Текст книги "Служанка ректора Академии военных драконов 2 (СИ)"

Автор книги: Матильда Аваланж

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 32 страниц)

Его руки на моей влажной груди, сжимают скользкие от воды и пены полушария, пальцы лениво играют с сосками, которые тут же болезненно отзываются на ласку.

– Нам нужно пожениться, – слышу в ухе его вкрадчивый шепот.

– Да, конечно, – разморено киваю, прикрыв глаза и наслаждаясь его прикосновениями.

Хочется, чтобы он вечно продолжал вот так трогать мою грудь.

Хочется вечно лежать на нем с закрытыми глазами, откинув голову на его плечо и наслаждаться его близостью и холодным запахом, который стал для меня самым родным на свете.

Как бы я не хотела этого избежать, потому что понимаю – нам не суждено быть вместе.

На роль его постоянной любовницы я не соглашусь никогда, а другого он мне предложить не сможет, я это понимаю и даже не виню его.

Последний раз. Больше никаких повторений.

Не суждено…

Понимаю и не виню…

– ЧТО?

В состоянии глубокого шока я соскальзываю вниз и с головой ухожу под воду, но Лейтон хладнокровно достает меня и пристраивает обратно.

– Что ты сейчас сказал?

Глава 68

Он смотрит на меня своими голубыми глазами.

Спокойно, как всегда.

Но под ладонью я чувствую, как бьется его сердце.

Нервически. Громко. Прямо мне в ладонь.

– Мы поженимся. Ты должна стать Тессой Уинфорд. Фамилия моего рода подойдет тебе гораздо больше, чем это глупое, раздражающее Кук.

Не могу поверить своим ушам.

Это буря, безумие, это шквал хлынувших на меня чувств!

Тесса Уинфорд.

Даже в самых смелых мечтах я никогда не позволяла себе называть себя так.

Не в силах справиться с эмоциональным штормом, равного которому я не испытывала никогда в своей жизни, я спрашиваю:

– Зачем?

Рациональная Тесса берет надо мной контроль. А золотая дракайна внутри хочет ее придушить.

Вместо того, чтобы выдохнуть, прошептать, прокричать: «Да, да, да!», я интересуюсь, зачем.

Лейтон морщится.

– Вчера я получил два письма, Тесса. И оба из императорского Четырехгранника. Одно – официальное – от самого императора Радиона. Он требует, чтобы ты сыграла на празднестве, посвященном Дню его первого оборота. Вообще-то я пустил в ход все свои возможности, чтобы отвлечь его внимание от тебя и у меня почти это получилось. Но вмешался мой отец и фактически тебя подставил. Он… Показал Радиону твое изображение. И теперь Рад хочет видеть тебя вживую и слышать твою игру, про которую ему все это время напевает прихлебатель Фантом. То, что он написал это послание лично, а не велел своему камердинеру, плохой признак. Это говорит о максимальной степени его заинтересованности. Не менее плохо, что он хочет, чтобы ты играла на дне его драконьего рождения.

Я вижу, насколько ему неприятно говорить про все это. И особенно – про своего отца.

– Почему плохо… Именно на дне рождения?

– Это указывает на то, что император… Хочет себе подарок.

Последнее предложение Лейтон произносит, сжав руку в кулак. Я глажу эту сжатую руку, пытаясь расслабить напряженные мышцы, но бесполезно – как камень.

– Я могу просто провалить это выступление и все, выступить посредственно или вовсе сыграть что-то такое, что у него уши отвянут и он вышвырнет бездарную из этого своего Четырехгранника!

– Тесса, Рад не дурак – такие глупые выходки не пройдут, – Лейтон качает головой. – У него есть свой гарнизон верных ему шавок, которых он одаривает милостями. В нем пять сильнейших менталистов, практически не уступающих мне. Ты очень способная и отлично ставишь щиты, но против сразу пяти, действующих в связке, мы бессильны. Они заставят тебя сделать все, что им нужно. Он заставит.

Киваю, принимая его слова к сведению. Пусть я и золотая, и по своей ускоренной программе Лейтон натренировал меня так, что и сам не представляет, но излишняя самонадеянность свойственна только дуракам.

– А второе? – медленно переспрашиваю, глядя Лейтону в глаза. – Что было во втором письме?

Теперь я уже не лежу на нем на спине, а сижу сверху, обхватив его бедрами в воде – поза очень эротичная, а моя расслабленная усталость куда-то подевалась.

Наоборот – я возбуждена, взбудоражена.

Я снова чувствую его каждой клеточкой тела. Я его жажду.

Как тонко натянутая струна.

– Второе письмо – от моего информатора во дворце. На Железном роге снова неспокойно – наша разведка доложила об увеличении популяции химер. Они прорвали защиту, было столкновение, жертвы среди наших… – он с горечью качает головой. – Крепость отвоевали, но теперь ее нужно укрепить. В последнее время Рад стал скуп на военное финансирование, миллиарды империалов тратит на изощренные развлечения и пиры. Чем некоторые драконы не особо довольны. Кое-как, с горем пополам ему удалось залатать дыру на Железном Роге, хотя я ожидаю, химеры могут напасть снова – нужно увеличить численность гарнизона и поставить сложные магические щиты, а это отдельные средства и весьма крупные. Некоторое время Радион был занят, однако сейчас, когда вопрос более-менее урегулировался, он хочет расслабления. К своему дню рождения он желает новую игрушку, интересный экспонат, жемчужину в свою коллекцию светлячков. Старые уже прискучили, приелись. Он их всех трахал много раз и между собой заставил перетрахаться.

– Могущественный император Драковии, великолепный рубиновый дракон трахает недостойных кривовцев? – поморщилась я.

Все внутри содрогнулось от омерзения.

– Такие, как ты, для него – просто мясо, – проговорил Лейтон спокойно, но мне показалось, что это спокойствие показное. – А сейчас он хочет свежего. Стеклянная кривовка, еще и будет услаждать его слух – экзотика, мать его. Мой информатор донес, на роль свежего мяса он выбрал тебя. С этого праздника обратно в АВД ты уже больше не вернешься.

– И мы должны пожениться, потому что… – с замиранием сердца начала я.

– Потому что бесправную кадетку-кривовку с Обочины без имени и рода в пожизненное рабство Радион может получить по щелчку когтей – никто из знати не осудит, наоборот, одобрят. Кривовку. Но не мою жену, носящую фамилию могущественного рода Уинфорд.

– Ты хочешь жениться на мне, потому что хочешь защитить от Радиона? Ты ведь можешь объявить меня своей официальной любовницей, как собирался. Думаю, этой меры, наверное, тоже будет достаточно. Не нужно идти ради меня на ТАКИЕ жертвы – связывать себя, высококровного черного дракона с низкокровной кривовкой?

Я говорю совершенно искренне.

Лейтон закрывает глаза, притягивает мою голову и целует в меня в висок.

– Я хочу жениться на тебе, потому что я нашел свое. Ты – это ты… А себя я знаю. Это навсегда.

Его простые слова поражают меня до глубины души.

Не могу сказать ни слова, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза. Быстро утираю их тыльной стороной ладони.

– Они не простят, Лейтон. Император и высококровные. Палата Гармонизации не одобрит этот союз. Твой отец, Лейтон, – ведь он меня не примет. Кем бы ты не был – они не простят тебе брак со мной. Слив твоих драгоценных генов на помойку!

– У нас родятся стеклянные дети, Тесса. Возможно, с желтой кровью, или со стеклянной, неважно. Мне все равно, какими они будут. Главное, что от тебя.

– Неужели тебя это не останавливает? Неужели все равно, правда? – спрашиваю я, пораженная его спокойным голосом и этим взглядом, которым он на меня смотрит.

Этой решимостью и хладнокровием.

Этой спокойной силой, которая открывается мне в нем.

– Я уже решил, какой подарок сделаю тебе на нашу свадьбу, Тесса, – ухмыляется он.

В этом – он весь. В этой самодовольной великолепной ухмылке.

– Какой? Какой же подарок, Лейтон?

Глава 69

– Новый мир, в котором никто не посмеет и взгляда косого кинуть на тебя и наших детей из-за цвета вашей крови. Чтобы никто никогда не посмел назвать их мутантами.

От его взгляда и голоса меня кидает в дрожь.

– Лейтон! Это же не… Что ты задумал?!

– Что бы ни случилось, ты должна оставаться спокойной. Если что-то пойдет не так, для тебя и Аллиота приготовлен путь отступления. Вы скроетесь вместе – он защитит тебя. Запомни – он единственный, кому ты можешь доверять.

– А Эльчин?

Он поморщился.

– Тоже. Но этот идиот слишком меня раздражает. Поэтому твою охрану я доверяю Руперту.

– Лейтон, что, что ты хочешь сделать? К чему это… Про путь отступления?

Мои слова гулко отдаются под потолком ванной, до жути пугая меня одним своим звучанием.

– Ты же знаешь, что не должна спрашивать, Тесса.

На миг прикрываю глаза.

Да, я не должна.

Лейтон не из тех, кто меняет свои решения. И, наверное, единственное, что я могу сделать – это поддержать своего мужчину. Своего дракона.

Не задавать глупых вопросов и не устраивать истерик.

Полностью положиться на него и делать, что он говорит.

Но господи боже, как же мне страшно!

До дрожи страшно, но в то же время так…

Счастливо.

Абсолютно противоречивые эмоции буквально раздирают меня на части.

– Наверное, для приличия мне стоит поинтересоваться, согласна ли ты вообще выйти за меня замуж? – выгибает бровь Лейтон.

Это последний предел.

Последняя возможность уйти и оставить все, как есть.

С одной стороны Локвист предупреждал, о той жуткой опасности, которую, возможно, повлечет связь с катализатором.

О том, что я захочу его убить.

С другой стороны – мне грозит стать рабыней императора, и только Лейтон способен меня защитить.

Я могу попытаться сбежать – от императора.

И от Лейтона.

Но сердце не обманешь.

Я уже попыталась это сделать, но поняла, что от самой себя не убежишь.

Я хочу быть с ним.

Лейтон пошел ради меня на величайший риск. И он должен знать правду о том, кто я такая на самом деле.

Я уже не одна. Я чувствую его поддержку, его защиту.

Кто, если не Лейтон с его возможностями, сможет выяснить правду о золотых драконах и том, почему информация о них была скрыта?

Он заслуживает моей откровенности. И этой тайны.

– Хочу кое-что сказать тебе.

Я – не стеклянная, Лейтон. Я – золотой дракон.

И наши дети будут такими, как ты или я. Черными или золотыми.

Мысленно повторив про себя эти несколько предложений, я хочу сказать их вслух.

Я все хочу сказать вслух.

Смотрю в его голубые глаза и понимаю…

Не могу.

Что-то теплое как будто обволакивает мозг изнутри, делая язык непослушным, словно принадлежит не мне.

Это чувство немоты.

Похоже на монолитную стену, которую мне не разрушить, сколько бы я не поливала ее огнем.

Стену из осколков цвета бутылочного стекла.

Странная магия песчаного дракона, которую он влил в меня через ладонь при помощи осколка стеклышек своих очков, не только маскирует мою внешность золотой дракайны.

Она ставит ментальный блок изнутри, препятствуя тому, чтобы я поведала свой секрет.

Даже когда я с такой отчаянной силой возжелала его рассказать…

Поэтому я произношу не те слова, которые хотела.

– Я кое-что узнала. Когда-то в Академии обучался один стеклянный дракон, и мне кажется, что именно он и был моим отцом…

– Необходимо провести генетическую экспертизу по образцам вашей крови, – спокойно говорит Лейтон. – Тогда ты будешь знать точно.

– Но он давно погиб, как это возможно?

– Если он был кадетом АВД, в медицинском крыле хранится образец его крови. Пусть этим займется Локвист. Со своей стороны я узнаю по своим каналам про него все, что возможно. К сожалению, это будет не быстро – Радион сместил двух моих крупных информаторов. Обходные пути есть, но на это потребуется время. Я понимаю, как тебе важно знать имя своего отца.

– Лейтон…

Прильнув к нему своим обнаженным телом, крепко обнимаю, ощущая его обнаженное тело.

Он довольно ухмыляется.

– А теперь скажи, что согласна выйти за меня замуж, я – единственный мужчина в твоей жизни, что ты от меня без ума и хочешь меня постоянно. И еще, что хочешь от меня детей.

– Так оно и есть, майор Уинфорд, – ухмыляюсь я в ответ.

Но Лейтон заставляет меня повторить слово в слово.

И смотрит в глаза, будто бы наслаждаясь звучанием.

Простит ли он мое вынужденное умолчание о том, кто я есть, когда узнает правду?

Я уверена в том, что простит.

Настала пора серьезно поговорить с Локвистом и выяснить, как снять его маскировку, которой он замаскировал меня, так замаскировал – на совесть.

И выяснить, можно ли избежать того, о чем он предупредил на конвивиуме?

Будущее так опасно, неопределенно и туманно.

Поэтому сейчас мне хочется запечатлеть его в себе и насладиться тем, что происходит здесь и сейчас.

Ощутить этот вкус настоящей жизни.

И любимого мужчины.

Поэтому я обвиваю Лейтона в воде ногами – и чувствую, как он заводится мгновенно.

Больше никаких слов.

Только объятия, поцелуи, только наши тела, сплетенные в единое целое.

Только он во мне.

Ванная выглядит так, как будто по ней прошелся ураган.

Лейтон сам вытирает меня, а потом закутывает в большое белое полотенце и на руках несет в спальню.

И там все продолжается до тех пор, пока я не отключаюсь в его постели, в его объятиях в состоянии полной нирваны без единой мысли в голове.

Есть только одно осознание, ясное и четкое – оно наполняет меня без остатка.

Я ни за что не смогу от него отказаться.

Он прав.

Я тоже нашла свое.

Ни за что не откажусь. Выгрызу счастье зубами, выцарапаю когтями.

Мой мужчина. Мой дракон.

И это навсегда.

Глава 70

В кабинет генеалогии на занятие я заявилась самой первой.

Как же здесь было хорошо без Кана!

Локвист в полном одиночестве возился у доски.

– А, леди Тесса Кук! Приветствую! – не оборачиваясь, поздоровался он. – Вы как раз вовремя. Помогите-ка все это развесить.

На кафедре были разложены какие-то плакаты из разной бумаги, от современной до старинной, картины в рамках, довольно много гобеленов, тоже самых разных…

Приглядевшись, поняла, что на всех них изображены родословные разных драконьих родов. Как в виде генеалогических дерев, так и в виде целых паутин с кружочками, квадратиками, треугольниками…

– Сегодня будем изучать родословные схемы, – пояснил песчаный, который, как и всегда, был в своих любимых очках.

Я деловито кивнула и взялась за огромный гобелен в массивной золотой раме, где на багровой парче распростерлось ветвистое золотистое древо рубинового императорского рода Алайев, расшитое драгоценными камнями, в основном рубинами и жемчугом. Каждое имя было вышито сверкающими нитями, и вообще это полотно представляло из себя очень тонкую, филигранную работу – не знаю, сколько времени на него ушло.

При этом я не учла веса этой махины и чуть ее не уронила, но Локвист тут же подскочил и перехватил ее за другой край.

– А вот с этим прошу поосторожнее. Генеалогическое древо императорского рода работы знаменитого герольда Фердинана. Ему почти что тридцать лет. Потрясающая вещь, которую мне удалось отыскать в одном из заброшенных имений Фердинана. Древо было в ужасном состоянии, но я привел его в порядок, а теперь планирую преподнести в дар императору Радиону ко Дню его первого драконьего оборота. Но не смог удержаться, чтобы перед этим не показать такую ценность кадетам.

На пару с Локвистом мы пристроили ценнейшее древо императорского рода на столе и доски и хорошенько закрепили, чтоб, не дай Дракодева, оно не шандарахнулось на пол.

Остальные образцы древ, составленные, правда, не Фердинаном, а другими герольдами, выглядели немного проще.

Там имелись еще древа императорского рубинового рода, только более поздние. И многих других драконьих родов тоже.

В том числе и Уинфордов – самая строгая схема, украшенная графичными черными драконами, что вились по краю листа.

Я прикоснулась пальцами к одному из ответвлений.

Лиэль Уинфорд и Норман Уинфорд.

Сын – Лейтон Уинфорд.

Пунктирной линией он был соединен с другим именем.

Кристалина Вадэмон.

– Довольно распространенная практика в составлении древ, – заметил мой взгляд Локвист. – Брачный договор о заключении брака между родами составлен – это настолько нерушимо, что имя будущей жены или мужа уже вносится герольдом в древо. Кто бы мог подумать, что в данном конкретном случае что-то может пойти не так?

– На что вы намекаете? – напряглась я.

– Всего лишь на то, что черный дракон разорвал помолвку с сапфировой и теперь нужно обратиться к герольду, который составлял это древо, чтоб он внес в свою работу исправление. Стер имя Вадэмон из древа Уинфордов, – пожал плечами песчаный. – Просто поразительный прецедент для вашей империи. У песчаных драконов с этим, знаете ли, проще. Нет столько условностей, а браки заключаются по любви и взаимному влечению чувств, а не по договоренности.

Пользуясь тем, что расположила его к разговору, я начала:

– Профессор Локвист, у меня к вам просьба.

Но договорить не успела, потому что, оживленно щебеча, в аудиторию впорхнули Альбиция, Селеста, Ортанс и Иветта, которую подселили в общежитие вместо Марзи. Она запросто заменила мою сестрицу, сгинувшую на Обочине, и они вмиг стали лучшими подружками.

Словно и не было никакой Марзии.

За ними на занятие потянулись и остальные кадеты, а после и вовсе зазвучала серена, возвещающая начало занятия.

Но откладывать этот разговор я не собиралась.

Локвист все два с половиной часа рассказывал нам про способы оформления родословных схем и демонстрировал экспонаты своей коллекции, которую он собирал уже давно.

В первую очередь, ценнейшее древо работы Фердинана, разумеется.

– По легенде, после того, как случился Раскол, и наш прародитель Драковоин победил древнее могущественное зло, явившееся из земной тверди, один из обломков земли воспарил к небесам и стал Небесным островом, на котором драконы основали свою цивилизацию, – проговорил Локвист. – Драковоин погиб, но кровь его, или как ее называли раньше, руда, рудь, разделилась на шесть потоков, отсюда пошли драконы с разными видами крови – стеклянной, янтарной, изумрудной, сапфировой, рубиновой и черной. Тогда драконы стали думать, какой род должен править Островом. Почему императорской была избрана именно рубиновая кровь?

Я тут же подняла руку.

Уж я-то в свое время от корки до корки проштудировала энциклопедию драконьей крови «Багряные реки» за авторством Эльдрика Вельда, надеясь найти там упоминание о золоте.

– Потому что естественный цвет нашей крови – красный. И еще потому, что красный – цвет огня, который является нашей сутью и оружием.

– Такие познания явно заслуживают звезды, кадетка Кук, – благосклонно кивнул Локвист и продолжил. – Верно, Небесным островом посадили править Алайев – род драконов рубиновой крови, который, собственно, правит нами и до сих пор в лице нашего великого императора Радиона Алайя.

Я обратила внимание, как ненавязчиво он причисляет себя к потомкам Драковойна, хотя, по местным легендам, песчаные драконы жили задолго до него. Многие думали, что профессор – изумрудный, и, похоже, он не собирался их в этом разубеждать.

Локвист указал на гобелен.

– Родители Радиона – император Веспасиан, рубиновая кровь, и императрица Сульпиция, сапфировая кровь. Были взяты в плен химерами и жестоко казнены, успев подарить Драковии всего лишь одного наследника – Радиона.

– Профессор, а почему наш император до сих пор не сочетал себя узами брака? – поднял руку Оттис Дункан. – Ведь учитывая трагические обстоятельства гибели его родителей, государь должен задуматься о том, чтобы произвести на свет наследников.

– Хороший вопрос, Оттис, но я бы не рекомендовал тебе повторять еще где-либо его вслух, – заметил Локвист. – Правящий Совет и Палата Гармонизации постоянно подбирают государю достойных кандидаток в жены, но его все время что-то в них не устраивает. Значит, пока не нашлось дракайны, достойной нашего великого императора.

– И что же будет, если он… того… Так и не родив ребеночка? – вытаращила глаза Иветта.

– А это вы мне скажите, кадетка Ульп, что произойдет, если не останется ни одного прямого потомка с кровью Алайев.

Локвист указал взглядом на генеалогическое древо правящего рода, как бы подсказывая, но Иветта таращилась на гобелен в состоянии глубокого непонимания.

– Тогда престол займет кто-то из Алаторциев, Алетов или Алиров – других семей с рубиновой кровью! – воскликнула я.

– Отлично, Кук! Кто будет принимать решение о том, какой из рубиновых родов займет трон?

Ответа на этот вопрос я не знала – до местного престолонаследия мои руки пока не дошли.

– Эх, Кук, а я уж было хотел присудить вам вторую звезду, – с сожалением заметил Локвист, и сам ответил на свой вопрос. – Правящий Совет. Правящий Совет в лице мудрейших драконов нашего времени Фантома, Севера, Шторма и Луны будет решать, какой из рубиновых родов воссядет на престол, если Радион не оставит наследников. Однако, такого, конечно же, не произойдет. Ходят слухи, что почти сразу же после его Дня обращения в дракона будет объявлен отбор невесты для императора. Алайи правят нами много веков и, я уверен, на нашем государе это великое правление не прервется. Кадетка Кук, задержитесь, пожалуйста, после занятия, мне нужно сказать вам пару слов.

Но я и без его замечания собиралась это сделать.

После сигнальной серены, возвещающей о конце занятия, дождалась, пока аудитория опустеет, прикрыла дверь и только потом подошла к кафедре.

– Профессор, мне всегда было интересно, какими драконами являются Шторм, Луна, Север и Фантом?

– Кровь членов Правящего совета не разглашается.

– Я думала, вы обо всем знаете.

Песчаный дракон повернулся ко мне, и вдруг зачем-то снял очки.