Текст книги "Служанка ректора Академии военных драконов 2 (СИ)"

Автор книги: Матильда Аваланж

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 32 страниц)

Глава 31

Чересчур сладкий, навязчивый запах духов словно придавил меня своей тяжестью.

Нервный шепот Кристалины Вадэмон прозвучал рядом с ухом – так близко, что это было неприятно, как-то по-особенному мерзко.

Она подхватила меня еще и под локоть, обняла, как будто мы с ней были лучшими подружками, которые решили пошушукаться о своем, о женском.

Вроде мягкий захват сапфировой на самом деле был стальным.

– Наверное, ты думаешь, что я страдаю и плачу из-за того, что мой жених решил немного потрахать тебя перед нашей свадьбой… Так вот, милая, если по непроходимой тупости своей ты решила, что можешь тягаться со мной… Со мной! Что можешь считать себя моей соперницей. Это просто смешно.

Я молчала, глядя в одну точку.

Не вырывалась, но примерялась, чтобы избавиться от ее липкой сладости одним рывком.

– Лейтон смеется на тобой – жалкой подстилкой, которая, задрав подол, побежала раздвигать перед ним ноги. Он сам мне об этом сказал. Сказал, что ты – отброс общества и решил тобой воспользоваться, чтобы на контрасте с таким мусором, как ты, ярче ощутить эмоции благоговения от обладания такой королевой, как я.

– Поэтому он даже не спит с тобой?

Кристалина скрипнула зубами, что я поморщилась от этого звука, и расхохоталась чересчур громко, напоказ.

Так, что близстоящие к нам обернулись.

– Лишь только до первой брачной ночи. Да и то он едва сдерживается, чтобы не выгнать тебя из своей постели пинком под зад и не прийти ко мне. Он сам мне об этом говорил, сам! Бедненькая глупенькая Желтуха уже возомнила, что станет официальной любовницей черного дракона… Но на самом деле в день нашей свадьбы ты станешь ветошью, тряпкой, о которую он вытрет свой член, а потом вышвырнет на помойку, где тебе самое место!

Вадэмон хотела оттолкнуть меня и с гордым видом отойти, торжествуя победу над низкокровной, но я не позволила ей убрать локоть – зацепила и сжала, не давая сапфировой вырваться.

В синих глазах мелькнуло бескрайнее удивление. В ответ на свои грязные речи, произнесенные таким уверенным тоном, она ждала от меня слез или униженных мольб, уверений, что я бы никогда не посмела встать у нее на пути, может быть, даже истерики.

– Криста, ты вроде бы носишь титул графини, да? – вкрадчиво поинтересовалась я, склонившись к ее уху и незаметно для остальных, но до боли выкручивая ее руку. – А разговариваешь так, что твой рот хочется помыть с мылом.

С этими словами сама отпихнула ее и отошла первой.

Я видела, как удлинился зрачок в ее синих глазах, видела проступившие на тыльной стороне руки аквамариновые чешуйки…

Разумеется, сапфировая справилась с эмоциями, но даже это проявление драконьей сути считалось среди драконов величайшей несдержанностью.

Я шла, не оглядываясь, а вслед раздавалось глухое рычание. Даже удивительно, что такая миловидная девушка могла издавать такие неприятные звуки. О смысле ее речей я вообще молчу.

Роузингтоны вместе с другими стеклянными скучковались около сцены с акробатами, которые теперь не только кувыркались по подиуму, но и парили на тросах под потолком. Я присоединилась к «своим»…

И тут почувствовала на себе взгляд.

Уинфорд стоял прямо напротив меня с другой стороны сцены и о чем-то разговаривал со Штормом.

Какая-то негромкая, но, судя по всему, важная беседа, и в то же самое время Лейтон…

Его голубые глаза взирали только на меня, поглощали меня, затягивали в свою темницу.

Словно и не было никакого конвивиума, никакой толпы вокруг, этого движущегося подиума и разделяющего нас расстояния.

Воздух между нами был разрежен, как перед грозой, давление упало, и я почувствовала резкую нехватку воздуха.

Нельзя показывать, что задыхаюсь.

Нельзя показывать, что мне нужен холодный арктический запах…

Полной грудью.

Только тогда смогу по-настоящему вдохнуть.

– Занятное представление, – послышался негромкий, я бы даже сказала, убаюкивающий голос рядом. – Знаете, меня поражают возможности человеческого тела. Драконы могут полностью трансформировать свое туловище, обращаться в иную форму жизни, однако это мощнейшая магия крови. Но то, что могут простые люди без магии… Взгляните на эти кульбиты, эту потрясающую гибкость и сноровку, эту пластику. Магия здесь не при чем – результат долгой работы над своим телом, каждодневных тренировок, упорства, несгибаемой воли, таланта. Не это ли настоящее волшебство?

Профессор Локвист в своем песочном костюме оказался наравне со мной, лицо его было обращено к акробатам, но куда он в действительности смотрел, было неизвестно – темные стекла очков надежно скрывали глаза.

Стоял вроде бы не рядом, но достаточно близко, чтобы его не мог услышать никто, кроме меня.

– Это кривовцы.

Я не спрашивала. И так было понятно.

– Все до единого. И в оркестре тоже. Наш досточтимый император Рад любит подыскивать диковинки среди коренного населения континента для развлечения… Светлячки, как он их называет.

– Не думаю, что им приятно выступать на потеху его и его гостей, – заметила я.

– По крайней мере, они сыты, обуты, одеты. Величайшее благодеяние и щедрость для людей, которые прозябали в нищенских условиях, как считает наш достопочтенный государь-император.

Я взглянула на клочки ткани, едва прикрывающие наготу гимнастов.

– Не сказала бы, чтобы они особо одеты.

– Им еще повезло… Учитывая, как наш Рад любит обнаженную натуру.

Вспомнила развратную картину, которую видела в издании Лейтона в его кабинете.

И тут запоздало заметила в уголке некую фигуру за мольбертом. Ткань была задрапирована таким образом, что лица художника было не разглядеть, в то время, как ему открывался лучший вид на атриум.

И Реминайт тоже здесь.

Похоже, Локвист знает, о чем говорит.

Если бы я знала, что он окажется на конвивиуме, то заранее бы продумала разговор с ним.

Но сейчас нужно было ориентироваться в экстренных обстоятельствах, раз уж он подошел и сам завязал беседу, и я раздумывала, как подвести к тому, что меня интересует.

– И если вы не хотите стать еще одним экспонатом в богатой коллекции нашего государя, то вам нужно как можно быстрее совершить оборот, госпожа.

В первую секунду показалось, что я ослышалась.

Больше всего почему-то задело обращение «госпожа». Так ко мне в этом мире еще никто не обращался.

Мужчина повернулся – мне так хотелось видеть его глаза, но я видела только два своих отражения в изумрудных стеклах.

Немного растерянные отражения.

Эта растерянность не понравилась.

Возьми себя в руки, Тесса.

Нельзя выкладывать этому незнакомцу всю свою подноготную!

По крайней мере, сразу.

Надо его для начала прощупать.

– Наслышана о вашей теории, профессор, – осторожно начала я. – Вы считаете, что катализатором оборота может служить не природный минерал или металл, а другой дракон…

– Неплохо, неплохо. Мои идеи не получили широкого распространения, и то, что вы о них знаете, весьма похвально. Однако, если вы все знаете, если точно знаете свой катализатор… – Локвист на миг повернул голову к Лейтону, который был занят разговором с членом Правящего совета и на нас не смотрел. – Что вас останавливает? Насколько я могу судить по этим мельчайшим золотистым чешуйкам на вашей коже в области шеи и тыльной стороне ладоней, вы и так затянули дальше некуда.

Мельчайшим золотистым чешуйкам?

Не должно было быть никаких чешуек, никаких признаков, которые обычно появлялись у меня после контакта с черным драконом – ведь на лестнице Лейтон не касался моей кожи!

Вот и получилось прощупать, да.

Скрывалась-скрывалась, а теперь мой секрет о золотой крови узнают все?!

Высококровные уже видели?

Они заметили!

Не могли не заметить с их обостренным зрением и чутьем. Здесь в логове императора, где я, как на ярко освещенной витрине. Где все оценивают всех и разглядывают так пристально.

Кристалина была ко мне так близко, она-то уж точно… Может, сначала на эмоциях не придала этому значения, но обязательно придаст – не настолько же она тупая.

Я схватилась за горло. Подкатившая паника мешала сосредоточиться, но я постаралась взять себя в руки и определить, как выкрутиться из этой ситуации.

Чешуя уже появляется у меня самопроизвольно – сколько я ни читала о первом обороте дракона, подобного там не упоминалось.

Сбежать, пока меня не схватили?

Тут и думать было нечего – выход существовал только один…

Глава 32

Лейтон Уинфорд – вот мой выход.

Единственно возможный выход…

– О, не волнуйтесь. Их вижу только я. В силу… Некоторых особенностей своего зрения. Пока что только я, – подчеркнул мужчина. – Но даже завтра может быть уже поздно…

Облегчение от того, что никто из гостей не видел, смешалось с тревогой.

– Что это значит? Если не обернусь в дракона, то я… Что со мной станет?

– Вы не умрете. Но последствия первого оборота будут весьма и весьма… неприятными для вас. Знаете, в моей практике были случаи, когда дракон-трансформ затянул с первым оборотом. И ни к чему хорошему это не привело. Наиболее показателен пример одного кадета из АВД, в которой вы обучаетесь. По-моему, это было лет десять назад. Стеклянный дракон, сирота из приюта, влюбился в изумрудную дракайну, которая, к сожалению, взаимностью ему не ответила. Однако, она стала его катализатором.

– Такое бывает? Когда катализатор не отвечает взаимностью?

– Да, бывает так, что трансформ и катализатор не могут быть вместе. Не всегда их сводит взаимная страсть. Но иногда и безответная любовь. А иногда – ненависть. Порою же эта связь мутирует в нечто болезненное…

– Что с ним стало, с этим кадетом?

– Срок вышел, и он обернулся самопроизвольно. С формой дракона порядок, а вот с человеческим обличьем… Все плачевно. Стекловидная чешуя по всему черепу, а так же по телу, конусовидные зубы с заостренным краем, и, что самое печальное, половой орган, так же покрытый чешуей. Чего в человеческом обличье быть не должно. Сами понимаете, при половом акте данная чешуя будет топорщится, и причинять партнерше с нормально устроенной половой системой… некий дискомфорт. Я изучал его анамнез, пытался ему помочь. Однако последствия первого оборота необратимы и он остался таким на всю свою дальнейшую жизнь.

– Чрей Сучич! Этот кадет – Чрей Сучич, да? Я его знаю! И даже этот его… орган видела, – меня передернуло при воспоминании. – Но он говорил, что стал таким, потому что использовал для оборота катализатор – драконью кость!

– Не знаю, что он сказал вам, но я разбирался в его случае. Ни о какой кости там речи не шло. Он знал, что ему нужен активатор – та изумрудная дракайна. Я сам лично ему об этом сказал.

– Но… Если она, эта девушка, не любила его и не хотела… Как бы он мог принудить ее к… сексу?

Локвист замолчал.

Я вглядывалась в темно-зеленые стекла, пытаясь рассмотреть там хоть что-то.

– Знаете, в то время я работал в АВД. Преподавал. Эта история произошла прямо на моих глазах. У Чрея и Талии было зарождение чувств, симпатия, я бы даже сказал… Все могло бы сложиться. Если бы она в нем не разочаровалась. Трусоватая натура, пресмыкательство перед более сильными, драгоценными драконами. Унижение стеклянных по их науськиванию. Уж больно рьяно он хотел войти в их круг. Итог плачевен.

Я вспомнила Сучича – не знаю почему, но даже узнав про его трагичную историю любви к изумрудной, мне не было его жаль.

А ведь Лейтон что-то сказал про трусость, когда нес меня по коридорам охранки на руках. Но я тогда была в полубессознательном состоянии и уже не помню.

– Это значит, что если я не обернусь как можно скорее, то… Могу стать такой же как он? Лысой, с чешуей на голове, с пастью, полной акульих зубов? И с чешуей на…

Не дав мне договорить, Локвист едва заметно кивнул.

Я до боли закусила губу.

Могу ли я довериться человеку, которого вижу в первый раз в жизни?

Да и человек ли он?

Кто он? Почему так много знает?

Мысли метались, как бешеные, но я должна была собрать их воедино.

Локвист понял насчет золота. Он сказал про золотые частички, сделал на этом особый акцент.

– Скажите, что вам известно про золотую кровь?

На удивление, этот вопрос Локвист задал мне, а не я ему.

Я так долго искала источник информации – и вот он, передо мной!

– Мне ничего про нее неизвестно, профессор Локвист. Все попытки разузнать закончились провалом. Я спрашивала у преподавателей, искала в книгах… Вы… Вы можете мне рассказать? Я стану золотой дракайной? Что это значит? Кто они, золотые? Что это мне сулит? Почему про них никто ничего не рассказывает? Не знают? Скрывают? Это какой-то заговор?

Я забрасывала его вопросами, но осеклась, когда Локвист коснулся указательным пальцем губ.

Не знаю, каким образом, но мы с ним оказались у стены, в тени, рядом с одним из отгороженных занавесками альковов.

От него пахло чем-то сухим, приятным.

Запах сандала и нагретых солнцем камней, соли, горячей амбры…

– На всех, кто причастен к этой тайне, наложено вето. В том числе и на меня. И то, что я сейчас вам рассказываю, будет стоить мне пары лет жизни.

Ошарашенная, я уставилась на Локвиста.

– Так работает магия вето. Вижу, вам еще на занятиях в АВД не рассказывали про незыблемые обеты? Действенный способ заставить не болтать лишнего, не так ли, милая Тесса? Я ведь не ошибся с именем, верно?

– Что же это за тайна такая, которую нужно оберегать такими… способами?

– Здесь не время и не место для ответа на этот вопрос.

– Могу хотя бы спросить, откуда вы знаете мое имя?

Мужчина легонько усмехнулся.

– Слухи замалчиваются, причем на самом высшем уровне. Но кое-где уже поговаривают о некой кривовке из АВД, которая свела с ума самого легендарного майора Лейтона Уинфорда, заставив его позабыть о своей прекрасной высококровной невесте…

– Лейтон в любом случае женится на своей высококровной невесте, – сухо проговорила я. – Я не собираюсь становиться в этой паре третьей.

– Вы в своем праве. Полагаю, учитывая вашу кровь, одного раза для инициации вам хватит. Даже более того…

Локвист замолчал, а у меня сердце ушло в пятки.

Показалось, он скажет что-то страшное.

Губительное.

– Последующие разы… Нежелательны.

– Почему?

– Из-за сорта вашей крови возможны… Некие аномалии в обычных взаимоотношениях трансформа и активатора.

– Вы говорите про детей-мутантов? Офицер Кан показывал, что от моей крови и крови черного дракона могут получиться… уродцы.

Последнее слово я произнесла едва слышно.

– Кан сказал вам этот бред? Серьезно? – Локвист засмеялся и понизил голос. – Если хотите знать, дети у вас с майором Уинфордом получатся сильнее вас обоих, вместе взятых. Дело вовсе не в них. А в вас… В вашей крови.

– Что с ней? – одними губами спросила я.

На этот раз Локвист замолчал надолго.

Я уже не надеялась на ответ.

Но он ответил.

– Вы – убийца. Идеальный воин. Лишь черная кровь может сравниться с вами по силе и мощи. И вполне возможно, что… Войдя с ним в слишком близкий контакт, обретя эту связь и постоянно питая ее физически, вы почувствуете непреодолимое желание ликвидировать того… Кто делает вас уязвимой. Вы захотите его… Убить.

Я смотрела на Локвиста во все глаза, но видела только круглые стекла очков.

– Я не уверен в этом на все сто процентов, но хочу предупредить, что вероятность того, что у вас включится этот инстинкт, высока, Тесса. Кстати, эта информация стоила мне еще пары лет…

У бабули Клавдии была допотопная круглая стиральная машинка с такой штукой сверху – двумя отжимными валиками, через которые с помощью ручки нужно было прокручивать белье для отжима.

Вот так я себя сейчас чувствовала.

Как будто меня несколько раз перекрутили через эти валики.

Я всегда привыкла полагаться лишь только на одну себя.

Не было ли в этом подвоха?

Могла ли я…

Доверится?

– Простите. Зачем вы рассказываете мне это? Зачем жертвуете ради меня… таким?

– Я просто хочу… Полюбоваться на вас в небесах. В лучах солнечного света, смертоносная и свободная, вы будете очень красивы.

С этими словами Локвист снял очки.

А я отшатнулась.

Его глаза были жуткими – глазные яблоки отсутствовали. Вместо них в провалах глаз Локвиста клубился и завихрялся песок.

– Песчаный дракон. Вы – песчаный дракон? Вы – враг Драковии!

– О нет, милая Тесса. Я вовсе не враг. Я перешел на сторону Драковии, когда вы еще даже не появились на свет. Песчаные драконы живут столетия, вы знали об этом? Потому правители Драковии и затеяли с нами войну – их не интересует пустыня. Их интересует секрет нашего долголетия.

Локвист внезапно приложил свои очки об мраморную колонну и они разбились с хрустом, который показался мне оглушительным.

Хотя он таким, разумеется, не был – в атриуме раздавались звуки арф и шумела толпа.

Локвист вытащил один небольшой, совсем крошечный осколок из дужки и, внезапно крепко схватив мою ладонь, вдавил в нее этот кусочек стекла!

Вначале было больно, а потом я почувствовала, как стекло вошло прямо в кожу, растворилось в ней без остатка и каких-либо следов.

– Что вы сделали?!

– То, что поможет вам выжить до того момента, когда придет ваше время. Пока же скрывайте свою кровь, Тесса.

– Как я ее скрою, если золото…

Локвист склонился к моему уху и тихо проговорил несколько слов.

После чего сразу же отодвинулся и сказал уже нормальным голосом:

– Сделайте это. Вы сами хотите. Я вижу.

Сделайте это.

Сделайте…

Как же спокойно, отстраненно он сказал.

Но о каком спокойствии вообще могла идти речь?

Атриум расплывался в отдельные блестящие алые пятна, красивые лица мелькали передо мной в бешеном калейдоскопе.

Вихрь мыслей, эмоций и чувств – я изменила своему обычному самообладанию и никак не могла взять себя в руки.

Сухой голос Локвиста шелестел в сознании, словно пересыпающийся песок.

Вы – убийца. Идеальный воин.

Я захочу его ликвидировать…

Я захочу его убить…

Изо всех сил вжала ногти в кожу ладоней.

Что ж, я предполагала, что золотая кровь таит в себе нечто шокирующее. Вот только менее шокирующим оно от этого не стало.

Мне не хотелось думать, что Локвист преследует свои цели.

Уинфорд не мог не знать, что Локвист – песчаный, и все-таки пригласил его преподавателем в АВД.

Уинфорд…

Я нашла Лейтона глазами – он разговаривал со Штормом, причем практически так же, как и я с Локвистом, незаметно так, в тени, в стороне.

Но дракон в фиолетовом достаточно быстро отошел, оставив черного в одиночестве.

Уинфорд, который то находился в компании офицеров, то своего отца, то невесты, явно ненадолго остался один. С Кристалиной, кстати, он взаимодействовал всего лишь раз – они позировали для газетного снимка, не перекинувшись и парой фраз. Криста скалилась во все свои блестящие белые зубы, а вот Лейтон даже не улыбался, меньше всего походя на счастливого жениха перед свадьбой.

Момент показался подходящим, тем более он оказался как-то в стороне ото всех – рядом с черным драконом никого не было.

Смелее, Тесс!

На негнущихся ногах я подошла к Лейтону и замерла, глядя на него снизу вверх.

Показалось, что меня затягивает в бездну.

Что я сама и есть эта бездна.

И это ощущение мне неожиданно понравилось.

– Я хочу тебя, Лейтон, – с какой же мягкой, вкрадчивой, нежной хрипотцой прозвучало в моих устах его имя. – Займись со мной сексом.

В следующее мгновение показалось, что потолок из рубинового стекла с оглушительным звоном лопнул над головой.

Мне показалось, что мир вокруг взорвался, а я осталась одна целая и невредимая в эпицентре этого катастрофического взрыва.

В его голубых глазах.

И ничего и никого больше не стало на целом свете.

С некоторым опозданием поняла, что именно в эту секунду в атриуме воцарилась звенящая тишина.

Полупрозрачный «лазерный» полог, который отделял Радиона и его советников от остальных гостей исчез. Только Шторм немного торопливо, поспешно занял свое место.

Почти все помещение погрузилось во тьму, и лишь на площадку прямо перед троном и креслами совета пустили луч света софита, который ярким круглым пятном лег на мраморные плиты пола.

В пространстве, ограниченном этим колпаком света, закружились лепестки роз, зазвучала приторно-сладкая романтическая музыка.

Стюард Радиона, который стоял у подножья трона, торжественно объявил на всю залу:

– А сейчас дракон черной крови, майор Лейтон Уинфорд и его прекрасная невеста, дракайна сапфировой крови леди Кристалина Вадэмон скрепят свой будущий брачный союз предсвадебным танцем на радость императору Радиону и всем драконам империи. Любуйтесь на самую красивую пару Драковии!

Упс!

Вот и выбрала подходящий момент.

Впрочем, свою информацию я до Лейтона донесла, и наверное, он…

Додумать не успела.

Глава 33

Чего я совершенно не ожидала, так это того, что Лейтон подхватит меня на руки и понесет из атриума прочь.

Хотя, наверное, потащит, как хищник свою добычу, было более правильным определением.

Самое интересное, что в зале было достаточно темно, и взгляды всех были прикованы к этому яркому световому пятну, так что никто особо и не заметил, как он меня умыкнул.

Он что, серьезно собрался сделать это прямо сейчас, даже не станцевав для императора со своей высококровной невестой?!

На лестнице к Лейтону подскочил Руперт Аллиот, бледный, как полотно.

Уинфорд шел так быстро, крепко прижимая меня к себе, что адъютант едва поспевал за ним.

– Майор, вы должны танцевать с Кристалиной Вадэмон. Государь ждет. Ваша невеста ждет. Правящий совет ждет. Ваш отец ждет. Империя ждет!

– Объясни, что одной гостье конвивиума стало плохо, – спокойно проговорил Лейтон, но, прижатая к его груди, я чувствовала, что это спокойствие очень обманчиво и хрупко. – Я не мог наплевать на ее состояние и повез в больницу. Передай императору мои искренние извинения. Если на тебя будет оказано давление, ссылайся на меня и подчеркни, что она кривовка. Ведь сам Радион не раз говорил о том, что мы, как драконы, должны заботиться о коренном населении, на землях которого проживаем. Работай.

Я просто не могла в это поверить! Он отказался от танца с Кристалиной ради того, что я ему сказала…

Лейтон на пару мгновений оторвал темный, как сама бездна, взгляд от меня и велел адъютанту:

– Не беспокоить. Даже если Кривой орден будет штурмовать Четырехгранник, а химеры прорвут морскую оборону и вторгнутся в столицу империи – не беспокоить меня ни при каких обстоятельствах. Иначе вырву крылья.

Руперт вернул себе нормальный цвет лица, коротко кивнул и исчез из поля зрения.

А Лейтон прошествовал, но не на лестницу, которая вела вниз, к выходу из пирамиды, а в какой-то боковой коридор, в котором гулял бешеный сквозняк.

Он вел на огромную открытую площадку без перил – столица империи распростерлась внизу миллионами огней, а я смотрела на нее с высоты птичьего полета, и сердце замирало от такой высоты.

Но еще больше от того, как он сжимал меня в объятиях…

Я даже понять ничего не успела, как огромный черный дракон воспарил с Четырехгранника в небеса.

А я оказалась сидящей на его спине, обнимающей руками мощную чешуйчатую шею монстра.

Я не могла поверить, что это не сон, но чувствовала под ладонями горячую черную чешую, такую приятную на ощупь, видела по бокам два вздымающихся перепончатых крыла, ощущала под собой могучее тело монстра в острых шипах и наростах.

Я видела, как быстро и резко Лейтон летает в своем драконьем обличье, какие головокружительные пике заламывает, но он несет меня, на удивление, осторожно и плавно.

Без тряски, без холодного ветра в лицо, без крутых поворотов – полет над древним величественным городом вызывает во мне лишь только детский восторг.

Неужели, скоро и я так смогу?

Неужели я совсем скоро стану такой же, как он?

Да, да, да – коротко рыкнула сущность во мне, которую совсем скоро мне предстоит принять.

А вдруг что-то пойдет не так? Вдруг уже поздно, и первый оборот вызовет необратимые изменения в моей человечьей ипостаси, как у Сучича?

Я привыкла к своей внешности, сроднилась с ней, и черты моего собственного облика, того, с которым я родилась в другом мире, поблекли в памяти, как давняя фотография или краски на старом портрете.

Иначе, как Тессой Кук я теперь себя не ощущала.

Так же, как почти не ощущала волнения перед тем, что предстоит.

Лишь только чувство полета, чувство свободы и… предвкушение.

Ладони предательски потели, а сердце билось все чаще и чаще при мысли о том, что я затеяла.

Какие слова ему сказала.

Вопреки привычке рассчитывать свои действия, я ведь даже не продумала, что буду говорить – выпалила, даже не раздумывая.

Я хочу тебя, Лейтон.

Эти слова звучали в моей голове, и от них что-то сжималось внутри – сладостно и тягуче.

Я вытащила шпильки из надоевшего пучка и разжала пальцы, встряхнув волосами.

Освобожденные пряди легко взметнулись от порыва ветра – как это было приятно.

Как было приятно ощущать его бедрами и вдыхать, и вдыхать запах холода и северного моря.

Я бессознательно гладила антрацитовую чешую, наслаждаясь жесткой стальной текстурой чешуек под пальцами, и существо, притаившееся внутри меня, довольно урчало «Да-а-а-а…».

Ожидала, что он несет меня на остров, в свои апартаменты в Офицерской башне.

Но нет – черный дракон стал снижаться над дальним от центра города кварталом, расположенном в предгорье.

Я знала, что у Лейтона в фешенебельном районе Драковии имеется свой собственный личный особняк.

Значит, все произойдет именно здесь, а не в Академии…

Эта мысль мне понравилась.

Дома здесь были расположены довольно далеко друг от друга и укрыты верхушками высоких изумрудных елей.

Что, наверное, было хорошо со стратегической точки зрения – дом Лейтона с воздуха не просматривался.

Дракон плавно опустился на землю на берегу обрамленного скалами озера с небольшим водопадом. На берегу озера высился дом.

Абсолютно в стиле Лейтона – стильная сдержанная роскошь без лишней помпезности, вычурности. Благородные и сдержанные черные, темно-кофейные тона, цвет слоновой кости.

После кричащих алых интерьеров императорского Четырехгранника, после его помпы и шумной суеты конвивиума – молчаливое величавое спокойствие этого места для меня как глоток свежего воздуха.

Самое удивительное, что благодаря своему расположению на склоне с одной стороны дома – природа, а с другой открывается шикарный вид на всю Драковию, залитую огнями, и даже рубиновый четырехгранник виден.

И открывается он из спальни с панорамным остеклением, куда Лейтон меня заносит.

Ставит на пол и подходит к столу, наливая из графина в два стакана жидкость ядовито-зеленого цвета.

Поворачивается ко мне, смотрит своими голубыми глазами, похожими на шторм, и протягивает бокал.

Делаю глоток сладко-горького напитка. Холодный край стакана обжигает губы, как лед.

– У меня одно условие, майор. Только одна ночь. И после мы с вами забудем об этом. Вы разжалуете меня из своих служанок – больше никаких уборок, идиотских заданий и платьев из секс-шопа. Я спокойно и без лишнего внимания закончу АВД, а вы женитесь на Кристалине Вадэмон, предварительно обезопасив меня от ее ревности и гнева. Я просто хочу спокойно закончить Академию. Больше мне ничего от вас не нужно.

– Это уже далеко не одно условие, – усмехается он.

– В целом – одно, просто с парой развернутых пунктов.

– Я подпишу приказ, что ты – больше не моя личная служанка, Тесса Кук.

Лейтон сам чокается со мной бокалами – громкое соприкосновение стекла, и одним махом опрокидывает свой.

До дна.

– Рада, что мы пришли к общему знаменателю, майор.

Делаю то же самое, оставив лишь пару глотков. Пьянящая жидкость разливается внутри жидким изумрудным блеском и парящей легкостью.

Остро-жгучим предвкушением, от которого низ живота сводит непривычной, но сладкой судорогой.

Лейтон стоит, не шелохнувшись, не делая никаких движений ко мне – только смотрит сверху вниз глазами, напоминающими смертельный водоворот, и властно приказывает:

– Поцелуй меня. Сама.