Текст книги "Второй шанс. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Игорь Конычев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 31 (всего у книги 45 страниц)

Ободряюще хлопнув Толика по плечу, я сдал халат и покинул больницу. Часы приема пациентов были поздние, поэтому на улице уже начало темнеть. Теперь мой путь лежал в уже знакомое Царицыно. С утра там дежурил Котов, который, надеюсь, смог раскопать что‑то интересное на закрытой территории промзоны. Иначе никаких сюрпризов из зоомагазина пушистый не получит. А ведь губа у него не дура. Сегодня Витька заказал мне ни много ни мало упаковку влажного корма с красной рыбой.

Что б я так питался…

Но уговор есть уговор.

Утром мы условились, что встретимся, как начнет смеркаться. На таком не слишком точном времени настоял Витя, так как часов он не носил, и спрашивать у всех подряд который час тоже не хотел. Думаю, люди сильно бы удивились такому вопросу от рыжего мейн‑куна. Впрочем, наверняка нашлись бы и те, кто охотно ответил бы… А потом посадил Витьку в мешок и продал бы какому‑нибудь коллекционеру или на опыты. Так что свое существование Котов старался держать в тайне, поэтому и не болтал с кем попало. Зная его характер, возможно, оно и к лучшему.

Но мне сейчас очень хотелось послушать, что скажет Витя. Вот только была одна проблема – в назначенное время он не вышел к месту встречи. На небе уже начали появляться первые звезды, которые быстро скрыли набежавшие откуда‑то с севера низкие тучи. Начался дождь. И тут бы Котову поторопиться, но нет.

Спустя почти полтора часа он так и не явился. А у меня скоро должна была начаться смена. Позвонив дяде, я выпросил для себя отгул, после чего двинулся в обход промзоны в надежде заметить где‑нибудь пушистое рыжее тельце. Может, Витя увлекся какой‑нибудь местной кошечкой или решил поохотиться на мышей с голодухи? Я готов был принять любой из подобных вариантов, но неприятное ощущение надвигающейся беды становилось все явственнее с каждой минутой.

Приметного холеного мейн‑куна нигде не было видно. Я даже пробовал звать его вслух и спрашивал у прохожих, но никто не встречал рыжего кота. Хоть листовки на столбы клей, честное слово. Но едва ли это поможет.

Постепенно я сужал зону поисков, все ближе и ближе подходя к злополучной столярной мастерской. Нигде не было ни следа Кота. Хотя, если бы он таковые и оставил, их давно уже смыл усилившийся дождь, который разогнал с улицы всех обычных людей. Кроме меня никуда не делись лишь несколько мужчин в робах. Несмотря на униформу, эти мордовороты не спешили работать в столярных цехах, а вместо этого расхаживали по периметру, лениво покуривая сигареты.

Пока я бродил вокруг да около, жадно ловя каждый шорох, услышал нечто занятное – звуки циркулярки повторялись в одной тональности через равные промежутки времени. Складывалось ощущение, что просто запись работы станков зациклили и пустили в непрерывное воспроизведение. Это лишь подтверждало мои мрачные опасения: здесь что‑то точно нечисто. И, кажется, Котов узнал, что именно.

После очередного «круга почета» вдоль забора, дежурившие за ним мужики в робах уже начали приглядываться ко мне, причем делали это весьма недобро. У меня же не имелось других идей, кроме как действовать напрямую. Я подошел к ближайшему типу, который всем своим видом давал понять, что делать подобного не стоит.

– Ты заблудился что ли? – пробасил он, стоило мне приблизиться.

– Вроде того, – я обезоруживающе улыбнулся, входя в луч света подвешенного под крышей фонаря. – Мебель хочу в загородном доме обновить, а у вас тут вроде как столярная мастерская.

– Это частная территория. Мастерская тоже частная. У нас заказов на год вперед. – Мужик шагнул вперед, явно намереваясь оттеснить меня объемистым животом. – Поищи другое место.

Я не спешил уходить нюхом чуя, что на верном пути.

– А не подскажешь, где искать?

– Конечно, – с готовностью кивнул мужик и неприветливо улыбнулся. – Дом раз‑два‑три на улице х*й соси. Записать или запомнишь?

– Запомню. Адрес, вроде как, понятный.

– Ну раз понял, так и иди куда послали. – Рука моего собеседника скользнула в карман.

Я отметил это краем глаза, как и то, что в свете фонаря на заросшей волосами кисти мужика виднелись белые бинты, которые потемнели от крови в паре мест. Раны под тканью, судя по всему, были узкие, довольно глубокие и многочисленные. Такие могут оставить, например, кошачьи когти.

И тут меня вдруг переклинило. Судя по всему, Витька попал в историю. Его как‑то спалили и черт знает, что сделали дальше. Это моя и только моя вина. И, если Кот еще жив, то я должен ему помочь. Помочь любой ценой.

– Несчастный случай на работе? – я кивком указал на бинты и медленно, чтобы не провоцировать громилу раньше времени, достал из джинсов пачку сигарет. К счастью, она еще не успела промокнуть под дождем. Ловко поддев ногтем одну из сигарет, я сунул ее в рот.

– Сейчас тобой несчастный случай произойдет, – пообещал мне мужик.

– Какой ты недоброжелательный‑то, – посетовал я. – Может, хоть огоньку одолжишь на дорожку.

Тип поглядел на меня, но все же сжалился и достал зажигалку. Это была его первая ошибка. Вторая же заключалась в том, что вместо того, чтобы просто дать мне зажигалку, он сам щелкнул ей и прикрыл появившееся пламя второй рукой, одновременно подавшись вперед.

– Спасибо, – я положил ладонь на его запястье, будто бы ровнее удерживая зажигалку, а потом резко опустил ее вниз, одновременно нанося правый хук.

Удар вышел четким и хлестким. Ноги мужика подкосились, и он рухнул на землю. Но, не успело грузное тело опуститься на лопатки, как я сорвался с места и побежал внутрь мастерской. За моей спиной закричала какая‑то женщина, призывая неизвестно кого вызвать полицию. Для меня же лучше успеть закончить с делами до приезда людей в форме. Впрочем, задерживаться тут я и не собирался.

К моему счастью крики случайной свидетельницы всполошили охрану внутри. Находящаяся с левой части массивных ворот дверь приоткрылась, и оттуда показался очередной тип в спецовке. Его глаза удивленно расширились, когда мое колено впечаталось в его физиономию. Не замедляя хода, я врезался в потерявшего сознание противника и вместе с ним влетел внутрь помещения.

– Какого⁈ – за небольшим столиком сидели еще двое. Один сориентировался и вскочил почти мгновенно.

Я едва успел уйти в сторону кувырком и лишь чудом избежал двух острых щепок, которые вылетели из запястья, судя по всему, одаренного. Его товарищ решил действовать по‑старинке и достал пистолет давая мне понять, что шутки кончились.

Но шутить я и не собирался.

Еще две щепки обратились в пепел еще на подлете ко мне, после чего упругая струя пламени устремилась к одаренному. Тот вновь продемонстрировал отменную реакцию, но никак не ум, и прикрылся своим же товарищем. Синее пламя прожгло обоих насквозь, опалив еще и дальнюю стену.

Третий противник выскочил из подсобки и схватил меня за плечи. Зря он это. Исходящий от тела жар заставил обожженного мужчину с воплем отшатнуться. Почерневшая дымящаяся плоть начала отваливаться от его костей.

Услышав за спиной торопливые шаги, я унял дар лишь для того, чтобы развернуться и атаковать уже в другом направлении. Втиснувшиеся в дверь мужики в рабочих одежках шарахнулись в стороны, но слишком поздно: от одного осталась лишь половина туловища, а от другого две ноги ниже колена и все еще сжимающая пистолет рука.

Обожженный любитель обниматься тоже отмучился и теперь тихонько дымился чуть в стороне. Меня же ощутимо качнуло влево. Чтобы не упасть, пришлось схватиться за давно пылившийся без дела станок. Пальцы тут же прожгли столешницу, но мне все равно удалось сохранить равновесие.

Одежда на теле исчезла в пламени. Голова гудела. Перед глазами все плыло, но останавливаться было нельзя. Прямо под моими ногами раздались крики и топот. Очевидно, там был скрытый проход. У меня не было времени искать вход или ждать, когда из него выскочит озлобленный комитет по встречам. Вновь пробудив свой дар, я просто прожег пол под собой и огненным штормом ввалился в просторный коридор, полный вооруженных людей.

– Какого х*я⁈ – только и успел воскликнуть рослый бородач с «калашом», удивленно глядя на обнаженного, объятого пламенем мужчину, который буквально свалился на его голову.

– Сюрприз, – быстр сориентировавшись и увидев, что сразу несколько одаренных и вооруженных противников смотрят в мою сторону, я выпустил мощную волну дара.

В одно мгновение пространство вокруг меня заполнилось дикими воплями и тошнотворным запахом паленой плоти. Чувствуя, как темнеет в глазах, я усилием воли заставил тело двигаться. Штормило меня знатно. Врезаясь в стены, я буквально ввалился в следующее помещение, где находилась настоящая химическая лаборатория. Согнувшиеся над причудливыми аппаратами люди никак не ожидали, что кто‑то так быстро разберется с их охраной.

Мне, наконец, удалось сфокусировать взгляд, чтобы увидеть разложенные в ящики ингаляторы с «Благодатью». За заваленным дурью столом стоял знакомый мне любитель BMW вызывающего цвета. В одной руке он держал пистолет‑пулемет, а в другой, кажется, переноску.

– Отдай кота, сука, если хочешь жить, – сказал я, изо всех сил стараясь, чтобы язык не заплетался.

– Сосни х*йца! – огрызнулся барыга и выпустил в мою сторону короткую очередь.

Перенаправив дар в ноги, я рывком ушел в сторону, заодно снеся и добрую половину лаборатории. К счастью для меня и к несчастью для него, один из химиков, лысый мужик в очках, попытался проскользнуть к выходу. Я врезался в него плечом, протащил вперед и тот, против своей воли, поработал между мной и стеной подвала подушкой безопасности. Одноразовой.

От слабости я свалился на пол, и только это спасло меня от новой очереди. Пули с влажными шлепками вошли в то, что осталось от лысого, но ему было уже все равно. А вот мне – нет. Не желая становиться мишенью, я скользнул по полу и в один момент оказался напротив ряда столов, за которыми искал укрытия. Барыга стоял с другой стороны, и его ноги в красных же кроссовках оказались как раз напротив меня.

Взревело пламя, и лишившийся ступней урод свалился на пол, извиваясь в конвульсиях и бессвязно голося. Он зажал спусковой крючок, и очередь прошла в паре десятков сантиметров от моей головы. Собрав остатки дара, я прикончил барыгу и с трудом поднялся.

Тем из местных «работников», кто пережил происходящее, хватило ума свалить подобру‑поздорову. В подвале остался только я и Витя. Доковыляв до валявшейся на полу переноски, я заглянул в нее, и увидел испуганного рыжего мейн‑куна. Он смотрел на меня безумными круглыми глазами и жалобно мяукал.

– Вить, ты как? – севшим голосом спросил я.

В ответ кот зашипел. В моей же голове не прозвучало ни единого слова. Но в переноске точно сидел Котов. Ошибки быть не могло. В том, что с ним случилось, я решил разбираться потом. Пока же у меня имелось еще одно важное дело…

…сжечь тут все к еб*ни матери!

Сняв со стены рабочий фартук, я быстро повязал его, хоть как‑то прикрыв срам и двинулся к выходу. В одной моей руке была переноска с орущим благим матом котом, а другая обратилась в голубой факел. Не жалея дара, я обратил всю подземную лабораторию в живой костер. Часть колб взорвалась. Хранящаяся в них субстанция тут же вспыхнула. Часть ее попала и на переноску. Пришлось достать Котова из его убежища. Вместо благодарности он впился клыками мне в руку.

– Да что с тобой не так? – несмотря на боль, я лишь сильнее прижал мейн‑куна к себе. – Я помочь пытаюсь!

К этому моменту сверху тоже все полыхало – огонь перекинулся с трупов на лежавшие для антуража доски и понеслось. Я бы без труда прошел сквозь пламя, но вот Котов.

– Держись, Витёк, – посоветовал я ему, прижимая его к груди и устремляясь к той самой дыре, через которую оказался в подвале.

Чувствуя, что дар вот‑вот иссякнет, я использовал все, что осталось, чтобы прыгнуть вверх, а потом еще вперед. Объятые дымом и сажей, мы с котом вылетели из распахнутой настежь двери. Перевернувшись в воздухе, я принял основной удар на себя и покатился по земле, продолжая прижимать к себе орущего Кота.

Остановиться мне удалось почти у самого забора, аккурат перед припарковавшейся здесь полицейской машиной. Из нее выскочили два стража порядка и склонились надо мной, явно недоумевая, что тут делает голый грязный мужик с пришибленным котом.

– Парень, – один из полицейских в нерешительности положил руку на табельное оружие, но не спешил доставать его. – Ты чего тут делаешь?

– Да вот, – едва ворочая языком, пробормотал я. – Кота искал.

В подтверждение моих слов мейн‑кун на моей груди ошарашено мяукнул. Я устало улыбнулся и уставился на темное небо, с которого падали капли дождя, охлаждая мое изможденное тело.

– Ты в порядке? – с сомнением спросил второй полицейский, пока первый по рации вызывал пожарных и скорую.

– В полном, – я попытался кивнуть, но шея отозвалась болью.

– А почему ты голый?

– Закаляюсь, – ответил я.

– Ты из огня выбежал, – полицейский озадаченно почесал голову, сдвинув головной убор.

– Ну так я ж голый, – мне вдруг стало очень весело то ли от осознания, что я смог выжить и вытащил Котова, то ли из‑за того, что от перенапряжения окончательно поехал крышей. – Хотел согреться.

24. Благодать

– Как ваши дела? – молоденькая, но очень деловая медсестричка вошла в палату, принеся с собой запах медицинского спирта и хлора. Первое, что она сделала – нажала кнопку на пульте, приводя в движение жалюзи на окне.

Робкие солнечные лучи проникли в помещение, заставив меня зажмуриться спросонья. Захотелось поднять руку и прикрыть не привыкшие в свету глаза, но все тело словно налилось свинцом. Голова тоже потяжелела, причем вместе с мыслями – они казались вязкими и очень медленно сменялись одна другой.

– Неплохо, – пробормотал я и услышал свой голос со стороны. Звучал он так себе. – Жить буду?

– Доктор сказал, что будете, – девушка одарила меня милой улыбкой и, подойдя к койке, принялась фиксировать показания приборов, чьи датчики крепились к моему телу присосками. – У вас удивительно стабильные показатели, – продолжила она. – Я имею ввиду для человека, который буквально вышел из огня.

– Заслуга моего дара, – в голове начало постепенно проясняться, и события минувшей ночи проступали все явственнее. Правда, они не принесли мне желанного облегчения, а лишь отметились осознанием проблем.

Больших проблем.

Но заботило меня другое.

– Со мной был кот…

– Ради которого вы бросились в огонь, – закивала девушка. – Не каждый отважится рискнуть собой ради питомца. А этот пушистый сорванец и не думал, что подверг хозяина опасности, просто решив поохотиться на мышей.

– Чего? – не понял я. Вчера скорая увезла меня быстрее, чем успели допросить полицейские. Они наверняка наведаются сюда чуть позже с хреновыми для меня вестями. Если повезет, то успею наваляться на удобной больничной койке прежде, чем перееду на нары.

– Насколько мне известно, пока неясно, как начался пожар. – Охотно поделилась со мной последними новостями девушка. – Мне парень рассказал. Он в МЧС работает, – шепотом и неподдельной гордостью сообщила она, после чего вновь заговорила громче. – Скорее всего из‑за неисправной проводки вспыхнули доски и лакокрасочные покрытия – это же все‑таки столярная мастерская… Была. Они работали в две смены над срочными заказами. К сожалению, из сотрудников ночной никто не выжил. Пожарные потушили огонь только к утру.

– Жаль работяг, – соврал я, решив придержать свое мнение при себе и сначала разобраться в ситуации.

– Да, – судя по печальному выражению на миловидном личике, медсестричка действительно тяжело переживала гибель незнакомых ей людей. Знала бы она, кем они были на самом деле. – Но вам мы обязательно поможем. Скоро встанете на ноги и вернетесь к вашей девушке и коту.

– К кому?..

– К вашей девушке и коту, – уверенно повторила девушка. – Яна, кажется, сразу за скорой приехала вместе с вашим дядей. Он, кстати, кота забрал в ветеринарную клинику. Еще пошутил, что Айболиту его покажет.

– Это в его стиле. – Мне стало легче от осознания того, что Котов в надежных руках. – А Яна?..

– В зале ожидания. Она давала показания полиции, а я случайно услышала эту историю с котом. Подумать только – мало ему корма, мышей подавай. – Девушка с укоризной покачала головой. – Настоящий охотник. Хорошо, что у него такой смелый хозяин.

Я пропустил комплемент мимо ушей.

– Могу я увидеться с Яной?

Медсестра покачала головой.

– Пока доктор не разрешит – никаких посетителей. Он даже полицию к вам не пустил.

– Даже так, – я изобразил удивление и мысленно поблагодарил врача, благодаря которому меня разбудила красивая девушка, а не какой‑нибудь усатый майор.

– Хотя полицейским в данный момент не до вас. Они сейчас говорят с какой‑то девушкой. Высокой такой, красной и с рогами. Вы с ней знакомы?

Определенно, мне досталась самая любопытная из медсестер. Впрочем, она служила моим единственным источником информации, так что я решил ей подыграть и наладить контакт.

– Это моя коллега по работе.

– Интересная, наверное, у вас работа, – судя по горящему взгляду, девушке страсть как хотелось узнать, кем работает ее пациент.

– Частная охранная компания.

– Звучит серьезно, – важно кивнула медсестра и вдруг спохватилась. – Доктор Горбов вас скоро осмотрит. – Она поспешно закончила с приборами. – Я передам ему все показания, а ваши анализы уже готовы, так что в ближайшее время Афанасий Владимирович к вам заглянет и назначит лечение. Он считает, что вам очень повезло, ведь дар проявился, несмотря на превышенное число блокаторов в крови. – Девушка сверилась с показаниями и наморщила острый носик. – Их показатель все еще высок, так что вам стоит поберечь себя. Лучше воздержаться от использования дара, – с сожалением протянула она и ободряюще улыбнулась мне. – Но это временно.

Я вернул ей улыбку решив умолчать о том, что дар потратил сам, и он просто не успел восстановиться. Очевидно процессы, вызванные взаимодействием блокаторов и «Благодати», изменили стандартную картину восстановления дара и ввели доктора в заблуждение. Это можно было использовать. Врать, конечно, нехорошо, но в тюрьму возвращаться не хотелось.

– Всего доброго, – на прощанье улыбнулась медсестра. Мне только сейчас удалось разглядеть её бейджик, на котором было написано Саматова Ирина. – Поправляйтесь.

– Спасибо, Ира, – поблагодарил я.

Не успела девушка выйти и закрыть за собой дверь, как мои пальцы тут же скользнули по тумбочке. Та оказалась пустой. Мне оставалось лишь выругаться сквозь зубы. Что я ожидал там найти? Все личные вещи сгорели, причем не только одежда, но и ключ‑карта от квартиры, «корочки» с работы, телефон и кошелек. Вот тебе и погулял…

Коротать время до прихода врача – седого благообразного мужичка в очках и с аккуратной козлиной бородкой – мне пришлось за самокопанием и созерцанием позеленевших верхушек деревьев, что мерно раскачивались за окном.

– Что же, молодой человек, – неспешно произнес доктор Горбов после тщательного осмотра. – Вы в рубашке родились.

– Ага, – кисло улыбнулся я. – Жаль только, что она сгорела.

Уголки губ доктора чуть приподнялись, обозначая, что шутку он оценил. Впрочем взгляд, за толстыми линзами очков, оставался серьезным.

– Те, кто сгинул в пожаре, полагаю, предпочли бы остаться без рубашек, – сухо проронил он. – У вас лишь истощение и, как следствие, общая слабость, – он еще раз заглянул в планшет с медицинскими записями. – И небольшой дефицит витамина D. Вам нужно его пропить.

Я только отмахнулся.

– Буду больше гулять. На солнце этот ваш витамин бесплатный.

– Приемлемое решение, – согласился доктор Горбов. – Движение – жизнь, а жизнь – это прекрасно.

Комментарий о том, что это суждение верно, если речь идет не о прогулках по внутреннему двору тюрьмы, я оставил при себе. Авось пронесет, и мне не придется заезжать на нары. Хорошо бы. Но даже если придется – прошлого не вернуть, да и о содеянном жалеть мне не приходилось. Котова я спас, лабораторию уничтожил – уже неплохо, если она, конечно, была единственной в своем роде.

– Итак, – продолжил доктор, – ваше состояние я оцениваю, как удовлетворительное. Но наблюдение лучше продолжить, так что вам придется задержаться у нас на несколько дней. Как только мы убедимся, что все показатели в норме, вас выпишут.

Мне не оставалось ничего иного, кроме как согласно кивнуть, мол, принял к сведенью.

– Кроме того, – Горбов вполоборота взглянул на закрытую дверь. – К вам уже собралась настоящая очередь. Я бы порекомендовал вам покой еще на сутки, но вынужден разрешить посещения, так как у нас банально осталось мало места в зале ожидания. А еще, – доктор понизил голос, – ваша знакомая красная барышня весьма недвусмысленно дала мне понять, что вместе с вашими коллегами придет к вам в любом случае, так что… – он бессильно развел руками, – медицина тут бессильна. Кроме того с вами очень хотят пообщаться полицейские. Понимаю, что вы предпочли бы увидеть близких людей, но законодательство обязывает меня пустить уполномоченных лиц первыми.

– Без проблем, – я чуть приподнялся на подушке, приняв полусидячее положение. Получилось так себе. – Быстрее начнем, быстрее закончим.

– Отличный настрой, – одобрил доктор и, прежде чем подняться, подался вперед и нажал кнопку на подлокотнике. Тихо загудел газлифт, и кушетка изменила форму, приподняв изголовье.

– Спасибо, так гораздо удобнее.

– Не за то, – улыбнулся доктор и перед уходом пожелал. – Поправляйтесь.

– Приложу все силы, – пообещал я.

– А вот силы вам лучше поберечь, – посоветовал доктор Горбов, выходя за дверь. Он попытался закрыть ее, но получилось не сразу. – Видимо, механизм заедает, – пробормотал мужчина, после чего все же справился с задачей.

Стоило двери закрыться, как я спросил:

– Не хочешь стоять в очереди?

Вместо ответа моих губ коснулось что‑то влажное и теплое. Миг, и на краю кушетки появилась Яна. Она прервала поцелуй и сурово поглядела на меня.

– Тебя можно оставить одного хоть на минуту?

– Я в этой палате куда дольше и со мной вроде ничего не случилось, – обезоруживающе улыбнулся я.

– А вчера ночью? – взгляд Яны абсолютно не смягчился.

– Мы были с Котовым. Кстати, как он? – я решил ловко сменить тему.

Яна фыркнула.

– В норме. Он был неадекватным, потому что уроды вкололи ему блокаторы. Айболит смог их частично нейтрализовать, но эффект сохранился, так что пару недель нам придется терпеть не самого умного кота. Он кое‑как смог обрисовать ситуацию, но вышло так себе.

– Там в подвале была лаборатория… – начала было я.

– Про которую ты не скажешь ментам ни слова, – закончила за меня Яна. – Запомни – ты хотел отвезти кота в ветеринарку и выбрал по отзывам хорошую, поэтому и поехал в Царицыно. По пути кот сбежал. Ты стал его искать и заметил следы рядом с той столяркой. Мужик на входе не захотел тебя пускать и сказал, что кот теперь будет жить у них. Вы повздорили. Ты его ударил и побежал за котом. Дальше все получилось случайно. Дар ты не использовал, так как он еще не вернулся в полном объеме. Пожар начался незадолго до твоего визита, поэтому тебе удалось лишь спасти кота и выбежать из горящего здания. Понял?

– Понял, но… – я живо прикусил язык, так как в дверь вежливо постучали.

Яна немедленно исчезла, словно ее тут никогда и не было. Стук в дверь повторился и прозвучал уже настойчивее.

– Войдите, – разрешил я.

– Здравия желаю, – в мою палату вошел мужчина в форме и, что забавно, с густыми, как у моржа, усами. – Майор Спиридонов, – он продемонстрировал мне «корочку». – Мне нужно задать вам несколько вопросов касательно вчерашних событий.

– Конечно, – я жестом указал посетителю на стул, но тот лишь покачал головой.

– Спасибо, постою. Итак, если вы не против, начнем, – полицейский достал служебный телефон и демонстративно включил на нем запись. – Назовите ваши имя, фамилию, отчество и год рождения.

Как только я проговорил вслух все, что требовалось, служитель закона вывалил на меня целый ворох совершенно стандартных вопросов из серии: как я оказался в Царицыно, что делал у мастерской, видел ли, как произошло возгорание, имел ли место конфликт с одним из сотрудников и так далее.

Отвечая на вопросы так, как советовала мне Яна, я не мог не отметить то, что майор не проявлял в моем допросе особого рвения. А некоторые из его вопросов были сформулированы так, чтобы подтолкнуть меня к нужным ответам. С подачи Спиридонова так выходило, что и мужика у входа я не бил, а просто оттолкнул. Меня это насторожило, но я никак не проявил своих подозрений и, «включив» наивного дурака, рассказал ровно то, что от меня, судя по всему, и хотели услышать.

Зафиксировав мои показания, майор Спиридонов еще раз попросил назваться под запись, после чего убрал телефон и был таков. Я в недоумении уставился на закрытую за его спиной дверь не до конца понимая, радоваться такому положению дел или настораживаться.

По всему выходило, что второе.

– Интересно, – только и произнес я. – Это у меня давно допросов не было, или сейчас порядки другие?

– Он сделал все так, как ему велели, – Тень появилась у окна и уселась на подоконник, скрестив руки на груди и закинув ногу на ногу.

Я поймал себя на мысли, что впервые вижу ее в платье, причем не каком‑то простом, а в по‑летнему коротком. Зрелище оказалось не только неожиданным, но и весьма приятным.

– Кто о чем, – протянула Яна, ощутив мое настроение. Но в этот раз, судя по лицу, это ее не расстраивало. – По крайней мере, судя по настрою, с тобой все в порядке.

– А как иначе? – мне стоило немалого труда оторвать взгляд от стройных ног Яны и посмотреть ей в глаза. – Что ты там говорила про майора? Кто ему велел?

– Какой‑то тип в пиджаке, – пожала открытыми плечами девушка. – Приезжал сюда на черной тачке. Важный, но говорил не от своего имени.

– Подслушала? – в моем голосе не было и тени упрека.

– Разумеется, – Тень загадочно улыбнулась. – Но там ничего важного. Никаких фамилий и имен, никаких мест. Только простая задача для исполнителя – спустить дело на тормозах и не давать огласки. Все должно выглядеть, как несчастный случай на производстве.

– Это объясняет тот факт, что Спиридонов и словом не обмолвился о том, как именно погибли якобы работники. Я там сильно наследил.

– Но за тобой кто‑то прибрал, – вставила Тень. – Кто‑то влиятельный. У тебя есть такие друзья?

Мои губы скривились в презрительной ухмылке.

– Были бы у меня такие друзья, я бы не сидел три года. Тут все иначе. Думаю, кто‑то просто не хотел светить лабораторию по производству «Благодати»… И кто‑то с меня за нее спросит.

– Пусть попробует, – судя по голосу, Яна была настроена весьма воинственно.

– Слушай, а ты можешь это Захару рассказать? Мне в ближайшее время из палаты не выпустят, да и его тоже.

– Сделаю, – кивнула девушка, пусть и не слишком охотно. Ей не хотелось оставлять меня в одиночестве, но этому и не суждено было случиться.

В этот раз дверь открылась без стука, и в палату вошла Кира вместе с моим дядей, который из‑за невысокого роста терялся на фоне крепкой одаренной.

– Кажется, мы помешали, – дядя приветливо улыбнулся мне.

– Это вы помешали, – сказала ему Кира, глядя на меня веселыми глазами. – А вот я нисколько.

– Присмотришь за ним? – Тень спрыгнула с подоконника и, стоило Кире кивнуть, исчезла.

Поняв все без слов, дядя открыл дверь, сделав вид, что кого‑то ищет в коридоре, после чего закрыл ее обратно. Вперив в меня испытывающий взгляд, дядя потребовал:

– Выкладывай.

– Да там особо нечего рассказывать…

– Тогда я сейчас позвоню твоей матери и расскажу, что ты в больнице.

– Звучит, как угроза, – усмехнулась Кира.

– А это и есть угроза, – сказал ей я, представляя, как переполох здесь устроит моя мама. Она по природе была тревожным человеком и нервничала даже из‑за того, что вокруг ничего не происходит. Если же она узнает, что с ее сыном случилось что‑то, из‑за чего он попал в больницу, на ушах будут стоять абсолютно все: от нее и меня, до уборщика больничной территории.

Пришлось рассказать все, как было. Дядя слушал внимательно и время от времени кивал. На его высоком лбу залегла глубокая складка, что случалось с ним лишь во времена серьезной задумчивости. Кира же смотрела на меня с немым укором, явно оскорбленная в лучших чувствах из‑за того, что была не в курсе событий.

– Я попробую что‑нибудь узнать по своим каналам, – решительно заявил дядя, как только я закончил. – Зуб даю, что это сука Завьялов за всем стоит. Ему похер, что с людьми творится, лишь бы бабла срубить. Его почерк. Купил, урод, всех и вся, но в органах все еще есть нормальные ребята. Они помогут. Но нужны доказательства, – он ожесточенно поскоблил небритый подбородок. – Нужно прикинуть хер к носу. Ой, – спохватился дядя, искоса взглянув на Киру. – Извини. Просто вырвалось.

Девушка благосклонно кивнула и задала давно мучающий ее вопрос.

– Ты почему никому ничего не сказал?

– Не хотел втягивать…

– Вот всегда он так! – всплеснул руками дядя. – Я ж говорил тебе – упертый, как баран. Он, небось, и не помер до сих пор потому, что слишком упрямый для этого. Это хорошо еще, что Яночка его почувствовала и нашла, а то думали бы и гадали, куда наш Макс делся.

– Дядь Миш, – примирительно произнес я. – Ну хватит уже.

– Я сам решу, когда хватит, пацан, – сурово буркнул родич, подчеркивая свой авторитет. Такая манера отчитывать племянника у него сформировалась еще с моего детства. Он, по сути, заменил мне отца и всегда переживал за меня, как за своего сына, так что сейчас имел полное право ворчать.

Ну а мне оставалось лишь внимать дяде Мише.

– Ладно, – вмешалась Кира. – Раз все так обернулось, то буду твоим адвокатом.

– А от нападок дяди меня защитишь?

– Конечно, – Кира весело подмигнула мне. – Но за отдельную плату.

– И что почем?

Девушка изобразила задумчивость и легонько постучала ухоженным коготком по подбородку.

– Пока еще не решила. Потом сочтемся.

– Молодежь, – сердито засопел дядя Миша. – Вам все шутки, а тут, между прочим, серьезное дело.

– Допустим, юридические вопросы я решу. – Кира тоже перестала улыбаться. – Насколько я поняла из разговора с майором, заявление никто на Макса не написал. Да и некому вроде как. Разве что владельцу мастерской. Надо бы узнать его имя.

– Он наверняка подсадной. – В этом у меня не возникало ни малейших сомнений.

– Наверняка, – согласился дядя. – Но через него может поучиться выйти на реального владельца.

– А вам оно надо? – мне до смерти не хотелось втягивать все агентство в свои личные дела.

– Надо. – Решительно заявил дядя Миша. – Во‑первых, мы в «Векторе» своих не бросаем. Это закон. А во‑вторых, нам на улицах эта дурь под названием «Благодать» не нужна.

По тону родственника стало понятно, что проще заставить Землю крутиться в обратную сторону, чем отговорить его. Кира тоже была настроена серьезно и уже делала какие‑то заметки. Стуча пальчиком по телефону.