Текст книги "Все дороги нового мира"

Автор книги: Ольга Табоякова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 31 страниц)

– Договоримся, – поспешил заверить Боцман, переступая порог башни гадателя Ивана.

Они прошли по узкому коридору и поднялись по лестнице на второй этаж в комнату с красными узорами. Иван предложил гостю сесть и изложить, что конкретно он хочет узнать после сегодняшнего сеанса.

– Я служил на корабле, и не один, а с товарищами. Все было хорошо, наша удача была при нас, а потом что-то случилось, и кто-то украл нашу удачу. Больше мы не выходим в море. Мы даже попытались сменить род занятий, подрядились ходить с актерами, но и из этого ничего не вышло. Сами понимаете. Так вот, мы хотим вернуть нашу удачу, чтобы иметь выбор идти ли нам в море.

Иван попросил разрешения отрезать кусочек ногтя у Боцмана, затем кинул его в маленький стакан и что-то долго смотрел там.

– Это возможно, но будет дорого стоить. К тому же я могу лишь указать путь, но вернуть удачу придется кому-то другому.

Боцман примерно так и ожидал. О цене они договорились немного поторговавшись. Затем гадатель Иван приступил к своей работе.

– Вижу, что есть такой корабль "Удача моряков". Вроде бы такое название, – Иван приостановился, проверяя все еще раз. – Так вот, вся ваша отобранная удача на этом корабле. Ее как бы вплавили туда. Для вас единственный путь это украсть удачу себе назад. Но это сможет сделать только настоящий вор. Думаю, что вам надо хорошенько поискать такого.

Иван не сообщил ничего нового, но зато подтвердил мнение и надежды Боцмана.

– Иван, теперь самый главный вопрос, – Боцман напрягся. От этого ответа зависело многое. – Иван, к кому нам обратиться.

– Иван принялся смотреть еще раз. К хозяину дома с красной крышей, – был его однозначный вердикт. – Есть еще один субъект с нужными данными, но он не имеет навыков, – добавил гадатель. – Так, что ищите свою удачу с хозяином дома с красной крышей, – еще раз веско повторил Иван. – И поторопитесь, корабль скоро уйдет. Это я точно знаю.

Боцман не стал вламываться ночью в дом с красной крышей. Он отложил это дело на самое раннее утро. Только взошло солнце, как Боцман постучал в ворота дома с красной крышей. Не выспавшийся и слегка заторможенный Хэсс выполз на улицу, открыл ворота, запустил Боцмана в двери и предложил устроиться на кухне.

– Пока я не попью кофе, то буду не в состоянии что-либо выслушать, – Хэсс постоянно зевал. – Остальные пока спят. Они вам нужны?

– Нет, только ты, Хэсс, – Боцман был не против кофе.

После чашки кофе Хэсс дошел почти до нормального состояния действительности.

– Рассказывайте, что с меня надо, Боцман, – предложил Хэсс.

– Откуда ты знаешь, что с тебя что-то надо? – Боцман засомневался в Хэссе.

– Когда так утром приходят, то что-то очень надо. Ко мне все теперь приходят, всем что-то надо. Так что давайте выкладывайте, пока дом не проснулся и не стал с меня требовать что-то свое.

– Хорошо, – Боцман коротко изложил причины, приведшие его сюда. Хэсс смутился, потом задумался, потом растерялся.

– Я не знаю, что вам сказать, Боцман, – честно сообщил он в ответ на признания моряка.

– Ты просто согласись, мальчик, нам помочь, – научил его Боцман.

– Я посмотрю, что там такое, Боцман. Но я не могу ничего обещать. Я не понимаю, как можно украсть удачу назад. Как она выглядит? Вы это можете сказать? Я могу понять и достать что-то материальное, но не такую эфемерную вещь, как удачу. Вы меня очень озадачили.

Боцман был рад, что Хэсс согласился ими заняться. Хэсс же совершенно не представлял, как ему помочь.

Дом проснулся и начался новый день. Хэсс проводил Боцмана до ворот. Они договорились встретиться за два часа до захода солнца. Боцман обещал достать одежду, которая сделает Хэсс неприметным в порту, а также он обещал проводить Хэсса посмотреть на корабль "Удача моряков".

Утро Хэсса продолжилось рассказом зашедшего в гости Казимира, который принес новые сплетни, а также сведения об актерах. Почти половину времени он пересказывал Хэссу о свидании Ямины и Недая.

– Эти двое, конечно, по предложению Ямины отправились на свидание. Какое может быть свидание в городе? Я понимаю на природе, где трава, травка, травища, солнышко светит, птички поют. Ну, да ладно. Недай первым делом пошел приводить себя под облик жениха, который представлялся Ямине в новом костюме сиреневого цвета. Откуда она это взяла? Может быть из нашей постановки "Старый дон Костас"?

Хэсс представил себя в сиреневом костюме. Это ему не понравилось.

– Весь сиреневый? – все же решил он уточнить.

– Абсолютно весь, – не оставил сомнений Казимир. – Я его видел. Но это не главное. Ты бы видел, какой длинны были его штаны. Ими можно было подмести все улицы города. Ямина тоже приоделась, но ее не портят ни длинные, ни короткие вещи. Девушка напялила очень-очень короткую юбку. Именно из-за этого у них возникли некоторые проблемы на этом самом свидании. Все они такие чинные пошли гулять по улицам города. За ними на расстоянии вытянутой руки тащатся две тетки-подруги или какие другие родственницы Ямины. Я в этом не очень понял, что да кто они такие были. Эти толстушки вроде, как берегут Ямину. Вот, так. Представь себе, они идут эдакой процессией по улице Старых Горшечников. А там же сам знаешь, какая грязюка. Конечно, они слегка запачкались. Ямина в расстройстве, Недай держится. О любви то не очень поговоришь, эти клухи за спиной все слышат, а если чуть тише начнешь говорить, то они еще ближе подвигаются. В общем, дышат в затылок.

– Так чем дело кончилось? – Хэсс подумал, что его свидания были гораздо приятнее и проще. На будущее он себе заметил не связываться со столь эпатированными личностями, как Ямина.

– Кончилось оно разборками посреди улицы. На эту влюбленную компанию кто-то выплеснул воду. Представляешь, что началось? Ямина кричит и сама задыхается от собственного крика. Недай сжимает кулаки. Эти тетки-толстушки слегка не в себе тоже орут и пытаются найти справедливость. Недай, чтобы не уронить себя перед девушкой, желает набить морду всем присутствующим.

– И чем дело кончилось? – Хэсс заскучал от этого рассказа. Все было слишком предсказуемо.

– Чем это может кончиться? Прилетел кодр Недая, на которого запихнули Ямину. Недай с ней улетел менять одежду, и, как мне известно, наконец, глупышка перестала выдвигать свои требования. Недай ее вроде, как окрутил, но явилась она домой утром. Тетки уже прошли стадию кипения, и сосредоточились на обсуждении того, как сейчас молодежь проводит свидания. Вот раньше, – Казимир перешел на совсем уж пафосный тон, – раньше они гуляли по улицам, а не летали над ними. Такие вот дела, Хэсс.

– Казимир, а, собственно, ты о чем хотел меня спросить? – Хэсс был уверен, что сегодня такой день, ничего даром.

– Да я не только хотел, я и спрашиваю. Мне бы с твоим главным поговорить. Мне, видишь ли, надо организовать маленький поход в Темные земли. Сам понимаешь, что твой то знает больше меня, может, что присоветует.

Хэсс с некоторым трудом сообразил, что Казимир имеет в виду Вуня. Переложив заботы Казимира на Вуня, Хэсс стал собираться к Боцману, но судьба преподнесла еще один визит страждущего пообщаться. В гости к Хэссу явился барон Д'Оро. Сегодня он был при оружии, с охраной и полон решимости разобраться со всеми вопросами единовременно.

Сегодня барон нарядился в вышитый костюм: черную юбку и белую рубашку, сапоги до колена и шапку со смешными ушами. Узреть сие, открыв дверь, пришлось именно Хэссу. В связи с тем, что ему не поведали его близкие о предыдущем визите этого человека, то Хэсс не проникся значимостью этого визита.

Барон Д'Оро тоже плохо себе представлял, как должен выглядеть хозяин дома. Почему-то барону мнилось, что этот самый хозяин лет сорока-пятидесяти, а этого юношу барон принял за сына хозяина дома или уж за его слугу.

– Эээ, – начал свою вступительную речь барон.

– Приветствую, – Хэсс чуть поклонился.

– Эээ, – барон все же сделал выбор в пользу сына хозяина дома. – К ваом пожаоловал вольный барон Д'Оро, – величаво прохрипел посетитель. – Дозволите увидеть хозяина доама сего.

Посоображав, кого этот тип может иметь в виду, если не его, то, наверное, Вуня.

– Он занят, но вы можете подождать его на веранде. Я сообщу, что прибыл барон Д'Оро, – Хэсс закрыл дверь перед носом странного посетителя и его свиты.

Барон чуть потоптался на месте, но двинулся в указанном направлении. Он уселся и стал ждать. Трое его сопровождающих встали за его спиной. Время тянулось.

Хэсс покричал наверх Вуню, что к нему пришли, вышел через другую дверь. Пора было спешить к Боцману, их ждала "Удача моряков".

Барон внешне терпеливо ждал, но внутри накапливал некую неприязнь, распаляя ее все больше. Здесь ему не повезло потому, что Вуня информировал Милагро, что у них на веранде сидит тот самый тип. Эта пара задумала решить проблему с этим посетителем раз и навсегда. На разведку они послали Казимира, который с большим удовольствием взялся им помогать.

На Казимира надели дикую плоскую деревянную шляпу с кожаными завязками под подбородком и выдали в руки веер. Актер выпал из входных дверей, чуть не убившись. Он слегка запнулся о коврик. Но на барона Д'Оро это произвело неприятное впечатление. Его сопровождающие напряглись. Казимир доплелся до веранды и уселся напротив гостя.

– Приветствую, – Казимир соизволил вспомнить правила хорошо тона.

– Приветствую, – барон не остался в стороне от вежливости хозяина.

– Чем обязан? – Казимир положив веер на стол, так как не смог его развернуть.

– Я хоачу знать, где моя внучка? – потребовал ответа барон.

Здесь произошел некоторый сбой в тексте, который ему расписал Вунь. Вунь утверждал, что этот тип сразу перейдет к угрозам, и Казимиру лишь надо громко закричать и побежать в дом, чтобы все гости рванули за ним, а там уж Милагро и Вунь разберутся сами.

Этот тип в шапке с ушами потребовал чего-то странного. Казимир был в курсе, что хозяин дома Хэсс, а значит, и барон так думает. Быстро подумав, кого мог соблазнить Хэсс, и кто бы при этом был внучкой типа в шапке с ушами, Казимир понял, что не знает, что ответить. Пришлось импровизировать.

– Я не думаю, что она захочет с вами говорить, – сладко улыбнулся Казимр.

Барон нахмурился, он ожидал несколько другой реакции: или той, что этот будет отрицать, или то, что скажет все сразу. Барону тоже пришлось напрячь свои извилины, чтобы достойно ответить.

– Это мы у нее и спроасим, – заявил барон.

– А я уже спрашивал, хочет ли она видеть барона Д'Оро, – нагло соврал Казимир.

– И что она скаозала? – барон подумал, что надо дать этому гаду в глаз, а потом уже задавать вопросы по существу.

– Она сказала, что не хочет видеть никакого барона Д'Оро, – сладко улыбаясь, информировал Казимир. Для пущей важности он хотел покивать, но тогда стала спадать эта деревянная шапка, которую ему нацепили для защиты и от сглазу. Для того, чтобы поддержать беседу и просто в силу природного любопытства Казимир спросил барона. – А вы эту смешную шапку тоже от сглазу носите?

Барона никогда так не оскорбляли, назвать его родовой парадный убор "смешной шапкой от сглазу". На этом месте барон решил, что убьет этого типа.

– Поапроашу, – барон поднялся. Казимир порадовался, что сейчас все пойдет по тексту Вуня и Милагро. Эти двое уже небось заждались свою жертву.

– Можете и попросить, – согласился Казимир, отодвигаясь вместе со стулом.

Барон поднял руки вверх, чтобы замахнуться и броситься душить этого наглого типа, как у них принято, но его заклинило.

– Уууу, – взвыл барон.

Казимир подумал, что это видимо акт устрашения и тоже поднял руки вверх, скрючил пальцы и аналогично завыл.

Барона это довело до состояния глубокой невменяемости. Этот тип соизволил его передразнивать.

– Уууу, – барон пожелал скомандовать своим приближенным, чтобы те напали на этого придурка в деревянной шапке, но он, к сожалению, прикусил язык. – Ууууу...

Казимир тоже стал выть погромче. Барон побелел, а потом покраснел. В эту минуту из окна выглянул Вунь со словами:

– Долго вы там? Мы уже все приготовили, – барона расклинило от неописуемой ярости.

– Он! – барон махнул группе своей поддержки

Но дальше события развивались не по замыслам обеих сторон. Во дворе дома появилась Алила, которая пришла по просьбе Маши.

– О! – девушка видела, что на веранде происходит некоторая батальная сцена, но не вникла в ее суть. – О!

На Алилу буквально натолкнулся Казимир. Но дело дальше не пошло, барон опять застыл на месте.

– Девочка моя! – протянутые руки и перекошенное лицо ввели Алилу в заблуждение, поэтому она согласилась с Казимиром, который поволок ее в дом. – Девочка моя, стой! Я твой дед!

Алила и Казимир застыли в дверях.

– Он твой дед? – Казимир все еще держал Алилу за руку.

– Откуда я знаю? Но вроде похож, – девушка уже пришла в себя.

– Так что ты раньше не сказала, что у тебя есть дед? – выдвинул встречную претензию Вунь, высунувшись из окна. Милагро терпеливо ждал в засаде.

– А зачем он... – объяснения Алилы перебила появившаяся Маша.

– Привет! – Маша продемонстрировала свои красивые ноги, и зашла в дом. – Ты извини, я задержалась. Проходите в дом, – предложила она.

Казимир последовал за ней. Алила и барон со свитой тоже.

– Пойдем домой, девочка, – попросил барон, пытаясь ухватить Алилу за руку.

– Я вообще живу во дворце и работаю там, и никуда уходить не собираюсь, – Алила подумала, что надо пригрозить появившемуся деду.

– Дворец? – барон понял, что его мечты не напрасны. – Дворец это же замечательно, Алила, девочка моя. Давай просто поговорим, я тебе многое должен рассказать.

– Казимир, Маша, Вунь, простите, – Алила попрощалась и ушла. Барон тащился за ней, как привязанный. По пути он сообразил, что Алила не перечислила Хэсса. Поняв, что его как-то обманули, барон поклялся себе разобраться с делами чуть позже.

Казимир раскланялся и ушел, ему пора было заняться организацией вылазки в Темные земли. Еще была куча дел, в том числе договориться с кодрами и с маленькими человечками. Вунь обещал содействие, сообщил много ценного, но потребовал, чтобы Казимир скатал в Темные земли и его родственников.

Маша потребовала детального отчета у Вуня и Милагро о прошедших здесь мероприятиях, но внятного ответа не добилась. Сказать ей, где сейчас Хэсс они тоже не смогли. Маша велела утащить в подвал те колюще-рубящие орудия, которые эта пара разложила в холле дома, а также сообщила, что вроде, как на завтра намечено какое-то мероприятие в их доме, а она ничего не знает.

Вунь почесав затылок и подергав свою серьгу, вспомнил, что завтра должен быть один из ритуалов отдавания малышей в хорошие семьи, а послезавтра вроде пора наделять новорожденных новыми талантами. Но последнее уже дело отшельников. Вунь кинулся в подвал, надо было предупредить отшельников. Суета подготовки к празднику заняла всех в доме на этот и последующий день. Тем более что они хотели сделать Хэссу приятную неожиданность.

– Глава 9. Со своим уставом...

– Устав – это учредительный документ, определяющий правовой статус юридического лица, определенной законом организационно-правовой формы.

– Странно, а я всегда думал, что устав – это прошедшее время от устать.

– Вот поэтому у тебя и "незачет" по корпоративному праву.

/Из разговора в студенческой общаге/

Со стороны могло показаться, что это отец с сыном, или наставник с учеником. Явно бывалый моряк ковылял, положив руку на плечо молоденькому пареньку в привычной морской одежде. Но тот, который был младшим, хорохорился, но сам нервничал потому, что постоянно оглядывался по сторонам и о чем-то спрашивал своего старшего друга. Иногда они останавливались, и опытный показывал мальчишке на что-то и громко объяснял. Затем они опять шли дальше.

Надолго эта пара остановилась в трех местах: у конторы, у северного причала и в Заведении.

Ворота у порта были только один. Ограда была неприступна благодаря стараниям колдунов. На территории порта было два причала: Северный и Южный. Также там располагались склады, контора, здание внутренней охраны и то самое Заведение. В нем можно было выпить и закусить. Нехитрое меню включало и свободных женщин. Центральный проезд вел прямо к Северным причалам.

Хэсс долго все осматривал, обдумывал, в голове его возник план, как пробраться на территорию порта, а потом уйти оттуда, как попасть на корабль, но вот что надо искать на нем оставалось большой загадкой.

Боцман и Хэсс заказали выпивку и еду в Заведении, уселись за крайний столик и стали разговаривать о правилах жизни порта. Вернее, разговаривал Боцман, выходило, что будто бы он учил своего молодого протеже.

– Северный причал самый выгодный. Там и лучшие грузчики, и склады лучшие, до центрального проезда рукой подать. Но зато, здание охраны, контора и само Заведение у Южных причалов. Понимаешь? Вечером и ночью портовые ворота закрыты. Нельзя никому ни войти, ни выйти. Контора тоже закрыта. Склады опечатаны. Лишь работает Заведение. Сам понимаешь, это нужды времени. Охрана здесь хорошая, да и люди не шалят. Сам понимаешь, что нарушителя в миг найдут. К колдуну какому сунутся, он и определит, кто из имеющихся в порту, что натворил. Вокруг территории порта идет цепь веселых заведений. Сейчас все это странно, в смысле раньше то это были дома, а теперь все возможные башенки. Наши сейчас даже из любопытства ходят на них смотреть, и, конечно, внутрь тоже. Надо же сравнить, так ли все сейчас то, что ты помнишь.

Пояснительный рассказ Боцмана о нравах и обычаях порта прервался по вмешательству необычного субъекта. На вид ему можно было дать и сто и сорок лет. Неясность в возрасте всегда выводила Хэсса из себя. По его мнению, это говорило о неопределенности самого человека, а с такими опасно иметь дела.

– Боц! – этот заскорузлый тип буквально свалился на стул у их столика.

– Вонюк! – Боцман улыбнулся несколько растеряно, но вроде радостно. – А нам то говорили, что ты того.

– Ан не того, Боц! – Вонюк потянул руку к товарищу. – Выбрался я тогда, только вот долбануло меня об ентот штук.

– О! – Боцман определился в своих чувствах. Ему захотелось побыстрее избавиться от старого знакомого. Были дела и поважнее.

– Выпьем? – Вонюк помахал руками. Как по волшебству на столе возникли два бутыля.

Хэсс тоже понял, что это все на долго, а ему надо работать и работать сегодня ночью потому, что, шляясь по порту, они узнали, что корабль уходит рано утром. Да к тому же подозрительный тип Вайхрон ночует сегодня на корабле. Команду ждут до восхода солнца, а потом в путь.

– Дядя Боц, – Хэсс постарался предельно расслабиться, произвести впечатление юного племянника. – Я пойду, а то тетя Маша будет сердиться? – он просительно заглянул в глаза Боцману.

– Иди, Лес, иди, – Боцман и сам понимал, что если он откажется выпить со старым знакомым, то это будет подозрительно. А вот, Хэсса надо быстрее отсюда спровадить.

– Ты еще мальчишка! – Вонюк рассмотрел Хэсса. – А что у тебя племянники завелись?

– Да, это сын сестры моей подружки. Сам знаешь, что надо помогать молодым, – Боцман объяснил все очень прозаично, что мгновенно забылось Вонюком. – Его мамаша, да и ее сестричка меня в лоскуты обдерут, если мальчишка не выполнит работу. А мы и так сюда зашли на чуть-чуть.

– Пусть племянничек работает, – решил Вонюк, – а мы попьем.

– Конечно, – Боцман с тоской глянул на Хэсса. У него даже не было возможности спросить все ли в порядке. К тому же он собирался идти на дело вместе с Хэссом.

Названный племянник резво миновал ворота порта, но отправился не домой. Ему надо было добраться до реки за городом и взять кое-какие вещи. Подумав, что хорошо бы полететь, Хэсс очень сосредоточился, пытаясь дозваться Пупчая. Тот услышал и еще до захода солнца, Хэсс достал из дупла старого шамшарника свой мешок. Пупчай понимал, что Хэсс собирается кого-то ограбить, но свою помощь не предлагал. Хэсс был ему молчаливо благодарен. Такая большая фигура, как кодр, не останется не замеченной даже в порту.

Среди большого количества обывателей бытует мнение, что крадут всегда темной-темной ночью. Хэсс знал, что это далеко не так. Шаа много чего рассказывал, и говорил он, что надо идти за чужим добром тогда, когда тебя не ждут, тогда когда тебя не примут за вора. Хэсс был у веселого дома "Л" как только опустились ставни, но еще не зажглись фонари. В городе есть должность смотрящего по фонарям. Он и принимает решение, что пора их зажечь, а значит, что возникает маленький разрыв во времени между наступлением позднего вечера и фонарями. Именно этот разрыв и собирался использовать Хэсс. Жаль, что сегодня мало облачно, было бы хорошо идти на дело в полной темноте. Сумрак сгустился, а Хэсс стоял на крыше заведения "Л". Туда он пробрался достаточно просто, зашел, выбрал девушку, заказал выпивку, оплатил всю ночь, увел девушку в номер, затем надел на палец колечко, девушка застыла. Хэсс ее заботливо раздел, уложил, облил выпивкой, большую часть которой вылил в цветочные горшки на окне. Для нее остановилось время. Действие этого колечка было ограничено не больше двух часов, но Хэсс планировал вернуться гораздо раньше. Затем он вышел из комнаты, поднялся вверх на последний этаж. Там нашел лестницу на крышу, поднялся. Расчетного времени осталось чуть больше часа двадцати.

Дальше пошло чистое сумасшествие. Ни один нормальный человек не будет делать шаг вперед с крыши четвертого этажа, если не уверен, что умеет летать. Хэсс пару раз за собой замечал очень странные вещи. После памятного спасения Эльниня, Хэсс пару раз просыпался на некотором расстоянии от пола. Как правило, это было, когда ему снились особо эмоциональные сны, в том числе, что он что-то ворует. Проверить свою гипотезу он так не решился: не было времени, да и слишком много лишних свидетелей. Какие-то вещи лучше не сообщать никому и никогда. Теперь же было самое время. Три глубоких вдоха, и шаг вперед, потом еще один, потом еще... Хэсс попробовал побежать, но выяснил, что это неудобно, да и ходить по воздуху тоже неудобно. Зависнув на средине расстояния между заведением "Л" и забором порта, Хэсс попробовал оттолкнуться от воздуха. Помогло, только он полетел вверх, и это спасло ему жизнь. Магическая защита забора распространялась на пять человеческих ростов в высоту. Делая смешные движения, похожие по виду на прыжки лягушки, Хэсс перемахнул забор и опустился вниз. Пришлось ему остановиться у утереть пот. Расчетного времени оставалось час и пять.

Быстрые перебежки от одного склада к другому, и Хэсс уже недалеко от соседнего с нужным ему причалом. Затем пришлось также прыгать до корабля "Удача моряков" над водой. Что называется, допрыгался он до кормы. Там было тихо. Хэсс проверил время – сорок три минуты.

Миновать лестницы, коридоры, двери на это ушло почти пятнадцать минут. Оставалось двадцать восемь. Хэсс понимал, что не успевает. Но деваться было некуда. Эта дубовая дверь явно хозяина. Хэсс повозился с замком, затем приоткрыл дверь и бросил на пол маленький подарок. Хозяин было проснувшийся от шума, опять отключился.

Хэсс закрыл за собой дверь и даже подпер ее, чтобы самому не нарваться на незваных гостей. Дальше было сложнее. Надо было найти эту самую удачу. Каюта, в которой ночевал хозяин, была небольшой. Кровать, сундук, стол, стул, маленькое зеркало и еще один маленький ящик. Ящик и сундук Хэсс осмотрел за несколько минут. Ничего интересного. Расчетного времени оставалось двадцать две. Пришлось Хэсс осмотреть хозяина судна. На его груди был одет мешочек с камнями. Хэсс их посмотрел, тоже ничего особенного. Но вот под подушкой, и под самой рукой Вайхора лежала маленькая запечатанная с двух сторон трубка. Такие использовались для перевозки писем или очень ценных маленьких вещей. Хэсс подумал, что больше ничего он здесь не найдет и взял эту трубку. Затем он сделал то, что отняло у него еще пять минут, но исключало возможность обнаружения его магами всех мастей. Расчетное время – четырнадцать минут. Хэсс открыл затейливое круглое окошко в каюте и выбрался на воздух. Обратный путь до забора занял эти четырнадцать минут, хоть Хэсс и очень спешил. Потом еще четыре минуты, чтобы преодолеть забор, и еще две, чтобы снять лишние вещи. Последние пять минут ушли, чтобы добраться до комнаты. Его девушка сидела на кровати со странным выражением лица.

– Что-то мне плохо, – пожаловалась она.

– Еще бы, – согласился Хэсс. – Если бы я столько выпил и еще этот порошок...

Девушка вздрогнула. Она действительно любила досыпать в напитки некий порошечек, чтобы клиенты были не так активны и любвеобильны. Хэсс знал о ее маленьких слабостях. Эту информацию ему сообщил Плинт еще в поездке в Фестивальный. Хэсс тогда запомнил и название заведения и имя девушки. Видимо, в этот раз она подумала, что напутала со стаканами.

– Ты прям вся посинела... – Хэсс передернулся. – Это что такое за отрава? Ты меня хотела травануть? Я смотрю ты посинела, я тоже пивнул, но так мне поплохело, что ...

Девушка напряглась, за такие вещи ее выгонят, а может и осудят. Закон был строг, пошла на такую работу, уж будь добра, выполняй все по совести.

– Я не... Я не.. Я искуплю..., – заплакала девушка.

Хэссу стало ее жалко, но от роли нельзя было отступать.

– Хорошо, искупишь, – согласился он. – Завтра с утра придешь на улицу Печатников к старому Сеньке-ворчуну. Он тебе покажет, где ты будешь огород полоть. Три прополки и мы договорились. А пока отлежись перед прополкой.

– О! – она перестала плакать. Подобных желаний клиенты еще не высказывали.

Той же ночью, Хэсс передал трубочку Боцману, но открывать не велел. Велел лишь хранить. Боцман счастливо улыбался, Плинт счастливо улыбался, все улыбались. Лишь Вайхрон, получив предписание явиться утром к одному видному лицу, не улыбался. Оказывается, отпала надобность в доставке депеши. Вайхрон угодил в тюрьму, корабли были переданы в пользу того видного лица в качестве возмещения ущерба.

На корабле "Веселый Пампадеус" вниз по реке ушла команда Боцмана и эльф Тори. Хэсс не пришел их проводить. Зато он согласился на то, чтобы кодры Боцмана и Плинта жили у него. И Боцман, и Плинт предполагали, что долго не проживут без полетов, но все же желали испытать осталась ли тяга к морю. "Веселый Пампадеус" радостно бежал по волнам, и если бы Хэсс видел его, то, возможно, смог бы написать более или менее пристойные стихи. Но это была не его судьба.

Далеко отсюда, еще дальше, чем можно себе представить в одной отдаленной обители два человека читали древний манускрипт. В нем говорилось о Темных землях, о могуществе этих самых земель и многом другом, что так своевременно упустили два монаха Шевчек и Жанеко.

Ярость Шевчека была беспредельна потому, что теперь ничего нельзя было поправить в распределении благ из Темных земель.

Ярость Жанеко была бескрайней потому, что он упустил то, что вожделел – Алилу. И по глупости своей или по самоуверенности, что в этом случае едино, Жанеко высказал свои претензии Шевчеку. Бунтовать надо с умом и по делу, а не в ярости и не подготовлено. Шевчек прикрыл глаза. К его гневу на судьбу добавился гнев на младшего товарища. Шевчек подумал, что здесь он ни за что не позволит ей победить его.

Шевчек поднялся и сделал несколько шагов к молодому монаху. Оказавшись рядом, Шевчек положил руку на плечо Жанеко и начал говорить:

– Послушай меня... – на это месте Шевчек чуть шевельнул пальцами и в плечо слушателя воткнулась тонкая игла, пребывающая до этого в потайном кармане рукава.

–Аххх! – Жанеко мгновенно осел на пол. Шевчек с удовлетворением увидел, что тот уже отключился.

– Меня нельзя так оставить, – назидательно сообщил Шевчек спящему крепким сном юноше. – Ты забудешь про все. Завтра ты проснешься и будешь верным сторонником нашего ордена. Мы потерпели неудачу здесь, но есть другие возможности.

Монах Жанеко проснулся не на следующий день, а через три дня. Шевчек постарался на совесть. Жанеко не помнил некоторых вещей, которые были в действительности, зато помнил некоторые, которых никогда не было.

Шевчек остался доволен результатами проверки верности младшего товарища.

За это время Шевчек получил весточку, что пора ему двинутся на запад от Эвари к его соседу в столицу Ичиаса. Там надо было помочь некоторым личностям в сведениях об актерах. Шевчек сообщил Жанеко, что они отправляются в путь. Жанеко воспринял это с тихой радостью. Теперь он все воспринимал так: покорно и радостно. Они отправились в путь, который сложился удачно. Шевчек и Жанеко поделились определенными данными о Темных землях и актерах с представителем разведки западного соседа Эвари – Ичиаса. Шевчек прекрасно понимал, что заваривается нехорошая история, но ему было приятно, что эти безмозглые актеры получат по заслугам.

Объяснить человеку, что он морально неполноценный иногда предельно трудно, а особенно, когда этот самый человек уверен в обратном. Алила выбилась из сил, на что собственно и рассчитывал ее родной дед. Они виделись в первый раз в жизни, но дед ее уже обожал, по-своему, конечно. Алила же поняла, что с одной стороны, ей жаль этого старика в смешной шапке, а с другой, убил бы его кто-нибудь.

– Девочка моя, ты станешь королевой! – барон видел в ней все самое лушчее.

– Дед, я не собираюсь становиться королевой, – отбрыкивалась Алила. – У меня все есть.

– А деньги? – коварный дед думал, что это она говорит обо всем остальном, помимо их.

Алиле ничего не оставалось, как потащить деда в королевский банк.

– На нашем сохранении находятся .... золотых монет, – радостно и торжественно сообщил глава банка. – Из них .... монет находятся в обороте, мы предоставляем на них почти .... надбавку по истечении годового срока, а вот оставшаяся сумма может быть снята в любой момент.

У деда поднялись брови и опустились уши на шапке.

– Ого! – это уже восхищение. Дед решил, что ляжет костьми, но от внучки не отступится.

Алила не стала ему говорить, что у нее была еще одна похожая сумма в другом банке, а также она еще не продала три камня и одну цепочку из тех, что ей достались от птиц.

– Алила, откуда у тебя такие деньги? – дед не верил, что их можно заработать.

– Этот вопрос не обсуждается, дед, – девушка пожалела, что рассказала ему о своей состоятельности.

– Значит, тебе подойдет не всякий муж, только очень богатый, и знатный, и всесильный, – барон плевал на ее возражения.

– Дед, мне пора во дворец. Там шутить не любят, тебе, если пожелаешь утрою встречу с местным начальником тайной канцелярии. Он тебе живо все объяснит, а меня оставь в покое. Все, что было там у вас с мамой не мое дело. Не хочу я в это лезть. Ее уже давно нет, да и ты не спросил, что с ней, как я жила. Я не собираюсь с тобой жить, мне плевать на твое баронство, и все. Пообедать с тобой могу, но без трюков. За мной вся разведка следит, сам знаешь, что я на ответственном посту.