Текст книги "Доверяя тебе (СИ)"
Автор книги: Мариса Джули
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 29 страниц)
– Не твое дело, Уайт. А вы с той блондинкой спали?
Не сразу понимаю, про кого она, пока в голове не всплывает то самое лицо. Она про девчонку, которую мы делили с Айзеком в поцелуях и которая впоследствии сидела на моих коленях. Хмыкаю и подмигиваю ее отражению.
– Не твое дело, Дэвис.
Ухмыльнувшись, она ополаскивает рот и лицо, а после машет пальцами, раскидывая капли во все стороны, в том числе и на меня.
– Домой? – спрашиваю я.
– Сначала найти Рейвен и узнать, что за хрень произошла ночью.
– Оставь это на другой день, не думаю, что они целовались на трезвую голову, где бы они ни были, сейчас у них сильное похмелье.
Далия шлепает себя по карманам джинсов.
– Где мой мобильник?
– На тумбочке, рядом с моим.
Она прикладывает ладонь ко лбу и тяжело вздыхает.
– Вообще ничего не помню. Надеюсь, хотя бы разделась я сама и мы не помогали в этом друг другу.
Вывалившись из ванной более посвежевшие, берем свои телефоны и спешим свалить из комнаты, а желательно и из всего дома. Далия что-то быстро печатает, скорее всего подружкам. В общем чате команды пишут, что у всех все окей, но есть еще одно сообщение и оно заставляет меня напрячься.
Брэд: прежде чем тявкать на всех, разберись в своих чувствах. Ты увел ее у меня из-под носа. Все еще будешь отрицать, что делаешь это не из личного интереса?
Я решаю проигнорировать его. Мне не хочется цапаться с ним с утра по раньше, а еще я понятие не имею, здесь ли он или уже свалил.
Дом выглядит так, как будто внутри него произошел взрыв из вещей и предметов. Все валяется, некоторая мебель перевернута или стоит набекрень. В гостиной на полу лежат тела, девчонки вырубились на креслах и диванах, а парни у их ног на паркете, кто-то вовсе спят в обминку, даже умудрились улечься на длинной тумбочке под телевизором. Полнейшее безумие.
Далия смотрит на всех с отвращением и, найдя свою куртку среди кучи в прихожей, выходит из дома, а я следую за ней. Сегодняшнее утро намного холоднее, словно весна вовсе не приближается. Видимо, ночью стукнул небольшой мороз, лестницы немного заледенели. Я не успеваю сказать девушке, чтобы была аккуратнее. Сделав шаг на последнюю ступеньку, она поскальзывается назад, летит прямо на меня. Мой мозг, который одолело похмелье, не успевает вовремя среагировать и вот мы уже лежим на лестнице. Я под Далией, принял весь удар на себя. Из моей груди вырывается болезненный стон, поясница словно раскололась на две части. Я уже падал подобным образом однажды и отделался легким ушибом, надеюсь, это падение не стало исключением.
– Боже мой, Килли! Прости, бога ради! – вскрикивает лис, соскакивая с меня и, крепко держась за поручень, поворачивается ко мне лицом. – Ты не умер?
– Почти, но нет, – хриплю я.
Медленно поднимаюсь, давая себе прислушаться к телу. Боли в пояснице от подъема нет, что уже меня радует. Взявшись за перила, встаю на ноги и медленно разгибаюсь. Больно, но живой и ноги ходят. Порядок.
– Давай я поведу? – предлагает она.
– Ни в коем разе, ты точно нас убьешь.
– Да брось, я хорошо вожу.
– Все в порядке, не парься, идем. Держись за меня, второе такое падение я точно не переживу.
Послушно взяв меня за локоть, мы направляемся к машине, и я помогаю Далии усесться без травм, после чего плюхаюсь на водительское сиденье и еще раз шевелю руками и ногами, дабы убедиться, что точно ничего не отказало. Реально порядок. Отлично.
– Я написала девчонкам, что уехала с тобой, чтобы они не переживали.
– Не факт, что они вообще до сих пор в этом доме. Кто-то ответил?
– Нет.
– Полагаю, обе еще в отключке. Парни тоже, последний раз они писали в общий чат в четыре утра.
Помявшись, Далия поворачивается ко мне всем верхним корпусом и, скинув с плеч расстегнутую куртку, запускает руки в волосы, перебирая их. Ее рот то открывается, то закрывается. Хочу сказать ей, чтобы перестала мяться и уже объяснила, что ее тревожит, но молча жду.
– Слушай, Киллиан? – выдавливает она из себя. Буквально выдавливает, будто не разговаривала тысячу лет и теперь ей тяжело даются слова.
– Продолжай, Далия, – спокойно подталкиваю ее я, свернув на дорогу, ведущую к нашему дому.
– То, что происходит между нами… Ты ведь заметил, да?
– Что конкретно ты имеешь в виду? – не понимая имеет ли она в виду возникшее напряжение или наше желание трахнуть друг друга. Надеюсь, не второе. Не уверен, что смогу сказать хоть что-то вразумительное по этому поводу.
– Последние несколько месяцев, когда мы вдвоем, становится неловко. Раньше такое бывало только на публике, но сейчас происходит даже когда мы наедине. Я перестала понимать тебе и то, что сказал Брэд… – она резко захлопывает рот, будто сказала то, что не планировала.
Подъехав к светофору, торможу на красном и поворачиваюсь к ней. Не хочу даже слышать о Кэмптоне. Желаю, чтобы она полностью забыла о его существовании. Какого черта он ей там наплел? Я видел азарт в его глазах этой ночью и мне это не нравится, как будто получив Далию, он еще и хочет разозлить меня, вывести из себя, чтобы я точно сделал что-то плохое. Ему скучно, я сразу это понял. Брэд адекватный, только когда не испытывает скуки. Ему надоели киски, которые липнут сами? Деньги родителей? Статус популярного парня школы? Отчего именно он заскучал настолько, чтобы втиснуть свое дерьмо внутрь нашей команды?
– Договаривай, – железно произношу я и, сжав зубы, чтобы не выпалить что-то злое, отворачиваюсь на дорогу.
– Неважно, – периферийным зрением вижу, как она качает головой. – Мне не нравится то, что между нами происходит. Ты был моим лучшим другом с самого детства и мне не нравится, что мы это теряем.
– Может, тебе стоит перестать делать что-то назло мне и тогда все станет, как раньше?
– На зло тебе, что ты имеешь в виду? – хмурится она и сцепляет руки в замок.
Мы вновь смотрим друг на друга.
– Ты знаешь, как мне не нравится твое общение с Брэдом, и что ты в итоге делаешь? Садишься к нему на колени прямо перед моим носом, чтобы позлить меня. Мы друзья, лис, но твои действия сбивают меня с толку и заставляют злиться. Я устал цапаться с Кэмптоном. Напомню, что я просил держаться подальше от моей команды.
– Я сажусь на колени, потому что мне этого хочется, а не чтобы тебя позлить, не думал об этом? Я девушка, Киллиан, молодая и сносная на внешность, это нормально, что мне может понравиться другой парень, что я могу захотеть его внимания, как и его самого. Прости, что этим кем-то оказался Брэд, но ты не мой и не его папочка, чтобы решать за нас общаться нам или нет! – говоря все это, она словно не дышит, слова льются быстрее, чем я способен их осознать.
Покачав головой, замолкаю и еду дальше, крепко держа руль. Не собираюсь продолжать этот разговор, мы не способны взаимодействовать нормально, и я не шутил, говоря, что устал. Мне надоело это все, но больше всего, я надоел себе сам, просто потому что не способен разобраться в самом себе и закрыть этот вопрос.
– Скажи мне честно, Килли, я тебе нравлюсь?
От ее вопроса мое сердце на миг перестает биться.
Глава тринадцатая
Далия
Слова вылетают из моего рта, не оставляя мне и шанса их удержать. Ужасно хочется взять их обратно, они такие неправильные и ни к месту, сказанные чересчур неожиданно. Это не должно было произойти так. Почему это вообще вылетело из моего рта?
Облизнув губы, смотрю перед собой, в лобовое стекло, где перед глазами пролетает знакомый пейзаж. Мы уже почти у дома, нам осталось ехать не больше пяти-десяти минут. Уверена, что Киллиан промолчит всю дорогу и я даже не обижусь. После нашего небольшого разговора с Брэдом на вечеринке, идея узнать причину поведения Киллиана въелась мне в голову. Желание все понять и решить, терзает изнутри. Мы должны в этом разобраться, либо прекращаем любое общение. Нам тяжело быть друзьями и это больше не может так продолжаться.
– Да, Далия, – вдруг раздается низкий голос. – Ты мне нравишься. Очень. Вот только все не так, как ты думаешь. Ты нравишься мне как друг, мне приятно общаться с тобой, наверное, я даже люблю тебя, как сестру, и хочу уберечь от любых плохих ситуаций, подарить спокойствие и безопасность. Но только и всего. Ты… не привлекаешь меня, как девушка, я не хочу, чтобы ты была только моей и не хочу тебя так, как ты представляешь это себе. Так понятно?
Это нормально, что я чувствую боль от его слов? Что мне хочется забрать свой вопрос обратно и никогда его не задавать?
А чего ты ожидала, девочка? Что Киллиан Уайт скажет, что хочет тебя? Скажет, что все это время вел себя, как придурок, потому что хотел, чтобы ты была с ним? Я так наивна и глупа. Наверное, Килли прав и я еще совсем ребенок, не способный совладать с собственной жизнью. Пусть и ровесник, но парень умнее и зрелее меня. Он просто защищает меня, потому что считает, что обязан, потому что был рядом с самого детства.
Сглотнув неприятный ком, прикрываю глаза и больше ничего не говорю. Не хочу ничего слышать, не хочу задавать вопросов, мое сердце не выдержит, если еще раз услышу, что совсем никак не волную его.
Мы доезжаем до дома быстро, как только машина останавливается, я вылетаю, как пуля, и быстро бегу ко входу. Слышу, как Киллиан заезжает в гараж, как включает сигналку, слышу шум закрывающегося гаража и спешу убраться в свою комнату.
Но торможу прямо на входе в гостиную. Папа сидит на кресле, закинув ногу на ногу и, сложив руки на груди, поднимает на меня злой взгляд. Мне конец. Особенно с учетом количества пропущенных, которые я увидела утром и проигнорировала. Черт, я планировала написать ему сообщение. Но забыла.
За спиной становится жарко, когда вошедший в дом Киллиан останавливается рядом.
– Поздравляю с победой, – низким голосом говорит папа парню, тот молчит. – О чем мы договаривались, Киллиан?
Слышу судорожный вздох за спиной, а потом теплую ладонь на голой полоске поясницы, под курткой, которую не успела снять. Киллиан прикасается ко мне так, когда папа злой, безмолвно говоря этим, что он рядом и сейчас все решит.
Но что отец имеет в виду задавая этот вопрос Уайту?
Услышав шаги по лестнице, перевожу на нее взгляд и вижу маму, медленно спускающейся вниз. Выражение ее лица не менее злое, чем у папы. Я знаю, что она не будет меня ругать. Каждый раз, когда отец занимался моим воспитанием, она была якорем, который сдерживал его от злости. Вот и сейчас несмотря на то, что она злится на меня не меньше него, все равно подходит к нему сзади и кладет ладони на его плечи, сразу сжимая.
Меня восхищает то, как папа любит ее. Она просто прикоснулась к нему, а он уже расслабился, опустил плечи и, подняв голову, смотрит на нее с неописуемой нежностью. Расцепив руки, кладет свою ладонь поверх ее.
– Оставь нас, принцесса, – мягко говорит он маме и даже у меня появляются бабочки от этого прозвища. Папа называет ее так с момента их знакомства. В тайне я мечтаю о такой же любви, как у них.
– Нет, – твердо отвечает мама и он не спорит. Он никогда с ней не спорит, вместо этого его взгляд снова возвращается на Киллиана и хватка парня на моей пояснице становится сильнее.
– Хантер, прости, мы загулялись и я не смог вызвать ей такси, – начинает Килли, но папа останавливает его рукой.
– Я спущу это все, так как это первый случай, но, Далия, если еще хоть один раз ты оставишь мои звонки без ответа, я буду вынужден наказать тебя. Не думаю, что ты хочешь просидеть месяц дома, не имея возможности даже увидеться с друзьями, милая. Пока тебе нет двадцати одного, пока ты хотя бы не закончила школу, ты не можешь так поступать, а я не могу постоянно напоминать Киллиану о важности возвращать тебя домой. Никаких ночевок на пьяных вечеринках, услышала меня?
Киллиан отправлял меня домой на вечеринках, потому что отец просил его об этом? Значит ли это, что Килли оберегает меня только по просьбе папы? Я не знала об этом и это вызывает у меня какие-то странные чувства, даже злость. Я не хочу, чтобы со мной носились не по собственному желанию.
Заведя руку за спину, больно щипаю кожу Киллиана и слышу тихое шиканье.
– Да, папочка, – в итоге отвечаю я, состроив виноватое, ангельское личико. Я знаю, что, если бы мама не пришла, нам бы досталось намного больше и мы бы не отделались таким быстрым разговором.
Взгляд папы смягчается, он продолжает поглаживать ладонь мамы, лежащую на его плече.
– Я рад, что вы в порядке. Не заставляйте меня больше так беспокоиться.
– Я бы не позволил, чтобы с Далией что-то случилось, дядя, – говорит ему Килли.
– Можете идти.
Я отхожу от Киллиана, его рука соскальзывает с моей поясницы и на коже появляется неприятный холод, хочется вновь прижаться к нему. Мы ничего не говорим, когда поднимаемся наверх. Каждый расходится по своим комнатам и, устало упав на кровать, зарываюсь лицом в подушку. Думаю о том, как мы проснулись сегодня утром вместе, в неизвестной кровати, обнаженные до белья. Это так странно. Почему мы разделись? Воспоминания о ночи все еще туманны, но теперь я убеждена на тысячу процентов, что мы не целовались и уж тем более не занимались сексом. Самое худшее, что от этого мне становится еще более грустно.
Я не вылезаю из комнаты до самого вечера и, приняв душ, лежу в постели в шортах и футболке, с коконом из полотенца на голове. В моей руке телефон с открытой перепиской с девочками. Вот уже двадцать минут мы стараемся узнать, какого хрена произошло между ней и Айзеком ночью.
Рейвен: это просто отвал башки, девочки. Утром я проснулась в объятиях этого баскетболиста-придурка, но мы оба были одеты, так что все окей. Все, до конца учебного года никакого алкоголя!
Грейс: я вообще переспала с хозяином дома, о чем может быть речь?
Хлоя: фу, Мэтью же ни о чем, как тебя угораздило?
Грейс: кажется, я его с кем-то перепутала. Но, знаете, его член был довольно не плох, так что я ни о чем не жалею.
Эйден: ты отвратительна.
Рейвен: Ден, если бы ты была с нами, ничего из этого бы не случилось.
Далия: я все еще хочу узнать, как вы с Айзеком пришли к тому, чтобы поцеловаться.
Рейвен: я не помню, но мне понравилось. Пусть он и грозный, тупой спортсмен, но целуется классно.
Далия: и утром вы ничего друг другу не сказали?
Рейвен: я умудрилась свалить до того, как он проснулся. Этот чувак дрыхнет, как убитый, он даже не почувствовал, когда я скидывала с себя его руки. Кстати, мы были одеты, но он был без футболки. Девочки, это что-то, у него охрененное тело. Но он все еще придурок, не думайте, что я примкнула на сторону зла.
Закатив глаза, продолжаю переписываться с ними обо всяких мелочах, когда сверху мобильника появляется всплывающее окошко с сообщением от Брэда. Мне немного стыдно перед ним, ведь, пойдя в туалет, я так и не вернулась и даже ничего ему не написала. Утром я увидела от него сообщение с вопросом в порядке ли я, но так и оставила его без ответа. Был ли он в курсе, что я ушла с Киллианом?
Брэд: скажи, что все хорошо. Я не хочу звонить кэпу, но ты начинаешь меня беспокоить.
Далия: прости. У меня такое сильное похмелье, что я совсем забыла ответить. Мне нужен был дом и душ. Извини, все хорошо. Мы с Киллианом приехали домой.
Брэд: я увидел, как вы вчера ушли вместе наверх. Между вами что-то было?
От такой прямолинейности мои глаза расширяются. Мне не очень нравится, что он задает подобные вопросы, и я по-прежнему помню, что он говорил насчет нас с Киллианом на вечеринке. Намерения Брэда мне все менее понятны и, может быть, когда я буду в более лучшем физическом состоянии, то мы это обсудим.
Далия: нет, не было.
Я вижу три точки, он что-то пишет, но меня отвлекает стук в дверь. Это не Киллиан и, крикнув «войдите», вижу папу. От его злости не осталось и следа, наоборот, на лице четко выражено некое беспокойство. Его вид делает меня серьезнее и, заблокировав телефон, откидываю его в сторону, сажусь, подтягиваясь на руках к изголовью.
Папа не спешит проходить вглубь комнаты, смотрит по сторонам так, будто видит ее впервые, трогает рукой шкаф, невесомо проводит по стене, а после выдыхает и наконец-то подходит ближе. Присев сбоку от меня, он кладет свою ладонь мне на колено, бережливо поглаживая его.
– Пап? – недоумеваю я.
Он еще раз выдыхает.
– В последнее время мы мало общаемся. Ты растешь и практически не нуждаешься в том, чтобы проводить со мной время. Этой ночью, когда ни ты, ни Киллиан не ответили на телефон, я очень волновался. Благо у меня есть номер оболтуса Айзека и тот сказал, что вы с ним на вечеринки в честь победы «Хейзов». Я… все ли у тебя хорошо, милая? Никто тебе не обижает? Киллиан или еще какие-то парни?
Отец выглядит так мило, что, не сдержавшись, встаю на колени и обнимаю его за шею, прижавшись щекой к его голове. Ухмыльнувшись, он поглаживает меня по руке.
– Ты моя маленькая пуговка, – тихо произносит мужчина. – Я очень люблю тебя, Далия, ты же знаешь?
– Так же сильно, как и маму?
– Маму я люблю другой любовью.
– Однажды я хочу встретить человека, который будет любить меня так же, как ты маму, – признаюсь я.
– И ты обязательно такого встретишь, а если он посмеет любить тебя хуже или вообще обидеть, я переломаю ему все ноги.
Теперь ухмыляюсь уже я.
– Меня никто не обидит, пока рядом такие чудесные защитники, как ты и Киллиан. Сейчас у меня все хорошо, поэтому не переживай. Прости, что в последнее время почти не провожу с тобой время, я это исправлю.
– Не надо ничего исправлять, солнце, это нормально в твоем возрасте, сейчас тебе интереснее со своими друзьями.
На миг мне хочется рассказать о том, что у меня происходит на любовном фронте, но я передумываю. Папа не сможет отреагировать нормально, мама уже говорила мне, что он очень переживает по поводу этой темы. Для него в мире нет и никогда не найдется подходящего парня для его дочери.
– Я люблю тебя, папа.
Он поворачивает голову и тянется вверх, к моему лбу, оставляя на нем нежный поцелуй.
– Если что, ты же знаешь, что всегда можешь поговорить со мной?
Мы смотрим друг на друга несколько секунд, а после я киваю и улыбаюсь ему. Через некоторое время он встает и выходит, а я вновь остаюсь одна. Телефон жужжит от уведомлений, однако я не обращаю на них никакого внимания. Мне сейчас совсем не до этого.
Мысли снова возвращаются к сегодняшней ночи. Пытаюсь вспомнить больше эпизодов, вспомнить, как мы с Киллианом пришли к тому, чтобы раздеться и уснуть вместе, но в голове пустота. Я не хочу, чтобы подобное произошло вновь, мое сердце не выдержит такого. Ощущение, будто из-за того, что мы отдаляемся, я начинаю хотеть его еще сильнее. Мне страшно от одной мысли, что все общение сойдет на нет и я стану одной из девочек школы, которые втайне пускают на него слюни, даже не имея возможности сказать ему «привет».
Выйдя из комнаты, подхожу к его двери и стучу в нее. По ту сторону тишина и, слегка ее приоткрыв, заглядываю вовнутрь. Пусто, кровать смята, на спинке стула валяется мокрое полотенце, а рядом, на полу, горка вещей, в которых он был сегодня.
– Он в моем тату-кабинете, – раздается басистый голос дяди Мэйсона за спиной, я подскакиваю от испуга. – Прости, Дал, не хотел тебя напугать. Привет.
Дядя Мэйсон взрослая версия Киллиана, они так похожи, что это даже жутко.
– Привет, дядя, – улыбаюсь я ему, – спасибо.
Когда я прохожу мимо, он успевает слегка потрепать меня по голове, любит делать это с самого детства.
Оказавшись у тату-кабинета, в котором Мэйсон в последнее время практически не бывает, легко толкаю дверь и тихо захожу внутрь. Понятия не имею, зачем я здесь, у меня в планах даже не было поговорить с ним. Наверное, это уже своего рода привычка, искать его, когда становится скучно. Мне нравится даже просто сидеть рядом с ним и абсолютно ничего не делать. Раньше мы часто могли лежать в его или моей постели, молча залипая в телефон. В миллионный раз повторяю, как сильно мне не нравятся все эти изменения, возникшие между нами.
Я останавливаюсь у порога, когда вижу Киллиана сидящим на табурете без футболки, в одних спортивных шортах и черных латексных перчатках. Он смотрит на свой бок, машинка приятно жужжит на всю комнату, пока он старательно выбивает что-то непонятное на своей загорелой коже. Это тело… боже, ну почему он такой сексуальный?
Делать тату его научил отец еще лет в шестнадцать. В школе запрещено показывать татуировки, поэтому они все находятся у него там, где их можно спрятать под одежной. На самом деле их очень мало, но они красивые. Я бы хотела, чтобы однажды он сделал мне татуировку, в моей голове это действие выглядит чертовски возбуждающе.
Звук машинки прекращается, голова Киллиана поднимается и он хмуро смотрит на меня. Почему его взгляд такой неприветливый? До сих пор раздражен из-за того, что мы обсуждали в машине?
– Далия, – произносит парень и замолкает, безмолвно спрашивая, что я тут делаю.
Еще раз обведя взглядом его тело, сцепляю руки в замок за своей спиной и прохожу вперед. Я смотрю на баночки с краской, на насадки для машинки, на средства и различную технику для тату, любуюсь эскизами дяди Мэйсона из молодости, которые он сделал и запечатлел в рамки.
– Мне нечем заняться, – говорю я, все еще не смотря на него.
– И ты нашла меня, чтобы убить скуку?
– Возможно, – проведя пальцем по статуэтки кота-демона, поворачиваюсь к Киллиану и смотря на его бок. – Что бьешь?
– Добью и увидишь, – сухо отвечает он и снова продолжает свое занятие, игнорируя меня.
Я медленно подхожу ближе и, остановившись рядом с его коленями, наклоняюсь и опираюсь ладонями на его мощные бедра. Я слышу его вздох, потом машинка снова отключается. Когда он поднимает голову, его лицо оказывается в миллиметре от моего. Немного потянувшись вперед, я бы смогла его поцеловать.
– Мне уйти? – хрипло спрашиваю я.
