Текст книги "Все дороги нового мира"

Автор книги: Ольга Табоякова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 29 (всего у книги 31 страниц)

Кодр опять опустил голову. Стоило человеку отвлечься, как ему стало хуже.

"Ты сейчас же отправишься назад", – Хэсс сосредоточился на лечении кодра.

Спорить сил не было, Пупчай и сам знал, что он подведет человека. Дальше лететь он не мог. Оставаться здесь было нельзя. Хэсс спокойно смотрел, как улетает его друг.

"Я тебя позову", – пообещал Хэсс. "Предполагаю, что это наведенное. Но я не понимаю, что это такое и разбить не получается. Я попытался вбухать в это свои силы, так будто голым остался. Ты должен набраться сил".

Вунь и остальные видели в зеркале, как Хэсс отпустил кодра.

– Куда? Куда? Куда? – кричал Вунь, бегая по всему Белому дому Милагро. – Он не может.

Колдун пожал плечами, пока все выходило, как он и плел. Эльнинь подхватил Вуня на руки и стал успокаивать:

– Милагро сказал, что все будет хорошо. Вунь, тише, тише, тише.

С этого момента малыша было невозможно оторвать от зеркала. Даже для справления естественных надобностей Эльнинь аккуратно таскал за Вунем зеркало, иначе последний обещал все делать тут же.

Хэсс взял с собой большую заплечную сумку. Он спустил сумку вниз, потом стал спускаться сам. На то, чтобы оказаться у предполагаемого входа в подземные ходы ему понадобилось четыре часа. Силы прыгать вниз и лететь не было. Это место съедало его изнутри. Спать вор улегся у самого входа в подземные пещеры. Хэсс постоянно тянул из окружающего пространства силу и закрывался ею, но чья-то злая воля немедленно вытягивала все, что он набирал.

Где-то не так далеко от Хэсса, человек с медальоном на груди понял, что к нему гость.

– Я его съем, – решил тот человек с медальоном на груди. – И превратится он в дерьмо. Самый верный способ превратить человека в отбросы.

Человек с медальоном пожалел, что некому оценить эту шутку. Сейчас ему оставалось ждать и предвкушать будущие удовольствия.

Хэсс Незваный пошел по темному проходу. По началу он долго спускался вниз. Хэсс догадался, что это путь к общей системе ходов. Чем ниже он спускался по дороге, тем легче ему становилось. Давление чужой враждебной силы так не чувствовалось. Хэсс как раз это обдумывал, когда добрался до первого разветвления каменного туннеля. Дорога уходила вправо и влево. Хэсс уселся. В этот момент не надо было спешить. Надо отдохнуть и заняться ногой. Вор достал из своего нагрудного кармана медальон, тот, что не так давно украл. Как объяснил Шляссер это был медальон земли. В столице он не действовал, вроде бы потому, что Шляссер счел, что это медальон от другой земли.

Хэсс открыл черную коробку и вытянул медальон на цепочке. Тот заблестел, и опять почувствовалась сила. Хэсс попробовал слиться с ней. Сначала ничего не получалось. Внезапно он понял, что медальон голодный. Хэсс положил его на камень рядом с собой. Серый камень осветился глубоким светом. В туннеле стало светло, полумрак рассеялся. Хэсс потрогал камень, тот накалился. Постепенно светом залился весь туннель, оставшийся за его спиной. Когда интенсивность света стала уменьшаться, Хэсс попробовал опять услышать медальон чужой земли. И удалось это сделать за три мгновения. В неподготовленной голове заклубились обрывки информации, схема туннеля, виды камней, водяной поток, мох, какие-то камни и еще много чего непонятного. Сжав голову руками, Хэсс принялся выбираться из этого всего. Когда он смог оторвать свои мысли от силы медальона, то понял, что чуть не сошел с ума окончательно и бесповоротно.

– Уф, – в пустом туннеле эти слова разнеслись далеко-далеко. – Что же ты творишь, – Хэсс потрогал медальон и достал коробочку из черного камня. – А еще говорят будто ты не из этой земли.

Убрать медальон он не успел, тот зашевелился.

– Что? – спросил Хэсс. Разговаривать с медальном было глупо, но тот явно показывал, что хочет общаться.

Рука Хэсс лежала на камне, медальон осторожно пополз к его пальцам.

– Ладно, еще раз, – вор и так знал, что медальону нужна мысленная связь. Пару раз глубоко вздохнув, Хэсс подвинул руку и коснулся цепочки. В голове зашумело, но уже не так активно. Всего лишь похоже на щекотку, если прошлое прикосновение он бы сравнил с ударом, то это было не больно.

Хэсс стал растворяться в силе земли. Он сосредоточился на схеме туннелей. Мысленно он выбирал путь и запоминал. Медальон терпел.

"Чего тебе надо?", – смог четко измыслить Хэсс.

Медальон не ответил словами, но вор понял, что тот хочет жить.

Возврат в свое тело доставил Хэссу несказанное удовольствие.

– Не убирать тебя в коробку? – повторил Хэсс вслух. – Что же с тобой сделать? Если я тебя оставлю здесь, то ты вполне можешь все изменить. Ты как ключ ко всей земле.

Медальон мелко задрожал.

– И что?

Они еще долго так сидели.

Вунь, наблюдающий эту сцену, сжимал кулаки и повторял, как заклинание:

– Возьми себе, нам пригодится, возьми себе, нам пригодится.

Хэсс медленно взял медальон в руки:

– Договоримся? Я тебя высажу в своем саду. Будешь помогать нашей земле.

Медальон стал теплым. Хэсс понял, что он согласился.

– А пока полежишь в коробке, – медальону это не понравилось, и он заледенел. Хэсс опять вздрогнул.

– А куда я тебя дену?

Медальон завибрировал.

– Не одену я тебя на шею, – отказался Хэсс и почувствовал, как на него опять стало накатывать. Медальон старался быть очень мягким.

– Ладно одену, – спустя два часа согласился Хэсс. – Но если, что отдам малоросликам, они тебя переплавят.

Медальон опять стал теплым. Серьга потеплела в ответ. Хэсс убедился, что делает все верно.

В зеркале Милагро с одобрительной улыбкой наблюдал, как Хэсс одевает на шею медальон на резной цепочке. Хэсс поднялся и пошел. Он сразу заметил, что идти стало легче, камень пружинил под больной ногой. Все уклоны незаметно сглаживались.

Где-то не так далеко от Хэсса, человек с другим медальном на шее вздрогнул и часто заморгал глазами:

– А это наш собрат. Интересно, что у него? – его медальон неприязненно замерцал. – Понятно, что тебе не нравится. Ты у нас ни с кем из своих собратьев не дружишь.

Хэсс шел по туннелям. Первые посты он благополучно миновал. Медальон не подвел. Оркам пришлось труднее, они шли по его следу, периодически его теряя. На очередной развилке Спай ушел в один туннель, Нуэва в другой. Им надо было выяснить, куда ушел их подопечный. В скорости они вернулись назад к развилке.

Спай попил воды:

– Нет.

Нуэва кинул:

– В мой туннель. Знаешь, я думаю, что этот человек сумасшедший. Я бы по доброй воле не сунулся сюда, а он идет. Не любитель я этих камней над своей головой. Еще и призраки эти странные, а уж впереди что, если там тот человек...

Спай ничего не ответил. Он предпочел не высказывать свое мнение до конца этой заварушки.

– Пойдем, – сын Грандиезы внезапно ощутил, что они опаздывают. – Надо спешить.

Четыре дня полумрака и ходьбы по каменным туннелям привели его к очередной развилки. Хэсс знал, что идти надо по широкому, а не по узкому туннелю. Но там впереди было поселение, а от него всего день хода до той самой скалы с белыми прожилками.

Глава 28. Волнующие открытия

Разговор двух подружек в общаге:

– Какое самое волнующее предложение тебе делали?

– Поехать пострелять ворон на свалке.

– Правда?

– Правда, конечно. Еще предлагали пострелять крыс, собак, бомжей и других жителей свалки.

– Счастливая ты, – позавидовала подруга, – мне никуда дальше вонючего подъезда не предлагали.

Хэсс знал, что он должен встретить посты, наподобие тех, что раньше ему удалось несколько раз обойти. По его прикидкам пост должен был быть недалеко впереди. Хэсс готовился услышать голоса или может какое-шевеление, но вместо этого он услышал плач. Негромкий, но отчаянный плач говорил, что что-то неладно. Осторожно и медленно Хэсс приближался. Завернув за угол, Хэсс увидел, что у каменной ниши лежат два тела. Это несомненно была та самая стража. Все вокруг было залито кровью. Хэсс подошел ближе и увидел, что стражи погибли в бою. Но этого боя они не ожидали. Некто разрубил их на куски. У одного стража были отрублены руки и голова, у второго в стороне валялась нога и ладонь. Хэсса передернуло.

Плач не прекращался. Хэсс двинулся к источнику звуков. Еще один поворот и он понял, что тот, кто плачет сидит, спрятавшись за странным камнем, растущем из земли и выкрашенным в белый цвет. Хэсс не знал, что так обозначались границы поселений в Скалистых горах. Вор приближался. Человек рыдал так, что не ощутил чужого присутствия. Хэсс обогнул камень и предстал перед заплаканным подростком.

– Ох! – мальчик в черной мохнатой куртке и с красным от слез лицом замолчал. Потом стал вжиматься в камень, сапоги скребли землю.

Хэсс протянул открытые руки.

Мальчишка тупо на них уставился. Открытые руки без оружия, его немного успокоили.

– Ты кто? – срываясь, смог спросить мальчишка.

– Хэсс, – представился вор. Он молчал уже дней пять и ответ тоже получился не ахти какой ровный.

– Ты чей? – мальчишка все еще был напуган до потери сознания.

– Вуня, – Хэсс сказал то, что первое пришло в голову.

Мальчишка задумался. Такого имени он не слыхал.

– А я здешний. Вернее, был, – мальчишка так помрачнел, что стал одного цвета с серыми скалами.

– А случилось то чего? – очень осторожно поинтересовался вор.

Мальчик вжался в камень. Ему было очень страшно, и он не знал верить ли этому странному человеку.

– Он их всех убил, – через силу выговорил мальчик.

Хэсс примерно такое и предполагал.

– Всех? Может кто жив остался?

– Издеваешься? – сорвался мальчишка и метнулся в сторону. Хэсс сделал быстрый прыжок, поморщился, нога все еще чувствовалась. В таких случаях надо было дней десять лежать, а он он топал уже шестой день. Но беглеца он перехватил.

– Тихо, – рыкнул Хэсс. Мальчик притих в его руках.

Хэсс убрал руки.

– Как тебя звать? – вор решил, что надо все же узнать имя ребенка.

– Вариз, – представился мальчик. – Мне уже четырнадцать. Сегодня было посвящение, -и он опять зарыдал.

Мало помалу Хэссу удалось вытянуть из него всю историю. Мальчиков в свое четырнадцатилетие посвящали в ученики воинов. С самого утра Вариз ушел по известному маршруту до источника. Он прошел по туннелю, вышел на поверхность, добрался до источника, набрал воды и вернулся. Когда он вернулся, то увидел, что стражи нет. Его никто не встречает. Кругом части тела и кровь.

– Там можно утонуть, – признался мальчишка. – На верху. Там везде кровь, ею даже дышишь.

Хэсс опять обнял паренька. Тот пребывал в таком шоке, что мог и умом повредиться.

Хэсс узнал, что впереди через две сотни шагов будет главный пост. Дорога по туннелю дальше ведет к бывшему общему месту советов, а дорога наверх к самому поселению.

– Вариз, а ты знаешь, кто это сделал? – Хэсс следил, опасаясь реакции ребенка.

– Тот, страшный, – прошептал мальчик.

Через несколько часов Хэсс стал обладателем ценной информации о "том страшном".

– Он не здешний. Мы не знаем, как он здесь появился. Однажды наш староста собрался объявить общий сбор, пошел к общему месту и пропал. Потом пошли еще пятеро. Они тоже пропали. Потом пошли уже сорок человек. Из них вернулся один. Он сказал, что там они умирают. Там больше не наша земля. Я слышал, как шептались, что и в других поселениях были подобные истории. Тогда все собрались у нас. Это было неудобно. Я помню, что меня с сестрой долго не выпускали вниз. К общему месту пошли две тысячи воинов. Не вернулся никто. С тех пор, все было тихо. Люди привыкли. Они знали, что не ничего не могут сделать.

Мальчик надолго замолк, вспоминая те времена.

– А недавно, почти шесть циклов назад, стали говорить, что селение Чумараз умерло. Там все умерли. А сегодня и здесь все умерли.

Вуриз замолк и больше ни о чем не думал. Вор прикинул, что ему делать с этим ребенком.

– Это оттуда, – невнятно прошептал ребенок и задремал.

Хэссу повезло. К месту, где они сидели, пришли двое бородатых и со звучными именами Илиг и Тиз. Они знали, что поселения Вариза больше нет. Илиг и Тиз пришли сверху. Хэсс сдал им мальчика и сказал, что отправится вперед. Дядьки Илиг и Тиз покачали головами, но отговаривать пришельца не стали. По их глубокому убеждению, нельзя было вмешиваться в чужие жизни. Хэсс провел в этой молчаливой компании еще несколько часов, но ничего от них не услышал. Илиг и Тиз молчали, оба скорбели о родных и близких, о друзьях и недругах из этого мертвого поселения. Вариз ушел с Илигом и Тизом, даже не попрощавшись с Хэссом.

Вор пошел дальше, размышляя над одной вещью. Ему показалось, что в том месте совсем не осталось жизненной силы. Хэссу чудилось, что тот, кто жестоко уничтожил столько людей, выпил всю силу вокруг. Там были мертвы все и всё. Не в силах облечь в более четкие мысли свои впечатления и догадки, Хэсс углубился в воспоминания, пытаясь еще раз воспроизвести в памяти, почувствовать, заметить, понять.

Еще день пути и Хэсс был у цели. По словам Вариза там, за большим черным камнем жила смерть. Хэсс еще шагов за сто стал натыкаться на покореженное оружие и людские кости.

Здесь опять стало тяжело, будто бы на грудь навалились все Серые горы. Если Хэсс правильно знал людей, то все они пытались продавить и уничтожить лежащую впереди мертвую зону. Вору когда-то рассказывал Шаа, что бывают такие силовые ограждения, супротив которых нельзя бороться. Здесь надо было идти от противного и слиться с этим местом, стать своим. Хэсс подумал о смерти, о той смерти, которую привел сам, от которой сам ушел, о той, которой собирался помогать и против той, которой собирался бороться. Нужное настроение и состояние было достигнуто. Хэсс спокойно прошел вперед. Его пропустили, как своего. Тиз, наблюдавший за чужестранцем, прикусил губу до крови. Тиз поспешил назад, чтобы рассказать остальным о том, что видел. Но не успел. Встретился он с двумя волосатыми и злыми существами. Те его расспросили о чужестранце и на удивление не убили, а опутали магическим сном.

– Пусть полежит, отдохнет, – убирая в карман куртки подарок Милагро, прокомментировал Нуэва.

Спай сосредоточено кивнул. Он обдумывал, как им пройти вслед за Хэссом. Никаких идей в голову не приходило.

Вунь, как заведенный бегал у зеркала, и пытался накричать на Милагро.

Основным его упреком было то, что его, Вуня, не пустили. Уж он то бы нашел, как пройти через этот барьер.

Зеркало утухло. Оно не желало показывать, куда идет Хэсс. Зеркало было не возможно заставить смотреть за личным духом. Зеркало тоже стояло у барьера с орками, вот Вунь и бесился. Алила побелела. Эльнинь покраснел. Болтун забил хвостом и задергал ушами. Лишь Милагро оставался относительно спокойным. Он верил в свои способности и в линии жизни Хэсса.

Тем временем, Хэсс шел дальше. Идти было приятно, несмотря на то, что дорога уходила вверх. Хэсс добрался до первого яруса, так никого и не встретив.

Человек на третьем ярусе подземного дома обманулся. Он не удосужился проверить сколько человек пришли в его владения. Человек знал, что у стены кто-то сидит. Этот кто-то и был тем самым враждебным. Человек не почувствовал, что в его мир пришла частичка смерти с другим человеком.

Понимая, что добыча может ускользнуть человек с медальоном пошел вниз. Он, правда, попил жизненной силы день назад в близлежащем поселении, но никогда не следует отказываться от дармовщинки. Человек с медальоном на шее нуждался в жизненной силе, если желал и дальше жить. Медальон тянул с него силу, а человек тянул силу со всего остального, включая живых людей. Человек ждал, когда явится его помощник с камнями. Надо было начинать уже три дня назад, а этого бодяжника так и не было. Человек сердился, его сил не хватало, надо было срочно искать новые источники.

Вор видел, как по лестнице спускается фигура в белоснежной одежде. Тонкие, обостренные черты лица, вытянутый нос, седые волосы, какая-то синюшность кожи и выцветшие глаза все это увидел Хэсс. Но самым главным было то, что на шее незнакомца пылал черный медальон. Хэсс застыл в темноте и пожирал глазами своего врага и будущую жертву. Вор поверил себе, что смог незаметно пройти в чужие покои, видимо, враг не почувствовал вторжения. Подождав, пока белоснежная фигура удалиться, Хэсс отправился по его следам на третий ярус. Там были жилые покои.

Следовало все обследовать и хорошо подумать.

Первое открытие, которое сделал Хэсс, его порадовало. Все каменные покои имели по несколько выходов и входов. Здесь можно было хорошо поиграть в прятки.

Второе открытие его порадовало еще больше, Хэсс поднялся на четвертый ярус и нашел выход на верх. Это была маленькая площадка, но это реальный шанс выбраться из этих надоевших туннелей.

Третье открытие его впечатлило. На четвертом ярусе Хэсс нашел комнату забитую драгоценными камнями. Такого количества он не видел никогда. По приблизительным прикидкам выходило, что там лежало несколько сотен тысяч камней всех цветов и размеров. Вор на мгновение вытеснил убийцу из души Хэсса и предложил взять это себе. Убийца возразил, что не это цель визита.

Хэсс пошел дальше.

Вернувшись на третий ярус, Хэсс нашел комнату заваленную бумагой, книгами и магическими вещичками.

Предчувствуя, что время его свободных гуляний на исходе, Хэсс нашел себе замечательное место. Он устроился в одном из каменных углублений в коридоре. До этого оно было забито тряпками неизвестного назначения. Хэсс влез по стене коридора и устроился почти под потолком. Как выяснилось углубление было своего рода каменных шкафом без дверек. Вор предположил, что там могли храниться какие-то припасы. На самом верху он затих и застыл.

Человек в белой одежде в раздражении шел по коридору к своим рабочим покоям. Он не смог поймать этих двух орков. Человек даже удивился, что к нему пожаловали орки. Человек был абсолютно уверен, что ему ничего не стоит схватить незваных гостей, но те быстро выкинули такой трюк, что человек растерялся. Он уже подошел к своему барьеру, как увидел, что два орка, держась за руки, вошли в каменную стену. Человек не поверил, что это возможно. Он своей силой мог разрушить камень. Он мог мир разрушить, но не мог повторить их действие.

Спай и Нуэва родились не просто в рубашках, как говорили у людей, они родились в полном воинском облачении. Нуэва признался Спаю, что Милагро его снабдил одной полезной вещью.

– Колдун сказал, что Хэсс может пройти сквозь любую дверь без шума. Мы должны идти за ним и не мешать. Вот он и дал эту штуку.

Спай прочитал, что было написано на отдельной бумажке, в которую был завернут круглый камушек. Они вошли в каменную стену, надеясь обойти барьер.

Человек с черным медальоном подождал чуть-чуть, он был уверен, что те двое вернутся. Надо было серьезно подготовиться к их встрече.

Хэсс не понял тревоги того человека, но ощутил ее. Со своего места Хэссу были видны рабочие покои его врага. Дверей в этих коридорах не существовало вообще. Вместо них над входом в покои кое-где висели тряпки. Но врага раздражали "мягкие" двери. Хэсс видел почти всю площадь покоев, кроме стола у самой дальней стены и двух шкафов в другом углу. Человек в белом забормотал. Хэсс прислушался.

– Эх, Флав, Флав, Флав.

Вор задумался. На картинках Шляссера, Флавиус выглядел совсем не так, но человек мог говорить и не о себе, мог и звать кого-то или сетовать на него. Но Флав, который почти точно и был Флавиус, явно был замешан в этом.

По бормотанию человека Хэсс понял, что тот давно живет один и привык говорить сам с собой.

– Флав, кто же к нам пожаловал? Кто эти двое? Кого мы съедим? Как нам встретить наших гостей? Надо же и нам получить удовольствие и им. Не будь я Флавиус Смертельный.

Хэсс прикрыл глаза. По этим бормотаниям выходило, что сюда пожаловали двое неизвестных, и удачно удалось установить, что этот тип и есть Флавиус.

Флавиус долго рылся в книгах и бумагах. По его периодическим разговорам с самим собой Хэсс смог приблизительно понять, что тот собирается делать.

– Ходите сквозь стены? Я вам покажу.... Так, где это? Где? Где? Оно! Если взять вытянуть нить из медальона... Ты меня слышишь, друг мой черный? Я вытяну из тебя нити... Так нити надо сплести в простую сетку. Сетка, будет вам сетка, да не одна... Посмотрим, пройдете ли вы эту сетку. Я покрою ею все стены здесь. Вы навечно останетесь с камне.

Флавиус захихикал. Хэсс пожалел неизвестных и стал звать свой медальон. Тот откликнулся на удивление быстро. Хэссу не пришлось ничего объяснять. Медальон и сам был в бешенстве. Ему совершенно не нравилось, что его земля будет в смертельной паутине.

Так они стали работать.

Флавиус плел сетки и кидал их на стены. Медальон Хэсса сердился и сжирал эти сетки. Где-то после трех десятков сеток Флавиус понял, что происходит. Хэсс подивился самоуверенности колдуна, надо же так долго работать в пустую, даже не проверив, как работают эти его сетки. До Флавиуса дошло внезапно. Он так и застыл с половиной сетки в руках.

– Это что же? Это что же?

Колдун забегал по своим покоям, иногда спотыкаясь о свои же столы, стулья и книги. После пяти минут беготни и стонов колдуна, Хэсс стал задумываться над вопросом, что хорошо бы колдун переключился на другую мысль. Колдун переключился. Он уселся на пол и стал стонать:

– Это кто же? Это кто же?

Хэсс представил, что Вунь в этом бы случае плюнул на пол и сказал бы:

– До чего убогое мышление.

Вся эта суета убедила вора в том, что Флавиус неудачник, который получил нечто сильное – медальон и пытается стать великим. Вариант хуже не придумаешь. Флавиус выглядел жалким в своей суете. Казалось ткни его пальцем, и он заплачет от обиды. Получался какой-то придурочный злодей. Вор затаил дыхание, ему вспомнился давний разговор с учителем. Тот высказался, что умный враг опасен, а вот дурной враг во много раз опаснее умного потому, что дурак пойдет и на уничтожение мира, чтобы тебе не где было жить.

Хэсс подустал от воплей недоделанного колдуна. Надо было подумать, как отнять у него медальон без ущерба для собственного здоровья и душевного состояния. Вор решил еще понаблюдать, возможно колдун иногда снимает медальон.

Где-то внизу орки заблудились. Они вышли из стены, но не смогли определиться, куда попали. Спай выругался, помянув при этом Милагро. В воздухе сверкнула молния.

– И здесь действует! – радостно воскликнул Нуэва.

– Нападем на того человека и заставим его ругаться на Милагро, – сумрачно предложил предводитель Спай. – Забьем его молниями.

Нуэва замолчал, так и не поняв, что это: стратегический план действий или шутка предводителя.

В Белом доме зеркало ожило. Оно показало орков. Люди и нелюди оживились.

– Они! – Вунь сложил руки у груди.

– А где Хэсс? – Алила вцепилась в Милагро.

– Я откуда знаю, – огрызнулся колдун. Его зеркало впервые вытворяло такие шуточки.

Эспоза ткнула острым локтем мужа в бок.

– Сделай что-нибудь! – приказала она.

Милагро вздохнул, закрыл глаза и попытался настроить зеркало по новой. Ничего не выходило. Мелькали люди, лица, дворцы, дороги, пещеры, но Хэсса не было. Все опять остановилось на орках.

– Опаньки! – раздалось чье-то позади их. – Какая штучка.

– Фиг тебе! – мгновенно отреагировал Милагро.

Шляссер поморщился:

– А я тут решил зайти. Вы уже третий день из дома не выходите. Алила на работу не является. Дороги не ремонтируются. Между прочим, Милагро, раз уж взял на себя обязательства, доделай дороги. Слухи по городу. Ваш дом с красной крышей закрыт. Тишина. В городе нарастает паника. А вы тут картинки смотрите.

– Фиг тебе, – еще раз повторил Милагро. – Это только для моих нужд. Тебе же не интересно жить будет. Сдохнешь с тоски, ежели все будешь видеть в реальном времени.

– Но заманчиво так, – Шляссер подвинул Болтуна, который на такую фамильярность зашипел, аки злая змеюка. – Что это значит?

Повисла тишина. Каждый думал о том, что можно сказать начальнику тайной стражи Эвари. Шляссер посмотрел на них, как на малых детей:

– Пошел наш Хэсс в Серые горы, и орки видимо тоже пошли. Вы все дергаетесь потому, как зеркало не показывает Хэсса, а орков показывает.

– Оставайся, – разрешил Вунь. Милагро прикрыл глаза от подобной наглости. – Раз ты сказал, что Хэсс наш, то оставайся.

Шляссер прикусил язык. Он не совсем то имел в виду, но упускать такой случай не стал. Толстячок уселся на пол, живот давил на ноги, было неудобно.

– Так чего там? – по свойски спросил он.

Вунь принялся возмущенно рассказывать:

– Эти волосатые бодяжники упустили Хэсса. Он прошел какую-то светящуюся стену, а они не смогли и пошли через камень, вышли и похоже заблудились, и Хэсса не нашли.

Шляссер сглотнул, для него явилась новой информация о возможности ходить через каменные стены.

Орки пошли по коридору вперед. Вунь, наблюдая за ними, надеялся, что вот-вот они увидят Хэсса, но нет.

Вор не думал ни о ком другом. Он сосредоточился на деле и пытался стать Флавиусом. От чокнутых мыслей, которые полезли в голову, заболела голова до рези в глазах и звона в ушах. "Не мой путь", – решил вор, вытряхивая туман из головы.

Флавиус ожил и приободрился. Период растерянности прошел, наступила деятельная фаза.

– Где этот прадурок? Где его носит? – залопотал Флавиус.

"Видимо это про Столичного", – подумал Хэсс.

Флавиус достал из большого сундука меч:

– Это вас остановит, – радостно забормотал Флавиус.

Хэсс смекнул, что видимо это колдовской меч, который изрубит врагов без участия колдуна. Тот сосредоточился и направил свои мысленные приказания на меч, который зашевелился и быстро рванул из покоев по коридору и дальше в неизвестность.

Орки были неприятно удивлены, когда на них из одного из коридоров вылетел здоровенный злой меч.

Спай и Нуэва отскочили в разные стороны.

– Ату его! – завопил Спай, который давал Нуэве время на поиски нужного колдовского артефакта. Вунь вручил им меч, который когда-то нашел у Хэсса.

Пока Спай прыгал и кувыркался в воздухе, отвлекая на себя внимание меча, Нуэва сподобился перерыть всю сумку. Их меч проснулся. Через мгновение зазвенела сталь.

– Туда, – скомандовал Спай, указывая на туннель из которого появился нападающий меч. – Пусть они здесь сами.

Нуэве не хотелось уходить.

– ПУСТЬ ИХ, – еще раз командирским голосом повелел предводитель. – Этот нас видит, надо уйти, пока не пришли очередные подарки.

Нуэва пару раз оглянулся, но добросовестно бежал за Спаем.

Хэсс видел, как Флавиус стал обкусывать себе ногти.

– Куда он делся? Что же так долго? Чик-чик и все!

Вор так понял, что те, против которых был послан меч, как-то его нейтрализовали. Жить стало приятнее.

– Я вас! Я вас! Я вас! – возвопил Флавиус.

Что именно "я вас" хотел сделать осталось непонятным. Флавиус оступился, встал на конец своей белоснежной одежды и упал, сильно треснувшись головой. Пару мгновений колдун пытался сфокусировать взгляд на чем-то впереди себя. Побурчал, схватился рукой за голову, встал на четвереньки и пополз до своего места за столом. У Хэсса в голове замелькали прекрасные картинки: вот он пинает колдуна в зад, вот треснет по голове тяжелым книжным фолиантом. Из всех этих мечтаний родился приятный, но чуть хлопотный к осуществлению план. Теперь надо было ждать.

Орки неслись по туннелям.

Флавиус рылся в бумагах.

Хэсс мечтательно улыбался и осматривал помещения в поисках нужных предметов.

Прошло несколько часов. Флавиус видимо что-то нашел и отправился на четвертый ярус за нужными вещами.

Хэсс быстро спустился вниз. Ему надо было все еще раз осмотреть. Вор был искренне благодарен неизвестным, которые всецело отнимали внимание Флавиуса. Хэсс чувствовал, что колдун быстро вернется назад. Сейчас было время только обежать покои и кое-что проверить. Вор не сдвинул с места ни одной вещи, ни задел ни одной бумаги. Колдун задыхаясь прибежал с верхнего этажа. В своих руках он держал кучу доспехов. Хэсс поразился и предположил, что это специальные доспехи, такие же как и меч. Но нет, оказалось, что Флавиус стал напяливать доспехи на себя. На голову не налез лишь шлем с рогами. На вид воинское облачение было не из металла, а скорее из костей. Хэсс попытался угадать с какой целью Флавиус напялил все это на себя, но не смог. На самом деле все было просто. Колдун испугался.

В своем новом воинском облачении Флавиус стал еще более неповоротлив, отчего постоянно сшибал какие-то кучи с вещами.

Одевшись и нацепив на спину меч, Флавиус вернулся к своим занятиям по уничтожению неизвестных.

В зеркале Белого дома наблюдающие увидели, как орки остановились у лестницы.

– Это что? – задыхаясь спросил Нуэва. Все же обильное и сытное питание в доме Хэсса и Вуня слегка подпортили его физическую форму.

Спай меньше жил на пирогах и мясе с подливкой из белых грибов, поэтому и чувствовал себя более сильным, выносливым.

– Думаю, что нам наверх, – предположил он.

Нуэве не хотелось туда идти.

– А что делать то будем?

– Пойдем на этаж вверх, посмотрим, – Спай достал метальные ножи. – Был бы здесь отец со своим топором, – пожелал он. Нуэва согласился, за спиной предводителя Грандиезы он бы чувствовал себя в полной безопасности.

Где-то центре новых земель орков МаносФуэнтос Грандиеза вздронул. Он почувствовал, что его плоть и кровь в опасности. Быстрая проверка убедила, что с дочерью и вторым сыном все хорошо.

– Спай, – напрягся Грандиеза. – А ну-ка все сюда.

Все услышавшие приказ предводителя собрались перед большим домом.

– Взывайте о помощи к нашей земле! – приказал он.

Орки достали ножи, каждый провел по ладони. Земля впитала кровь своих новых детей. Оркский колдун завел заунывный речитатив. Земля откликнулась на его зов. Орки стали просить дать силы их родичам, которые находятся далеко от родной земли.

Спай шел первым. Чутье говорило ему, что это место необитаемо. Если не считать недавних следов одного человека, то было ясно, что здесь никто не живет. Орк прикинул, что это вполне могут быть следы Хэсса. Вор похоже дошел до половины этого длинного коридора и вернулся назад. Спай же решил все полностью обследовать. В одной из дальних комнат он нашел кучу костей в цепях. При чем, что было неприятно, кости были живыми. Лишь цепи, вделанные в каменные стены их держали. Черепа неприязненно щелкали, руки и ноги шевелились с хрустом и скрипом. Нуэва поморщился, ему было неуютно рядом с такими мертвыми существами.

– Надо их того, – предложил он предводителю Спаю. – Коли тот их выпустит на нас?

Спай одобрительно кивнул. Не долго думая, орки принялись рубить в пыль эти кости. Шум они подняли изрядный, но никто не пришел.

– Смотрим дальше, – приказал Спай. – Вдруг еще что. А потом возвращаемся.

Нуэва кивнул.

Хэсс лежал в своем укрытии и прикидывал, что еще придумает Флавиус. Вору очень надо было, чтобы колдун ушел минут на десять. Но Флавиус упорно что-то сооружал из палок.

– Будут вам самые кровожадные, самые кровожадные змеи – бормотал Флавиус.