Текст книги "Доверяя тебе (СИ)"

Автор книги: Мариса Джули

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 29 страниц)

Глава двадцать девятая

Далия

Здесь все в порошке от этой краски. Она повсюду: на кустах, креслах-качалках, даже в бассейне с подогревом, где уже плещутся самые отчаянные. Я тоже вся в ней. Лицо, одежда, волосы, которые я так тщательно выпрямляла полвечера утюжком и которые успели завиться на лбу мелкими кудряшками от пота.

Вечеринка в самом разгаре, толпа сходит с ума, и я вместе с ней. Встав в круг на танцполе, мы закинули руки друг другу на плечи и прыгаем, напевая во весь голос играющую песню. Я даже не знаю половину из этих ребят, но это не важно, в отличии от всех других вечеринок, эта нас объединила. Нам весело. Мы молодые и свободные.

Пожалуй, это именно то, что мне сейчас нужно. Со всей этой подготовкой к экзаменам, уроками и переживаниями я совсем позабыла, каково быть обычной восемнадцатилетней девчонкой, с каждым прыжком из меня словно вылетает вся накопившаяся усталость и я уже не могу сдержаться, хохоча во весь голос.

Здесь все, кто мне дорог. Даже Эйден и Хлоя смогли выбраться и посетить вечеринку, пусть в отличии от нас они и должны вернуться домой к полуночи в трезвом состоянии. Хлоя от души веселится на трезвую голову, ей не нужен алкоголь, чтобы почувствовать легкость и радость, а вот Эйден предпочитает держаться подальше от танцпола, общаясь с присоединившейся к ней Рейвен. Они периодически поглядывают в нашу сторону, как две мамочки, следящие, чтобы их детки ничего не натворили. Не знаю, то ли причина в алкоголе, то ли эта мысль действительно забавная, но от нее я смеюсь лишь громче.

К тому моменту, как мы перестаем кружить, мои ноги адски гудят, аж наступать на них больно. Хорошо, что я решила не одеваться теплее, потому что даже в шортах и топе у меня ощущение, будто нахожусь здесь в шубе. Погода всю неделю держалась хорошая, сейчас до неприличия тепло. Наверное, это первая такая теплая середины весны на мою память.

Подойдя к Эйден и Рейвен, я устало падаю на кресло-качалку, а Грейс плюхается мне на колени, заставив застонать от боли. Откинувшись назад, смотрю на звездное небо, медленно раскачивая нас. Музыка грохочет в ушах, а танцпол похож на взрыв радуги. Я отплевываюсь, потому что краска умудрилась пробраться даже на мой язык.

Девчонки что-то обсуждают между собой, но у меня нет никаких сил поддерживать беседу, я так голосила и кричала, что горло трет, утром я точно останусь без способности разговаривать.

Ушей касается трек Tyga "ay macarena", которую мы с Киллианом голосили пару лет назад, когда услышали ее по радио в его машине. У меня будто открывается второе дыхание и, спихнув Грейс с колен, я, подтанцовывая, возвращаюсь на танцпол, становясь ближе к диджею, которым является один из игроков в нашей футбольной команды. Он хорошо справляется с музыкой и, если это его плейлист, то от меня ему большой респект.

Подняв руки вверх, покручиваю ребрам и, вскинув голову, вижу, как парень за пультом диджея улыбается мне, покачивая головой. Широко улыбнувшись в ответ, машу ему рукой и замечаю, как он слегка покусывает нижнюю губу. А он хорошенький, мне нравится. Я так пьяна, что все парни кажутся сейчас особенно соблазнительны.

Моих бедер касаются горячие руки, тело за спиной покачивается со мной в такт, хочу обернуться и посмотреть затуманенным взглядом, кто ко мне присоединился, но парень не дает это сделать, схватив меня крепче. Опустив взгляд, вижу знакомый перстень и небольшую татуировку, которая пять дней в неделю прячется под школьным пиджаком. Моя улыбка становится шире.

Киллиан.

Я не видела его весь вечер, от него пахнет алкоголем и каким-то куревом. Он все-таки решил напиться? Забавно, ведь в его планах было доставить нас домой после полуночи, даже его машина небрежно припаркована у входа во владения семьи Мередит.

Когда его голова утыкается в изгиб моей шеи, сбиваюсь с ритма от неожиданно накрывших приятных ощущений, но Уайт помогает мне прийти в себя, заставляя двигать бедрами своими сильными руками. Он так крепко схватил меня, что это было бы больно, будь я менее пьяна. Сейчас его грубое прикосновение кажется самым нежным, что когда-либо происходило со мной.

Парень прижимается плотнее и я давлюсь собственным воздухом, почувствовать его твердость. Когда он успел возбудиться? Мои глаза сканируют пространство вокруг, все пьяны и озабочены собственным весельем, никто не обращает на нас внимание и это придает мне чуть больше уверенности и сил. Мое тело буквально набирается энергии, когда задница трется об него сильнее. В какой-то момент я прижимаюсь к ней так плотно, что Киллиан кусает меня за плечо и одним движением разворачивает к себе.

Его лицо так близко, красивое, заляпанное различными цветами краски, от белой приталенной футболки ничего не осталось, на ней столько разноцветных пятен, что вряд ли когда-либо можно будет отстирать.

Закинув руки ему на плечи, слегка улыбаюсь, покачиваясь. Одна его рука бесстыдно ложится на мою ягодицу, а вторая на середину спины, прижимая ближе. Он наклоняется, губы в миллиметрах от моих, дышит приоткрытым ртом, смотрит на меня так, будто увидел перед собой деликатес.

– Ты выглядишь очень хорошо, – говорит он чуть громко, чтобы перекричать музыку.

Убрав одну руку с его плеча, провожу ею по его груди, прессу, остановившись на поясе спортивных штанов.

– Я знаю, – отвечаю ему, намекая на твердость, выделяющуюся между нами. Так хочется опустить руку ниже, потрогать его, но здесь это было бы неуместно и слишком опасно. Я уверена, что мы итак дошли до того, что на школьном сайте появятся новые сплетни уже к утру, если не прямо сейчас. – Ты пьян.

– Да, очень, – не отрицает парень. – Ты тоже.

– Да, очень, – повторяю я.

Музыка давно сменилась на другую, но мы продолжаем покачиваться в своем ритме. Облизнувшись, смотрю на его губы и не могу отказаться себе в удовольствие прикоснуться к ним. Мои пальцы обводят контур, большой нажимает на нижнюю и, высунув кончик языка, Киллиан облизывает его, заставив меня громко втянуть воздух от неожиданности. Его глаза, стеклянные и потемневшие, смотрят на меня не отрываясь, пряди платиновых волос небрежно упали на лоб, но он игнорирует их, продолжая пристально вглядываться в мое лицо.

Со стоном Киллиан опирается своим лбом на мой.

– Я до ужаса хочу поцеловать тебя. Кажется, что сдохну, если не сделаю этого.

В последний раз я видела его таким пьяным очень давно и все те разы он ко мне не приближался, максимум валился на мою постель и засыпал рядом. Теперь же он так близко, слишком близко, чтобы мое сердце разорвалось на куски. Алкоголь лишь все усугубляет, пульсация внизу живота становится нестерпимой, я хочу забраться на него, как на гребаную гору и взять с этого все, что он только может мне предложить.

Проведя ладонями по его щекам, встаю на носочки и, потянувшись к его уху, всасываю мочку, хватка на моем теле становится сильнее, теперь уже даже мое пьяное состояние не приглушает боль.

Я отстраняюсь быстро, отхожу от него на два шага и, похлопав по плечу, ухожу к девочкам на трясущихся ногах. Мы не можем целоваться здесь, я не хочу, чтобы мой первый поцелуй с парнем, которого люблю с самого детства, состоялся в середине танцпола, где его могут лицезреть все, кому не лень.

– Какого хрена это было? – налетает на меня Эйден, когда я оказываюсь достаточно близко.

Понятно. Значит, они все видели.

Мне так хочется посмотреть назад, убедиться, что он все еще стоит там, где я его оставила, что наблюдает за мной, однако я держусь и хватаю Эйден за руки.

– Он еще там? Смотрит на меня?

Келвит выглядывает из-за моего плеча и покачивает головой.

– Нет, я его не вижу.

Выдохнув, запускаю руку в свои уже растрепанные от последнего танца волосы и тихо молюсь богу. Такого еще между нами не было. Пусть его рука и лапала меня, пусть он и видел мое наполовину голое тело, но сейчас произошло нечто большее, чем тогда. Может, мне не стоит так радоваться, ведь в конце концов Киллиан безбожно пьян и, вполне возможно, ни черта не соображает. Но я не могу, сердце колотится, а внизу живота плещутся бабочки, о которых Хлоя постоянно читает в своих любовных романах.

– Отпад. Ваша сексуальная энергия чувствовалась во всем долбаном штате, детка, – хихикает Рейвен, а Эйден шикает.

– Не неси чушь, Блэквуд. А ты, красотка, не поддавайся, пьяные парни до добра не доводят. Поняла?

– Но это же Киллиан, он скорее откусит собственную руку, чем обидит Далию, – спокойно влезает в диалог Хлоя, попивая сок для детей из трубочки. Ну что за милота.

Потрепав себя по лицу, бросаю, что мне нужно в туалет и ухожу в дом. Надо привести мысли в порядок, это было слишком для моего сердца. А еще мне нужно как можно больше алкоголя, слишком живые у меня реакции. Все тело до сих пор подрагивает от воспоминаний о его прикосновениях.

Он хочет меня поцеловать.

Боже мой!

Как долго я хотела услышать от него нечто подобное? Как долго мечтала об этом? Сказал бы он когда-нибудь эти слова в трезвом состоянии?

Зайдя в туалет на втором этаже, пытаюсь осторожно смыть порошок от краски, не задев легкий макияж, который делала целый час, психуя так же, как когда пыталась выровнять свои непослушные волосы. К слову, они уже полностью превратились в кудри. Ненавижу.

К счастью, краска отмывается легко, мое лицо почти чистое и, похлопав себя по щекам, убеждаюсь в том, что мне точно нужен алкоголь. Стоит мне выйти из туалета, как я сталкиваюсь с тем самым симпатичным диджеем, про которого умудрилась забыть сразу же, как только поняла, кто являлся моим партнером по танцам. И вот мы снова вернулись к тому, что присутствие Киллиана стирает любого парня рядом со мной.

– Привет, – хмыкнув, неловко говорит он.

Он ниже Килли, но шире и более мускулистее.

– Привет, – так же неловко отвечаю я, сунув руки в задние карманы шорт. – Ой, прости, ты, наверное, в туалет, – спохватываюсь я, поняв, что загораживаю проход к двери.

– Вообще-то, я следил за тобой.

– Прямолинейно.

– Далия, правильно? У нас был общий урок пару месяцев назад, я Логан.

– Да, я в курсе, кто ты. Выдающийся футболист, люди тебя хвалят, – улыбаюсь и, опустив голову, он тоже улыбается. Милашка. – Так… что? Мы так и будем стоять у туалета, который кто-то уже успел проблевать от и до, или ты хочешь мне что-то сказать?

Парень тихо посмеивается и сует руки в карманы джинс.

– Как насчет того, чтобы потанцевать, пока мне опять не придется сменить моего друга за пультом?

Мой рот открывается, чтобы согласиться, но я тут же замолкаю, когда боковым зрением замечаю остановившегося поодаль от нас Киллиана. Сложив руки на груди, тот опирается плечом на стену и, слегка наклонив свою прелестную головушку на бок, с интересом наблюдает за нами.

В его взгляде нет злости или какого-либо негодования, которые я обычно замечаю, стоит рядом со мной оказаться любому парню. В нем лишь интерес, ожидания того, что я собираюсь делать дальше.

Я могла бы сделать многое, чтобы позлить его. Мой пьяный мозг ликует, когда представляю, как целую Логана прямо здесь и сейчас, позволяю сжать ему меня в своих объятиях, пока Киллиан наблюдает за нами, убеждаясь в том, что я ему не принадлежу, что он сам не позволяет мне приблизиться к нему, получить нечто большее от нашей непонятной, давящий последние месяцы, связи.

Но я этого не делаю, потому что не способна. Пусть Киллиан и не любит меня так, как я его, пусть мы и не принадлежим друг другу, пусть мы всего лишь друзья, но отдать поцелуй Логану ощущается, как предательство.

– Прости, – говорю я симпатичному диджею и на секунду поджимаю губы, – у меня есть парень.

– Киллиан Уайт, значит, – расстроенно отвечает он, вероятнее всего, вспоминая нас на танцполе и пытаясь скрыть эмоции, почесывает затылок.

– Киллиан Уайт, – раздается хриплый голос моего несносного друга и, обернувшись, Логан обводит его долгим взглядом. Взглядом, который перестает делать его вид таким милым, каким он казался мне несколько секунд назад.

Парень говорит «если захочешь настоящего мужчину, ты знаешь, где меня искать» и уходит. Самоуверенно. Я думаю, что старшеклассникам до настоящих мужчин, как до луны, но опустим эту деталь.

Мы с Киллианом провожаем Логана взглядом и остаемся в коридоре, накрытом приглушенным светом лампы, одни. Мои руки все еще в задних карманах и, осознав, что это делает мою позу неуверенной, достаю их, вторю Килли, опершись плечом на стену и так же сложив руки на груди. Мы в нескольких шагах друг от друга. На его губах виднеется наглая ухмылка.

Черт возьми, понятия не имею, как противостоять такому Киллиану.

– Парень, значит, – самоуверенно заявляет он.

– Я имела в виду не тебя, – защищаюсь я.

– А кого? – Уайт издает смешок. – О, знаю, Брэда?

– Он что, бельмо на твоем глазу? Сколько можно этого детского сада, Килли? – его улыбка становится лишь шире и он на секунду опускает голову, стараясь скрыть ее. – Ты тоже следил за мной?

– Ага, – не скрывает он и щелкает пальцами, – с самого начала вечеринки.

– Ты псих.

– Да. Прости, я пошел в своего отца, – пожимает плечами Киллиан и отталкивается от стены, направляясь ко мне. Мое тело будто врастает в пол все сильнее с каждым его шагом. Он останавливается в нескольких сантиметрах от меня, запах его парфюма, смешавшегося с алкоголем, кажется сейчас особенно сексуальным.

– Чего ты хочешь, Киллиан? Ты пьян, иди к своим друзьям, – бросаю я.

Он опускает глаза на полоску моей обнаженной кожи между топом и шортами и, облизнув губы, протягивает руку, проведя большим пальцем от пупка до ребер, растирая порошок от краски. Мое дыхание в этот момент задерживается.

– Я много чего хочу, Далия.

Когда его взгляд снова встречаются с моим, я до конца осознаю, что от моего друга ничего не осталось. Сейчас это не мой сосед по дому, не мой друг детства. Это Киллиан Уайт, парень, от которого сходят с ума девушки школы. И, боже, я их понимаю. У меня все трясется только от одной мысли, что он так близко.

Я хочу отступить на шаг назад, туда, в безопасность, но Киллиан просчитывает мои движения и хватает за талию прежде, чем мне удается сделать это. Мои кулаки упираются ему в грудь, смотрю в его глаза, не моргая, все как будто перестает существовать.

– Киллиан… – тихо зову его я, – не играй со мной, пожалуйста. Я призналась тебе в своих чувствах, не надо…

Его лицо приближается все ближе и ближе, когда губы останавливаются в миллиметре от моих, он с расстроенным звуком, меняет траекторию, опустив лоб мне на плечо.

– Почему с тобой так сложно, Далия, а? – шепчет парень, а я молчу, замерла, онемела, сердце разрывается на части от этой близости. Такой желанной и сладкой. – Я так сильно тебя хочу с тех пор, как мне удалось попробовать кусочек в кабинете, не могу ни о чем думать. Можно мне добавки, лис? Ну пожалуйста? – его губы начинают оставлять на моей шее и плече бесконечное количество коротких поцелуев. – Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.

– Тебя кроет, Киллиан, отойди, пока не пожалел, – из последних сил прошу я.

Он отстраняет голову от моего плеча и, положив руки на мои щеки, потирает их большими пальцами, не отводя взгляда от моих губ.

– А что, если… может, мы немного развлечемся и потом сделаем вид, что ничего не было?

Мои брови ползут вверх от такой наглости.

– Ты совсем придурок? Хотя, чему я удивляюсь, ты ведь постоянно так делаешь, да? Творишь хрень, а потом сбегаешь.

Он смеется. Почему он смеется? Это не весело!

Тут он резко замолкает и снова прижимается своим лбом к моему, руки плавно опускаются на мою шею, сжимая ее не так, чтобы я задохнулась, но так, что тело напрягается.

– Ты такая глупенькая, лис, – хмыкает он, – и мне это так чертовски нравится. Что мне надо сказать, чтобы ты дала мне себя попробовать, м? Я еле держусь, Далия, просто потому что в моих руках сейчас ты, а не какая-то пустоголовая красотка. Ты стоишь того, чтобы я тебе подчинялся. Так скажи мне, что я должен сказать?

Он не в себе. Пьян, безрассуден и… возбужден.

– Правду, Киллиан. Все это время я просила от тебя лишь правду. Признайся мне, но, самое главное, признайся себе.

– Ты. Мне. Очень. Нравишься, – по слогам выдает он, а после снова смеется.

Являются ли его слова правдой? Казалось бы, я услышала то, что хотела, но почему же это ощущается так странно? В горле появляется ком, но вовсе не от желания заплакать. Мне хочется сказать ему что-то такое, от чего он потеряет дар речь.

– Ну? – давит парень.

– Что «ну»?

– Теперь можно поцеловать тебе?

В горле моментально пересыхает от его просьбы. Киллиан никогда не был так навязчив, я теряюсь от его инициативы, ее слишком много и она неуправляема. Рядом с ним у меня нет никакого контроля, странно, что я сама до сих пор не накинулась на него.

– Ты пьян, – напоминаю ему, потому что сказать мне больше нечего.

– Не настолько, чтобы не понимать, что творю, – хрипит он.

– Ты…

– Далия, – грубо перебивает он, – перестань меня мучить, скажи можно или нет.

Я смотрю в его глаза, такие блестящие в бликах этого приглушенного света. Пухлые, алые губы, волосы, скулы. Иисусе, как же он красив.

– Да, – слабо отвечаю, а потом увереннее: – Да.

– Вот ты где! – разносится за нашими спинами и я отскакиваю от Киллиана, как от кипятка.

Он сжимает зубы так, что появляются желваки и прикрывает глаза, стараясь обуздать накрывшую его ярость. Смотрит из-за плеча на Грейс, на ее месте я тут же сдохла бы.

– Грейс, – цедит он, когда она подходит.

– Киллиан, – с уверенной улыбкой отвечает она.

Закатив глаза, он еще раз обводит меня жадный взглядом и, нагнувшись к моему уху, шепчет, чтобы услышала только я:

– Разберись с ней и приходи в эту комнату, – положив указательный палец на мою щеку, поворачивает голову в сторону двери, о которой говорит, – я буду ждать тебя.

Киллиан отходит от меня и, еще раз злобно посмотрев на мою довольную подругу, уходит. Мы обе наблюдаем, как он скрывается в указанной комнате и, когда дверь хлопает, я наконец-то могу вздохнуть полной грудью.

– Я спасла тебя или помешала? – спрашивает Грейс.

– Понятия не имею, – севшим голосом отвечаю ей, все еще не отрывая взгляда от двери. За ней мой поцелуй и я не знаю, что на самом деле чувствую от этой мысли. – Что случилось?

– Все потеряли тебя, а так как это пьяная вечеринка мы всерьез забеспокоились и отправились на твои поиски. Эйден проходу не дает, слишком уж старается, чтобы с нами ничего не случилось.

Я издаю смешок.

– Дрейк здесь, я видела его внизу, когда шла в туалет, – говорю ей.

– Да, знаю. Он пытался заговорить со мной.

– Отчаянный парень, да?

Грейс неопределенно пожимает плечами.

– Скорее влюбленный. Знаешь, мне даже как-то немного жаль, что не могу ответить на его чувства взаимностью. Он сказал, что не оставит меня в покое, пока не добьется своего.

– И что ты собираешься с этим делать?

Она приваливается к стене рядом с дверью, за которой скрылся Киллиан.

– То же, что и всегда. Продолжу игнорировать. Парни только делают вид, что они целеустремленные в отношении девушки, которая им нравится. На практике же они быстро выгорают и находят новый объект интереса. Не умеют бороться за то, что само не плывет им в руки.

Я думаю о Киллиане. Такой же ли он? А я? Я сама плыву ему в руки?

Да, Далия, ты приносишь себя ему на блюдце.

От этой мысли я должна была почувствовать злость и отказаться от идеи целовать его, но не могу. Черт, я действительно бесхребетная, но какая-то часть меня думает о том, что нет ничего плохого в том, чтобы просто поцеловаться. Я могу вести себя так, будто Киллиан лишь очередной парень, которого мне захотелось поцеловать. Могу обмануть собственные чувства. Могу ведь?

Чертов Уайт. Усложняет все, даже когда не находится рядом.

– Мне бы твой характер, – выдыхаю я.

Грейс смотрит на меня молча, а потом переводит взгляд на дверь.

– Ты хочешь поговорить с ним? Я явно помешала, ты не выглядела так, будто тебя надо спасать.

Знала бы она, что на самом деле хочу с ним сделать.

– Да, думаю, мне надо с ним поговорить, – вру я.

Оттолкнувшись от стены, она обнимает меня и говорит, что в случае чего, она будет внизу на диванчиках. Я киваю, поблагодарив ее за понимание и остаюсь одна в коридоре. Смотрю на дверь так, будто за ней находится настоящий ад.

Этот парень имеет много власти надо мной. Мне не хватает сил противостоять ему, да и на самом деле я этого не хочу. Если сегодняшняя ночь является единственной, когда я могу получить от него хоть крохи внимания, значит, я ею воспользуюсь. Плевать, насколько это глупо.

С этими мыслями я хватаюсь за ручку и, медленно повернув ее, прохожу внутрь.

В самое логово моего любимого зверя.