Текст книги "Второй шанс. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Игорь Конычев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 45 страниц)

– Вот так всегда, – сообщила мне она. – Куда бы я ни делась, работа тут, как тут.

– Что‑то срочное?

– Ерунда, обычная текучка, – тряхнула головой Кира и ускорила шаг. – Пошли уже в аквапарк, а то опоздаем.

Вопреки опасениям моей спутницы, мы явились вовремя и даже успели занять хорошие места. Точнее хорошими их считали далеко не все, так как во время выступления касатки сильно брызгались и заливали всех, кто сидел достаточно близко к бассейну. И если одежда на Кире высыхала очень быстро, то я такими особенностями организма похвастаться не мог. Но все равно улыбался и не портил спутнице настроения.

– Ой, – когда включили свет, Кира увидела, что на мне почти нет сухого места. – Надо было дождевики взять. Я не подумала, прости.

– Все нормально, – я встал, слушая, как с меня ручейками льется вода.

– А может, ты даром одежду высушишь? – предложила Кира.

– С крайне высокой вероятностью, она сгорит, – кисло отозвался я. – Лучше уж буду мокрым, чем голым. Тут все‑таки дети.

Кира подошла ближе и томно прошептала мне на ухо.

– Хочешь, я прижмусь к тебе, и одежда высохнет быстрее?

– Тут все‑таки дети, – повторил я с той же интонацией.

– Ну да, ну да, – вздохнула Кира и вдруг встрепенулась. – В женском туалете точно есть фены. Может, в мужском тоже?

– Можно проверить. Но в женский не пойду.

К моему удивлению, в мужской уборной действительно имелись фены, причем довольно большие и мощные. Видимо, для таких же незадачливых любителей сидеть в первом ряду. Я высушился, как смог, после чего поспешил к спутнице.

Как мы и условились, Кира сидела на лавочке в соседней с океанариумом аллее и ела эскимо на палочке. Но подойти к ней я не успел, так как меня опередили двое мужчин. В шуме ВДНХ слов разобрать не получалось, но вроде бы все выглядело прилично. Кира даже улыбалась. Но в какой‑то момент улыбка исчезла с ее лица.

Чувствуя недоброе, я ускорил шаг.

– Мы заплатим, – донесся до меня наглый голос.

– Меня это не интересует.

– Если обслужишь двоих, то получишь больше, – сказал второй мужчина и достал кошелек. – Такие бабки на дороге не валяются.

– Меня это не интересует, – с нажимом повторила Кира и встала, оказавшись на голову выше мужчин. – Спасибо, что по достоинству оценили мою красоту, господа, но на этом наш разговор окончен.

– Слышь, сучка, сосать тебе… кхххх, – голос одного из мужчин перешел в хрип, когда Кира схватила его одной рукой за горло и легко подняла в воздух.

– Я не сучка, – с милой улыбкой произнесла Кира. – А что насчет пососать, то, пожалуйста, – с этими словами она запихнула мужику в горло свое недоеденное эскимо, после чего швырнула придурка в ближайший куст.

Второй тип замер в нерешительности.

– Тебя тоже «обслужить»? – спросила его Кира.

Мужик замотал головой и рванул прочь.

– А ты популярнее, чем я думал, – я подбежал к девушке и увидел, как с другой стороны к нам спешат мужчины в форме. Один из них уже успел скрутить любителя подомогаться до одаренных.

– Даже больше, чем ты думаешь, – ответила мне Кира и помахала служивым рукой. – Все хорошо, мальчики, я в порядке. – А вот тут в кустах еще один извращенец.

Мужчины в форме кивнули и пошли паковать того, что до сих пор не мог выплюнуть остатки эскимо – он все еще кряхтел где‑то среди зелени. Мне очень хотелось вправить ему мозги, но, Кира справилась с этим сама.

– Жалко мороженое, – печально произнесла она, нисколько не опечаленная встречей с худшими представителями человеческого рода. – Вкусное было.

– В таком случае давай купим тебе еще одно, – предложил я.

– Угощаешь?

– А как иначе? – до начала смены еще осталось время, и мне хотелось провести его приятно.

– Отлично! – обрадовалась Кира. – Я тогда напишу Димке, чтобы заехал за тобой. Вы сегодня вместе дежурите.

Мне понадобилось подключить самообладание, чтобы продолжать улыбаться. Ночь, судя по всему, выдастся долгой.

13. Видели ночь

Пришедший вместе с темнотой дождь колотил по крыше служебной машины с таким усердием, будто забивал гвозди в крышку гроба одного из своих заклятых врагов. Погода, обрадовав всех светлым теплым деньком, решила отыграть позиции и обрушила на Москву настоящий ливень.

Я никогда не был против дождя, за исключением тех моментов, когда мне приходилось часами мокнуть под ним. Сейчас вызовов не поступало, выходить из машины не требовалось, но мое настроение оставляло желать лучшего.

И на то имелась причина.

Большая.

Рогатая.

Красная.

Эта причина сидела на водительском месте и буравила меня свирепым взглядом. Именно так Дима и провел пару часов своей жизни – просто сидел и глядел на меня. Я же усердно пытался делать вид, что меня нисколько не раздражает столь пристальное внимание, и лазил в сети в поисках хоть чего‑то интересного и жизнеутверждающего. Но, как назло, писали лишь о скандалах, интригах и расследованиях – обычные столичные будни.

– Каково это – быть мудаком? – тихо спросил меня Демон.

– За последние два часа ты задаешь мне этот вопрос уже десятый раз. – Безразлично отозвался я, не отрывая глаз от экрана смартфона. – Ответ все тот же: спроси об этом себя. У тебя, как у самого выдающегося мудака из всех мне известных, больше опыта пребывания в данной роли.

– Может, я и мудак, – не стал спорить с очевидным Дима. – Но никогда не пытался трахнуть сестру друга на следующий день после того, как трахнул его подругу!

– Не знаю, что поражает меня больше, – я все‑таки убрал телефон и посмотрел напарнику в глаза. – То, что ты признаешь свое мудачество или то, что считаешь меня своим другом. Ты вообще в курсе, что хороший друг не пытается убить того, кого сам зовет другом?

– Хм, – Дима ненадолго задумался. – А если его друг – мудак?

– Погоди, я запутался в мудаках. Ты сейчас о себе или обо мне?

– О тебе, естественно.

– Ага, – я устало провел ладонью по лицу, – рад, что разобрались. Так, о чем ты?

– Да все о том же! – не унимался Демон. – Тебе одной Янки мало что ли?

– Дима, я тебе уже в третий раз говорю: не было у меня ничего ни с Яной, ни с Кирой. Мы просто общаемся.

Демон недоверчиво прищурился.

– Допустим, ты не пиз*ишь. Но чего ты такой дохера общительный только с симпотными бабами? Дебилом же надо быть, чтобы не догадаться, что хочешь свой корнишон пристроить.

Эта казавшаяся бесконечной беседа порядком меня утомила.

– А ты у нас типа не дебил, поэтому и догадался, да?

Скорчив кислую физиономию, Дима не нашел ничего умнее, чем передразнить меня повторив все только что сказанное дурацким голосом.

– А ты у нас типа не дебил, поэтому и догадался, да? – прогнусавил он и тут же рыкнул. – Завались, осеменитель чужих сестер!

Почувствовав миг своего торжества, я не смог сдержать улыбки и вкрадчиво произнес:

– А ведь Нина, возможно, тоже чья‑то сестра…

От возмущения Демон чуть не задохнулся. Несколько секунд от беззвучно открывал и закрывал рот, словно выброшенная на берег рыба, пока, наконец, не собрался с мыслями и не привел свой контраргумент:

– Если у нее и есть брат, то я его не знаю!

– Ну, это все меняет. – Я важно кивнул.

– Ага, – Демон повторил мой жест, – но одно неизменно: ты – мудила, каких поискать!

– Попробуй поискать в зеркале, – посоветовал я.

– Придушить бы тебя, – сжав и разжав кулаки, Дима поглядел на свои ладони, – да Нина оштрафует.

– Как? Оставит тебя без ваших тайных потрахушек?

Демон снова засопел, за что получил еще один укол от меня.

– Ты хочешь всосать весь воздух в машине, чтобы мне не осталось?

– Если бы я хотел, чтобы ты задохнулся, то придушил бы здесь и сейчас. – Дима сделал вид, что потянулся к моей шее, но конвульсивно сжал пальцы чуть раньше, продемонстрировав мне, как он сминает воздух и поворачивает его под углом примерно в девяносто градусов.

– Не хочу тебя огорчать, но так не душат, а ломают шею. – Сообщил я.

– Какая разница? – ничуть не смутился Демон. – Ты же все равно сдохнешь.

– Ну, если смотреть с этой стороны, то, да, ты прав.

– Я всегда прав.

– Получается, парадокс, – философски рассудил я. – Если тот, кто часто заблуждается, утверждает, что всегда прав, он лишь преувеличивает количество своих заблуждений.

Дима уставился на меня и пару раз тупо моргнул, переваривая услышанное.

– Ты херню какую‑то сморозил, – сообщил он.

На этой лирической ноте наши вкладыши в ушах «ожили». Не знаю, слушала ли Нина наш разговор, но сейчас ее голос звучал как всегда подчеркнуто холодно. Диспетчер назвала адрес вызова и дождалась подтверждения, после чего тут же мигнул активированный ей дистанционно навигатор, указывая ближайший путь.

– Ну наконец‑то, – облегченно выдохнул мой напарник, – хоть какое‑то развлечение. Надеюсь, получится кому‑то кабину снести. – Он многозначительно посмотрел на меня и нажал на газ.

Судя по скорости, желание Димы «снести кабину» было практически неотложным. Он выжимал из двигателя все соки, будто гнал не по шоссе, а по взлетной полосе. Да, движение тут было не слишком оживленным, но столбы по краям дороги стояли довольно часто, и мне не слишком‑то хотелось быть намотанным на один из них вместе с почти двумя тоннами металла. Это Демон после такого отряхнется и пойдет по своим делам, а меня скорой придется по частям собирать.

– Ты, может, скорость‑то сбросишь? – предложил я напарнику глядя, как быстро мелькают огни освещения вокруг машины.

– Я жрать хочу, – отозвался Дима так, будто это все объясняло.

– И?..

Напарник ткнул пальцем в навигатор, и я только сейчас увидел место назначения – какое‑то кафе с любопытным названием «По сути вкусно». Ранее мне о нем слышать не приходилось, но стало интересно, какие именно блюда там подают, и вкусные ли они не только по сути, но и по наполнению.

Навигатор мигнул и чуть изменил маршрут. Теперь пункт назначения сменился соседним с кафешкой двором.

– Эй, какого хрена? – возмутился Дима.

– Грабители засветились на камерах, – сообщила нам Зимина. – Веду наблюдение. Маршрут скорректирую по мере необходимости.

Дима пробурчал нечто невнятное и перестроился, чтобы не пропустить нужный поворот. Кем бы ни были эти грабители, они отчего‑то решили не усложнять нам работу и остались там, где наш диспетчер зафиксировала их впервые – в беседке одного из дворов. Там‑то их компанию и выхватил из темноты свет фар.

Налетчиками на кафе оказались четверо молодых людей вполне обычной наружности. Одеты все были прилично. С виду и не скажешь, что это любители легкой наживы. Но Демон плевать на это хотел. Едва не протаранив беседку, он выскочил из машины и направился к парням с неукротимой решимостью бульдозера. Ребята, видимо, нутром почуяли неладное и скучковались, уставившись на возмутителей их спокойствия недобрыми взглядами.

– Любители пожрать нахаляву? – Демон кивком головы указал на валявшиеся у беседки бумажные пакеты. Сильный дождь быстро превратил их в бесформенные коричневые кучки, но надпись «По сути вкусно» все равно угадывалась.

– Ты нас с кем‑то путаешь, – ответил с набитым ртом один из парней. Ел он, кажется, шаурму или что‑то типа нее.

– Да ты чё? – делано изумился Дима и шагнул внутрь беседки. В свете фар было отчетливо видно, как с его кожи испаряется вода. Со стороны выглядело, будто в гости к ребятам заглянуло настоящее чудовище из преисподней… которое носило кроссовки, треники и открытую майку для спортзала с нарисованным на ней Чебурашкой.

– Нам компания не нужна, – протянул еще один из молодых людей, демонстративно доставая нож и отрезая им кусок лежащего на перилах рулета.

– Вы слишком жадные, чтобы делиться? – предположил я, тоже входя под защиту крыши.

– Не, – покачал головой тот, что ел шаурму. – Просто не любим фриков, типа твоего приятеля.

– Парни, – проникновенно произнес я, окидывая всю четверку сомневающимся взглядом. – У вас чувство сытости притупляет инстинкт самосохранения или что?

– Не, – покачал головой Демон. – Они просто тупые, раз решили обнести объект, который мы охраняем.

– Не понимаем, о чем вы, – искренне изумился тип с ножом, облизывая лезвие. – Всю эту еду мы купили.

– Ты же знаешь, что покупка предполагает передачу денежных средств продавцу в обмен на товар? – я сместился чуть в сторону, чтобы мы с напарником не мешали друг другу. Хотя, учитывая габариты ребят и тот факт, что «фриками» одаренных называли только обычные люди, для дела с лихвой хватит и одного Демона.

– Мы заплатили, – серьезно кивнул любитель шаурмы и, наконец, дожевал ее. – Кинули толстяку пару монет.

– Пару, значит, – я поглядел за беседку, насчитав аж пять пакетов. – Не маловато?

– Мы хотели добавить, но толстый пропал, – пожал плечами тот, что с ножом, который он не спешил убирать. – Вот мы и решили, что все нормально.

– Сейчас я вам покажу, – с хрустом размяв пальцы, Демон шагнул было вперед, но я придержал его за локоть.

– Секунду, – мой палец коснулся вкладыша в ухе. – Диспетчер, граждане утверждают, что еда оплачена, цитирую, «парой монет». Можешь подтвердить факт кражи?

– Подтверждаю. – Коротко отозвалась Зимина.

Я кивнул напарнику и отпустил его локоть.

– Ну что, любители халявы, – Демон без страха встал перед встрепенувшимися парнями и, к моему удивлению, решил дать им последний шанс. – Сдаетесь?

– Конечно, – нагло улыбнулся парень с ножом. – Не станем же мы ради дерьмового хрючева проблемы устраивать, да? – с этими словами он бодро прыгнул вперед и ударил Диму ножом в бок.

Лезвие сломалось, и обломок упал на деревянный пол беседки.

– Я надеялся, что вы выберите насилие, – улыбнулся Демон и одним ударом отправил незадачливого убийцу в длительный полет.

Перелетев через перила, парень упал прямо на капот нашей машины и сполз по нему в грязь. С досады я цокнул языком – подпортили рабочее имущество. Снова дядя станет ворчать, что придется платить сервису за восстановление авто.

– Вот блин, – Демон тоже понял, что перестарался и сурово глянул на трех подрастерявших смелость ребят. – Ваш кент нам тачку помял!

– Так это ты его… – недавно доевший шаурму тип не договорил и, получив кулаком в живот, скрючился у ног Димы, вывалив на его кроссовки свой ужин.

– Да вы, сука, издеваетесь? – Демон, как смог, вытер ногу о стонавшего грабителя.

Пока мой напарник был занят, двое оставшихся на ногах типов решили дать деру. Но я был к этому готов. Первого удалось сбить в прыжке, и он, едва не сделав сальто, упал на лопатки и приложился затылком. Второму повезло меньше – я поймал его за ногу как раз в тот момент, когда он перелетал перила. В результате подпорченного маневра спешного отступления, последний из грабителей со всего маху приложился яйцами о деревяшку. Взяв самую высокую ноту в своей жизни, он осел на пол и принялся тихонечко поскуливать, держась за причинное место.

– Два‑два, – хмуро проронил Демон, оценив проделанную работу. – Ничья, выходит. Старею что ли?

– Тратишь много сил по ночам, – подколол я напарника. – Не высыпаешься.

– Завязывай, – выйдя из беседки, Демон подошел к валявшемуся у нашей машины типу, взял его за куртку, словно мешок, и поволок в беседку.

Я достал из кармана стяжки, и зафиксировал задержанных на местах. Через наушник Нина сообщила, что наряд уже выехал. Выходит, наша работа здесь закончена. Но диспетчер настояла, чтобы мы с Демоном проверили пострадавшего владельца кафешки.

Оставив задержанных страдать и думать над своим поведением, мы сели в машину и поехали по указанному адресу. Выяснилось, что под гордым названием кофейни скрывается небольшой фургончик с фастфудом. Он стоял чуть в стороне от шоссе, под раскидистым деревом. В такую погоду посетителей не было, но и продавец куда‑то подевался.

– Эй, – рявкнул Демон, подходя к фургончику. – Есть кто? Мы из «Вектора».

– О, наконец‑то! – в окошечке показалось лицо, которое едва в него вмещалось. Чуть раскосые глаза терялись на сальной физиономии с комично крохотным острым носом, редкими усиками и тонкими капризными губами.

Представив, какими габаритами при такой голове должен обладать сам продавец, я задался лишь одним вопросом:

– Ты, блин, как туда поместился⁈

– Что? – удивленно моргнул продавец.

– Как ты ряху свою таким мелким ртом нажрал? – тоже не удержался Демон, тыча пальцем в сторону потерпевшего. – И, сука, где все остальное? Ты в этом фургончике, как улитка в раковине что ли?

– Я думал, что агенты будут меня охранять, а не оскорблять, – обиделся продавец.

– Ну так одно другому не мешает, – осклабился Димка, подходя вплотную к фургончику и опуская руки на небольшую узкую полку подачи блюд. – Уродов, что тебя обнесли, мы приняли. Сейчас их уже менты пакуют, так что скоро тебе на почту упадет заява. Сверишь все, подпишешь, отправишь в МВД и жди компенсации.

– Хорошо‑хорошо! – воодушевился продавец.

– Как звать‑то тебя? – я пробежался взглядом по меню на стенке фургона. Цены оказались вполне гуманными, правда, список блюд не блистал разнообразием: хотдоги, бургеры, картошка фри, нагетсы и все тому подобное.

– Мишенька, – представился продавец и улыбнулся, демонстрируя ровные и острые, но крайне мелкие зубы.

– Мишенька? – переспросил Демон, оценивающе глядя на голову раза в три больше своей собственной. – Какой ты Мишенька? Ты Мишище!

– Такое ощущение, что я снова в школе, – скорчил кислую мину продавец. – Меня там тоже обзывали.

– Так ты бы взял и просто упал на самого языкастого, – посоветовал Демон.

– Я об этом как‑то не подумал, – признался Мишенька и спохватился. – А эти хулиганы больше не придут?

– В ближайшее время – нет. – Успокоил его я. – А если вдруг явятся другие, то мы приедем и доходчиво объясним им, что тебя лучше не трогать.

– Хорошо, хорошо, – закивал Мишенька, и его фургон, кажется, зашатался.

– Слушай, – решил я уточнить еще один момент. – Эти грабители сказали, что ты пропал… Как?

– Спрятался, – с хитрой улыбкой сообщил Мишенька.

У Демона чуть челюсть на пол не упала.

– Как, бл*дь⁈ – воскликнул он. – Куда ты спрятался? Тебя же, сука, из космоса видно!

Вместо ответа Мишенька исчез с глаз, чем окончательно сбил меня и напарника с толку.

– Невидимка что ли? – почесал бритый череп Дима.

– Нет, – раздался из фургона тонкий голосок. – Просто я могу уменьшаться, – окончание фразы было сказано уже обычным голосом вернувшегося к своим габаритам Мишеньки, чье лицо покраснело и, кажется, раздулось еще сильнее.

– Слушай, – доверительно обратился к нему Дима, – это все круто, конечно, но тебе бы врачу показаться. С твоим весом сердце надо беречь…

– А, фигня, – отмахнулся Мишенька, – у меня их три.

– А желудка у тебя тоже три? – сокрушенно покачал головой Демон.

– Два, – с явной гордостью похвастался Мишенька. – И оба большие.

– Как ты такой уродился‑то?

– Как и ты, – пожал плечами Мишенька, едва не перевернув свой фургон. – Я когда родился был поменьше. Потом, вот, возмужал.

– Это называется не возмужал, – начал было Демон, но под прилавком я наступил ему на ногу, заставив прекратить оскорбления. Напарник скривился. Но все же сменил тему. – Есть у тебя че похавать? – осведомился он.

– Конечно, – с готовностью закивал Мишенька, потрясая внушительными щеками. – Это же кофейня! Выбирайте из меню, что хотите. Я вас угощу!

– А вот это дело! – радостно потер руки рогатый.

– Он тебя сейчас разорит, – мне оставалось лишь посочувствовать незадачливому продавцу, и, видимо, повару в одном лице.

– Дарю по одному блюду! – тут же исправился Мишенька.

– Вот надо было тебе встревать, – пробубнил Демон, награждая меня недовольным взглядом. – Ладно, по одному, так по одному, но чур не пробовать! – он пригрози Мишеньке когтистым пальцем. – А то, как корова языком слизнешь все.

Повар никак не прокомментировал услышанное, принял наши заказы и попросил немного подождать. Не успели мы заскучать, как блюда были готовы. Спустя минуту Демон уже доедал шаурму, а я жевал нагетсы и запивал их диетическим лимонадом. Разговор у нас как‑то не клеился, и каждый думал о своем. Увидев на моем лице задумчивое выражение, Демон нахмурился:

– Думаешь о Янке или о моей сестре? – с нажимом спросил он. – Или об обеих сразу? Извращуга ты комнатный!

– Это я‑то извращуга? – оскорбился я. – Тебе напомнить, с кем ты спишь? Наверняка же Нину просил создать копии, когда…

Демон отвел взгляд и выдал фразу, которую я никак не ожидал от него услышать:

– Джентльмены не шепчутся о своих поцелуях.

Я аж лимонадом поперхнулся, обдав напарника градом брызг.

– Ну твою ж мать! – всплеснув руками Дима. – Что за ночь такая? Сначала тот урод мне на кроссы наблевал, теперь вот ты! Че за херня, Макс⁈

– Ты хоть понял, что сказал мне? – я вытер губы рукавом. – Джентльмен, блин. Откуда ты таких фраз понабрался?

– Кино какое‑то с Нинкой смотрели, – смутился Дима. Достав из открывающегося подлокотника упаковку салфеток, он вытер лицо. – Мне показалось, что звучит прикольно.

– Ну, может оно и так, – не стал я смущать напарника еще сильнее. – Просто не ожидал от тебя такого. Не думал, что ты настолько… многогранная личность.

– Ага, я такой, – смягчился Дима и вроде бы даже улыбнулся. – Слушай, я чет не наелся. Пойду еще что‑нибудь цапану. Тебе захватить что?

– Еще газировки, – попросил я.

Демон поглядел сначала на свою еще не успевшую высохнуть футболку, потом на меня и поморщился:

– Хера с два! – мой напарник вернулся к фургончику.

Не прошло и минуты, как я увидел, что Демон машет мне рукой, приглашая подойти. Вид у него при этом был озадаченный и злобный одновременно. Гадая, что могло ввергнуть Димку в подобное состояние, я вышел под проливной дождь и поспешил к фургончику.

– Ну‑ка повтори ему, что сказал мне. – Потребовал Димка у Мишеньки, как только я подошел.

– Что‑то забыли? – осведомился у меня продавец и расплылся в радушной улыбке. – У меня как раз котлетки поспевают!

– Да не с самого же начала, придурок! – озлобился Димка. – Что ты про дар сказал.

– А! – спохватился Мишенька. Он наморщил высокий лоб и беззвучно зашевелил губами.

– Ты что, твою мать, делаешь? – Демон хлопнул рукой по стойке и заметно погнул ее.

– Вспоминаю, что именно сказал. Ничего, если не прямо слово в слово?

Димка взвыл.

– Мне хоть кто‑нибудь объяснит, что тут происходит? – не выдержал я.

– Короче, – напарник решил объяснить все сам. – Этот крендель… – он ткнул пальцем в сторону Мишеньки.

Продавец, в свою очередь, обернулся, словно рассчитывал найти у себя за спиной кондитерское изделие соответствующей формы. Его незадачливость воистину поражала, но сейчас меня интересовало то, что же так всполошило Демона. Он, между тем, продолжил:

– … сказал, типа, круто тебе, ну то есть мне, с таким даром. Могу, мол, черепа крушить, машина смерти, все дела.

– Про машину ты сам придумал. – Между делом заявил я.

– Не суть, – отмахнулся Димка. – Он, короче, выдал, что тут крутился тип один, который ему предлагал усилить дар. Ну типа химией.

– Благодать, – догадался я, хотя после всего услышанного прийти к такому выводу было не сложно.

– Она самая, – кивнул Дима.

– Он не только мне предлагал, – встрял в наш разговор так и не нашедший в своем фургоне крендель Мишенька. – Говорит, другие одаренные покупают.

– И ты купил? – я впился в него взглядом.

– Не, – то ли с облегчением, то ли с сожалением протянул Мишенька и начал загибать толстые треугольные пальцы. – Налоги заплатил, за квартиру заплатил, за аренду заплатил, еды купил, бензин купил, подписки продлил, на женщин потратился, еще на отпуск отложил немного. Откуда у меня лишние деньги?

– На женщин? – из всего перечисленного Демона заинтересовало лишь одно. – На каких еще женщин? – он окинул Мишеньку скептическим взглядом.

– На легкодоступных, разумеется, – без тени стыда пояснил продавец. – Тех, что с низкой социальной ответственностью.

– И что ты с ними сделал, сожрал? – довольный своей шуткой, Демон самозабвенно расхохотался.

– Миша, – я подошел к самой стойке и понизил голос. – Запомни: «Благодать» – то еще дерьмо. Она создаст тебе только проблемы.

– А еще она дико дорогая, – закивал продавец. – Но тот парень мне скидку обещал, если возьму несколько.

– Тот парень, – заинтересовался я. – Как он выглядел? Можешь описать?

– Могу, – с готовностью кивнул Мишенька. – Конечно могу! А заказ‑то делать будете? А то котлетки подошли.

14. Этот «бум» неспроста

Полученное от Мишеньки описание я отправил Захару. Едва ли оно ему поможет, но по крайней мере так мы поняли, что мой бывший сослуживец преследовал не этого распространителя. Значит, вполне могут быть и другие, что логично – Чертаново‑то немаленькое. И сейчас по нему расползалась целая подпольная сеть барыг, за которыми кто‑то стоял.

Эта мысль не давала мне покоя все дежурство. Пока мы с Демоном колесили по ночным улицам района, я подсознательно высматривал среди случайных прохожих тех, кто подозрительно выглядел. Наивно, но все же. К сожалению, дело осложнялось еще и тем, что ночью в Чертаново кто угодно выглядел подозрительно. И мы с Димой в том числе.

За ночь поступило еще два вызова. Причиной первого послужил словивший «белку» дед, который пытался угнать из парка служивший памятником танк времен Второй мировой войны. При чем делал он все аккуратно и по уму – ничего не ломал, а просто пытался попасть на место мехвода. Оказалось, что в армии он был танкистом, и вообще у них в семье это потомственное. В смысле не белая горячка, а быть танкистами. Мы ограничились воспитательной беседой, в процессе которой мужик немного пришел в себя, сердечно извинился и пообещал впредь вести себя хорошо. На том и разошлись.

На втором вызове мы отгоняли бродячих собак от забравшегося от них на дерево пацана. Хотя «отгоняли» – громко сказано. Демон просто разок рыкнул, и мохнатые мигом смекнули, что с ним лучше не связываться, после чего сбежали, поджав хвосты. Правда вот спасенный нами пацан с дерева слезать отказался, объясняя, что собаки‑то ему не мешали, а на ветках он висит, так как там у него лучше связь со спутником. На вопрос с чьим: нашим или Американским – тип ответил, что с Фобосом, который является спутником планеты Марс. И вот этот Фобос прямо сейчас велит ему посидеть на дереве еще час, после чего надо будет раздеться и отправиться на службу в девятый римский легион.

Смекнув, что к чему, мы с Демоном сняли парня с дерева и передали на попечение врачам. Непонятно, принимал ли он какую‑то дрянь или просто от природы был со странностями, но обследование специалистов ему точно не повредит. Самое любопытное заключалось в том, что парень перестал сопротивляться, как только признал в Демоне Вулкана – древнеримского бога разрушительного и очистительного огня, а также покровителя кузнечного ремесла.

Пока мы ждали санитаров, выяснилось, что паренек хочет стать кузнецом, чтобы выковать из стали D2 комету, на которой он и планировал отправиться прямиком к Фобосу. Видимо, чтобы поговорить по душам.

Что это за бред и как именно мутный тип собирается свершить задуманное, мы спрашивать не стали. Просто улыбались и кивали, отмечая, что решение правильное, но над деталями лучше подумать и вот как раз на машине с мигалкой подъехали специалисты по космическим вопросам. Они и план составят, и все мелочи продумают, и вообще очень хорошие и толковые ребята. Обрадованный таким раскладом, пациент сам сел в карету скорой помощи и отправился навстречу мечтам, анализам и медикаментозному вмешательству, которое, надеюсь, ему поможет.

Заканчивал смену я один. Демон проиграл в лотерею под названием «поешь шаурмы в незнакомом месте и посмотри, пронесет тебя или нет». После посещения «По сути вкусно» шансы у моего напарника были пятьдесят на пятьдесят, но ему не повезло. Со мной же все было в порядке, разве что в животе что‑то урчало, словно Мишенька положил в мою еду кошку, которая непонятным образом регенерировала у меня в желудке и теперь, пригревшись, мурчала. Но выбираться она не спешила, так что я добросовестно дремал в машине на почти пустой дворовой парковке в ожидании вызова.

А его все не было и не было. Усиленные патрули полиции вошли в режим и закрывали большинство задач, тогда как шпана, видя в районе обилие машин с мигалками, подуспокоилась и затаилась. Чудить умудрялись лишь самые крытые и отбитые в край. Именно такие решили, что я подрабатываю таксистом и настойчиво заколотили в закрытое окно.

Я открыл глаза и посмотрел на пару где‑то двадцати летних парней. Один с обилием пирсинга больше напоминал подушечку для булавок, а другой, бритый и наглухо татуированный был похож на детскую раскраску, которую дети исчиркали вдоль и поперек. Причем фломастеры у них по ходу потекли.

Опустив стекло лишь немного, чтобы внутрь машины проникал звук, я грубо спросил:

– Чего надо? – после внезапного пробуждения от сладкой дремы мое настроение оставляло желать лучшего.

– До центра за двести добрось, – сиплым голосом велел татуированный.

Именно велел, а не попросил: тон был повелительным, а выражение лица донельзя надменным. Мне очень захотелось выйти и раскрасить все эти партаки на его физиономии в красный цвет. Дима бы, скорее всего, так и поступил. Но для меня понятие самоконтроль значило чуть больше, чем для напарника.

– Я что, на таксиста похож?

– Да нам пох*й, на кого ты похож, дядь. – Встрял тот, чот с пирсингом. – Нам в центр надо.

– Понимаю. Метро вон там, – кивком головы я указал направление до ближайшей станции. – А такси с телефона можно вызвать.

– Те чё в падлу людям помочь⁈ – возмутился татуированный. – Еще и за бабки!

– И какого рода помощь вам нужна? – я еще раз окинул парочку внимательным взглядом.

– Не души, дядь, – скривился тот, кому лучше не ходить мимо магнитов и избегать аппаратов МРТ. – Просто довези.

– Просто иди на х*й, – от чистого сердца посоветовал я и тут же напрягся, когда кулак татуированного врезался в стекло. Оно, к счастью, выдержало. А вот мой самоконтроль дал трещину. – Если испортишь машину, я испорчу твое лицо еще больше, чем природа и татуировщик.

– Че б*я⁈ – тут же вспыхнул расписной и замахнулся еще раз, но приятель успел схватить его за локоть.

– Пошли Федь, ну его нахер! – сказал он, глядя на меня, как на врага народа. – Не хочет помогать и не надо!

Не то, чтобы мне было интересно, но я все же напомнил:

– Вы так и не сказали, с чем именно вам нужно помочь, придурки. Вы кровью истекаете, у вас сестра рожает или на поезд опаздываете?

– Не твое дело, пи**р! – огрызнулся татуированный, которого друг успел отвести уже на приличное расстояние.

– Ты просишь помощи, но делаешь это без уважения, – загадочно произнес я и продолжил уже грубее. – Значит, вместо помощи получишь х*й без соли. Кушай, не обляпайся.

И тут татуированный взорвался!

В прямом смысле. Он бросился было в мою сторону, но словно на мину наступил.

Шарахнуло так, что аж машину качнуло. Усиленные стекла выдержали, а вот в близлежащем доме к чертям собачьим повыбивало окна. Пацана с пирсингом швырнуло в кусты, а разрисованные и дымящиеся ошметки «раскраски» под нестройный аккомпанемент автомобильных сигнализаций разбросало по всей парковке. Мне на лобовуху приземлился кусок кожи с половиной носа и какой‑то волосатый довесок.