Текст книги "Опасное искусство (СИ)"

Автор книги: Кальтос Кэмерон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 34 страниц)

Имя Люсьена Лашанса казалось Габриэлю до ужаса знакомым.

Фалько вдруг спохватился:

– Кстати об Оргистрах. Пойду навещу Леонсию, она мне денег должна.

– За контракт?

– Нет, проиграла один спор.

Габриэль обречённо воскликнул:

– И Леонсия тоже?

========== Глава 4 ==========

– Дай мне новое дело.

Оторвавшись от работы с бумагами, Леонсия вопросительно посмотрела на вошедшего в комнату Габриэля и, взъерошив короткие волосы, осторожно уточнила:

– Уверен? Ты только недавно вернулся с Золотого берега.

Габриэль ответил резко, но ровным и сдержанным голосом:

– Это должно мешать моему желанию снова взяться за работу?

– Ладно. – Она открыла ящик стола, принявшись искать в нём нужный конверт. – У меня есть кое-что, но, по правде говоря, я хотела поручить это дело Мэри.

– Что за дело?

Эльфийка нахмурилась, решив спросить прямо:

– Рэл, у тебя что-то случилось?

Он утомлённо закатил глаза, посмотрев на потолок, в углу которого блеснула паутина.

– Ничего не случилось, я просто хочу взять контракт. Что в этом странного?

– Ты меня не убедил, – размеренно отозвалась Леонсия, поигрывая в руке двумя заветными конвертиками.

– Не люблю сидеть без дела, – снова попытался убедить её Рэл, и на этот раз она всё же протянула ему бумаги.

– Хорошо. Есть скалолаз в горах Джерол, а есть странствующий торговец, который должен умереть на глазах у толпы. За какое возьмёшься?

Габриэль пожал плечами.

– Всё равно. Давай любое.

– Мне не нравится твой настрой, но не стану лезть в личное. – Пальцы эльфийки ловко выхватили у него один из конвертов. – Я пока что не хочу посылать тебя в город. Сам видел, что случилось с Джи…

– Беспокоишься? – с усмешкой перебил её Рэл, не рассчитывая на ответ, но альтмерка, подняв на него строгий взгляд, серьёзно ответила:

– Да.

Габриэль не слышал ещё ни одного «да», которое прозвучало бы настолько выразительно, настойчиво и трепетно. Его зацепило это. Решив, что нет смысла выслушивать устное описание дела, учитывая, что Леонсии известно не так много, Габриэль взял бумаги и, поблагодарив девушку, покинул её комнату, не собираясь продолжать надоедать ей своим плохим настроением. Ему в самом деле наскучило проводить целые дни, бесцельно слоняясь по Убежищу и даже не зная, с кем заговорить, и хотелось развеяться, взявшись за работу. То, какой именно была эта работа, теперь его почти не волновало.

Упав на кровать, Рэл разрезал конверт кинжалом, доставая сложенный пергамент, и принялся вдумчиво читать изложенное на нём, знакомясь с сутью дела. Ему предстояло отправить в Пустоту известного скалолаза Андрэ Лабуша (Рэл, правда, ничего о нём раньше не слышал), который месяц назад прибыл в Сиродил, чтобы взобраться на самую высокую точку гор Джерол – Прыжковую скалу. Убить предстояло только его одного, не тронув никого из членов экспедиции, и Габриэль не считал это сложной задачей.

– Взял новое дело? – с энтузиазмом спросил подошедший аргонианин, заглядывая через плечо в попытке прочитать написанное на листе. Габриэль терпеть не мог, когда так делали, поэтому тут же сложил пергамент, вернув его в конверт.

– Как видишь.

– Как многословно, – наигранно обиделся Джи, садясь за общий стол и начиная писать что-то старым толстым пером, давно требующим замены. – Ладно. Не хочешь – не говори.

– Нужно убрать скалолаза с Прыжковой скалы.

Змеиные глаза ящера изумлённо округлились.

– Прыжковая скала? Вот Обливион!

– Что не так?

– Что не так?! – Джи эмоционально повысил голос. – Ты никогда не слышал легенд о ней?

– У меня не очень с городскими легендами…

Фалько тут же отложил своё письмо и повернулся на стуле, сев лицом к собеседнику и сложив руки на спинке.

– Сейчас старина Джи расскажет тебе историю, от которой у тебя кровь застынет в жилах. – Рэл незаметно вздохнул, готовясь к очередной байке от аргонианина. – Ходят слухи, что на вершине этой горы обитает чудище, которое может заживо сожрать всё, что движется. Все смерти, произошедшие там, официально списывают на неосторожность путешественников, погодные условия и так далее, но многие уверены, что причиной тому – Ужас, обитающий там.

– И что за тварь?

– Есть в северных горах какие-то существа, никогда не спускающиеся ниже. А на Прыжковой скале обитает мать всех этих созданий – самая крупная и кровожадная. Никто из тех, кто её видел, не вернулся живым.

– И откуда тогда про чудовище известно?

Фалько недовольно скрестил руки на груди, прошипев в ответ:

– Не порть мои истории своей рассудительностью!

Похоже, сочтя Габриэля слишком скучным и занудным собеседником, аргонианин снова сел за стол и вернулся к написанию письма. Заговорить они больше не пытались, и Рэл, решив не терять времени, принялся собирать вещи.

Чёрная дорога плавно слилась с Красной кольцевой и вывела Габриэля на северную возвышенность Великого леса, откуда открывался великолепный вид на озеро Румаре, в центре которого светился возведённый на острове Имперский Город. Смотря на него, Рэл невольно вспомнил Арену, на которой ещё недавно сражался, но ему казалось, что это было вечность назад. Он начал новую безумную жизнь, к которой никак не мог привыкнуть, и единственным, чего ему не хватало, было общение с ребятами, такими же бойцами, как он. Он скучал по занятиям с Агронаком, по постоянным взбучкам от Овина, по издёвкам Гундолина и по ночным дуэльным тренировкам на песке после закрытия. На Арене было проще, там были совершенно другие люди, с которыми было легко общаться. В Тёмном Братстве всё-таки было иначе.

Габриэль не мог привыкнуть к тем, кто его окружал, не мог понять их, хотя и признавал, что каждый из этих людей и эльфов по-своему интересен. Однако ещё больше удручало само Убежище. Это жуткое подземелье давило на сознание, выворачивало душу наизнанку и будто бы гнало прочь уже на второй день пребывания в нём, пробирая холодом и сыростью до костей. Несмотря на тёплую магию, освещение и прекрасную благоустроенность, Габриэль понимал, что всё это и рядом не стоит с обычным спальником на полу в Кровавом зале.

На тракт опускались свежие сумерки, пахнущие влажным туманом, и солнце за спиной уже наполовину скрылось за Коловианским нагорьем, однако Синяя дорога, ведущая на восточный город, оставалась ещё далеко. Единственный трактир, в котором можно было переночевать, пару часов назад остался позади, и Габриэль решил свернуть в лес, чтобы найти подходящее место для ночлега и разбить лагерь, пока ещё окончательно не стемнело. Углубляясь к Хартленд, он осмотрелся, прикидывая своё примерное местоположение, чтобы потом, срезав небольшой участок пути, сразу выйти на Синюю дорогу, которая сейчас оставалась по правую руку. Лес здесь был смешанным, но негустым и чистым, без непроходимых буреломов, непролазных чащоб и необъятных топей, поэтому найти подходящее место для лагеря не составило большого труда. Рэл остановился на небольшой ровной полянке, окружённой зарослями уже отцветшего бересклета, и, сбросив заплечный мешок, осмотрелся, решая, с чего лучше начать.

Достав походный топорик, он срубил на дрова небольшую берёзку, сложив её в центре для костра, и магической искрой запалил поленья, оставив их неторопливо разгораться ярко-оранжевым пламенем. Затем расстелил спальный мешок, убрав с земли мешающиеся ветки и ольховые шишки, и, сев на него, принялся варить ужин в небольшом котелке, неожиданно задумавшись о своём магическом даре. Он точно знал, что никто по линии матери, включая её саму, не был чародеем, отец же тоже всегда предпочитал оружие и никогда не колдовал. Из магов в его семье была только Дафна и, наверное, магический дар ему достался от кого-то из отцовских предков. Он не знал своих бабушку и дедушку и старался не надоедать с расспросами, но, если бы не Даф, то он вряд ли бы сейчас умел всё то, что умеет.

Вряд ли бы он вообще знал о своих способностях.

Думая об этом, он улыбнулся в свете разгоревшегося костра и отложил в сторону уже пустой котелок, вынув из ножен длинный меч. В любую свободную минуту он проверял его состояние, тщательно следя за заточкой, потому что считал, что за собственным оружием нужно особенно внимательно ухаживать. Меч стал его самым верным другом и надёжным боевым товарищем, благодаря которому он вышел живым из множества сражений, и Рэл понимал, что ни к одному человеку не был привязан так сильно, как к собственноручно выкованному клинку. Достав из сумки точильный брусок, он провёл им по блестящему лезвию, убирая зазубрины и царапины и издавая привычный любимый скрежет, согревающий душу.

Однако сквозь этот шум, зловеще разлетающийся по лесу, Габриэль услышал рядом какой-то шорох, и замер, мгновенно перехватив меч для боя. Слева от него в густых чёрных зарослях невысокого кустарника кто-то возился, ломая ветки и шурша листьями, но продолжалось это недолго. Уже через несколько секунд всё стихло, вернув лес в привычную ночную тишину, разбавленную только криком совы вдалеке, и Габриэль даже успел подумать, что всё это – лишь игры его уставшего воображения. Еле заметное дрожание веток рядом мгновенно заставило его оттолкнуть эту мысль. Он тихо поднялся, стараясь не шуметь, и осторожным шагом направился в ту сторону, отчего-то уверенный, что это точно не какой-нибудь лесной зверь, подобравшийся слишком близко к человеческому огню. Выставив меч, Габриэль раздвинул остриём тонкие ветки и вздрогнул, увидев, как в свете костра блестят тёмные эльфийские глаза. Сидя на холодной земле, на него испуганно смотрела босмерская девчонка, хлопая длинными светлыми ресницами. Убирать меч Габриэль не торопился, и она, переводя взгляд с оружия на бретона, медленно попятилась назад, пачкая и без того грязные протёртые штаны.

– Стой. – Рэл осторожно приподнял руку в примирительном жесте и отвёл в сторону клинок. – Я тебя не обижу. Не бойся.

Недолго думая, он всё же вернул меч в ножны и присел напротив чумазой лесной эльфийки в рваных одеждах. Никакой магической угрозы, исходящей от неё, он не чувствовал, но отчего-то всё равно стало не по себе. Рэл всегда считал истории про ночные встречи с детьми в лесах весьма жуткими, хотя на нежить эта девочка совершенно не была похожа.

– Я не боюсь, – дрожащим голосом ответила она, приподнимая острый подбородок, но продолжая вжимать голову в плечи, будто перепуганный котёнок, зажатый дворнягами в угол.

– Отлично. – Он поднялся, протягивая ей руку. – Тогда иди сюда.

Девчонка тоже выпрямилась во весь рост, осторожно касаясь пальцами его ладони. Она оказалась невысокой, едва доходила ему до груди, но в чертах её лица уже было что-то женственное и строгое, как у взрослой эльфийки.

– Кто ты?

– Нериэль, – робко представилась она, быстро шагая с ним рядом.

– Отлично, – глупо повторил Габриэль, не зная, как ещё можно разрядить напряжённую обстановку. – Садись ближе к костру, чтобы согреться.

– А ты кто?

– Габриэль. – Он порылся в своих вещах, доставая кусок солёного мяса и хлеба, и протянул ей. – Будешь?

Нериэль приняла угощение, осторожно попробовав кусочек и всё ещё продолжая смотреть на Рэла испуганным взглядом. Он же думал, как эта девчонка смогла оказаться так далеко от города в глухом лесу совершенно одна. Думал и не понимал. Нериэль была тощей, и старая одежда висела на ней, чудом не спадая; грязные волосы непонятного тёмного цвета были коротко острижены тупым ножом, это выглядело неопрятно и грубо, а загорелая кожа эльфийки была покрыта множеством мелких царапин, оставленных острыми ветками деревьев.

– Как ты сюда попала? – наконец спросил он, протягивая флягу. Девчонка продолжала изумлённо хлопать длинными ресницами. – Заблудилась?

– Я не помню, – с набитым ртом ответила она, опуская взгляд на языки пламени.

Габриэль в удивлении приподнял брови.

– Как так – не помнишь? Откуда ты?

– Из города, – робко пролепетала она, кажется, испугавшись его оживлённой реакции.

– Чейдинхол? – Нериэль кивнула, и Рэл поднялся на ноги, накидывая на плечи девчонки свой плащ. Ночь становилась глубже, и уже заметно похолодало. Стараясь придать уверенности голосу, он начал: – Вот что. Мы переночуем здесь, а потом я доведу тебя до города, и мы отыщем твоих родителей.

– У меня нет родителей.

Это прибавило головной боли. Габриэль с пониманием кивнул.

– Кто-то, с кем ты живёшь?

– Дядя.

– Вот и отлично. – Рэл усмехнулся, подумав о том, что чем-то их биографии похожи.

Срубив несколько пышных еловых веток, он бросил их рядом с костром, соорудив для себя что-то вроде места для ночлега, потому что заставить ребёнка ночевать на земле он не мог, а потом обошёл по периметру свой маленький лагерь, на случай внезапной опасности расставляя магические руны. Разумеется, он счёл нужным предупредить об этом Нериэль, однако это принесло противоположный эффект. Узнав, что Габриэль чародей, девчонка испугалась ещё больше и натянула выше тонкое одеяло его спальника. Габриэль вздохнул и, пожелав ей спокойной ночи, лёг у костра, ёжась от ночного холода и стараясь прогнать прочь назойливые мысли. Этот день вымотал его настолько, что сил думать о чём-либо уже не осталось.

Рэл проснулся, услышав чей-то напряжённый шёпот. Он не сразу открыл глаза, но был твёрдо уверен, что рядом кто-то есть. Тело отчего-то жутко болело, шею и спину ломило, и Габриэль сжал руку на еловой хвое, понимая, что ночь на земле оказалась сущим кошмаром.

Следующий звук привёл его в бешенство: кто-то вынул из ножен его меч. Он очень хорошо знал этот звук и понимал, что это было именно его оружие. Глаза распахнулись непроизвольно. Стояла глубокая ночь, и небо, закрытое чёрными ветвями деревьев, искрилось мелкими звёздами. На освещаемой лунами лесной поляне трещали кузнечики, заглушаемые мужскими голосами.

– Хороший меч, – оценивающе проговорил кто-то, и Габриэль мгновенно разозлился на самого себя. Если он останется сегодня жив, то больше никогда не станет ночевать в лесу.

Мгновенно в голову пришла иная мысль: с ним же девчонка!

Совершенно не думая о своих действиях, он резко поднялся на ноги и тут же наткнулся на остриё своего меча, смотрящее в незащищённую грудь. Идиотский шаг.

– Осторожнее с ним. Он маг, – спокойно предупредила Нериэль взрослым голосом, и Габриэль поспешил найти её взглядом. Босмерка взяла в руки его мешок и, перевернув, высыпала на землю содержимое.

– Помню, – нервно прошипел ей в ответ каджит, не спуская с Габриэля жёлтых глаз.

К босмерке подошёл имперец средних лет и с мерзкой улыбкой положил широкую ладонь на её бёдра. В горле у Рэла пересохло. Он хотел что-то сказать, но тихий хрип затих в глотке, даже не вырвавшись наружу. Вот и помогай после этого маленьким девочкам.

– Спасибо, что рассказала, как обойти его ловушки, Нэр, – похвалил Нериэль имперец, осматривая содержимое мешка у себя под ногами. – Вижу, у него есть чем поживиться.

– Ларк, – окликнул главного каджит, – прикончить его уже?

– Я его прикончу! – неожиданно запротестовал громадный орк, до этого молча сидевший у тлеющего костра и наблюдающий за происходящим. – Уговор был.

Габриэль недоумевающе осмотрел их. Вот уж компания! Для полного бандитского набора им не хватало только какого-нибудь аргонианина и данмера-мага.

– Заткнитесь, – спокойным голосом приказал имперец, которого назвали Ларком, и орк обиженно пробубнил:

– Всё равно я его убью…

Если с двумя разбойниками Габриэль ещё мог справиться, то вот орсимер заметно убавлял его шансы на победу и уменьшал надежду остаться сегодня в живых. Габриэль видел, что этот парень в сражении предпочитал пользоваться тупым полэксом с острым вороньим клювом на противоположной стороне, весящим все восемь фунтов, и без проблем мог одним ударом проломить череп. Нериэль тем временем полностью изучила пожитки Рэла, отбрасывая всё ненужное в сторону, и отобрала для себя самое интересное: деньги и золотую цепочку, которую у Габриэля забыла одна из его подружек. Когда босмерка заинтересовалась конвертом, где был изложен предстоящий контракт, Габриэль не смог промолчать:

– Не надо, Нериэль.

Собственный меч легко уколол кожу, и Габриэлю с трудом удалось сдержать себя в руках.

– Помалкивай, – предупредил каджит.

Эльфийка забрала у Ларка факел, чтобы посветить себе и, расправив бумагу письма, демонстративно кашлянула, решив читать вслух. Габриэль не торопился с магией, потому что ему стала любопытна реакция этих ребят, когда они поймут, с кем связались. Он и вовсе надеялся обойтись без колдовства: нужно только обезоружить каджита, пронзив его на развороте, затем уклониться вправо, подныривая под уже обнаженный меч Ларка, и полоснуть этого имперца поперёк, оттолкнуть плечом босмерку, желательно повалив её на землю, чтобы не мешалась и не подстроила какую-то пакость, и напоследок сразиться с орком. Было бы неплохо, если всё удастся.

– “Вашей целью является бретонский скалолаз Андрэ Лабуш. Известно, что вместе со своей экспедицией он разбил лагерь на севере от Чейдинхола, у подножия Прыжковой скалы, на которую собирается подняться. Заказчик не указал определённых условий выполнения контракта, однако Тёмное Братство, – Нериэль осеклась с настоящим испугом взглянув на Рэла. Он усмехнулся в ответ, – не одобряет кровавые бани тогда, когда они не требуются. Умереть должен только Лабуш. Он пробудет в Сиродиле с первого числа Руки дождя до Второго зерна. Контракт средней сложности”.

– Я предупреждал, – наигранно вздохнул Габриэль и, пользуясь тем, что его противники потеряли бдительность, ловко подался вправо, уходя от направленного на него меча. Он нанёс точный и резкий удар предплечьем, отбивая руку каджита, обхватил двумя ладонями его запястье и вывернул, обезоруживая. Затем отступил на пару шагов, давая простор своему оружию, и смертоносной прямой линией полоснул по горлу.

Ещё один идиотский шаг.

Кровь из разрезанной артерии брызнула в лицо, заливая глаза, всю одежду и руки, которые сразу же стали липкими и скользкими. Матье всегда учил перерезать горло только со спины именно для того, чтобы не испачкаться.

Нериэль громко взвизгнула, увидев это, и уронила письмо на землю, а имперец и орк одновременно схватились за оружие. Пока всё складывалось не так, как было запланировано. Габриэль в два шага оказался рядом с Ларком, уклоняясь от его атаки и делая выпад в попытке полоснуть лезвием по левому боку, но противник парировал, разбивая надежду расправиться с ним мгновенно. Громила-орк уже приближался, сжимая в руках боевой молот.

Рэл рубанул сверху наотмашь, наткнувшись клинком на поставленную защиту и признаваясь себе, что сегодня он бьёт рекорды по количеству идиотских решений. Быстро отскочив назад в попытке сохранить драгоценные секунды, он, почти не концентрируясь и действуя по привычке, накрыл Ларка огненным шквалом магии, мгновенно нагревающим воздух и освещающим эту тёмную ночь. Заклинание получилось слабым, но его хватило, чтобы одежда на имперце вспыхнула ярким факелом. В лесу раздался полный отчаяния и ужаса крик, Ларк отбросил меч и упал на землю, пытаясь затушить огонь, но Рэл не позволил ему долго мучиться. Подбежав ближе, он на ходу разрезал мечом беззащитное тело, и имперец затих. Остались только почти неслышные треск магического огня и запах горелой плоти, от которого начинало мутить.

Стремительно приближающийся орк занёс полэкс над головой, готовя единственную сокрушительную атаку. Такой удар – и Габриэль будет плашмя валяться на земле, даже не успев ничего понять. Как-то раз ему довелось выйти на Арене против этого оружия: щит оказался разбит в дребезги, а сам Рэл отделался лишь переломом руки.

Габриэль поднырнул под молот, стремясь нанести колющий удар снизу, но это ему не удалось, поскольку полэкс оказался быстрее. Он стремительно опускался всей своей тяжестью, грозя обрушится на спину, и в последний миг Рэл понял, что уже никаким образом не успеет увернуться. Даже магия, которую он всегда считал всемогущей, сейчас не смогла бы ему помочь.

Он уже сбился со счёта, какая это была идиотская выходка. Похоже, последняя.

Воздух пошатнулся, расступившись, и в тело ворвалась Пустота, швыряя душу энергетическим сгустком из стороны в сторону, отчего сознание начало меркнуть и теряться среди разноцветного единения леса вокруг. Твёрдой земли под ногами не оказалось, съеденная на ужин похлёбка отчаянно запросилась наружу, но руки упрямо продолжили своё движение, выбрасывая меч вперёд, чтобы насадить орсимера на лезвие.

И клинок вонзился в поясницу громилы, с хрустом проломив кости, а Пустота, будто пережевав, выплюнула Габриэля за спину мера, мгновенно вернув под ноги землю. Сохранить равновесие он не сумел и упал, разжимая пальцы на рукояти и оставляя меч в теле. Дыра, образовавшаяся в пространстве, плотно стянулась вокруг него, возвращая мир на место, окрашивая лес в прежние краски, насыщая воздух всё теми же запахами и ставя белыми точками звёзды на небе, но Габриэль уже не заметил всего этого, лишь краем сознания понимая, что его тело перенесло краткую непроизвольную телепортацию. Или не перенесло.

Пять. Пять идиотских выходок за полчаса.

Габриэль почувствовал под собой холодную мягкую землю, а на руках – что-то липкое. Кровь. Возможно, его собственная. Он медленно открыл глаза, с шумом выдыхая и пытаясь привыкнуть к вернувшейся на место реальности, но голова раскалывалась от боли, в ушах стоял низкий громкий гул, и воздуха не хватало, чтобы привести дыхание в порядок. Рэл попытался сесть, и это стоило ему огромных усилий: всё вокруг снова поплыло, уже насыщенные цвета смешались в одно мутное безобразие, а съеденный ужин всё же не пожелал оставаться в желудке.

Кое-как придя в себя, Габриэль осмотрелся. Рядом валялся здоровенный орк с точащим из спины мечом, траву под ним заливала тёмная, уже успевшая свернуться кровь, а неподалёку лежали ещё два трупа: один покрывали жуткие ожоги, второй распластался на земле в неестественной позе с наполовину отрубленной головой. Разумеется, Рэл очень хорошо помнил, что здесь произошло.

Затылка коснулось что-то холодное и острое, и Габриэлю не потребовалось много времени на размышления.

– Убери меч, Нериэль.

– Замолчи! – нервно крикнула она. – Замолчи, или я прошью тебя насквозь!

– У тебя был такой прекрасный шанс сделать это, пока я тут валялся…

– Замолчи, – безвольно повторила она, не зная, что ещё ему сказать. Оборачиваться Рэл не спешил, опасаясь, что она и впрямь способна убить, но молчать не мог.

– Как ты связалась с этими подонками, девочка?

– Я тебе не девочка.

Рэл не удержался, вспоминая, как с ней обращался Ларк:

– Я уже понял.

– Что тебе нужно, Габриэль? – Её голос слезливо дрогнул, и Рэл понял, что она точно не была дурой. Ей было ясно, что сейчас у неё немного шансов держать ситуацию под контролем.

Он повторил:

– Убери меч.

Недолго думая, Нериэль всё же опустила оружие и отошла на пару шагов, сев на землю и уперев бездумный взгляд в притоптанную траву. Габриэль позволил себе обернуться, хотя и не спешил подниматься на ноги. Лицо босмерки было перепачкано кровью и грязью, размытой слезами, а красивые эльфийские глаза покраснели, однако Нериэль держалась стойко, пусть и выглядела жалко, несмотря на высоко поднятый подбородок. Рэл никак не мог уложить в голове, как она оказалась в шайке этих выродков и почему сейчас плакала из-за их смерти, учитывая, что в их компании её жизнь точно не была сладкой. Он даже думать не хотел о том, что делал с ней этот Ларк. А может, и не только он.

– Верни мои деньги, – устало велел Рэл, не находя в себе сил злиться, и девчонка покорно бросила ему звенящий мешочек, который с трудом удалось поймать.

Габриэль понимал, что Нериэль уже не сможет сопротивляться ему или пытаться как-то обмануть, но она доставит немало проблем. Однако бросить её здесь он тоже не мог.

– Про дядю соврала, да?

– Соврала, – кивнула босмерка, тряхнув грязными патлами волос. – Про родителей – нет.

Это Габриэль понимал и без разъяснений. Он тяжело поднялся на ноги, стараясь сохранять равновесие, и решил:

– Я отведу тебя в город, чтобы ты больше не шлялась по местным лесам с бандитами. – А потом добавил: – Отдам в храм, вырастешь благочестивой жрицей Аркея.

– Ты недостаточно поиздевался надо мной?

– Я серьёзно. – Габриэль в самом деле не шутил. – Так будет намного лучше.

– Какой мне храм, сам подумай! – Она шустро вскочила с земли. – Нас даже в город-то в таком виде не пустят. И вообще! Тебя не должна заботить моя судьба и… и как ты можешь говорить о храме?

Рэл усмехнулся.

– Считаешь, если я убийца, то должен быть таким вот бесчеловечным уродом, как эти? – Он кивнул в сторону трупов. – Ты права только в одном: в таком виде нам точно лучше никуда не идти.

– В часе отсюда есть лесное озеро, – Нериэль вежливо проигнорировала остальные слова.

– Прекрасно. – Он наступил на тушу орка, вынул свой меч и очистил его от засохшей крови. Только из-за этого клинка можно было их всех поубивать. – Собери обратно в сумку мои вещи, которые ты так старательно разбросала.

Нериэль проворчала что-то, но не стала спорить. Наблюдая за ней, Габриэль заметил, что она ничего не убрала в свой карман и добросовестно выполнила его приказ, тогда он принялся сворачивать небольшой лагерь, полностью доверившись босмерке. Он знал, что она не станет его обманывать и пытаться навредить, потому что вряд ли была на что-то способна без своей банды. Она подчинялась Ларку, а теперь подчинялась ему, и Габриэль не хотел её винить. Нериэль была всего лишь ребёнком, который полагался на сильнейших.

– Веди, – коротко приказал он ей, перекидывая мешок через плечо, когда всё было готово, но Нериэль замешкалась.

– Ты оставишь всё так?

– У меня нет времени возиться с ними, – твёрдым, не терпящим возражения голосом ответил Рэл, понимая, что оставлять трупы в лесу в самом деле не лучшая идея. – Так что идём.

– Да, Габриэль, – неожиданно зло сказала босмерка, – я действительно считаю тебя бесчеловечным уродом.

Она пошла впереди, не позволяя Габриэлю ей ответить, но он и не стремился снова начинать разговор. Маленькая босмерка вела его через густой лес, обходя высокие рощи и кустарники, и, глядя на неё, Рэл понимал, что это в самом деле была её родная стихия. Она ловко перепрыгивала упавшие деревья, иногда шла по их скользким от росы стволам, умело держа равновесие, проползала, нагнувшись, под арками из завалов и интуитивно обходила стороной глубокие моховые кочки. Габриэль же не настолько привык к лесам: он то и дело спотыкался о появляющиеся под ногами корни, проклинал всё на свете, если приходилось нагибаться, чтобы пролезть под упавшей осиной, а цепкие травы хватали его за сапоги, затрудняя передвижение.

Однако к озеру они вышли довольно скоро, часа точно не прошло. Рэл, несмотря на непростой путь по лесу, бессонную ночь и случившееся кровавое безумие, почти не чувствовал себя уставшим. О пережитом кошмаре напоминало только звенящее бездной в груди опустошение, выворачивающее наизнанку. Хотелось выпить восстанавливающее зелье, чтобы хоть немного прийти в себя, но все флаконы разбила Нериэль, когда разворошила его мешок. Габриэль с трудом осознавал случившееся: его магия никогда не отличалась особенной мощью, у него был весьма скромный запас заклинаний, но тем не менее ему удалось открыть портал и пережить перемещение. Он всё ещё не понимал как, но это в самом деле случилось и спасло ему жизнь.

– Вот оно. – Эльфийка указала рукой на серебрящееся недалеко озеро. Здесь было холоднее, и Габриэль догадался, что они уже далеко забрались на север.

Когда они приблизились к берегу, Нериэль на ходу начала стягивать с себя одежду. Габриэль вежливо отвернулся, оставив её за спиной, и эльфийка усмехнулась.

– Думаешь, я стану тебя стесняться? – Она обошла его, оставаясь в одной длинной рубахе. – Я в самом деле уже не девочка, так что раздевайся и иди мыться, если хочешь сэкономить своё драгоценное время.

Она всё ещё злилась на него за то, что он оставил трупы на съедение волкам. Стащив с себя последнюю одежду, босмерка зашла в воду, совершенно не стыдясь наготы, и Габриэль замер на берегу, наблюдая, как волны от её тела плавно расходятся в разные стороны, и недоумевая, откуда в этой девчонке столько дерзости.

Он бросил сумку на землю и устроился на высоком замшелом валуне, смотря на Нериэль и думая над тем, как ему поступить дальше. Отдавать её в храм точно не стоило, но и оставлять на улице было недопустимо, поэтому в голову приходил лишь один безумный и совершенно невозможный вариант.

Вскоре, смыв с себя грязь и кровь и даже как-то преобразившись, Нериэль вышла на берег и, не потрудившись натянуть одежду, приблизилась к Габриэлю, не отрывая взгляда от его глаз. Он с любопытством рассмотрел её и всё же равнодушно сказал:

– Если я признаюсь, что стесняюсь, ты отстанешь?

Нериэль закатила глаза, принявшись расстёгивать его доспехи, и Габриэль позволил ей помочь снять кирасу и поножи, а потом, нагнувшись за её одеждой, торжественно вручил её ей, велев одеваться. Пробормотав что-то, эльфийка отвернулась и стала натягивать штаны.

Габриэль убедился, что она продолжает стоять к нему спиной, снял оставшуюся одежду и подошёл к воде. Он выглядел действительно ужасно: засохшая кровь, смешанная с грязью, залепляла всё лицо, волосы спутались, на правой скуле виднелся тёмно-фиолетовый кровоподтёк, и Рэл даже не помнил, когда его получил.

Ледяные волны обволокли обнажённую кожу, одновременно лаская и мучая. Кристально чистая вода смывала с тела пот и грязь, и Габриэль, распустив тёмные волосы, окунулся в озеро с головой, чувствуя, как холод начинает сводить судорогой мышцы. Он любил горные озёра, получал от них какое-то нездоровое наслаждение и удовольствие. Ему нравилось ощущать вокруг себя эту прозрачную воду талого снега, с которой не сравнится ни одна южная река, нравилось, когда холод пронзал магией до костей, нравилось плыть и чувствовать себя словно парящим в небе.

Когда находиться в воде стало невыносимо, Габриэль через силу проплыл ещё немного и вышел на сушу, поспешно одеваясь и облачаясь в доспехи. Нериэль всё так же сидела к нему спиной, выводя палочкой на земле какие-то узоры, и Рэл подумал, что, если бы она была постарше лет на пять, он позволил бы себе зайти с ней в озеро вместе.

– Идём.

Она нехотя поднялась с земли, рваным ботинком зачёркивая всё, что нарисовала, и, как-то ехидно улыбаясь, покорно последовала за Габриэлем, ничего не сказав. Её постоянно хитрый взгляд, болтливость и всяческие уловки уже начинали выводить из себя и заставлять нервничать, потому что Рэл не собирался тратить столько времени. Ему ещё нужно было выполнить контракт.

– Не боишься, – словно прочитав его мысли, вдруг подала голос Нериэль, – что при первой же возможности я расскажу о тебе страже?