Текст книги "Сердце Дракона. нейросеть в мире боевых искусств (главы 1-650) (СИ)"

Автор книги: Кирилл Клеванский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 88 (всего у книги 219 страниц) [доступный отрывок для чтения: 88 страниц]

Глава 255. Конец третьего тома

Элейн, в красном платье, стояла на вершине холма. Где некогда располагался замок её предков. Его, совсем недавно. Разобрали на камни, чтобы с их помощью начать восстановления дворца.

Строительство шло полным ходом. В королевстве пока было тихо. Королева Элейн, с неожиданностью, получила просьбу о встрече от посла Балиума. В тот же вечер две страны заключили торговые и военные договоры. У них появилась общая граница и была созданная армия обеих стран, призванная защищать их, теперь уже общие границы.

Ей дали название – Северная Луна.

Затем приехали послы Империи. Они были сильно недовольным восстанием, которое погубило Короля и Наместника, но, увидев, что юная королева достойно справилась с положением, остались довольны.

Поставки руды все так же шли без перебоев, так что послы уехали, оставив нового Наместника. Такого же скользкого, властного и опасного, как и предыдущего.

Элейн прекрасно понимала, что от рудника им в ближайшее время не избавиться. Все что она могла, это изменить систему управления рудником. Чтобы людям было проще там работать. Чтобы им платили за это не палками, а, хотя бы, звонкой монетой.

Она ведь, в отличии от Примуса, видела в простых смертных не стадо, которое можно загонять на убой, а людей.

Лиан стала её первым военным советником. У них сложились тяжелые отношения. На людях, они всегда улыбались друг другу, но когда оставались наедине… в общем, не оставались они наедине.

Элейн знала, что Лиан винила её в смерти своего генерала. И в том, как сильно изменились песни бардов. В том, как прославляли они принца Эрена и королеву Элейн и как порочили имя лжепринца Хаджара, поднявшего восстание против Короля.

И только в самые темные вечера, в самых отдаленных тавернах, порой звучали старые песни. О Безумном Генерале. О том, как он пожертвовал собой, чтобы спасти народ Лидуса, о том, как в одиночку обманул целую Империю. Подобные рассказы и слухи карались законом. В тюрьмах уже сидели люди за их распространение.

С этим Элейн ничего не могла поделать. Ради выживания большинства, она всего за несколько дней уже пожертвовала меньшинством.

Элейн сжимала кулаки, ногти впивались в кожу и на землю падал кровь.

– Какой же ты дурак, братец, – просипела Элейн, вытирая слезы и оставляя на щеках кровавые разводы.

Внезапно ей показалось, что лица коснулась теплая, мозолистая рука. Такая же, какая её касалось тогда – в подземной пещере. Наверное, просто игра воображения…

– А мне кажется, этот план был гениальным.

Элейн открыла глаза. Перед ней стоял высокий, статный юноша в простых одеждах. Его длинные, черные волосы развевались на ветру. В глубине синих глаз спал дракон, а из-за пазухи высовывалась нахальная мордочка белого тигренка.

– Ты призрак? – Элейн сделала пару шагов назад.

– Не знаю, – засмеялся юноша, схватил Королеву за запястье и притянул к себе.

Он заключил её в крепкие, теплые объятья и зарылся лицом в волосы.

Элейн не стала что-либо говорить. Не стала просить что-то объяснить. Она просто прижалась к брату, чувствуя, как в душе возникает чувство покоя и умиротворения.

* * *

Хаджар падал в глубине черных вод. Над головой опускались тяжелые каменные плиты разрушенного дворца.

– “Не все ль равно где сдохнуть: здесь иль там?”.

Значит вот такую судьбу видело Древо Жизни? Погибнуть от руки Элейн, которая забыла о том, что она рождена Элизабет и Хавером? И раз она забыла свое родство, то и не рождена вовсе.

Глупо. Иронично. Слишком поэтично и драматично.

– “От жизни я земной устал, и был бы рад чтоб мир со мною пал.”

Глупо было отрицать, что Хаджар, падая на дно, не особо рвался всплывать. Силы его покидали, но не использовал то, что осталось, чтобы рваться к далекому солнечному кругу на поверхности.

– “Дуй ветер, смерть, я твой! В бою сегодня встречусь я с тобой!”

Праотцов он встретит с честью. Он сделал все, что хотел. Он освободил королевство от власти Примуса. Вверил его в руки Элейн, которую само Древо Жизни выбрало на роль Королевы. Да и саму элейн, как и обещал, он спас.

– “Я как медведь, прикованный к столбу.”

Все эти годы, сквозь любые бури и невзгоды, его вели за собой простые цели. Отомстить и спасти. И он добился их и теперь ощущал тянущую пустоту в своей груди. И это пустота была вызвана вовсе не страшными ранами, а отсутствием цели. Цели, ради которой живет и сражается любой практикующий.

В чем смысл бессмыслено брести по Пути Развития, если не стремишься ни к чему? Даже, банально, к силе.

Сила никогда не была целью Хаджара, лишь средством достижения этих целей.

– “Не убежать, со всех сторон я окружен врагами.”

И Хаджар вспомнил то, ради чего хотел жить раньше. Ради странствий, путешествий, встреч с новыми, интересными людьми. Ради опасностей, которые будут его поджидать на пути к неизведанному. Ради той свободы, которую мог предложить этот мир, и которого лишил прошлый.

– “Но где найдется тот, кто женщиною не рожден?”

Но теперь, после возможности путешествовать вместе с друзьями… вместе с братом… Эта идея казалось пыткой, ужасной насмешкой судьбы. Если раньше Хаджар приветствовал её, то теперь боялся даже сильнее, чем одиночества.

– “Жизнь у меня отнять способен только он.”

Хаджар, как и предрекала мать Азреи, оказался выгоревшим, будто проженное полено. Месть сожгла его изнутри. Они была ярким, горячим топливом, на котором он пронесся сквозь преграды, которые сломили бы большинство людей. Но теперь у него не осталось ничего, что двигало бы его дальше.

– “А может мне, подобно римскому глупцу упасть на свой же меч?”

Где там, над куполом тьмы, где светила маленькая желтая точка, что-то еще более маленькое нырнуло вниз. Белое. Пушистое, отчаянно перебирающее лапками. Азрея бросилась в страшную пучину, игнорируя падающие острые обломки и свой маленький размер, чтобы спасти глупого двуногого.

Хаджар смотрел на неё. Он пытался закричать, чтобы ты убегала. Что он не сможет сдержать клятву, данную её матери. Не сможет помочь стать человеком. Что его жизненный путь закончен.

Но Азрея продолжала плыть. Так, будто бы в ней горело даже более яркое топливо, чем ранее подпитывало Хаджара. Но разве тигренок рукводстовался местью? Нет.

– “Нет…

И разве позволит Хаджар, Безумный Генерал, сбыться какому-то предсказанию старой, глупой деревяшки. Разве все, ради чего он шел все это время, просто месть запутавшемуся в своим демонах старику?

Хаджар дернулся. Сквозь тьму боль и смерть, он принял вертикальное положение. Он в первый раз дернул рукой, пытаясь плыть наверх, к свету.

– “…пока…

И внезапно мир изменился. Исчезла тьма. Хаджар стоял на берегу маленького пруда и вглядывался в его глубину. Там он видел отчий дом и ждущих его там родителей. Там же стояли и Неро с Серой. Они звали его к себе манили.

А затем из пруда появилась дева. Дева, которая была бы пределом мечтания Хаджара, будь она реальна. Она обняла его и потянула вниз. Туда, где хорошо…

Но разве должны были умирать его родители? Разве должны были они сражаться с демонам и жертвовать Леонорой? Разве это не была ошибка Яшмвого Императора – Императора Богов.

Хаджар не знал, откуда он знает, кто такой Яшмовый Импертор, но все же…

Имено ошибка на небесах, привела к тому, что погибли его отец и мать. Что погиб Неро с женой. Разве не Боги вершили судьбу людей и, ошибаясь в этом, приводили к гибели не только целые семьи, но и страны.

“… есть…

Кто дал им такую власть.

Кто позволил распоряжаться жизнями смертных. Ведь разве не сражался каждый практикующий, ради свободы. Ради возможности самому вершить свой рок. Но получается, что все это обман, что это все насмешка богов?!

Нет. Еще не ослабли руки Хаджара. Еще не потухла ярость в его глазах.

Хаджар схватился за руки прекрасной девы, которые вмиг стали костлявыми и гнилыми. Он с ревом пробудившегося дракона разомкнул объятья смерти.

Его шаг – гром.

Его меч – молния.

“…силы…

Если спустится с неба войско богов, они не остановят его клинка.

Если поднимутся легионы демонов, они не замедлят его шага.

Хаджар Дюран, ослепленный местью принц, мертв. Он погиб в бою с собственными демонами. И из его останков поднялся Хаджар Травес. Тот, кто не успокоится, пока не найдет седьмое небо, пока не схватит за бороду Яшмового Императора. Ведь если люди страдали за свои ошибки, то почему боги могли ошибаться и не нести наказания?

Нет, он найдет богов. Он откроет Книгу Тысячи и исправит ошибку. Он вернет обратно и отца Хавера, и мать Элизабет, и дядю Примуса, и тетю Леонору, и брата Эрена и его жену Серу. Все они вновь сядут за стол и будут пировать. Но не в доме праотцов, а во дворце Лидуса!

Хаджар, в чьих глазах рычал танцующий дракон, заглянул в лицо тянущей его на дно смерти и прокричал:

– “Я ПРЕДПОЧТУ ДРУГИХ СВОДИТЬ В МОГИЛЫ!”

* * *

Белая тигрица размером с лошадь, на собственной могучей спине вытянула из озера тело. Она легла на грудь юноше изо рта того вырвался фонтан темной воды. Он захрипел и, дрожа, схватился за загривок тигрицы. Та вскинула его себе на плечи и, обернувшись белым ветром, понеслась в сторону лагеря Лунной Армии…

* * *

– Ты вернешься? – спросила Элейн, а затем резко помотала головой. – Нет, не так. Пообещай что вернешься. Я знаю, если ты пообещаешь – то обязательно сдержишь свое слово.

– Обещаю, – кивнул Хаджар.

– Тогда – на нашем месте?

Хаджар улыбнулся. Элейн обняла его, но схватилась лишь за тень. От неё среди холмов улетали пять черных воронов.

– На нашем месте, – принес шепот ветра.

* * *

Легенды говорят, что каждый, кто захочет увидеть королеву, может в тридцатый день шестого месяца подойти к берегу озера в королевском саду. Там, по центру, на небольшом островке, под деревом, весь этот день в молчании стоит Королева Элейн. Каждый год. Из века в век. Она ждет кого-то.

Легенды говорят…

* * *

На границе между Морем Песка и Лидусом протянулось огромное поле. Когда-то давно, Примус и Хавер посадили здесь небольшое дерево. Теперь же Хаджар сидел прислонившись спиной к мощному стволу. Перед ним был воткнут в землю простой, железный меч, какой можно купить и любого кузнеца.

Рядом за бабочкой охотилась маленькая Азрея.

Дул ветер. Он что-то нашептывал.

Хаджар смотрел на далекий горизонт. Где-то там, среди холмов, чужих стран, гор, океанов и городов, были знания о седьмом небе и богах. И Хаджар пройдет весь этот бесконечный мир, но найдет вход в царство богов. И он спросит с них за все их ошибки и прегрешения.

Хаджар поднялся, убрал меч в ножны и в последний раз обернулся на свою родину. Он посмотрел на простые, полевые, красные цветы, усеявшие поле.

– Ну, пойдем, брат мой, – обратился он словно к ветру и похлопал по маленькому, кожаному мешочку, привязанному к поясу.

Там лежали обручальные браслеты Серы и Неро.

Как друзья и хотели, втроем они отправлялись в путь. Навстречу всем тем опасностям, которые мог предложить этот мир.

Глава 256

На небольшой площади, под палящим полуденном солнцем, редко, когда можно было встретить прохожих. В это время на границе Море Песка редко кто осмеливался появится вне спасительных стен таверн и гостиниц.

Приграничный городок, окруженный стенами из желтого камня, находился аккурат перед раскинувшимися у горизонта огромными, золотыми и оранжевыми барханами. Те поднимались будто волны бушующего моря и угрожали захлестнуть то немного, что смогла отвоевать себе растительность.

Здесь, у города Трех Подков, все еще можно было встретить прорастающие из сухой, красной земли редкие колючки, кустарники, низенькие деревья, а порой, в каньонах, даже слышалось журчание воды. Но туда редко кто отправлялся.

Все знали, что каньоны – родина разбойников. Благо, что в каждом таком приграничном городке находился глубокий колодец со вкусной, а главное – холодной и чистой водой.

Сейчас же, когда солнце жарило с такой силой, что даже верблюды старательно жались к тени, народ в основном обитал в чайных. В одной из такой и происходил следующий диалог.

В свободном кафтане, с трубкой в руках и тюрбаном на голове, на удобных подушках сидел мужчина средних лет. Его острая борода была побита сединой, но цепкий взгляд почти черных глаз и изогнутая рукоять палаша не позволяли относиться к нему снисходительно.

– Спасибо, изумрудная, – кивнул мужчина, принимая из рук девушки-официантки очередную пиалу с горячим чаем.

Как бы странно это не звучало, но бедуины и “моряки” Моря Песка всегда пили только горячие напитки. Так они сохраняли прохладу в теле. Увы, им приходилось тратить огромное количество денег на благовония, так как сохраняли они её при помощи собственного пота.

Чем горячее напиток, тем больше пота, чем больше пота – тем прохладнее коже.

Хаджар еще месяц назад считал это мифом, но теперь и сам спокойно потягивал горячий чай, продолжая наблюдать за дальним столиком.

Напротив мужчины сидел юноша, который то и дело косился взглядом на девушку с чайником. А посмотреть там было на что. Особенно учитывая, что её тонкие, шелковые одежды просвечивали достаточно, чтобы увидеть то, куда смотрит каждый юноша, оставивший позади хотя бы пятнадцать весен.

– Ты слушаешь меня, Шакх? – мужчина усмехнулся, заметив направление взгляда мальчишки.

– Да, дядя, – кивнул парень, поправляя перевязь с изогнутыми кинжалами. – Конечно я тебя слушаю.

– Уверен? Мне кажется, что ты больше смотришь на бедра этого пустынного изумруда.

Хаджар поднял пиалу, и девушка налила и ему. В её зеленых глазах Хаджар увидел легкие искры – все что осталось от некогда жаркого костра. Девушка была явно уставшей, а её бронзовая кожа даже слегка посерела от этого.

Увы, это никак не волновало хозяина заведения. Который продолжал гонять единственную работницу. Да и юноша по имени Шакх – тоже.

– Что ты, дядя, я внимательно слушаю тебя, – продолжал настаивать на своем юноша.

– Ты уверен, что хочешь отправиться в этот раз со мной в Империю, Шакх?

Мужчина, почесывая бороду, смотрел в глаза юноши, будто пытаясь отыскать там ответ н свой вопрос.

– Путь неблизкий, – продолжал он. – мы пойдем через все море песка. Караван у нас простой, верблюды и Пустынные Звери не выше стадии Пробуждения Силы. Идти будем не меньше трех лет. Это не месячная прогулка с караванами вельмож и дворян.

– У меня нет денег на место среди высокорожденных, дядя.

– У твоего отца есть, – пожал плечами мужчина и жестом вновь подозвал официантку.

Та, звеня браслетами на голых лодыжках, тут же подошла и плеснула в подставленную пиалу еще немного ароматного чая. Через мгновение она упорхнула к следующему столику. Широкие, круглые, они стояли почти у самой земли – настолько короткими были их ножки. Стулья заменяли подушки, а потолка и вовсе не было – круглое отверстие, прикрытое сухими ветками и циновками.

Хаджар и к этому долго не мог привыкнуть. Как, собственно, и к тому что за несколько месяцев его путешествия к границе Моря Песка он не попал ни под единый дождь. Собственно, дожди здесь вообще почти не шли.

Зато через такое вот отверстие помещение быстро покидал горячий воздух, оставляя место живительной прохладе.

– Он против того, чтобы я ехал в Империю, – вздохнул Щакх, опрокидывая пиалу так, будто там плескалось крепленое вино.

– Я могу понять твоего отца. Мой брат мудр.

Глаза юноши грозно сверкнули, а медные щеки окрасила алая ржавчина.

– Твой брат хочет чтобы я, как и он, копал всю жизнь колодцы!

– Потому что ты старший сын старшего брата, – мужчина проигнорировал вспышку гнева собеседника. – таков обычай нашего народа, Шакх. К тому же – где ты найдешь в Море Песка человека богаче, чем хороший колодезник? Вода нужна всем. Даже лучшим практикующим!

– А что если я не хочу быть ни колодезником, ни практикующим? В империи, дядя, я мог бы стать адептом! Я мог бы ходить среди облаков и птиц. Я мог бы увидеть мир, узнать людей с другим цветом кожи…

– За спину себе посмотри, – мужчина кивнул в сторону Хаджара. Тот сделал вид, что не заметил. – Видишь, под нашим солнцем разница в цвете кожи почти не заметна. Этот Лидусец уже почти совсем как мы.

Хаджар действительно весьма сильно загорел за прошедшие месяцы. Впрочем, даже это не могло скрыть от местных его происхождения. То, с какой скоростью они определяли в нем гражданина Лидуса – поражало и иногда пугало.

– Признайся, Шакх, ты просто хочешь сбежать от отца. От матери. От сестер. Ты думаешь, что в Империи сможешь завоевать себе свободу, но это не так. Даже если ты переживешь наше путешествие через Море Песка, тебя погубит Дарнас. Его бесконечная борьба.

– Я сильный, дядя, – теперь в глазах юноши горел уже не гнев, но решимость. – Самостоятельно, без поддержки отца, я к двенадцати годам добрался до стадии Формирования! Сейчас, в семнадцать, я лучший практикующий в городе, и ты это знаешь.

Мужчина кивнул и впервые за все время разговора поставил пиалу на стол.

– Знаю, Шакх. Никто в городе не может справиться с твоей техникой. А основа твоей Трансформации Смертной Оболочки так же крепка, как Зуб Бога.

Хаджар не понял сравнения с Зубом Бога, но решил, что конкретно к зубам это не имеет никакого отношения. Все же, спасибо Южному Ветру и нейросети за то, что юный принц знал достаточное количество языков.

Кстати тот факт, что он мог спокойно понимать и изъяснятся на языке Моря Песка, говорил о том, что функции нейросети начинали потихоньку. восстанавливаться.

– Именно поэтому, дядя, я прошу взять меня с собой в путешествие. Ты знаешь, мои кинжалы быстры как Рух, а как техника сильна, как предрассветная буря.

– А речи сладки, как патока, – засмеялся мужчина. – стоит мне взять тебя с собой и многим в караване придется прятать своих жен и, что вероятнее, дочерей.

Шакх зарделся, но взгляд его был все так же крепок.

– Ты начальник охраны, дядя, и я не стану унижаться, чтобы просить тебя взять меня с собой только по факту нашего родства. Дай мне лишь возможность поучаствовать в отборе охранников. Это все, о чем я прошу.

Шакх склонился в глубоком поклоне. Насколько это вообще возможно было сделать, учитывая, что он продолжал сидеть за столом.

Мужчина, на деле являвшийся главой охраны крупнейшего каравана на ближайшие города, некоторое время думал. Потом, махнув рукой, он положил на стол несколько квадратных монет.

– Если мне придется ехать к брату с твоим трупом, я прокляну твою душу.

Шакх улыбнулся.

Парочка поднялась, сделала пару комплиментов уставшей официантке и вышла за циновку, заменявшую чайной дверь.

Хаджар спокойно допил свой напиток, поправил простецкий меч в ножнах и отправился следом. У него, как и Шакха, не было денег на то, чтобы купить место в караване вельмож. Зато, у него был меч, чтобы не только добраться до Империи, но и заработать на этом.

Все же Лидус Хаджар покинул не самым богатым человеком. О чем весьма красноречиво говорили его простецкие сандалии. Штаны из плотной, коричневой ткани, распахнутая на груди белая рубаха, кожаная жилетка, наручи с письменами, синий шелковый шарф на шее и оранжевая ткань, которой он замотал голову чуть выше бровей.

Без последней детали гардероба ему каждое утро приходило вытряхивать из волос целые барханы песка. Отчего постоянно зудела кожа. Настолько, что первые недели Хаджар расчесывал её до крови.

Но, все это мелочи, ведь его путь продолжался.

Ну или только начинался.

Это как посмотреть.

– Миледи, – улыбнулся Хаджар официантке.

Та его не поняла. Не знала Лидуский. Но даже одно слово, произнесенное на родном языке, сильно поднимало настроение Хаджару. Прежде он никогда бы не подумал, что хранит в своем сердце нотку сентиментальности.

Глава 257

Переместив шарф с шеи на голову, Хаджар пошел следом за караванщиком и его племянником. За информацию о том, в каком приграничном к Морю Песка городе можно найти лучший караван, Хаджар отдал едва ли не последние деньги. Оказалось, что путешествие это не только увлекательное и целебное для души мероприятие, но еще и весьма затратное.

Взять хотя бы меч, с которым сейчас ходил Хаджар, за него ему пришлось в самом начале пути выложить весьма приличную сумму. На такую в Лидусе можно было купить неплохую ферму, да еще и на рабочих бы осталось.

Горячий песок попадала через сандалии на кожу, оставляя на ней небольшие точки мелких ожогов. За прошедшие месяцы Хаджар привык к этому ощущению, да и ранки заживали очень быстро. Техника укрепления плоти – это не просто какая-то детская забава.

Ходили легенды, что мастера подобных техник уже на уровне Небесного Солдата могли спокойно выдержать прямое попадание стрелы, выпущенной всего с двадцати шагов. И ни единой царапины не осталось бы на их коже.

Скрываясь среди редких прохожих, прячась за коврами и шелками, вывешенными на базаре, Хаджар шел следом за парочкой. В это время он смотрел на смуглокожих, низкорослых, но плечистый людей.

Местные жители весьма сильно отличались от Балиумцев или Лидусцев. Они скорее походили на кочевников, только с другой формой лица и разрезом глаз. А еще они любили много говорить, пить и предаваться плотским утехам. Секс здесь был настолько свободным, насколько только можно себе представить.

Возможно именно поэтому Сера так легко сошлась с Неро…

Едва не споткнувшись, Хаджар похлопал по кошельку с браслетами погибших друзей. Слегка грустно улыбнувшись, он отогнал из мыслей образы двух товарищей, а из сердца потихоньку ушла острая боль. Все же путешествие действительно лечило его душу. Пусть и оставляя уродливые рубцы…

– Всего три монеты для такого красавчика, – жарко шепнули на ухо.

Хаджар повернулся на голос и увидел девушку весьма приятной наружности, но цепким и холодным взглядом. Она как бы невзначай приобнажила весьма соблазнительное бедро и уперлась пышной грудью ему в плечо.

– Боюсь, могу предложить только рваный сандаль, – хмыкнул Хаджар.

Девушка тут же утратила к нему всякий интерес и уже начала выцеливать следующего “счастливчика”. Ничего удивительного в работе шлюх днем в Море Песка не было. Но Хаджар все еще не мог привыкнуть к тому, что даже от этой девушки веяло аурой практикующей. Пусть и слабенькой, может не выше пятой ступени Телесных Узлов, но тем не менее…

А уж про настоящих практикующих, стадии Формирования и выше, и говорить не приходилось. Их здесь было столько, что Хаджар сперва даже не мог поверить, что находится не в военном гарнизоне.

Демоны и боги! Да в лучшие времена Лунной Армии в её составе не насчитывалось столько сильных практикующих, сколько ходило по улицам города Трех Подков. Страшно было представить, что творилось в городах Моря Песка, а еще страшнее – в самой Империи.

За годы войн в Лидусе, Хаджар как-то привык к ощущению силы в своих руках и уверенности в своем мече. Теперь же… нет, он не был слабаком для местных. И многие воины, встретившись с ним взглядом, старались поскорее исчезнуть из зоны видимости. Но все чаще встречались те, кто как бы невзначай опускали ладони на рукояти.

Они не просто не боялись Хаджара, а были готовы в любой момент скрестить с ним клинки, дабы определить сильнейшего.

Признаться, Хаджара это только радовало. Цель, которую он нашел на дне дворцового озера, можно было достичь только обладая немыслимой, легендарной силой. Да какой там легендарной – ни один из героев сказок Южного Ветра так никогда и не отыскал Богов…

Так что Хаджар собирался стать сильнее. Сильнее чем любой человек, существо, демон или монстр, когда-либо жившие в этом огромном мире.

Свернув за очередной таверной, Хаджар оказался у забора, отделявшего от основной части города небольшой плац. Ну или как у местных называлась ровная, прямоугольная площадка, на которой собралось несколько десятков воинов.

Среди них оказался и юноша Шакх, а вперед вышел его дядя. Сейчас он выглядел куда как более грозным, нежели совсем недавно в чайной. Его острая борода буквально походила на наконечник копья, а из глаз летели невидимые стрелы.

Хаджар, смотря на начальника охраны, мысленно спрашивал себя – а выжил ли бы он в схватке с ним. Все же, что-то ему подсказывало, что этот воины уровня Небесного Солдата пережил достаточное количество врагов, чтобы без страха смотреть в лицо любой угрозе.

Да, все верно, “простой” глава охраны местного каравана находился на стадии Небесного Солдата. И он был далеко не первым адептом, которого Хаджар встретил на своем пути за столь краткий срок путешествия к Империи.

Нет, их было не так уж и много… если сравнивать с пресловутой Империей. А если с Лидусом – то небо и земля. За два месяца пути, дядя Шакха был одиннадцатым адептом, встреченным Хаджаром. В то время как за двадцать пят лет жизни в Лидусе, Хаджар повстречал всего трех. И то, один из них был Балиумским Патриархом, а второй – наместником Империи.

Хаджар подошел к четырем мускулистым воинам с едва ли не треугольными лицами и густой, черной бородой.

– Пусть море будет жарким для тебя, иностранец, – поприветствовал Хаджара один из охранников.

– И не обманут оазисы, – ответил Хаджар.

Приветствие жителей каждого народа это первое, что Южный Ветер заставил выучить своего ученика.

– Иди своей дорогой, иностранец. Здесь проходит испытание в охрану каравана шаха Ахараба.

– Моя дорога как раз лежит на это самое испытание.

Охранники переглянулись. Хаджар возвышался над ними едва ли не на полтора головы, но они все равно умудрялись смотреть на него сверху вниз.

– Уверен, иностранец? – голос у охранника был таким же сухим, как и земля под его ногами. – никто не повезет твой труп обратно в Лидус, чтобы похоронить рядом с предками.

Хаджар в очередной раз удивился тому, как быстро в нем определили Лидусца.

– Насколько мне известно, достопочтенный, участвовать в отборе может любой мужчина или женщина, достигшие стадии формирования. Вне зависимости от того, в какой стране они родились или сколько весен оставили за спиной.

Охранник косо улыбнулся, демонстрируя неровный ряд желтых зубов. Не потому что, он чем-то болел или не следил за собой, просто пища здесь была настолько сильно пропитана особыми специями, что желтые зубы считались нормой. Желтели они, как раз-таки, именно из-за этих самых специй. Но без них жевать безвкусную курицу или индейку… так и с ума сойти можно.

– Иди, иностранец, – подал голос второй охранник. Он смотрел на Хаджара куда как менее дружелюбней, чем напарник. – от запаха твоих благовоний у меня уже слезиться глаза. Если ты простоишь рядом еще немного твой запах пристанет ко мне и этой ночью моя жена не станет меня любить.

В голубых глазах Хаджара будто бы проснулся дракон. Правда заметил это лишь один из четырех охранников. Тот самый, который старался говорить вежливо, хотя тоже не питал особой любви к белокожим северянам.

– Твоя жена? Прости меня, достопочтенный, но я оставил её слишком уставшей, чтобы она смогла любить еще и тебя.

После всех лет бесконечных войн в Лидусе, Хаджар частенько оказывался не сдержан на язык. Еще пять лет назад он бы не позволил себе такого оскорбления, но кто его осудит за такую слабость.

Теперь уже, пожалуй, никто. Разве что Азрея, переместившаяся, ввиду отсутствия последний, из-за пазухи в недра “тюрбана” Хаджара.

– Вспоминай имена предков, иностранец!

Охранник потянулся к палашу, но так и не коснулся тяжелой рукояти. Уже вскоре он закричал от боли, когда невидимый клинок полоснул его по запястью. Алая кровь закапала на песок, а вскоре и на упавшие шаровары охранника.

Остальные воины смотрели на Хаджара, как если бы увидели перед собой монстра. Они чувствовали, что северянин находится на стадии Трансформации, но то умение, которое он только что продемонстрировал…

Духи пустыни! Да даже сам Шакар – глава охраны каравана, возможно не был способен на подобное.

– Проходи, Северянин, – с куда большим уважением произнес охранник. – а ты, Зулу, в следующий раз будешь лучше следить за своим языком.

Не обращая внимания на скулеж раненного, лишенного штанов охранника, Хаджар прошел за забор. Он успел как раз к началу речи Шакара – дяди Шакха.