Текст книги "Главное – любить (СИ)"

Автор книги: Наталия Веленская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 30 страниц)

Глава 29

Шаг, ещё шаг. Саша, не выпуская меня из объятий, заставляет отступать назад, подальше от горячей плиты. Через несколько мгновений я упираюсь спиной в стену, ощущая её приятную прохладу, а на контрасте жар от рук Корсакова, которые исследовали моё тело.

Так сладко и так… мало. Телефонный звонок, который так некстати раздался в прихожей, вырывает нас из этого безумия. Саша, тихо выругавшись себе под нос и оставив на моих губах лёгкий поцелуй-извинение, вышел из кухни.

Наверное, кто-то там на небесах решил, что нечего пропадать таким вкусностям. Мясо уже было почти готово, оставалось только периодически помешивать рагу, чтобы не дать ему пригореть. Но если бы мы увлеклись ещё на несколько минут, то чувствую, вместо овощного сицилийского рагу, нас ждало бы малосъедобное подгоревшее месиво.

На всякий случай убавляю огонь на сковороде-гриль, на которой жарилось мясо. Непонятно, насколько по времени затянется разговор Корсакова.

Дотрагиваюсь пальцами до своих горящих губ и не могу сдержать улыбки. Как же сложно рядом с Корсаковым не терять остатки здравого смысла. Особенно, когда так целуют…

Нет, всё-таки нужно включать голову! Иначе весь мой план проучить Корсакова полетит к чёртовой матери!

Саша возвращается спустя пару минут, мрачнее тучи.

– Что-то случилось? – осторожно спрашиваю я. Корсаков вновь прибавляет температуру на плите, и переворачивает кусочки телятины. Похоже, внешний вид панировочной корочки его пока не очень удовлетворил.

– Случилось… не критично, но мне нужно будет подключиться по скайпу, – хмуро отзывается Саша. – Лиз, извини, пожалуйста, что порчу вечер.

– Тяжело быть большим боссом, да? – усмехаюсь я, обхватывая лицо Саши своими ладонями и заглядываю ему в глаза. Вижу сквозь серую дымку скопившееся раздражение и усталость. Что-то мне подсказывает, что подобные звонки не редкость для вечеров Корсакова.

– Сам виноват, нужно было отключить телефон, – бурчит Саша. Перехватывает мою правую руку и нежно целует костяшки моих пальцев, и далее спускаясь ниже, туда, где бьётся пульс. – Подождёшь? Можешь пока какой-нибудь фильм посмотреть или просто поваляться на диване.

– Без проблем, – склоняюсь ближе к его лицу, шутливо чмокнув в кончик носа. – Иди, работай.

Я постаралась скрыть в голосе лёгкое разочарование. На самом деле отпускать Сашу мне совсем не хотелось.

– Тут всё готово, – Саша ещё раз перемешивает рагу и выключает обе конфорки. – К кексу тогда чуть позже приступим.

– Ага, – киваю я. По мне так и мясо с рагу было вполне достаточно, чтобы убедиться в кулинарных способностях Корсакова. Сомневаюсь, что после разговора по скайпу, у него будет настроение и силы вновь для меня готовить.

Саша берёт меня за руку и проводит вглубь квартиры, в одну из комнат, которая была полностью отведена под домашний кинотеатр.

– Что хочешь посмотреть?

Я выхватываю пульт из рук Александра третьего и плюхаюсь на огромный мягкий диван.

– Ещё не решила. Ты не переживай, я разберусь.

– Точно? – с сомнением протягивает Корсаков.

И чего он так напрягся-то? Как будто не пульт мне дал в руки, а обезьяне вручил гранату, и уже жалеет о своём поспешном действии. Мне стало смешно:

– Если нет, то пойду от скуки дегустировать мясо с рагу. Иди уже!

Корсаков напоследок быстро сжимает меня в объятиях, нежно целует. И всё же находит в себе силы удалиться и оставить свою технику на растерзание женских рук.

Ничего смотреть не хотелось, но я запустила приложение и нашла какую-то недавно вышедшую комедию, с неплохим рейтингом. Смысла углубляться в фильм не было, если Корсаков в скором времени вернётся со своей скайп-конференции. Зато можно было спокойно полежать и отдохнуть. Диван был довольно удобный, с огромными мягкими подушками по периметру. Поэтому с удовольствием растянулась во весь рост, подложив под голову одну из подушек. Боже, какое блаженство! Если через пять минут Александр третий не соизволит явиться, то выносить меня из квартиры он будет только вместе с этим диваном.

Спокойные тёмные оттенки, в которых была выполнена комната, успокаивали и расслабляли. А вот мерцание огромного экрана наоборот начинало раздражать. Уставшие за день глаза просили пощады и на пару мгновений закрыть веки, чтобы погрузиться в спасительную тьму. Что я и сделала. И неожиданно провалилась в сон.

Глава 30

Кажется, небеса меня всё-таки услышали. Потому что впервые за многие месяцы в кровати я находилась не одна. Именно такие мысли пришли в моё едва проснувшееся сознание, когда я ощутила жар от лежащего рядом со мной тела, и тяжесть широкой мужской руки, покоящейся у меня на животе.

Вот только кровать была не моя.

И комната была не моя.

И вообще: где я?!

От шока я моментально распахиваю глаза, оборачиваюсь и натыкаюсь на довольную физиономию Александра третьего. Который лежал на боку, подпирая голову одной рукой и смотрел на спящую меня.

– Доброе утро, – улыбается Саша, оставляя на моих губах нежный, неторопливый поцелуй.

– Доброе… Саш, но какого чёрта я делаю в твоей спальне? – спрашиваю я, лишь только удалось отстраниться от парня.

Ладно хоть мы с ним оба лежали в одежде, да и ноги у меня прикрыты лёгким пледом. Потому что меня немного пугал провал в моей памяти о событиях текущей ночи.

– Я…заработался. А ты пока ждала, уснула. Прости, Лиз, – Саша утыкается лбом мне в ключицу и тяжело вздыхает.

Заработался он! Тоже мне папа Карло на максималках! Вот, с одной стороны, хочется поворчать на него и обидеться. Или вообще закатить скандал. Но с другой стороны… я ведь наконец-то отоспалась за все свои бессонные ночи. И чувствовала себя как никогда отдохнувшей и готовой к новым великим подвигам. Я вообще не помню, когда я в последний раз так сладко и крепко спала! Вон, даже не почувствовала во сне смену локации.

– Са-а-а-ш.

– Мм?

– А где мой завтрак в постель? – интересуюсь я с хитрой улыбочкой.

– Сейчас всё будет, – подскакивает с кровати Корсаков. Я была не голодная, просто решила немного его погонять за вчерашний косяк. Впрочем, Александр третий был и рад стараться. – Ты что обычно на завтрак ешь?

– Эм-м кофе, с булочкой. Или шоколадкой.

– Это разве еда?! – возмущается Саша, упирая руки в бока.

– Ничего не знаю! Мне нужны неправильные углеводы! Без них мой мозг отказывается работать.

– Так, Лиз, давай ты пока поешь нормальную человеческую еду, а на десерт я тебе приготовлю кекс, который вчера мы не успели сделать.

– У тебя что дома нигде не завалялось ни одной шоколадки?! – с ужасом спрашиваю я. – Какой кекс? Нам же ещё на работу…

– Время семь утра. Успеем.

Ну я-то да, я же работаю с десяти. А вот товарищ Корсаков, что решил записаться в прогульщики? Я знала, что рабочий день в их компании начинался чуть раньше. Следую за Александром третьим на кухню и вновь устраиваюсь на барном стуле. Подпираю локтями стойку, удобно уместив нижнюю часть лица на ладонях – идеальная поза, чтобы наблюдать за Сашей.

За какие-то считанные мгновения передо мной поставили тарелку с кашей, омлет, горячие бутерброды, сыр и фрукты. Какой-то мини вариант шведского стола, честное слово. Ладно хоть Корсаков мой привычный утренний кофе всё-таки сделал. А то бы желудок точно ушёл в бессознанку с непривычки.

– Я это есть не буду, – сморщила нос я, кивая на овсянку.

Рядом приземлились баночки с мёдом, сухофруктами и орешками.

– Просто попробуй, – усмехнулся Александр третий, приступая тем временем к готовке кекса. – Не заставляй меня кормить тебя с ложки, как маленькую.

Я недовольно высунула язык, и всё-таки зачерпнула одну ложку каши. Ладно, если подумать, пахнет она не так противно, как выглядит.

Я довольно быстро умяла завтрак, и хитро скормив Корсакову с ложки половину своей овсянки, решила тоже присоединиться к готовке кекса. Саша поставил на фон какую-то бодрую зажигательную музыку и процесс пошёл ещё веселее.

Однозначно заявляю, что готовить вместе и дурачиться – невероятно поднимает настроение. А ещё периодически прерываться на поцелуи. К тому моменту, как Саша перелил тесто в форму, настроение у меня стало совсем шальным. Скажи мне кто раньше, что я могу быть такой бодрой и довольной жизнью с утра пораньше, и я первая бы сдала этого человека в психушку.

Откусив одну из миндальных печенек, я уселась на кухонный остров, болтая ногами и слегка подтанцовывая верхней частью тела.

– Мне нравится такое утро, – Саша захлопывает духовку и подходит ближе, окидывая меня голодным взглядом, от которого мои щёки сразу же предательски запылали. – Нужно будет обязательно повторить.

– Мечтать не вредно, – смеюсь я и пытаясь немного сбавить накал страстей, зачерпываю горсть из пачки стоящей рядом муки и кидаю её в Корсакова. Впрочем, Саша тоже в долгу не остался, поэтому совсем скоро я с визгом стряхивала со своих плеч муку.

Корсаков притягивает меня к себе оставляя на губах глубокий, неторопливый и чувственный поцелуй. Обхватываю его ногами, прижимаясь сильнее и запускаю пальцы под тонкую ткань его футболки. Вот этот предмет одежды здесь определённо лишний! И это последняя чётко сформулированная мысль, которую смог выдать мой поплывший мозг.

Саша углубляет поцелуй, скольжу руками по его спине и сквозь своё равное дыхание чувствую, как бешено ускоряется пульс. Отклоняю голову назад, чтобы следом ощутить на своей шеи обжигающую дорожку из поцелуев, которая медленно уходила вниз, туда, где оголялась кожа, к вырезу на моей футболке.

Не могу сдержать лёгкий стон. И где-то на задворках сознания, понимаю, что этот завтрак может закончиться совершенно не так, как я изначально думала…

– Александр! Объясни мне, с каких пор ты взял моду выключать утром телефон! – неожиданно раздался рядом недовольный рык, перекрывающий громкую музыку. Я в ужасе отстраняюсь от Саши и неудачно взмахнув рукой, сбиваю на пол пачку муки. Сквозь поднявшуюся пелену мучной пыли я вижу очень сердитого мужчину в дорогом деловом костюме. – И чем чёрт побери вы здесь занимаетесь?!

Впервые я вижу, что Корсаков в ауте. Стоит столбом и не меньше моего ошарашенно смотрит на визитера.

– Эм… кексом, – пытаюсь выдавить из себя что-то членораздельное, чувствуя, что пауза как-то затягивается. Ой, кажется, лучше бы я молчала!

Глава 31

– Чем?! – снова зарычал грозный дядька, который, как я сейчас разглядела, был подозрительно похож на Корсакова. О боги! Неужели меня ждёт знакомство с родителями?

Вот такое небезынтересное развитие событий явно не входило в мои утренние планы!

Саша издаёт какой-то полувздох-полухрюк, и поднимет глаза к потолку.

– Это не то, что вы подумали! – отчаянно замахала руками я и ткнула пальцем в духовку. – Мы кекс готовили, вот он! Скоро можно будет попробовать…

– Я давал тебе ключ на случай крайней необходимости, – Саша наконец перестал изображать памятник самому себе. И от тихой злости, которая сквозила в его тоне, мне захотелось спрятаться.

– Трубки надо брать! Булки он печёт тут! Нашёл время! – Корсаков-старший воинственно скрестил руки на груди и виноватым отнюдь не выглядел. – О чём ты думаешь вообще? Хотя нет, не отвечай! Я и так уже понял. В три встреча с Протасовым! В три! У вас конь не валялся!

Кажется, Корсаков-старший в принципе не умел общаться спокойным голосом. Каждую свою фразу он буквально выкрикивал в нашу сторону. Ладно хоть Саша слегка загородил меня от взгляда нашего излишне эмоционального гостя, будто оказывая невидимую поддержку и защищая от направленного на нас потока недовольства.

– Я давал тебе ключ на случай крайней необходимости, – упрямо повторил Саша. – Встреча с Протасовым к этой категории не относится.

– У вас ничего не готово!..

– Всё, что надо мы сделали.

– Последние правки…

– Вчера до глубокой ночи переделывали проект и презентацию.

– Александр! Ты меня не слышишь! – Корсаков-старший стал нервно мерить шагами кухню. А я бы вот поспорила с его заявлением. Слышали его не только мы с Сашей, но и вся округа. – Ему надо по-другому представить данные, он человек старой закалки! Он не уступит…

– А больше ему ничего не надо?! – не выдержал Саша. – Ламбаду может перед ним станцевать?! Это не твоя проблема. Я разберусь. Сам.

– Разберётся он!.. – Корсаков старший нечленораздельно буркнул в сторону окончание фразы, уставившись в окно. Я от напряжения заёрзала на кухонном острове. Возможно, всему виной нервы, но сидеть на нём стало максимально неудобно. Но и слезть я боялась, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание.

– Когда ты прилетел? – хмуро поинтересовался Александр третий. Интересно, он вообще собирается представлять нас друг другу или как? Не то чтобы я горела желанием, но всё же… Признаться честно, все эти рыки и грозный голос действительно наводили на меня ужас. Вот только, почему-то пришла на ум поговорка, что та собака, которая громче всех лает, обычно никогда не укусит.

– Рано утром, – отвечает отец Саши и резко обернувшись, упирается в меня своим острым, как бритва взглядом. – Познакомить нас не хочешь?

– Не особо, но придётся, – кажется Саша вдохновился манерой общения своего родителя бурчать что-то нечленораздельно в сторону. Ну ладно хоть не орать каждое предложение, и на этом спасибо. – Лиз, познакомься, мой отец – Роман Викторович Корсаков. Папа, это – моя девушка Лиза.

Что-то во взгляде Александра третьего мне отчаянно сигнализировало не опровергать эту версию.

– Здравствуйте, – попыталась улыбнуться я, наконец-то слезая на пол.

– Вот как, – крякнул Корсаков-старший. – Интересно… кхм. Девушка, значит.

– Роман Викторович, вы, наверное, голодный с дороги, – я с радостью была готова чем-то занять руки, чтобы сгладить неловкий разговор. – Может быть, позавтракаете?

– Ваши кексы, булки, хлопья и прочую бурду себе оставьте, – махнул нетерпеливо рукой Роман Викторович. – На завтрак мне нужно что-то посытнее! Что за привычка заливать молоком сухомятку и называть это едой?! Я вообще не понимаю, какой приём пищи может обойтись без мяса!..

Интересно, а он на любую тему так рассуждает с позиции «всё не так и не то»?

– Так у нас есть и мясо, и рагу…

«У нас» это конечно сильно сказано, квартира-то была Сашина, а я тут так мимо пробегала. Но раз тот соизволил представить меня, как свою девушку, то сам виноват. Назвался груздем – полезай в кузов, значит придётся не выходить из образа.

Вместо ответа Корсаков старший уселся за стол и выжидательно посмотрел в нашу сторону. А в моей голове сразу же завертелась фраза «пошевеливайтесь, холопы!».

Переглянувшись с Сашей, я направилась к холодильнику, причём настолько уверенно, что со стороны наверное и не скажешь, будто я на этой кухне нахожусь второй раз в жизни. Всех моих познаний конечно же не хватило, чтобы поухаживать за нагрянувшим родственником, но Александр третий отлично работал в команде – доставил необходимые тарелки и приборы и ставил еду в микроволновку.

Аккуратно поставив рядом с Романом Викторовичем наши с Сашей вчерашние кулинарные шедевры, я наконец-то смогла его подробнее рассмотреть. Урвала момент, пока он не орал и с подозрением разглядывал содержимое тарелки. Вот он Корсаков через двадцать лет, собственной персоной. Такие же тёмные густые волосы, только с чуть посеребренными висками, дымчато-серые глаза, волевой подбородок. Лоб правда изрезан морщинами, и тяжёлая складка залегла между бровей и в уголках губ. Но с учётом, как много Роман Викторович хмурится, это было не удивительно.

Александр третий, скрестив руки на груди, стоял рядом с окном. Поддерживать разговор с отцом он не спешил.

– Попробуйте, это очень вкусно, – бодро отозвалась я, кивая на тарелку. – Мы вчера с Сашей готовили по итальянским рецептам, это сицилийское овощное рагу, телятина ала Валдостана…

– А нормальной еды в этом доме нет?! – взревел Корсаков-старший, кидая приборы на стол. – Обязательно надо питаться, как эти макаронники?!

Да что не так-то? Я непонимающе захлопала глазами и посмотрела на Сашу. Но увидела на его лице только безграничную усталость от всего происходящего. Да и меня саму его отец тоже начинал напрягать со своими недовольными криками.

– Папа, ты всегда можешь заказать себе еду из ресторана, – спокойно отметил Саша, подходя ко мне и успокаивающе положив руки мне на плечи. – И позавтракать у себя дома.

– Нормальную еду надо есть! Котлеты, картошка, борщ в конце концов! Сложно что ли сварить?! – продолжал возмущаться Роман Викторович, но при этом на удивление начал есть. И даже не морщился.

– Знаете, а я вот супы не очень люблю варить, – зачем-то призналась я. Ну а что? Я ведь всё равно не настоящая девушка Корсакова, могу и почудить немного. – Да и они у меня не особо получаются…

И это я ещё молчу какие отвратительные сырники обычно у меня выходят. Самая настоящая моя ахиллесова пята. Вечно то пережарю, то не дожарю.

– Борщ должен уметь готовить каждый! – отрезал отец Саши. – Вкусный, сытный, наваристый! И мяса чтобы побольше. Вы что детей планируете вашей сицилийской отравой кормить?!

– Так, ну знаешь ли…

– Да мы пока вообще детей не планируем… – засмеялась я, с улыбкой наблюдая за тем, как перекосило Сашу.

– Ах ну да, этот же в любовь и брак у нас не верит, – ехидно засмеялся Корсаков старший и метнул в Сашу хитрый взгляд. Мне сейчас вот тоже очень хотелось посмотреть на Александра третьего. Неужели правда он такой ярый противник марша Мендельсона? И откуда такой цинизм насчет любви? Так сильно ему эта Шакурова насолила? – А что Лизавета ещё не в курсе? Хе-хе, смотрит-то как удивленно. Что ещё не все наши семейные тайны вытряс на всеобщее обозрение?

Что ещё за семейные тайны? Про брак и будущее у нас действительно разговоров не было, про любовь и подавно. Да и к чему они, если наш уговор с Корсаковым был рассчитан на три недели тест-драйва? И то весь этот цирк был затеян исключительно из-за спора. Как-то смешно было думать о чём-то серьёзном в этой ситуации. Да и я в отличие от Аринки никогда не ставила себе целью обязательно выйти замуж в ближайшее время, поэтому особого повода для грусти у меня не было. А любовь… пускай лучше проходит стороной, учитывая нашу с Корсаковым историю знакомства.

Саша едва заметно сжал мне плечи. Возможно, какие-то объяснения от него последуют потом, когда его отец соизволит покинуть наше общество.

– Кхе, м-да… Мы с его матерью изрядно подпортили Александру мнение о семейных узах, да сынок? – продолжил потешаться Корсаков-старший, накидываясь на телятину. И судя по скорости, с которой он уплетал блюда, тут не только Сёминой, тут мне ничего не светит, чтобы увести домой.

– Вам может кофе, чая? – на автомате рассеянно спрашиваю я, наблюдая как отец Саши с аппетитом уплетал так ненавистные ему итальянские блюда.

– Чай чёрный, три ложки сахара, как обычно, – кивнул в сторону сына Роман Викторович.

– Обойдёшься одной, – пробурчал Саша, отходя к чайнику, чтобы приготовить напиток. – Ты забыл, что тебе врач говорил?

– Заботливый тут нашёлся, понимаешь ли! Ну что, Лизавета, борщи ты значит варить не любишь и не умеешь. Чего ещё можешь интересного о себе рассказать? – неожиданно переключился на меня Корсаков-старший, и от его тона захотелось внутренне подобраться, выпрямить спину и отрапортовать по-военному всю информацию.

Александр третий с грохотом поставил стакан на столешницу:

– Пап! А можно как-то повежливее утолять своё любопытство?

– Саш, да всё нормально… А что вы хотите узнать?

– Где ж ты такую умницу-красавицу нашёл, а? – старший Корсаков проигнорировал мой вопрос и почему-то обратился сквозь меня к Саше. По тону было совершенно непонятно, про умницу-красавицу – это он с одобрением или с издёвкой?

«На улице», – чуть было не ляпнула я, но вовремя спохватилась. Звучало ничуть не лучше, чем занятие кексом. Хоть это и было правдой, познакомились мы действительно на улице. Пускай и благодаря спору. Но спросили Сашу, вот он пускай и выкручивается.

– Мы с Лизой познакомились на улице.

– Кхм, да ну? Интересно, интересно… Что решил внести разнообразие в свою жизнь? Поумнел, да? Кончились весёлые деньки! Вечеринки, модные дефиле со всякими шала…

– Ты что-то ещё хотел узнать? Спрашивай, – прерывает его Саша, вновь с грохотом ставя чашку с чаем на стол.

– И сколько же вам лет, Лизавета?

– Двадцать два.

– Ясно. Молодо зелено… Учишься, работаешь?

– Работаю. Менеджером по продажам рекламы, – с улыбкой отвечаю я, догадываясь что и эта информация не придется по душе отцу Александра третьего. Саша вновь занимает место охранника рядом со мной и приобнимает меня за плечи.

– Втюхиваешь значит рекламу? – усмехается мужчина, ожидаемо одаривая меня не самым тёплым взглядом.

– Нет, сейчас пользуются популярностью другой вид продаж.

– Она тебе при встрече что-то втюхала? – интересуется отец у Саши, полностью игнорируя мой ответ. А я не могу сдержать улыбки. Втюхала, ага. Историю о несуществующем ребенке и разводе.

– Нет, – лаконично ответил Саша, но довольно сурово. Меня так и подмывало обернуться и посмотреть на него, как он переносит этот перекрестный допрос. По прерывистому дыханию и напряжённым пальцам я могла лишь догадываться, что не слишком легко.

– Профессия, скажу я вам, никуда не годится для молодой девушки. Все это купи-продай, тьфу… А родители твои куда смотрят? Им твоя профессия нравится?

– У Лизы абсолютно нормальная профессия. Она – лучший менеджер в рекламном журнале и не вижу смысла обсуждать, кто что думает по этому поводу, – вступился Александр третий, полагая что подобные расспросы меня расстроят. А мне почему-то стало смешно. Есть у меня такое подозрение, что Корсаков-старший неплохо бы спелся с моими родными. Они, конечно, открыто меня не критиковали, но порой ворчали и о выбранной мной специальности историка, да и о текущей работе.

– Родители не в восторге, дед с бабушкой тоже. Но они рады, что я хотя бы не пошла работать по специальности и, как они говорят, «не считаю теперь копейки».

– А по специальности ты…

– Историк.

– Мда-а-а, – протянул Корсаков-старший. – Интересный…выбор. Боюсь спросить даже на чём он основан!

– Ну как говорил Цицерон, история – лучший учитель жизни, – усмехаюсь я, вспоминая одну из расхожих фраз, которыми нас снабжала куратор на курсе. Мол, запомните и отвечайте подобными фразами с максимально умным видом на всякие дурацкие вопросы. И вот надо же – пригодилось.

– Кхе, мда-а однако…, – задумчиво пробормотал Роман Викторович, поглаживая подбородок. Я опять никак не могла определить доволен ли он моими ответами, пребывает в шоке или сейчас нас ждет второй акт грозного ора. Возможно, допрос бы и продолжался дальше, но взглянув на часы на руке, Корсаков явно решил изменить свои планы. – Ну что ж, думаю, пора и честь знать!

С этими словами он выпивает залпом свой чай и резко встает со стула.

– Я тебя провожу, – кивает Саша, слегка поглаживая меня по плечу. И я воспринимаю это, как знак, что лучше остаться на месте.

И я в целом была этому рада. Нервное напряжение болезненно растеклось по всем мышцам, и я не уверена, что смогла бы достойно доковылять до прихожей перед взором Романа Викторовича. Этот разговор с Корсаковым-старшим отнял у меня больше сил, чем я думала. А вот сам Александр третий, вроде был не так уж и зол, как казалось вначале. В его глазах отчетливо видны всполохи веселья, которые ему никак не удавалось скрыть. Наверное, со стороны наш разговор с Романом Викторовичем смотрелся несколько комично. Или просто он рад, что отец наконец-то сваливает.

– До свидания! – я всё-таки приподнимаюсь из-за стола, но лишь, чтобы проводить взглядом удаляющуюся широкоплечую спину отца Саши.

– До скорой встречи, Елизавета, – обернулся напоследок мужчина и проворчал куда-то в сторону. – Если этот охламон, конечно, ничего не испортит!

А я опять не смогла сдержать улыбки от этой манеры. Ворчал Корсаков старший максимально громко, посвящая всех вокруг в свои мысли. И уж точно не испытывая никакого смущения или стеснения по этому поводу.

– Специально нашел себе похожую на Софу, да? – раздался уже удаляющийся голос.

– Глупости не говори, пап. Это абсолютно два разных человека, – ответ Саши звучит глуше, но я напрягаю слух и стараюсь расслышать каждое слово. Что еще за Софа?! И почему я на неё похожа по мнению Сашиного отца?

– Много ты понимаешь! А, впрочем, когда уедет в Италию к своим макаронникам, тогда по-другому запоёшь… Всё к этому и идет, а ты и не чешешься! Надеюсь, объявишься в офисе хоть к обеду? Хотя какой тебе Протасов, если ты тут кексы печёшь! Работничек!

Громко хлопнула дверь, оповещая о том, что Роман Викторович покинул наше общество, особенно не нуждаясь в ответах на свои вопросы. На плохо гнущихся ногах, я медленно дохожу до прихожей и замечаю Сашу, задумчиво крутящего в руках телефон.

– И кто такая эта Софа?