Текст книги "Служанка ректора Академии военных драконов 2 (СИ)"

Автор книги: Матильда Аваланж

сообщить о нарушении

Текущая страница: 30 (всего у книги 32 страниц)

Химеры обглодали у сапфировой дракайны крылья и лапы, торчащие из-под щита, но зато она осталась жива, и теперь, раненая, выла и визжала в своих путах.

Меня деликатно попросили убрать золотую вязь, после чего Кристу куда-то утащили.

– Что с ним? – у выхода из Боевой башни я подскочила я к Ведогасту, который взял на себя командование приведением тут всего в божеский вид. – Все закончилось?

Адъютант покачал головой.

– Вам лучше подождать в покоях майора. Но перед этим показаться офицеру Мейсону. Вы ранены, леди. У вас кровь. Он приказал о вас позаботиться!

Ранена?

Я даже не могла понять, где у меня болело. Кажется, везде.

Но особенно у меня болело сердце, измученное, истерзанное жуткими образами, в который Лейтон был мертв…

– Леди! Он не велел! – вскричал дракон.

Но я уже взмыла в темное злобное небо, с которого хлестали потоки воды…

Глава 93

Гроза не только не унялась – она разошлась еще сильнее.

Сверкали молнии, грохотал гром и тысячи галлонов воды поливали Драковию, словно и впрямь вознамерившись стереть ее с лица земли.

Вокруг был хаос, чернота, холод, вода и полный мрак.

Вечно освещенный, даже ночью будто днем, и живущий бешеной жизнью драконий мегаполис притушил свои огни, притих, словно желая переждать непогоду.

Хоть ориентируемость и была очень слабой, я знала куда лететь и направила крылья к слабо светящемуся рубиновым в бушующей тьме Четырехграннику, над которым то и дело вспыхивали молнии и рокотали раскаты грома.

Даже несмотря на мой немалый вес и маневренность, меня сносило порывами ветра, прибивало к земле струями воды, однако я держалась курса, подлетев к пирамиде с южной стороны, которую посчитала наименее ветреной.

В какой-то момент показалось, это не ветер меня отталкивает, что я натолкнулась на мягкую, но абсолютно непроницаемую прозрачную стенку, которая, пружиня, отбрасывала меня назад и назад.

А потом вдруг внезапно пропустила.

И я провалилась, как будто в дыру…

Картина, открывшаяся глазам, потрясала воображение.

Я оказалась под огромным куполом, который накрыл Четырехгранник, точно гигантский прозрачный колпак. Там, снаружи, бушевала буря, а здесь дождь не был таким сильным, позволяя во всех подробностях разглядеть то, что творилось над императорской пирамидой.

Магия купола исходила от огромного существа с желтыми глазами, состоящего целиком из песка – оно видоизменялось на глазах, принимая различные формы – от облака песчаной бури до могучего рогатого дракона.

Но песчаный был не единственным драконом, который находился под этим куполом.

Под этим куполом шел бой между двумя группами драконов, примерно равными по количеству и силе.

Это выглядело так, будто две бешеные ревущие стихии столкнулись в битве не на жизнь, а на смерть.

Извергающиеся потоки разноцветного пламени врезались в сложноскроенные боевые щиты разных видов и форм, вращающиеся в воздухе. Снопы искр распались фейерверками, раздавался дикий грохот и треск, отовсюду валил дым, и пирамида сотрясалась до основания.

В некоторых местах в стекле зияли темные провалы, кто-то из драконов снова и снова попадал в драгоценное стекло, которое взрывалось тысячей рубиновых осколков.

Я увидела красавца – изумрудного дракона, борющегося с призрачным драконом, будто состоящим из клочков тумана, постоянно видоизменяющимся и перетекающим из одной формы в другую.

Рояну приходилось ой, как непросто!

Я увидела снежно-белого дракона, который нападал на статную серебристую дракайну – Север сошелся с Луной. В какой-то момент показалось, белый побеждает, но тут мелькнула фиолетовая молния и к серебристой присоединился фиолетовый.

Шторм пришел Луне на помощь.

Теперь перевес был на их стороне.

Я увидела пухлого стеклянного дракона, который бился сразу с двумя – янтарными. Это было удивительно, как же достойно офицер Че отражал натиск сразу двух превосходящих его по силам противников!

Пролетев мимо, помогла офицеру, нейтрализовав одного из янтарных, набросила на него обездвиживающий щит и получила в ответ благодарственный рык стеклянного.

Все они здесь – они были мои сородичи и творили правое дело во имя будущей жизни на земле Драковии.

И наконец, я увидела поражающий разум бой огромного сапфирового дракона с гигантским рубиновым.

Кровавый бой, грандиозная битва, которая должна была войти в историю Драковии, во все ее учебники, которую в АВД вне зависимости от ее исхода будут преподавать отдельно.

Оба дракона в латах были настолько могучими, что, казалось, сам воздух вокруг них искрил, вибрировал и сотрясался, захлебываясь потоками магии. Генерал Норман Уинфорд сражался с маршалом Исмаилом Хезделайном, со своим начальником и я даже не знала, на чьей каждый из них стороне.

Но главное – я не знала, где Лейтон!

Снова и снова сканировала пространство над Четырехгранником, но его здесь не было.

Да и правда – даже в этом хаосе проглядеть черного дракона было бы невозможно!

Постоянно прикрываясь щитами от летящих со всех сторон магических зарядов, я, тяжело взмахивая насквозь мокрыми крыльями, подлетела к песчаному дракону, который держал иллюзию, скрывая происходящее над дворцом ото всей столицы.

Лейтон так и не рассказал мне о его роли. Но теперь я видела своими глазами.

– Леди Тесса… Приятно, хоть и волнительно увидеть вас здесь, – как ни в чем не бывало, усмехнулся профессор Локвист, как будто мы были на занятии. – Насколько я знаю, майор Уинфорд категорически против вашего участия в штурме дворца…

– Где он? Где Лейтон?

Я рвалась к нему – я должна была ему помочь!

Песчаный дракон выпростал длинную лапу из текучего песка, указывая на пирамиду.

– Он жив?

– Я не знаю. Майор Уинфорд взял на себя самую сложную задачу – менталистов императора…

Больше ни слова не говоря, я спикировала к Четырехграннику.

Все входы и выходы были закрыты щитами – я знала, у дворца был оборонительный режим крепости.

Но все-таки зря его построили из стекла. Но главное, его штурмовали драконы под руководством черного дракона, для которого не существовало никаких преград.

Нырнула в одну из трещин и уже в своей человеческой ипостаси упала, ударившись об твердый мраморный пол.

Распласталась по нему, раскинув руки в разные стороны.

Хотелось так и замереть в этой позе.

Устала.

Смертельно, невозможно, невообразимо устала…

– Не скулить! – прошипела самой себе приказ и вскочила, как ванька-встанька, – резкая, бодрая, злая.

Тревога гнала меня вперед.

Коридор, в котором я оказалась, был слишком узким, чтоб тут мог развернуться дракон, тем более, такой большой, как я.

У Лейтона имелся план пирамиды, который достал один из шпионов, и я этот план видела, поэтому смогла сориентироваться – я оказалась на среднем уровне.

А личные апартаменты Радиона находились на самом верху, так же, как и тронный зал, в котором он заседал обычно, когда в пирамиде не проводились торжественные мероприятия, балы и приемы.

При помощи фотографической памяти золотой дракайны план здания я запомнила.

И теперь быстрым шагом шла по коридорам, лестницам и переходам, держа наготове свой огонь, постоянно проверяя повороты и держась стен, чтобы никто враждебный не застал меня врасплох.

В отличие от того, что творилось вокруг пирамиды, внутри нее царила мертвая тишина и полумрак.

А еще холод…

Словно в могиле.

Отголоски сражения – жуткий грохот и яркие вспышки магии даже не достигали этого места, дворец перешел в режим твердыни, зачарованный на максимальный комфорт тех, кто в нем проживал.

Чтобы никакие звуки улицы им не мешали.

Даже если кто-то там вздумал его штурмовать…

Внезапно за очередным поворотом я увидела тело мужчины, безвольно лежащее на полу.

Сразу узнала темно-красную свободную форму с алой нашивкой на плече с коронованным драконом – это была форма слуги четырехгранника.

Сначала решила, он мертв, и это ужаснуло – ведь слуги не были виноваты в том, что творил император и не заслуживали смерти!

Я бы не простила Лейтону, если б он…

Но подойдя ближе, с облегчением поняла – слуга просто спал беспробудным магическим сном.

Никаких повреждений у него не было.

Позже мне стали попадаться другие люди, в основном слуги, но и охранники тоже – и все они так же крепко спали в самых различных разных позах.

Ассоциация с замком спящей красавицы настойчиво лезла в голову.

Вот только здесь была не красавица, а красавец.

Рыжеволосый и хитрющий, как лис, затаившийся в своей норе.

И я очень сильно сомневалась, что его удалось усыпить – на Радионе стояло просто рекордное количество мощных магических охранных заклинаний, щитов, амулетов, глушилок, защит…

И у него была особая охрана из менталистов – самого главного Лейтон ликвидировал на косе, но ведь оставалось еще четверо, и, объединившись, они были сильнее даже такого опытного менталиста, как Лейтон.

Я бы побежала, понеслась на поиски него, как ураган, но нельзя было терять голову.

Поэтому шла осторожно, все время сканируя коридоры и проверяя.

Возможно, поэтому уже на высшем уровне и заметила зал, который привлек мое внимание.

Хотелось пройти мимо, но взгляд задержался сам собой.

Я уже не раз отмечала варварское убранство местных интерьеров, но это было буквально апогеем китча – театральности и какой-то дешевой имитацией роскоши.

Как будто намеренно искусственной, пластиковой.

Тяжелые драпировки из алого бархата, сплошь инкрустированные поддельными драгоценными камнями стены, от которых рябило в глазах, тяжелый аромат пряностей, фруктов и пышных экзотических цветов, которым здесь было не место…

В центре залы, на огромном круглом ложе под зеркальным потолком покоились обнаженные тела юношей и девушек. Они лежали в позах, подчеркивающих их анатомическую гармонию, с изящными изгибами и совершенными пропорциями.

Я сразу узнала светлячков императора Радиона, которые показывали представление на конвивиуме, и на Дне рождения императора.

Они не были мертвы – так же, как и остальные слуги, просто спали…

И вдруг я услышала сдавленный звук.

И, призвав в ладони боевой золотой щит в связке вместе с сетью наизготовку, ступила в залу…

Глава 94

Она притаилась в самом углу, прикрываясь скатертью – совсем юная светловолосая девушка, ее щеки и плечи были усыпаны веснушками.

Увидев меня, она спряталась под стол с расставленными на нем роскошными яствами.

Опасаясь западни и каждую секунду предвидя неладное, я осторожно, не делая резких движений, присела на корточки и заглянула под стол.

Девчушка вся тряслась.

– Не надо, пожалуйста… Прошу вас… – прошептала она, жалобно глядя на меня. – Можно… я не буду? Можно, я уйду?

– Как тебя зовут?

– Лули. Лули с Обочины. Я буду петь для Его Величества императора Радиона, да продлит Дракодева его дни, я буду петь для него, сколько он пожелает! Но умоляю, не заставляйте меня участвовать в… В этом! Я не смогу! Это слишком, слишком стыдно…

Я медленно протянула руку и коснулась ее плеча – как же девчонка дрожала! Видимо, она была из новеньких, а император как раз собрался поразвлечься со своими рабами-светлячками…

– Послушай меня, Лули – все будет хорошо. Ты не станешь делать то, чего сама не хочешь. Никогда. Поняла меня?

Она робко кивнула, не отводя огромных глаз.

Велев кривовке спрятаться и ждать, я вышла из залы и двинулась дальше.

Хотя идти оставалось совсем немного.

По коридору, выложенному холодным темно-багровым мрамором…

У тяжелых филенчатых дверей из темного кедра, украшенных тончайшими листьями золота и серебра, не было охраны.

Держа в одной руке комбинацию из защитных и нападающих связок магии, другой рукой я толкнула тяжелые створки.

И вошла…

Стены, облицованные отполированным деревом, отражали рассеянный свет магических сфер. В верхней части были представлены искусные фрески в приглушенных, благородных тонах, отражающие великие деяния императора и представляющие Радиона то дарящим милости кривовцам, то принимающим парад, то сражающимся с полком химер.

Пол, покрытый мозаикой из красных самоцветов, был стилизован так, словно его усыпал ковер из облетевших кленовых листьев.

В самом центре залы был установлен уже знакомый мне трон, вырезанный из единого куска рубина, а на нем…

На нем, откинув голову назад, сидел Лейтон.

Таким я его никогда еще не видела…

В сапогах, черных брюках и белоснежной рубашке – когда-то белоснежной – сейчас она напоминала грязную половую тряпку.

И весь он был грязным, в пыли и копоти, с взъерошенными волосами вместо его вечной идеальной укладки волосок к волоску, а главное – о ужас! – его сапоги выглядели так, словно он в них конюшню чистил.

Даже кровь на нем не смотрелась так вопиюще, но уж для Лейтона Уинфорда грязная обувь была чем-то просто из ряда вон!

Он выглядел усталым.

Таким же усталым, как и я.

Просто смертельно, невозможно, не по-человечески и не по-драконьи усталым.

Как будто пьяным от этой усталости.

Когда я вошла, он поднял голову и посмотрел на меня.

А я посмотрела на изножье трона, на которое поначалу даже не обратила внимания.

Радион сидел на мозаичном полу, на ковре из листьев, прислонившись к порталу изножья своего собственного трона. Его шикарный красный халат задрался, обнажая мускулистые ноги.

Горло императора неровно, кроваво и рвано было перерезано острым зубцом собственной короны, которую Радион держал в опущенных руках.

Рядом с ним вповалку лежало четыре императорских менталиста в черной форме с точь-в-точь такими же жуткими перерезанными горлами.

А Лейтон…

Он выглядел, как человек, уставший от непомерной работы и просто присевший отдохнуть на диванчик.

– Иди сюда, Тесса, – позвал он. – Я соскучился. Как же сильно я соскучился…

В три прыжка я оказалась на нем, уселась к нему на колени, обнимая и вдыхая его холодный арктический запах, смешанный с запахом копоти, крови и пота – но это для меня был лучший запах на земле.

Приглаживала его влажные волосы, трогала руками, чтобы убедиться – ранен, но, так же, как и я – несерьезно!

Это было счастье, какое-то бесконечное, бескрайнее, безраздельное счастье, которого я не ждала.

Жив, жив, жив!

И этот поцелуй – кто-то назвал бы его животным и грязным, но пленительнее и слаще Лейтон Уинфорд меня никогда еще не целовал.

Его рука обвилась вокруг моей талии, крепко притискивая к себе, а вторая легла на бедро.

– Я получил донесение про Кристалину и Старховяк. Отличная работа, Тесса.

– Я бы не справилась без помощи, которую ты прислал! А теперь там… Там надо помочь! – я указала на купол крыши из затемненного стекла.

– Они победят. Мы победим. Я рассчитал соотношение сил, но не ожидал, что на нашу сторону встанет отец. Уже победили – маршал Драковии мертв, – чуть качнул головой Лейтон и добавил. – Венчальная тиара рода Уинфорд тебе не подошла. Императорский венец Алайев будет смотреться гораздо лучше. Он твой по праву крови рубиновой крови Алайев и золотой крови Дракодевы, что течет в тебе. Ну так что, золотко, ты хочешь править Драковией?

Я посмотрела на окровавленный венец в руках Радиона, немного подумала, потом прижалась к нему, поудобнее устраиваясь у него на коленях и… ответила.

Глава 95

Я стояла в своей адъютантской комнате, замотанная в полотенце, и смотрела на свой свадебный наряд, который слуга вкатил в номер, пока я принимала душ.

Вообще-то перед Церемонией крови и магии мне следовало принять роскошною ванную с дорогими маслами и прочими местными супер-уходовыми средствами, но я решила обойтись без лишнего пафоса.

Хотя, кажется, он был неизбежен.

Это одеяние смотрелось в небольшой комнате инородно, так же, как и охапки красных роз, которыми она была заставлена. По-моему, в этот раз Лейтон превзошел себя и прислал больше цветов, чем после нашей первой ночи в дом тетушки.

Вообще-то он настаивал, чтобы я собиралась на свадьбу в его особняке, или хотя бы в апартаментах, однако я хотела попрощаться с этой комнатой.

И с прошлой жизнью.

Сюда я больше не вернусь.

У драконов не был принят срок траура, но из уважения к Радиону, павшему смертью храбрых, мы с Лейтоном выждали две недели после похорон императора.

Именно так на следующее после переворота утро было объявлено всему честному драконьему народу.

В ночь страшной грозы коварные Жнецы раскола напали на императорский Четырехгранник при помощи предателя – советника Вадэмона, который открыл им ход. Великий император Радион, его личная охрана, маршал Исмаил Хэзделайн, а так же Фантом и Север были застигнуты сектантами врасплох, героически сражались, но пали смертью храбрых.

Разумеется, все цареубийцы были схвачены, преданы суду и казнены.

Среди них оказалась и дочка предателя-советника Кристалина Вадэмон, расследование связей со Жнецами которой проводилось особо.

Был официально обнародован тот факт, что, будучи невестой Лейтона Уинфорда Криста неоднократно ему изменяла, а потом сделала аборт, при этом вину за его последствия свалила на меня.

А так же было доказано, что это Криста убила свою подругу Ангелику Гроув, и вину за это так же хотела свалить на меня.

Не прошли мимо журналисты – с огромным удовольствием они вытащили наружу абсолютно все грязное белье сапфировой дракайны и трясли им с таким удовольствием и самозабвением, что по всей Драковии только и разговоров было о шлюхе Вадэмон и о том, сколько партнеров ее имели за раз.

Как же хорошо, что майор Уинфорд не женился на этом мусоре – говорили в народе.

Зато теперь у него великолепная невеста, достойная его, святая с золотой кровью, благословленная самой Дракодевой.

Все только и умилялись на нашу пару.

Особенно на контрасте с Кристой.

И особенное, ни с чем несравнимое удовольствие мне принесло лицо Нормана Уинфорда, когда он узнал, кем на самом деле оказалась Кристалина, которую он называл такой чистой светлой дракайной, образцом для подражания и сватал за обожаемого сына.

Отец Лейтона каялся и посыпал голову пеплом, что было приятно – не скрою.

Судебные слушания над Крис сделали открытыми – на это представление неизменно набивалась куча народа, особенно простых кривовцев. Разумеется, первым делом Кристу лишили титула, и что только бывшей аристократке не кричали, какими оскорблениями ее не забрасывали.

И это не считая тухлых помидоров и яиц.

Вот так из превозносимой всеми высококровной принцессы АВД, утонченной пианистки, невесты черного дракона Крис превратилась в полное ничтожество.

Так что перед своей казнью Криста прошла все девять кругов драконьего ада, испытав унижений в тысячу раз большее, чем прошла когда-то на Дворе чести Тесса Кук.

И я считаю, абсолютно заслуженно.

На казни Кристалины Вадэмон я не присутствовала. Я даже не хотела вдаваться в подробности, какой вид казни его бывшей невесте был назначен драконьим судом.

Но Лейтон все-таки проговорился – ее отдали химерам.

Что они там с ней перед смертью делали, я знать точно не хотела.

На удивление дело сапфировой вызвало гораздо больше отклика, чем трагическая гибель великого императора Радиона, его охранников и двух членов Правящего совета.

И то, что Радион не оставил наследников, никого тоже не расстраивало. В тайных бумагах императора нашелся ответ на вопрос, почему он так желал обвенчать Лейтона и Крис. Оказалось, его генеалоги уверили его в том, что у Лейтона и Кристалины родится девочка-дракайна с черной кровью. На этой девочке Радион и собирался жениться сразу же, когда она достигнет совершеннолетия.

А чтобы сохранить молодость к этому моменту он и затеял войну с песчаными драконами, обладающими секретом замедления времени.

Поэтому союз Кристы и Лейтона был для него важен. И даже уже после того, как Лейтон объявил о нашей с ним помолвке, Рад не оставил планов снова свести его с бывшей.

Когда Лейтон узнал, что Радион собирался жениться на его дочери, то рвал и метал.

И заявил, что слишком легко император отделался – надо было хорошенько помучить его перед его отходом в мир иной.

Так что о кончине Радиона никто не горевал. И даже похороны Шторм с Луной, которые изначально были на нашей стороне, будто в насмешку, ему организовали самые скромные. На разительном контрасте с тем, что при жизни покойный правитель обожал пышные мероприятия, в последний пусть его проводили просто.

Даже бедно.

И неудивительно – Радион и так просто астрономические суммы из казны растратил на свои хотелки, огромные дыры в бюджете еще нужно было залатать…

После похорон остатки Правящего совета взяли некоторое время на раздумье, а потом торжественно объявили, что следующим правящим императорским родом объявляются Алиры, а точнее, их молодой наследник – Квинтерий Алир.

На самом деле с ними заранее была заключена договоренность – Лейтон и Правящий Совет возводят их на трон, а Алиры проводят политику, которую им диктуют.

Уже был подготовлен проект по уравниванию крови, предусматривающий изъятие из обихода таких понятий, как «высококровный», «низкокровный», «драгоценная кровь». Следующим этапом планировалось наделение кривовцев правами и свободами, в том числе свободой проживания на территории столицы.

Параллельно готовились соглашения по заключению перемирия с песчаными драконами.

Профессора Локвиста избрали в составе делегации от Драковии.

Реформы должны были пройти мягко, постепенно и, по возможности, безболезненно для общества.

Именно поэтому и был осуществлен тайный дворцовый переворот.

На данном этапе я вполне могла бы стать правительницей Драковии, учитывая кровь Алаев и мою популярность, как святой, это было возможно.

Но править я не захотела.

Я хотела учиться, узнавать этот мир, окончательно осознать себя драконом и…

Создать семью.

Мы с Лейтоном приняли решение венчаться по древним драконьим традициям, так же, как соединили свои жизни и судьбы Драковоин с Дракодевой.

Церемония крови и магии должна была состояться в храме Драконьей верности на Пике Ковчег.

Отчего меня заранее легонько потряхивало – справиться с волнением было невозможно.

Я уже и от Лейтона записку получила, и местных успокоительных выпила – ничего не помогало.

И это дурацкое волнение не прошло, а только сделалось еще сильнее, когда я увидела себя в зеркале, облаченную в драконий свадебный национальный костюм.

Никогда в жизни и представить себе не могла, что мое свадебное платье будет таким!

Впрочем, оно и платьем-то не было.

Это было сложное многослойное облачение, больше всего напоминающее кимоно. Причем, их было два – верхнее и нижнее.

Созданный из тончайшего белоснежного шелка, мерцающего, как снег на рассвете, этот наряд был воплощением утонченности, роскоши и вековых традиций.

Искусно вышитые в виде чешуек золотые нити создавали замысловатые узоры, которые складывались в цветы, летящих драконов и языки пламени.

Однако бесформенным мешком это «кимоно» не было – мою талию подчеркивал широкий пояс, расшитый золотом и крупными бриллиантами.

Я смотрела на себя, смотрела, и только начала успокаиваться, решив, что это облачение мне идет, как снова почувствовала на себе чей-то взгляд.

Я не могла понять, недобрым он был или наоборот, но это внимание было пристальным.

Или тревожность сыграла со мной злую шутку, и никто на меня не смотрел, кроме себя самой?

В этот момент в дверь раздался легкий стук, и вошла женщина.

Я ее ждала – она должна была сделать мне национальную прическу в старинном стиле Дракодевы.

Не представившись, она усадила меня перед зеркалом и взялась за мои волосы…