Текст книги "В западне (ЛП)"
Автор книги: Ребекка Куинн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 25 (всего у книги 28 страниц)
ГЛАВА 33
ИДЕН
СОВЕТ ПО ВЫЖИВАНИЮ № 5
Люди, которых ты любишь больше всего, скорее всего, умрут,
и это ударит тебя, словно пуля в грудь.
Приготовься к удару.
Едкий запах горящего дерева первым даёт мне понять, что мы опоздали. Яростный янтарный свет, пробивающийся сквозь листву, и оглушительный треск выстрелов подтверждают это. Крики и вопли боли отражаются от деревьев, и невозможно понять, откуда именно они доносятся.
Несколько часов мы бежали ровной трусцой, ни разу не замедлившись и не остановившись, несмотря на жестокую боль после нашей предыдущей стычки. Но если Бо всю дорогу держался рядом со мной, то Дом гнал нас вперёд, излучая напряжённую, нервную решимость, которая с пугающей ясностью показывала, насколько сильно он переживает. Именно это больше всего и помогало мне не останавливаться.
Но нашего бешеного бегства оказалось недостаточно. Мы поняли всё слишком поздно.
Они уже здесь.
Несколько минут назад Дом скрылся среди деревьев, чтобы получше осмотреться, и я пользуюсь возможностью сделать несколько тяжёлых вдохов, пока Бо стоит на страже. Вокруг его глаз и по обе стороны от рта залегли напряжённые складки.
Дом появляется из-за деревьев словно призрак, и мне лишь чудом удаётся подавить крик.
– Лаки и Джаспер зажаты за грузовиком Джейка. Амбар к этому моменту уже превратился в настоящий ад, а они слишком близко.
– Джейкоба видел?
Дом отрицательно дёргает подбородком, и у меня перехватывает дыхание. Джейк.
Рука Бо находит мою и сжимает её, но сам он не сводит глаз с Дома, который лишь бросает на меня напряжённый взгляд.
– А что насчёт оружейного сарая? Мы можем добраться туда?
– Он прямо на линии огня. Без шансов, – отвечает Дом. Он проверяет оружие. – Я зайду с тыла через лес, а ты пробирайся к Бристлбруку. Прикрой линию деревьев и не дай им подобраться к нашим парням сзади.
Бо качает головой.
– Я зайду с тыла. На земле от меня будет больше пользы, если остальным понадобится медик.
Дом колеблется, затем кивает, стиснув челюсть.
– Ладно. Держи связь открытой.
Читая между строк, я предполагаю, что с тыла будет опаснее. Прикусываю губу, чтобы не сказать какую-нибудь глупость – например, не умолять их быть осторожными.
Дым уже стелется по лесу и обжигает мне нос. Отсюда я не вижу пламени, но пожар должен быть огромным, раз от него столько густого, грязного дыма. Настоящий ад, – сказал Дом.
Меня мутит.
Я пытаюсь сосредоточиться на криках, отчаянно желая услышать хоть что-нибудь, что убедит меня: мои парни в безопасности, но как бы ни напрягала слух, разобрать отдельные голоса не получается. Джаспер и Лаки зажаты? Что это вообще значит? Они ранены? И где Джейк?
– Что я могу сделать? – шепчу я. Руки дрожат, и я прижимаю их к бёдрам, чтобы они не заметили.
– Оставайся на месте, Иден, – тихо говорит мне Дом. – Мне нужно, чтобы ты не мешала – на этот раз действительно не мешала. Сейчас мы не можем ещё и за тебя переживать. Иди в пещеру к животным. Она спрятана. Никто не должен тебя там найти. Если мы не придём за тобой через двенадцать часов, больше не жди. Уходи ночью и двигайся быстро.
Желчь подступает к горлу.
– Но вы… вы вернётесь за мной. С вами всё будет хорошо, со всеми вами. Мы добрались сюда. Мы уже здесь. Всё будет хорошо.
– Береги себя, малышка, – Бо притягивает меня к себе и впивается губами в мои в яростном поцелуе.
Глаза наполняются слезами, и адреналин последних нескольких часов наконец догоняет меня. Но сейчас им нужно не это. Им нужно думать об остальных, о том, как вытащить их оттуда. Я заставляю себя дышать и проглатываю тяжёлый ком в горле. Он покрыт пеплом.
– Ты тоже, Бо, – шепчу, касаясь пальцами его щеки, слегка шершавой от щетины.
Я словно выжигаю его лицо в памяти. Хочу вернуться к нам троим, переплетённым на мху, и к тому краткому мгновению, когда всё было хорошо.
Его щека приподнимается под моими пальцами в полуулыбке, затем он отстраняется и уходит. Сердце бешено колотится, пока я смотрю ему вслед. Я поворачиваюсь к Дому. Уже собираюсь заговорить, хотя понятия не имею, что сказать, когда он берёт меня за руку. И полностью заключает её в своей ладони.
– Иди со мной, – хрипло говорит он. – Я подведу тебя так близко, как смогу.
Он держит винтовку перед собой и отпускает меня, когда я без вопросов следую за ним. От прежней бешеной скорости не осталось и следа. Дом осматривает деревья, пока мы размеренно движемся вперёд, перебегая от одного к другому и используя их как укрытие. Мы держимся подальше от открытой линии деревьев, ближайшей к поляне.
По мере того как мы удаляемся от пожара, я замечаю, что эту часть леса постепенно окутывает тишина. Крики, хлопки и треск лопающейся в огне древесины будто становятся недосягаемыми. Вокруг нас сгущается тяжёлая, смертоносная тишина. Дым заслоняет путь, а мерцающий свет превращает всё в затянутую смогом кошмарную дымку.
И всё же, когда мы подбираемся ближе к краю леса, мне удаётся разглядеть что-то между листьями, и приходится подавлять рыдания. Амбар выглядит как кусок преисподнии – яростное оранжевое пламя и чернеющий остов под ним. Вспышки выстрелов озаряют темноту словно фейерверки.
Джейк.
– Его ведь там не было, да? Он выбрался, правда? – не могу остановить свои дрожащие, панические вопросы.
– Я не знаю, – Дом продолжает двигаться, но его губы напрягаются.
Прикусываю губу и киваю. Киваю слишком часто. Ещё секунд тридцать – и у меня начнётся паническая атака.
Я думаю о гитаре Джейка, его неубранной кровати и фотографии женщины в платье и мальчика без одного зуба. Думаю о том, как он меня поцеловал, о его ухмылке и выражении глаз, когда я попросилась работать рядом с ним. Но больше всего просто молюсь, чтобы его там не было, когда амбар вспыхнул, хотя знаю, что он почти никогда оттуда не уходит. Ладони становятся липкими, а из-за густого воздуха каждый вдох даётся тяжело и болезненно.
Внезапно впереди мелькает движение, и прежде чем я успеваю даже отшатнуться, Дом бросается вперёд с ровной, смертоносной скоростью гадюки. Мужчину, прятавшегося в кустах, за считаные секунды обезоруживают и выводят из строя, и он уже лежит у его ног.
– Я…
Дом поднимает руку, приказывая молчать, и я так сильно прикусываю язык, что чувствую вкус крови. Через мгновение он кивает, хватает меня за запястье и тянет ближе к краю леса.
– Ты его убил? – бормочу, потрясённая тем, как быстро всё произошло.
– Да.
Тяжело сглатываю, затем иду за ним сквозь темноту, обходя тело. Отсюда до места сражения примерно сотня метров. Повсюду мужчины, стреляющие в сторону сарая. И среди деревьев их тоже полно. Из-за дыма почти ничего не видно. Хаос. Чистый хаос.
При виде этого сердце дёргается в груди. Сместившись в сторону, я понимаю, что они стреляют не по амбару, а в сторону грузовика Джейка, припаркованного рядом. Беспорядочной, разрознённой группой они медленно сходятся к машине. Джаспер и Лаки зажаты за ней, – сказал Дом, и теперь я понимаю, как это выглядит.
– Сука. Они слишком близко, – Дом раздражённо выдыхает, затем смотрит на меня, явно отвлекаясь. – Мне нужно идти. Отсюда ты доберёшься сама.
Я знаю, что смогу. До пещеры всего около пятнадцати метров, и она находится в стороне от места сражения, но я медлю, снова переводя взгляд на эту ужасную картину.
– Иди, Иден, – подталкивает меня Дом.
Я должна. Я буду только мешать, и всё это для меня слишком. Это совсем не то же самое, что один мужчина на дереве. Я уже действительно собираюсь уйти, когда Джаспер ревёт:
– Люсьен, нет!
Резко оборачиваюсь и вижу, как из-за грузовика Джейка выбегает стройная фигура. Дым рассеивается достаточно, чтобы я увидела, как его золотистые волосы ловят свет. Он стреляет веером, боком выбегая на открытое поле, и бросает что-то в сторону группы мужчин, подобравшихся слишком близко. Несколько человек падают под шквальным огнём Лаки, но он сам совершенно открыт.
Я рвусь вперёд и почти не замечаю, как чья-то рука обхватывает меня и дёргает назад. Схватившись за горло, я пытаюсь уследить за безумной смесью выстрелов и криков. Мой взгляд мечется во все стороны, пытаясь понять, что происходит.
Затем Лаки дёргается один раз, второй. Я вижу, как сила попаданий отбрасывает его назад.
Сердце обрывается.
– Нет.
Лаки падает, и спустя несколько секунд поляна озаряется огромным, оглушительным взрывом, уничтожающим место, где стояла группа мужчин. Обхватившие меня руки сжимаются сильнее, когда Дом бросает нас за дерево, и я вскрикиваю, пока осколки рикошетят по деревьям, выбивая частую россыпь резких ударов.
Граната, – понимаю я, когда мозг и сердце снова начинают работать. Он бросил гранату. Лаки бросил гранату прямо перед тем, как…
Картина его резких движений и падения снова и снова прокручивается у меня в голове. Слёзы вырываются из глаз, словно пытаясь вытеснить эту ужасную запись.
– Нет. Нет, нет, нет, нет.
– Прекрати, Иден, – кто-то встряхивает меня.
Я узнаю рычание Дома, но в нём слышится надлом. Я слышу опустошение в его голосе. Этого хватает. Из меня вырывается рыдание.
Он снова меня встряхивает.
– Прекрати. У нас нет на это времени. Мне нужно добраться до дома, если я хочу хоть как-то защитить остальных. А ты должна быть в безопасности. Слёзы потом, сейчас тебе нужно взять себя в руки.
Остальных защитить. Потому что Лаки…
Я не могу сдержать тихий болезненный стон и прижимаюсь лбом к груди Дома. Его строгие приказы немного возвращают меня в реальность, но это слишком.
Его рука находит мой подбородок, и он поднимает моё лицо к своему.
– Хватит. Иди, маленькая библиотекарша. Я не могу защитить вас всех одновременно.
Прекрасный янтарный свет его глаз захватывает меня. Я вижу в нём едва сдерживаемую настойчивость, но ещё и тревогу. Ему нужно идти. До меня начинает доходить. Делаю ровный вдох. Ему нужно идти, а я стою здесь и паникую. Я не солдат. Я не умею так легко раскладывать всё по отдельным ящикам и запирать свои страхи внутри. Я не могу просто позволить ему…
Когда он снова смотрит в сторону амбара, едва скрывая раздражение, я не выдерживаю. Шагаю к нему и приподнимаюсь на цыпочки, чтобы легко, нервно поцеловать его в губы. Дом полностью замирает и смотрит на меня, пока я снова опускаюсь на пятки. Впервые за несколько часов всё его внимание безраздельно принадлежит мне.
– Будь осторожен, пожалуйста, – с трудом выговариваю, чувствуя, как щёки заливает румянец. – И спаси их.
Золотистый взгляд Дома скользит по моему лицу, и он медленно кивает один раз. Затем разворачивается и бежит сквозь тени так, словно был рождён для них, исчезая в доме.
Меня тошнит от страха, но я поворачиваюсь к пещере, понимая, что здесь больше ничего не могу сделать. Я ничем не могу помочь никому из них. У меня нет ни подготовки, ни даже оружия. Я не такая, как Лаки, который держит удобный тайник с…
Из меня резко вырывается воздух.
Тайник Лаки.
Я останавливаюсь, и меня затапливает сосредоточенное спокойствие. Нет, я не могу вернуться на ферму, в безопасность той скрытой пещеры. Может быть, я всё-таки могу помочь.
Теперь я действительно дрожу, но бросаюсь в противоположную сторону, не оглядываясь на бойню позади, и бегу.
ГЛАВА 34
ДЖЕЙКОБ
СОВЕТ ПО ВЫЖИВАНИЮ № 151
Не геройствуй.
Ёбаный в рот, нет!
У меня сжимается грудь, когда Лаки падает на землю, уже безвольно. Идиот. Храбрый, тупой идиот.
Прижавшись к углу сарая, я выпускаю несколько пуль в сторону линии деревьев, где некоторые ублюдки начали наглеть. Им не потребуется много времени, чтобы понять: будь у нас ещё осколочные гранаты, мы бы их уже использовали. Лаки лежит в нескольких метрах от грузовика, за которым они с Джаспером были зажаты, а пылающий сарай освещает его фигуру среди теней.
Не двигается.
Блядь.
Я стискиваю зубы, подавляя волну тошнотворного, ледяного ужаса. Воспоминания о Райане, о том, как я узнал новость, грозят всплыть на поверхность, но у меня, сука, совершенно нет на это времени. Пользуясь приёмами, которым научил меня мозгоправ, потому что я ни за что в этом не признаюсь, но они действительно работают, я заставляю себя осмотреться и зафиксировать дерьмовую картину настоящего. Одновременно прижимаю руку к ожогу на боку, позволяя боли удерживать меня в реальности. Ладно, не совсем то, что рекомендовал наш изнеженный принц, но работает.
Всё плохо. Я едва успел выбраться из амбара, прежде чем выходы стали непроходимыми только для того, чтобы оказаться запертым за оружейным сараем. Благодаря Лаки мы теперь избавились от группы с дальней стороны, которая уже подбиралась ближе, но среди деревьев всё ещё слишком много людей, не дающих мне выбраться отсюда, а патроны заканчиваются.
Если бы мне только удалось попасть внутрь, у меня было бы куда больше огневой мощи, но попытаться сейчас означало бы лишь обеспечить себе скорую могилу.
Теперь Джаспер, возможно, сможет выбраться из-за грузовика, но по тому, как он осторожно высовывается из-за него, я понимаю, что он скорее собирается добраться до Лаки, чем спасаться сам.
До того, что от него осталось, во всяком случае.
Стискиваю зубы и выглядываю из-за угла сарая в сторону деревьев, прикидывая, смогу ли рвануть к Бристлбруку. Пуля свистит рядом с моей головой, и я резко отдёргиваюсь.
Ага, значит нет.
Жар от сарая заставляет пот стекать по позвоночнику. Я размышляю, не пробраться ли к Джасперу, но он открыт ещё сильнее, чем я. Не говоря уже о том, что пробежать через поляну без укрытия даже десять метров, скорее всего, хватит, чтобы меня прикончили.
Проверяю магазин, кряхтя, когда при движении ожог снова напоминает о себе. Меньше дюжины патронов. Подняв взгляд, я вижу, как Джаспер пригибается и крадётся через поляну к телу Лаки. Из-за деревьев летят две пули – одна проходит мимо, другая просвистывает совсем рядом с его шеей. Джаспер даже не вздрагивает, не пытается уйти с линии огня, а просто продолжает двигаться к Лаки. Отблески пламени пляшут на его решительно сжатой челюсти.
– Эй, засранец! – кричу я ему. – Назад за грузовик.
В этом нет смысла. Парень, скорее всего, уже мёртв. После двух попаданий в грудь без серьёзной и немедленной медицинской помощи не выживают. Джаспер только сам погибнет, а я… не хочу этого.
Джаспер так же аккуратно игнорирует меня, как до этого проигнорировал пулю. Да ёб. Это не по протоколу. Меня пронзает паника. Я высовываюсь и стреляю в сторону деревьев, откуда прилетели пули, дико ору на тупого, необученного мозгоправа.
– Это, блядь…
Лица отдёргиваются назад, оружие поблёскивает в тенях.
– Тупое…
Выстрелы смещаются с Джаспера на хлипкий сарай вокруг меня. Я кряхчу и пригибаюсь ниже. Угол для меня паршивый, но если переберусь на другую сторону сарая, то вообще не смогу прикрывать Джаспера.
– Геройское…
Дважды стреляю в ответ и снова смотрю на Джаспера, который тащит Лаки за грузовик.
– Дерьмо.
Заорав от бешеного облегчения, я снова высовываюсь, чтобы выстрелить, и слышу пустой щелчок.
– Ёбаный пиздец.
Я бросаю ставший бесполезным MK 16 и вытаскиваю из-за пояса Beretta. Возможно, дальности хватит, чтобы достать до крайней линии деревьев.
Возможно.
Если что-то быстро не изменится, нам пизда.
ГЛАВА 35
БО
СОВЕТ ПО ВЫЖИВАНИЮ № 224
Если ты можешь защитить свою семью,
значит, ты сделал всё, на что только можно надеяться в этой жизни.
Охотник высовывается из-за дерева и делает ещё два выстрела в Джаспера, и я благодарен ему за это. Так тому спокойному, смертоносному хладнокровию гораздо проще взять верх, позволяя мне отбросить целителя и стать убийцей, которым мне сейчас необходимо быть.
Зажимая рукой его рот, я вонзаю нож ему между рёбер, направляя лезвие с высокой точностью, чтобы пробить самое сердце. Он третий за последние пятнадцать минут.
Я сочувствовал Иден, когда она отняла ту жизнь, – я понимаю её боль лучше большинства. Я не такой, как Дом, который способен сосредоточиться на задаче и не дрогнуть из-за последствий. На моих руках бывало много разной крови, но кровь, пролитая при убийстве, никогда не отмывается так же, как кровь после операции.
Я был рождён спасать жизни, хотя иногда для этого приходится брать в руки скальпель, а иногда – нож.
Опускаю мужчину на землю, разбираю его оружие и выбрасываю боеприпасы. Мне от них никакой пользы, оружие и вполовину не такое хорошее, как моё собственное, да и с остальным снаряжением его неудобно нести, но я не собираюсь позволять какому-нибудь другому выродку подобрать его.
Услышав поблизости движение, я морщусь и быстро прячусь за большим валуном, наблюдая, как трое мужчин бегут трусцой между деревьями. Полагаю, они пытаются найти более выгодную позицию. На мгновение колеблюсь, затем позволяю им пройти. Трое в ближнем бою – слишком большой риск. У них будет слишком много шансов предупредить остальных. Мне нужно снимать их по одному – сейчас это единственный наш план, – а если меня поймают…
Ну, если меня поймают, полагаю, переживать мне уже будет особо не о чем.
Ранее я слышал, как Джаспер крикнул Люсьену, а затем прогремел взрыв, но у меня ещё не было возможности увидеть, что произошло. Остаётся только надеяться, что это мы нанесли удар.
Позволив себе короткую передышку, осторожно выглядываю и смотрю на бойню. Отсюда я вижу Лаки, лежащего между грузовиком и горящим амбаром. Горящие угли сыплются на землю вокруг него, а пламя освещает его достаточно ярко, чтобы я увидел тёмное пятно, расползающееся по груди. Дыхание замирает.
Ему нужна медицинская помощь.
Сейчас.
Но почти так же плохо то, что Джаспер, похоже, бросил и грузовик, и данный ему богом здравый смысл и теперь находится на открытом месте, двигаясь к нему. Если бы я только что не убил стоявшего здесь охотника, у того был бы короткий и совершенно чистый выстрел в Джаспера.
С резким облегчением замечаю голову Джейка, выглядывающего из-за сарая. Он что-то кричит Джасперу, но я не разбираю слов. В его сторону летят пули.
Проклятье. Всё плохо. Очень, очень плохо.
Но выстрелы доносятся именно из этих деревьев, поэтому, если мне удастся убрать охотников, у них, возможно, появится шанс добраться обратно до Бристлбрука и Дома.
– Эй, ты не…
С бешено колотящимся сердцем я резко разворачиваюсь и сбиваю мужчину на землю, прежде чем его замешательство успевает смениться смертельной реакцией. Здоровый ублюдок, но и я не пушинка, и из него выбивает воздух. Прижимаю ладонь к его рту, а он бьёт меня по рёбрам, пока мы боремся в грязи. Кряхтя, пытаюсь поднять нож, но движение лишает меня равновесия, и он переворачивает меня на спину.
Однако вместо того, чтобы добить меня, он приподнимается.
– Где они все? – резко спрашивает он. – Где все женщины? Семьи?
Он снова бьёт меня по рёбрам, и я стону.
– Сэм сказал…
В следующее мгновение моё лезвие находит его горло, уходя по самую рукоять. Его руки взмывают навстречу ножу, глаза расширяются от шока, и я проворачиваю клинок, а затем выдёргиваю его. Кровь брызжет вниз, покрывая меня, и я отталкиваю его в сторону, чтобы тяжесть не придавила меня.
Семьи? Женщины? Их здесь уже давно не было, но когда мы выгнали Сэма… ну, тогда всё было иначе. Интересно, солгал ли он им, чтобы отомстить, или действительно не знает, что все остальные ушли отсюда много лет назад?
Вытирая лицо предплечьем, я снова поднимаюсь. Двигаюсь в сторону звуков выстрелов. Сейчас неважно, почему всё это происходит. Времени нет.
Пожалуйста, Господи, пусть никто из них не сделает ничего слишком глупого. Дай мне их спасти.
Не знаю, имеет ли эта короткая молитва хоть какой-то смысл, но, думаю, хуже от неё точно не станет. Мама каждый день возносила такие маленькие молитвы.
– Никогда не помешает проявить уважение, – говорила она. – Никогда не знаешь, кто слушает.
Сегодня нам очень понадобится кто-нибудь, кто услышит наши молитвы.
Я осторожно приближаюсь к стрелкам – здесь как минимум четверо, и кто знает, сколько ещё поблизости. Для меня это, скорее всего, плохо закончится. Жаль, что Джаспер и Джейк не в снаряжении, как мы с Домом. Если бы были, я мог бы сообщить им по связи, что задумал, и у этого плана было бы куда больше шансов сработать. Но они не тупые. Если я устрою достаточно большой переполох, они воспользуются возможностью и побегут. Лучше бы воспользовались.
С уколом сожаления я думаю об Иден и о том, какой красивой она была, лёжа между мной и Домом у воды.
Мне так жаль, дорогая.
Не вижу причин, почему я не могу помолиться и ей. Быть рядом с ней – самое близкое к религиозному переживанию, что я испытывал за последние годы.
Достав рацию, включаю динамик и говорю свои последние слова Дому. Моему лучшему другу. Моему партнёру.
По крайней мере, это я ему должен.
Выключаю рацию раньше, чем он успевает ответить, и убираю её, тяжело сглатывая.
Затем крепче сжимаю нож, достаю пистолет из кобуры и иду вперёд.
