали комнаты. Мы привязали лошадей снаружи, но прежде чем войти, Малик сказал:

– Вы двое идите. Я скоро присоединюсь.

Мы с Марселиусом переглянулись, прекрасно понимая, что собирается сделать Малик.

Мы кивнули, и я распахнул тяжёлую деревянную дверь «Молота и креста».

Шумное помещение было битком набито посетителями, которые перекрикивали друг друга, пытаясь быть услышанными.

Мы с Марселиусом протиснулись сквозь толпу и направились к барной стойке в глубине зала.

Тёмные балки рассекали побелённый потолок. Такие же чёрные балки пересекали оштукатуренные стены. За каждым столом теснились мужчины: они глушили эль или виски, курили сигары, играли в карты или просто наслаждались шумной компанией.

К нам, покачивая бёдрами, направилась пухлая барменша с высоко уложенными рыжеватыми волосами. Её пышная грудь высоко выпирала из корсажа. Между грудей к вспотевшей коже прилипли монеты.

– Добрый вечер, господа. Чего желаете? – спросила она, улыбнувшись щербатой улыбкой.

Она протёрла стойку полотенцем и упёрла руки в пышные бёдра.

– Два эля, – сказал Марселиус, доставая деньги из кармана и выкладывая на стойку несколько монет.

Женщина подобрала монеты и вытащила сдачу из-за пазухи. Положив её перед Марселиусом, она развернулась за нашим элем.

Пока мы ждали, я повернулся и опёрся локтями о стойку. Мой взгляд остановился на молодом мужчине в нескольких шагах от нас, стоявшем на краю круга мужчин.

Худощавый парень яростно размахивал руками и что-то выкрикивал. Кожа у него была оливкового оттенка, как у меня, а карие миндалевидные глаза пылали гневом. Копна чёрных как смоль волос подпрыгивала на голове, пока он кричал.

Марселиус толкнул меня локтем.

Я повернулся и увидел, что он протягивает мне керамическую кружку с пивом.

Я взял её и поднёс к пересохшим губам.

– Что там происходит? – Он кивнул в сторону группы мужчин.

– Не знаю. Давай выясним, – сказал я, уже направляясь через зал.

Мы остановились у края собравшейся толпы.

– Они забрали мою возлюбленную! – кричал мужчина.

– Кто её забрал? – спросил один из слушателей.

– Охотники за временем! Они забрали мою невесту!

По спине пробежали мурашки тревоги.

Мы с Марселиусом обеспокоенно переглянулись.

– Мы все в опасности! – выкрикнул молодой мужчина, запустив руку в волосы. – Каждый из нас. Охотники за временем безжалостно убивают людей.

В толпе раздалось несколько смешков.

– Я говорю правду. Мы должны защищать друг друга! – Он нетвёрдо покачнулся на ногах. – Скоро будет солнечное затмение, и мы должны быть готовы противостоять Охотникам. Любой ребёнок, родившийся во время затмения, окажется в опасности. Они будут искать Рождённых временем и Связанных временем. Вы должны защитить своих жён и детей!

Он сложил руки под подбородком, умоляя мужчин поверить ему.

– Охотники за временем, говоришь? – гаркнул один из мужчин.

– Да твоя жена, небось, просто бросила тебя, – насмешливо бросил другой. – А тебе пришлось выдумать эту бредовую историю. Ты тупица, Осман.

Ещё один сказал:

– Ну и сказочка. – Он пихнул локтем стоявшего рядом мужчину. – С меня хватит этой чуши. Рождённые временем, Связанные временем – бред какой-то. Пойдём выпьем.

Остальные последовали его примеру, и вскоре Осман остался один, потирая ладонью лоб.

Я толкнул Марселиуса локтем и кивнул в сторону Османа.

Мы подошли ближе.

– Так в чём дело? – спросил я.

Осман махнул рукой.

– Просто оставьте меня в покое и дайте спокойно погоревать. Наверняка вы тоже пришли надо мной посмеяться, как те мужики.

Он говорил с сильным британским акцентом, и разобрать его речь было непросто.

– Нет-нет, – сказал Марселиус. – Нам интересна твоя история. Мы слышали об этих Охотниках за временем.

У Османа отвисла челюсть.

– Слышали?

– Да, – ответил я. – Один учёный рассказывал мне об Охотниках за временем, Связанных временем и Рождённых временем. Идём.

Я похлопал его по спине.

– Позволь нам угостить тебя выпивкой, и мы обо всём поговорим.

Осман прищурился.

– Вы просто хотите меня подставить.

– Вовсе нет. Если существует опасность, мы хотим о ней знать.

Я кивнул в сторону стойки, давая Марселиусу понять, чтобы он принёс Осману эля.

Брат кивнул, отдал мне свою кружку и отошёл.

Я проводил молодого мужчину к только что освободившемуся столу.

– Почему вы мне верите? Больше никто в этом зале не верит, – сказал Осман.

– Потому что я кое-что видел, – ответил я, наклонившись к нему ближе. – Я собственными глазами видел, на какие зверства способны Охотники за временем.

Глаза Османа расширились.

– Правда?

Он прижал ладони к занозистой деревянной столешнице.

Марселиус вернулся с кружкой эля, пододвинул её Осману и сел за стол.

– Спасибо. Вы оба очень добры. Меня зовут Осман Сулейман Айдын, – представился он, расправив грудь.

– Марселиус Демарриас, – сказал Марселиус, приподняв кружку, после чего сделал большой глоток.

– А меня зовут Роман Александр, – сказал я.

Осман сделал несколько жадных глотков эля.

– Мы с моей будущей женой приехали сюда из Османской империи. Мы собирались пожениться. – Его взгляд заметался по сторонам. Затем он понизил голос: – Мы с моей невестой искали ответы. Мы разыскивали кое-что под названием «лунный кинжал».

Я медленно перевёл взгляд на Марселиуса. Выражение его лица ничего не выдавало, но в тот момент между нами словно промелькнуло молчаливое понимание.

– Продолжай. Зачем вам понадобился лунный кинжал? – Я отпил эля.

– Нам сказали, что он может нам помочь. Моя возлюбленная – одна из тех, кого называют Связанными временем. – Осман тяжело вздохнул. – А потом нас нашёл человек по имени Рауль Коста. Мы вступили с ним в схватку, и с тех пор я не видел свою Рейну.

Он сжал пальцами переносицу, затем поднял кружку и осушил её.

– Я уверен, что Коста убил мою невесту. – Его глаза увлажнились, заблестев в дымном свете. – Я искал её повсюду. Нигде не могу найти.

На мгновение он крепко зажмурился.

– Я должен убить Косту. Теперь он мой враг. Я не уеду отсюда, пока не найду ответы. Коста – опасный человек. Если он узнает, что через несколько месяцев произойдёт солнечное затмение, он начнёт охотиться на каждую женщину, которой суждено родить ребёнка, и убьёт его. Я должен найти способ уничтожить его.

Я напрягся.

Солнечное затмение? Неужели мой ребёнок родится во время солнечного затмения?

– Когда оно должно произойти?

– Через два месяца. – Осман провёл рукой по густым волосам.

Два месяца. Оливии рожать только через три.

Я наконец расслабил плечи.

– Что ж, не волнуйся, Осман, – сказал я, похлопав его по плечу. – Мы поможем тебе найти твою возлюбленную.

Осман ничего не ответил. Вместо этого он уставился на что-то или кого-то у меня за спиной, его глаза стали огромными от страха.

Я обернулся, чтобы посмотреть, что его так напугало.

Какой-то мужчина расталкивал посетителей, пробираясь сквозь толпу, а затем вышел на свет.

Это был Рауль Коста.

И выглядел он чертовски взбешённым.