Текст книги "Сердце Дракона. нейросеть в мире боевых искусств (главы 1-650) (СИ)"

Автор книги: Кирилл Клеванский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 86 (всего у книги 219 страниц) [доступный отрывок для чтения: 88 страниц]

Глава 249

На пути Хаджара тут же возникли десятки легионеров в зеленой броне. За спиной уже слышался стук железных подков о мостовую. Восторженные и приветствующие крики людей. Постепенно толпа расступалась, пропуская вперед войско Лунной Армии, под предводительством Лиан.

Хаджар не стал тут же бросаться на легионеров. В этом не было никакой надобности.

– Генерал, – прозвучал знакомый, практически родной голос. – рада вас приветствовать, мой генерал.

На мостовую соскочила Лиан. В легкой полу броне, высоком шлеме, с которого опускались вниз два белых пушистых хвоста. Скорее всего, снятые с тела убитой Белой Двухвостой лисы. Не самого простого противника, которого можно найти в окрестных землях.

– Генерал! – отсалютовал подоспевший Лергон.

Хаджар приветственно им кивнул, наблюдая за тем, как войска стремительно отсекают бушующую толпу от очага будущей битвы. Те две сотни легионеров, что охраняли помост, к этому моменту уже стучали в дома своих праотцов.

Безумный Генерал, чей не менее безумный план опять увенчался успехом, сделал что хотел. Он украл целый народ прямо из-под носа Примуса. Не было никакой необходимости заставлять простых людей гибнуть за идеалы.

Хаджар добился своего – зажег в их сердцах огонь. И теперь тот, даже если однажды потухнет, будет тихонечко тлеть. И, возможно, вспыхнет пожаром в сердцах их детей, или детей их детей. Вот только, увы, сам Хаджар этого уже, скорее всего, не увидит.

– Мой принц, – донеслось из толпы.

– Пропустите, – распорядился Хаджар.

Тут же круг воинов Лунной Армии разомкнулся. К остаткам помоста подошел человек. Его фигуру и лицо скрывал коричневый плащ, но было видно, что он что-то бережно несет на руках.

– Мастер, – приветственно кивнул Хаджар.

Человек откинул капюшон. По его плечам разметались седые волосы, из-под края плаща выглянул длинный, классический меч. На руках же он нес небольшого котенка-тигренка.

Как только Азрея очнулась, то тут же, недовольно мяукнув, соскочила с рук Мастера. В два прыжка она добралась до Хаджара. Вскарабкалась по его ноги, затем торсу, укусила (достаточно больно) за ухо и юркнула за пазуху, где вскоре и заснула.

– Никогда бы не подумал, мой принц, что связь между повстанцами можно организовывать при помощи котенка.

– Мы не повстанцы, – тут же возмутилась Лиан. – мы воюем за законную власть.

Тишина среди офицеров показала то, что никто особо не горел желанием объяснять Лиан, что повстанцы, как раз-таки, воюют против незаконной власти. Потому они и повстанцы, а не восстающие.

Впрочем, одного участника событий этот нюанс не особо волновал.

Азрея из-за пазухи своего “двуногого средства передвижения” недовольно мяукнула. Видимо этим она хотела выразить свое недовольство тем, что её обозвали котенком.

– Каков наш дальнейший план, генерал? – спросил Лергон, параллельно отдающий приказы своим людям.

Те уже разворачивали осадные мортиры. Готовили ежи против конницы, складировали мешки с песком вокруг площади, устраивая баррикады. Дворец, несмотря на внешнюю доступность, оставался в первую очередь центральной крепостью королевства.

Первая, центральная замково-дворцовая стена была построена тысячелетия назад. И все это время она укреплялась и достраивалась. Во всей стране это была самая надежная и самая крепкая защита. Построенная веками и на века.

– Скорее всего, придется брать дворец в блокаду, – промычал Лергон, привычно почесывая короткую бородку.

– Тогда могут успеть подойти войска империи, – заметила Лиан.

Загорался спор. В это время войска Лунной армии теснили толпу, оттаскивали тела Легионеров и тех, кого обладатели зеленой брони успели забрать с собой на тот свет. Строились редуты. Артилеристы уже закатывали ядра в жерла пушечных орудий.

Хаджар бы слукавил, если бы сказал, что это чувство, когда тысячи солдат ждут его приказа, не радовало его. Не ощущением власти, а, скорее, легким чувством ностальгии.

– Никакой осады не потребуется, – произнес Хаджар.

Офицеры недоумевающе посмотрели на своего генерала. А тот указал им в сторону открывающихся крепостных ворот. Тяжелые створки открывали покрытые кровью – своей и вражеской, простые солдаты и стражники дворца. За их спинами лежали десятки их соратников, но куда больше там лежало тел воинов в зеленой броне.

Мастер хорошо постарался за это время и смог, вкупе с ресурсами Хаджара, поднатаскать стражников дворца.

Хаджара повернулся к армии, которая только и ждала его приказа, чтобы ворваться во дворец. Наверное, ему стоило произнести какую-то пафосную речь, преисполненную решимости и благородства.

Увы, весь пафос и все благородство он выплеснул, стоя прикованным к столбу. Так что Безумный Генерал сделал то, что и всегда. Он вскинул в небо кулак и заревел пьяным от ярости драконом.

Сотни тысяч солдат поступили точно так же. Копьями взвились их кулаки, а от общего рева затрещали дома и затряслись стены древнего замка. Хаджар, подняв меч, первым побежал в сторону дворца. За ним по пятам следовала Лунная Армия и корпус Балиума, пришедший по зову Безумного Генерала.

Вместе они ворвались в дворцовый сад и тут же им на встречу показались несколько тысяч легионеров. Узкие дорожки и тропинки сада не позволяли армии развернуться в полную силу. Но этого и не нужно было.

Меч Хаджара, казалось, был везде сразу и одновременно. У легионеров не было ни шанса. Темная тень мелькала между ними. Каждый взмах клинка Хаджара забирал с собой несколько жизней. Каждый его удар порождал целую волну призрачных клинков, превращавших людей в фарш из плоти и стали.

Кровожадный оскал сверкал на лице генерала. Меч в его урках пел и плясал. Духом смерти он носился по саду и пока его люди с трудом отправляли к праотцам десяток легионеров, он устилал тропинки пятью десятками тел.

Замерев на мгновение, Хаджар взялся за клинок обеими руками. Вокруг него вспыхнул вихрь стальной энергии. Приняв стойку “Весеннего ветра”, Хаджар взмахнул Лунным Стеблем. Тонкая линии удара сорвалась с острия его клинка. Быстрая, почти незримая, она собрала за собой шлейф из лепестков красных цветов.

И когда она исчезла, срубив деревья, статуи и фонтаны, то в воздухе еще какое-то время держался красный шлейф. Но уже не из цветов. Сотня воинов была рассечена ровно по линии солнечного сплетения.

Они упали на землю, так и не понявшие, что именно отняло у них жизнь. Что такое простой практикующий для воинов уровня Хаджара? Не более, чем ползущий по краю одежд назойливый комар. Он может неприятно ужалить, но не убить.

В голове Хаджара набатом звучали слова предсказания Древа Жизни. Что ж…

Невольно Безумный Генерал продолжил мысленно читать отрывок из древней поэмы:

– “Но где найдется тот, кто женщиною не рожден?”.

Хаджар вонзил клинок в грудь легионера. С ревом он поднял его над собой. Кровь стекала по рукам прямо на лицо Хаджару, а тело все еще трепыхалось в предсмертной агонии.

Генерал с силой “бросил” клинок вперед и легионер, сорвавшись с лезвия, рухнул на спешащих на подмогу соратников. Те упали и их тут же накрыли сотни копий воинов Лидуса.

– Генерал! – крикнула Лиан, бьющаяся сразу с несколькими “зелеными”. – идите во дворец! Мы за вами!

Хаджар кивнул и продолжил прорубать себе дорогу во дворец. У его противников не было ни шанса. Они падали осенними листьями, устилая дорогу уже не цветами, а кровью.

Вся главная дворцовая лестница была покрыта рассеченной броней, кровью и плотью. Сам Хаджар, подойдя к древним створкам, просто пнул ихз ногой и те отворились. Одна, не выдержав, слетела с петель и, пролетев несколько метров, с гулким эхом упала на мрамор.

– Всегда хотел это сделать.

Увы, слова принадлежали не Хаджару.

Перед ним стоял Неро. В легком камзоле, с дурацким “ушастым” шлемом на голове, он держал в руках свой тяжелый клинок, прославленный в десятках песен бардов. Рядом с ним Сера с жезлом ввиде пасти дракона, держащей фиолетовую сферу. Легкое платье, короткий красный плащ и черные перчатки, закрывающие предплечья и плечи.

Оба выглядели так, будто были готовы к сражению.

– Жизнь у меня отнять способен только он, – тихо произнес Хаджар следующую строку поэмы.

Ведь если подумать, то по закону Неро и был таким. Нерожденным.

Может это и есть – час смерти Безумного Генерала? Словно повторяя судьбу по кругу, умереть от рук собственного брата.

Глава 250

– Уходи, Неро, – произнес Хаджар. За его спиной кипела битва. И только идиоту было не понятно, какой исход она получит. – Бери с собой жену и уходите. Вас никто не тронет. Я все устроил. На выходе из города вас будет ждать повозка с лучшими конями. Провизия, деньги, документы. Все, что вам может понадобиться на пути к Мор…

– Заткнись! – выкрикнула Сера, вокруг посоха которой начали свой танец десятки иероглифов. – Заткнись, генерал! И ты Неро, тоже замолчи.

Принц, едва открывший рот, чтобы что-то сказать, поспешно его прикрыл.

– Что с вами двоими такое? Оба постоянно врали мне, друг другу, всем вокруг! А теперь что? Решили поубивать здесь друг друга?! И за что? За королевство?! Или может ради мести?

– Ты не понимаешь, Сер…

– Замолчи, Хаджар! Не произноси не слова! Пусть боги меня проклянут, но в одном я согласна с Нээн – ты глупец, – под далекими ало-золотами дворцовыми сводами, на белом мраморе стояли трое. Три друга. Два брата и жена. Одна семья. По щекам Серы текли слезы. Второй раз в жизни Хаджар видел, чтобы ведьма плакала. – Хватит, пожалуйста. Не надо. Даже если ты победишь, Хаджар, то ради чего? Ради того, чтобы Дарнас отправил сюда один из легионов, и они сравняли Лидус с землей? Ты ведь знаешь, так и будет.

Хаджар молчал. Кипела битва, кричали люди, а он молчал. Просто потому что действительно знал – так оно и будет. Дарнас не позволит себе лишиться пусть даже такого мелкого источника преимущества, как рудник Солнечного металла. Ведь это, все же, пусть и маленькое, но преимущество.

А война между империями держалась именно на таких вот маленьких преимуществах, которые в сумме могли даровать победу.

Ради собственного выживания, Дарнас не только Лидус, но и все окрестные королевства при необходимости уничтожит.

– Помнишь тот день на берегу озера, Хадж? – голос Неро звучал тихо, вкрадчиво, как если бы он действительно пытался вразумить сумасшедшего. – Помнишь, как мы обсуждали будущие путешествия? Мы ведь можем так и сделать.

Хаджар опустил меч. С него тихонько капали капли вражеской крови. Они пачкали белоснежный мрамор, растекаясь масляными пятнами.

– Давайте вместе уедем, – продолжал Неро. – прямо сейчас. Оставим это клятое королевство, эту демонову империю. Уедем. Возьмем Элейн и уедем в Море Песка. А оттуда, на корабле, подальше от всего этого. Мы уже достаточно пролили своей и чуждой крови ради Балиума, Лидуса, Дарнаса. Мы смыли с себя любые долги, которые имели перед родиной и предками. Хватит.

– Я не могу, дружище, – вздохнул Хаджар. – не могу… это, чем я дышу. Пятнадцать лет я мечтал об этом дне. Дне когда…

– Ты дышал этим, брат, – перебил Неро. – пятнадцать лет назад ты жил местью, потому что был один. Со всех сторон ты был окружен врагами, – Хаджар вздрогнул от этой фразы. – теперь у тебя есть мы. А ты есть у нас. И ты готов отказаться от всего этого ради мести? Ради убийства Примуса? Подумай, Хаджар. Мой отец не святой, но он мой отец. Я не дам тебе пройти дальше, но буду счастлив уйти вместе с тобой.

– И ты оставишь отца? – спросил Хаджар. – а что будет, когда сюда ворвется Лунная Армия? Их ты как остановишь?

– Никак, – пожал плечами Неро. – у всех действий есть последствия. И моему отцу придется с ними столкнуться. Но это будешь не ты, Хаджар. Потому что ты мой брат и я не смогу забыть или простить то, что ты хочешь сделать. Поэтому, прошу тебя, давай уйдем. Уедем. Отправимся в странствия, о которых столько мечтали. Это наш момент, дружище. Только наш.

Хаджар посмотрел в лицо человек, с которым, в прямом смысле, прошел сквозь огонь, воду и медные трубы. Сколько раз они стояли плечом к плечу без страха встречая орды врагов. Они сражались друг за друга на протяжении сотен битв. Без счета спасали друг другу жизни, прикрывая спины.

В мире практикующих, стремящихся к свободе и силе, безумно трудно найти человека, которого полюбишь и с которым проведешь бесконечность времени. Но еще сложнее, найти верного друга, который отдаст за тебя свою вечность. И для которого ты сделаешь то же самое.

И что же было важнее для Хаджара? Друг или месть? Если неро был готов отказаться ради него от короны, от имени, от отца… Разве не был бы малодушен и бесчестен Хаджар, если бы не смог ответить другу, брату взаимностью.

Если один был готов отказаться от жизни, то и другой – тоже.

– Надеюсь, в повозке хватит места для четверых, – вздохнул Хаджар, убирая Лунный Стебель в ножны.

Этот момент. То, что он слишком рано убрал клинок, еще долго будет преследовать Безумного Генерала. Ночами он будет просыпаться, задаваясь лишь одним вопрос – успел бы он, если бы не убрал клинок. Смог бы он изменить судьбу, смог он спасти своего брата…

– Не портите мне спектакль, ваше высочество, – прозвучал смех наместника.

Мощная волна силы оттолкнула Хаджара в сторону выхода из дворца. Но вместо того, чтобы вылететь наружу, Хаджар врезался спиной во вспыхнувшую печать иероглифа. Точно такие же письмена вспыхнули по всему периметру дворца надежно закрывая его волшебной пеленой.

Поднявшись на ноги, Хаджар какое-то время не мог понять, почему Неро стоит на коленях. А потом прозвучал крик:

– Нет! – принадлежал он Примусу, сбегавшему по лестнице.

Облаченный в полный боевой доспех, держа в руках широкий палаш, он замахнулся им на наместника, но… Тот лишь лениво что-то прошептал. На его камзоле вспыхнул один из медальонов.

Он исторг алую, мерцающую печать и та опутала Примуса лентами сотен иероглифов. Король застыл на месте не в силах ни пошевелить, ни закричать. И только текли по щекам кровавые слезы из мутных, голубых глаз.

– Эй, эй, – Сера опустилась рядом с мужем. Она плакала. – ты чего? Ну же, болван, хватит притворяться. Вставай! Это ваш очередной с Хаджаром розыгрыш? Правильно? Ну хватит уже! Мне не смешно… Не смешно… Пожалуйста, Неро…

Из спины Неро торчало лезвие длинного клинка. Разорванные одежды обнажили мышцы и белые линии татуировок на них. Шлем упал рядом. Он слегка качался на мраморе издавая не мелодичный звон. Из-под ног принца текла кровь. Много крови.

– Прости… – одними губами произнес Неро. Его рука соскользнула со щеки Серы, оставляя на ней две кровавые полосы.

Светило солнце сквозь витражи. В его свете кожа Серы выглядела белее снега, а лицо скрывали черные волосы. Она прижимала бездыханного возлюбленного к себе и тихонько всхлипывала.

Хаджару казалось, что он падает. Куда-то далеко и глубоко. Что пол ушел у него из-под ног. Что в очередной раз раскололось сердце. А затем весь мир стал красным. Он запылал в огне безумия и ярости.

Меч сам собой лег в руки Хаджару. Раскалывая мраморные плиты, он рванул в неистовом выпаде. Он двигался с такой скоростью, что увидь это простой смертный, различил бы лишь очертания дракона и не более.

Хаджар ударил клинком, вкладывая в него столько ярости и силы, что от удара рухнули десятки мраморных колонн. Эхо от столкновения двух клинков раскололо стены. Трещины толщиной в торс человека устремились к далекому своду с которого падали каменные осколки.

Наместник, принявший этот неистовый выпад в жесткий блок, даже не сделал шага назад. Он буднично двинул запястьем, его клинок качнулся в сторону, вновь отшвыривая Хаджара прямо на печать, закрывшую вход.

Поднимаясь, Безумный Генерал сплевывал кровь. Этим простым движением Наместник ранил его внутренние органы и каналы энергии.

– Проклятье, – просипел Хаджар, утирая кровь с уголка губ.

– Вижу, ты догадался, – улыбнулся Наместник, высвобождая всю свою энергию.

Перед Хаджаром стоял вовсе не Небесный Солдат, находящийся на пике сил, а Рыцарь Духа.

– Убейте их, – распорядился Наместник и повернулся к Королю. – а с тобой мне придется немного поработать. Но, не бойся, ничего серьезного. Во всяком случае не серьезнее, чем мы с тобой проворачивали с твоей племянницей.

Наместник, впрочем, никуда не ушел. Он повернулся к ведьме и воину, ожидая как долго они смогут сопротивляться шестерке воинов в плащах. Тех самых, что некогда защищали Примуса во время нападения.

Хаджар посмотрел на бездыханное тело брата. И вновь он оказался слишком слаб, чтобы спасти родного ему человека.

Слишком слаб…

В голове, пустой и лишенной всяких мыслей, кроме желания убивать, звучала эхом предпоследняя строчка отрывка:

– “А может мне, подобно римскому глупцу упасть на свой же меч?”.

Глава 251

Сера все еще прижимала к себе надвигающееся тело Неро, когда один из Плащей рванул в её строну. Сверкнуло лезвие изогнутого меча. На его клинке плясали изумрудные огоньки, источающие достаточный жар, чтобы испепелить половину этого дворца.

– Сера! – выкрикнул Хаджар, но ведьма даже не пошевелилась.

Используя максимум своей скорости, Хаджар обернулся тенью пяти воронов. На такой скорости его мышцы и сухожилия растягивались подобно детской резинке.

Поврежденные ударом Наместника внутренние органы еле выдерживали напряжение. Оставляя за собой не только шлейф тьмы, но кровавую дорожку, Хаджар успел в последний момент подставить свой клинок.

От удара в то месте, где стояли Генерал и Плащ по мрамору разошлись глубокие трещины. Плиты, сломавшись под давлением, поднялись каменными клыками.

Оттолкнув нападающего в сторону, Хаджар развернулся и ударил ногой по одному из “клыков”. Осколок размером с руку взрослого человека вонзился в плечо не ожидавшего такого поворота Плаща.

Он протащил его по воздуху несколько метров, пока не вонзился в стену. Имперец кричал и пытался освободиться, но в итоге больше походил на трепыхающуюся бабочку.

Никто – ни пять оставшихся воинов, ни сам Наместник не собирались помогать раненному. Зеленый плащ постепенно принимал болотный оттенок. Кровь ручьем потекла на и без того уже алый пол.

Хаджар, видя что пять Плащей, обнажив клинки, готовятся к атаке, взмахнул клинком. Тут же вокруг него и Серы поднялась пелена спокойного ветра. Когда имперцы атаковали, то их мечи будто застряли в вязкой субстанции. Медленно, очень медленно, но все же они продвигались сквозь пелену.

– Сера! – Хаджар опустился рядом с ведьмой. – да очнись же ты, проклятье!

Хаджар вырвал тело мертвого друга из рук Серы и заглянул ей в глаза. Там он увидел ничего, кроме всепоглощающей пустоты. Она затягивала его внутрь, манила блаженным забвением внутри печали, тоски и цветущего одиночества.

Генерал справился с соблазном. Он стряхнул с себя наваждение. Не найдя ничего лучше, он отвесил подругу звонкую пощечину. Мигом в глазах Серы зажегся маленький огонек, впоследствии разбудивший пожар ярости и желания отомстить.

– Меч! – в голосе Серы звучал весь жар огромной пустыни.

Хаджар протянул Лунный Стебель. Ведьма провела по клинку ладонью, оставляя на металле след из светящихся белых иероглифов. Хаджар внезапно ощутил, что держит в руке уже не свой старый, добрый меч, сделанный из клыка матери Азреи.

Нет, это все еще был Лунный Стебель, но ставший более… целостным. Более сильным. Более острым. Более быстрым.

– Чары продержаться не дольше часа, – говорила Сера поднимаясь. – затем меч разрушиться.

Хаджар кивнул. Он прекрасно понимал, что в предстоящий битве им придется использовать каждое, самую микроскопическое преимущество. Так что то, что эта битва станет последней для Лунного Стебля… Что же, все может быть еще хуже.

В саду прозвучал мощный взрыв. Десяток пушечных ядер ударил в мерцающий иероглиф печати, закрывшей вход во дворец. Затем послышались крики раненных людей, когда все эти ядра просто отпружинили от печати и полетели в обратную сторону.

Поднялись клубы порохового, черного дыма. Они закрыли солнце, вновь придавая коже Серы медный оттенок.

Она встала рядом с Хаджаром. Плечом к плечу. Как некогда стоял её муж…

Она что-то произнесла на незнакомом Хаджару языке. Вокруг её пальцев закружили вереницы иероглифов, а затем, между ладонями, появился маленький голубой огонек.

Он рос, увеличивался, пока не обернулся стрекозой. Не больше указательного пальца, её синие крылья – уплотненное пламя.

Хаджар накинул на голову капюшон и выставил вперед окровавленный клинок. Светились белые письмена, даруя чувство небывалой силы и мощи.

Хаджар чувствовал, что подпитывает заклинание его собственные силы. Так что если клинок не разрушиться, то, скорее всего, умрет сам владелец.

– Мы убьем их! – произнесла Сера. – Мы их всех убьем!

Пятерка плащей продавила пелену защитной стойки Хаджара и закипела жаркая битва. Четверо из Плащей тут же окружили Хаджара, видимо определив в нем самую опасную из целей.

Как же они ошибались…

Стоило ведьме взмахнуть рукой, как стрекоза сорвалась в полет. За всем этим Хаджар наблюдал лишь в пол глаза, потому как фехтовал одновременно с четырьмя противниками.

Они двигались на такой скорости, что простой смертный увидел бы лишь редкие вспышки клинков и размытые силуэты, оставляющие черный и зеленые шлейфы за собой.

Сера стояла неподвижно. Напротив неё корчился в агонии сгорающий в синем пламени имперец. Он рвал сво. Плоть собственными руками. Срезал целые пласты мяса. Кровь фонтаном била на уже совсем не белый мрамор.

Внутри тела Плаща роилась огненная стрекоза, сжигающая и съедающая его изнутри. Она подчинялась движениям рук и пальцев Серы, в чьих глазах не нашлось ни единого уголка для сострадания.

Плащ умирал жуткой, страшной смертью. Такой, какой не позавидовал бы осужденный, приговоренный к сожжению заживо.

Хаджар отбил в сторону вражеский клинок, пропустил над головой второй, оттолкнул плечом третьего противника и, на развороте, рассек от паха до макушки одного из Плащей. Тот, разваливаясь на две равные половинки, полетел на землю.

Но еще до того, как части его тела коснулись мрамора, Хаджар поймал выпавший из ослабевшей хватки вражеский меч. Его он вонзил в горло ближайшему Плащу и, рыча от боли в рассеченной ноге, вышел из боя мощным прыжком.

Его ноги вновь раскололи мрамор, что замедлило двух оставшихся в живых Плащей.

Хаджар приземлился рядом с Серой, в ладонях которых сияла вернувшаяся огненная стрекоза. Черные одежды Хаджара слегка побагровели от крови. Он припадал на поврежденную, правую ногу, но руки крепко сжимали Лунный стебель.

Из шестерки плащей в живых осталось только трое.

– Все же, даже среди деревенщин порой появляются уникальные кадры, – промычал Наместник. В его руке появился тонкий, длинный клинок. – Увы, детки, мне этот фарс наскучил. Пора вам присоединиться к вашему другу.

Наместник сделал шаг вперед и мир замер под давлением его силы. Хаджар не мог пошевелить ни единым мускулом. Он безвольно смотрел на то, как медленно к нему приближается монстр стадии Рыцаря Духа.

Серая энергия, струящаяся из тела Наместника, формировала за его спиной многорукую фигуру. И в каждой из сотен рук это существо держало по клинку. Именно это и было – духом Наместника. Его сосредоточием силы и могущества. Если верить легендам Южного Ветра, то у каждого Рыцаря – свой собственный дух и никогда не встречалось двух одинаковых.

Наместник поднял над головой меч и Дух повторил его движения. От силы, содержащейся в этом простом движении, раскололись оставшиеся колонны, треснули стены, взорвался потолок, обнажая далекое, синее небо.

Наместник был намного, намного сильнее того, кто руководил кочевниками на Хребте Синего Ветра.

Что же, значит Хаджар был прав, что не верил предсказаниям Древа Жизни.

– Не забывай нас, Безумный Генерал.

Хаджар, не способный даже повернуться, лишь покосился глазами в сторону Серы. Стрекоза исчезла из рук ведьмы, оставив за собой полог синего пламени. Видимо именно он и спасал ведьму от давления силы Рыцаря.

Сера что-то пела на распев, а её кожа стремительно белела. И это не была игра света и теней. Нет, она действительно принимала белый цвет. Такой же, как первый, самый чистый снег.

Внезапно от Серы повеяло силой, в десятки раз превосходящей силу самого Наместника. Хаджар не понимал, что происходит, но сам имперец, кажется, был в курсе.

– Остановись! – завопил он и попытался опустить клинок, но как и Хаджар – не смог пошевелиться.

Из пола выстрелили десятки шипастых стеблей каменного плюща. Окутанные синим пламенем, они обвили наместника. Те Плащи, что еще были живы, не могли сопротивляться заклинанию. Они упали на землю, пронзенные и превращающиеся в угли. Горящие в огне, тянули руки к Сере. Кричали в беззвучной агонии.

По щекам Серы потекли кровавые слезы. Её волосы принесли красный окрас. Над головой ведьмы вспыхнуло второе солнце. Будто под порывом сильнейшего ветра раскрылся красный плащ, а сама ведьма взлетела над землей.

Мгновением позже она и Наместник обернулись двумя синими столпами.

Что-то кричал сгорающий имперец, а сам Хаджар лишь успел увидеть легкую полуулыбку на устах Серы.

– Не забывай… – донеслось до Хаджара.

Мгновением позже мир успокоился. Исчезли каменные стебли, пропало синее пламя. Хаджар выдохнул и пошатнулся, вновь приобретая контроль над собственным телом.

– Сера! – закричал он, но было уже поздно.

Ни Серы, ни Плащей, ни Наместника. Только несколько горсток пепла. Игривый ветер тут же поднял их и унес в сторону освободившегося от печати входа.

Несмотря на то, что в зал врывались воины Лунной Армии, Хаджар внезапно почувствовал себя безумно одиноким.

– Не забуду, – тихо прошептал он и, укрепив расколотое сердце, повернулся к Примусу.

Король стоял на лестнице и мертвым взглядом смотрел на тело собственного сына, лежащее у ног Хаджара. Со смертью Наместника пропали чары, удерживающие Примуса на месте. И теперь кровавые слезы капали с его лица.

– Генерал, – обратилась было Лиан, но Хаджар властно взмахнул рукой.

– Бери своих людей и уходите отсюда, – распорядился Хаджар. – Займите круговую оборону вокруг дворца. Не впускайте никого.

– Но…

Хаджар повернулся к единственному оставшемуся во всем мире человеку, которого он мог бы назвать “другом”.

– Ты знаешь план, Лиан. Знаешь, что будет дальше.

Лучница, отвернувшись, кивнула.

– Живите свободно, мой генерал.

– Умри достойно, – кивнул Хаджар. – мой друг.

Лиан скомандовала и войска двинулись прочь из дворца. Действия Серы немного форсировали план Хаджара, и теперь в Лунной Армии уже не было такой необходимости.

Когда войска покинули зал, там остались только двое.

Король и Генерал.

Братоубийца и Принц.

Примус и Хаджар.

Дядя и Племянник.

Те, кто не могли жить, пока один из них не умрет.