Текст книги "Русско-ливонско-ганзейские отношения. Конец XIV — начало XVI в."
Автор книги: Наталья Казакова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 31 страниц)
Annotation
В монографии на основе совокупности русских и иностранных источников исследуется одно из основных направлений внешней политики России в период, когда происходило объединение русских земель и было создано единое Русское государство, – прибалтийская политика России. Показаны борьба русского народа с экспансией Ливонского ордена, сношения Новгорода, Пскова, а затем Русского государства с их основным торговым контрагентом на Западе – Ганзейским союзом, усиление международных позиций России в результате создания единого государства. Прибалтийская политика России рассматривается на фоне и в обусловленности международными отношениями в Восточной Европе и на Балтике.
Наталья Александровна Казакова
Введение
Литература и источники
Международные отношения в Восточной Европе и на Балтике в конце XIV в. и русско-ганзейская торговля
Глава I
Сачинский договор и война Ливонского ордена с Псковом 1406–1409 гг
Стабилизация отношений Новгорода и Пскова с Ливонией после Грюнвальдской битвы
Русско-ливонские отношения в 20–30-х годах XV в.
Война ордена с Новгородом 1443–1448 гг. и договор 1448 г.
Глава II
Нибуров мир 1392 г.
Ганза и Новгород на рубеже ХІV–ХV вв.
Стремление Новгорода и Пскова в начале XV в. к установлению равных условий торговли с ганзейцами
«Чистый путь за море» – требование новгородцев в 20–30-х годах XV в.
Начало упадка немецкого двора в Новгороде и рост торговли новгородцев в Ливонии
Война Ордена с Новгородом 1443–1448 гг. и русско-ганзейская торговля
Новгородско-ганзейские отношения в 50-х – начале 70-х годов XV в.
Глава III
Война между Дерптским епископством и Псковом 1458–1463 гг. и договор 1463 г.
Сближение Новгорода с Ливонским орденом в 60-х – начале 70-х годов XV в.
Договоры Пскова с Ливонским орденом и Дерптским епископством 1474 г.
Русско-ливонская война 1480–1481 г. и договоры 1481 г.
Русско-ливонские договоры 1493 г.
Глава IV
Русско-ганзейские отношения после присоединения Новгорода к Великому княжеству Московскому
Русско-ганзейские переговоры и договор 1487 г.
Изменение условий торговли ганзейцев в Новгороде в конце 80-х – начале 90-х годов XV в.
Глава V
Дипломатическая подготовка Ливонским орденом русско-ливонской войны 1501–1603 гг.
Русско-ливонская война 1501–1503 гг.
Перемирие 1503 г.
Русско-ливонские договоры 1509 г.
Глава VI
Закрытие ганзейского двора в Новгороде в 1494 г.
Русско-ганзейский конфликт и посольства ливонского магистра в Россию в 1494–1497 гг.
Русско-ганзейские переговоры в Нарве в 1498 г.
Разрыв торговых сношений между Россией и Ганзой в связи с русско-ливонской войной 1501–1503 гг. и вопрос об их восстановлении в 1503–1509 гг.
Русско-ганзейские переговоры 1510 г.
Новгородско-ганзейский договор 1614 г.
Заключение
Список сокращений
Карты
notes
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
53
54
55
56
57
58
59
60
61
62
63
64
65
66
67
68
69
70
71
72
73
74
75
76
77
78
79
80
81
82
83
84
85
86
87
88
89
90
91
92
93
94
95
96
97
98
99
100
101
102
103
104
105
106
107
108
109
110
111
112
113
114
115
116
117
118
119
120
121
122
123
124
125
126
127
128
129
130
131
132
133
134
135
136
137
138
139
140
141
142
143
144
145
146
147
148
149
150
151
152
153
154
155
156
157
158
159
160
161
162
163
164
165
166
167
168
169
170
171
172
173
174
175
176
177
178
179
180
181
182
183
184
185
186
187
188
189
190
191
192
193
194
195
196
197
198
199
200
201
202
203
204
205
206
207
208
209
210
211
212
213
214
215
216
217
218
219
220
221
222
223
224
225
226
227
228
229
230
231
232
233
234
235
236
237
238
239
240
241
242
243
244
245
246
247
248
249
250
251
252
253
254
255
256
257
258
259
260
261
262
263
264
265
266
267
268
269
270
271
272
273
274
275
276
277
278
279
280
281
282
283
284
285
286
287
288
289
290
291
292
293
294
295
296
297
298
299
300
301
302
303
304
305
306
307
308
309
310
311
312
313
314
315
316
317
318
319
320
321
322
323
324
325
326
327
328
329
330
331
332
333
334
335
336
337
338
339
340
341
342
343
344
345
346
347
348
349
350
351
352
353
354
355
356
357
358
359
360
361
362
363
364
365
366
367
368
369
370
371
372
373
374
375
376
377
378
379
380
381
382
383
384
385
386
387
388
389
390
391
392
393
394
395
396
397
398
399
400
401
402
403
404
405
406
407
408
409
410
411
412
413
414
415
416
417
418
419
420
421
422
423
424
425
426
427
428
429
430
431
432
433
434
435
436
437
438
439
440
441
442
443
444
445
446
447
448
449
450
451
452
453
454
455
456
457
458
459
460
461
462
463
464
465
466
467
468
469
470
471
472
473
474
475
476
477
478
479
480
481
482
483
484
485
486
487
488
489
490
491
492
493
494
495
496
497
498
499
500
501
502
503
504
505
506
507
508
509
510
511
512
513
514
515
516
517
518
519
520
521
522
523
524
525
526
527
528
529
530
531
532
533
534
535
536
537
538
539
540
541
542
543
544
545
546
547
548
549
550
551
552
553
554
555
556
557
558
559
560
561
562
563
564
565
566
567
568
569
570
571
572
573
574
575
576
577
578
579
580
581
582
583
584
585
586
587
588
589
590
591
592
593
594
595
596
597
598
599
600
601
602
603
604
605
606
607
608
609
610
611
612
613
614
615
616
617
618
619
620
621
622
623
624
625
626
627
628
629
630
631
632
633
634
635
636
637
638
639
640
641
642
643
644
645
646
647
648
649
650
651
652
653
654
655
656
657
658
659
660
661
662
663
664
665
666
667
668
669
670
671
672
673
674
675
676
677
678
679
680
681
682
683
684
685
686
687
688
689
690
691
692
693
694
695
696
697
698
699
700
701
702
703
704
705
706
707
708
709
710
711
712
713
714
715
716
717
718
719
720
721
722
723
724
725
726
727
728
729
730
731
732
733
734
735
736
737
738
739
740
741
742
743
744
745
746
747
748
749
750
751
752
753
754
755
756
757
758
759
760
761
762
763
764
765
766
767
768
769
770
771
772
773
774
775
776
777
778
779
780
781
782
783
784
785
786
787
788
789
790
791
792
793
794
795
796
797
798
799
800
801
802
803
804
805
806
807
808
809
810
811
812
813
814
815
816
817
818
819
820
821
822
823
824
825
826
827
828
829
830
831
832
833
834
835
836
837
838
839
840
841
842
843
844
845
846
847
848
849
850
851
852
853
854
855
856
857
858
859
860
861
862
863
864
865
866
867
868
869
870
871
872
873
874
875
876
877
878
879
880
881
882
883
884
885
886
887
888
889
890
891
892
893
894
895
896
897
898
899
900
901
902
903
904
905
906
907
908
909
910
911
912
913
914
915
916
917
918
919
920
921
922
923
924
925
926
927
928
929
930
931
932
933
934
935
936
937
938
939
940
941
942
943
944
945
946
947
948
949
950
951
952
953
954
955
956
957
958
959
960
961
962
963
964
965
966
967
968
969
970
971
972
973
974
975
976
977
978
979
980
981
982
983
984
985
986
987
988
989
990
991
992
993
994
995
996
997
998
999
1000
1001
1002
1003
1004
1005
1006
1007
1008
1009
1010
1011
1012
1013
1014
1015
1016
1017
1018
1019
1020
1021
1022
1023
1024
1025
1026
1027
1028
1029
1030
1031
1032
1033
1034
1035
1036
1037
1038
1039
1040
1041
1042
1043
1044
1045
1046
1047
1048
1049
1050
1051
1052
1053
1054
1055
1056
1057
1058
1059
1060
1061
1062
1063
1064
1065
1066
1067
1068
1069
1070
1071
1072
1073
1074
1075
1076
1077
1078
1079
1080
1081
1082
1083
1084
1085
1086
1087
1088
1089
1090
1091
1092
1093
1094
1095
1096
1097
1098
1099
1100
1101
1102
1103
1104
1105
1106
1107
1108
1109
1110
1111
1112
1113
1114
1115
1116
1117
1118
1119
1120
1121
1122
1123
1124
1125
1126
1127
1128
1129
1130
1131
1132
1133
1134
1135
1136
1137
1138
Наталья Александровна Казакова
Русско-ливонско-ганзейские отношения
Конец XIV – начало XVI в.
Памяти
моего учителя
Сигизмунда Натановича
Валка
Введение
Процесс объединения русских земель и создания единого Русского государства протекал в трудных международных условиях: над Русью тяготело татарское иго, Великое княжество Литовское стремилось к расширению своей территории за счет русских земель, постоянным очагом военных конфликтов был Ливонский орден. Сложное положение существовало и в сфере внешних экономических связей. Ослабление Руси в результате татарского завоевания, с одной стороны, и господство Ганзы в торговле на Балтийском море – с другой, привели к тому, что внешняя торговля русских земель с Западом оказалась в руках Ганзейского союза. Достигнуть политической и экономической независимости русский народ мог только в напряженной военной и дипломатической борьбе.
Между тем внешняя политика России в этот ответственный период ее истории изучена еще недостаточно. Обобщающие труды, основанные на совокупности русских и иностранных источников, отсутствуют не только по истории внешней политики России XIV – начала XVI в. в целом, но и по истории отдельных ее направлений. Актуальность создания таких трудов очевидна.
Настоящая работа посвящена изучению одного из основных направлений внешней политики России Конца XIV – начала XVI в. – прибалтийской политике. Борьба с экспансией Ливонского ордена и вопросы торговых сношений с ливонскими городами занимали важное место во внешней политике Новгорода и Пскова, а со второй половины XV в. – Русского государства. Но сношения русских земель с Ливонией тесно переплетались со сношениями их с Ганзейским союзом, ибо через территорию Ливонии проходили пути русско-ганзейской торговли, а ливонские города являлись членами Ганзы. Поэтому в работе наряду с ливонской политикой. Новгорода и Пскова, а затем Русского государства исследуется их ганзейская политика (торговая политика в отношении Ганзы[1]), причем последняя рассматривается как составная часть внешней политики России.
Хронологические рамки работы определяются рубежами в развитии русско-ливонских и русско-ганзейских отношений. На грани XIV–XV вв. происходит активизация торговой политики Новгорода и Пскова, имевшая целью содействие местному купечеству, в конце XIV в. начинается подготовка к новому наступлению Ливонского ордена на русские земли; отмеченные явления обусловили выбор конца XIV в. в качестве начального этапа исследования. Его конечный рубеж составляют русско-ливонский договор 1509 г. и русско-ганзейский договор 1514 г., так как эти договоры, подводя итог многовековому развитию русско-ливонских и русско-ганзейских отношений, определили их статус на всю первую половину XVI в., вплоть до 50-х годов, когда правительство Ивана IV поставило вопрос о получении для России выхода к Балтийскому морю путем овладения ливонскими портами[2].
Изысканиями в области русско-ливонских и русско-ганзейских отношений автор начала заниматься еще в аспирантские годы, когда ею под руководством проф. Сигизмунда Натановича Валка была написана кандидатская диссертация «Сношения Новгорода с Ливонией и Ганзой в конце XIV и в первой половине XV в.» (1946 г.). В последующие годы, переключившись на другие области исторического исследования, автор время от времени возвращалась к своей первоначальной теме и разрабатывала ее отдельные сюжеты.
Продолжить и завершить многолетние разыскания в области русско-ливонских и русско-ганзейских отношений в период, на который приходится значительный этап объединения русских земель и создание единого Русского государства, автор сумела лишь в стенах Ленинградского отделения Института истории СССР АН СССР.
Автор сердечно благодарит сотрудников группы истории СССР периода феодализма и группы всеобщей истории Ленинградского отделения Института истории СССР за товарищескую критику и помощь во время работы над темой. Особенно глубокую признательность автор приносит Игорю Эриховичу Клейненбергу, к советам которого она прибегала при интерпретации ливонских и ганзейских источников.
Литература и источники
Первые специальные работы по вопросам русско-ганзейских отношений, работы М. Славянского, И. Андреевского, Н. Г. Ризенкампфа, появившиеся в середине XIX в., в настоящее время имеют лишь историографический интерес. Авторы этих трудов, основывавшиеся на ограниченном круге опубликованных источников, давали самый общий и краткий очерк истории немецкого двора в Новгороде, торговли русских с ганзейцами и положения иноземных купцов на Руси[3]. Вышедший в 1862 г. труд Э. Боннеля, посвященный русско-ливонским отношениям, не был исследованием в точном смысле слова: он представлял собой расположенную в хронологическом порядке сводку известий из русских и ливонских источников, снабженную комментариями. К тому же интересующего нас времени – конец XIV – начало XVI в. – Э. Боннель почти не затрагивал, так как заканчивал свою работу 1410 годом[4].
Необходимой предпосылкой углубленного исследования истории русско-ливонских и русско-ганзейских отношений явилась публикация исторических источников в XIX – начале XX в. В первой половине XIX в. были изданы важнейшие нарративные источники, касающиеся интересующей нас темы: это прежде всего новгородские и псковские летописи, вышедшие в составе первых томов «Полного собрания русских летописей»,[5] а также ливонские хроники, опубликованные в двух сериях: «Monumenta Livoniae Antiquae» (t. I–V, 1835–1847) и «Scriptores rerum Livonicarum» (t. I, 1853; t. II, 1848). Первая публикация наряду с хрониками содержала и документы. Из документальных изданий отметим «Акты, относящиеся к истории Западной России», первый том которых (СПб., 1848) включает тексты отдельных русско-ливонских договоров XV в.
С середины XIX в. начинается интенсивное издание документальных источников, хранящихся в прибалтийских архивах. Для предварительного ознакомления с ними большое значение имел составленный К. Напьерским «Index corporis historici-diplomatici Livoniae, Estoniae et Curoniae» (т. I–II, 1833–1835), включающий регесты документов Кенигсбергского архива. В 1868 г. посмертно был издан подготовленный К. Напьерским сборник грамот по истории русско-ливонских отношений – «Русско-ливонские акты». Дополнением к сборнику являются «Отчеты о разысканиях в Рижском и Ревельском архивах по части русской истории Г. Гильдебранда»,[6] в которые автор включил опись 100 документов; из Рижского архива и 662 документов из Ревельского архива… В 1894 г. под редакцией А. Барсукова были изданы русские акты Ревельского городского архива XV–XVII вв. (РИБ, т. XV. СПб., 1894); издание насчитывает 137 актов. Дополняет издание А. Барсукова публикация А. Чумикова «Неизданные русские акты XV–XVI вв. Ревельского городского архива» (ЧОИДР, 1897, кн. 2). Особенно важно было как для изучения истории Ливонии в целом, так и русско-ливонских и русско-ганзейских отношений начатое Ф. Бунге в 1853 г. печатание ливонских актов – «Liv-, Est– und Curländisches Urkundenbuch»; 15 томов этого издания, прерванного первой мировой войной, включают документальные источники с конца XII в. по 1510 г.[7] Известия по истории русско-ливонских и русско-ганзейских отношений содержат также изданные в 1907–1938 гг. протоколы и акты ливонских сословных собраний[8]. Отдельные источники, важные для интересующей нас темы, печатались в сборниках «Archiv für die Geschichte Liv-, Est– und Curlands» (Bd. I–VII, 1842–1861)[9].
В 70-х годах в Германии сначала Историческая комиссия при Мюнхенской академии наук, затем созданное в 1870 г. Ганзейское историческое общество начали издавать ганзейские документы. Были предприняты две монументальные многотомные публикации, содержащие рецессы (резюме происходивших обсуждений и принятых постановлений) ганзейских съездов, а также различные документы и грамоты ганзейских городов – «Наnserecesse» и «Hansisches Urkundenbuch». В 1911 г. В. Шлютер осуществил критическое издание скры – устава немецкого двора в Новгороде, включающее все редакции[10].
Из русских изданий второй половины XIX – начала XX в. для нашей темы представляют интерес тома «Полного собрания русских летописей», содержащие московские летописные своды,[11] и пятый том «Собрания государственных грамот и договоров» (СПб., 1894), где были изданы тексты русско-ливонских и русско-ганзейских договоров XVI в.
Благодаря указанным публикациям в научный оборот был введен огромный фонд источников по истории русско-ливонских и русско-ганзейских отношений, на основе которого во второй половине XIX в. началось углубленное исследование русско-ганзейских отношений и в начале XX в. – русско-ливонских отношений интересующего нас периода.
Во второй половине XIX в. ведущая роль в исследовании русско-ганзейских отношений принадлежала русским ученым. Б 1879 г. вышла книга М. Н. Бережкова «О торговле Руси с Ганзой до конца XV в.». Автор дает обзор торговли в широких масштабах: он рассматривает торговые сношения с Ганзой и Новгорода, и Полоцка, истории ганзейско-русской торговли предпосылает очерк торговли Руси в доганзейскую эпоху. Как заметил А. И. Никитский,[12] такая широкая постановка темы имеет то положительное значение, что дает возможность обозреть целое, но в то же время она препятствует разработке отдельных вопросов, в частности о характере торговли, о степени активности русских купцов. Вследствие недостаточной разработки этих тем в книге М. Н. Бережкова сохранилось высказанное еще первыми историками Ганзейского союза мнение об отсутствии ограничений деятельности ганзейских купцов в Новгороде[13]. Недостатком работы М. Н. Бережкова является и то, что конкретную историю новгородско-ганзейских отношений он дает без показа той определенной политики, которая скрывалась за внешне случайным сцеплением событий, и эта история превращается у него в бесцельные чередования враждебных столкновений, ссор, примирений.
Определенные цели М. Н. Бережков усматривает лишь в действиях Ивана III. По мнению Бережкова, Иван III «хотел сноситься с этой Европой без тех препятствий, какие представлялись со стороны Ганзы и лифляндских городов; он хотел отучить Ганзу вмешиваться на будущее время в политику и принимать сторону его врагов Швеции и Ордена; его намерением отнюдь не было прекращение торговли немцев в Новгороде: он предлагал только торговать там на его княжеской воле и, конечно, не мог не обращать внимания на такие отживавшие права немцев, как право беспошлинной торговли»[14]. К сожалению, эта во многом правильная (как мы постараемся показать далее) мысль М. Н. Бережкова не подкреплена в книге детальным анализом русско-ганзейских отношений времени Ивана III. Для историка, не занимавшегося специально в архивах ганзейских городов, такой анализ в то время был невозможен, так как многие ганзейские документы, относящиеся к концу XV в., еще не были опубликованы. Следует отметить, что ценность работы М. Н. Бережкова снижается из-за ее описательного характера.
В ином плане, нежели книга М. Н. Бережкова, построен очерк торговли Новгорода с Западом в «Истории экономического быта Великого Новгорода» А. И. Никитского, вышедший уже после смерти автора в 1893 г. А. И. Никитский рассматривает новгородско-немецкую торговлю как бы в статическом разрезе: он дает характеристику торговых отношений, истории их у него нет… Большой заслугой А. И. Никитского является то, что он первый обратил внимание на меры, к которым прибегали новгородцы для ограничения деятельности ганзейцев в своих владениях: закрепление за своими подданными права на перевозку ганзейских товаров, артельный характер деятельности лиц, занимающихся этой перевозкой, запрещение торговли ганзейцев с гостями и т. д. А. И. Никитский подчеркнул также торговую активность новгородцев, отметил развитие их торговли в Ливонии, Финляндии, Швеции. Минусом работы А. И. Никитского, как заметил еще А. С. Лаппо-Данилевский, является выпадение вопросов экономической политики, а также отсутствие указаний на связь между экономическим строем Новгорода и его политикой[15].
Рассмотрению политики Ивана III по отношению к Ганзе А. И. Никитский уделяет мало места. В отличие от М. Н. Бережкова он считает, что с водворением в Новгороде московских порядков в сферу русско-ганзейской торговли было внесено «весьма-немного» нового; с его точки зрения, мероприятия московского времени в этой области «клонились не более как к улучшению старины». Что касается закрытия немецкого двора в 1494 г., то оно, по мнению А. И. Никитского, не было обусловлено политикой Ивана III, а представляло собой один из обычных в истории русско-ганзейских сношений конфликтов, когда ганзейские купцы, в Новгороде арестовывались в ответ на насилия, чиненные русским купцам на чужбине. А. И. Никитский утверждает, что ганзейская торговля в Новгороде прекратилась по причинам совершенно иного порядка: 1) соперничество городов внутри Ганзейского союза, приведшее к отстранению от торговли с Русью различных групп городов; 2) развитие торговой деятельности самих новгородцев за границей, прежде всего в Ливонии; 3) перемещение торговых путей из Балтийского моря в Атлантический океан; 4) соперничество Нидерландов и Англии, открывших себе доступ к Северному морю[16].
Общий труд по истории русско-ганзейских отношений появился во второй половине XIX в. и на немецком языке. Мы имеем в виду книгу А. Винклера «Немецкая Ганза в России»[17]. Ввиду небольшого объема книги и ее чрезвычайно широких хронологических рамок (от XII в. до Петра I) автор сумел дать лишь самый общий очерк истории русско-ганзейских отношений. С точки зрения введения в научный оборот новых материалов представляет интерес появившаяся в 1871 г. статья Г. Гильдебранда о ганзейском посольстве в Новгород 1494 г., во время которого произошло закрытие немецкого двора[18]. Статья написана на основе тогда еще не опубликованных отчетов дерптского и ревельского послов, хранившихся в архиве Ревеля.
В первые десятилетия XX в. ведущая роль в разработке вопросов русско-ганзейских отношений переходит к немецким и прибалтийско-немецким историкам. Р. Гаусман и П. Остен-Сакен в своих работах проследили возрастание влияния ливонских городов на жизнь новгородской ганзейской конторы, следствием чего явился переход руководства конторой в руки ливонских городов[19]. П. Остен-Сакен во второй работе дал очерк торговли Ганзы с Псковом до середины XV в. В. Шлютер, осуществивший критическое издание скры, опубликовал также ее источниковедческое исследование[20].
Очерк русско-ганзейских торговых сношений имеется и в двухтомной работе Э. Денеля о Ганзе эпохи ее расцвета, написанной для конкурса на лучшую работу по истории Ганзы этого периода (1370–1474). В очерке история новгородско-ганзейской торговли дается на широком фоне политических и экономических связей Ганзы. И это его достоинство. Оно является и недостатком, ибо исключает возможность глубокого изучения отдельных вопросов новгородско-ганзейской торговли. Э. Денель останавливается на характере взаимоотношений между ганзейцами и новгородцами и здесь допускает тенденциозное утверждение, что одной из причин неустойчивости отношений между Новгородом и ганзейским купечеством являлись «неразвитое чувство права и низкая моральная дисциплина русских». Что касается закрытия ганзейского двора в Новгороде Иваном III, то оно, по мнению автора, было обусловлено тем, что Русское государство «хотело уничтожить все, что могло иметь значение для вновь подчиненного города», и с этой целью «раздавило сначала русское, а потом немецкое купечество в Новгороде»[21].
Названные исследования прибалтийско-немецких и немецких Историков в области новгородско-ганзейской торговли или близко связанных с нею вопросов как бы завершаются двумя капитальными трудами Л. Гетца – «Немецко-русские торговые договоры средневековья» и «История немецко-русской торговли в средние века». В известном смысле работы Л. Гетца подвели итог изучению в конце XIX – начале XX в. истории немецко-русской торговли вообще, ибо автор опирался не только на немецкую, но и на русскую литературу вопроса, в частности на работы М. Н. Бережкова и А. И. Никитского.
Первый труд Л. Гетца, содержащий подробный анализ немецко-русских торговых договоров, не является только источниковедческим. Благодаря обширному комментарию, включающему известия из различных источников и вводящему договоры в общую цепь торговых отношений, содержание работы гораздо шире ее названия. По словам автора, «комментарии к договорам являются частью самой истории торговли»[22].
Во второй работе Л. Гетц рассматривает историю немецко-русской торговли во всех ее аспектах. Это исследование Л. Гетца, как и предыдущее, делится на два отдела: один посвящен новгородской торговле, другой – двинской. Каждый из отделов в свою очередь распадается на две части: хронологическую и систематическую. В хронологической части первого отдела Л. Гетц излагает историю новгородско-ганзейских торговых отношений с момента их зарождения и до закрытия немецкого двора Иваном III. Главным вопросом этой части является вопрос о последовательной смене в руководстве новгородской торговлей трех сил – Висби, Любека, ливонских городов. В систематической части автор подробно исследует вопрос о поездках купцов, о предметах торговли, способах ее и т. д.
Вероятно, под влиянием знакомства с «Историей экономического быта Великого Новгорода» А. И. Никитского Л. Гетц отходит от присущего немецким историкам взгляда на роль Новгорода в ганзейско-русской торговле как на роль чисто пассивную. Он указывает на средства, которыми новгородцы пользовались для ограничения деятельности ганзейцев в пределах своей земли, в частности на монополию при перевозке ганзейских товаров. Л. Гетц отмечает далее усиливающуюся в начале XV в. активность торгового мореплавания новгородцев[23]. Однако, отмечая проявление активности новгородцев, Л. К. Гетц проблемы торговой политики Новгорода не ставит и, следовательно, не дает ее исследования. Закрытие немецкого двора в Новгороде Л. К. Гетц рассматривает как следствие уничтожения Иваном III торговли новгородского купечества и стремления великого князя сосредоточить торговлю с Западом в руках Москвы[24].
Из зарубежных работ последних десятилетий истории русско-ганзейских отношений посвящены статьи П. Йоханзена «Новгород и Ганза» и «Ганзейская торговля с Россией, особенно с Новгородом, в критическом рассмотрении». Первая статья П. Йоханзена носит очерковый характер. В ней дается общий обзор истории Новгорода, организации ганзейской общины в Новгороде, немецко-русских культурных связей XV в., и в заключении автор останавливается на периоде упадка ганзейской торговли в Новгороде (конец XV – начало XVII в.)[25]. Как отмечалось в советской литературе, историческим взглядам П. Йоханзена свойственно присущее ряду немецких историков преувеличение роли Ганзы в истории как Прибалтики, так и севера Европы в целом[26]. Эта черта концепции П. Йоханзена проявляется и в рассматриваемой работе: автор ставит акцент на культуртрегерскую роль Ганзы, на культурное влияние Запада, проводником которого в Новгороде было, по мысли автора, ганзейское купечество. В следующей статье П. Йоханзен анализирует два вопроса: об относительном значении восточно-западной торговли для Ганзы и России и о балансе и характере ганзейской торговли с русским востоком. Он считает, что товарообмен между Западом и Востоком в раннее средневековье не был вызван необходимостью, так как обменивались лишь предметы роскоши (меха, воск для свечей – с русской стороны, сукна, ценные изделия – с ганзейской),[27] и что удельный вес массовых товаров начинаем возрастать В русско-ганзейской торговле лишь с конца XIV в. Рассматривая второй сюжет, П. Йоханзен отмечает, что вопрос о торговом балансе русской и ганзейской сторон для XII–XV вв. решить нельзя из-за отсутствия источников; при этом автор подчеркивает, что активная заморская торговля новгородцев с конца XIII в. почти прекратилась (попытки восстановления ее на Балтийском море были неудачны), и в силу того, что немцы доставляли новгородцам товары, торговля новгородцев стала пассивной, в то время как торговля ганзейцев сохраняла активный характер[28].
Разработка вопросов истории русско-ливонских отношений конца XIV – начала XVI в. была связана в первые десятилетия XX в. также с именами прибалтийско-немецких и немецких историков.
П. Остен-Сакен, две работы которого о русско-ганзейских отношениях XIV–XV вв. мы уже назвали, написал обстоятельное, подчас скрупулезное исследование о русско-ливонских отношениях в период правления великого князя Литовского Витовта[29]. С. Фегезак изучил историю посольств ливонского магистра Вальтера фон Плеттенберга в Новгород и к Ивану III, имевших целью урегулирование русско-ганзейского конфликта и открытие немецкого двора[30]. Работы К. Штерна посвящены изучению русско-ливонской границы и изменений, которым она подвергалась в XV в., а также исследованию псковско-дерптских отношений XV – начала XVI в.[31] Г. Козак написал серию статей, в которых рассмотрел русско-ливонские отношения 70-х – начала 90-х годов XV в.[32]
Р. Кентманн посвятила свою монографию русско-ливонским Отношениям конца XV – начала XVI в.[33]
В последние десятилетия к изучению русско-прибалтийских отношений обратилась скандинавская и американская историография. В работах шведских историков А. Аттмана и С. Свенссона о русско-балтийских отношениях XVI в. имеются экскурсы в область русско-ганзейских и русско-ливонских отношений конца XV – начала XVI в. Их касаются и американские исследователи: В. Кирхнер в обобщающем труде о торговых сношениях России с Западной Европой в XV–XVIII вв. и Т. Эспер в статье «Россия и Балтика 1494–1558»[34]. И шведские, и американские ученые отмечают стремление России на рубеже XV–XVI вв. к развитию торговли русского купечества на Балтике и особенно в Ливонии. Однако в силу поставленных авторами широких задач формулировка этого тезиса не сопровождается развернутым исследованием, основанным на всей совокупности источников.
Дворянско-буржуазной историографии первой половины XIX в. и особенно буржуазной историографии второй половины XIX и XX в. принадлежит большая заслуга в деле разыскания, публикации и введения в научный оборот огромного фонда источников по истории русско-ливонских и русско-ганзейских отношений. Представители буржуазной историографии создали, как уже отмечалось, обобщающие труды о русско-ганзейской торговле и ряд специальных исследований по отдельным вопросам русско-ливонских и русско-ганзейских отношений конца XIV – начала XVI в.
Однако в силу того, что изучение русско-ливонских и русско-ганзейских отношений находилось преимущественно в руках немецких и прибалтийско-немецких историков, в центре внимания буржуазной историографии стояли в первую очередь Ганза и Ливония, их политика, отношение к русской торговле различных групп городов Ганзейского союза, деятельность магистров Ливонского ордена. Политика России (Новгорода, Пскова, а затем Русского государства) либо совсем не освещалась, либо освещалась в меньшей степени. Характерной чертой построений буржуазной историографии является также представление о пассивной роли Новгорода и Пскова в русско-ганзейских торговых отношениях; благодаря этому взаимоотношения русских земель с Ганзой выпадали из той общеисторической закономерности, которая была установлена буржуазной историографией для развития взаимоотношений Ганзы с другими европейскими странами: на определенном этапе в европейских государствах, контрагентах Ганзы (Дании, Англии, Нидерландах), началась борьба против преобладания ганзейцев в области внешней торговли. Для русских же земель подобный процесс не констатировался.
