Текст книги "Эдера 3"
Автор книги: Мирослав Адамчик
сообщить о нарушении
Текущая страница: 23 (всего у книги 29 страниц)
– Не ты мне будешь указывать, где мне находиться.
– Ты посмел ее обидеть, – на немного детском лице гиганта явно читалась обида.,
– Ну и что из этого? Это моя жена.
– Прочь отсюда! – сеньор Годолини схватил Андреа за плечо и отбросил в сторону.
Этого сеньор Давила уже не мог потерпеть. Он с размаху ударил кулаком хозяина заведения в ухо. Но тот даже не покачнулся и в ответ сгреб Андреа, а затем, оторвав от пола, бросил вниз.
Эдера громко закричала, но вступаться за своего мужа не стала.
Оправившись после падения, Андреа, изловчившись, сбил сеньора Годолини с ног, но тот схватил его за ноги и повалил. Сцепившись, они покатились по ковру. Эдера бегала возле них, не зная, что делать.
А Сальвадор Маньоли уже заждался Андреа. Наконец, до его слуха донесся шум драки.
«Для туалета слишком долго», – рассудил сеньор Маньоли, и, прихватив с собой газовый баллончик из ящика автомобиля, отправился в ресторан.
Отыскать Андреа и Эдеру оказалось несложно, нужно было все время идти на шум. Сальвадор поспел вовремя. Ведь Эдера, уже схватив тяжелую бутыль из-под вина, хотела ударить по голове или сеньора Годолини, или Андреа.
Сеньору Маньоли некогда было разбирать. Он подбежал к дерущимся, схватил сеньора Годолини за жидкие волосы и резко рванул. В задранное лицо мафиози ударила упругая струя слезоточивого газа. Тот заревел, словно его ранили отравленной стрелой, и Андреа сумел выбраться из-под него.
– Скорее, бежим! – сеньор Маньоли потянул своего приятеля за руку.
– Один – ни за что! – выкрикнул тот. – Эдера, бежим с нами!
– Я остаюсь здесь, – упрямо сказала женщина явно только для того, чтобы позлить своего мужа.
Времени на разговоры не оставалось. Андреа пришлось подбежать к Эдере, схватить ее и, перекинув через плечо, опрометью кинуться из ресторана.
Они выбежали через дверь черного хода и вскочили в машину. Не успел автомобиль Андреа выехать со стоянки, как из двери выскочил разъяренный сеньор Годолини и тоже бросился к автомобилю. Слезы заливали ему глаза, он мало что видел перед собой, но он хотел отомстить за обиду.
Заревел мотор, и его машина понеслась вслед за автомобилем Андреа.
Эдера, которую сеньор Давила забросил на заднее сиденье, привстала на колени и выкрикнула:
– Он гонится за нами, он убьет тебя!
– Да, – вздохнул Сальвадор, – в прошлый раз все было потише.
– Куда ехать? – Андреа на каждом повороте норовил свернуть.
– Езжай за город, там будет легче от него оторваться.
Они выскочили на скоростную полосу. Теперь их уже не мог остановить светофор. Эстакада вела к реке. Но и сеньор Годолини не отставал. Он то и дело тер глаза кулаком и проклинал тот день, когда в его заведении появилась Эдера. Мафиози вытащил из кармана пистолет и, одной рукой продолжая вести машину, другую выставил в окно. Раздался сухой звук выстрела. Пуля, пробив стекло машины Андреа, исчезла в темноте.
Эдера завизжала и вжалась в заднее сиденье. Сальвадор пригнул голову.
Андреа, который вел машину, тихо сползал вниз – так, чтобы его голова не возвышалась над спинкой.
Раздались еще два выстрела. Рассыпалось лобовое стекло. Теперь ветер насквозь продувал машину, слепил, бросал волосы на лицо.
Андреа увидел впереди поворот, правда, въезд на него преграждал шлагбаум со знаком «Въезд запрещен!». Это был единственный шанс спастись. И он, резко выкрутив руль вправо, снес шлагбаум и, еле вписываясь в поворот, съехал под мост.
Сеньор Годолини поздно заметил этот маневр и, не успев вписаться в поворот, ударился в бетонную подпорную стену. Его машина замерла. Из-под капота повалил пар.
Эдера, которая ничего не видела, потому что лежала на заднем сиденье, обхватив голову руками, почувствовала, что гонка прекратилась. Она осторожно выглянула из-за спинки сиденья.
– Кто разбился, Андреа, мы или он?
И тут же сеньор Давила нажал на педаль газа. Машина рванулась вперед. Эдера небольно ударилась головой об обивку стойки кузова.
Наконец, беглецы достигли окраины города и с радостью покинули его. Проехав километров около ста, они образумились.
– Куда мы едем? – догадался спросить Сальвадор.
Эдера уже пришла в себя и растирала ушиб.
– По-моему, впереди мотель, – сказала она, указывая на небольшой дом у самой дороги.
Андреа свернул. И вскоре они уже заказывали номера.
Сальвадор отправился с сыном хозяина в свой номер, а Андреа посмотрел на Эдеру:
– Нам два номера или один?
– Один, – улыбнулась женщина.
– О, у нас есть великолепный номер, – сказал портье, – там такая кровать! Его обычно снимают молодожены.
– Хорошо, – кивнул Андреа, он был не в силах скрыть свою улыбку.
Улыбнулась и Эдера.
– Когда мой сын вернется, он поднимет ваши вещи, – портье протянул им ключ.
Сеньор Давила взял за руку свою жену, и они поднялись на второй этаж.
– Надеюсь, теперь все будет хорошо?
– На какой срок ты относишь это «теперь»? – поинтересовался Андреа.
– Сегодняшний вечер, – немного зло ответила Эдера, сбрасывая плащ, который дал ей муж, чтобы не было видно порванного платья.
В дверь постучали. Сын хозяина принес вещи. Эдера села в кресло и прикрылась плащом.
Когда мужчина и женщина остались одни, Андреа закрыл дверь и подошел к жене. Он опустился перед ней на колени и начал целовать ей руки.
– Обещай мне, что мы больше не расстанемся, – попросил он.
– Я не знаю, что тебе и ответить, мне самой хотелось бы остаться вместе с тобой, но...
– Что? – спросил Андреа.
– Сама не знаю, – рассмеялась Эдера и поцеловала мужчину в губы.
Когда они уже лежали в постели, Эдера сказала:
– Мне кажется, каждому из нас стоит задуматься над тем, правильно ли он жил в последнее время.
– Наконец-то ты поняла, что этот вопрос касается и тебя.
– Да. Значит, так, – сказала Эдера, – я должна бросить свои занятия, а ты свои. Только тогда мы будем счастливы.
– Может, не стоит? – предложил Андреа. – Все-таки нам нужно на что-то жить.
– Деньги... деньги, – пробормотала женщина, – все наши несчастья из-за них.
Андреа повернулся на бок и заглянул в глаза жене. Та не моргая смотрела на него и улыбалась.
– Я не знаю, сколько продолжится наше счастье, но не сомневаюсь, дни, когда мы с тобой вместе, запомнятся нам надолго.
– Ты говоришь только о днях?
– Ну хорошо, недели, месяцы, на большее я загадывать не буду.
Андреа привлек к себе женщину так, словно боялся, что та снова сейчас исчезнет.
– Каждый день я думал о тебе, – соврал он, но ему и самому хотелось верить, что это было так.
Эдера глубоко вздохнула.
– Мы возвращаемся в Рим, – негромко произнесла она.
– Я обещаю тебе, что ты теперь будешь у меня центром вселенной.
– Не говори таких слов, – попросила женщина.
– Почему?
Все равно ты соврешь.
Уже находясь в полудреме, Андреа все еще продолжал ласкать Эдеру. Он гладил ее по пушистым волосам, целовал и незаметно для себя уснул.
А проснувшись утром, побоялся сразу открыть глаза. Ему показалось, что Эдера могла исчезнуть. Но та оказалась рядом.
– Дорогая, ты обещаешь мне счастье?
– Обещаю.
– Долгое?
– Не знаю, на сколько меня хватит или на сколько хватит тебя.
Часть третья
ГЛАВА 1
Эдера и сама толком не могла объяснить, почему она все же решилась отправиться вместе с Андреа в кругосветное путешествие. Возможно, ей надоело жить в Европе, а может, ей захотелось обо всем позабыть и поверить в то, что это путешествие сможет вновь сблизить их.
Но надежды Эдеры оказались тщетными. За время путешествия они несколько раз крупно ссорились, постоянно вспоминая прошлое и начиная укорять друг друга, обвиняя во всех случившихся несчастьях.
Андреа становился мрачным и неразговорчивым. Случалось, по нескольку дней они не разговаривали, и Эдера даже не хотела выходить из комфортабельной каюты в ресторан. Она подолгу стояла на палубе, глядя на бесконечную гладь океана, подолгу встречала восходы и закаты, любовалась звездами, вспоминала свою прошлую жизнь. Но теперь та жизнь уже казалась нереальной, и Эдера думала, что все то, что произошло, не имеет никакого отношения к ней, не имеет отношения к той Эдере, которой она была раньше.
«Неужели, человек может настолько сильно измениться? Неужели, так сильно может поменяться его характер, его взгляды?»
– Нет-нет, это невозможно, – твердила себе женщина.
Андреа смотрел на свою жену тоже уже другими глазами. Он, конечно же, хотел сделать так, чтобы любовь вновь вернулась, чтобы они были вместе, деля радости и невзгоды пополам. Но все его попытки достучаться до сердца Эдеры натыкались на стену отчуждения.
– Почему ты все время молчишь? – спрашивал Андреа, подходя к жене.
– А о чем говорить? – отвечала Эдера и вновь смотрела в иллюминатор.
– Ну, давай вспомним, как все хорошо у нас было с тобой.
– Когда было хорошо? – резко отворачиваясь от иллюминатора, спрашивала женщина.
– Раньше, дорогая.
– Да, раньше было хорошо. Но, наверное, тогда мы были немного другими людьми, наверное, верили во что-то святое. А потом все рассыпалось, как карточный домик.
– И неужели все это невозможно воссоздать? – спрашивал Андреа.
– Андреа, человек – это не домик, который можно вновь построить, отреставрировать и сделать таким же, как прежде. Прошлое невозможно вернуть.
– Тогда давай сделаем будущее, – говорил Андреа, беря Эдеру за руку.
– Давай попробуем... – глядя в глаза мужу, произносила Эдера.
Но тон, каким это было сказано, говорил больше, чем слова. Да и взгляд женщины был грустным и потерянным.
– Неужели ты не веришь, что все может быть хорошо? – настойчиво допытывался Андреа.
– Нет, не верю, хотя хотела бы верить, – задумчиво отвечала Эдера и вновь смотрела в иллюминатор, за которым простиралась безбрежная гладь океана...
Огромный корабль бороздил океан, приближаясь к Аргентине. Там должна была быть первая остановка.
– Может, пойдем в ресторан, поужинаем? – предложил Андреа.
Эдера пожала плечами.
– Если хочешь, пойдем.
– Да, я хочу, – сказал мужчина и стал собираться.
Он надел свежую рубашку, галстук, причесал волосы. Эдера смотрела на своего мужа и не узнавала его.
И действительно, Андреа очень сильно изменился. Сейчас это был уже не тот молодой и пылкий, всем сердцем преданный ей человек. Это был мужчина, умудренный жизнью, перенесший много испытаний.
Да и сама Эдера была уже совсем иной. Время от времени она подходила к зеркалу и рассматривала свое отражение.
«Да, время никого не щадит, – думала женщина, – я еще выгляжу прекрасно, но пройдет еще несколько лет, и от прежней Эдеры не останется и следа».
– Почему ты медлишь? Собирайся, – Андреа появился в двери туалетной комнаты.
– Да, сейчас соберусь, – негромко ответила Эдера и стала наводить макияж.
Если раньше она почти не красилась, почти не прибегала к косметике, то сейчас это стало неотъемлемой частью ее туалета. Она подкрасила глаза, припудрила лицо, нанесла слой грима, затем темной помадой провела по губам. Из серебристого стекла на нее смотрела уже совсем иная женщина. И Эдере эта женщина не нравилась, она не была ей близкой.
Затем она достала из гардероба сверкающее вечернее платье, повязала на голову косынку, надела ожерелье, украсила пальцы перстнями, надела туфли на высоких каблуках.
– Я готова, Андреа.
– Ты восхитительна! – сказал мужчина, осмотрев жену с головы до ног.
– Я тебе нравлюсь? – немного скептично усмехнувшись, спросила Эдера, хотя ее почти не интересовал ответ мужа.
– О, да, ты восхитительна! Думаю, во всем ресторане ты будешь самой красивой женщиной.
– Не надо врать и не надо сочинять, дорогой.
Слово «дорогой» Эдера произнесла абсолютно механически и это не ускользнуло от внимания Андреа. Но если быть откровенным, то ему было в общем-то, все равно. Он понял, что никогда уже Эдера не станет прежней и никогда он не будет для нее тем, кем был когда-то.
– Пойдем, – сказал Андреа, поправляя белоснежный платок в кармане пиджака.
Эдера подала руку, и они направились в ресторан.
Они снимали каюту «люкс», обедали и ужинали в самом лучшем ресторане на корабле. С многими из путешествующих они познакомились, и Андреа вечерами засиживался с мужчинами у стойки бара, обсуждая политические новости или просто болтая.
А вот Эдера ни с кем не сблизилась. Все женщины казались ей жеманными и неестественными. А неестественности Эдера не переносила.
И довольно часто Андреа спрашивал:
– Почему ты все время одна? Почему ты ни с кем не разговариваешь? Многие хотели бы с тобой познакомиться.
– Мне не о чем с ними говорить, Андреа. Все, о чем они говорят, меня не интересует.
– А что тебя интересует?! – восклицал муж, глядя в глаза жены.
– Я и сама не знаю, – пожимала плечами женщина, – мне просто с ними скучно.
– О боже, – стучал кулаком себе по колену Андреа,– скучно... Я не понимаю этого слова.
– Не понимаешь, поэтому ты и счастлив. А я понимаю это слово и знаю ему цену.
– Но неужели ты считаешь, что на всем огромном корабле нет ни одной интересной женщины, с которой ты могла бы поговорить, встречаться, дружить?
– Наверное, есть, но мне ни с кем не хочется разговаривать...
Эдера и Андреа сидели за столиком вдвоем. Небольшой оркестр играл танцевальные мелодии разных стран.
– Может, потанцуем? – предложил Андреа.
– Нет, я не хочу.
– Ну почему? Ведь они замечательно играют!
Эдера посмотрела на музыкантов. Те действительно старались.
– Может, потом, попозже.
Она выпила уже второй бокал шампанского. Ее глаза заблестели, а кончики губ начали подрагивать.
И вдруг музыканты заиграли танго. На небольшой площадке перед оркестром никого не осталось. Ведь мало осталось в наше время людей, умеющих танцевать танго.
– Пойдем, потанцуем, мне очень нравится это танго.
– Да, красивая музыка, – согласился Андреа, – но понимаешь, Эдера, танго я танцевать не умею.
– Это очень просто, дорогой, главное – надо слышать музыку, и она сама будет тебя вести.
– Нет, я не умею танцевать.
Но Эдера стояла на своем, и Андреа понял, что лучше согласиться.
– Хорошо, пойдем, но ты будешь меня вести, я плохой танцор.
– Зато я умею танцевать, – обрадованно улыбнулась женщина, – и думаю, у нас получится замечательный танец, назло всем.
И действительно, едва Эдера и Андреа вышли на середину площадки, как мужчины и женщины за столиками с удивлением посмотрели на эту красивую пару.
– Они восхитительны! – сказал седовласый мужчина своей дочери.
– Да, она замечательно танцует, а вот он не слишком уверен в себе.
– Ну, дорогая, – сказал седовласый мужчина своей дочери, – я бы мог показать, как надо танцевать по– настоящему аргентинское танго.
– Папа, а откуда? Где ты научился этому?
– Когда я был таким же как ты, а может, чуть моложе, аргентинское. танго было очень популярным у нас в Мадриде и все только его и танцевали.
– О, папа, как бы я хотела увидеть тебя молодым!
– Нет, дочь, это всего лишь твои мечты, забудь о них, – и отец с дочерью стали следить за тем, как Андреа с Эдерой танцуют.
Музыканты, увидев танцующих, заиграли еще с большим чувством.
– Слышишь, Андреа, они играют только для нас, – прогибаясь и откидывая голову, сказала Эдера.
– Да ну... я кажусь себе идиотом.
– Перестань, не думай об этом, пусть все завидуют. Ты великолепен.
– Нет, Эдера, это ты танцуешь, я всего лишь стараюсь не отставать от тебя.
– И правильно делаешь, – тряхнув головой и положив свою голову на грудь мужа, сказала Эдера. – А теперь чуть быстрее, чуть резче!
Ноги заскользили по сверкающему паркету. Эдера слегка пристукивала каблуками, и танец у нее получался замечательный. Музыканты даже переглядывались, будто своими взглядами говоря: да, эта женщина знает толк в танго.
– Мне так нравится эта музыка! Я танцевала бы ее и танцевала...
– Я уже устал, Эдера,– пожаловался Андреа,– да честно говоря, мне надоели все эти взгляды, которыми сопровождают танец зрители.
– Не обращай на них внимания,– горячо дыша, прошептала Эдера и, прогнувшись, откинула голову и подняла левую ногу.
Андреа не ожидал подобного. Он замер с запрокинутой головой. Музыка смолкла, за столиками зааплодировали.
– Благодарю тебя, – прошептал Андреа, целуя руку жены.
– Это я должна тебя благодарить за то, что ты согласился танцевать.
– Больше я не буду, Эдера.
– Но почему? Я хочу еще танцевать.
– Нет-нет, идем к столику.
Эдере ничего не оставалось делать, как покориться воле мужа. Она подошла к столику, взяла наполненный шампанским стакан и залпом выпила его.
– Ты слишком много пьешь, – заметил мужчина.
– Но это танго такое горячее, что я чем-то должна остудить разгоряченную душу.
– Господи, что с тобой сделала жизнь! Раньше ты была такая скромная, такая тихая, а сейчас ты готова танцевать на потеху зрителей.
– Да, готова, а почему бы и нет? – рассмеялась Эдера. – Ведь я умею это делать, у меня это получается так, как ни у кого из них. Это то, чем я отличаюсь от всех.
– Перестань хвалиться.
– Я не хвалюсь, я констатирую факт. Пойдем, Андреа, танцевать, пойдем...
– Нет, я танцевать больше не буду и тебе не советую.
– Почему?
– Я не хочу, чтобы ты танцевала, – твердо сказал Андреа.
– Ну, если ты сам не хочешь, то я потанцую с кем-нибудь еще, мужчин здесь хватает.
Как раз в это время к столу подошел официант.
– Вам подавать десерт? – обратился он к сеньору Давила.
– Да, Стефани, пожалуйста, поскорее.
– А вот я станцую с ним, – Эдера взглянула на молодого смазливого официанта, – я думаю, вы потанцуете со мной?
– Я бы, сеньора, не отказался, ведь я на корабле танцую лучше всех, – бахвалился официант, держа в руке большой серебряный поднос.
– Пошел отсюда! – прошипел Андреа.
Официант смущенно поклонился и хотел уже отойти от столика, как Эдера вскочила, схватила официанта за руку и сделала несколько па под музыку оркестра.
В зале ресторана послышался хохот. Смущенный официант быстро бросился прочь из зала.
– Может, сеньоры, кто-нибудь хочет потанцевать? – подойдя к столику, за которым сидело несколько немолодых мужчин, улыбнувшись, спросила Эдера.
– Нет, что вы, сеньора, куда уж нам, мы уже немолодые люди.
– Напрасно вы смущаетесь.
И здесь Эдера увидела тринадцатилетнего мальчика в белоснежном матросском костюмчике. Он шел к столику, за которым сидели его родители.
– Юноша, позвольте пригласить вас на танец?
Подросток изумленно посмотрел на женщину.
– Да-да, я приглашаю вас на танец.
Подросток смутился и потупил взор.
– Не смущайтесь, молодой человек, мы с вами сейчас удивим всех присутствующих. Давайте же, давайте.
Она взяла его за руку. Оркестр продолжал играть. Музыканты с изумлением смотрели на явно выпившую женщину, которая так развеселилась.
– Ну, смелее, молодой человек. Давайте, давайте, это вам не рок-н-ролл...
Пара танцующих прошла по площадке. Юноша засмущался и уже не мог двинуться. Тогда Эдера провернулась под его рукой, опустилась на одно колено и поцеловала юноше руку.
Этого Андреа уже не смог вынести. Он подошел к своей жене, крепко взял ее за локоть и, глядя в глаза подростку, смущенно сказал:
– Ну, вы сами понимаете... у нас небольшое семейное торжество... мы развеселились... простите...
– Что вы, сеньор, что вы... – сказала женщина и дернула мужа за рукав.
Семейная пара вместе с сыном тут же покинула ресторан.
– Эдера, прекрати! – зашептал Андреа. – Ты меня смущаешь.
– Я тебя смущаю? Но разве я виновата в том, что мой муж не умеет танцевать?
– Ты себя ведешь вызывающе!
Он подвел жену к столику, отодвинул стул и усадил.
– Если ты не прекратишь...
– То что? – глядя в глаза мужу, осведомилась Эдера.
– Я не знаю, что будет...
– Может, ты меня утопишь, швырнешь за борт или зарежешь? Ну что ж, пожалуйста! – и она подвинула серебряный прибор мужу.
– Замолчи!
.– Я хочу танцевать, ты не хочешь. И вообще, Андреа, напрасно мы все это затеяли, у нас разные интересы.
– Эдера, ты себя ведешь как шлюха.
– Я себя веду как шлюха?! Хотя, может быть... Но кто меня сделал такой, кто? Ты вспомни, Андреа, вспомни, как мы начали и вспомни все, на что ты меня толкнул.
– Это не я! – воскликнул мужчина.– Ты же сама...
– Да, теперь можешь говорить, что это я приняла решение. Но ведь ты же меня не остановил!
– Замолчи, мы же договорились не вспоминать прошлое, не вспоминать.
– Ах, не вспоминать? Забыть? Будто бы у нас ничего и не было, будто бы мы только что встретились и вот такие счастливые, влюбленные... Два ангелочка... путешествуем... Может, ты еще хочешь сделать вид, что это у нас свадебное путешествие, медовый месяц? Да, дорогой, это медовый месяц? – громко выкрикнула Эдера, ничуть не смущаясь тем, что все наблюдают за их ссорой.
Официант принес десерт, быстро поставил и удалился.
– Я все поняла, Андреа, можешь ни о чем не говорить. Мне плевать на то, что ты думаешь и плевать на твои убеждения. Я считаю, что ты так же виновен, что наша жизнь рухнула, как и я.
– Да нет же, Эдера, я не хочу тебя обвинять, я хочу только одного...
– Чего же ты хочешь?
– Мне надо, чтобы мы обо всем забыли. Забыли обо всем плохом, что было между нами, а если и будем вспоминать, то только хорошее.
– Ах, какие мы! Но знаешь ли ты, что шрамы на моем сердце остались на всю жизнь, и они никуда не исчезнут, и я не могу не думать о том, что было.
– Ладно, успокойся, пойдем на палубу.
– Нет, я с тобой никуда не пойду!
Эдера схватила бутылку с шампанским и, держа ее за горлышко, пошатываясь, двинулась между столиками к выходу.
А Андреа принялся извиняться перед знакомыми – Понимаете, бывает...
– Да-да, сеньор Давила, конечно бывает. Что ж идите-идите, все нормально.
Андреа уселся за столик и заказал рюмку коньяка. А Эдера поднялась на верхнюю палубу.
Дул свежий ветер, в небе горели крупные южные звезды. Эдера долго смотрела на сияющие осколочки на черно-синем бархате, а затем засмотрелась на океан. Она подошла к начищенным перилам, схватилась одной рукой за поручни, а другой запрокинула бутылку и жадно выпила несколько глотков.
– Какая мерзость! – сама себе сказала Эдера. – На кого я становлюсь похожа? Это ужасно! Почему я должна быть такой?
Она взяла бутылку и швырнула ее за борт. А затем наклонилась вперед, словно желая видеть, куда упадет бутылка. Но конечно же, падения бутылки она не увидела, но то, что предстало ее взору, заставило Эдеру вздрогнуть и похолодеть. Внизу, на третьей палубе, между двумя зачехленными шлюпками, Эдера увидела обнаженную женщину.
– Боже, это мне, наверное, кажется... – прошептала Эдера, подавшись вперед.
Но ей ничего не казалось. Женщина сбрасывала с себя одежду. Рядом с ней стояла сумка из ковровой ткани и, как бы прижавшись друг к дружке, стояли туфельки на высоких каблуках.
«Что она задумала?» – задала сама себе вопрос Эдера.
И тут же поняла: женщина внизу решила покончить жизнь самоубийством, прыгнуть за борт. Сердце Эдеры сжалось, она хотела закричать, остановить девушку, но какой-то странный спазм схватил горло и вместо крика губы Эдеры прошептали:
– Господи, господи, помилуй тебя, спаси...
Девушка внизу, метрах в десяти от Эдеры, медленно обернулась, прикрывая грудь руками.
– Погоди, погоди, – зашептала Эдера.
Девушка отрицательно покачала головой. Эдера протянула к ней руку, как бы пытаясь ее удержать, но та вновь покачала головой. И Эдере показалось, что она видит крупные слезы, выкатившиеся из расширенных глаз девушки.
– Боже... не надо... не надо, – шептала Эдера.
Но девушка исто осенила себя крестным знаменем, встала на перекладину и спрыгнула за борт. На этот раз всплеск услышала Эдера, и от этого звука она будто бы
очнулась.
– Господи, господи, зачем она это сделала? – заговорила Эдера и торопливо побежала по лестнице к тому месту, где только что стояла рыжеволосая девушка.
Эдера и сама не могла понять, что делает и зачем. Она смотрела на смятое платье, на беспомощно прижавшиеся друг к другу туфельки, на большую мягкую сумку.
Она услышала крики:
– Человек за бортом! Бросайте спасательные круги! Человек за бортом, спасите, помогите!
И внезапно у Эдеры созрело решение. Она сорвала с головы косынку, быстро сняла свои туфли, сунула ноги в туфли, оставленные рыжеволосой девушкой, схватила ее платье, затолкала в ковровую мягкую сумку и убежала с этого проклятого места. Затем она поднялась по лестнице на то место, где стояла прежде и, спрятавшись за шлюпку, стала следить за тем, что происходит внизу.
Заметались лучи прожекторов, корабль задрожал и вскоре остановился. Спустили шлюпку, бросили вниз несколько кругов. Суетились и бегали матросы. Вскоре появился капитан с аккуратной седой бородкой.
Свидетелей происшествия, кроме Эдеры, не было. И только сейчас Эдера почувствовала, что туфли девушки бросившейся за борт, ей впору. Она буквально не ощущала их на своих ногах.
«Удивительно! Наверное, на ее месте могла быть и я, – подумала Эдера и тут же в ее голове появилась следующая мысль. – А почему могла быть? Пусть все думают, что это я покончила жизнь самоубийством. Это, наверное, господь бог посылает мне возможность стать совсем другим человеком, забыть обо всем, что у меня было и начать новую жизнь, —сердце Эдеры бешено заколотилось. – Господи, я тебе благодарна за эту возможность!»
В карманчике сумки Эдера нашла ключ от каюты в которой жила девушка.
А затем она увидела Андреа.
Он подошел к тому месту, откуда рыжеволосая девушка бросилась вниз.
– Что здесь случилось, господа?
– Да какая-то женщина бросилась вниз.
– Женщина? Зачем? – пытался разузнать Андреа.
– Не знаем, – пожимали плечами матросы.
И тут Андреа увидел туфли, которые один из матросов показывал капитану.
– Эдера! – закричал Андреа.– Эдера! – и бросился к надраенным перилам.
И возможно, если бы матросы не удержали его под руки, то Андреа оказался бы за бортом.
– Сеньор Давила, сеньор Давила, успокойтесь!
– Господи, Эдера, это я, я во всем виноват! – заламывая руки, кричал Андреа и колотил по перилам. —Это я, я не послушал тебя, не хотел танцевать... обидел тебя... Эдера! Эдера, прости меня, я не хотел...
Слезы катились по щекам Андреа. Эдера, сидя в своем укрытии, видела все это. Ее сердце холодело, ей хотелось броситься вниз, подбежать к Андреа, обнять его и успокоить. Но она понимала, стоит ей сбежать вниз, как исчезнет удивительный шанс, дарованный ей судьбой, и она снова будет вынуждена оставаться прежней Эдерой, со всей своей прежней жизнью, со всеми прежними проблемами...
«Нет-нет, терпи, Эдера, ты должна изменить свою жизнь, должна... Иначе тогда зачем же все это? Зачем я схватила сумку, зачем я обула туфли?»
Эдера не стала дожидаться и, медленно прячась в тени, двинулась по верхней палубе в каюты второго класса, владелицей одной из которых была рыжеволосая девушка, покончившая жизнь самоубийством.
Ключ подошел к замку, и Эдера оказалась в небольшой довольно уютной каюте. Все в ней было убрано, аккуратно сложено. И Эдера догадалась, что владелица приняла свое решение не скоропалительно.
Эдера вытряхнула содержимое большой сумки на постель. Ее внимание привлек паспорт и толстая тетрадь, похожая на книгу, в кожаной тисненой обложке. Она раскрыла первую страницу и тут же поняла, что в ее руках дневник девушки, покончившей жизнь самоубийством. А развернув паспорт, Эдера узнала и имя той, которая написала этот дневник: Альба Фриджерио.
Сердце Эдеры заполонил страх. Она бросила дневник, бросила паспорт, подскочила к двери, повернула ключ, а затем закрыла на никелированную задвижку. Но все еще не могла успокоиться. Подбежала к иллюминатору и задернула штору.
«Вот сейчас, кажется, я могу быть спокойной, что никто меня не увидит, никто не узнает. А если узнают, что тогда?» – Эдера на несколько мгновений задумалась.
По коридору кто-то шел, затем послышался смех и разговор.
– Какая-то сумасшедшая прыгнула за борт, – говорил мужчина своей подруге.
– Да что ты, Герман, может, у нее что-то случилось?
– Ха, у этих богатых всегда что-нибудь случается. То им денег мало, то им денег слишком много. А еще говорят, она напилась, поссорилась с мужем и выпрыгнула за борт.
– Они ехали в первом классе?
– Конечно, такие сумасшедшие только в первом и ездят.
Вскоре шаги стихли. Эдера нажала кнопку и зажгла настольную лампу. Затем с нескрываемым интересом принялась читать дневник Альбы Фриджерио. Девушка описывала всю свою жизнь настолько искренне и откровенно, что время от времени на глазах Эдеры появлялись слезы. Она даже не смахивала их, переворачивая страницу за страницей. Ей становился ясным мотив поступка Альбы, она поняла, что заставило девушку броситься в темные воды океана.
«Возможно, мы все умерли бы с голоду, – читала Эдера, – если бы не мама. Это она нашла выход, узнав, что можно зарабатывать деньги, чтобы прокормить семью. Мама нашла по брачному объявлению для меня жениха из далекой Аргентины. Что это был за человек, она конечно же не знала. Не знала об этом и я. Но он был достаточно богат, дал деньги, оплатил мой проезд. И вот сейчас я еду на корабле в Аргентину, где должна буду встретиться со своим мужем. Но зачем мне муж? У меня ведь в Милане есть жених, есть человек, которого я люблю всем сердцем, и с которым мы уже были близки...»
Эдера захлопнула дневник Альбы и прислушалась к тому, что творится у нее внутри. Почему-то она вспомнила растерянное лицо Андреа, когда он стоял у перила и смотрел в темные воды океана. Она вспомнила, как крепко держали матросы ее мужа.
«Неужели, если бы матросы не удержали Андреа, он бросился бы в океан? Неужели он согласился бы покончить жизнь самоубийством? Нет, скорее всего, он играл»,– утешала себя Эдера.
Потом она вспомнила, как муж шел под руку с капитаном и просил того, чтобы в газетах, когда появится сообщение, ни в коем случае не писали, что это было самоубийство.
– Понимаете, сеньор капитан, – говорил Андреа, – будет лучше, если вы напишете, что на борту вашего корабля произошел несчастный случай. Понимаете, бывают же несчастные случаи?
– Хорошо, сеньор Давила, как вам будет угодно.
Седобородый капитан пожал руку Андреа, и мужчины расстались.
«Да, значит, не так сильно он меня любит, – подумала Эдера, – если хочет выдать все то, что произошло, как несчастный случай. Ведь если бы Андреа любил меня по-настоящему, то скорее всего, последовал бы за мной. Хотя, может быть, он и прав. Ведь у нас есть ребенок и каково будет Лало, если он узнает, что его мать, истинная католичка, добровольно ушла из жизни. Нет-нет, Андреа делает все правильно, он заботится о сыне».
Но для того, чтобы окончательно завершить задуманное, Эдере нужен был ее паспорт. И она пробралась на свой этаж, своим ключом открыла номер. Конечно, она могла столкнуться с Андреа или с кем-нибудь из знакомых. Но ей повезло. Она схватила паспорт, быстро выскользнула за дверь и вернулась в каюту Альбы Фриджерио. Там она переклеила фотографии на паспортах и продолжила дневник девушки словами, идущими из самого сердца:
