Текст книги "Второй шанс. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Игорь Конычев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 45 страниц)

– Твою ж мать! – я аж дернулся от неожиданности.

В выбитых окнах дома стали появляться перепуганные и бледные лица жильцов. Они явно не понимали, что происходит. Но и как им такое объяснить?

– Помощь кому‑то нужна? – выскочив из машины, я достал аптечку, но она, вроде как не понадобилась – обошлось без жертв.

Ну почти.

Спохватившись, я велел зеваке из ближайшего окна вызвать полицию и скорую, а сам побежал к кустам. Бледный, словно снег любитель булавок обнаружился там, куда его зашвырнула взрывная волна. Широко раскрытыми глазами он уставился в небо и глубоко дышал, жадно хватая ртом воздух.

– Цел? – я опустился на колено и аккуратно ощупал пострадавшего.

– Не знаю, – признался он и попытался сесть, но я его удержал.

– Погоди, сначала надо понять, можно ли тебе двигаться.

Беглый осмотр не выявил серьезных травм.

– А почему нельзя? – пацан наконец вспомнил, что можно моргать.

– По кочану, – проворчал я и спросил. – Болит что?

– Нет… вроде.

– Значит, жить будешь и… – краем глаза я увидел лежавший неподалеку знакомый ингалятор. – Это твое?

Пацан еле‑еле покачал головой.

– Федькино… – все же сев, пострадавший осмотрелся. – А где он?

– Везде, – мрачно сообщил я. – Но частично.

– Не понял, – затуманенный взгляд парня бестолково зашарил по затянутым едким дымом окрестностям.

– Скоро поймешь, – я помог ему сесть, а потом встать и выбраться из кустов.

– Так где Федька‑то? – снова завел свою шарманку любитель пирсинга.

– А ты под ноги посмотри, – посоветовал я.

– Что?.. А! Аа‑а‑а‑а‑а‑а! – едва не наступив на татуированную руку, парень задергался, одновременно пытаясь устоять на месте, убежать и отбить чечетку.

– Да тихо ты, не ори, – я взял его за узкие плечи и встряхнул. – Сам‑то не взорвешься? «Благодать» использовал?

Пацан сначала замотал головой, а потом вздрогнул, будто чего‑то испугавшись, и нехотя кивнул.

– Один раз.

– Вас в больницу надо было отвезти? – с одной стороны меня начала мучить совесть за то, что, возможно, отказал в помощи нуждающимся, а с другой я был рад, что татуированный не бомбанул в одной машине со мной.

– Нет, нам надо было к Федькиному другу, – залепетал все еще не пришедший в себя парень, – чтобы еще этой штуки взять. Нам на стрелку надо было. Федька говорил… говорил… – словно завороженный, он смотрел на лежащую на асфальте оторванную руку.

Пришлось дать ему пощечину, чтобы привести в чувство.

– Какая стрелка? С кем?

Отрезвляющий метод сработал безотказно. Взгляд парня прояснился. Речь стала менее сбивчивой.

– Мы банду собрали, – пояснил он. – Называется «Шальные». С местными гопниками‑нормисами решили территорию поделить. Но у тех, говорят, стволы есть, вот мы и решили при помощи даров победить. Но надо было наверняка действовать, вот Федька и предложил всем попробовать эту «Благодать».

– Ясно, – краем уха я уже слышал приближающиеся сирены. – В полиции свою историю расскажешь. Им понравится.

– Меня посадят? – забеспокоился парень, явно собираясь слинять.

– Скудоумие не повод для срока, так что не должны, – на всякий случай я придержал его за плечо. – Показания возьмут, велят пока город не покидать, возможно, вызовут в участок дополнительно, но потом все равно отпустят. Так что у меня для тебя будет важное задание. – Я положил руку на голову парня и повертел ей из стороны в сторону. – Посмотри хорошенько, что осталось от твоего дружка и запомни: такое может быть с каждым, кто юзает «Благодать». Запомнил?

Парень судорожно закивал.

– Хорошо. Найди своих дружков из этой вашей банды и каждому в деталях и красках все расскажи. Усек?

Снова быстрые кивки.

– А адрес того, к кому Федька собирался ты знаешь?

В этот раз парень покачал головой.

– Знаю только, что он мажор из центра, – сообщил он.

– И как их угораздило познакомиться?

– Вроде как мажор этот сам на Федьку вышел. Как именно – не знаю.

– Ладно, а фамилия у Федьки есть?.. Была?

– Минарин, – любитель пирсинга шмыгнул носом. – Федя Минарин.

– Понял, – я хлопнул парня по плечу как раз в тот момент, когда во двор въехала скорая помощь, а следом за ней и машина полиции.

Решив не терять времени, я быстро связался с диспетчером и обрисовал ей ситуацию, после чего, как порядочный гражданин, дал показания полиции. Меня отпустили довольно быстро, как раз почти к концу смены. Осталось лишь доехать до дома, что я и сделал, по пути скинув Захару подробности того, что случилось из‑за «Благодати».

По пути заглянув на автомойку, я припарковался у дома и передал машину Флоре, Котову и Упырю. Они укатили на тут же поступивший вызов, а я остался курить у подъезда. Случившаяся история оставила после себя поганое ощущение. Да, парня, каким бы придурком он не был, жалко. Молодой совсем был. Но он за собой едва не утащил кучу народа, причем не только таких же дурачков, играющих в банды, но и мирняка, которые могли бы пострадать, реши они не вовремя подойти к окнам.

Но как этот Федя узнал о «Благодати»? Наверняка к нему, как и к Мишеньке, подкатывал барыга. Но как тот распознавал одаренных? В случае с Мишенькой все было понятно, с Демоном, например, тоже не ошибешься. Но Федька, пусть и был забит по самую макушку, никак внешне дар не проявлял.

Да, все как‑то могло дойти через сарафанное радио и друзей. Или же кто‑то имел доступ к реестру одаренных Москвы и области. И это или хакер, или должностное лицо. Последнее вписывалось в то, что сказал мне глава Черепов перед смертью – за ним стояли важные люди. Но важных людей в столице много. Попробуй, найди среди них нужного.

Чем больше я об этом думал, тем сильнее мне казалось, что кто‑то намеренно впаривает «Благодать» именно слабым одаренным, чтобы те…

– Вот же сука, – от того, что в моей голове сложилась часть пазла, я даже сигарету выронил.

Что если кто‑то специально стравливают нормальных людей и одаренных, а нас запугивают, чтобы те скупали «Благодать»? В концепцию вписывалось и покушение на Захара. Его должны были убрать именно оружием, чтобы показать остальным одаренным, что даже боец спецотряда в опасности, куда уж им, кому не так повезло с даром?

– Вот же сука, – повторил я, доставая и закуривая новую сигарету.

– Это вредно, – раздался голос из воздуха.

Сигарета сама вырвалась из моих губ, потушилась об один из двух столбиков, которые удерживали козырек над подъездом, и улетела в урну.

– Здравствуй, Яна, – с невозмутимым видом я достал сигарету, но ее тут же постигла участь предшественницы. – Может, хватит?

– Не хочу, чтобы от тебя пахло сигаретами, – сообщила мне девушка, так и не появившись.

– Почему? – не успел я закончить, как моих губ коснулось что‑то мягкое, влажное и теплое.

Поцелуй вышел робким и продлился недолго, причем все это время я чувствовал неловкость из‑за того, что не видел девушку. Стоило мне коснуться невидимого тела, как она тут же отпрянула.

Повисшая тишина стала еще более неловкой, нежели поцелуй.

– Эм… – я пошарил взглядом по пустоте перед собой. – Ты еще тут?

– Тут, – раздалось откуда‑то сбоку.

– Может, проявишься?

– Нет.

– Ладно, – я почесал голову. – Тогда скажи хотя бы, что это было?

– Я настолько плохо целуюсь, что ты не понял? – в голосе невидимой девушки звенела горькая ирония вперемешку с обидой. – Ну извини, это был мой первый раз.

Мне в последний момент удалось вовремя прикусить язык и не поинтересоваться, как так вышло, что Яна раньше даже не целовалась. К счастью, не вся кровь успела отлить от мозга, и я понял, что ее случай особый. Сильная эмпатия – скорее проклятье, нежели дар.

– И ты не спросишь, как так вышло? – язвительно спросила девушка уже с другой стороны.

– Не спрошу.

– Разве тебе не интересно?

– Интересно, – не стал врать я. – Но не то, почему ты раньше не целовалась, а то, почему именно здесь, сейчас и со мной. Когда я сказал, что ты мне нравишься, ты просто сбежала и…

Дверь подъезда открылась, и из нее вышел Нож. Он удивленно поглядел на меня и пожал руку.

– Ты с кем тут говоришь?

– Сам с собой, – ответил я с улыбкой.

– Тяжелое дежурство?

– Вроде того.

Нож понимающе кивнул.

– Я в магаз намылился. Тебе зацепить чего?

– Нет, спасибо, у меня все есть.

– Как знаешь, – одаренный махнул мне рукой и пошел туда, куда собирался.

Когда Нож отошел достаточно далеко, чтобы не слышать наш разговор, я тихо позвал:

– Яна.

Мне никто не ответил.

– Ты прикалываешься что ли? – осматриваясь, я развернулся на триста шестьдесят градусов, но не заметил ни единого намека на присутствие Тени и сам ответил на свой же вопрос. – Видимо, да.

Мне оставалось лишь гадать, что именно я сделал не так. Можно было еще покурить, но теперь уже расхотелось. На губах все еще оставался вкус ванили от Яниной помады.

Помада!

Проведя пальцами по губам, я уставился на оставшийся на коже черный след. Ну, теперь понятно, почему Нож на меня так таращился. И это он еще не видел, как я воздух целую.

Взъерошив волосы на голове, я шумно выдохнул:

– Ну, блин, и ночка выдалась…

15. Нерабочие дела

Едва оказавшись дома, я позвонил Захару, но тот не ответил. Мне не оставалось ничего иного, кроме как оставить ему сообщение и ждать, когда бывший сослуживец соизволит обратить внимание на телефон. Если отряд сейчас на задании, то ожидание могло затянуться: личные средства связи во время операций запрещены. А если у Захара проблемы, то хрен я об этом узнаю.

Несмотря на ночную смену, спать мне абсолютно не хотелось. Мало того, неожиданная догадка касательно «Благодати» вертелась в голове назойливой мыслью, так еще и Яна своими выходками взбудоражила с утра пораньше, а потом просто исчезла.

Вот же не было печали, да черти…

…в дверь постучали.

– Ты дома? – раздался из коридора голос Демона, когда тот прекратил ритмичные постукивания, способные отправить прямиком в кому не слишком подготовленного противника.

– Нет, – безразлично буркнул я, проходя из зала на кухню.

– Пи***шь! – гаркнул Димка таким тоном, будто поймал за руку ловкого карманного воришку, которой хотел что‑то у него умыкнуть.

– Неа, – ставя чайник, я слышал, как незваный гость переступил у двери с ноги на ногу.

– Ты открывать‑то будешь? – голос Димы звучал озадаченно.

– Чего тебе? – я все же дошел до двери и щелкнул замком, впуская напарника.

– Тут такая тема, – Демон переступил порог, воровато огляделся, после чего прикрыл дверь. – Ты не заметил, что моя сеструха странно себя ведет? – он понизил голос.

– С каких пор? – уточнил я, демонстративно приподнимая кружку и этим жестом предлагая напиток и гостю.

Демон покачал головой.

– Да вот с утра.

– Я ее сегодня не видел еще. Вчера вечером, когда расходились, была в норме. Может, не выспалась?

– Не, – махнул рукой Демон, – если бы не выспалась, была бы злой. А сегодня она просто… Хер ее пойми, какая‑то не такая. – Димка стукнул кулаком по стене, и та вздрогнула. – Мне ничего говорить не захотела. Может, тебе скажет?

Я удивленно уставился на напарника и спросил:

– А с тобой‑то все нормально?

– А чё не так? – Димка оглядел себя. – С одеждой что‑то?

– Нет. Ты предлагаешь мне поговорить со своей сестрой. – Я ткнул его в грудь указательным пальцем. – Ты. – А потом указал уже большим пальцем на себя. – Мне.

– Не выделывайся, а? – с кислой миной попросил Дима. – Я ж по‑человечески тебя прошу: перетри с ней. – Желтые глаза несколько раз быстро моргнули. – Ну, в смысле поговори, а не то, о чем ты подумал! – напарник пригрозил мне кулаком.

– Ладно, – согласился я. – Поговорю.

Под моим выжидающим взглядом, Димка не шелохнулся, вынудив меня задать наводящий вопрос:

– Это еще не все?

– В смысле не все? – не понял напарник.

– Тебе что‑то еще от меня надо?

Демон задумался и поскреб когтем волевой подбородок.

– Нет.

– Тогда чего ты тут стоишь?

– Тебя жду, – просто ответил одаренный. – Сеструха в офисе, если что.

– Ты хочешь, чтобы я с Кирой прямо сейчас поговорил?

– Нет, бл**ь, через месяц! – огрызнулся Дима. – Конечно сейчас!

Я понимал, что если уж красный пришел ко мне с просьбой, то дело серьезное, но не мог себе отказать в удовольствии немного его подразнить.

– Мне хотелось отдохнуть…

– А мне хотелось яхту, миллиард зеленых и свою рок‑группу, но пришлось говорить с дебилом, – доверительно сообщил мне Дима.

– Ты уверен, что нужно именно так просить помощи?

– Я тебе сейчас голову нах*й откушу, – судя по тону, это была не угроза, а вполне себе обещание.

– Ну, без головы мне определенно будет не комфортно, – слыша, как на кухне щелкнул электрический чайник, я с долей сожаления поставил пустую кружку на комод и быстро обулся, после чего указал гостю на дверь. – Пошли.

Покинув мое жилище, мы добрались до офиса. Работа на первом этаже все еще кипела, но строители не обращали на меня никакого внимания. Демон вообще остался курить снаружи, сославшись на то, что его присутствие лишь усугубит настроение Киры.

Пришлось идти одному. Впрочем, оснований для волнения у меня не было, так что я смело постучал в дверь нужного кабинета.

– Войдите, – раздался сосредоточенный голос Киры.

– Привет, – я открыл дверь и вошел в чистое помещение, большую часть которого занимали шкафы с бумагами и планшетами.

В середине кабинета находился широкий стол с ноутбуком и парой плотных папок. Сидевшая за экраном Кира выглядела усталой и невыспавшейся, но, едва увидев меня, выдавила из себя одинаково вымученную и вежливую улыбку.

– Привет, Макс, – обычно звонкий и полный сил голос девушки звучал тускло.

Это меня насторожило.

– Какими судьбами? – поинтересовалась Кира и отпила кофе из большой, видимо, на пол‑литра, красной кружки с надписью «Big mommy».

– Да так, – как можно легкомысленнее выдал я, – мимо проходил.

Кира поморщилась.

– И это не мой курящий под окнами братец притащил тебя, чтобы узнать, что со мной случилось?

Не видя смысла врать, я лишь развел руками:

– От тебя ничего не скроешь.

Девушка фыркнула и откинулась на спинку кресла.

– Было бы что скрывать. Я своего брата хорошо знаю и сразу поняла, что если он сам ничего узнать не смог, то или что‑то сломает или попросит тебя о помощи.

– Почему меня? – я прислонился плечом к дверному косяку.

– Садись, – спохватилась хозяйка кабинета, указывая мне на стул. – Почему тебя, говоришь? Да потому что ты единственный Димкин друг.

Я замер на полпути к стулу.

– А ты меня ни с кем не путаешь?

– Не путаю, – в этот раз улыбка Киры была куда теплее, чем вначале нашего разговора. Правда, бодрости ей это не прибавило. – Да, это выглядит странно, но то, как ведет себя мой братец по отношению к тебе, называется дружбой. – Брезгливо поморщившись, девушка покачала ладонью и пошевелила пальцами. – Ну, такой отдаленный, странный, неприглядный и болезный ее вариант. Как сторонний наблюдатель смело могу заявить, что ты с Димой ладишь больше, чем кто‑то другой. Ну, может Вадим еще, но тебя мой брат уважает больше.

– Значит, чего‑то в этой жизни я все‑таки достиг.

– Ага, – рассмеялась Кира, – можешь собой гордиться.

– Уже начал, – я все же сел на стул и вернулся к теме, с которой так старалась съехать моя собеседница. – Так что с тобой случилось?

Кира застонала и закатила глаза.

– И ты туда же? Меня Димка с утра полчаса допытывал этим вопросом.

– Так сказала бы ему, в чем проблема, и он бы отстал.

– Я пыталась ему намекнуть, – Кира отвела взгляд. – Но сам понимаешь, мой брат и намеки – это понятия диаметрально противоположные.

– Ну так попробуй со мной, – предложил я. – У меня с намеками тоже не все гладко, но…

– Код «красный», – прямо заявила Кира, глядя мне в глаза.

– Свое понимание намеков я явно переоценил, – пробормотал я. – «Красный» – это ты не про ваш с Димкой цвет кожи?

– Женские дела. – Выложила Кира второй намек и добавила. – Помноженные на бумажный завал на работе и недостаточный сон. А еще вчера в тренажерке «день ног» был, так что…

– Настоящий джек‑пот из проблем. – Сочувственно протянул я. – Понял.

– А вот Дима не понял. Он свято верит, что у меня не может быть проблем и плохого настроения, и что его улыбчивая и веселая сестренка всегда должны только смеяться и радоваться жизни. Как только я научилась говорить, я пыталась объяснить ему обратное, но, как видишь, то ли объяснять у меня не получается, то ли он не хочет ничего понимать.

– Скорее второе, – решил я.

– Тоже так думаю, – Кира коротко кивнула.

– Могу я как‑то тебе помочь?

Желтые глаза девушки сузились.

– Что‑то смыслишь в юриспруденции?

– Ни‑че‑го.

– Тогда, увы, но ты мне не помощник. Хотя нет, – Кира звонко щелкнула пальцами. – Возлагаю на тебя священную миссию! – пафосно изрекла она. – Донеси до моего пустоголового брата, что у него нет поводов для беспокойства.

С наигранным сожалением я покачал головой.

– Ты просишь невозможного.

– Мужчины, – тоже делано вздохнула Кира, – на словах готовы достать звезду с неба, а на деле…

– Давай лучше звезду. – Сходу предложил я. – Проще будет. У меня и знакомые на Байконуре есть.

– Нет уж, сэр рыцарь, – строго отрезала Кира, – придется тебе иметь дело с драконом. Красным, рогатым и донельзя упертым.

– Ладно, дракон, так дракон, – сдался‑таки я, вставая со стула. – Но ты на него сильно‑то не злись. Он волнуется.

– Понимаю. Именно поэтому утром попросила его уйти из кабинета без броска стулом в лицо.

– Это… – я даже немного задумался, подбирая слова, – очень учтиво с твоей стороны. В меня, надеюсь, тоже стул не полетит? А то у меня нет столько лишнего здоровья, сколько у Димки.

– Не переживай, – заверила меня Кира. – Мне приятна твоя компания, но, – она с грустью посмотрела на ноутбук, – если не возражаешь, мне нужно работать.

– Уже ухожу, – я помахал ей и направился к двери. – Успехов.

– Макс, – окликнула меня Кира уже на пороге. – С тобой Яна говорила?

Я остановился и обернулся.

– Ну, типа того.

– Типа того? – Кира вскинула бровь.

– У вас с ней был какой‑то разговор? – я решил банально перевести стрелки.

– Был, – не стала отнекиваться девушка и замолчала, будто партизан на допросе.

– И о чем вы говорили?

– Женские секретики, – беззаботно ответила Кира и как‑то странно посмотрела на меня. – Не забивай голову.

– Ладно, – под пристальным взглядом девушки я вышел из ее кабинета.

Демон стоял все на том же месте и курил, наверное, далеко не первую за двадцать минут сигарету – вокруг скопилось столько дыма, что хоть топор вешай. Одаренного это нисколько не смущало. Он продолжал уничтожать курево мощными затяжками, от вида которых у меня засаднило горло.

– Ну чё? – первым делом спросил Демон, как только различил в дыму мой силуэт.

Помня о том, что брат Киры не понимает намеков, я выложил все карты на стол:

– Вчера у нее была тяжелая тренировка, она плохо спала, на работе завал, а еще у твоей сестры начались месячные…

Демон тупо моргнул.

– Отчеты?

– Ты меня сейчас просто без ножа застрелил. – С удрученным вздохом признался я.

– Застрелил без ножа? Что за херню ты несешь? С сестрой‑то моей что?

– Ты меня вообще не слушал?

– Слушал! – выпалил Димка. – Тренировка, сон дерьмовый, работа достала, месячные отчеты… – его лицо прояснилось. – А. Это не отчеты, да?

– Бинго.

– Блин, – ловко забросив окурок в урну, Демон почесал бритый череп. – А чего она сразу‑то не сказала?

– Полагаю, она пыталась.

– Да не пыталась она… – Димка резко замолчал, а потом коротко выдал. – Б*я, она пыталась. – Он смял лицо широкой ладонью. – Вот я затупок, конечно.

– О, ребята, – раздался за моей спиной голос дяди. – Чем занимаетесь? – не дожидаясь ответа, наш непосредственный начальник перешел сразу к делу. – Мне помощь нужна. Выручите старика?

Я не мог отказаться дяде в помощи, поэтому сразу же с готовностью кивнул. Демон, к моему удивлению, тоже согласился.

– Давай. Все равно делать нехер, – пожал он широкими плечами.

– Отлично! – директор Вектора радостно потер ладони и повел нас к своему личному автомобилю. – А то я все голову ломал, как же все устроить, а тут вы. Ну, думаю, повезло, так повезло! – на ходу затараторил он. – Вы‑то мужики правильные, знаете, что старшим надо помогать. Я тоже в долгу не останусь, не сомневайтесь.

– Ага, – безразлично протянул Демон, уткнувшись в телефон.

Украдкой я увидел, что он пишет сообщение сестре, после чего прекратил подглядывать, потому как счел это не этичным. Да, казалось бы, где я, а где этика? Но все же. Это дело брата и сестры. Пусть сами разбираются.

Мы сели в машину и поехали по уже знакомой мне дороге. Дядя то и дело отвлекался на звонки, тщательно объясняя кому‑то, как добраться до его загородного дома, а в перерывах между разговорами по телефону материл нерадивую службу доставки на чем свет стоит. Из всего этого я понял лишь одно: нам предстоит что‑то разгружать. Не то, чтобы меня это сильно огорчило. Просто принял к сведенью.

Демон же ни на что не обращал внимания и продолжал сосредоточенно набирать сообщения, что с его‑то пальцами превращалось в ту еще задачу. Наконец, мой напарник убрал аппарат с чувственным:

– Зараза!

В очередной раз объясняющий дорогу доставщику дядя никак не отреагировал на сказанное Димкой, а может и вовсе не услышал. Я же решил поинтересоваться:

– Что‑то не так?

– Да. – Набычился Дима. – У меня есть сестра.

– Я в курсе.

– И вот именно это не так. Она, блин, та еще сучка.

Я оставил комментарии о том, кто тут главный «сучок», и проявил участие иначе.

– Что на этот раз?

– Ну я пытался узнать, чем ей помочь, – начал оправдываться Дима. – А он сначала отвечала грубо, а потом наорала на меня.

– Наорала? – уточнил я. – Вы же переписывались вроде.

Демон достал телефон, разблокировал и продемонстрировал мне экран с перепиской. Мое внимание сразу же привлекла последняя фраза от Киры: «Дима, ОТВАЛИ!!!!!!!».

– Действительно, наорала, – согласился я.

– Говорю же, – в голосе Демона звучала затаенная обида. – Ну и пошла она на хер. – Он вдруг уставился на меня. – Это образно, а не инструкция к действию, усек?

– Нет, – скептически отозвался я, – сейчас же выпрыгну из машины прямо на ходу и помчусь к твоей сестре на крыльях любви.

– Я тебе тогда эти крылья обломаю и в жопу засуну, – пообещал Дима.

– Вот умеешь ты романтический настрой испортить.

– А ты ничего не настраивай на мою сестру и будет тебе счастье.

– Ага, – я откинулся на спинку сидения и прикрыл глаза, сам не заметив, как провалился в дрему.

Ехать нам было прилично, так что мне удалось немного покемарить, вполуха слушая недовольное бурчание дяди по телефону и сопение Демона. Что было громче – тот еще вопрос. Но в армии я научился засыпать в любой позе и при любых обстоятельствах, так что меня ничего не смущало.

На место мы прибыли почти одновременно с доставкой: большая грузовая «Газель», которой лет было больше, чем мне, успела раньше, и теперь недовольно фырчала мотором и коптила яркое почти летнее небо. Водитель, тощий и нескладный мужичок неопределенного возраста, нетерпеливо расхаживал взад‑вперед перед машиной и поглядывал то на дорогу, то на часы.

– Опаздываете, – вместо приветствия заявил он дяде и сунул тому под нос планшет для подписи.

– Доехал бы быстрее, если бы ты дорогу каждые две минуты не спрашивал, – проворчал директор «Вектор» и решительным жестом отстранил от себя руку доставщика. – Подпишу, как только удостоверюсь, что товар в целости.

Доставщик фыркнул.

– Пожалуйста, – он откинул полог, демонстрируя нам металлическое черное нечто, в котором я запоздало узнал причудливый мангал. Он был настолько здоровым, что при желании позволил бы зажарить целого поросенка.

Дима уважительно присвистнул:

– Круто.

Я его неподдельный восторг разделял лишь частично, поэтому скупо поинтересовался:

– Сколько это весит?

– Три сотни килограмм, – как бы между делом заявил дядя, который уже успел залезть в кузов и теперь тщательно осматривал покупку.

– Херня, – Демон, кажется, немного разочаровался.

– Ну, раз херня, сам и тащи, – сказал я ему.

Но тащить пришлось всем, так как конструкция была достаточно неудобной и громоздкой. Водитель нам помогать отказался даже за деньги, сославшись на то, что лечение спины обойдется ему куда дороже, чем он сейчас может заработать. Наших же спин он не жалел, поэтому знай себе поторапливал повторяя, что у него сегодня еще заказ.

– Заткнись, – пропыхтел Дима, – или шашлык на этой херовине приготовим из тебя.

– Я костлявый, – язвительно отозвался доставщик.

– Так мы тебя сами жрать не станем. – Пропыхтел Демон. – Отдадим бродячим псам. Они кости любят.

Его тон вкупе с мрачным внешним видом убедил доставщика в правдивости столь жуткого заявления, и он благоразумно заткнулся. Мы же стащили дядину покупку сначала с машины, а потом занесли во внутренний двор. Мне оставалось лишь порадоваться, что Димка взял на себя основной вес и сделал большую часть работы. Но попотеть все равно пришлось.

– Спасибо, ребятки, – выдохнул дядя, когда мы установили огромный мангал на приготовленное для него место. – На майских с меня шашлыки.

– Заметано, – с готовностью кивнул Демон. – И пиво тоже с тебя.

– Конечно. – Не стал спорить дядя. – Садитесь в машину. Я сейчас дела закончу, и поедем обратно в город.

Пока дядя Миша подписывал электронный бланк доставки, мой телефон просигнализировал о новом сообщении. Захар говорил, что нужно срочно встретиться. Стоило мне ответить, что я свободен, как бывший сослуживец прислал координаты места встречи.

– Вас домой? – дядя сел в машину и с облегчением выдохнул.

– Меня у ТЦшки высади, – сказал Демона. – У нашей, которая «Атлас».

Я же снова посмотрел на экран телефона и попросил:

– А меня у ближайшей станции метро.

16. Расклад

Перед тем, как отправиться на встречу с бывшим сослуживцем, я на всякий случай взял на работе отгул. Благо Вадим согласился меня подменить, а дядя оказался не против такой перестановки. Возможно у меня и получилось бы вернуться до конца смены, но не хотелось постоянно дергаться и смотреть на часы.

К тому же, дело важное.

Я никогда не замечал у Захара склонности к конспирации, но в этот раз он решил ее проявить, назначив встречу в большом кинотеатре в центре Москвы. Шла премьера какой‑то молодежной комедии о том, как обычная, но богатая девочка влюбилась в одаренного пацана с района. Сказка, одним словом.

Подобные истории снимали регулярно по госзаказу, чтобы лишний раз напомнить и простым людям, и одаренным о том, что мы все вместе и заодно. Получалось когда как. Это можно было сказать и о художественной ценности таких фильмов, и о том, насколько успешно они транслировали в массы свой посыл.

Судя по количеству молодежи, сегодняшняя премьера была довольно громкой, хотя я о ней ничего не слышал. В кинотеатр, расположенный на пятом этаже торгового центра, людей набилось столько, что яблоку было негде упасть. Благо, Захар прислал мне электронный билет, и не пришлось стоять в очереди на кассе.

Нужное мне место оказалось примерно в середине зрительного зала, аккурат рядом с Захаром, который мало того, что коротко подстригся, отрастил щетину и напялил очки, так еще и оделся абсолютно не в своем стиле – слишком уж свободно и не официально.

– Агент ноль пять? – криво усмехнулся я, усаживаясь рядом. – Раз уж в кино пригласил, мог бы и попкорна прикупить.

Захар поглядел на меня поверх очков с осуждением. Возможно, я нарушил какую‑то выдуманную им легенду, но своей вины в этом не видел.

– Ты мне сценарий‑то не прислал, так что извиняй.

– Нормально все, – выдохнул мой боевой товарищ. – Просто не думал, что ты так придешь.

– Так, это как? – я оглядел свою одежду, потом перевел взгляд на Захара. – Не нравится мой стиль?

– Забей, – друг поморщился, обозначая свое нежелание продолжать эту тему.

– Нет, погоди, ты сам‑то вон как замаскировался. Мне тоже следовало?

– Не знаю. Я сейчас ни в чем не уверен: пасут меня или нет, «слушают» ли телефон… Хрен его знает. А одежда – это не маскировка, – выдохнул Захара. – Я когда переезжал в отель, не взял с собой почти ничего, а в магазинах поблизости ничего путного нет, так что пришлось выбирать из того, что было.

– Стриг себя ты тоже сам?

– А куда деваться? – друг провел ладонью по коротким волосам. – Мой парикмахер на другом конце города, а к кому попало я идти не хочу.

– Итить, ты сложный мужик, – мне оставалось лишь покачать головой.

– Уж какой есть, – Захар покосился на огромный экран, где как раз начиналась привычная перед премьерами цепочка трейлеров других готовящихся к выходу фильмов.

Сейчас на экране немецкая овчарка резвилась на одуванчиковом поле вместе с забавным медвежонком. И вроде живописная картина, но неприятная, хоть стреляйся. Оба зверя были нарисованы пусть и реалистично, но с помощью компьютерной графики. Именно поэтому мне больше нравились старые фильмы, где животные пусть и не идеально отыгрывали свои роли, но были живыми, настоящими.

– Почему мы тут пересекаемся? – я оторвался от созерцания трейлера не дожидаясь, когда появится название рекламируемого фильма.

– Здесь достаточно людно, чтобы на нас не напали, и шумно, чтобы не подслушали разговор. – Пояснил мне товарищ. – Кстати, давай уже к нему и перейдем. Почитал я тут, что ты надумал. Вроде все логично. Но подумать – это одно, а найти и доказать – другое. Мы с тобой не ищейки, а цепные псы…

– Сам ты пёс, – без тени злости хмыкнул я.

– Называй, как хочешь, но суть ты, думаю, понимаешь. Нам бы того, кто может незаметно…

– Нет. – Сразу заявил я, моментально поняв, к чему клонит Захар. – Никого из агентства больше втягивать не буду.

СОБРовец почесал коротко остриженную голову.

– Дело, конечно, твое. – С досадой произнес он, явно рассчитывая на иной расклад. – Но сам понимаешь: мы вдвоем можем не потянуть, а дело такое, что всех коснуться может. Так что, хочешь не хочешь, но все втянутся рано или поздно.

– Так давай все официально проведем. – Предложил я.

– Делу хода не дадут, – возразил приятель. – Кто бы это не затеял, у него везде подвязки имеются. Помяни мое слово: тебя снова закроют, а меня минимум со службы выпрут. Нам оно надо?

– Не надо.

– Вот и я так думаю.

Мы оба помолчали наблюдая, как на экране кривляется очередной потомок некогда великой актерской династии. К сожалению или к счастью, талант и умение играть не передавались по наследству, так что зрелище оказалось весьма жалкое и посредственное. Уж на что я не привередливый зритель, но отыгрывать радость с абсолютно невыразительными глазами дохлой рыбы и натянутой улыбкой может или полный бездарь или имбецил. Впрочем, одно другому не мешает.

– Смотрю такое и все больше понимаю тех, кто переходит на анимацию, – с сожалением протянул Захар. – Какое же это все дерьмо.

– И, прошу заметить, ты меня на него притащил. Я бы лучше с кем‑нибудь еще раз в туалете подрался, чем смотреть вот это, – я указал пальцем на экран, где теперь переодетый в женщину старик‑актер пытался тщетно сыграть похоть, глядя на молодых студенток, у которых он, видимо, работал вахтершей в общежитии. – Кто блин это снимает?