Текст книги "Главное – любить (СИ)"
Автор книги: Наталия Веленская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 29 (всего у книги 30 страниц)
Глава 88
Мой смех как-то резко обрывается.
– А ну-ка повтори, – требовательно приподнимает мне пальцами подбородок Саша и пытливо смотрит в мои глаза.
– Любимым, – храбро повторяю я. Ну а куда деваться? Оно как-то само вырвалось в порыве веселья. Это точно проделки сердца, стоило только мозгу потерять бдительность, оно тут же провернуло свои амурные дела. – И если уж мы теперь говорим откровенно, то…
– Продолжай.
– Я люблю тебя. И никуда я от тебя не убегу, пусть и научилась теперь бегать очень-очень быстро. От себя всё равно не убежишь. Ты ведь у меня всегда здесь, – улыбаюсь и прижимаю его ладонь к своему сердцу.
– Девочка моя, – выдыхает мне прямо в губы Саша, и стремительно притягивает меня к себе. Расплывается в какой-то шальной и безумно счастливой улыбке.
Боже, а ведь он впервые назвал меня так ласково! Это уже потом я выясню, что на всяких «зай», «рыбок», «кошечек» и других представителей животного мира у Сашки была аллергия. Только «любимая», только «моя», а в особо игривом настроении – «моё солнышко». Но я не возражала, наоборот – мне это чертовски нравилось.
– Никуда я тебя больше не отпущу. Никогда, – говорит Саша, внимательно глядя мне в глаза. Что-то неуловимо изменилось в воздухе. С удивлением я почувствовала, как напряглись его руки, что еще минуту назад нежно обнимали мои плечи. И этот сосредоточенный серьёзный вздох…
В моё сознание врывается госпожа Вишнякова, которая уверенно непоколебимым тоном сообщает мне о звоне свадебных колоколов. После признания в чувствах. Но не будет же он в самом деле сейчас… Нет!
– Подожди! – воплю я, вцепившись в Сашу, уже перехватывая его на полпути к тому, чтобы встать на одно колено. – Пока ты ничего не сказал и не сделал, выслушай меня!
– Лиз, ну ты серьёзно…
– Саш, ты ведь у меня архитектор? – спрашиваю я с лукаво хитрой улыбкой.
Корсаков распрямляется и впечатывает меня изумлённый взгляд, всё еще пребывая в некой растерянности. Но словосочетание «ты у меня» конечно немножко его задобрило.
– И?
– Вот вы же сначала фундамент закладываете, а только в конце крышу кладёте, – метафорично пытаюсь я донести до него свою мысль. – Так вот, Саш, давай не будем никуда спешить…
– Лиз, ты не хочешь быть моей женой? – Корсаков по-прежнему непонимающе смотрит на меня, явно пропустив мимо ушей все мои отсылки к архитектуре.
– Хочу! Очень хочу, Саш! И девушкой, и невестой. А ещё я очень хочу насладиться всеми этими этапами в наших взаимоотношениях, – обхватываю его лицо руками и нежно целую в губы, – Вместе, с тобой. Наслаждаться каждым мигом, каждым днём, проведенным рядом друг с другом. И потихоньку строить наше совместное будущее. Постепенно, шаг за шагом.
Саша несколько мгновений молчит, явно переваривая информацию. Но потом облегчённо выдыхает и порывисто притягивает меня к себе, целуя в висок:
– Хорошо. Не будем спешить, – всё-таки соглашается он. Но по голосу я чувствую, что эта вынужденная капитуляция будет недолгой. – Но вещи свои ты перевезёшь ко мне уже завтра!
Ну а что я говорила? Мой невыносимый, но безумно любимый упрямец.
Глава 89
Мне удалось продержаться неделю. Но после всё-таки состоялся мой окончательный переезд к Саше. Было немного грустно прощаться со съёмной квартирой, в которой прошёл очень непростой и важный период моей жизни. Но это был правильный и нужный шаг.
Жить вдвоем с Корсаковым оказалось довольно легко и комфортно. И даже период «притираний» каким-то образом обошёл нас стороной.
Корсаков больше не заводил вопросов о свадьбе. И я была ему за это благодарна. Ведь, помимо того, чтобы насладиться всеми этапами наших взаимоотношений, для меня было важно попробовать достичь в этой жизни чего-то самой. В той же самой журналистике, о которой я много лет мечтала. Будучи Елизаветой Бельской, а не женой того самого богатого и влиятельного Корсакова. На удивление, Саша не стал обижаться, а отнёсся к моим словам с пониманием. Потому что он, как никто другой знал, насколько сложно находиться в тени заслуг других людей. Он и сам много лет потратил на то, чтобы завоевать уважение и признание акционеров холдинга, и доказать, что он не худший управленец, чем когда-то был его отец.
Почти на исходе лета состоялось долгожданное открытие «Корсара», который произвёл настоящий фурор в нашем городе. И окончательно закрепило за Сашей лидирующие позиции в руководстве «АКВИРСа». Конкурс с журналом «ГородОК» несмотря на своё довольно странное начало в итоге имел оглушительный успех. Фара с нашей пиарщицей Алиской потом радостно отчитывались об увеличении трафика на сайте и в социальных сетях. Рекламодатели тоже активизировались чуть больше, что помогло нам не так сильно просесть в продажах после того, как Скворцова переманила несколько наших крупных клиентов.
Самой первой из нас неожиданно вышла замуж Сёмина. Которая решила особо не тянуть с брачными узами и «брать, пока еще тёпленький» своего серьёзно настроенного и отчаянно влюбленного кавалера. Свадьба получилась шумной и весёлой, под стать этой парочке. Букет невесты предсказуемо поймала я, а Саша – подвязку. А потом на обратном пути до дома я постоянно ловила многозначительные взгляды Корсакова. Да тут и к гадалке можно было не ходить, и так было понятно, что в его голове вовсю готовился настоящий штурм крепости.
Как оказалось, дело было в том, что Корсаков по своей натуре относился к тому редкому, практически вымирающему виду мужчин, которые были однолюбами. Он искренне считал, что слова любви обязательно должны подкрепляться конкретными серьёзными поступками. Например, предложением руки и сердца – как говорится, куда уж серьёзнее и конкретнее. Моя попытка отсрочить данный момент была встречена хоть и с пониманием, но без особого энтузиазма. Впрочем, с учётом начала наших отношений, быстрой победы в данном вопросе он и не ждал.
В этом году День Рождения журнала решили перенести на пару недель пораньше, на середину сентября, чтобы его смогли посетить наши учредители из Питера, и поздравить самарское отделение с первым крупным юбилеем.
И это награждение у меня не обошлось без небольшой нервотрёпки – накануне мероприятия Корсаков улетел в командировку к своим ненаглядным бельгийцам, и его обратный рейс задержали на несколько часов. Поэтому на награждение он явился ровно к тому моменту, как меня позвали на сцену для вручения почётного звания. Но я на него не злилась. Я знала, что Сашка сделает всё возможное, чтобы быть рядом в этот важный для меня вечер. И если понадобится, сможет и самолет угнать и собственноручно его посадить.
Уже стоя на сцене перед Татьяной и Ксюшей, которые рассказывали об успехах журнала за прошедший год и о моём вкладе в выполнения плана продаж, я нашла в толпе взгляд любимых серых глаз. Которые светились гордостью и восхищением. Для Саши не было секретом, как много мне пришлось потрудиться, чтобы привлечь новых клиентов, после того урона, что нанесла Скворцова. И если весной кто-то и сомневался в моём соответствии званию «Лучший продажник года», то теперь им сложно было что-то возразить по этому поводу.
Одной рукой аккуратно приподняв подол своего струящегося платья и стараясь не уронить букет вместе с дипломом, спускаюсь со сцены под оглушительные аплодисменты. Но мне до них нет никакого дело, потому что я безумно соскучилась по одному сероглазому красавчику.
Вижу, как Саша направляется навстречу мне, пробираясь через толпу. Но первым неожиданно рядом со мной материализуется Берестнев.
– Мои поздравления, Лизавета, – сочится мёдом его улыбка и слова. Глаза бесстыже и нагло рассматривают меня. А я с беспокойством отмечаю, что он уже слегка выпил. Или не слегка? – Рад работать с самыми лучшими. Потанцуем? Давайте мне ваш букет, я его куда-нибудь пристрою.
С немым ужасом смотрю на его протянутую ладонь. И тут на мои плечи опускаются руки Корсакова.
– Добрый вечер, Павел Петрович. Какое удивительное совпадение. Так значит вы клиент моей Лизы? – спокойно и обманчиво доброжелательно интересуется Саша, протягивая Берестневу руку для приветствия. А второй рукой он прижимает меня к себе, мимолетно целуя в шею.
– Д-да-а, – чуть запинаясь, отвечает Павел, в миг то серея, то багровея прямо на наших глазах. – Добрый вечер, Александр Романович…
– Как идут дела по открытию нового филиала? Обживаетесь потихоньку?
– Д-да-а…
Берестнев напоминал заезженную пластинку. Расширенными от страха глазами смотрит то на меня, то на Сашу.
– Ну если что потребуется – обращайтесь. Хорошего вечера! Пойдем потанцуем, любимая, – уже чуть тише шепнул мне на ухо Корсаков. Но могу поклясться – Берестнев всё отчетливо слышал, потому постарался как можно быстрее ретироваться от нас куда подальше.
– И вот обязательно было так пугать дядечку? – вздыхаю я, впрочем, так и не сумев сдержать улыбки. Значит, Берестнев открыл новый филиал стоматологической клиники на одном из этажей «Корсара», о чём ему не поленился напомнить Саша.
– Пускай дядечка рот на чужую женщину не разевает! – отрезал Корсаков. – Всё, Лиз, пошли танцевать. Я дико соскучился!
Больше Берестнев мне не делал предложения сходить с ним в театр. Как, впрочем, и благоразумно воздерживался от любых попыток наладить со мной более близкое общение. И не он один. По некоторым другим клиентам я тоже заметила, как немного изменился наш привычный тон общения. С учётом того, что Корсаков водил знакомство с половиной делового круга Самары, это было неудивительно. Я только тихо посмеивалась про себя, наблюдая такую чрезмерную заботу со стороны Сашки. Правда иногда мне всё-таки хотелось его прибить, когда в нём на полную мощность активизировались замашки ревнивого собственника.
Пожалуй, только к Фаре он относился доброжелательно. И в умеренных дозах мог терпимо относиться к Свиридову, который никуда не собирался пропадать из моей жизни.
Получив премию продажника года, я наконец смогла осуществить свою мечту и отправиться в путешествии по Италии. И дело было вовсе не в денежной премии – просто к октябрю вечно занятой и деловой Корсаков смог освободить несколько недель для отдыха.
Конечно же покрыть часть расходов на поездку из своей премии Корсаков мне не дал. А на мой возмущенный вопль «и зачем я тогда горбатилась целый год на работе», Саша со смехом предположил, что видимо на сувениры и подарки из Италии для всех своих друзей. С этим предложением я спорить не стала, потому что идея в целом пришлась мне по вкусу. Пускай даже и этот невыносимый упрямец опять сделал всё по-своему, не оставив мне выбора.
Те дни, что мы провели вместе в Италии, стали одними из самых счастливых дней в моей жизни. Мы действительно смогли увидеть всё, о чем я так давно мечтала. Посетить и ту самую винодельню и несколько кулинарных мастер-классов. И конечно же во Флоренции познакомиться с матерью Саши.
Софи, как ласково называл её новый муж, оказалась очень доброй, открытой и общительной женщиной, от которой исходила просто невероятная энергетика. С первых же минут знакомства мы легко нашли с ней общий язык. Я смотрела на неё с каким-то немым восхищением и думала, что если отец Корсакова был прав, и во мне есть хотя бы малая толика обаяния этой потрясающей женщины, то это один из самых лучших комплиментов, которые мне когда-либо делали. Конечно же не обошлось и без кулинарных вечеров, когда Софья Сергеевна с радостью делилась своими знаниями, как в итальянской, так и русской кухне.
И именно она научила меня варить супы, которые долгое время были моей ахиллесовой пятой. А когда Сашин отец Роман Сергеевич первый раз похвалил мой борщ и попросил добавки, мы с Корсаковым не смогли удержаться и дружно захохотали, вспоминая то незабываемое утреннее знакомство.
Корсаков был, конечно, рад, как тепло мама приняла его выбор. Или как он порой ворчал – даже слишком тепло, позабыв о собственном сыне. Но, конечно, это он делал так, чисто для виду. А сам целыми днями ходил довольный-предовольный.
Даже без семейных посиделок Флоренция всё равно покорила мое сердце, заняв там особое место. Казалось, мы могли часами бродить с Сашей по её мощеным улочкам, смеясь, беспрестанно целуясь, точно какие-то подростки и разговаривая обо всём на свете. Мы могли совершенно случайно забрести в какие-то тихие уютные уголки, где причудливым образом переплеталась красота старинных зданий и современный ритм жизни.
– Как же хорошо, – говорю я, но эта фраза и в сотой степени не описывает всё то, что я чувствую в данный момент. Мы стоим в каком-то небольшом уютном дворике, который относился к очередному старинному собору, а мы их повидали уже по меньшей мере с десяток. Вокруг множество зелени, ещё цветущих деревьев и… абсолютная тишина, лишь изредка прерывающаяся голосами птиц. На удивление, сюда ещё не добрались толпы туристов. И этот маленький островок тишины и спокойствия принадлежал только нам двоим.
– Вот бы так было всегда, – говорит Саша, и привлекает меня к себе, удобно разместив руки на моем животе.
– Да-а, – соглашаюсь я. Откидываюсь головой ему на грудь, поднимаю взгляд в ясное насыщенно синее небо без какого-либо намёка на осень.
– Всё в наших руках, Лиз, – ловит мой взгляд Саша. – И потому у меня к тебе есть одно предложение.
– Деловое? – улыбаюсь я, уже примерно догадываясь, к чему он клонит.
– Лучше. Выходи за меня, – Корсаков медленно разворачивает меня к себе и впивается в меня внимательным сосредоточенным взглядом.
Нежно берёт меня за руки, а по его губам скользит смущенная улыбка. И понимаю, что мой решительный и упрямый Сашка сейчас нервничает, как никогда. И этот факт затапливает до краев моё сердце какой-то щемящей радостью и теплом.
– Я уверен, что мы с тобой обязательно будем счастливы. Лиз, я сделаю всё для этого. Чтобы ты ни одного дня не пожалела об этом решении. Просто давай будем вместе. Ты и я – навсегда. Я хочу просыпаться каждое утро рядом с тобой. Хочу построить наш собственный дом. Для нас и наших детей. Хочу вернуться сюда с тобой в глубокой старости и вновь пройтись по этим самым улочкам. Да много чего ещё хочу, Лиз, но только, чтобы именно ты была рядом. Я люблю тебя.
Все так же неторопливо и не сводя с меня своего внимательного взгляда, Корсаков встает на одно колено и достает бархатную коробочку, которая так долго ждала своего часа.
– Ты станешь моей женой?
– Да, – отвечаю я, на этот раз абсолютно уверенно и без всякий раздумий, готовясь открыть новую счастливую главу в своей жизни.
Глава 90
Вопреки приметам и пойманным трофеям на свадьбе Сёминой следующей я замуж не вышла. На этот раз меня обскакала Маришка – да-да, теперь я называла её именно так. А вовсе не блондинистая стервозина и не церберша. Вот так неожиданно Вишнякова прочно обосновалась в моей жизни, став мне настоящей подругой. И если мы с ней и вспоминали наши былые битвы, то только с юмором и бесконечными подколами друг друга. Маринка всё-таки смогла обрести своё счастье. Спустя всего год после замужества она стала мамой двух очаровательных мальчуганов. А у меня появилось два крестника.
Не обошлась без трофеев и эта свадьба. И если Корсаков выиграл свой трофей в открытой честной борьбе, то я даже не вышла ловить букет. Но это не помешало ему грохнуться мне прямо под нос, когда я сидела за столом.
– Да вы издеваетесь! – шиплю я, с возмущением глядя на тарелку, в которой ещё недавно была красиво разложена еда.
– Лиз, я играла в волейбол в университетской команде. Ты правда думаешь, что я бы до тебя не докинула букет из другого конца комнаты?
– Ты стояла ко всем спиной!
– Да хоть с закрытыми глазами и на голове, – смеётся Маринка. – Хватит уже тянуть. Или ты решишь подождать пока Валька выйдет замуж и собственноручно отметелит тебя букетом по голове?
Такая перспектива выглядела неправдоподобно и очень смешно, но проверять на практике я её не стала. Валька и Гоша весь этот свадебный бум по-прежнему не поддерживали и просто счастливо жили вместе уже в расширенном составе – Батону решили завести друга, с не менее оригинальным именем, так что ребяткам стало вдвойне некогда скучать. К тому же дела в дизайн-бюро братьев Мальцевых стремительно шли в гору, и уже во всю маячил уже выход на международный уровень.
На самом деле мы не тянули, а уже давно решили с Сашей играть свадьбу в конце августа. Оставалось только решить – где. Софи конечно же зазывала нас в Италию и постоянно скидывала различные ссылки, в каких местах можно всё красиво организовать. Но после Нового года мне стало не до свадебных хлопот. Ведь под бой курантов я приняла твёрдое решение покинуть журнал и попробовать свои силы в журналистике.
Решение было непростым. И если бы не поддержка Саши, наверное, я бы ещё много лет довольствовалась только ведением колонки. Мне удалось устроиться в одну из местных газет обычным корреспондентом. Поначалу мне нравилось, и я с головой ушла в новый для себя мир. Но уже спустя несколько месяцев я с ужасом поняла – нет, это не моё. Слишком много нервов и сил отнимает у меня каждый материал, слишком маленькая зарплата – намного меньше той, к которой я привыкла, будучи продажником, слишком склочный и недружный коллектив, по сравнению с которым даже наши бабские разборки в журнале были детским лепетом. Увольняться и уходить в никуда я не хотела, возвращаться в продажи тоже, а оставаться и терпеть нелюбимую работу было выше моих сил.
– А почему нужно обязательно писать? – спрашивает Саша, перебирая пальцами мои волосы. Мы лежим перед сном, обнявшись, а я в очередной раз делюсь с ним своими опасениями и страхами. – Ты же неплохо берешь интервью.
– Ага. У тебя!
– Если ты смогла разговорить человека, который терпеть не может давать интервью и с которым ты была в ссоре, то ты сможешь взять интервью у кого угодно.
– То есть ты мне предлагаешь пойти работать на телек?
– Не обязательно. Можно и блогером стать.
– Ты же терпеть не можешь блогеров! – подскакиваю я.
– Ты будешь моим любимым блогером, – хитро улыбается Корсаков, вновь укладывая меня рядом. – Лизонь, обещай, что хотя бы попробуешь.
И я действительно попробовала.
Я начала делать не только интервью с интересными людьми нашего города, но и видеорепортажи о необычных событиях и мероприятиях. О том что вряд ли покажут по телевизору, посчитав это незначительным и ненужным. Но у меня каким-то удивительным образом удавалось раскрыть тему так, чтобы вызвать любопытство даже у самого рядового и не сильно заинтересованного в происходящем зрителя. А помогал мне в продвижении моего канала Мереминский. Ярик продолжал трудиться в холдинге Корсакова и параллельно вёл несколько перспективных проектов, и за несколько лет смог добиться в своей профессиональной деятельности небывалых высот. Мы довольно много времени проводили вместе, что вызывало лёгкое недовольство Саши. Но мы с Яриком только смеялись в ответ на его показное бузение. К тому же, с женой Мереминского мы были в отличных отношениях. Она всецело мне доверяла и потому с лёгкой душой отпускала своего благоверного трудится на благо моего дела.
А еще одним из продюсеров и сценаристов проекта стал Фара. Сафин со временем тоже покинул журнал, сосредоточившись на своей стендап-карьере, проведении мероприятий и продюсировании. В общем, раскрыл свой потенциал на полную. От родителей он уже давно съехал, но только до сих пор не нашел ту самую идеальную для себя девушку.
Вслед за Сафиным стали покидать журнал и другие коллеги. Через несколько лет «ГороОК» перешел на онлайн-версию, а после нескольких выпусков и вовсе закрылся.
Через несколько лет мне довелось столкнуться на одном мероприятии с Ланой, которая ни капельки не изменилась, просто добавила чуть больше лоска и шика к своему и так идеальному королевскому образу. Зубкова вышла замуж за того депутата и даже родила ему несколько детей. В свободное время, которого у Светы довольно много, она занимается благотворительностью и активно посещает светские мероприятия. В общем, она выжимала из своего нового статуса максимум, как и предсказывал Мереминский.
Не обошлось и без ещё одного «привета из прошлого», но на этот раз не такого приятного. Ника всё-таки смогла охомутать Гордеева. Роскошная стильная свадьба прогремела не только на всю Самару, но и на всю страну – организаторы и декораторы потрудились на славу. Я неоднократно натыкалась на фотоотчет с их свадьбы в светской хронике. Ника вновь вернула себе блонд и вся светилась от счастья, а вот по Гордееву сложно было сказать, рад ли он на самом деле потере (или точнее продаже) своей свободы. Насколько мне было известно, его пристроил в свою компанию отец Скворцовой на какую-то высокую и статусную должность.
К моему глубочайшему удивлению, светские сплетни об этой парочке постоянно подкидывала мне Катюха. Подозреваю, что она до сих пор не простила Гордеева за те годы, что мы с ней отдалились друг от друга из-за его пагубного влияния. Но мы с сестрой вполне успешно и довольно быстро наверстали упущенное, разрешив недопонимания и простив друг другу прошлые обиды. А под Новый год я стала тетушкой – Катюня родила настоящего богатыря весом почти в пять килограмм, которого назвали Богданом.
С появлением Богдана, наши родители всё-таки решили осесть в Самаре, чтобы нянчить внука. Отношения с ними у меня не особенно изменились, но смотрела на это я теперь совсем по-другому. С каким-то пониманием и смирением, заостряя внимание больше на положительных моментах, чем на детских обидах. Но для этого конечно пришлось довольно много работать над собой.
Я была в шоке, когда узнала, что мама хочет принимать участие в подготовке к моей свадьбе. И даже осталась в Милане после своих очередных переговоров, чтобы помочь нам с Софьей Сергеевной выбрать платье. Толку от неё правда было мало, потому что она беспрестанно ревела от умиления, и вздыхала, как же быстро я выросла. По большей части сделать окончательный выбор мне помогла Софи. Мама Саши явно была в восторге от всех этих многочасовых примерок нарядов – и потому с огромной радостью и азартом гоняла туда-сюда бедных девушек-консультантов, распекая их на все лады на итальянском.
– Лизок, мне кажется это оно, – кивает Софи на очередной дизайнерский шедевр, который нам вынесла консультант.
Поднимаю глаза и теряю дар речи. У меня даже дыхание перехватило при виде такой красоты! Потому что да – оно то самое. То, что мне нужно. Мое идеальное свадебное платье, чтобы стать женой самого идеального и потрясающего мужчины на свете.
Тонкое плетение кружева, которое нежно обволакивало весь силуэт и красиво обрамляло глубокий вырез на спине. Огромная пышная юбка в форме русалки переходила в пышный шлейф.
Я понятия не имела, смогу ли в нём танцевать или перемещаться в течение всего свадебного дня, но знала – Корсакову точно понравится. Особенно такой пикантный вырез на спине. И пускай все говорят, что для невесты самый важный момент, когда она впервые надевает свадебное платье, лично я ещё с нетерпением и предвкушением ждала тот момент, когда руки моего любимого мужчины помогут избавиться мне в конце вечера от очень красивого, но уже совершенно лишнего предмета одежды.
Место для проведения свадьбы нашлось совершенно неожиданно благодаря одному из видеосюжетов, который я делала для своего ютуб-проекта. Это был мой первый выездной сюжет недалеко от Москвы. Заночевать мне пришлось в недавно построенном парк-отеле, который очень напоминал типичное итальянское поместье. И когда утром я решила прогуляться по огромной территории, то поняла, что нужно срочно вызывать своего дорого жениха и показывать ему место. Хотя я на двести процентов была уверена, что Саше здесь тоже понравиться.
– Папа будет доволен, что не придется ехать к макаронникам, – добавил со смехом Корсаков, когда мы подписывали документы для бронирования нашей даты.
По нашему обоюдному с Сашей решению мы обошлись скромной красивой свадьбой в кругу самых родных и близких. Без излишней шумихи, показухи и толп важных, но никому не известных гостей. Нам не нужно было никому ничего доказывать, и мы не стремились попасть на страницы светской хроники. Мы просто хотели разделить этот счастливый день с нашими любимыми людьми.
– Елизавета Корсакова, – шепчет мне на ухо Саша, медленно скользя вниз подушечками пальцев по моей оголенной спине. – Мне нравится, как это звучит.
– Мне тоже, – улыбаюсь я, пытаясь сохранять спокойно невозмутимый вид. А внутри всё полыхало от его прикосновений. Боже, скорее бы уже вынесли этот чёртов свадебный торт!
– Потерпи, ещё немного и мы от всех сбежим, – Корсаков без особого труда читает мои мысли, привлекает меня к себе и целует. Так как нежно и страстно одновременно, так как может только он. Каждый раз пробуждая во мне невероятную гамму чувств и эмоций, а главное – ощущение безграничного счастья. Которое возможно только когда ты полностью уверен в том, что ты по-настоящему любишь и любим.
