Текст книги "Опасное искусство (СИ)"

Автор книги: Кальтос Кэмерон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 34 страниц)

Поднявшись на второй этаж в свою комнату, Габриэль бросил дорожную сумку у изголовья кровати, снял ремень с ножнами, и в дверь вдруг постучали. Юная помощница хозяйки принесла ему воды, чтобы путник мог смыть дорожную пыль с лица и рук.

– Спасибо. – Габриэль улыбнулся ей и вложил в маленькую ладошку серебряный септим.

Девушка засмущалась. А потом подняла на него красивые кошачьи глаза и сказала:

– А я тебя помню. Ты останавливался у нас зимой.

– Я тебя тоже помню, – ответил он. – Такую разве забудешь?

Ом-рат засмущалась и поспешила оставить гостя одного. Габриэль только усмехнулся и подумал, что даже если она сама придёт к нему вечером, он сможет только поцеловать её в щёчку и отправить спать.

Когда он спустился вниз, на одиноком столике его уже ждала тарелка овощного рагу, запечённая рыба и ещё одна кружка пива – чтобы наверняка спалось хорошо. Через несколько минут подошла улыбчивая Абуки, поинтересовалась, всё ли ему нравится и не надо ли добавки, а потом отнесла очередной поднос новому посетителю.

– Привет, – неожиданно поздоровалась с ним данмерка и протянула тощую руку. Габриэль пожал её.

– Привет, – ответил он, заинтересованно наблюдая, как она отодвигает стул и садится за его столик.

– Угостишь пивом? А то эти двое обобрали меня до нитки, – тёмная эльфийка кивнула в сторону сиродильцев.

Габриэль махнул Абуки, прося принести ещё кружку, и заметил, что юная помощница хозяйки не отрывает от него красивого взгляда. Он невзначай ей улыбнулся.

– Боги не забудут твоей доброты! – воскликнула данмерка, растроганная такой щедростью. – Спасибо!

– Будешь должна.

Она засмеялась, понимая, что Габриэль сказал это без какой-либо надежды на то, что ей выпадет шанс вернуть долг. Смех у неё был очень звонкий и чарующий.

– Скажи, куда мне выслать деньги, когда они у меня появятся.

Эльфийка обладала строгой грубой красотой, у неё было сильное тело, но никакого оружия кроме простого старого кинжала Габриэль при ней не увидел. Она носила мужскую домотканую одежду и не была похожа ни на путешественницу, ни на наёмницу. Жёсткие чёрные волосы данмерка не убирала, и они ложились на худые плечи длинными засаленными прядями. Было в ней что-то притягательное, несмотря на грубость. Только пахло от данмерки странно – цветочными дешёвыми духами, которые пытались замаскировать более резкий неприятный запах. Габриэлю он казался знакомым, но за ароматами цветов он никак не мог понять, что это.

– Меня сложно застать на одном месте, – ответил он эльфийке после недолгого молчания. Миловидная ом-рат как раз принесла ей кружку и поинтересовалась у Габриэля, хочет ли он тоже выпить. Он отказался. Данмерка, заметившая, как девчонка строит ему глазки, ухмыльнулась и спросила:

– Ты наёмник? – Рэл пожал плечами, не собираясь ничего утверждать, и это можно было растолковать как угодно. Данмерка приняла это за положительный ответ. – Много берёшь за работу?

– Смотря какая работа. На жизнь хватает.

Тёмная эльфийка спрятала алый взгляд в кружке и вдруг прямо спросила:

– А за убийства берёшься?

Габриэль понизил голос:

– Тот светловолосый нибенеец, с которым ты играла в кости, легионер. У него на шее шнур с Драконом. Думаешь, я стану с тобой обсуждать такие вещи? Может, это он тебя ко мне и подослал, решив, что у меня рожа слишком преступная?

Данмерка снова от души рассмеялась, и Габриэль продолжил ужинать, улыбнувшись.

– Знаешь, – начала она, успокоившись, – а честные люди, заходя в трактир, не рассматривают других посетителей, пытаясь выявить в них стражников.

– Привычка, – нехотя признал Рэл.

Данмерка заверила:

– Он не подсылал меня к тебе. Просто я уже очень давно хочу отправить кое-кого в Обливион, но да ладно.

– У меня сейчас есть дело, поэтому я всё равно бы отказался.

Она с пониманием кивнула и взяла с его тарелки хрустящий рыбий плавник.

– Не боишься такой работы? Постоянно видеть напротив себя лезвие чужого меча – то ещё удовольствие.

– Хорошо, что между мной и чужим мечом обычно есть лезвие моего меча. Это многое меняет.

Она снова улыбнулась.

– Однако, как бы хорош ты ни был, ты ведь не раз пропускал удары.

– Бывало, – спокойно согласился Рэл.

– Но ничего серьёзного?

– Бывает и серьёзное. Чаще, чем хотелось бы. Каждый раз выживаю каким-то чудом.

– И всё равно продолжаешь рисковать собой.

– Что мне ещё остаётся?

Габриэль не находил в этом ничего удивительного. Да и его собеседница, впрочем, тоже. Просто интересовалась.

– И… каково это? – вдруг спросила она. – Что там?

– Да ничего. Пустота. Или галлюцинации, вызванные страхом и болью.

– Извини. Я не должна была так расспрашивать об этом.

– Откуда у тебя такой интерес?

– Я тут собралась человека убивать, если ты не понял.

Это прозвучало как шутка, и Габриэль улыбнулся, хотя она, кажется, не шутила.

– Тогда тебя это вообще не должно волновать, – ответил он. – Это будет его пустота. Не твоя.

Эльфийка поставила на стол уже пустую кружку, Габриэль попросил трактирщицу налить ей ещё. Сам снова отказался.

– Так тебя не волнует?

– Первое время волновало. Потом об этом уже не думаешь.

Данмерка странно хмыкнула и с наслаждением пригубила пива. Рэлу казалось, что на самом деле она прекрасно его понимала, хотя он ещё ни разу не говорил о таком с первым встречным.

– Ты страшный человек, – её удивление прозвучало безобидно, но Габриэль и не собирался с этим спорить.

– Ты не первая говоришь мне такое.

– Однако ты не кажешься мне опасным и жестоким. От других наёмников, которые мне встречались, хотелось держаться как можно дальше. А от тебя – нет. Не каждый день здесь встретишь таких людей, как ты.

– А ты бываешь здесь каждый день?

– Я частенько прихожу сюда ужинать. Живу недалеко.

– И чем занимаешься?

– Стригу овец. Пряду шерсть.

– Правда? – не поверил Габриэль.

Данмерка улыбнулась и не стала ничего отвечать. Сейчас её улыбка заставила его передёрнуть плечами.

– Я тоже редко встречаю таких, как ты, – продолжил Рэл. – Женщины, живущие с прялкой в руках, обычно не размышляют о смерти.

– Скажи это Мефале.

– Так ты последовательница Мефалы? – Сказав это, Габриэль понял нечто куда более страшное. Перед ним сидела странная тёмная эльфийка, говорящая с ним о смерти и о Прядильщице, и он тихо озвучил свою догадку: – Ты из Мораг Тонг?

Она ответила честно:

– Нет. Я даже в Морровинде ни разу не была. И Мефале я не поклоняюсь, просто много читала о Принцах Даэдра.

– А кому поклоняешься?

– Я не верю, что высшим сущностям есть до этого какое-то дело. Будь я кем-то особенным, может, они и обратили бы на меня внимание. А так…

Габриэль сразу же подумал о своей матери. На размышления о том, что с ней сейчас и действительно ли она мертва, у него не хватало храбрости, и он не стал продолжать эту тему.

– Да. Я тоже так думаю.

Данмерка, однако, уходить от разговора не собиралась.

– Не считаешь себя особенным?

– Во мне нет ничего такого.

По выражению её взгляда Габриэль понял, что она ему не верит. Она хотела что-то услышать от него, понять что-то, увидеть его насквозь – она даже смотрела так же, будто пыталась вгрызться в душу и отыскать в ней что-то, имеющее для неё большое значение. От этого ему становилось ещё больше не по себе.

– С тобой интересно, – безобидно начал он, – но я давно в пути, а на рассвете мне уходить, так что пойду попробую выспаться.

– Да, мне тоже пора. – Эльфийка допила вторую кружку и поблагодарила: – Спасибо. За разговор и за выпивку. И береги себя. В следующий раз чуда может не быть.

Габриэль кивнул, и данмерка неуверенно поднялась на ноги, пытаясь не поддаваться опьянению, снова улыбнулась ему и направилась к выходу из трактира. Габриэль хотел узнать об этой женщине у Абуки, но хозяйки в зале не было, и он, не став её дожидаться, ушёл в свою комнату.

Стучать в его дверь никто не стал. И хорошо.

Среди благоухающей Нибенейской бухты стены Бравила выглядели нелепо. Серый крошащийся камень крепости выделялся из сиродильских лесов тоской и унынием, зловонный канал, разделяющий город на две половины, затмевал ароматы цветущей долины, и уже на подходе Габриэль вспомнил, почему всегда старался как можно реже бывать здесь – местечко не из приятных.

О своём контракте он знал только то, что должен убить обитающего в Бравиле некроманта и – самое восхитительное – вырезать его сердце. Узнав это, Габриэль начал сомневаться, кто на самом деле некромант – жертва или заказчик. Но выбора у него не было, и, зайдя в город, он сразу же свернул в таверну в надежде что-то разузнать.

«Серебряный-дом-на-воде» в такой ранний час пустовал. Тавернщик в отсутствие посетителей читал у окна книгу, а в самом конце зала сидела компания из трёх каджитов, которые тихо пили что-то, бессвязно беседовали и время от времени смеялись. Первым делом Габриэль подошёл к хозяину. Альтмер сразу же оживился и отложил роман в сторону.

– Рад видеть в моём скромном заведении. – На его лице появилась лёгкая дружелюбная улыбка. – Чем могу помочь?

Габриэль бросил сумку у прилавка, сел на высокий скрипучий табурет и сказал:

– Перекусить бы с дороги.

– Это у меня всегда можно.

– А ещё я кое-кого разыскиваю. До меня дошли слухи, что в Бравиле орудует некромант. Знаешь что-нибудь об этом?

Эльф насторожился, но пожал плечами.

– В городе об этом не болтают. Много лет назад вроде был какой-то случай в Гильдии Магов, связанный с некромантией, но я в ваши чародейские дела старался не лезть. Да и никто не лезет.

– А в последнее время ничего не происходило?

– Нет, – тавернщик покачал головой. – В Бравиле всё относительно спокойно. В пределах обычного.

– Спасибо.

Эльф кивнул и скрылся в кухне, уточнив, что гость предпочитает на обед. Когда Рэл остался один, его окликнули:

– Ахзисс аалитер! Гильдия Магов?

Габриэля это заинтересовало. Он слез с табурета и приблизился к каджитам. Двое из них общались на та’агра и не обращали на него внимания, а вот рыжему сутаю, похоже, было что сказать.

– Ты что-то знаешь об этом?

– Дж’Диарх быть стажёр в Гильдия Магов, – с глупым оскалом ответил каджит. Судя по тому, с каким трудом он говорил на тамриэлике, и по его не вполне трезвому состоянию, в Гильдии Магов он числился не очень долго. – Исс хотеть что знать?

Габриэль кивнул, сел на предложенный каджитом стул, но не успел ничего ответить. Сутая о чём-то спросили его товарищи, и каджиты снова разразились громким смехом. Потом один из них поднялся и нетвёрдой походкой направился к серванту, где стояли чистые кружки. Дж’Диарх пояснил:

– Азирр рады приветствовать ты в город над заливом! Как имя аалитер?

– Рэл, – осторожно представился Габриэль. – Так у тебя есть какая-то информация для меня?

Каджиты вдруг снова засмеялись и наперебой начали что-то обсуждать. Перед ним поставили высокую кружку и плеснули на самое дно нечто мутное и сладко пахнущее, после чего маленький флакончик с неизвестным содержимым снова отправился за пазуху сутаю.

– Исс хотеть что знать от Дж’Диарх? Он знать немногое, но всегда готов тзина уализз джа’исс.

Отец Габриэля вроде бы знал та’агра и даже сам мог строить на нём несложные предложения. Рэл же вовсе не понимал, о чём сейчас толкуют каджиты, но на всякий случай сказал:

– Я ищу некроманта, который обитает либо в самом городе, либо где-то неподалёку.

Его странные знакомые вдруг перестали веселиться, переглянулись между собой, и Дж’Диарх шёпотом предупредил его:

– Зачем ты связываться с они, Джа’Рэл? Они злые исс! Они всегда обманывать и продавать плохая скума! Джа’Рэл лучше дружить с азирр.

Друг Дж’Диарха вдруг разозлился, ударил кулаком по столу и что-то быстро раздражённо проговорил. Похоже, отношения с местным притоном у этих троих были напряжённые. Габриэль поспешил прояснить, пока этот разговор не вылился во что-то ещё более непредсказуемое:

– Меня не интересует скума. Мне нужен чёрный маг.

Сутай какое-то время подумал над его словами и, кажется, начал что-то понимать. На его морде появилась широкая улыбка, и он протянул:

– А-а… некро маг! – Осенённый этой догадкой, он быстро объяснил всё друзьям, и они опять засмеялись, разом забыв былое раздражение.

В зал вернулся тавернщик, с удивлением увидел Габриэля в компании каджитов, но ничего не сказал. Поставил перед гостем обед, бросил недоверчивый взгляд на напиток в его кружке и пожелал приятного аппетита.

– Некро маг! – повторил Дж’Диарх. – Конечно! В Гильдия быть некро маг. Не быть, но может быть. Иилитен Морровинд. Магистр Белизарус есть котёнок против закон. Иилитен обладать большой дар, но Белизарус говорить, что нет котёнка.

Каджит поднёс кружку ко рту, и Габриэль уточнил:

– У одного из магистров Гильдии был бастард, которого он отказывался признавать?

Дж’Диарх очень долго думал над этим вопросом, но на всякий случай кивнул.

– Они не взять иилитен. Белизарус не взять. И вступительное испытание – низкий балл. Дж’Диарх не знать. Двойка или тройка. – Он допил скуму, посмотрел на Габриэля мутным взглядом и продолжил: – Тройка плохее, чем двойка. На тройку много сено и вода, но тройка выносливая и сильная. Если Джа’Рэл ехать большое расстояние с большой груз, то ехать на тройка. Но если налегке, на двойка добраться быстро и дёшево. На оставшиеся деньги можно купить хорошая скума. Или хлеб. Хлеб лучше, чем скума. Во всяком случае, скума не плохее хлеб. Если хлеб не старый. А если старый, им можно накормить третьего коня. И увезти в повозке больше скума. А можно коня продать и купить ещё скума.

Габриэль озадаченно посмотрел на стоящую перед ним кружку и чуть было не отважился попробовать их «хорошая скума», впечатлённый таким эффектом. Услышать ещё что-либо внятное от Дж’Диарха он уже не надеялся и собирался уходить, но тут другой каджит произнёс почти без акцента:

– После этого я и Дж’Диарх ушли из Гильдии, не знаем, что случилось дальше. Белизарус добился высокой должности при Университете, такой ребёнок ему только мешал. Особенно если он стал промышлять чёрной магией в Ан… виле.

– В Анвиле? – удивлённо переспросил Рэл. К путешествию на другой край провинции он был не готов. Тем более в Анвил.

Но каджит его поправил:

– В А-нит-вил-ле. Город салиачи. Здесь. Рядом.

Сейчас Габриэль начал что-то понимать. Он кивнул, ещё раз посмотрел на Дж’Диарха, продолжающего размышлять о выгоде лошадей и хлеба уже на та’агра, и подошёл к хозяину. Альтмер отнёсся к нему настороженно, поэтому Габриэль первым заговорил:

– Не смущает такая компания?

Тавернщик безразлично пожал плечами.

– Они частенько сидят здесь. Дружелюбно беседуют, пьют что-то своё, берут только обед. Посетители получше многих.

Габриэль решил не лезть в дела таверны и поинтересовался:

– Рядом с Бравилом есть айлейдский город?

– Есть, Анитвилль. В лесу справа от дороги на Лейавин. Там стоит магический колодец, а чуть дальше – сами руины. Местные стараются туда не забредать. К даэдра такие места.

– Спасибо. И за обед, и за информацию.

– Если интересуешься ими, – вдруг бросил ему вслед альтмер, – поговори с Унгарионом, он хозяин местной магической лавки. Раньше он исследовал культуру айлейдов, да и сейчас, насколько я знаю, не против приключений.

Габриэль посчитал это очень ценным советом и решил сразу же им воспользоваться, попрощавшись с тавернщиком и выйдя на пропахшую сыростью улицу. Погода выдалась пасмурная, было тихо и душно, словно перед грозой. На юге и впрямь чернели низкие устрашающие тучи. Рэл прошёл по главной улице к графской крепости и свернул направо: здесь, на углу, стояло несуразное трёхэтажное здание, тусклая деревянная вывеска сливалась со стенами и совершенно не приковывала к себе взгляд – Габриэль чуть не прошёл мимо.

Внутри магазин был так же невзрачен, как и снаружи. Полка с дешёвыми магическими свитками и известными книгами, несколько пустых камней душ в раскрытой шкатулке, старые алхимические аппараты, уже не раз использовавшиеся, – вряд ли это всё могло заинтересовать случайно заглянувшего сюда чародея. Поэтому торговец так оживился, когда Габриэль зашёл внутрь, – покупатели здесь бывали очень редко.

Решив не давать хозяину ложных надежд, Габриэль сразу сказал:

– Мне говорили, что здесь можно узнать об Анитвилле.

Унгарион скрыл разочарование за неподдельным удивлением:

– Об Анитвилле? Это айлейдские руины рядом с городом. Налево от ворот.

– Ты бывал там?

– Да, – спокойно отозвался маг. – Я помогал своему другу с исследованиями, когда тот был жив. К сожалению, там мало что сохранилось: многие помещения завалены обломками, а все ценности растащили мародёры. Зато рядом с Анитвиллем есть энергетический колодец.

– Несколько лет назад была одна история с работающим там некромантом…

Эльф вздохнул.

– Карандиал рассказывал мне что-то такое, но это было уже очень давно. Вроде бы, это был чародей из местного отделения Гильдии Магов, которого то ли выгнали, то ли ещё что-то. Я плохо помню.

– Некромант до сих пор там?

– Никто не знает и проверять не собирается. Когда поползли слухи о некроманте, Карандиал свернул своё исследование и не успел его возобновить. И я тоже ходить туда перестал. С тех пор всё сильно изменилось, и Анитвилль давно уже никого не интересует. Если некромант там, то на жизнь города он никак не влияет. Но, честно говоря, я сомневаюсь, что он ещё жив.

Габриэль выложил на прилавок несколько монет – он знал, когда нужно платить за информацию. Унгарион приятно удивился.

– А в последнее время ни о чём таком не говорили? Может, в Бравиле появился чёрный маг?

– Нет, – протянул торговец. – Здесь редко что-то происходит, но если происходит, то об этом непременно знает весь город.

Рэл улыбнулся. Вряд ли Унгарион смог бы ещё что-то ему сказать, поэтому оставалось лишь одно – наведаться в Анитвилль и самому обо всём разузнать.

*

По сравнению с Чертогами Тавэла Анитвилль казался какой-то айлейдской подделкой. Внутри всё было разграблено, пустовали пьедесталы для велкиндских камней, колонны крошились из-за попыток вырвать из них металлические узорчатые вставки, на полу в некоторых местах отсутствовали плиты, остальные, какие не удалось достать, были расколоты. Казалось, что выносить отсюда уже попросту нечего, однако Габриэль заметил, что трава у входа не росла. Значит, сюда часто ходили. Это подогрело любопытство.

Он спустился по узкой лестнице под землю, вышел на каменный балкон, с которого открывался вид на большой зал Анитвилля, где стояли в два ряда низкие скамьи – похоже, здесь проводились какие-то церемонии. Чтобы хоть что-то различить в царящей тьме, Рэлу пришлось пустить вперёд светящуюся фосфоресцирующую сферу, которая скудно освещала путь. Этого вполне хватало, чтобы не переломать ноги, споткнувшись о давно упавшую на пол статую, обезображенную последствиями удара. Стало заметно, как блестит на стенах густая паутина, и только несколько минут спустя Габриэль осознал, что ему не приходится убирать её руками. На уровне человеческого роста никакой паутины не было. Он аккуратно взял сферу в ладонь и отправил её скользить вдоль пола. Магическое сияние тут же выцепило из густой темноты следы принесённой на сапогах грязи, которая осталась лежать на белых плитах. Значит, здесь действительно кто-то бывает. Этот факт не позволил Габриэлю расслабиться, но и оружие доставать он не спешил.

Идти пришлось намного осторожнее. Он был в Анитвилле впервые и понятия не имел, куда следует сворачивать. Для того, кто здесь обитает, это место давно заменило дом. Так что у Рэла не было никаких преимуществ, кроме внезапности. Вряд ли его здесь ждали.

Подземелье оказалось больше, чем Габриэль предполагал. Он проходил залы и длинные коридоры, пару раз забредал в тупики и возвращался. За всё это время он не встретил ни единой живой души и не услышал ни звука. И спустя время всё это начало утомлять. Он брёл в одиночестве по развалинам айлейдских залов, высокие стены давили со всех сторон, а потолок сыпался мелкой крошкой на плечи, и это ещё больше усугубляло чувство потерянности. Дышать затхлостью древнего города тоже было непросто.

Однако именно это помогло ему сразу почувствовать, что что-то изменилось, когда он попал в новое помещение. Здесь дышалось совсем иначе: вечерней прохладой Нибенейского залива. Похоже, в этом помещении айлейды решили позаботиться о поступлении свежего воздуха. В полу в центре комнаты располагалась квадратная вентиляционная решётка довольно больших размеров, и Габриэль опрометчиво шагнул к ней, не сразу сообразив, как абсурдно это выглядело: вентиляционная решётка в полу подземной комнаты. Анитвилль будто этого и хотел. Выжидал момент, чтобы посмеяться над глупостью незваного гостя. Как только Рэл почувствовал угрозу, плиты под ногами завибрировали, и к потолку взметнулась сплошная каменная стена, преградив путь вперёд. Габриэль резко обернулся – путь назад тоже был отрезан. Он оказался в ловушке один на один с этой странной узорчатой решёткой в полу и точно знал, что она здесь не просто так.

Почти сразу же он заметил, как над ней начало скапливаться облако бледно-зелёного дыма. Едкий газ просачивался из-под земли, и глаза тут же начали слезиться от яда. Габриэль судорожно прикрыл лицо рукавом и пригнулся, пытаясь выиграть хоть немного времени, чтобы успеть разгадать загадку. Выход должен был быть! Какая-то нажимная пластина, рычаг, скрытая дверь, что угодно. Айлейды не могли не продумать вариант на случай, если ловушка сработает непредвиденно. Вентиляцию в этом помещении они же продумали!

Однако Габриэль уже по третьему кругу ощупывал стены и пол, но ничего не находил. А дышать становилось сложнее с каждым осторожным вдохом, в глазах всё отчётливее появлялись тёмные пятна.

Как же это было глупо. Столько раз уходить от смерти, чтобы подохнуть по неосторожности в проклятых айлейдских руинах!

Габриэль сел на пол, прислонился к стене и закашлялся. Его клетка почти полностью наполнилась ядовитыми парами, даже воздух окрасился в зелёный, а выхода он так и не нашёл. И совсем скоро перед глазами всё смешалось.

В голове гудело сильнее, чем после праздника в Корроле, а тошнило примерно так же. Габриэль с трудом заставил себя разлепить веки, но мгновенно вновь зажмурился от яркого света – белые стены отражали огонь лампы, и это почему-то было невыносимо больно. Однако он помнил случившееся, и любопытство взяло верх. Ему пришлось осмотреться, чтобы понять, где он и как смог выжить. А он был живее живых – мёртвые так паршиво себя не чувствуют.

Это несомненно был Анитвилль, только комната отличалась от той, где Габриэль потерял сознание. Потолок над головой был испещрён сетью трещин, пронзён корнями деревьев, с него сыпались комья сырой земли, по углам бегали трусливые насекомые. Пахло здесь очень странно и почему-то знакомо. Не ядовитым газом, не древностью подземелья и не лесным вечером. Чем-то другим, тошнотворно-кислым.

Габриэль вдруг вспомнил, где уже сталкивался с этим запахом. Так пахло от данмерки в «Фарегиле», именно его она пыталась перебить ароматом духов. И до него дошло: это был запах разложения.

Он резко приподнялся на локте, ища её взглядом. Эльфийка сидела за столом в дальнем конце комнаты, делала какие-то заметки в толстой книге и забавно болтала ногой. Наверное, она почувствовала, что он на неё смотрит, и с улыбкой обернулась.

– Поздравляю с очередным чудом, – промолвила она, и её голос звучал по-прежнему легко и беззаботно. Габриэль не сразу понял, что она имела в виду.

– Это ты меня вытащила?..

– Я ведь была должна тебе, – напомнила она и, поднявшись на ноги, приблизилась. Рука Габриэля невольно коснулась рукояти кинжала. Эльфийка была сумасшедшей. – Нормально себя чувствуешь? Ты весьма длительное время дышал этой дрянью…

– Вроде нормально. – Она протянула ему руку, но Габриэль отказался от помощи и сам поднялся. Комната перед глазами всё ещё плясала.

– И как тебя угораздило? Что ты вообще делаешь здесь?

– Судя по всему… – Габриэль запнулся. Эта данмерка только что спасла его от смерти. Как он мог сказать ей, что пришёл её убить?

– Ты точно в порядке?

Рэл обошёл данмерку, бросил взгляд на её стол. Тот был завален книгами, пустыми флаконами из-под зелий, рядом была обустроена алхимическая лаборатория. Справа висела плотная чёрная ширма, и Габриэль медленно её отодвинул, заранее зная, что увидит. В нос сразу же ударил яркий запах гниющей плоти.

Это была комната для экспериментов. Здесь находились большие клети, в которых лежали человеческие и эльфийские тела, вдоль стен располагались столы с инструментами: пилы, топоры, ножи, клещи, толстые иглы… Плетёная корзина в углу полнилась разноцветными осколками камней душ. Целые камни аккуратно помещались в приоткрытом ящике.

Когда Габриэль сделал несколько шагов, один из трупов распахнул глаза и проследил за ним голодным злым взглядом.

– Твои овцы? – спросил Рэл, не оборачиваясь на данмерку, и его голос прозвучал очень сдавленно.

– Не бойся их. Они безобидны.

Он всерьёз решил:

– Пытаешься создать свою армию и захватить мир?

– Что? Нет! – Данмерка вновь от души рассмеялась. – Это… просто такое увлечение. Хобби. Как рисовать картины или шить игрушки из лоскутков. Очень похоже.

– И где достаёшь материал для своего творчества?

Она понимала, к чему он клонит, и созналась:

– Капитан стражи поставляет. Не совсем добровольно, конечно, но… я никого не убиваю. Это либо разбойники, нарвавшиеся на патруль Легиона, либо подохнувшие от скумы безымянные городские. Материал не самый лучший, однако его легко достать.

– И ты говоришь, что это я – страшный человек.

Он сказал это очень серьёзно. Кажется, некромантка только сейчас поняла, что он давно перестал шутить.

– Брось. Ты ведь такой же.

– И с чего ты так решила?

Она странно хмыкнула.

– Ты же не всерьёз считаешь, что твои спасения – это чудо?

Габриэль в развороте выхватил клинок и направил его на тёмную эльфийку. Она не испугалась. Сжала в ладони чёрный камень душ и прошептала:

– Так ты ничего не знаешь…

– Чего я не знаю? – Габриэль понимал, о чём она. Его это пугало.

От внимания данмерки не укрылось то, что он поддался слабости и испугу. Похоже, она решила, что он не был для неё опасен, а потому опустила ладонь с камнем. Чёрный кристалл в её руке почему-то выглядел как оружие.

– То, как ты спасся. Что с тобой случилось?.. – Она прищурилась. Так же, как в таверне, будто пыталась разглядеть в нём что-то важное. А потом вдруг сказала: – Что-то очень серьёзное, да?

Меч в руке почему-то потяжелел. Но Габриэль всё ещё не собирался его опускать.

– Да.

Данмерка почти незаметно сделала шаг к нему. Рэл её не подпустил, и она была вынуждена остановиться.

– Я впервые встречаю нечто подобное. Думала, что такое невозможно, что это всё фантазии магов. Но вот я встречаю тебя – потому я и подсела к тебе в таверне. Не поверила, что действительно вижу это. Однако видела. – Габриэль заметил, что эльфийка начинает говорить с такой страстью, будто ничто, кроме него, её больше в этой жизни не волнует. А он всё не мог до конца понять, о чём именно она говорит. – Как тебе удалось это? Кто ты такой?

Габриэль заставил её вернуться в реальность.

– Убийца из Тёмного Братства. Я пришёл за тобой.

Теперь испугалась она.

– Что?

– Твою душу пообещали Ситису.

Он задел её за живое. Голос данмерки задрожал от обиды:

– А ты хоть знаешь, за что?

– Это не должно меня волновать.

– За то, что я порчу ему репутацию! – Данмерка не захотела его услышать. – Он всегда делал вид, что меня не существует. Теперь решил и впрямь прекратить моё существование. Трус!

– Меня не волнует это.

– А что бы ты чувствовал, если бы твой отец сначала испортил тебе жизнь, а потом решил бы тебя убить? – Габриэль промолчал. – Я выгляжу, как моя мать, но мои магические таланты – это его кровь. И он бросил меня разрываться от переполняющей меня магии, страха и непонимания происходящего. Он сделал вид, что не знает меня, не захотел учить и не позволил вступить в Гильдию Магов. Что мне оставалось, напуганной девчонке, которая не могла себя контролировать? Я пыталась учиться самостоятельно, но…

– Но кроме книг по чёрной магии ничего достать не удалось, – закончил за неё Рэл.

Данмерка кивнула и продолжила:

– Я часто слышу о нём. Он теперь профессор Коллегии Шепчущих, метит на место в Синоде. А я порчу ему репутацию, ведь такие истории не забываются. Скажи мне, Тёмный брат, я должна умереть? Я действительно должна умереть из-за того, что богатый имперский фокусник не мог держать член в штанах и теперь жалеет о последствиях?

– Не мне судить об этом.

– А кому?! Тому, у кого денег больше? Давай я заплачу тебе, сколько сам скажешь, а ты убьёшь его? Я найду деньги.

– Это зависит не от меня, – повторил Рэл. – Контракты подписываются не так. На твою душу контракт уже подписан.

– Ублюдок, – отчаянно проговорила она, оскорбляя то ли Габриэля, то ли своего отца. – Ты ведь понимаешь, что я не должна умирать. Я даже всех этих людей не убивала, – она указала на клетки с зомби. – За всю свою жизнь я никому не причинила намеренного зла.

– Понимаю, – тихо согласился Габриэль. – Только если я не убью тебя, то убьют меня. А за тобой потом придут другие. Снова и снова. Ты можешь догадаться, что выбирать я не стану.

Она прекрасно это понимала. И зачем-то сказала:

– Меня зовут Лэйнерил.

– Я запомню.

Он сделал шаг вперёд, и она отпрянула.

– Нет. Я не позволю тебе.

Габриэль решил, что достаточно разговоров. Он с места сделал резкий выпад, но Лэйнерил сумела увернуться и побежать от него. Рэл бросился следом, схватил её за край одежды развернул, отбросил к стене, и она испуганно закричала, когда лезвие меча мелькнуло совсем рядом с ней. И в этот же момент, когда клинок был готов вонзиться в её тело, Габриэль заметил, как наполнился энергией камень душ, который она по-прежнему сжимала в руке, и его вдруг накрыла такая неудержимая боль, что он даже крика своего не услышал. Он выронил оружие и сам упал на пол, теряясь в этой боли и пытаясь вдохнуть хоть немного воздуха в заполненные водой лёгкие. Так же, как в Анвиле – есть только боль и вода. В попытках вытолкнуть её, он закашлялся и затуманенным взглядом увидел, что на белых плитах остаётся его кровь.

Рэл не знал, что это была за магия. Но часто любая магия заканчивалась со смертью чародея, и непослушными пальцами он сумел достать кинжал. Лезвие с силой вонзилось некромантке в голень, она тоже не сумела устоять на ногах. Вместе с ней упал на пол и магический кристалл, разбившийся на несколько крупных осколков от удара.

И воздух вдруг вернулся. А боль ушла. Словно и не было ничего. Только Лэйнерил стонала рядом на полу, держась за кровоточащую рану и отшвырнув куда-то в сторону его кинжал.

Габриэль не был идиотом. Он понимал, что произошло. Не понимал только, как ей удалось.