Текст книги "Капитализму в России не бывать! Выход есть!"

Автор книги: Михаил Антонов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 36 страниц)

Те предприятия, которым было что продать на внешнем рынке, пытались восполнить нехватку рублевых средств долларами. Началась «долларизация» российской экономики, и вскоре российский рубль стал «деревянным», его уже никто не считал полноценной валютой. Доллар стал богом российской правящей элиты. Отмена валютного контроля открыла дорогу для «бегства капиталов» из России. Принципом жизни элиты стала формула: «Украл – вывез на Запад».

Лжеприватизация и геноцид

Ликвидация сбережений граждан вследствие «либерализации цен» была важной составной частью плана разграбления России через «приватизацию» государственной собственности. Отсутствие денег у населения гарантировало отстранение неимущих от дележа прежде общенародного «пирога». Затем правительство выпускает ваучеры (свидетельства «равной доли» каждого гражданина в общенародной собственности), которые разбогатевшее жулье за бесценок скупает у населения и на эти бумажки приобретает контрольные пакеты акций крупнейших предприятий страны. В итоге почти весь производственный потенциал страны был распродан за 9 миллиардов долларов, что намного меньше стоимости одной крупной нефтяной компании.

В руки оборотистых дельцов, российских и зарубежных, по смехотворно низкой цене попали крупнейшие и весьма прибыльные предприятия России, в том числе оборонные. Такая «ложная приватизация» стала основой «бандитского капитализма». Раздел и передел собственности сопровождался бесконечной цепью убийств и всяких прочих преступных злодеяний, унесших жизни тысяч и тысяч людей с деловой хваткой, которые могли бы при иных обстоятельствах принести немалую пользу стране.

Я называю эту приватизацию ложной не только потому, что она была бандитской. Ведь ее целью провозглашалось создание класса эффективных собственников. А захватившие народную собственность деятели из бывшей номенклатуры и теневые дельцы вовсе и не думали организовать производство. Они видели свою задачу в том, чтобы выжать из доставшегося им практически бесплатно имущества как можно большую прибыль в кратчайший срок, перевести нажитый таким путем (точнее, наворованный) капитал за рубеж, со временем уехать туда же самим и зажить в свое удовольствие.

Часто при приватизации новым хозяевам доставались сложные производства. И новые владельцы из этих комплексов вырывали наиболее прибыльные куски, бросая остальное на произвол судьбы. И прежде всего избавлялись от «социалки» – от детских садов, коммунального хозяйства поселков при предприятиях и пр. Нередко новому собственнику выгоднее было превратить цехи завода в склад для импортных «сникерсов», а станки сдать в металлолом. В целом, приватизация в России оказалась акцией крайне разрушительной.

Наконец, частная собственность на средства производства носит криминальный оттенок не только по происхождению, но и по способу ее использования. Вот характерный пример.

Известно, что в России загублена ее авиапромышленность, отдельные еще действующие авиазаводы дышат на ладан. Нашелся египетский мультимиллионер, который поверил в самолет, разработанный российскими (точнее, еще советскими) авиаконструкторами, и согласился вложить большие деньги в его производство, рассчитывая окупить свои затраты продажей самолета на мировом рынке. Это было бы спасением для Ульяновского авиазавода, для его работников, живущих все эти годы под угрозой закрытия предприятия. Однако дело уже много лет не сдвигается с места. Для осуществления проекта нужно согласие хозяина завода, а его невозможно даже отыскать. Приватизировали завод несколько акционерных обществ, которые связаны между собой перекрестным владением акций. Получается некая «матрешка», где не найти концов (не исключено, что подлинный хозяин скрывается за этой специально задуманной хитрой схемой). И получается так, что даже если все стороны хотят наладить производство самолета – сделать это невозможно.

Мне иногда думается: не случайно, что на бытовом уровне приватизация в России началась с появления платных частных туалетов, оттого и дух у нее такой неблаговонный.

Сама постановка задачи создания класса эффективных собственников была ложной: стране нужны были эффективные производители.

Российский МИД – филиал Госдепа США

Если «демократы» широко раскрыли ворота в нашу страну иностранным производителям, консультантам и шпионам, то и проводить какую-то независимую внешнюю политику не было смысла. Поэтому министром иностранных дел России Ельцин назначил Андрея Козырева, который не только безоговорочно выполнял все требования американского Госдепартамента, но считал главной своей задачей предугадать желания заокеанского хозяина.

В итоге Россия потеряла всех своих давних союзников – от Кубы до арабских стран, вывела (под звуки оркестра, управляемого самим пьяным Ельциным) свои войска из Восточной Германии, предоставив им устраиваться на Родине прямо в чистом поле, чуть не отдала Японии Южные Курилы и подписала множество невыгодных для нее договоров и соглашений. Фактически она утратила свою независимость.

Трагедия октября 1993 года

Режим Ельцина все более воспринимался в стране как антинародный, антинациональный, и центром оппозиции ему становился Верховный Совет РСФСР.

Кто такой Ельцин, надеюсь, понятно из сказанного выше. А что представляла собой противостоящая ему сторона? Об этом симпатизирующий ей генерал Николай Леонов писал тогда так:

«Нынешних парламентариев мне не жаль. Это именно тот состав людей, который вырастил Ельцина, избрав его своим председателем, дав ему тем самым стартовую площадку для карьеры. Эти же люди развалили Союз, объявляя о независимости России и приоритете российских законов над общесоюзными... И вот теперь сами стали жертвой. Старая логика вечной борьбы за власть... Оппозиция традиционно сильна языком, а не делом. Наш парламентаризм как бы взят напрокат в чужом гардеробе... Убежден, что для нынешней России время парламентаризма еще не наступило. Нет у нас для этого необходимых ингредиентов. Мы еще несколько десятилетий должны пожить при сильном правительстве. Но уж больно велико мое отвращение к нынешней «исполнительной» гарнитуре. Она очень антинациональна, воровата, груба, аморальна... Однако в политике главное – воля. Легитимными мерами власть не проймешь, ибо она не боится ходить нелегитимными дорожками. Если парламент не решится призвать своих сторонников, в том числе в регионах, то путь ему в политический крематорий».

Характеристика, в общем, правильная, с одним уточнением: время парламентаризма не только тогда еще не наступило для России – оно не наступит никогда. Россия может сохраниться и процветать как государство только при сильной власти, сосредоточенной в одних руках. Опыт истории показывает: как только центральная власть в России ослабевает, в стране начинается смута, грозящая распадом государства. Ельцин это понимал, парламентарии не понимали.

Н.Леонов дает нелицеприятную характеристику вождям оппозиции. Руцкой, которого Верховный Совет, отрешив Ельцина от должности, назначил и.о. президента, и прежде был ренегатом, способствовавшим развалу КПСС, а впоследствии проявил себя на посту губернатора как никудышный, да к тому же вроде и вороватый хозяйственник. Хасбулатов был единомышленником и союзником Ельцина, но перешел в оппозицию к нему, потому что не получил пост премьер-министра, который достался Гайдару. Н.Леонов признает, что «у руководства Верховного Совета не было никакой осмысленной и продуманной программы действий. Потому-то и сорвались с языка у Руцкого два лозунга: «На мэрию!» и «На Останкино!»... В результате совершенно безоружная толпа численностью 12—15 тысяч человек подошла к главным зданиям телецентра... Там начался митинг, на котором особенно запомнилось выступление несдержанного генерал-полковника Альберта Макашова...», полное оскорбительных выпадов в адрес укрывшихся в здании омоновцев.

Итог этого противостояния известен: расстрел толпы у телецентра, штурм ельцинскими головорезами Белого дома, сотни убитых и раненых его защитников, в большинстве своем ни в чем не повинных людей, тогда как из парламентариев никто убит или ранен не был.

Н. Леонов подводит итог: «Сами участники затяжного политического конфликта дрались за свою роль и место в системе властных структур государства, за доступ к материальным и финансовым ресурсам страны. Они не раз демонстрировали готовность пойти на примирение, если условия предлагаемой сделки их устроили бы. Конечно, в ожесточенной информационной войне использовались перья разной окраски, стороны не жалели усилий в сатанизации противника, и это сбило с толку немало идеалистически настроенных людей, которые первыми лезут в пекло схватки и облагораживают своей кровью действия далеко не благородных людей».

Н.Леонов также признает, что «Б.Ельцин в глубине души надеялся, что мерами морально-психологического давления ему удастся сломить упрямцев, добиться их политической капитуляции без применения силы». Но когда толпы людей бросились громить мэрию и телецентр, а Хасбулатов, заявив депутатам, что мэрия и Останкино взяты, призвал брать Кремль, у президента не оставалось, как он считал, иного выхода, кроме подавления вооруженного мятежа.

А лидеры оппозиции, по его словам, на время впали в состояние эйфории. Руцкой настойчиво добивался от высших чинов Министерства обороны, чтобы войска пришли на помощь Верховному Совету. И вот этим людям – Руцкому, Хасбулатову, Макашову и их присным – Н.Леонов внушал:

«Москва – враждебный для парламента город. Здесь сосредоточено 80 процентов банков, три четверти всех частных фирм России, вся проправительственная бюрократия, главные репрессивные силы. Сама столица окружена военными городками и базами, части и подразделения будут брошены на ваше подавление. Верховному Совету, Съезду народных депутатов, равно как и Конституционному суду, следует уехать из этого враждебного вертепа, обосноваться в другом городе страны, призвать оттуда народ на Отечественную войну против узурпаторов власти, торгашей национальными интересами, мучителей людей. В Смутное время спасение России и Москвы пришло из Нижнего Новгорода. Со мной не спорили, но слова пропускали мимо ушей Людей масштаба Минина и Пожарского в тогдашнем оппозиционном «суповом наборе» не было».

Но к какой Отечественной войне мог призвать народ Верховный Совет, руководимый беспринципными политиканами? За какие ценности люди пошли бы умирать? А ведь Россия оставалась почти безоружной в окружении хищников, зарившихся на ее природные богатства, и они немедленно воспользовались бы случившейся заварухой, чтобы «окончательно решить русский вопрос» и расчленить нашу страну.

Впрочем, есть и другая точка зрения: дескать, если бы дело дошло до угрозы вооруженного противостояния, страна вышла бы из этого конфликта качественно преобразившейся, как это случилось после победы в Гражданской войне. Но сейчас спорить об этом нет смысла.

Лично у меня с трагедией октября 93-го связаны три тяжких события. Я много раз присутствовал в Белом доме на встречах Хасбулатова с представителями патриотической интеллигенции, но в конце сентября простудился и слег с высокой температурой, потерей голоса и артериальным давлением за 200. Тогда, казалось, ничто не предвещало кровавой развязки конфликта. Жил я тогда на Зацепе, у Павелецкого вокзала, довольно далеко от Белого дома. Утром 4 октября услышал я доносившиеся издалека орудийные выстрелы и понял, что дело завершилось самым печальным образом.

Незадолго до этих событий нам удалось начать издание газеты Союза духовного возрождения Отечества «Русский путь». Тираж первого номера был отпечатан, кажется, 1 октября, но мои заместители не смогли найти машину и перенесли тираж на склад коммунистической газеты «Гласность», захватив с собой только две пачки, которые можно было унести в руках. А 4 октября озверевшие победители-«демократы» разгромили склад, и весь тираж нашего первенца был ими уничтожен. Так что первый номер нашей газеты сразу же стал библиографической редкостью.

4 октября я узнал, что жертвой бойни у Белого дома пал кинорежиссер-документалист из Ленинграда Александр Сидельников, автор получившего первый приз на международном кинофестивале в Германии фильма «Компьютерные игры», в котором я комментировал сцены из жизни погибающих вологодских деревень и трагедию Арала. Саша был необыкновенно талантлив и по-человечески симпатичен, но считал себя монархистом (а почти все монархисты в той или иной степени антисоветчики), как и его жена, кинорежиссер-документалист Валентина Гуркаленко (даже их сын удивлял преподавателей школы, заявляя, что он «империалист», то есть сторонник империи). Но Саша знал, что я называю себя русским православным советским человеком, и, видимо, почувствовал какую-то мою правоту. В последний его приезд в Москву мы с ним встретились на бегу, и я кратко изложил ему свой «символ веры», для более обстоятельного разговора у него не было тогда времени. Он очень заинтересовался тем, что я рассказал, и мы условились, что при первой возможности поговорим об этом, как того эта важнейшая тема заслуживает. Теперь я могу говорить об этом только с его портретом...

Ельцин сломлен. Агония режима

В противостоянии с Верховным Советом Ельцин оказался победителем, но это была пиррова победа. Хотя он и считал, что поступил правильно, расстреляв Белый дом, и на людях твердо говорил об этом, но, видимо, в душе его что-то надломилось. Кроме всего прочего, он остался совсем одинок, потому что окружение свалило вину за бойню на него одного. Именно с этого времени он стал все чаще уединяться для «работы с документами», иначе говоря, пьянствовать, и все больше утрачивал понимание событий, происходящих в стране и в мире. Отсюда его «загогулины», уверения, что его семья каждую весну сажает восемь мешков картошки, а осенью собирает восемь мешков и всю зиму живет урожаем со своего огорода. Наверное, весь мир потешался над его рассказом о 38 снайперах, которые якобы взяли на прицел окруженных в селе чеченских террористов и непрерывно следят за ними. Показательна и его реакция на посещение базара: дескать, врут про обнищание народа, своими глазами увидел, что есть в продаже все, вплоть до ранее неизвестных у нас киви. Мысль о том, что все это изобилие доступно лишь немногим, просто не приходила ему в голову.

И при здоровом-то Ельцине его окружение почти открыто разворовывало страну, а когда он утратил контроль над событиями, воровство приняло неслыханные размеры. Сам Ельцин уже в 1992 году заявлял в кругу своих близких, что на второй срок президентства не пойдет, у него уже нет сил, значит, надо искать преемника. Но окружение, опасавшееся, что при ином президенте придется отвечать за свои преступления, убедило его вновь пойти на президентский марафон, так как пока преемник не подготовлен. Примечательно, что жена Наина, прежде не желавшая, чтобы муж боролся за президентский пост, теперь, вкусив благ, которые приносит власть, присоединилась к хору уговаривающих его баллотироваться на этот пост вторично.

С риском для жизни Ельцин, уже перенесший не один инфаркт, выиграл выборы (хотя, говорят, в действительности он проиграл Зюганову, но тот испугался своей победы). Однако это был уже другой Ельцин, точнее сказать, развалина прежнего Ельцина. Режим Ельцина вступил в стадию агонии.

Историческое предназначение Ельцина

Патриоты правы, когда считают Ельцина источником многих бед, постигших Россию с начала 90-х годов. Ему вменяют в вину разрушение СССР, становление «бандитского капитализма» (который, конечно же, никакой не капитализм), неслыханное в мирное время обнищание основной массы населения страны, технологическую деградацию, низведение еще недавно могучей державы на положение сырьевого придатка Запада. Ельцин принадлежит к самому отвратительному типу политиков, для которого власть важна сама по себе, независимо от того, есть ли у властителя достойная цель, связанная с благом для страны и народа. Правы и те биографы, которые говорят о «недостаточном человеческом развитии» Ельцина. И все же Ельцин сыграл немалую историческую роль в двух отношениях.

Во-первых, он освободил страну от Горбачева, а сейчас даже трудно представить себе, какие катастрофы ожидали бы нашу страну, если бы этот «властитель слабый и лукавый, плешивый щеголь, враг труда, нечаянно пригретый славой» продержался у руля управления государством еще хотя бы год.

Во-вторых, Ельцин очень много сделал для развенчания коммунистической утопии, губительной для России, но в силу своей малограмотности развенчал ее, одновременно опорочив основу русского образа жизни – советский строй.

У самого Ельцина давно копилось недовольство советскими порядками. Какими бы благами ни пользовался номенклатурный работник, он сознавал, что все это дано ему во временное пользование, пока он занимает свою высокую должность. Стоит ему лишиться этой должности, как он лишается и всех положенных ему благ. Даже в роскошных апартаментах ему об этом напоминал штамп на простынях: «УД (Управление делами) ЦК КПСС». И по наследству своим детям такие блага не передашь. То ли дело настоящая частная собственность!

В общем, завоевав поначалу громадную популярность в стране, Ельцин не смог стать лидером, ведущим страну в будущее, и обрек себя на политический и моральный крах, а Россию – на деградацию и унижение.

Но и в последний период правления Ельцина не подвела его интуиция. Озабоченный больше всего гарантиями личной безопасности, он выбрал своим преемником Владимира Путина.

ГЛАВА 11. ВЛАДИМИР ПУТИН. НА РАСПУТЬЕ

Возникший ниоткуда

В отличие от предшествовавших вождей СССР и постсоветской России, стремившихся к высшей власти, Владимир Путин планов политической карьеры не строил. Он со школьных лет мечтал стать советским разведчиком и стал им. Поэтому при назначении его премьером и приемником Ельцина он показался политикам и аналитикам человеком, как бы возникшим ниоткуда.

Историк Рой Медведев в своей книге «Владимир Путин – действующий президент» (М., 2002) приводит высказывания российских политиков и аналитиков по поводу назначения Путина премьером. Мэр Москвы Юрий Лужков назвал это событие «сплошным абсурдом власти», бывший первый вице-премьер Борис Немцов – «актом безумия», лидер коммунистов Геннадий Зюганов – «клиникой». Анатолий Чубайс советовал Путину отказаться от этого назначения. Журнал «Итоги» выражал недоумение по поводу того, что на столь высокий пост назначен блеклый, ничем не запоминающийся человек, напрочь лишенный не то что харизмы, но и малейшего намека на обаяние. Думается, каждый из видных российских политиков считал себя более подходящим на роль главы правительства и государства.

Сам Путин в беседах с тремя российскими журналистами – Наталией Геворкян, Натальей Тимаковой и Андреем Колесниковым (эти беседы составили книгу «От первого лица» – М., 2000) так изложил свою биографию, объясняющую этот фантастический взлет: «На самом деле у меня же очень простая жизнь, она вся как на ладони. Школу окончил, пошел в университет. Университет окончил – в КГБ. КГБ закончил – опять в университет. Из университета – к Собчаку. От Собчака– в Москву, в Управление делами. Потом – в администрацию президента. Отсюда – в ФСБ. Потом назначили премьером. Теперь – и.о. президента. Все!»

Но вряд ли действительно все так просто.

Сбывшаяся мечта

Володя Путин происходил из рабочей семьи, его детство прошло в коммунальной квартире обычного ленинградского дома без лифта и без удобств – без горячей воды, без ванной, с холодным туалетом. Учился он в рядовой школе, не отличался ни блистательными успехами в ученье, ни примерным поведением. («Я на самом деле был шпаной», – признавался Путин.) Для самоутверждения он стал заниматься спортом. При этом избрал самбо, а затем дзюдо.

Еще до окончания школы Путин поинтересовался, что надо сделать, чтобы стать разведчиком. Ему, правда, ответили, что в КГБ не приветствуют «инициативников», но все же сказали, что неплохо бы получить юридическое образование. Путин без какой-либо поддержки со

стороны, выдержав громадный конкурс, поступил на юридический факультет Ленинградского университета.

В университете Путин учился хорошо, но «комсомольским функционером не был», а все время посвящал спорту. Стал мастером спорта и чемпионом Ленинграда по дзюдо. Во время каникул подрабатывал в стройотрядах. Путин сам о себе того времени говорит: «Меня, без всякого преувеличения, можно было считать успешным продуктом патриотического воспитания советского человека». Точнее: продуктом уже периода начавшегося разложения советского строя: Путину нравились игра на гитаре, музыка группы «Битлз» и песни Высоцкого с антисоветским душком.

Незадолго до окончания Путиным университета кадровая служба КГБ сама нашла его, и он «шел на работу в органы с романтическими представлениями». А близким людям, спрашивавшим, чем он занимается, отвечал: «Я специалист по общению с людьми». И правда, общение с людьми у него, кажется, получается неплохо.

Испытание рутиной

В органах Путину пришлось несколько лет заниматься малоинтересной работой. Немецкий общественный деятель Александр Рар в своей книге «Владимир Путин. «Немец» в Кремле» (М., 2001) утверждает, что Путин не мог смириться с ролью человека второго сорта и поэтому заставлял себя делать больше, чем от него требовалось. Репутация карьериста его не смущала – он ждал своего часа. Путина направили на обучение в Краснознаменный институт имени Андропова (ныне это Академия внешней разведки).

Говорят, в числе испытаний, которые должен был пройти в этой школе кандидат в разведчики, был бросок

под идущий танк, так, чтобы остаться невредимым. И не все такие экзамены выдерживали.

По окончании учебы Путина (или, по чекистскому псевдониму, Платова), недавно женившегося, в 1985 году направили на работу в ГДР, в Дрезден.

В Германии

В Германии Путин вербовал осведомителей, добывал информацию, обрабатывал ее и посылал в Москву. А в СССР уже шла горбачевская «перестройка», и руководителям КГБ стало не до чтения (и тем более не до использования) поступающей из ГДР информации.

В то же время Путин и его жена видели, что уровень жизни в ГДР выше, чем в СССР, а в ФРГ еще выше. Они впитывали ценности образа жизни немцев, приобщались к немецкой и вообще к европейской культуре (Путин говорил, что вторая натура у него немецкая) и видели, что строй ГДР с тотальной слежкой за населением и суровыми репрессиями в отношении инакомыслящих вызывал в народе отвращение.

Путин впоследствии не скрывал, что со временем стал антикоммунистом. Дескать, коммунисты сперва залили Россию кровью, а затем довели экономику страны до краха. Его мечтой стало – вернуть России былое величие. Но избранный Горбачевым вариант «перестройки» казался Путину ошибочным.

После того как Горбачев «сдал» ГДР Западу, там началась расправа с деятелями социалистического режима. Подвергались серьезной опасности и офис советской разведки, и лично Путин. Пришлось срочно сжигать плоды своей работы почти за пять лет. В эти дни Пугину стало ясно, что Союз болен смертельной, неизлечимой болезнью под названием паралич власти. Ему «было только жаль утраченных позиций Советского Союза в Европе... Просто бросили все и ушли».

Позднее у Путина был разговор с Генри Киссинджером, который сказал: «Честно говоря, я до сих пор не понимаю, для чего Горбачев это сделал». Между прочим, Киссинджер спросил, где Путин работал раньше. Услышав, что в разведке, заметил: «Все приличные люди начинали в разведке. Я тоже».

В стане «демократов»

Вернувшемуся в СССР Путину предлагали работать и в Москве, в центральном аппарате КГБ, и в Ленинграде. Но он уже понял, что будущего у этой системы нет, как нет будущего и у страны. «В тот момент все, включая правоохранительные органы, находилось в состоянии разложения». А убивать годы жизни на бесперспективное дело нет смысла. И он ушел «под крышу» Ленинградского университета, заняв должность помощника ректора по международным связям.

Председателем Ленсовета стал профессор университета, видный «демократ», антисоветчик и провокатор Анатолий Собчак, который жаловался, что вокруг него вьется много жулья и совсем нет порядочных людей. Ему порекомендовали Путина. Не исключено, что Путина внедрили в самую сердцевину ленинградской «демократической» тусовки.

Собчак назначил Путина своим помощником, а затем, когда стал мэром – своим заместителем. (Заместителями Собчака были также Владимир Яковлев и Алексей Кудрин, в мэрии работали Дмитрий Козак, Игорь Сечин и некоторые другие из нынешних «питерских».) Он часто оставлял Путина вместо себя, когда уезжал за границу с визитами. Путин и сам побывал в это время во многих странах. Когда он отъезжал в Израиль, мать передала ему его крестильный крестик с просьбой освятить его на Г робе Господнем. Путин выполнил эту просьбу, надел крестик и с тех пор не снимает его.

Во время «путча» «демократы» видели в членах ГКЧП страшных врагов, а Путин считал, что задача у них была благородная – удержание Советского Союза от развала, но их методы только подталкивали к этому развалу. Когда он «увидел путчистов на экране, сразу понял – все, приехали».

Эти дни были кризисными и лично для Путина: «Только в дни путча все те идеалы, те цели, которые были у меня, когда я шел работать в КГБ, рухнули». Он подал рапорт об увольнении из КГБ. Но из КПСС Путин не выходил. «КПСС прекратила существование, я взял партийный билет, карточку, положил в стол – там все и лежит».

В1991 году Собчак создал в Ленсовете Комитет по внешним связям, который и возглавил Владимир Путин. А в стране началась вакханалия грабежа, государство почти полностью утратило контроль над экономикой. Необходимо было создавать возможность для сотрудничества с Западом в условиях рыночной экономики – открывать в Санкт-Петербурге первые в стране представительства западных банков, создавать инвестиционные зоны и пр. Одна сделка вызвала скандал. Бизнесмены предложили схему помощи Ленинграду, испытывавшему большие трудности со снабжением населения продовольствием. Им разрешили вывозить за границу товары, главным образом сырьевой группы, а они под это обязались поставить продукты питания. Товары-то они вывезли, а продукты либо не завезли, либо поставили не полностью. А что-то сделать с ними было невозможно – это была эпоха разных «МММ» и т.п.

Начатое врагами Путина расследование этой аферы кончилось ничем. Хотя мне не очень верится в то, что Путин остался в окружении Собчака совсем без пятнышка на своей репутации. Думается, тогда во власть допускались л ишь люди, связанные либо круговой порукой, либо общими неблаговидными проступками перед законом. Но либо проступки Путина были не очень значительными по понятиям того времени, либо все обделывалось очень чисто, и компрометирующих его документов нет (или они были недоступны для недоброжелателей).

Хотя Путин и говорил, что его работа в мэрии была интересной, думаю, ему вряд ли было приятно трудиться совместно с жульем, с которым КГБ прежде призван был бороться. По свидетельству друзей, именно в это время Путин «высох в смысле души», стал прагматиком.

Все-таки Путин выделялся среди сотрудников Собчака. На одном из форумов, когда деятели Запада критиковали Россию за отсутствие в ней демократии, Путин дал им отповедь: «Мировое сообщество ради сохранения всеобщего мира должно уважать Россию и русский народ – великую нацию, несмотря ни на что». Это выступление стало шоком для западных критиков и присутствовавших российских либералов.

В 1996 году проходили выборы мэра Питера. Москва (группа Коржакова – Сосковца) сделала ставку в Питере на Владимира Яковлева, оказав ему материальную и административную помощь. Путин был в избирательном штабе Собчака, и в одном из выступлений назвал Яковлева Иудой. Но Собчак выборы проиграл. Хотя Яковлев и сделал Путину предложение остаться заместителем мэра, Путин счел это для себя невозможным и ушел из мэрии буквально «в никуда». В голове его бродили мысли – открыть собственную юридическую фирму для обслуживания отечественных и иностранных предпринимателей, в крайнем случае – заняться «извозом», поработать таксистом. А тут еще сгорела его дача – и дом, и «дипломат» со сбережениями семьи. Путин остался и без работы, и без дачи, и без денег.

В Москву!

Вспомнили о Путине управляющий делами президента Павел Бородин, уже перебравшийся в Москву Алексей Кудрин и бывший заместитель председателя Ленсовета Алексей Большаков, ставший вице-премьером РФ. Его трудоустройство долго не удавалось, но в конце концов Путина назначили заместителем Управделами президента, курирующим юридическое управление и заграничную собственность, которая оценивается в сотни миллиардов долларов. (Несколько российских олигархов предлагали Ельцину сделку: они выплатят западным финансовым учреждениям российский внешний долг, – а он приближался к 200 миллиардам долларов, – если им в обмен выдадут доверенность на управлениие заграничной собственностью России. По каким-то причинам сделка не состоялась.)

Вскоре Путина назначили начальником Главного контрольного управления Администрации президента, и с этого момента Путин попал в поле зрения президента Ельцина. Но эта работа настолько не удовлетворяла Путина (она казалась ему «несозидательной»), что он даже собрался уходить со службы. Но в этот момент его назначили первым заместителем главы Администрации президента, поручив ему контакты с губернаторами. Эта работа дала ему возможность хорошо узнать страну и познакомиться со многими интересными людьми.

В это время у российской элиты и сложилось превратное мнение о Путине. Этот неизменно вежливый, немногословный, казалось, полностью удовлетворенный и не помышляющий о дальнейшей карьере чиновник умел добиваться своих целей, о которых другие и не подозревали.

Проверка на прочность

Ельцин, задумывавшийся о своем преемнике, надежном человеке, который обеспечил бы ему и его семье гарантии безопасности после отставки, присматривался к Путину и не мог его понять.

Путин являлся с докладами, четко излагал суть дела, но не высказывал никаких просьб и пожеланий личного характера. Держался спокойно и естественно, «будто этот молодой человек готов абсолютно ко всему в жизни» и способен ответить на любой вызов ясно и четко. С «семьей» (ближайшим окружением Ельцина) поддерживал ровные отношения, но попасть в нее не стремился. Видно было, что он привержен демократии и рыночным отношениям, но в то же время твердо стоял на позициях государственности и патриотизма.

Назад к карточке книги "Капитализму в России не бывать! Выход есть!"