Текст книги "Служанка ректора Академии военных драконов 2 (СИ)"

Автор книги: Матильда Аваланж

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 32 страниц)

Глава 10

Вечерняя полумгла мягко окутывала пространство молельной – за витражными окнами уже стемнело и слуги зажгли свечи у алтаря, а так же замысловатые круглые светильники под высоким арочным потолком.

Их неяркий, приглушенный свет играл отблесками на стенах, покрытых фресками, изображающими сцены из жизни Дракодевы и ее мужа Драковоина, на больших, покачивающийхся от сквозняков белоснежных драпировках, украшенных вышитыми поблескивающей нитью драконами, на стрельчатых витражных стеклах…

Высокая статуя самой Дракодевы, выполненная из снежно-белого мрамора с золотистыми вкраплениями, возвышалась над алтарем, а позади нее чуть колыхалось огромное синее полотнище с гербом и гимном Академии.

Сочетание белого и синего смотрелось умиротворяюще, но в то же время величественно.

Одной рукой Драконья Дева придерживала свой большой округлый живот. Богиню изображали то в свадебном уборе, то беременной, то в обличье дракона – в местной вере она являлась воплощением возлюбленной, жены, матери и воительницы.

Я знала, что с разных точек молельной видны ее разные ипостаси. С галереи было видно беременную.

На алтаре у ног Дракодевы горели свечи и курились благовония, наполняющие залу своим терпким ароматом, который, казалось, можно было потрогать руками – таким он был густым.

Я почувствовала, как начинаю клевать носом – специфический запах курений и атмосфера действовали убаюкивающе.

Но главное – ничего интересного не происходило. Пару раз слуги Небесной башни меняли свечи и истлевшие ароматические палочки. Среди других слуг они были на особом положении, жили при храме, а не в лакейской и носили белую форму.

Еще парочка кадеток и кадетов заглянуло испросить благословения Дракодевы на каникулярный отпуск.

Но все было не то, и я интуитивно чувствовала это.

Своих наручных часов у меня, конечно же, по бедности не имелось, благо, они в АВД были почти везде, даже в храме.

Когда стрелки на циферблате, вывешенном с другой стороны молельной, минули восемь вечера, я решилась выбраться из своего укрытия и спуститься по лестнице с галереи вниз.

По крайней мере, если кто-то, например, баскетболистки, решил устроить мне ловушку, я бы это не пропустила.

В зале было пусто и тихо.

Присела на краешек самой дальней от алтаря скамьи, время от времени тихонько оглядываясь по сторонам.

Прошло двадцать минут, а автор записки так и не явился на назначенное место встречи.

Как ни явился спустя полчаса, и спустя час.

Дольше ждать было бессмысленно.

То ли я сама спугнула его своей засадой, которую он обнаружил, то ли еще что…

Не знаю.

Раз не получилось со встречей, может, тогда стоит посетить вечеринку Ченинга Паджета и поискать ниточки там?

Раздумывая над этим, подошла совсем к алтарю, вглядываясь в прекрасное, но безжизненное лицо Дракодевы, которая с этого ракурса была изображена уже без живота. Возлюбленной, сжимающей в руках бутон красной розы – символ вечной любви.

Через пару шагов она сменилась дракайной в полном боевом облачении.

Богиня, воительница, сподвижница своего великого мужа…

Посмотришь слева – женщина, посмотришь справа – дракайна.

А ведь профессор Локвист сказал, изначально она так же, как и я, не могла обратиться…

Пока не переспала со своим драгоценным Драковоином.

Может быть, мне тоже нужно рассматривать секс с Лейтоном – просто как способ получить желаемое?

Получить свой оборот…

Вот только одна загвоздка – теперь я знаю, КАК обернуться, но не знаю, в КОГО обернусь.

В золотую дракайну.

Но что это за золотая кровь? Ответ на этот вопрос напрямую зависит от происхождения Тесс, от того, кем были ее отец и мать…

И тетя Элира, к которой я отправлюсь, вполне возможно, знает на него ответ.

Мои мысли улетели далеко от Небесной башни.

Но вовсе не к Хрусталному Ключу, где жили стеклянные и куда мне предстояло отправиться.

Ректор сейчас на этом курорте, Валь де Изере, вместе с Кристой. В одном из таблойдов специально приводились фотографии этого зимнего курорта и даже фото интерьеров самых дорогих номеров в местном отеле.

Читателям предлагалось угадать, в каком остановятся Лейтон и Криста. За правильный ответ полагался приз – пригласительное на свадьбу десятилетия.

Я такой роскоши даже по телевизору в своем мире не видела.

Интересно, он переспит с Вадэмон там, в одном из этих шикарных номеров?

Что за глупость – конечно, переспит.

У них и до помолвки была близость, а там, в этих потрясающих заснеженных пейзажах сам бог велел. Романтика и все такое. Тем более, теперь Криста – официально невеста Лейтона.

Я мотнула головой.

С чего это вообще должно меня занимать?

И тут…

Не знаю, что это было.

Интуиция, вот что.

Все-таки, благодаря близости с Лейтоном, мои чувства обострились.

И еще сильнее обострятся, если…

Но вот сейчас – я всей кожей ощутила что-то.

Будто толчок.

Запах.

Своим обонянием, которое стало более острым, чем у обычного человека, уловила тень сладковатого запаха, который пробивался сквозь удушающую стену аромата благовоний.

Повинуясь непонятному импульсу, миновала статую Дракодевы и заглянула за толстую темно-синюю шелковую драпировку за ее спиной…

Она лежала на каменной плитке пола.

На спине.

Бледная пепельная кожа, бескровные губы, закрытые глаза…

Казалось, что она просто спит – выражение лица было умиротворенным.

Но этот мерзкий сладкий запах, который стал сильнее, и от которого меня чуть не вывернуло наизнанку…

Ниже пояса ее оранжевый китель был располосован и запачкан кровью. По полу расплывалось огромное кровавое пятно, которое уже подступило к синей драпировке, почти вытекло за нее.

Я отвела взгляд.

Зрелище было не из приятных.

Будь я чуть слабее, меня, наверное, стошнило.

Хотя, еще не вечер.

Во всяком случае, не поздний.

Ангелика Гроув лежала за алтарем молельной между двух драпировок, истекая кровью, и в полумраке эта кровь казалась не алой, а оранжевой.

Как же ее было много!

Сколько времени я стояла, замерев, без единой мысли в голове, и тупо пялилась на ее труп, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле?

Потом резко встряхнулась.

Без паники. Мне поможет только хладнокровие.

Нужно уходить.

Нельзя, чтобы меня застукали рядом с трупом моей злейшей врагини.

Я развернулась, чтобы скрыться, сбежать…

Подальше. Мне нужно оказаться от этого места как можно дальше!

Но с места не сдвинулась.

А вдруг Гроув еще жива?

Вдруг ее можно спасти?

С такой жуткой раной в животе и такой кровопотерей?

Она лежала здесь все то время, пока я сидела в засаде, а потом еще ждала анонима внизу.

Жизнь человека, дракайны, пусть не самой приятной и замечательной…

Стоит ли она моей трусости и нежелания нажить неприятности?

Да, я могу сбежать сейчас.

Но потом буду себя презирать.

Может быть, счет идет на секунды? Может, у янтарной есть шанс выжить и рассказать, кто с ней такое сотворил?

Мысленно чертыхнувшись, я подступила к безжизненно лежавшему на плите телу, аккуратно обойдя кровь, и, склонившись, осторожно прикоснулась средним и указательным пальцем к сонной артерии на ее шее…

Пульса не было.

Внезапно Гроув резко дернулась и распахнула глаза, глядя прямо перед собой.

А потом с неведомо откуда взявшейся силой схватила меня за запястье левой рукой.

Хватка у драконши была железная.

Она дернула меня с неожиданной мощью – это было похоже на агонию.

Я вляпалась в лужу ее крови коленками, а потом еще и ладонями.

Из последних сил Гроув приподнялась, глядя мне в глаза и силясь что-то вымолвить, но из ее горла вырвался только хрип.

Зрачки дракайны растянулись в вертикаль – ее глаза стали жуткими. Я будто самой смерти в глаза смотрела.

Так оно и было на самом деле.

Девушка подняла скрюченную правую руку, и принялась что-то чертить на плитке пола пальцем, испачканным в крови.

Очень медленно и неверно, продолжая сжимать меня за руку.

Неровный мазок, еще мазок…

Л…

Буква «Л».

Вот, что Ангелика Гроув начертила своей собственной кровью.

При попадании моей души в Тессу мне, слава богу, не потребовалось учить местный язык, читать на нем и писать – его знание уже существовало в голове Тесс, поэтому я восприняла драконий, как будто родной русский.

Поэтому не испытала сомнений в том, чем являлся кровавый символ.

А в следующее мгновение Гроув откинулась назад и ее глаза остекленели.

Рука, сжимающая мое запястье мертвой хваткой, закоченела.

Не нужно было трогать ее пульс, чтобы понять – Гроув умерла.

Умерла прямо у меня на руках.

А расползшаяся лужа ее крови поглотила начерченную на полу букву «Л»…

Оглушительный визг разрезал благостную тишину молельни, как синее полотнище клинком.

Громкий, как сирена, истошный, оглушительный.

В паре метров от меня стояла кадетка в серой форме – невысокая худенькая девочка с двумя жиденькими хвостиками и визжала, как оглашенная, вцепившись пальцами в свои щеки.

– ОНА УБИЛА ДРАКОНА!

Глава 11

Безумная мысль оттолкнуть девчонку, бросить все и бежать подальше от АВД, куда глаза глядят, пронеслась у меня в голове.

Но я тут же ее отмела – без знания мира за стенами Академии, без денег это было сродни признанию в совершенном преступлении.

Поэтому я осталась на месте.

Откуда не возьмись, в молельную тут же набежала куча народу – слуги Небесной башни, кадеты, среди которых были Ченинг Паджет, Айзек, Марзи, Прунелла, Люсиль, Лайсара…

Все они смотрели на меня, как будто на какое-то чудовище, избегая подходить ближе.

И я прекрасно осознавала, что именно чудовище они сейчас и видели перед собой – я стояла над изуродованным трупом своего врага, вся в крови, и лицо у меня, надо полагать, было жуткое.

Словно я зачумленная, вокруг меня возникло пустое пространство, а взгляды драконов и дракайн давили тяжестью и уже даже не презрением, как было тогда на Дворе Чести.

Ненавистью.

Ведь я убила одну из них.

Я – та, которую они никогда не принимали за свою.

– Все-таки не выдержала, Кук, да? – уголком рта ухмыльнулся Паджет, сунув руки в карманы. – Сильно же Гроув тебя достала… Эх жалко, из-за тебя теперь придется отменить вечеринку. Не могла завтра ее прирезать?

– Желтуха… Желтуха убила драгоценную дракайну!

– Как она посмела поднять руку на высококровную?

– Убийца…

– Убийца…

– Убийца!

Расталкивая кадетов, сквозь собравшуюся толпу пробрался офицер Кан с волосами, заплетенными в низкую косицу, который в отсутствие Лейтона и Эльчина исполнял обязанности ректора. За его спиной маячил бледный растрепанный офицер Че, которого, казалось, вот-вот стошнит от вида крови.

– Я не убивала, – твердо сказала я, глядя Кану в глаза. – Когда обнаружила ее здесь, то она уже была при смерти. Я хотела ей помочь.

– Помочь? – вскинул брови Кан. – Насколько я знаю, кадетка Кук, ваши отношения с кадеткой Гроув были далеки от дружеских.

– Но это не повод оставлять ее умирать. Вызовите майора Уинфорда. Ситуация чрезвычайная.

– С Валь де Изером, где сейчас находится майор, связи нет. Пурга, знаете ли. Он в отпуске и велено его не тревожить.

– Тогда офицера Эльчина!

– Он сопровождает майора Уинфорда на Валь де Изере.

Мне показалось, что Кан чуть ухмыльнулся…

И посмотрел на пятна крови на моей юбке, на руках.

Просто чудовищно в этой ситуации, но это было так.

– Не беспокойтесь, кадет Кук, помимо майора Уинфорда, в империи есть драконы, которые следят за порядком, и обязательно разберутся в вашем деле. Отвлекать майора мы не будем. У него все-таки знаменательный день.

– Какой еще знаменательный день? Что вы несете, офицер Кан? – я не выдержала. – Это же убийство! Вызывайте его немедленно!

– Офицер Кан, леди Кук права… Необходимо вызвать майора… – попытался вмешаться Че.

– А когда это у нас Кук леди стала? Не вам с кадеткой Кук диктовать, что мне делать! – прошипел генеалог.

– Офицер Кан, давайте отключим вашу неприязнь ко мне и включим логику, – я попыталась воззвать к голосу его разума. – Если я убила, то где орудие убийства? У нее живот распорот. Чем я могла это сделать? Пальцами?

– Вы довольно хитры и изобретательны, кадетка, – Кан пожевал тонкие губы. – Успели от него избавиться каким-то изощренным магическим образом или припрятать. Но мы тут все обыщем, уж не сомневайтесь…

– Минсонг, она права, – Че склонился к уху Кана и прикоснулся к его плечу. – Орудие убийства…

Но генеалог оттолкнул его руку, как-то странно блестя обычно тусклыми глазами.

– Кривовка Кук убила высококровную дракайну. Из мести! И разумеется, зависти. В отсутствие Уинфорда его обязанности официально исполняю я. И будьте уверены, что я буду действовать строго по Уставу. Один раз ей уже удалось избежать наказания, но теперь она ответит по всей строгости закона Драковии!

Дальнейшее напоминало какой-то дурной сон.

Мне-то казалось, когда очнулась в теле Тессы, я попала в кошмар, но на самом деле он начался сейчас.

Именно в ту минуту, когда я увидела Лику в луже крови за драпировкой на полу.

По велению Кана несколько дюжих кадетов подхватили меня под руки и поволокли на гауптвахту.

Внешне это было красивое здание с колоннами и арками, расположенное позади всех башен, за огромным тренировочным плацем с препятствиями и зимним садом.

Но внутри его оказалось не столь роскошно.

Внутри был пол в шахматную клетку, узкие коридоры с низкими потолками и помещения с глухими тяжелыми дверями и решетками на окнах.

Сюда ссылали кадетов, нарушивших порядок АВД. В Уставе Академии был прописан максимальный срок наказания – шестьдесят пять суток. Но обычно давали меньше – трое суток, семь или пятнадцать.

Стоит ли говорить, что наказывали в основном только «стекляшек», иногда янтарных. А отправить сюда драгоценных драконов с рубиновой, изумрудной или сапфировой кровью никому из офицеров и в голову не пришло, что бы они не натворили.

Внутри камеры были образцом аскетизма, но не совсем уж тюремные. Имелись стул, стол, кровать, умывальник и даже гравюры, изображающие сцены из жизни Драковоина и Дракодевы, после того, как они победили вселенское зло.

Сначала я привела себя в порядок – вымыла руки и лицо, застирала юбку, очистила обувь.

Свежая кровь под холодной водой смылась быстро.

Удивительно, но я даже смогла придать себе приличный вид.

Потом присела на голую кровать, не застеленную постельным бельем, и попыталась успокоиться.

Если бы черт не дернул меня проявить благородство и проверить пульс Лики, то успела быстро смыться с места преступления, и не торчала сейчас здесь в ожидании неизвестно чего.

Но я себя знала. И знала, что по-другому просто не смогла.

Очень многое против меня, начиная с репутации.

В начале учебного года я уже покушалась на убийство, и меня простили и позволили остаться в академии.

И вот сейчас я убила высококровную, которая меня изводила, заставляя мерить периметр Академии спичечным коробком, чему есть свидетели, а потом еще и приложила лицом об стенку в туалете. Чему свидетели тоже найдутся.

Мотив убийства – месть.

Все разыграно идеально, как по нотам.

Не знаю, сколько я так просидела на гаупвахте – судя по тому, что за окном совсем стемнело, не меньше часа, может полтора.

Послышалось лязганье замка и в камеру вошли двое – офицер Кан и…

Еще один мужчина.

Дракон.

Я напряглась, глядя на него.

Такого я еще не видела…

Глава 12

Разве что в книжке, которую когда-то дал мне Кан.

Но там все было намного страшнее.

А этот мужчина не походил на чудовище в прямом смысле слова.

И все-таки…

На вид ему было под сорок.

В неопрятной, какой-то потрепанной и пыльной форме с одной-единственной нашивкой, на которой была изображена цепь и два соединенных крыла.

На лысой голове мужчины, слегка напоминающей картофелину, красовались белесые драконьи чешуйки, которые выступали прямо из черепа.

Завидев меня, он легонько улыбнулся. А лучше бы этого не делал.

Потому что зубы во рту у новоприбывшего дракона оказались не человеческими, а треугольными, как у акулы.

Или у дракона в обличье.

Честно говоря, этот тип выглядел максимально отталкивающе с этой своей чешуей и зубами.

– Лейтенант Чрей Сучич, летучий отряд Корпуса имперских охранителей, – представился чешуйчатый, пристально разглядывая меня. – Значит, это и есть наша подозреваемая?

– Она отрицает, что убила янтарную, лейтенант! – тут же вставил Кан.

– Примените ко мне ментальное воздействие, – я посмотрела на новоприбывшего, понимая, что от Кана никакого толку не будет. – Допросите, и вы сами увидите, что я этого не совершала!

– Применим. И ментально пообщаемся, и вслух допросим. В Корпусе мы во всем, во всем разберемся, уж будь уверена, милая девушка, – чешуйчатый по-свойски похлопал меня по плечу. – Милая ты у нас, или жестокая хладнокровная убийца? Внешность часто бывает обманчива. Не так ли, офицер Кан?

– Очень часто, лейтенант Сучич.

Двое сопровождающих чешуйчатого с такой же эмблемой – звезда и цепь, поместили мои руки в какую-то железяку так, что тыльные стороны ладоней почти соприкоснулись.

Формой эта железка как раз и напоминала крылья с нашивок на форме этих товарищей.

Однако, несмотря на это, вели достаточно аккуратно, не толкали.

Я оказалась в заднем отсеке довольно облезлого коричневого мобиля, а Сучич со своими помощниками расположились в переднем, отделенном решеткой.

Самое главное, мне даже за верхней одеждой сходить не позволили, вежливо пояснив, что я могу представлять опасность.

Благо, сегодня было около пяти градусов, а не двадцать, как вчера.

В салоне мобиля тоже стоял холод, но все-таки не как на улице – и то плюс.

Боковые окна забраны решетками не были, и ничто не мешало мне в них смотреть.

Воронок вырулил на ледовую переправу, соединяющую город и остров, а огни семи величественных башен Академии остались позади.

Если честно, мне жутковато было ехать по этому льду – казалось, что мобиль провалится.

Впрочем, бояться сейчас нужно было совсем другого…

Замерзший заснеженный залив выглядел темным и пугающим, но все изменилось, когда мы оказались на суше.

Я еще ни разу не бывала в столице империи драконов, не видела ее воочию и могла судить о ней только по картинкам, карточкам в местных газетах и журналах.

И я совсем не планировала узреть Драковию из окна воронка, везущего меня в неизвестность.

Которая, подозреваю, будет очень и очень ко мне сурова.

Однако, попав в драконовскую столицу, я на какое-то время забыла обо всем на свете.

Золотой город драконов ошеломил меня, оглушил, и я заворожено наблюдала за картинами, которые проплывали за окном мобиля.

Величественная и грандиозная, Драковия казалась отлитой из золота, разноцветного камня и звездного света, окруженная мощной крепостной стеной с бастионами и исполинскими вратами, сделанными в виде гигантской пасти дракона, полной острых зубов.

Свет, свет, свет – его здесь было так ослепительно много, что он обливал темное ночное небо над городом подобно северному сиянию, и здесь казалось светло почти, как днем.

Прилипнув к стеклу, я, как будто во сне, видела устремленные в небо башни-небоскребы, украшенные замысловатыми барельефами и россыпью самоцветов, видела монументальные многоуровневые пирамиды, на террасах которых раскинулись роскошные сады и блестящие каскады фонтанов, видела гигантские полукруглые арены с сотней аркад, видела грандиозные площади со стелами невероятной высоты и величественные триумфальные арки, мосты и колонны, пантеоны и базилики, акведуки и дворцы…

В самом же сердце Драковии была расположена исполинская кроваво-красная пирамида, сверкающая, как огромный рубин, на самом верху которой была установлена статуя Драковоина в полном боевом облачении, распростершего свои крылья над вечным городом.

Рубиновую пирамиду заключали в идеальный квадрат четыре башни – серебристая, темно-синяя, белая и призрачная, словно увитая туманом.

То был дворец Государя Императора Радиона, правителя Алых Небес, великого главнокомандующего Облачных Легионов, приемника Драковоина, чья драгоценная кровь затмевает своим блеском сверкание рубинов.

А башни – резиденции его советников: Луны, Шторма, Севера и Фантома.

У них таких цветистых титулов, какие употреблялись по отношению к императору в газетах, не имелось.

Драконы, драконы, драконы, повсюду были драконы – на зданиях и светящихся кристаллах, на барельефах и мозаиках, на картинах и проекциях, в виде скульптур, памятников, фонтанов, домов и башен.

Но главное – в небе над городом. Там парили живые драконы, и было их столько, что не сосчитать!

Все светилось и переливалось миллионами незатухающих огней, отражающихся в стеклах мобиля, который следовал по широким проспектам, заполненным толпами драконов в человеческих обличьях и потоком мобилей, все жило и дышало, все давило своей монументальностью и размахом.

Оглушенная, сраженная величием столицы империи, я почувствовала себя маленькой песчинкой, затерявшейся в целой вселенной.

А АВД, которая со своими семью башнями раньше виделась мне огромной, сейчас показалась уютной и камерной, из-за своего уединенного расположения на острове в заливе.

Я – девочка, которая выросла в небольшом провинциальном городе и больше нигде не бывала, знала жизнь только по книжкам и кино, по воспитанию бабушки и специфическим урокам отца, была ошарашена.

Наверное, только сейчас я по-настоящему осознала, что оказалась в другом мире.

И жернова этого громадного мира собирались перемолоть меня, как щепку.

Корпус имперских охранителей общественной безопасности и порядка, в который меня привезли, как я поняла, был здесь неким аналогом нашей полиции.

Припомнилось, что когда изучала устройство мира по книжкам библиотеки, какие-то сведения про него почерпнула. Охранка являлась отдельной от Министерства обороны структурой, и вроде как, имперские охранители и военные соперничали и даже враждовали между собой. Каждое ведомство стремилось доказать Государю Императору, что именно оно наиболее важное, авторитетное и квалифицированное.

Здание охранки по сравнению с роскошью других было не особо привлекающим внимание, без барельефов, позолоты и разноцветных стекол, даже освещено было не так ярко, как остальные.

Только эмблема выделялась на фасаде – цепь и крылья.

Коридоры охранки оказались большими и светлыми, а вот помещение для допроса, в которое меня доставили – не очень.

Сердце дрогнуло, едва я сюда ступила…