Текст книги "Сердце Дракона. нейросеть в мире боевых искусств (главы 1-650) (СИ)"

Автор книги: Кирилл Клеванский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 79 (всего у книги 219 страниц) [доступный отрывок для чтения: 88 страниц]

Глава 228

Убийца поднялись. Было видно, как сильно они сохраняются сохранить свой пафосный внешний вид. Увы, это было довольно сложно сделать, учитывая порванные плащи, дрожащие ноги, текущую по конечностям кровь и смех толпы зрителей.

– Приготовьтесь, жалкие смертные, – сплевывая кровь, произнес главарь. – Сейчас вы станете свид…

– Нет, постой-постой, – Неро, выронив вилку, которую все это время держал в руках, поднял в небо ладони. – ты это сейчас нас назвал простыми смертными?

На улице повисла тишина. Для полноты картины не хватало только пения сверчков. Но его успешно заменил скрип колес проезжавшей мимо повозки.

– Серьезно, оскорблять-то зачем было, – вздохнул Хаджар, устало массируя переносицу.

– Да не, они просто не знают кто мы, – отмахнулся Неро. – ошиблись ребята. С кем не бывает.

Хаджар повернулся к товарищу и склонил голову на бок.

– А кто… мы?

Неро выругался и с размаху бросил шляпу на землю. Вот только шляпу он не носил…

– Нет, ну ты текст вообще учить будешь? Мы ведь эти… ну… как их…

Неизвестно что придумала бы больная фантазия Неро, потому как нервы у убийц не выдержали. Вокруг них вспыхнули столпы разноцветной энергии, но в каждой находилось нечто общее – что-то ядовито-кислотное.

Хаджар почувствовал, как напрягся Неро. Слишком еще живы были воспоминания о том, как яростно он боролся с когтями смерти и о черном яде Секты Черных Врат.

Но такова жизнь воина. Ибо их храбрость не более, чем бравада перед необратимостью и страхом.

Энергии убийц слились воедино, формируя сиреневый туман. Тот все уплотнялся и уплотнялся, пока не обернулся гигантским скорпионом. Удары молота, направленные в эту технику, стали его клешнями.

Два меча сформировали хвост и жало, а кинжалы запитали это жало ядом такой мощь, что энергия техники разъедала мостовую.

С Неро и Хаджара мигом слетели маски дурашливости. Они встали плечом к плечу и обнажили клинки. Короткий классический и тяжелый, исполинский. Скорпион понесся в их сторону, будто увидел перед собой вход в библиотеку Бессмертных.

Сверкнуло лезвие Лунного Стебля и люди разом забыли, как дышать. Им показалось, что этот простой взмах мечника в заштопанных (и от того кажущихся разноцветными) одеждах отсек звуки, ветер и даже кусочек света.

Некоторым показалось, что они увидели, как призрачная полоса, тонкая и почти незаметная, прошла сквозь столп лунного света. И этот столп, будто отсеченный шлейф от свадебного платья, упал в лужу и растворился в ней.

Другие же могли поклясться, что в этой полоске они заметили блеск глаз дракона, и в её полете услышали рев Хозяина Небес. Необычайно острая и столь же быстрая, но почти невидимая, совсем не похожая на то, что сорвалось с лезвия меча-исполина.

От взмаха Неро задрожала черепица на крышах окрестных домов. По дубовым стенам таверны поползли широкие трещины. Исполинский меч остановился в десяти сантиметрах над брусчаткой. Но даже так – в воздух выстрелили осколки раздробленных камней. Волна энергии кроила мостовую, вырывала из неё целые куски породы, разбрасывая их в разные стороны.

Следом за тонкой и невидимой полосой удара, понеслось цунами разрушительной силы. И людям не нужно было стараться или напрягать воображение, чтобы разглядеть в этой волне тигриные очертания. Именно от рыка этого зверя дрожали стены домов. Именно от его лап взлетали в небо куски камня.

А затем тигриный рык и драконий рев слились воедино. Они прошли сквозь туманного скорпиона, будто того и не было вовсе. У убийц не было ни единого шанса ни сбежать, ни увернуться. Они, используя остатки силы и энергии, попытались защититься, сформировав перед собой подобие заслона.

Раздался взрыв.

Когда успокоился поднявшийся ветер и осела пыль, то на мостовой, помимо кровавых разводов и небольших ошметков плоти, больше некого не было. Только глубокий, изрезанный шрамами от меча, кратер в центре улицы.

Зрители с ужасом повернулись в сторону двух мечников, но тех уже не было рядом с таверной.

Многие наемники в тот день напились. Кто-то решил навсегда забросить свою профессию вольного клинка. Другие, напротив, наполнились решимостью идти еще дальше по пути бесконечного самосовершенствования.

Но, тем не менее, больше никогда в жизни они не видели сцены, чтобы двумя взмахами, два мечника, стерли из этого мира четырех практикующих, стоящих на стадии становления истинными адептами.

Это было неслыханное событие. Даже по меркам приграничных земель империи – неслыханное.

Когда же кто-то обронил такие слова, как “Безумный Генерал” и “Командир Неро”, то у бардов прибавилось работы, а затем и хлеба. Вскоре по городу уже полетели новые песни о подвигах любимых народных героев.

Вот только к этому времени уже ни один из этих героев их не слышал. Да и больше уже не услышат…

Они сидели на берегу озера в Королевском саду и курили трубки.

– Мне этого не хватало, – произнес Неро.

– Да, – кивнул Хаджар, выдыхая колечко дыма. В последнее время он наловчился делать их большими и ровными. – мне тоже.

Дул ветер. На озерной глади плавали лебеди. Черный и белый. У них, если верить Элейн, даже были имена.

Хаджар их не запомнил.

– Никогда не думал, что будет дальше, Хадж? – внезапно спросил Неро.

Принц, отложив в сторону трубку, развалился на траве и подложил руки под голову. Его огромный, покрытый многочисленными царапинами и сколами, боевой меч лежал рядом. Совсем не такой изящный и лощеный, как у аристократов. Было видно, что клинок, как и его хозяин, побывал в десятках битв.

– Дальше? В каком плане – дальше?

Неро улыбнулся.

– Вот и я – не думал, – кивнул он. – завтра я женюсь, дружище. А что будет послезавтра? Или через год. Через десять? Когда и я и Сера устанем сидеть в этой золотой клетке.

Хаджар посмотрел на восток. Туда, где лежало Море Песка. За его барханами, кочевыми племенами, опасными тварями и бурями, лежали земли Империи. Сколько там было адептом, которые могли лишить жизни Хаджара быстрее, чем он расправился с подосланными аристократами убийцами?

Какие знания и мистерии хранили библиотеки империи. Чему его могли обучить мастера и учителя, чья жизни уходили корнями сквозь сотни веков.

А что за земли лежали дальше? За Империей? Что за тайну хранила тень дракона, отдавшего человеку свое сердце. Куда она вела своего должника.

Все это манило Хаджара. Звало.

Ветер шептал ему о далеком горизонте. Он ждал, когда генерал отправиться в путь.

– Ты никогда не думал отправиться в путешествие? – Неро спрашивал осторожно, как если бы боялся спугнуть товарища.

Хаджар не успел ответить.

В воздухе запахло горячим песком и стало ощутимо теплее.

Между друзьями, подобрав юбки, опустилась Сера.

– Кажется, видеть невесту перед свадьбой – плохая примета, – заметил Хаджар.

– В Море Песка свои приметы, – отмахнулась песчаная ведьма.

Так они и сидели втроем, и смотрели на то, как луна неумело рисует серебристую линию горизонта. Словно пытается повторить за старшим братом – солнцем, но не может.

– И когда мы отправляемся?

Неро и Хаджар переглянулись.

– Ой, вот только не надо, – Сера взмахнула своими густыми, черными волосами. Они пахли дорогой. Они пахли приятно. – я бы не влюбилась в тебя, Неро, будь ты обычным принцем. И не подружилась бы с тобой, Хаджар, будь ты простым генералом. Меня тоже интересует, что там находится – за горизонтом.

Друзья переглянулись и улыбнулись.

До самого рассвета, пока за Серой не прибежала Элейн, они обсуждали свое будущее путешествие.

И, может только Хаджар понимал, что это были простые юношеские мечты.

Завтра его план переходил в свою завершающую фазу и скоро в Лидусе потекут реки крови. И виной этому будет не справедливость или желание блага для всех, а банальная месть.

Месть Хаджара Травеса, уже давно не Хаджара Дюрана.

История принца и генерала подходила к концу.

Совсем как табак в его трубке.

Глава 229

Хаджар стоял перед зеркалом и пытался поправить фрак. На его своеобразной фигуре, почти не сидели такие наряды. Именно поэтому, что не мучить ни себя, ни окружающих, Хаджар предпочитал носить простецкие, просторные одежды. Они не стесняли движения и не требовали тщательного ухода за собой.

Увы, к свадьбе друга пришлось придется. Благо, наряд был заботливо предоставлен невестой этого самого друга.

– Хватит меня грызть! – Хаджар слегка качнул ногой.

Азрея, зашипев, отскочила в сторону и продолжила попытки сорваться с себя бирюзовую ленту. Хаджар предупреждал и Серу, и Элейн, что бесполезно пытаться нарядить одного из гостей – маленького тигренка. Увы, девушек это не остановило.

В них, сильных практикующих, словно проснулись маленькие девочки. Весь минувший вечер они провели, играясь с котенком.

По просьбе Хаджара, Азрея это терпела (как котенок вообще понимал просьбы человека, для всех, в том числе и для самого человека, оставалось загадкой). Она терпела, когда её тискали и игрались, будто действительно – с котенком.

Увы, тигренок, как бы он милым не был, все равно остается тигренком. Пару раз принцесса, сама того не осознавая, едва не лишилась пальцев. Только строгий взгляд Хаджара удерживал Азрею от немедленной мести.

Азрея терпела даже когда на нее нацепили эту самую ленту с милой брошкой в виде застывшего перед броского тигра. Теперь же, когда девушка ушли, Азрея старательно пыталась выбраться из неудобного для неё плена.

Хаджар же, в свою очередь, не мог отказать невесте товарища в такой маленькой блажи. Один вечер тигренок мог и потерпеть. К тому же за это её обещали очень вкусно, сытно и много кормить. А поесть Азрея любила. Очень.

В итоге звереныш мстил тем, что пытался сжевать новенькие ботинки Хаджара. Так же любезно предоставленные Серой.

Поправив бабочку, Хаджар убрал меч в ножны и, щелкнув каблуками на манер гвардейцев, поднял сопротивляющегося тигренка на руки. Азрея, оказавшись в тепле и среди знакомого запаха, вскоре успокоилась и мирно задремала.

Хаджар вышел в коридор и на мгновение замер. Слишком уж оживленно здесь было. На свадьбу единственного принца королевства съехался весь цвет нации.

По мраморным залам, среди картин и скульптур, чванливо расхаживали вельможи. Они чеканили шаг, тянули мыски начищенных до зеркального блеска туфель.

По нишам расположились гвардейцы, а местами – легионеры в зеленых доспехах. Последние стояли здесь скорее для общего антуража богатства события. Все же дворец украшали, мыли и обставляли в течении нескольких недель.

Теперь отовсюду буквально чувствовалась излишняя роскошь и нескромность.

– Вход для слуг в другой стороне, – прозвучал старый, хриплый голос над ухом.

Хаджар обернулся. Перед ним стоял статный, высокий мужчина средних лет. Высокие ботфорты, так же надраенные до блеска. Кавалерийские штаны, в которых, наверное, ни разу по дороге не ездили. Настолько они были гладкими и чистыми. Ни единого следа сражений или длительных переходов. Ладонь, в белой перчатке, сжимала эфес тонкого, церемониального меча.

Мужчина старательно закручивал длинные усы и улыбался белозубой улыбкой.

Хаджар сразу узнал человека, стоящего перед ним.

Генерал Берменгтон. Бывший полководец западной армии. Ныне – один из высших чинов генералитета. Именно его рукой был подписан приказ о том, чтобы Лунная Армия, не дождавшись ни подкрепления, ни обозов, отправилась к Балиуму.

Именно этот человек был повинен в том, что Генерал Лин отправилась к праотцам. Отправилась от руки человека, единственного во всем мире, которого могла бы назвать “любимым”.

Еще до того, как рука Хадажра опустилась на рукоять Лунного Стебля, его плечо крепко сжали.

Берменгтон сделал шаг назад и, сняв с головы широкополую шляпу, галантно поклонился.

– Мой принц, – произнес он. – я как раз собирался выпроводить этого слугу.

– Слугу? – спокойно переспросил Неро. Несмотря на то, что голос друга был спокоен, Хаджар ощущал, что того терзала та же ярость. И только идиот бы не заметил, что чиновник генералитета понимал и наслаждался ситуацией. – Мне кажется, генерал Берменгтон, ваши многочисленные медали отсвечивают вам в глаза, раз вы не узнали генерала Хаджара Тарвеса.

– Генерала Травеса? Простите, что-то не припомню такого в рядах нынешней армии.

Берменгтон выпрямился, надел шляпу обратно и слегка подтолкнул вперед свою спутницу. Одетая в столь откровенное платье, что могла бы вызвать сердечный приступ у некоторых мужчин, она, тем не менее, не вызвала интереса даже у Неро.

Оба друга были слишком поглощены своей ненавистью, чтобы отвлекаться на кого-то другого.

Чинуши сделал вид, что присмотрела и вновь галантно склонил голову.

– Ох, прошу простить, барон Травес. Вас сложно распознать в этом наряде. Слишком похоже на то, как сегодня одели слуг. Еще раз прошу мне простить мою близорукость. Оденься вы в своем стиле безродного бродяги и я бы немедленно вас распознал. Но, боюсь, все в этом мире растет, меняется и эволюционирует. Даже…

Генерал не договорил и лишь многозначительно улыбнулся.

– Берменгтон, – прорычал Неро. – Вы заб…

– Ох, принц, – чиновник перебил и сделал вид, что куда-то торопится. – я ведь задерживаю вас перед свадьбой! Прошу меня простить! Пойду, поскорее займу место среди гостей.

Берменгтон, оттеснив плечом Хаджара, поспешил за своей спутницей. Та, пусть и красивая, но с абсолютно пустым взглядом выглядела искусно созданной куклой.

Уже в самых дверях чиновник остановился и бросил через плечо.

– Мы будем вас ждать, барон. И, пожалуйста, если будет не сложно, захватите с собой прохлаждающие напитки. Слуги что-то недоглядели и во дворце жуткая духота.

Теперь уже пришел черед Хаджара останавливать друга. Сам он мог стерпеть такие плоские оскорбления в свой адрес, но вот его друзья… Прожившие жизни среди вельмож и аристократов, они порой мыслили, как они. Бросались на каждую мелкую шавку, решившую полаять на идущий мимо караван.

Нет, Хаджар жаждал обнажить клинок и проверить не заржавело ли мастерство Берменгтона, но совсем по другой причине.

– Не в этот день, Неро, – убеждал Хаджар товарища. Слишком много народа собралось в коридоре чтобы поглазеть на бесплатное шоу. – Не порти себе праздник кровью. Подумай о Сере. Это и её праздник тоже.

Последний аргумент подействовал на принца. Тот глубоко вдохнул и, немного погодя, резко выдохнул. Поправив свой вышитый золотом, изумрудами, бриллиантами и агатами церемониальный костюм, Неро повернулся к другу.

– Спасибо, Хадж.

Бывший, как об этом любезно напомнил Берменгтон, генерал лишь улыбнулся и пожал плечами.

– Для чего еще нужны шаферы, приятель, если не для таких ситуаций.

Теперь пришел черед Неро улыбаться.

Друзья похлопали друг друга по плечам. На солдатский манер, шокируя чванливых гостей, плюнули через плечо и отправились в зал. Гости уже сидели по ровным скамьям, а впереди, под золотым навесом, стояли король с главным жрецом. Религия не была основой государства в этом мире, но, все же, порой напоминала о своем существовании.

По красной ковровой дорожке, Хаджар, игнорируя взгляд Примуса, провел своего ближайшего друга к алтарю. Сегодня, в этот ответственный для неро день, он как и всегда был рядом. Плечом к плечу, спина к спине.

И чем ближе был золотой ящик (алтарь), тем сильнее Хаджар чувствовал, что поддержка требовалась Неро сильнее, чем в любую из их битв.

Принц споткнулся и Хаджар, сохраняя невозмутимое выражение лица, подхватил товарища. Неро вовремя пришел в себя, выровнялся и таки добрался до алтаря.

Жрец, одетый столь же богато, как и сам король, кивнул Хаджару и протянул ему простой кожанный ремешок. Именно им шафер должен был связать руки новобрачных.

Потом в зале ахнули. Все гости разом повернулись к главному входу. Там, вместе со специально скромно одетой принцессой, шла Сера. И выглядела она так, что на долю мгновения Хаджар захотел поменяться местами с товарищем.

Когда Сера добралась до алтаря, Неро будто бы облегченно выдохнул и тут же посветлел. А затем и вовсе засветился, будто бы начищенный медяк.

Потом была церемония. Хаджар слегка ошибся в том, как правильно завязывать ремешок, чем взывал неудовольствие жреца и улыбки друзей.

Затем был пир. Столько еды и вина Хаджар не видел еще ни разу в жизни. Звучали смех и тосты. Народ веселился. Сера и Элейн продолжили тискать Азрею. Ту уже это мало волновало – она слизывала мясной соус с лап.

Хаджар и Неро откровенно пили и курили. Последнее особенно не нравилось окружающим.

За огромным столом сидело по меньше мере несколько тысяч человек. На свободном пространстве играли барды. Они едва ли не по кругу пели песню о Командире Медведей и Безумном Генерале. Словно назло её постоянно просила Сера, а затем самодовольно смотрела на хмурого короля.

Выступали циркачи. Хаджар старательно отводил от них взгляд. Ему даже казалось, что он заметил несколько знакомых лиц.

А затем зал резко погрузился во тьму и послышались первые крики.

Запахло кровью.

Человеческой.

Хаджар с тоской и сожалением посмотрел на шокированного дуга, машинально прижавшего к себе невес… жену.

План Хаджара пришел в действие и теперь у него оставался только один путь. Сквозь горы тел и реки крови – прямиком к глотке цареубийцы.

Глава 230

Крики нарастали морской волной во время шторма. Они накатывали на холодное спокойствие Неро и Хаджара и, разбиваясь о него, брызгами паники разлетались по гостям.

Те разбегались, падали под столы, сворачивая со стола скатерти и укутываясь ими будто одеялами. Звенела падающая посуда. Среди вспышек разноцветной энергии и искр стали, этот звон даже отдавал некоторой мелодией. Мелодией страха и шока.

Слышались резкие выкрики Короля, отдающего приказы. Позади него стоял наместник вместе с шестью легионерами. Их Хаджар еще не видел. И, что-то ему подсказывало, что несмотря на то, что сила шестерки находилась на уровне становления истинным адептом, они были могущественнее той четвертки убийц.

Иногда из тьмы появлялась фигура, отчаянно рвущаяся к горлу Короля. Но ни один дротик, ни один арбалетный болт, ни один кинжал и ни одна техника не могли коснуться и края одежд Примуса. Всех пытавшихся добраться до Короля, тут же останавливали клинки шестерки в зеленых плащах.

Они стояли перед Наместником будто бы каменные изваяние. Появившиеся из ниоткуда, вооруженные совсем разными мечами. Зазубренными, изогнутыми, гибкими, широкими. У каждого на поясе висела по меньшей мере по две пары ножен. И, судя по их движениям, они были из одной школы.

Причем школа эта была смутно знакома Хаджару…

Очередной рывок убийцы, но не вспышки, ни даже взмаха, а его голова уже покатилась по полу. Тело рухнуло лишь позже, когда его обрушила инерция фонтана крови, ударившего из рассеченной шеи.

Теперь Хаджар понял, что именно так сильно смутило его в этой технике. Она была точно такой же, какой совсем недавно сам Примус казнил герцога Борейского. Это лишь укрепило подозрения Хаджара, зародившиеся еще пятнадцать лет назад.

Убедившись в том, что Неро и Сере ничего не угрожает, Хаджар оттолкнулся от стола. Его движения были стремительнее соколиных. Его взгляд тверже самого крепкого алмаза. Его меч – обрушившийся на спокойную бухту весенний шторм.

Хаджар легко обошел оборону шестерых мечников. Не потому что ты были медлительными или слабыми, просто не ожидали хода со стороны гостей. Ни Король, ни Наместник не успели ничего сообразить, как зазвенел металл.

Полилась кровь.

План Хаджара работал как по часам…

Примус, вздрогнув, приложил ладонь к рассеченной щеке. Именно по ней, вскользь, пришелся удар Хаджара. Король ошарашенно смотрел на возникшую перед ним спину. Опальный генерал, все еще дышащий лишь благодаря дружбе с принцем, держал на своем клинке вес огромного топора.

Один из убийц сумел пробраться незамеченным сквозь оборону, обогнуть зал по широкой дуге, и ударить туда, где его меньше всего ждали. Прямо в спину Королю и Наместнику.

Еще долго лучшие следователи и ищейки будут гадать, как он справился с этой задачей. И никто и никогда не узнает, что именно Хаджар впустил этого убийцу днем ранее и собственноручно спрятал его в секретной нише, о которой кроме него и маленькой Элейн никто не знал. А это значило, что никто, кроме Хаджара о ней не знал.

– Ваше величество, вы в порядке? – не оборачиваясь спросил Хаджар.

Он смотрел в лицо убийце, а тот смотрел в глаза Хаджару. Оба понимали, что именно последует далее. Оба были готовы к такому исходу.

– Убей его, – прорычал Примус, властно взмахивая рукой и посылая волну энергии.

Хаджар, не медля, повернул запястье и слегка качнул корпусом. Его клинком проплыл ведомой ветром травинкой и, буквально обогнув древко топора, снес голову убийце. Очередной фонтан крови и очередной тело с грохотом падает на мрамор. Звенит броня, трещат клинки.

У убийц не было ни единого шанса. А когда Сера справилась с тем, чтобы подавить заклятие Темноты и в зале вновь вспыхнул свет, то эти шансы и вовсе стали отрицательными.

Не прошло и десяти минут, как двух оставшихся нападающих поставили на колени перед Королем. С их лиц сорвали маски и народ ахнул, увидев перед собой юношей не старше восемнадцати зим.

Шокированы они были вовсе не их молодостью а тем, сколько тел легионеров оставили лежать на полу убийцы. И тем, что солдаты Лидуса, пусть и стонали, пусть и истекали кровью, но все еще дышали.

Не дольше минуты Король молча разглядывал убийц. Затем, вновь зарычав, он выхватил клинок из ножен одного из шестерки и одним ударом рассек на две части тело ближайшего убийцы.

Женщины вновь закричали. Самые слабовольные спрятали лица в плечах своих спутников. Даже Сера, видавшая и не такие виды, отвернулась и прижалась к Неро. Ярость Короля всегда пугала подданных осознанием того, что она может быть направлена на них самих.

Один лишь Хаджар сохранял невозмутимое спокойствие. Благо, во всем зале, никто кроме одного старика не смотрел в сторону генерала. Взгляд массы был прикован к окровавленному клинку, руке его держащей и голове последнего убийцы.

– Кто… тебя… послал? – от ярости и гнева Примус едва ли не задыхался. – Скажи, и умрешь так же быстро как и он.

Убийца молчал. С ненавистью он смотрел в лицо своему пленителю.

– Король приказывает тебе! – гаркнул вылезший из толпы генерал Берменгтон.

На удивление – его клинок был в крови. Вот только что-то подсказывало Хаджару, что чинуша просто вонзил оружие в чей-то уже холодеющий труп.

Юноша-убийца резко обернулся и плюнул прямо в лицо генералу. Увы, плевок не долетел и упал на стол.

– Узурпатор мне не король! – во всю мощь, в топку которой попало отчаяние и страх безысходности, закричал юноша.

Он повернулся к Королю и попытался плюнуть и в него, но его остановил сильный удар по лицу, нанесенный… Хаджаром.

– Шавка короля… – хрипел убийца, сплевывая обломки зубов. – Лже-герой на службе цареубийцы!

Народ зашептался, а Примус попытался было замахнуться мечом, но теперь для удара не хватало места – его занимал Безумный Генерал, нависший над пленником. А тот продолжал свою предсмертную тираду.

– Но не долго тебе, узурпатор, осталось терзать нашу страну! Недолго будут звучать молоты в демоновом руднике! Недолго зеленые сапоги будут топтать наши луга и поля! На севере собирает армию истинный король! И с ним дух его отца и матери! Слава принцу Хаджару! Слава истинному королю!

Примус, не выдержав, оттолкнул Хаджара в сторону, но было уже поздно. Юноша схватил зубами воротник своего плаща, сглотнул, а мгновение позже упал в конвульсивных судорогах. Из его глаз, рта и ушей телка пахучая, серая пена. Кожа быстро иссыхала, а кости хрустели и сквозь кровь и плоть, выползали наружу.

Кого-то из гостей вырвало. Другие в страхе отшатнулись.

Насколько сильно юноша верил в давно уже мертвого принца, если был готов принять ради него такую страшную смерть.

Примус, убрав со лба липкие от пота волосы, обвел взглядом зал и шепчущихся в нем гостей. Все они смотрели в сторону Примуса. Смотрели с подозрением и… куда меньшим страхом, нежели раньше.

Проклятый принц! Даже после смерти доставляет неприятности!

– Генерал! – рявкнул Король. – немедленно соберите высший военный совет в малом тронном зале. Пора положить конец этой ереси.

– Слушаюсь, мой король, – поклонился Берменгтон.

Примус смерил чиновника весьма презрительным взглядом.

– Не вы, – отмахнулся Король и повернулся к Хаджару. – Генерал Травес, вы восстановлены в должности. На ваши плечи ляжет обязанность избавить север от этой скверны.

Теперь пришел черед Хаджара низко поклониться.

– Ваша воля – закон, мой король, – произнес Хаджар и никто, ни одна душа в зале, не увидела пусть и победной, но грустной улыбки вновь генерала.

Слишком дорогой ценой обошелся успех первого этапа плана.

А сколько погибнет еще?

Но веретено судьбы уже вертелись и полотно начало ткаться. Теперь либо Хаджар возглавит парад, либо падет под ногами идущих.